Осенний порыв
в молодом королевстве зимы.
(Пресловутой.)
Теплый ветер и дождь ударяют
в голову радостью.
Радостью не-своей.
Клонированной.
Дождь не отмоет то,
что он не отмыл.
Сердце не станет живей.
(Как раздуто.)
Тепло растечется коричневой слякотью.
Расконсервированной.
Бьет прямо в корень.
Тяжелым ядром заползает
под кончики пальцев и ногти.
В низ живота и пах.
Болен.
Болен, пускаюсь в проповеди
И исповеди. Меняюсь
в своих же глазах.
Если закроются окна
в обманчивый мир,
Если прислушаться и присмотреться
в мутирующей изоляции:
Остаются эхо-реплики дыр.
А куда от них деться
в растущей
черной дыре своей памяти?
Как шёпот:
(Шёпотом) ...грация
...и дыхание снега
...ледового молота
( Пробел)
Нет. Нет. Нет.
Я хочу больше холода.
Плевать на ответ.
Вопрос
(которого тоже нет)
Не при чем.
Мои волосы -
Мои ветки
К абстрактному солнцу.
Мои ветки -
Стали руками,
покров опал.
И - беда, зубоскалое дерево
Очутилось, проснулось
В лесу человеко-древесного
Сна.
У колодца без дна.
И
Трижды стоит "ти6ина".
Подавилось словами.
Во всем виновата
клонированная весна.
Нет, Нет, Нет.
Пусть все покроется инеем.
Я лишь желаю заснуть.
И проснуться глупее
Непривередливее
Сильнее.
Сколько
длился так называемый "путь"
К тому, чтоб' понять топтанье на месте?
Корни учуять, длиннее и глубже верхушки.
Таятся
растут, питаются?
Что-нибудь, где-нибудь и зачем-нибудь
Обязательно бы нашлось. И вот.
Упал во взбухающе-головное тесто.
Радостью жёстко набита макушка.
Но, как-то, не радуется.
И
Увы. Длился лета. Никогда
не бывает мало.
Года исчезают
как правило, без вести,
и бесследно.
И только.
Во всем существует
клонированная Весна.
Один из князей тишины
На дне мутной пробирки
Растущего мирозданья.
Из-за нее убирается снеговата.
Из-за нее появляется фобия сна.
Из-за весны,
Открывая с опаской веки
Хочется жить
На отведенном месте
И все тут.