Глухие рамы стекол поезда. Во след бежит во сне осеннее и ностальгии настроение. И творчество бликует и маньячит вдалеке.
А судорожность осины передёрнутой стрелой вонзается в глаза, как будто не Земля, а шар развёрнутый летит листком с календаря.
И невозможно быть, расставшись с выходом последней в толще каплей бытия, смешным неимоверным выгибом, где в каждом первом слове буква "я".
И есть, наверное, ещё туманнее, туманнее любви и Октября.... Ни в том ли суть чар познания всей благодати через скорби Я.
90 год
* * * * * * *
В зависимость впадая от усталости,
Сижу, нет сил с горы спуститься. Здесь только небо, горы, даль.... Да, даль..., но я не птица.... И невозможно возвратиться, чтоб птицей быть. А жаль.