Черногал Светлана Федоровна
Беда рыжа

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Links
Создай обложку книги бесплатно
Кожевенное мастерство: сумки, ремни своими руками
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Необычная история жизни "обычной" женщины.



  Беда рыжа
 
  Ася Бум
 
  -Это правда, что ты хотела бросить своих детей в колодец? - наконец, извергаю вопрос, давно мучающий меня чудовищностью предполагаемого ответа. В глубине души надеясь, что она засмеётся и объяснит. Мол, всё это была шутка. Черный юмор тех далеких времен.
  Мы сидим на стареньком низком крылечке, босыми ступнями утопая в зарослях густого кудрявого спорыша. Солнце ещё довольно высоко, воздух насыщен запахом сладких спелых яблок и груш-гнилушек, что падают за углом хаты с высоченной старой груши, глухо стуча о землю своими мягкими коричневыми боками.
  Бабушка не сразу отвечает на мой вопрос. Она долго молчит, смотрит в землю задумчиво, и горестно кивает своей сухонькой старой черепушкой, словно созревшим одуванчиком.
  -Да. Хотела. Думала сначала их побросать, а потом самой броситься, - отвечает медленно и серьезно.
  И больше ни слова. Молчит.
  -Так почему ж не бросила?
  Мне всё равно трудно поверить услышанному. В мозгах у меня вихрь противоречивых мыслей, а в душе -- буря эмоций.
  -Не бросила, потому что никак не могла решить, кого из пятерых бросить первым... Так и остались все живы. И никто не умер от голода, как я того боялась. Бог отвел от беды... и сохранил всех...
  -Бог.., - насмешливо ухмыляюсь я, убежденная семнадцатилетняя атеистка. - Нет никакого Бога, бабулька. Ничего нет. Только человек и его разум.
  Бабушка, вдруг повеселев, добродушно улыбается и говорит:
  -Разум, говоришь? А кто ж человеку дал этот разум?
  -Родился он с ним! Вот!
  -А кто ж ему позволил родиться?
  -Да уж не Бог, а отец и мать!
  -А отец и мать откуда взялись?
  Я начинаю злиться и психовать:
  -Да в космосе уже люди летают, и по Луне ходили, а твоего Бога не видели!
  Её глаза так и брызжут весёлыми искрами. А я сержусь, что ничего не могу ей доказать. Вот уж темнота! Деревенщина безграмотная, что с ней спорить. Девяносто пять лет уже исполнилось, столько неимоверных страданий вынесла, а всё ещё в Бога верит.
 
  *
 
  -Почему ты сегодня такая грустная? У тебя болит что-то?
  Я привыкла, что бабушка всегда встречает меня улыбкой. А сейчас у неё улыбка какая-то вымученная. И мне беспокойно. Я не хочу, чтобы она умерла. Даже думать об этом боюсь. В каждый мой приезд она просит привезти новую книжку для чтения. Я везу ей всё подряд: приключения, драмы, трагедии, сказки, рассказы для детей, от классиков и от современников. Она читает запоем и рассказывает мне особенно понравившиеся книжки чуть ли не дословно. У неё изумительная память.
  -Ничего не болит, - отвечает она. - Только зря ты мне это зеркало привезла... Знаешь, сколько времени я не смотрела в зеркало?
  -Сколько же?
  -А угадай?!
  -Год?
  -Нет, - она отрицательно качает головой. - И не угадаешь. Лет тридцать этак... Я даже забыла, как я выгляжу на самом деле. Если бы встретила себя, идущую навстречу, то не узнала бы ни в жисть.
  -Не может быть! Как же так? А почему?
  -Да всё из-за дедушки твоего.
  -Но ведь его нет уже лет пятьдесят!..
  -Нет. Но ведь он должен придти скоро. Я давно жду его. Много лет назад, когда я однажды заметила, что старею... я испугалась. Подумала: он придет, а я буду такая старая и страшная! И он меня не узнает. И я перестала смотреть в зеркало. Надеялась, что это остановит старость.
  Я начинаю ругать и казнить себя. Это ж надо было додуматься привезти ей зеркало! Теперь она всегда будет грустной. Я дура.
  -Ты самая красивая, - говорю я ей. - А старыми будут все. И если дедушка к тебе придет, как ты говоришь, то он тоже будет старым.
  -Он моложе меня на шесть лет, - удрученно говорит бабушка.
  Глаза у неё тааакие печальные.
 
  *
 
  Её зовут Пелагея. А дедушку звали Ефимом. Я говорю "звали", потому что дедушку арестовали ещё в начале тридцатых. И там он пропал без вести.
  Разве может человек в тюрьме пропасть без вести? Оказывается, может. Пелагея обивала пороги всех учреждений, имеющих хоть какое-то отношение к этому аресту, но безрезультатно.
  Потом была гадалка случайная. Залетная цыганка. Всю правду рассказала: что было, что есть, и... что будет. А будет, она сказала, ВСТРЕЧА! "Он жив. Но очень далеко он. Был при смерти, и женщина его спасла от верной гибели. Он женился на ней. Но о тебе помнит, и придет он ещё. Только очень нескоро. Это случится в преклонных летах. Встретитесь вы..."
  -Бабушка, так значит, ты больше замуж не выходила?
  -Нет...
  -Разве никто не сватался?
  -Почему нет... сватались, конечно. Только больше не было такого, как Ефим. Он был самый лучший. А те все женихи... и рядом не стояли.
  -Если ты веришь гадалке, то... ведь он женился на другой! Разве тебе не обидно?
  -Обидно. Но ведь он вынужден был, чтобы выжить. Если бы он домой вернулся, его бы обязательно схватили и расстреляли... А так... может, ещё и свидимся.
  Она сидит, упираясь локтями в худые коленки, обтянутые старенькой ситцевой юбкой, охватив голову маленькими сморщенными ладошками, и слегка покачивается, как ребенок. Я вижу, как по её щеке бежит скупая слеза. Одна-единственная слезинка скатывается и неслышно падает в траву.
  Когда батька Махно со своими отрядами ворвался в село, им ещё и по тридцать лет не было... неа, бабушке, пожалуй, и было. Словно неотвратимое стихийное бедствие пронеслось в тот день. Пелагея в огороде полола, а сердце её вдруг сжалось от ужасного предчувствия. Муторно стало, тревожно, даже голова закружилась. Взяла себя в руки и пошла тихонько до хаты. Немного погодя услышала быстрые шаги во дворе.
  -Палажка, ты дома? Выйди сюда скорей! Ефима твоего потянули к лесу расстреливать! - еле переводя дыхание, тревожно сообщил дядька Андрий.
  -...В какую сторону? - крикнула только, выбегая на крыльцо. На это же самое крылечко... оно, пожалуй, всё помнит. Как сбежала она с него, ног босых под собой не чуя.
  Бежала, дороги не выбирая, не чувствуя ни камней, ни колючек, только бы не опоздать... и догнала конных у самого леса. Ефима на веревке они тянули, привязанной к лошади.
  Не видела она Махно в лицо никогда, но бросилась в ноги маленькому человечку и не ошиблась. Обняла его сапоги и кричала: "Помилуй, батька, моего мужа! Не убивай! Дети маленькие! Пожалей!" И целует его сапоги, слезами обливает.
  Хотел кто-то оттянуть её, да не в силах, оказалось.
  Молчал Нестор какое-то время, а погодя несколько коротких минут, заговорил:
  -Так это муж твой? - спрашивает. - А-ну-ка, погляди на меня!? Встань, говорю!
  -Муж! Это муж мой, батьку! - кричит Пелагея, но не поднимается с колен, а продолжает сапоги целовать Махновы.
  -Не плачь, женщина, отпущу я его, - говорит. - Но только ради тебя. Отвяжите его! А ты, мужик, - говорит окровавленному, истерзанному Ефиму, - благодари свою жену. Она тебя от смерти спасла. Повезло тебе, что такая жена у тебя.
  Пелагея бросилась к освобожденному мужу, а Махно кивнул своим воякам и понеслись они прочь на быстрых лошадях. Искать виноватых, кого наказывать нужно, и у кого не окажется такой жены-спасительницы.
 
  *
 
  В это воскресенье она попросила меня заняться побелкой.
  Я приезжаю к ней только по выходным. Везу ей продукты, гостинцы, лекарства от астмы и, конечно, книги. Больше к ней почти никто не ходит и не приезжает. Некому. Двое детей её уже умерли, ещё двое -- очень далеко живут. Разве что, очень редко, кто-то из знакомых зайдет ненадолго.
  -Хату, - говорит, - нужно подвести и побелить сегодня.
  Я не стала спрашивать, к чему такая срочность. Делов-то.
  Пока я белила, она развлекала меня разговорами, сидя на табуреточке. В отличие от других старушек, она никогда не сплетничала, а разговаривать с ней было интересно. Она умела не только рассказывать, но и внимательно слушать, изредка взглядывая на говорящего, задавая очень уместные вопросы. Да что это я такое говорю?! Она не была старушкой! Это слово ей вообще не подходит! Она была вне времени!
  -Ты знаешь, мне сегодня Ефим приснился, - говорит она.
  -Правда? Расскажи-ка!
  -Вроде как дверь в хату открылась, и он стоит на пороге. Я как брошусь ему на шею... и плачу, и смеюсь. Вот оно, думаю, случилось. Встреча та, долгожданная. Чуть сердце от счастья не разорвалось, как обнял он меня.
  -Бабушка, - я даже перестала водить щеткой по стене, - так... может, он придет? Ведь уже преклонные лета-то, а?
  Она ничего не ответила, только еле заметно задумчиво улыбнулась.
  Поужинав картошкой в мундирах с маслом (она всегда ела самую простую пищу), мы стали готовиться ко сну. А когда выключили свет, то ещё долго разговаривали в темноте.
  -А ты знаешь песню про "беду рыжую"? - спрашивает она, когда я уже начинаю слегка проваливаться в сон.
  -Неа, не знаю. А что за песня?
  -Счас спою... Слушай.
  И она тихо запела. Слова звучали внятно, а мелодия была протяжной, но не грустной. Какой-то обыденной, что-ли...
 
 
 

Раз по§хав чоловiк
У поле орати. 
Зустрiв вiн там бiду рижу -
Треба §§ взяти.
Привiз вiн §§ додому, не каже нiкому.
Та й посадив на припiчку, та й дає солому.
Прокинувся уночi - 
Сидить бiда на печi.
Прокинувся вранцi - 
А бiда - на лавцi.


  Странная песня, подумала я, слабо цепляясь за край занавески, разделяющей нашу явь со сном. В следующий миг рыжие лоскутки её замелькали, завертелись, удаляясь с невообразимой скоростью...
 
  *
 
  Утром я увидела, что бабушка умерла. Я стояла и смотрела на её бледное, спокойное и умиротворенное личико, не в силах поверить, что она больше не заговорит со мной, не улыбнется никогда, а в голове вдруг зазвучали слова из вчерашней песни:
  "Прокинувся вранцi,
  А бiда -- на лавцi"
 
  *
 
  Прошло много-много лет. Так много, что я, пожалуй, тоже скоро перестану смотреть в зеркало. И вдруг, однажды утром я проснулась вся в слезах. Я встретила во сне мою Пелагею. Такую молодую и красивую. "Что ж ты ушла так рано? - заплакала я. - Ведь я не успела даже наговориться с тобой! Я хочу поговорить с тобой!" Но она молчала. Только смотрела на меня своими добрыми красивыми глазами.
  Время от времени я размышляю теперь о том, встретила ли она Ефима? Если да, то, наверное, без проблем... ведь она там такая молодая сейчас.
 
  *
 
 
  Примечания:
 
  Перевод песни:

Раз поехал человек
В поле пахать.
Встретил он там беду рыжую -
Надо ее взять.
Привез он ее домой, не говорит никому.
И посадил на лежанке, и дает солому.
Проснулся ночью -
Сидит беда на печи.
Проснулся утром -
А беда - на лаве.


 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
  1
 
 
 
 

 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"