Аннотация: Перевод случайных рассказов отсюда - http://ejic.com/. Никаких претензия на право не предъявляю, выгоды не извлекаю
1er fИvrier 2007,19 h 45. Rue Desnouettes, Paris XVe.
У застеклённых дверей здания цвета беж, порывисто затягиваясь, курят люди. Один, взглянув на часы, о чём-то говорит, но слова теряются в городском шуме. Здание выходит на улицу с односторонним движением, узкую и весьма оживленную, полную резко маневрирующих автомобилей; мимо мусоровоза проносится, с жутким треском, человек на мотоциклете.
Вот он, едва избежав столкновения, впритирку обходит мусоровоз и теряет равновесие, как кажется женщине с сигаретой в руке. На голове видны следы прежней аварии; звук мотора стихает, фигура исчезает.
Вслед за мусоровозом ревущей вереницей несутся автомобили.
Один из мужчин произносит, обращаясь к присутствующим:
- С этим новым законом перекур вызывает больше стресса, чем все остальное!
На этом все расходятся.
17 08 2002, 12 heures. Dans le bus 21, Marseille.
Девушка и мужчина в годах говорят друг с другом с явным марсельским акцентом:
Мужчина: - Простите, что написано на вашем трико?
Девушка: - Это не трико, это майка.
М: - Какая разница! Вы мне не ответили. "Жаст дю ит", что это значит?
Д: - "Сделай это" - это значит, сделай это.
М: - Нет, я не понимаю, я просто не понимаю!
Д: - Это просто: сделай это, сделай это!
М: - Я не понимаю, я не учил иностранные языки.
Д: - "Сделай это", как делать. Сде-лай э-то! "Just Do it" - значит сделай это, как если бы вы хотели сказать сделай это!
М: - Ах да, я начинаю понимать. Сделай это... Но сделать что?
Д: - Не мне решать. Сделай это и всё тут.
М: - Ах, ну если никто не знает, что с этим делать, то это и повод писать это на майках, тем более не на французском!
Dimanche 18 Mai 2003. Place Baussenque. Panier, Marseille. (прим. перев - Place Baussenque известна как квартал поэтов и художников)
Мужчина и женщина лет сорока прогуливались на свежем воздухе, рассматривая фасады зданий. Они остановились возле полуоткрытого окна комнаты на первом этаже. Женщина ухватилась за кованую решетку оконного проема и позвала:
- Извините, есть здесь кто-нибудь?
- Извините. - уже громче повторила она.
Чей-то силуэт промелькнул на цветными занавесками.
- Здравствуйте, извините, что беспокою вас, месье. Мы находим этот квартал очень милым. Вы не знаете, быть может, где-нибудь неподалеку продают квартиру?
11 Juin 2003. Place des Pistoles. Le panier - Marseille
Их было трое. Мужчина с проседью в волосах, женщина в платье, с покрытой платком головой, и ребенок у нее на руках. Ребенок улыбался и сосал палец. Женщина тоже улыбалась. Между ними на скамейке лежала игрушка-уточка и баночка с соской.
Солнце опускалось за дома.
Они встали, прошли немного, и снова сели несколькими метрами ниже - на площади. Улыбка по-прежнему сияла на их лицах.
Mercredi 6 novembre 2002, 17h50. Marseille.
Мужчина подошел к светловолосой женщине, сидящей за круглым столиком в кафе, когда оркестр музыкантов с фуражками, одетых в костюмы Армии спасения, аккомпанировал немолодой даме в белом парчовом платье. Медленные танец. Ее глаза блестели, во время песни она улыбалась, открывая взгляду редкие, не слишком здоровые зубы.
Подойдя, мужчина протянул руки к светловолосой женщине, и она встала. Он привлек ее к себе, и они присоединились к другим танцорам.
На экране появились титры.
Свет в зале зажегся. Зрители улыбались друг другу той же спокойной улыбкой, что и актеры в финальной сцене.
Кинотеатр "Цезарь".
Фильм "Человек без прошлого".
Vendredi 29 novembre 2002. Avenue Camille Pelletan, Marseille. --
Женщина в возрасте, укутанная покрывалом, сидит напротив мечети. Рука, расписанная узором из хны, удерживает пластиковый стаканчик невысоко над землей.
--
Идет дождь. Он сидит, прислонившись спиной к стене, и не движется. Собака прячется под навесом позади него. Он шепчет что-то неразборчиво. Он не просит милостыню.
--
Он плохо выбрит. Он желает каждому доброго дня. Перед ним на земле стоит стакан для игры в кости...
--
Его длинные, белые, грязные волосы промокли. Он далек от суеты. Рядом спит его собака. Он не просит ничего. Но в фуражку, что лежит перед ним, всегда бросают мелочь. Он стар.
--
Она бормочет без остановки, держа за руку своего слушателя. Две пряди выбились из прически и спадают на маленькое, смеющиеся личико. Она едва ли достает ему до плеча. Они уходят очень быстро.
- Мадмуазель, не могли бы вы посмотреть, это " Sir Edward's " за 67 франков 90 центов? Я плохо вижу, но знаю, что он хорош и стоит не дорого. - попросила уже седая, но хорошо сложенная дама.
Девушка присела на корточки и прочла этикетку:
- Да, это он. Он, правда, хорош?
- Да. - подтвердила дама, снимая с полки одну бутылку. - Мой муж и я каждую неделю выпиваем по бутылке. Когда хочется расслабиться, можно выпить по стаканчику. Нет смысла покупать что-то дороже. Для меня и моего мужа он лучший. Надо думать, в этом есть свой недостатки...
- Удовольствие. - поправила девушка.
- Вы правы. - согласилась женщина. - Раньше мы были вдвоем, но теперь, когда его нет, я готовлю легкие закуски... Спокойно отдыхаю. И продолжаю эту традицию, уже одна.
На фасаде здания, там, где должны располагаться вывески специалистов, высоко, на самом выгодном месте висит позолоченная табличка с именем и телефонным номером дантиста, а чуть пониже - табличка из строительного картона гласит:
Доктор Крапо
Ветеринар. Специалист по земноводным.
Тел: 06 24 23 23 23
Mercredi 28 novembre 2001. Institut Paoli Calmette, Marseille 9Хme. (прим. пер: Institut Paoli Calmette - известная во Франции клиника-институт исследования раковых опухолей)
На часах без пятнадцати одиннадцать. В отделении гематологии на пятом этаже молодая женщина сидит на расстеленной кровати. У нее густые светлые волосы и большие синие глаза, она улыбается. Комната - пространство в двадцать квадратных метров. На бледно-голубых стенах яркие фотографии Бомбея, и три черно-белых фото, где она с той же улыбкой держит на руках ребенка. Рядом суровый на вид мужчина. На всех фотографиях он смотрит точно в объектив, обнимая своих жену и ребенка.
Клеенчатый навес над кроватью женщины занимает практически всю палату. Границы навеса и стен оставляют лишь небольшой коридор, шириной около метра, ведущий от дверей к окну.
Молодая женщина смеется, объясняя, что пока не знает, как устроится, когда ее ребенок пойдет в детский садик, и что она обязательно должна будет найти время, чтобы быть с ним.
В комнате стоят два бежевых кресла, одно из них достаточно внушительное и может быть зафиксировано в трех разных положениях, спинка его высока, так что на нее удобно положить голову, сиденье широкое, а под ногами специальная обитая, подставка. Хромированный каркас.
Солнечные лучи освещают комнату, смешиваются с электрическим светом, исходящим от лампы, что стоит у кровати. Солнечные зайчики скачут по хромированному креслу, пластиковому навесу над кроватью, прыгают в волосах женщины. В коридоре между бледно-голубой стеной навеса и клеенкой стоит треножник на колесиках, на котором расположены электронная аппаратура с мигающими диодами, от которой к женщине тянется пластмассовая трубка.
Она смеется над своим мужем, рассказывая, как он уже сейчас готовится преданно заботиться о ней, когда она будет стара и прикована к постели. Под навесом на вращающейся подставке стоит телевизор, радио-магнитофон на этажерке из нержавеющей стали, которая идет от одного конца навеса до другого и поддерживает его. Между кроватью и навесом не будет и пары сантиметров плиточного пола, этого достаточно, чтобы поддерживать конструкцию, но не для того, чтобы свободно перемещаться.
На часах половина первого. В лифте, что идет с первого этажа юноша говорит о своем дедушке. Он не знает, от чего тот умер, и предлагает спросить об этом у бабушки. Он добавляет, что всю свою жизнь он был восхищен возможностью общаться с человеком другой эпохи, родившемся в 1898 году и умершим в 1995 в возрасте 97 лет...