Драматург. Мы в восторге, Ваше величество!

Е.В.Драматург

МЫ В ВОСТОРГЕ,

ВАШЕ ВЕЛИЧЕСТВО!

Пьеса в двух действиях и девяти картинах

Действующие лица:

Король, Его Величество. В далеком прошлом -- прекрасный принц;
Королева, Ее Величество. В далеком прошлом -- прекрасная принцесса;
Принц, Его высочество. Их сын. Честолюбивый и в чем-то благородный юноша.
Первый министр. Представитель знатной аристократической фамилии, предводитель дворянства, о чем не устает напоминать;
Министр финансов. Благодаря своему уму и таланту сделал блестящую карьеру, поднявшись с самых низов, о чем не устает напоминать;
Генерал. Бравый вояка. Начинал службу ординарцем отца Короля. Тоскует по былым временам, о чем не устает напоминать;
Шут. Друг детства короля, его ровесник.
Фрейлина королевы. Приняла на себя все заботы о королеве после ее замужества.

Также в пьесе присутствуют слуги, стражники, глашатай и народ. Но они особой роли не играют.

Действие пьесы разворачивается накануне празднования двадцатой годовщины коронации Его Величества.

Первое действие

Картина первая

Полдень. Тронный зал. Министр финансов стоит у окна. За окном слышны звуки строительных работ, гул рыночной площади, крик глашатая.
Глашатай:
Веселитесь, люди! Ликуй, народ!
Эти годы прошли не зря!
Праздник идет! К нам праздник идет!
Мы чествуем короля!
Министр финансов: Праздник у нас, да. Дай Его величеству волю, праздники будут случаться ежедневно. А расходы? А бюджет? Кто за этим должен следить? Кто -- переживать за казну? Министр финансов -- я! -- за этим обязан следить. Нет, мой восторг от того, как грамотно выстроил работу Его величество за эти годы, неописуем. Налоги платятся, доходы растут, казна наполняется...
...Но я не в восторге. Тут же все деньги уходят. И, спрашивается, куда? Нет, разумеется, я знаю куда. По должности положено. На праздники, в том числе и уходят. Но были бы это действительно... ПРАЗДНИКИ!!! Так ведь нет. Его величество предпочитает народные гуляния и площадное веселье. Гуляния. Народные. Веселье. Площадное.
Я вышел из низов. Познал бедность. Долго и трудно работал. У меня были мечты. Я желал карьеры и положения. Желал познать радость возвышения и светской жизни. Теперь я -- министр... на минуточку. При дворе... при казне...
И где все? Где, я спрашиваю себя, королевская роскошь и величие. Где ослепительный свет аристократического великолепия? Да, как давно, в конце концов, во дворце давали бал? Думаю, не помнит никто. Разве что Ее величество... Женщины вообще злопамятны.
Входят Первый министр и Генерал, оживленно беседуя на ходу. Первый министр замечает Министра финансов.
Первый министр: Смотрите. Наш Министр финансов печален. Впрочем, радостным я его никогда не видел. Видимо, близость к казне наводит необъяснимую тоску на людей, выбившихся в люди, из народа. Вот мне, представителю древней аристократической фамилии, деньги никогда не омрачали жизнь.
Генерал: Потому, наверное, что вам не доводилось их зарабатывать.
Первый министр: И поэтому в том числе. Деньги, если их начать зарабатывать, портят человека.
Министр финансов: Как же вы предпочитаете их добывать? Не красть же?
Первый министр: Тьфу на вас, любезный. Я, как и все люди моего круга, предпочитаю их наследовать и преумножать стараниями людей сведущих в том, как это делается. Иногда, правда, с таковыми людьми случаются промашки. Но такова жизнь элиты. Сегодня деньги есть, а завтра -- денег нет. А после снова есть.
Министр финансов: Как у вас все легко и просто.
Генерал: Жизнь должна быть проста и понятна. Регламентируема уставом и дополнена приказами.
Первый министр: Оставьте, мой Генерал, свои солдафонские штучки. После того, как Его величество распустил армию и подписал со всеми королевствами мирные договора, ваши казарменные привычки выглядят абсолютно неуместно. И с каждым годом все нелепее.
Генерал: Да. Я -- генерал без армии. Обидно. Хотя, сначала я был вне себя от восторга, полагая, что этим великолепным стратегическим ходом, Его величество просто заманивает на нашу территорию врагов, в кольце которых мы находились и находимся все эти годы, чтобы после оглушительным ударом разбить неприятеля на всех фронтах. В итоге же оказалось, что у Его величества совсем иные планы. И воевать он ни с кем не собирается.
Первый министр: Ну, тут уж ничего не поделаешь. Его величество с юности не любил войну. Не то, что его отец.
Генерал: Да, старый король -- мой король! -- был богом войны. Моим божеством. Я с юности, став его оруженосцем, вкусил плоды многочисленных побед.
Первый министр: Да, помню я, как в последние годы вы со старым королем чаще драпали, задрав портки, так, что пятки сверкали.
Генерал: Отставить "драпали"! Что вы, гражданские, понимаете в тактических отступлениях. Без отступлений не бывает наступлений. И наоборот. В этом вся мудрость военных действий. Опять же соблюдение устава и выполнение приказов.
Министр финансов: Но нынешний король не солдафон, а больше поэт.
Генерал: Я, быть может тоже поэт!. Что вы, штатские, понимаете в поэзии войны. Да! Я в глубине души -- поэт!
Первый министр: Так напишите поэму.
Генерал: Виноват. В душе я да, таков. Вот наружу я с рифмой не в ладах.
Министр финансов: Так пишите верлибры.
Генерал: Чего?
Министр: финансов: Или белым стихом...
Генерал: Отставить "белым стихом"! Белый есть цвет капитуляции, я же человек военный и заслуженный. Капитулировать не приучен. Как можно.
Одного не могу простить Его величеству. С юности мечтал о маршальском жезле. Теперь же...
Первый министр: Теперь же армии нет и вас как бы тоже нет. За былые заслуги держат.
Генерал: Можно подумать, вас держат за что-то другое. После того, как Его величество заставил все аристократические фамилии платить налоги, многие из вас, стыдно сказать, пошли служить.
Министр финансов: Что налоги. Налоги платить правильно и важно.
Первый министр: Откуда вам знать, что правильно, а что нет, когда дело касается элиты. Налоги должен платить народ. В этом есть его главная и насущная задача. Мы же жизнью своей должны подавать пример того, каким должен быть человек на пике своего духовного и в чем-то эмоционального развития. Не говоря уже об умственном.
Генерал: Ну, и где оно это развитие?
Первый министр: Скоро покажем. Все как мы и договаривались. Вчера ночью последняя семья дала свое полное и безоговорочное согласие...
В Тронный зал вбегает Шут.
Шут: На что дала согласие последняя семья?
Первый министр: Дала? Ах да. На то, чтобы в который раз выразить полный восторг и удовлетворение двумя десятилетиями правления Его величества. В мире и согласии.
Шут: Ну да, ну да. Король сейчас заводит Амикуса в стойло и будет с минуты на минуту. Надеюсь, все готово для отчета по подготовке к торжествам.
Первый министр: Шутишь, шут. Может нам тебе отчитаться?
Шут: Можно. Сэкономим время.
Генерал: Молчать. Соблюдать субординацию.
Шут: А то что? На гауптвахту посадите, мон женераль?
Министр финансов: Гапутвахата бюджетом не предусмотрена.
Шут: Вот. Так что у вас?
Первый министр: Скверные новости. И я не знаю, как преподнести их Его величеству.
В Тронный зал входит Король.
Король: Преподноси да поскорее. У меня прекрасное настроение. Вряд ли ты его испортишь.
Первый министр: Последняя из приглашенных королевских особ прислала вежливый отказ, Ваше величество. На юбилей вашей коронации не приедет ни одна королевская семья.
Генерал (почти шепотом): Все-таки боятся. Понимают, что враги. Кругом враги.
Король: Это плохие новости? По-моему прекрасные. Не надо будет раздувать бюджет. А, финансы?
Министр финансов: Вы абсолютно правы, Ваше величество. Хотя, в этом случае, празднование лишится некоторого...
Король: Ничего оно не лишится. Надеюсь, в остальном все идет по графику. Я спешу.
Министр финансов: О да. Ваше величество. Все согласно разработанным программам и выделенным средствам.
Король: Вот и прекрасно. Есть еще что-нибудь, что я должен знать?
Первый министр (язвительно указывая на генерала): Генерал хотел вам кое-что сказать...
Генерал: Я? Не... я...
Король: Говорите, генерал.
Генерал молчит ничтоже сумняшеся.
Первый министр: Генерал тут признался, что с юности мечтает о маршальском жезле...
Король: Нет проблем. Готовьте указ. Присвоим генералу маршала к юбилею. Жезл получите на складе, или, где он там пылится. У отца моего всегда был такой бардак.
Генерал: Вот вам бы все шутки шутить, Ваше величество!!! А я человек старый заслуженный. Воевал. Теперь же ни армии у меня, ни приличной войны, на которой я могу сложить голову во славу Вашего же величества. Слоняюсь по дворцу неприкаянно. И, осмелюсь доложить, праздник ваш будет совсем не праздник. Без военного оркестра. Без парада. Без демонстрации военной мощи. Чтобы все смогли увидеть...
Король: Генерал, вы же слышали. Никто не приедет. Если у вас есть желание, можете пройтись по площади в день праздника. С жезлом и в новом маршальском мундире. Кстати, закажите его портным, чтобы успели к торжеству. Будет вам звание. Министр финансов, запишите эти расходы на казну.
Министр вздыхает, но записывает.
Король: Все. С вами мне более недосуг. Если есть что -- передайте ему (кивает на шута).
Король уходит.
Шут: Ну что там про субординацию?
Все молчат.
Шут: Раз вам больше нечего сказать, то и я, пожалуй, отправлюсь восвояси.
Шут уходит.
Генерал: Как это оскорбительно. Как это невыносимо оскорбительно. А вы (смотрит на Первого министра)
Первый министр: Теперь вы понимаете, что мятеж -- единственное средство вернуть все на круги своя. Как я говорил, последняя семья дала свое полное и безоговорочное согласие поддержать Его высочество, если он пожелает завладеть троном отца. Теперь, когда принц достиг совершеннолетия, государственный переворот приобретает некоторые черты легитимности. Дело за малым -- уговорить принца окончательно. Очень надеюсь, генерал, что ваши беседы с Его высочеством в течение последних месяцев принесли плоды.
Генерал: Я старался, как мог.
Министр финансов: Тогда давайте поспешим. У меня сегодня еще столько бумажной возни. Успеть бы до праздника.
Первый министр: Если праздник состоится... Вперед.

Картина вторая

Покои королевы. Королева сидит у зеркала. Позади фрейлина ставит в вазу букет полевых цветов.
Фрейлина: Двадцать лет, Ваше величество. И каждое утро -- такой вот прекрасный букет.
Королева: Да... двадцать лет. И каждый день... одно и то же. Я устала. Как же я устала.
Фрейлина: Ваше величество. Неужели вы окончательно утвердились в своем намерении? Король любит вас. На протяжении всех этих лет его любовь не угасала ни на мгновение. Это так романтично. Право слово.
Королева: Наверное, ты права, моя дорогая, но от ежедневной романтики, как оказалось, можно вконец озвереть.
Фрейлина: И вы вот так выскажете все Его величеству. Накануне праздника? Вы разобьете ему сердце. Ведь все его старания -- все только ради вас. Здесь он абсолютно искренен.
Королева: Да так ли это? Раньше, еще в самом начале, мне казалось, что да. Именно так. Но теперь, спустя все эти годы... И я сейчас тоже искренна.
Фрейлина: Вы же помните, он рос сиротой. Королева-мать умерла при родах, а отец не уделял ему никакого внимания. Его величество был предоставлен самому себе. И, кто станет его винить, что он мечтал о простом человеческом счастье. Только вспомните те годы, когда он ухаживал за вами. Он был прекрасен. Молодой принц...
Королева: Конечно, я все понимаю. Что мне еще остается.
Стук в дверь.
Король: Любимая, могу я войти?
Королева: Конечно... входи... любимый.
Король входит.
Фрейлина (королеве): Ваше величество, если я вам пока не нужна...
Королева: Ступай.
Фрейлина покидает покои.
Король: Сегодня было прекрасное утро. Я совершил прекрасную прогулку с Амикусом. Мы собрали для тебя букет.
Королева: Как и всегда. Иногда мне кажется, что со своим конем ты проводишь больше времени, чем со мной.
Король: К чему упреки? Мне искренне жаль, что ты разлюбила наши утренние прогулки. Ведь помнишь как раньше...
Королева: Раньше мы были моложе, а сейчас прошло много лет и возраст не тот.
Король: Не говори так. Ты прекрасна, как в первый день, когда я встретил тебя.
Королева: Да-да, мы только что вспоминали. Прекрасный принц на белом коне.
Король: Да, я был принц и конь был белый. Он и сейчас таков - мой Амикус. Постарел, правда, но держится молодцом. И, сдается мне, скучает по тебе.
Королева (едва улыбнувшись): Ты все придумываешь.
Король: Пусть так, но я не хочу видеть тебя несчастной. А в последние дни тебя что-то очень сильно тревожит.
Королева: Брат написал. Он не приедет на юбилей.
Король: Твой брат всегда был занудой. Он до сих пор не может мне простить, что я взял только тебя, отказавшись от половины королевства.
Королева: Это было против правил.
Король: Мне нужна была только ты. К тому же в тот момент он был принцем и ничего не решал. Твоему же отцу пришлось по душе, что я ничего не требую.
Королева: И все же это было поперек традиций.
Король: Ну, поперек так поперек. Дело прошлое. Не печалься.
Кстати, Первый министр сказал, что никто не приедет. По мне оно и к лучшему. Меньше времени тратить на этих, с позволения сказать, надутых индюков с коронами на головах.
Королева: Как скажешь, любимый.
Король становится на колено подле кресла королевы и берет ее за руки.
Король: Много лет, каждый день я стараюсь сделать все, чтобы в моем королевстве все были счастливы. Особенно моя семья. Давно нет войн, ушли эпидемии, людям не на что пожаловаться... Когда я объезжаю королевство я вижу только счастливых людей. Когда я возвращаюсь домой -- я вижу несчастную жену и вечно чем-то недовольного сына, который вместо того, чтобы перенимать у меня опыт управления королевством сидит в библиотеке или в своих покоях и о чем-то мечтает. А я ведь не вечный и хочу, чтобы мой наследник был готов встать во главе страны.
Королева: Твой наследник хочет с тобой серьезно поговорить.
Король: О чем же?
Королева: Он взрослый совершеннолетний юноша и, наверное, хочет тебе сказать об этом сам.
Король: То есть ты знаешь, но не говоришь, поскольку тема для меня будет неприятна.
Королева: Я прошу тебя. Поговори с ним. И не будь к нему слишком строг.
Король: Хорошо, любимая. Я сделаю это прямо сейчас.
Королева: А я пока продолжу подготовку. Все-таки королева должна выглядеть по-королевски. Особенно, когда это касается юбилея коронации ее супруга.
Король целует руки королеве, встает и покидает покои. Осторожно входит фрейлина.
Фрейлина: Вы все же не решились ему ничего сказать.
Королева: А зачем? Мне кажется, что он уже обо всем догадывается. Или может вообще знает точно. Пусть все эти годы он и играет в прекрасного принца, но он не так прост. И тем более не глуп. С ним тоже что-то происходит в последнее время.
Я боюсь одного, что с сыном они не придут к согласию, и тогда обязательно, что-нибудь произойдет. Что-то очень нехорошее...
...Мой муж на это способен. Я это чувствую.

Картина третья

Покои принца. Принц в кресле посредине комнаты. Вокруг него суетятся Первый министр, Министр финансов и Генерал.
Принц: Еще раз говорю вам -- нет. Пусть все идет своим чередом. Я не готов. Я не хочу.
Первый министр: Тогда и сидите всю жизнь в прекрасных принцах. Отличное занятие.
Министр финансов: Главное -- не очень затратное. Ну, за вычетом белого коня... корма... конюшни... Нет, все-таки затратное.
Первый министр: Ваше высочество, вы в том возрасте, когда пора думать о будущем. Но, я смотрю, на него вам плевать. Ваш отец на покой не торопится. Иногда у меня складывается впечатление, что он собрался править вечно.
Министр финансов: Ничто не вечно.
Первый министр: Глядя на Его величество, я терзаюсь сомнениями.
Принц: Сегодня я с ним поговорю о будущем.
Первый министр: Осмелюсь спросить, о каком будущем вы будете говорить с батюшкой?
Принц: Я намереваюсь просить его отпустить меня на обучение в военную академию в соседнее королевство.
Первый министр: Как военная академия?
Министр финансов: Мне ничего не говорили. Я не рассчитывал... Это же траты. Мы выйдем из бюджета.
До этого молчавший генерал словно оживает.
Генерал: Да. Это нелегкое решение Его высочество принял после долгих месяцев раздумий и обсуждений, но я считаю решение правильным, а главное своевременным. Нашей армии нужен молодой, образованный полководец, пропитанный идеями величия былых побед и жаждущий музыки грядущих сражений.
Первый министр: Какой полководец? Что за бред? У нас нет армии. О чем вы?
Генерал: Армии нет. Но как только Его высочество поступит в военную академию, наши враги, постоянно сжимающие кольцо вокруг королевства, поймут, что все не так просто. Прекрасный тактический ход.
Первый министр: Вы все о своем. (Принцу) Ваше высочество, двадцать лет лучшие представители королевства -- его элита -- живут мечтой о возвращении былых времен. И вот теперь, когда каждый из них готов отдать все, что у него есть за шанс вернуть утраченное величие, вы объявляете о готовности покинуть королевство. Это удар в спину.
Генерал: Тактически...
Первый министр: Да подождите вы... командующий ничем.
Генерал обиженно отходит.
Первый министр: Ваше высочество, вот Министр финансов не даст соврать, но с каждым годом благосостояние народа нашего королевства повышается.
Министр финансов: Вне всяких сомнений.
Первый министр: В последнее время практически нельзя отличить простолюдина от представителя аристократии.
Принц: Что в этом дурного?
Первый министр: Как что? Как что? Скоро наступят времена, когда эти с позволения сказать подданные превратят королевский замок в проходной двор. Стараниями вашего батюшки они совсем забыли о сакральности власти. А скоро им придет в голову мысль, что власть не нужна вообще. Если уже не пришла. И тогда.
Генерал: Тогда наступит хаос. Впрочем, отсутствие армии -- это уже хаос. Просто никто не хочет это признать. Праздник без военного парада и оркестра. Тьфу.
Министр финансов: Парад и оркестр бюджетом не предусмотрен.
Генерал: Вам лишь бы деньги...
Министр финансов: Да. Такая стезя, и я этого не стыжусь. Я выбрался из самых низов.
Первый министр: Прекратите. Слушать вас невыносимо. (Принцу) Ваше высочество, очень прошу вас, взвесьте все за и против. Королевство на грани катастрофы. Еще немного и все рухнет в тартарары. И где тогда окажетесь вы? Кому вы будете нужны?
Раздается стук в дверь.
Король (из-за двери): Сын мой, могу я войти?
Первый министр, Генерал и Министр финансов начинают суетливо искать, где спрятаться. И кое-как им это удается.
Принц: Да, отец, войдите.
Входит король. Он в прекрасном расположении духа.
Король: Приветствую тебя, сын. Какой-то ты скучный и вялый. Что стряслось?
Принц: Все в порядке.
Король: Это все твой образ жизни. Надо бодриться. Что делаешь?
Принц: Читаю.
Король: Чтение -- это прекрасно. Ну-ка...
Король берет со стола книгу.
Король: Так. "История моих славных побед". Книга твоего деда. М-да. Что я там говорил про пользу чтения? Беру свои слова обратно.
Принц: Что плохого в том, что я читаю книгу деда о его славной жизни.
Король: То, что книга о его жизни разительно отличается от его жизни.
Принц: Я не могу об этом судить. Я же родился через несколько лет после того, как он отдал богу душу.
Король: Поверь, ты не много потерял. Это была не самая лучшая жизнь.
Принц: Отец, я хотел тебя просить.
Король: Да. Твоя мать говорила о чем-то таком. Слушаю.
Принц: В военную академию моего дяди открывается набор. Я написал ему письмо, и он ждет. Военная служба пойдет мне на пользу.
Король: Кто сказал?
Принц: Дядя написал.
Король: Ты его больше слушай. И вообще, о чем ты? Я приложил столько усилий, чтобы наше королевство забыло о войнах. Я договорился со всеми о мире. Распустил армию. Ну да, оставил Генерала. За былые заслуги. Я тут ему еще маршала пообещал. Как раз к юбилею. Не чужой человек. Любимец отца. Порой мне кажется... Да что там "кажется". Его он любил гораздо больше меня. Нет. Ни о какой академии и речи быть не может.
Принц: Но, отец. Это традиция. Наследный принц должен...
Король: К черту традиции. Я не обучался в военных академиях и ничего. Как видишь двадцать лет на троне и даже геморрой не нажил.
Первый министр (шепотом из укрытия): И, думаю, это не предел.
Министр финансов (шепотом из укрытия): Главное, чтобы позволяли средства
Генерал (шепотом из укрытия): А здоровья ему и так не занимать.
Король: Да и мать будет недовольна.
Принц: Она одобрила.
Король: Как одобрила? Что? Почему она мне ничего не сказала? Стоп. Да. Почти сказала.
Принц: Она хотела, чтобы ты все услышал от меня. Ты мой отец. И -- король.
Король: Вот именно. Я -- король. Поэтому давай-ка выслушай мою королевскую волю. Никаких академий. И точка.
Принц: Тогда что прикажете делать... ваше величество?
Король: Меньше читать всякой дряни и мечтать. Чаще проводить время со своим отцом. Вникать в государственные дела. Ты думаешь, оно тут все само работает. Нет, мой дорогой. Ежедневная работа, настоящая работа делается незаметно. Как я могу передать тебе королевство, если ты не знаешь, как оно устроено. Как ты будешь им управлять.
Принц: Управлять?
Король: Да, мой дорогой будущий король. Управлять. Ежедневно. Не покладая рук. А как ты хотел? Сидеть на троне и ножками болтать?
Принц: Я никогда не видел вас, отец, сидящим на троне.
Король: Разумеется. Поэтому и геморроя нет. Все. С завтрашнего дня ни на шаг от меня. Будешь учиться управлять государством. Хватит. В последние годы я тебя баловал свободой. И вот к чему это привело. Ты все понял?
Принц: Да... Ваше величество.
Король в раздражении уходит. Первый министр, Министр финансов и Генерал выбираются из своих укрытий.
Генерал: Я в шоке, Ваше высочество. Так грубо разговаривать с вами. Не отпустить вас. Идти против вековых традиций.
Первый министр: Вот видите, Ваше высочество, к чему вас готовит ваш папенька. Управлять. Будто вы какой бухгалтер, или того хуже. Скажу вам прямо. Когда я, представитель знатной и древнейшей аристократический фамилии, обращаюсь к своему королю и называю его "Ваше величество", я должен испытывать восторг! Упоение! А как я могу испытывать восторг, обращаясь к бухгалтеру.
Министр финансов: Да сдались вам эти бухгалтера.
Первый министр: Я мыслю образно, не мешайте. Так вот, Ваше высочество. Я... все мы хотим снова испытывать чувство непередаваемого восторга от одной только мысли, что у нас есть король. Настоящий король.
Генерал: Который даст понять всем врагам, сжимающим кольцо -- а я чувствую, как враги сжимают, поверьте мне на слово, я старый вояка. Так вот он даст понять, что этот номер у них не пройдет.
Принц медлит. Все ждут.
Принц: Хорошо. Я согласен. Если отец не желает моего счастья, если меня поддержат все аристократические фамилии, если...
...Сегодня в полночь. И пусть все случится. Сейчас же -- ступайте.
Министры и генерал уходят. Принц в задумчивости расхаживает по комнате. Входит Королева.
Королева: Он сказал нет?
Принц кивает.
Королева: Я видела, как от тебя выходили... Только прошу не делай никаких глупостей. Ты не знаешь своего отца. Мне кажется, я сама его плохо знаю.
Принц: Я взрослый человек. К тому же в этом году отпраздновал совершеннолетие. Позвольте... Ваше величество... мне самому решать свою судьбу.
Королева: Конечно, сын мой. Просто помни, что для меня ты, в первую очередь, сын.
Принц: Я всегда это помню. А теперь, позвольте, я останусь один.
Королева подходит к принцу, целует его в лоб и покидает комнату.
Принц ходит по комнате напряженный и задумчивый. Потом резко срывается и убегает в уборную, где мы слышим, как его тошнит.

Картина четвертая

Вечер. Почти полночь. Король и шут сидят в тронном зале возле трона и беседуют.
Король: Если бы ты только знал, как я разочарован.
Шут: Мой король, что я могу сказать. Мне даже не пошутить, ибо любая шутка в такой момент просто неуместна.
Король: Я так старался. Мне хотелось, чтобы моя жизнь не была похожа на жизнь моего отца. Чтобы этот дворец стал уютным домом, а не тем скотным двором, пропитанным развратом и насилием, как это было при нем. Я хотел семью. Счастливую семью. Да, я всегда завидовал тебе. У тебя она была. И вы были счастливы.
Шут: Случалось по-разному.
Король: Не лукавь. Я все помню. Потому и старался больше времени проводить в вашем доме. От того мы и дружны по сей день.
Шут: Мой король. И все же... Это была семья королевского шута. А не семья короля.
Король: Я потратил двадцать лет. Думал, все обязательно получится. Ведь это так просто. Мне казалось. И вот теперь сижу здесь. Жду.
Шут: Есть время все поправить. Может, не стоит...
Король: Стоит. Да и времени нет. Тебе пора. Все как договаривались. Иди.
Шут уходит. За стенами дворцами стреляет пушка.
Король: Ну, и где вас черти носят? Полночь уже. Мне завтра рано вставать на прогулку с Амикусом. Неужели вы думаете, что я ее пропущу? Такого не случалось ни разу.
Вообще, в любом деле очень важна пунктуальность и проработка деталей. Особенно, когда речь идет о жизни и смерти. Без этого любой план обречен на провал еще до того, как он начнет осуществляться.
Вот (смотрит на часы.) начало первого. Сколько вас можно ждать.
За пределами Тронного зала раздается оживление. Король ждет. В конце концов он не выдерживает.
Король: Да входите уже.
В Тронный зал входят Принц, министры, генерал и несколько стражников.
Король: Чего изволите? Я вас вроде не приглашал. Да и время позднее. Завтра вставать рано. А кто рано встает - тому бог подает. Так что давайте по существу.
Принц и стражники подходят вплотную к Королю. Министры боязливо остаются на своих местах.
Принц: Не время шутить, отец... Все кончено. Ты низложен.
Король: Не может быть! Что кончено, сын мой? Куда низложен? Что ты хочешь мне сказать?
Принц: Я хочу, чтобы ты сегодня... сейчас...
Король: Продолжай, мой дорогой сын. Продолжай.
Принц: Я хочу, чтобы ты добровольно отрекся от престола и передал мне управление королевством. В противном случае...
Король: Что в противном случае? Твоя мать вообще знает, чем ты тут по ночам занимаешься? Что в противном случае?
Принц: Я буду вынужден... Сейчас сюда подойдут передовые части.... Гвардии... Они тогда... Я прошу, отец, все действительно кончено. Не вынуждай меня. Я полон решимости завершить все это сегодня. Здесь и сейчас.
Король: Ах, ты полон решимости. Замечательно. (показывает на министров и генерала) Они чего-то не полны уже решимости.
Генерал: Ваше величество, вы не правы. Просто в отсутствии регулярной армии мне трудно показать свою полную решимость.
Король: Ну, тогда подождем передовые части... как ее... гвардии, а там уже разберемся. Корона-то вот она, никуда от тебя не убежит.
Принц: Хватит! Хватит юродствовать. Один бог знает, как мне это надоело. Сколько себя помню ты вечно смеешься надо мной. Я устал. И я хочу сам решать свою судьбу.
Звучит набат. За окнами Тронного зала всполохи пламени.
Принц: Покорись, отец. Вот и они. Я не хочу крайностей. Просто отрекись и живи свою жизнь. На нее никто не посягает.
Король: Ты бы для начала к окну подошел, глянул.
Принц подходит к окну, смотрит, меняется в лице. Поворачивается к королю
Принц: Там не гвардия... Там... Народ?
Принц поворачивается к первому министру.
Принц: А как же... Вы же гарантировали мне.
Принц падает в обморок. В Тронный зал вбегает шут.
Шут: О! Все в сборе. Что с его высочеством?
Король: В окно засмотрелся. (обращается к стражникам) Если вы уже не собираетесь меня убивать и играть в заговорщиков, отнесите Его высочество в покои. Потом возвращайтесь.
Стража берет Принца и уносит. Король поворачивается к министрам и генералу.
Король: Вот на что вы рассчитывали? Ума не приложу. Взрослые люди.
Ладно. Вот теперь и правда все закончилось. И спать пора. Сейчас вернется стража и проводит вас в тюрьму.
Министр финансов: Простите, Ваше величество. У нас уже много лет нет тюрьмы. Как-то за ненадобностью... И потом строку в бюджете перестали предусматривать.
Король: Куда ж вас тогда. Хорошо. Оставайтесь здесь. (Шуту) принеси им ведро, ну ты понимаешь. И поставь охрану. Завтра будем решать, что с ними делать, хотя чего тут решать. Все ясно..
Король покидает Тронный зал. Шут уходит, возвращается с ведром. Снова уходит. Заговорщики по одному подходят и смотрят в окно... Отходят. Появляется охрана.
Генерал: И где? Где ваши хваленые представители знатных аристократических фамилий? Вы подвели не только нас. Вы подвели Его высочество. Ваша... ай, я даже не хочу говорить.
...Нет, все-таки скажу. Без армии устраивать переворот -- дрянное предприятие, доложу я вам. Армия, и только она должна говорить решающее слово в таких делах.
Первый министр (почти бормочет): Как же так. Как же так. Такое низкое предательство. Столько разговоров, тайных собраний, организационных процессов, клятв. И все прахом. Все прахом. И еще этот... народ. Это же так невыносимо стыдно, быть побежденным народом. Как вообще такое возможно?
Генерал: А вот, как видите, возможно. Без стратегии, без тактики. Одним нахрапом, навалом, толпой. И виктория.
Первый министр: Но ведь стыдно и неправильно.
Министр финансов: Зато дешево и сердито. Давайте спать. Утро вечера мудренее.
Заговорщики кое-как устраиваются на ночлег.

Конец первого действия. Занавес.

Второе действие

Картина пятая

Полдень следующего дня. В Тронном зале, переоборудованном на скорую руку в тюрьму, пребывают Первый министр, Генерал и Министр финансов. Они проснулись совсем недавно, и вид у них, надо сказать, весьма прискорбный.
Первый министр: Как все-таки прескверно. Я не спал всю ночь. Как можно спать, когда испытываешь такие лишения. Ни кроватей, ни спальных принадлежностей.
Генерал: В вашем случае, очень просто. С удовольствием и похрапывая... В лучшие времена, в казармах за такое...
Первый министр: Оставьте свои солдафонские штучки, генерал. Ладно, кровати. Но ведь, ни умывальника, ни всего сопутствующего. А вместо...
Первый министр запинается и смущается.
Первый министр: Ведро. Обыкновенное ведро. А я, знаете ли, не привык в ведро. Да еще и на людях. Я представитель потомственной аристократии. Это обязывает. Вообще, аристократический дух силен, когда чтутся традиции и соблюдаются правила. Я привык встречать утро согласно расписанию. Размеренно.
Генерал: Угу. На горшке и со свежей газетой. Отставить аристократическое нытье. Мы в плену. А в плену чинов нет и перед ведром все равны. Не можете в ведро -- писайте в штаны. Надеюсь, ваши традиции и устои.
Первый министр: Правила
Генерал: Не важно. Важно, что уже полдень, а нас до сих пор не покормили. По всем конвенциям, какой бы тяжелой не была государственная измена, кормить заключенных -- важная обязанность государства. Поэтому возникает резонный вопрос...
Первый министр: Я понимаю так. Если тюрьма когда-то была сокращена по экономическим причинам, то также было сокращено и довольствие заключенных. Нет заключенных - нет довольствия. Это логично. Вот нет заключенных - есть довольствие - это уже коррупция. Так, мой дорогой?
Первый министр и Генерал обращаются к Министру финансов и видят, что пока они вели свою беседу, Министр финансов что-то в тихую ест. Заметив, что его изобличили, Министр финансов быстро запихивает остатки в рот. Первый министр и Генерал пытаются поймать Министра финансов, чтобы понять: остался у него провиант или уже все.
Генерал: В плену! Перед лицом смерти! За спиной у товарищей!
Министр финансов (еще жуя): Мои родители, простые, скажу я вам, люди, учили меня: всегда будь готов к любой неожиданности. Никогда не оставайся без провианта. А, если вас этому не учили ваши родители, то я в чем виноват?
Министр финансов разводит руками, отряхиваясь от крошек, и демонстрирует, что у него ничего нет.
Первый министр (генералу): Вот видите, мой генерал. Этим и отличается аристократия от плебса. Пусть, даже и выбившегося в люди. Широтой жеста.
Вы даже понятия не имеете, какой я вам сюрприз приготовил вчера. Если бы только все удалось. В случае успеха в моем доме нас всех ждал роскошный ужин: зелень, овощи, дичь, рыба, пикантные закуски. Мой повар такой затейник. Не меньше пяти перемен. Гарантированно Я уж не говорю о винах. Ах, мои коллекционные вина. Я приказал выставить самые лучшие.
На десерт же -- шоколадный торт и суфле. После сигары...
Сейчас все остыло, наверное. Даже пошло разогревать. И торт наверняка заветрился.
Генерал: ОТСТАВИТЬ! Не давите вы на мозоль!!!
Входит Король. Он мрачен.
Король: Хватит орать! Голова раскалывается. Я все-таки проспал. Вода есть?
Генерал: Никак нет, Ваше величество. Воды нет, еды нет.
Первый министр: И это, Ваше величество, нарушение всех правил. Заключенных необходимо кормить.
Министр финансов: Я не виноват. Я действовал в интересах казны. Кто ж знал. Но кушать, правда, хочется.
Король: Зачем? Все одно вас завтра повесят. Или вообще сегодня. Только зря продукты переводить. Слышите?
Все прислушиваются. За окнами строительный шум.
Король: Это уже не развлекательные площадки строят. Это виселицы. Аккурат на вас на всех.
Первый министр: Включая Его высочество?
Король: Включая... Не включая... Разберемся. Пусть сначала в сознание придет... Мятежник.
Ладно.
Король подходит к выходу из Тронного зала.
Там, кто живой если есть. Принесите еды с кухни. И воды побольше.
Первый министр: Бутылочка доброго вина была бы...
Король: Перебьешься.
Генерал: Пока у нас тут пауза я требую, чтобы меня как боевого офицера не повесили, а расстреляли.
Король: Министр финансов, что скажешь? Тут Генерал требует. Что там по деньгам выходит?
Министр финансов: Конечно, повесить дешевле.
Король: Видишь. Дешевле. Аргумент.
Обращаясь к Министру финансов
Хоть ты и государственный преступник, а за казну радеешь до последнего. Где я еще такого найду. Расстроил ты меня, нечего сказать. И генерал тоже. Ведь почти маршал был уже. Ай.
Министр финансов, что-то хочет ответить, но тут в зал вносят еду.
Все набрасываются на нее. Король наливает большой бокал воды и жадно пьет. Входит Шут.
Шут: Оставь мне немного, мой король.
Шут пьет не менее жадно.
Король (шуту): Сходи на конюшню. Проведай Амикуса.
Обращаясь к остальным:
Из-за вашего неудавшегося переворота, я впервые за долгие годы не вывел коня на утреннюю прогулку Шуту Потом загляни к Ее Величеству и попроси прийти в покои Принца.
Шут: Хорошо.
Шут уходит.
Первый министр: И все же, Ваше величество, каким бы ужасным не было наше злодеяние, я требую справедливого суда. С присяжными, адвокатом и возможностью апелляции после вынесения приговора.
Король: Будет вам справедливый суд.
Король собирается уйти. Генерал спохватывается и перехватывает его.
Генерал: Ваше величество, буквально на пару слов. Конфиденциально.
Король: Что у тебя?
Генерал: Давайте отойдем.
Король и генерал отходят.
Генерал: Ваше величество. Я все понимаю. Вина моя ужасна и раскаяние мое глубоко. И я согласен, что не имею право вгонять казну в траты. Даже на пару патронов. Готов быть повешенным, к удовольствию Вашего Величества.
Король: Ближе к делу.
Генерал: Видите, Ваше Величество. Когда вы приговорите нас к смертной казни, в чем я лично не сомневаюсь, будет подана апелляция.
Король: И?
Генерал: Я, Ваше Величество, человек боевой. Много видевший. Не раз смотревший смерти в лицо. Обладаю множеством талантов.
Король: Ближе к делу.
Генерал: Дело в том, что при всех моих боевых талантах, я -- неграмотен. Все как-то времени не было: наступления, отступления, осады, переходы. Да и батюшка ваш не одобрял.
Король: Попроси Первого министра написать.
Генерал: Ваше величество. Я хотел бы, чтобы вы сейчас запомнили на словах. Ведь здесь как. Если вы примете апелляцию, то и про меня не забудете. И вроде как я тоже написал. А не примете, то они как бы будут выглядеть так, а я вот так. Несгибаемо и твердо. Мол, не стал! Принял неизбежное.
Король: А ты тактик, как я погляжу.
Генерал: Стратегия не мой конек, Ваше величество.
Король: Это я по перевороту понял. Хорошо. Ступай.
Король опять порывается уйти. К нему подбегает Первый министр.
Первый министр: Ваше величество, на одну минуточку можно.
Король: Тебе чего?
Первый министр: Ваше величество. Я представитель древней и знатной аристократической фамилии. Наши предки стояли у самых основ основания королевства.
Король: Ну, они стояли, а ты повисишь немного завтра на рыночной площади.
Первый министр: Вот я о том и хотел попросить. Можно ли меня повесить как-то отдельно от этих двух. Все-таки голубая кровь, белая кость. То-се. Неудобно перед другими фамилиями. Засмеют.
Король. Ладно. Отдельно, так отдельно. Рядом с Принцем тебя устроит?
Первый министр: Большая честь, Ваше величество. Только как вы так... О своем сыне... Наследнике...
Король: Мятежнике и самозванце.
Король снова порывается уйти, но потом обращается к Министру финансов.
Король: Ну, а ты ничего приватно попросить не хочешь?
Министр финансов (жуя): Нет, Ваше величество. Что мне просить. За долгие годы служения казне Вашего величества я особо ничего не нажил, семьи не завел. Так что, лучше я просто поем. Когда еще доведется.
Король: Толково. Знаете, одного не пойму. Зачем было портить мне праздник? Отпраздновали бы, а потом по-тихому отравили.
Первый министр: Да мы бы с удовольствием, Ваше величество...
Король: Да ну?!!
Министр финансов: Он в том плане, что это было бы логично и в какой-то степени экономически обоснованно.
Генерал: Не говоря уже о тактических преимуществах такого хода.
Первый министр: Но Его высочество уперся. И ни в какую. Сказал, что ни в коем случае не хочет начинать царствование с убийства отца.
Генерал: Он юноша горячий, трепетный, но наивный и любящий. Хотел убедить вас отдать корону добровольно.
Входит Шут.
Шут: Мой король, там...
Король: Подожди. Обращаясь к заговорщикам Вот о чем вы все думали. К шуту. Они даже отравить меня не смогли. Ты представляешь. Легитимный государственный переворот им подавай. Инфантилизм, право слово.
Шут: Мой король...
Король: Ты сходил на конюшню?
Шут: Да, и...
Король: Попросил королеву прийти в покои Принца?
Шут: Нет, я хотел...
Король: Сделай, что я просил. И пусть приходит побыстрее.
Король уходит. Шут обращается к заговорщикам.
Шут: Не смогли отравить? А король вас смог. Еда-то отравлена. Не знали.
Первый министр, Генерал и Министр финансов начинают тихо сползать, оглушенные этой идеей.
Шут: Ладно, шучу. Хотя, я бы пургену вам подсыпал. Пурген, конечно, не яд. Он не убивает. А все, что нас не убивает, делает нас сильнее? Не так ли?
Шут уходит.
Первый министр вихрем мчится к ведру.
Генерал (вслед): Иногда традиции бессильны.
Министр финансов: И правила.

Картина шестая

Покои принца. Сам принц лишь недавно пришел в себя после обморока. Рядом с ним никого. Дверь распахивается и без стука входит Король.
Король: Очнулся? Молодец. Знаешь, мой дорогой сын, прежде чем готовить государственные перевороты и участвовать в заговорах против собственного отца, сперва необходимо подумать о здоровье. Чаще бывать на свежем воздухе. Конные прогулки, пешие, бег трусцой, в конце концов. Опять же водные процедуры. Купание оно освежает, особенно голову. Тем более, плавать в детстве я тебя учил.
Пойми. Перед придворными неудобно. Увидел народ с факелами -- и в обморок.
В твоем возрасте я...
Вот, кстати, вместо того, чтобы строить из себя мятежника, прокатился бы лучше по соседним королевствам с визитами, да присмотрелся к тамошним принцессам. Молодую энергию надо направлять в правильное русло. А то "низложен, низложен... выбора нет, выбора нет". Кто тебя этому только научил? Подозреваю, что Первый министр. С него станется.
Принц: Отец, серьезно? Невесту? В соседних королевствах? Очнись!!! Оглянись вокруг. Посмотри на себя.
В соседних королевствах тебя считают кем угодно: бухгалтером, управляющим, только не монархом. На юбилей твоей коронации отказались ехать все соседние короли. Даже дядя.
Король: Дядя твой всегда был занудой. Остальные же просто слишком высокого о себе мнения.
Принц: Им можно, они короли, а мы, благодаря тебе -- непонятно кто. С нами никто не хочет иметь дела. С нами даже воевать брезгуют. Какой почет побеждать короля без армии.
Король: Ах, вот ты о чем? Тебе войны захотелось. "История моих побед", я понял.
Входит шут.
Шут: Мой король, я...
Король: Подожди, тут у нас занимательный разговор намечается. Отцы и дети. Где ее величество?
Шут: Позвал. Сказала будет. Я не о том.
Король: Остальное пока подождет.
Шут: Но, мой король...
Король: Ступай уже.
Шут уходит явно недовольный.
Король: Войны...
Один раз я был на войне. Твой дед взял меня. Ничего более мерзкого в жизни не помню. Я мог бы подробно описать тебе все, что видел и чувствовал. Особенно все эти запахи... Но, как я понимаю, байки Генерала тебе милее моей правды.
Принц: Причем тут байки, причем тут генерал.
Что от тебя останется после смерти. Кем ты останешься в истории? Ты думал об этом? Что о тебе скажут потомки? Какие песни сложат? Какие легенды? "Однажды в королевстве нашем случилось ничего". "Мы одержали множество, что именно не в курсе, и потерпели множество, чего-то вот такого", "Король, он вроде правил, но точно мы не скажем. Уверенности четкой нет у нас".
Король: Я понял, да. "История моих побед". К слову, дед твой был неграмотным. Но кому это интересно. Зато вот она -- "История моих побед". Про победы хотят врать все. Никто не хочет рассказывать историю поражений.
Принц: Я рассказал бы. Только дай мне эту возможность самому познать победы и поражения.
Входит Королева
Король: Ты вовремя, любимая. У нас тут с каждой минутой все интереснее. Воспитали мальчика. В угол его ставить уже бессмысленно. Значит, за поступки свои будет отвечать как взрослый. Ни много ни мало -- государственная измена.
Королева: Ты не посмеешь.
Король: Я посмею. Будет мой королевский суд и моя королевская воля.
Обращаясь к принцу
Конечно, тебе зачтется то, что ты отказался травить родного отца. Я польщен. Но запомни. Власть либо наследуют, либо берут силой. Власть не выпрашивают. Мне надо было тебе это объяснить раньше. Теперь уже поздно.
Ты поставил меня в очень тяжелое положение. Ты мой сын. И -- государственный преступник. Я -- король и не могу дать слабину.
Принц: Отец, я не боюсь смерти. Я к ней готов.
Король: НИКТО!!! Никто и никогда не может быть готов к смерти. Пустые разговоры. Сколько я их слышал.
Твой дед, человек сильной воли, не раз и не два встречавший смерть лицом к лицу. Даже он не был к ней готов.
Я скажу тебе, какими были его последние слова! Последние слова, сразу после того, как я проткнул его мечом насквозь?!!
"НЕ ОЖИДАЛ!!!"
Принц: Ты убил своего отца?
Королева: Ты убил своего отца?
Король: А чего не хором? Да. Мне надоело. Я захотел сделать все по-своему. И сделал. Вот так, сын мой, берут власть. Ты не смог. Я разочарован.
Входит шут.
Шут: Мой король...
Король: Хорошо, что ты здесь. Отведи его к остальным. Я договорю и приду. Не будем дожидаться вечера. Суд будет скорым. И, надеюсь, справедливым.
Шут: Да, мой король, но я хотел сказать, что...
Король: Не сейчас. Ступайте. Принцу Поешь там. Целый день ведь ничего не ел.
Шут уводит принца.
Король: Ты знала?
Королева: Догадывалась.
Король: Нет. Ты знала. И что мне делать? Тяжело.
Королева: Тебя тяжело?
Король: Когда и где я что-то упустил?
Королева: Когда и где? Когда и где... Любимый, да посмотри же ты, наконец, вокруг. Ты действительно не замечаешь главного. Кто мы для тебя?
Король: Семья. Семья, о которой я мечтал с юности. И готов был ради нее на все. И когда пришло время, то я сделал все, чтобы у меня была семья.
Королева: Да. Мы -- семья. Но мы -- королевская семья. Твой сын -- наследный принц. Я -- королева.
Король: И я -- король.
Королева: Нет, любимый. Ты кто угодно, но только не король. Я знаю, как выглядят короли. Ты тоже это знаешь. Ты обманул меня.
Я родилась в королевской семье. Меня растили как будущую королеву. Меня воспитывали как будущую королеву. Я знала, что быть королевой -- моя судьба. И что однажды в ворота нашего королевского замка постучится принц на белом коне, чтобы просить моей руки.
Король: Но ведь так все и было. И я был принц, и конь был белый. В чем обман?
Королева: Ты искренне не понимаешь, я вижу.
Король: Не понимаю. Когда я впервые увидел тебя, я знал, никто мне больше не нужен.
Но я не мог привести тебя в тот вертеп, в который превратил замок мой папаша. Я не мог сделать тебя своей женой, зная, что королевство наше пришло в полнейший упадок его стараниями, и единственное, чего от него можно было ожидать в качестве подарка на свадьбу -- это грязные оскорбления и насмешки. Если не хуже.
Поэтому я принял решение. И не жалею об этом. Потребовалось много усилий, чтобы в буквальном смысле очистить королевство сверху донизу. Я хотел, чтобы моя любимая жила в мире, любви и согласии. И все, что я делал эти годы, я делал для тебя, а с рождением сына -- для вас. Я думал только о вас.
Королева: Нет, ты думал за нас. Я понимаю, ты рос сиротой. Не при самом лучшем отце. У тебя была мечта. Ты ее воплотил. Поделился ею со мной. Со всеми нами.
Но шли годы, и так получилось, что ты ее нам всем просто навязал.
Король: Вам всем?
Королева: Нам всем. Ну, может быть кроме твоего друга детства. Думаю, ему единственному нравится такое положение вещей. Но он -- Шут.
Король: Да, мы выросли вместе. Я всегда завидовал ему, его семье. Кроме них до меня никому не было дела.
Королева: Но ты не он. Ты -- король. Это другая дорога. Нельзя всю жизнь оставаться прекрасным принцем. Все эти полевые цветы, встреча рассвета, стихи при луне.
Король: Мне казалось, тебе нравится.
Королева: Нравилось. Пока я была принцессой. Но время идет. И принцесса должна стать королевой, а принц -- королем. У нас же все замерло.
Ты остановил время. Оно этого не прощает. Я устала оставаться принцессой. Я хочу, наконец, стать королевой. Супругой короля. Мой муж должен править, а не управлять. На это существуют управляющие. Мне нужна свита. Я так привыкла. Пусть они плетут интриги, утопают в бесконечных сплетнях. Это их право и их судьба. Мне нужна армия. Пусть будет. Не хочешь воевать -- не воюй. Но я с детства люблю парады и военные оркестры. Они, кстати, кроме маршей играют еще и чудные вальсы. Когда я в последний раз танцевала вальс? Теперь я и не вспомню. Мне нужна...
Король: А любовь тебе нужна? Моя любовь?
Королева: У меня она уже есть. Твоя любовь и забота. Наверное, если бы я была пастушкой, или, к примеру, прекрасной дамой какого-нибудь странствующего рыцаря, мне было бы достаточно... Просто любви.
Король: Но не сейчас.
Королева: Да, не сейчас.
Я хотела сказать тебе... после праздника... но ты не оставляешь мне выбора. Я ухожу.
Король: Куда?
Королева: Пока уеду к брату.
Король: К этому зануде?
Королева: Он мой брат. И он, в отличие от тебя -- король. Знаешь, что он написал мне в письме, где отказался ехать на твой юбилей? Что они все считают тебя юродивым. Неполноценным.
Король: На их мнение мне плевать. Оно для меня слишком общественное. Мне важно как считаешь ты?
Королева: Я не знаю, я уже ничего не знаю. Но в одном я уверена точно. Своим образом жизни ты сломал жизнь нашему сыну, которому на общественное мнение не наплевать. Он сейчас сидит и ждет вместе с остальными.
Король: И мы скоро туда пойдем.
Королева: Мы?
Король: Ты же хочешь видеть настоящего короля. Увидишь.
Входит шут.
Шут: Мой король, все готово
Король: Отлично. Идем. Кланяется королеве, пропуская ее вперед. Ваше величество, прошу.
Королева выходит.
Шут: Мой король, я все хочу сказать...
Король: Успеешь. Не сейчас.

Картина седьмая

Тронный зал. Все в сборе. За окнами шум толпы. Впопыхах ее никто не отозвал. Люди до сих пор окружают дворец.
Король: Что ж, приступим. Обойдемся без суда. Все просто и понятно.
Первый министр: Я протестую, Ваше величество.
Министр финансов: Присоединяюсь.
Генерал: Как можно без суда и следствия.
Принц и королева молчат. Шут тоже.
Король: Да ладно. О вашем, так называемом перевороте я знал с самого начала.
Первый министр: Как с самого?
Министр финансов: Как с начала?
Генерал: Вот ведь незадача.
Король подходит к принцу и достает из кармана ворох бумаг.
Король: Знаешь, что это? Доносы. Той самой знати, которая уверяла Первого министра и тебя в своей преданности. Здесь все. И очень подробно. Каждый стучит на каждого. Некоторые, зная, что я люблю поэзию, писали даже в стихах. Прекрасное чтение.
Принц: Что из того? Это не отменяет главного - ты не король, а бухгалтер, клерк с короной на голове.
Король: Смело, хотя тебя можно понять. Вывод только один. Все могут презирать меня, но все равно все они будут меня бояться. Думаешь слухи не ходили после смерти отца. Ходили. И тогда я поселил в каждом из них страх. Я не желал, чтобы твоя мать, а впоследствии и ты, знали, как я пришел к власти. И даже спустя двадцать лет все, на что хватает твою хваленую аристократию - это на преданный ужас в глазах.
Извини, что забыл тебе об этом рассказать.
Королева: То есть ты изначально обрек собственного сына на смерть? Ты спровоцировал его? Хорошенькое дело.
Король: Я предлагал ему другую жизнь. Она ему оказалась не по душе. Тогда я решил посмотреть, на что он способен. Выяснилось - ни на что.
Королева: А на что оказался способен ты? Посмотри на себя. Твоя жизнь - сплошное притворство.
Король: В чем? В любви к тебе, в ежедневной кропотливой работе на благо семьи? Где ты видишь притворство? О чем ты сейчас? Ты, которая, как оказалось, все эти годы притворялась сама.
Министр финансов (шепотом генералу и первому министру): Как неприлично присутствовать при семейных разборках королевских особ. Впрочем, нас утром повесят, так что мы никому не расскажем.
Королева: Ты убил собственного отца. Каким бы он ни был. Пусть даже ради благих целей. Да, ты хотел быть счастливым. Хотел семью. Хотел... Так уйди и создай все, что хотел. Нет, тебе было нужно королевство. Так, что все, о чем ты говоришь - это ложь.
Первый министр (шепотом генералу и министру финансов): Вот, кстати, да. Покойный был тот еще ходок. Заделал бы другого наследника - всего и делов. А теперь нам расхлебывать.
Король: Если бы я отказался от королевства, ты бы не пошла за меня. Тогда бы я ничем не отличался вот от него (показывает на шута). А что, вспомни. Мы ровесники. Оба были молоды, красивы собой. Ты же пошла за меня, а не за него, так?
Королева: Вот сейчас ты от него действительно ничем не отличаешься.
Король: Хватит! Я устал! Если кому есть, что еще сказать - говорите. Приговор мой ясен и не подлежит обжалованию. Я жду. Мне еще надо успеть на конюшню к Амикусу.
Все молчат.
Шут (после паузы, убедившись, что никто не хочет высказаться): Не надо на конюшню, мой король. Амикус умер.
Король поражен.
Король: Как? Почему?
Шут: Я думаю, от тоски. Он привык каждое утро гулять с тобой. А в это утро ты не пришел. Конюхи сказали, что он звал тебя. А после, убедившись, что... Я пытался сказать тебе, мой король, весь день.
Король молчит.
Мне жаль, мой король. Искренне жаль.
Король молчит.
Королева: Смерть коня на тебя производит большее впечатление, чем поступок сына.
Принц: Не надо, прошу. Я сам виноват, что так бездарно обошелся со своей жизнью.
Король смотрит на сына.
Король: С жизнью? Что ты знаешь о жизни. Что ты понимаешь в ней?
Принц: Мне уже не надо ничего понимать, как я полагаю.
Король: Вот смотрю я сейчас на всех вас... Да пропадите вы все пропадом.
Снимает корону и бросает ее сыну.
Лови. Давай. Ты же этого хотел - получи! Попробуй сделать себя королем, сообразуясь с общественным мнением и прочим ненужным барахлом. В придачу к короне получи безвольную аристократию, которая способна разве что... (поворачивается к королеве) изображать из себя свиту, плести интриги и сочинять сплетни. Тебе же этого хотелось, да? Точно, еще парады и военные оркестры. Марши там, вальсы. Это уже к генералу. Он по этой части мастак. (принцу) Не забудь дать ему маршала. Я обещал. Уважь мое обещание, сдержи его. Ну, а с финансами сам знаешь к кому. Правда, он жуткий скряга. И не важно личные это его деньги или казенные. Воюй с ним сам.
Я хотел быть счастлив. Я был счастлив. Но, как оказалось все мое счастье - это фантазия шута.
Шут: Мой король, я...
Король: Я не о тебе. Я о себе. И поскольку двух шутов это королевство просто не потянет... (шуту) Ты. Выйдешь к людям и скажешь: Король умер! Да здравствует король.
Шут: Я не сделаю этого, мой король.
Король: Не забывайся. Кто ты и кто я! Выйдешь и сделаешь. Иди. Это приказ. Последний королевский приказ.
Шут: Хорошо. Я пойду. И скажу. Но это последнее, что я делаю для вас... Ваше величество. Прощайте.
Шут уходит. Через какое-то время гул толпы замирают и раздаются слова "Король умер! Да здравствует король!" Толпа шумит, но помаленьку затихает. Люди расходятся по домам.
Король: Ты слышал... Ваше величество. Народного ликования не случилось. Ничего не случилось. С этого ты и начнешь. Просто помни об этом.
Прощайте.
Принц: Отец, подожди.
Король: Какой я тебе отец. Вот твои родители (обводит рукой Тронный зал).
Король уходит. В Тронном зале царит тишина. Королева также покидает его. Принц надевает корону и садится на трон:
Принц: Слушайте меня внимательно.
Министры и генерал семенят к трону.
Принц: Мой отец умер. И хватит об этом.
Министры и генерал послушно кивают.
Принц: Теперь всем спать. Завтра начинается новая жизнь. Та жизнь, о которой многие мечтали. Ступайте.
Министры и генерал быстро ретируются. Принц чуть медлит.
Принц: Так просто. И так страшно.

Картина восьмая

Покои Королевы. Фрейлина помогает ее величеству собирать вещи. Королева грустно осматривает свои владения.
Королева: Много лет это был мой дом. Я так считала. Нынче же. Каких-то семь дней и все переменилось совершенно.
Фрейлина: И не говорите, Ваше величество. Семь дней, а кажется, прошла вечность. Но, осмелюсь сказать, у вашего сына есть хватка.
Королева: Куда приведет его эта хватка. Вот, что меня беспокоит.
Фрейлина: Утром я ходила на рыночную площадь. Там все, как в старые добрые времена. Я имею в виду, как при свекре вашем. Уж я-то помню. Особенно телесные наказания.
Королева: Какие же они тогда добрые?
Фрейлина: Не скажите. Тут кому как. Порядок восстанавливается. Конечно, не всем этот порядок нравится, но теперь хотя бы снова начинаешь отличать знать от простолюдинов, что при муже вашем было совсем невозможно. Важная вещь этот порядок. Военные появились. В новеньких мундирах. Ах. Я так соскучилась по мундирам. Долгое время только один генерал щеголял и то на нем его генеральский сидел как на вешалке.
Распахивается дверь и стража со словами "Доставили, как и приказывали!" вталкивает в комнату Шута.
Королева: В чем дело? Это что такое?
Шут: В чем, в чем? Вот доставили. Как вы велели.
Королева: Прости, я просто просила тебя разыскать и пригласить ко мне для разговора.
Шут: Что уж тут поделаешь. Разыскали, пригласили. Какие времена - такие приглашения. Вы что-то хотели, Ваше величество?
Королева: Да, я хотела узнать, где он?
Шут: Увольте. Знать не знаю. И не желаю знать. После того, что произошло неделю назад. После всего того, что произошло в нашем королевстве за эту неделею. Теперь это ваши дела. Я - человек посторонний. Каким всегда, по всей вероятности, и был.
Королева: Неправда. Ты был его другом.
Шут: Кто не заблуждается в наше время. Я... Вы... Только правда гораздо жестче. Вы это понимаете не хуже меня. Я - шут. Он - король. А то, что все в какой-то момент повернуло не туда. Так моей вины в этом нет. Моих родителей тоже. Просто решил человек свою судьбу...
Королева: Ты был с ним в тот день?
Шут: В какой?
Королева: Ты понимаешь, о чем я.
Шут: Ах в тот... Теперь какая разница. Был. Не был. Видел. Не видел. Рядом стоял. Так все не важно теперь.
Королева: Важно.
Шут: Хорошо. Если я скажу, что это не он, а я убил вашего свекра, вам станет легче?
Королева: Нет, потому что ты соврешь.
Шут: Откуда вам знать?
Королева: Просто у тебя было все, включая друга-принца. А у него не было ничего и в друзьях потомственный шут.
Шут: Пойду я, пожалуй.
Королева: Я хочу его найти.
Шут: Ищите, кто вам не дает. Теперь, когда тайная полиция в нашем королевстве вновь приступила к работе, вам, Ваше величество и карты в руки.
Королева хочет что-то сказать, но за дверью раздается голос стражника: "Ее величество вдовствующую королеву-мать призывает к себе Его величество король".
Шут: Вам пора, Ваше величество... вдовствующая королева. Ваш король умер.
Королева бросает на шута испепеляющий взгляд, но поднимается и покидает комнату. Фрейлина, все это время присутствовавшая в комнате, подходит к шуту.
Фрейлина: Зачем ты так с ней? Ты же знаешь, где он.
Шут: Знаю. Прекрасно знаю. Но это не мое дело. И не ваше. Могу я хоть что-нибудь в этой жизни. Хотя бы один раз сделать для себя. Не согласовывая свои мысли и действия. Не спрашивая разрешений и чьей-то милости. Я прекрасно знаю свое место и соответствую ему. Вам же всем еще только предстоит его найти. Всем вам. Так и передайте ее величеству... (усмехается) вдовствующей королеве.
Шут уходит.

Картина девятая

Тронный зал. Он уже не тот, что в предыдущих действиях: сверкает, украшен, торжественен. Первый министр, Министр финансов и Генерал в ожидании Принца. Входит Королева.
Королева: Где мой сын? Он звал меня.
Первый министр: Его величество задерживается.
Королева: Воистину: новые времена - новые нравы. Заставлять ждать королеву.
Генерал: Позволю себе заметить вдов...
Королева: Помолчите, генерал.
Генерал: Так точно. Виноват.
Смущенно отходит в сторону. В тронный зал вбегает принц. Он весь движение.
Королева: Ты звал меня, сын?
Принц: Минуту.
Садится на трон.
Принц: Генерал. Жду вашего доклада.
Генерал буквально выскакивает на центр зала.
Генерал: Ваше выс... величество. Осмелюсь доложить, что за последние семь дней ход мобилизации населения для участия в военной экспансии превышает наши самые смелые ожидания. Благодаря умелой политике Министра финансов (Министр кланяется) средства, сэкономленные на праздновании юбилея коронации вашего покойного отца, были пущены на печать дополнительного тиража листовок с цитатами из великой книги вашего достопочтимого деда. И теперь они активно распространяется среди молодежи призывного возраста.
Первый министр: Надо отдать должное вашему покойному отцу, так вовремя завершившего реформу образования и добившегося всеобщей грамотности населения. Все, что ни делается, все к лучшему.
Генерал: Армия формируется и растет буквально не по дням, а по часам.
Первый министр: Офицерский состав уже обучает прибывающие кадры. Формируются элитные гвардейские корпуса. Разумеется, из представителей знатных аристократических фамилий.
Генерал: Штаб, руководство которым вы так мудро взяли на себя, вовсю формирует пакет документов предстоящей военной кампании. Глядя на это, я не могу сдерживать восторг.
Первый министр: Как и я.
Принц: Можете не сдерживать. Министр Финансов?
На середину выскакивает Министр Финансов.
Министр финансов: Ваше выс... величество. Благодаря утвержденной вами новой налоговой программе, поступления в казну с лихвой окупают расходы на вооружение армии. Немного имеет место некоторое народное недовольство, но казна изыскала возможности на создание и финансирование Тайной полиции, которая и занимается выявлением недовольных, их поимкой, арестом и содержанием под стражей.
Первый министр: Тайная полиция настолько быстро и эффективно начала свою работу, что уже сейчас можно твердо сказать: народное недовольство находится под бдительным и неусыпным контролем.
Министр финансов: К тому же, в первые дни, в ряды Тайной полиции записалось больше половины всех недовольных.
Принц: Как так?
Министр финансов: Лучше быть недовольным на зарплате, чем просто так. И вот уже одни недовольные ловят других недовольных. Как говорится: кто не успел, то опоздал. Такова жизнь.
Принц: Прекрасно, прекрасно.
Королева (чуть повышая голос): Ты заставляешь меня ждать, сын мой!
Принц (чуть раздраженно): Еще минуту, матушка. Первый министр, вы хотели меня о чем-то попросить. Слушаю.
Первый министр приближается к Принцу.
Первый министр: Ваше величество. Лучшие представители аристократии нашего королевства шлют вам благодарственные письма и нижайше просят разрешения устроить в вашу честь пышные торжества по поводу коронации, а также во имя успеха предстоящего военного похода.
Принц: Пусть устраивают.
Первый министр: Следует ли мне зачитать вам благодарственные грамоты?
Принц: Не стоит. Я слишком хорошо узнал им цену за последние дни. Выкинь на помойку. И поступай так всякий раз, но не забывай благодарить отправителей. От этих людей меня интересуют только доносы.
Первый министр: Как пожелаете, Ваше величество.
Королева: Я!!! ЖДУ!!!
Принц: Ах да, матушка. Вот и вы. До меня дошли слухи, что вы собираетесь уезжать из дворца. Так вот. Я решительно запрещаю вам это. Что скажут обо мне другие короли, когда узнают, что моя родная мать покинула свой дом. К тому же вдовст...
Королева: НЕ СМЕТЬ!!! Не сметь меня так называть!
Принц немного опешил.
Принц: Но я знаю, куда вы собираетесь ехать, а это совершенно невозможно. Вы собираетесь поехать к брату, моему дяде. Но именно ему я решил объявить войну.
Королева: С чего вдруг?
Принц: Начинать лучше с родственников. Так остальным будет видна серьезность моих намерений.
Министры и генерал согласно и восхищенно кивают.
Королева: Я еду не к брату. Я просто покидаю дворец... В поисках твоего отца.
Принц: Мой отец умер!
Королева: Мы все прекрасно знаем, что нет.
Принц смотрит на министров и генерала. Те кивают и все вместе бормочут: умер-умер-умер, конечно умер.
Королева: И все-таки я уезжаю. Вещи собраны и здесь меня больше ничего не держит. Но я чувствую, что нужна ему. Или он мне.
Принц встает с трона и подходит к королеве.
Принц: Я еще раз повторяю, матушка. Вы. Никуда. Не едете. Ваше место здесь. Такова моя королевская воля.
Принц не успевает договорить, как Королева дает ему звонкую пощечину. В ту же секунду Принц предстает не волевым королем, а тем самым испуганным мальчишкой.
Королева: Что и как я буду делать -- решать мне и только мне. Для других ты может быть и король, но для меня всего лишь мой сын. И если ты больше не желаешь получать оплеухи, то тебе лучше не перечить матери... И королеве!
Королева почти покидает Тронный зал, но уходя оборачивается.
Королева: И да. Воевать с дядей -- плохая мысль. Поверь мне. Обожжешься. Потом сам будешь жалеть. Он до сих пор не может простить твоего отца, а тут такая возможность отыграться на племяннике. Учти это и прощай.
Королева уходит. Принц смотрит по сторонам. Присутствующие предпочитают сделать вид, что ничего не произошло. Молчание. Принц понемногу приходит в себя. Он и хочет сказать, но понимает - сейчас не время. Жестом он подзывает к себе гвардейцев из глубины зала и в их окружении уходит. В зале остаются Генерал, Министр финансов и Первый министр.
Генерал (выйдя на середину зала): Но какова выдержка! Достойный внук своего деда! С таким полководцем не страшна самая жестокая битва. И я верю, что их будет великое множество.
Как жаль мне тех, кто не понимает сладостной музыки канонады, симфонии кровавого насилия, буйства безумных красок театра военных действий. Зря ли он называется театром. Как жаль вас, считающих войну грязью и мерзостью. Как скучна и убога ваша жизнь, которую не воспоет даже самый бездарный бард.
Но мы, настоящие поэты военного безумия умеем сполна насладиться этой убийственной красотой. И испытываем от этого умения полный восторг. (уходит вслед за принцем) Ваше величество! Ваше величество! Я в полном восторге!
На середину выходит Министр финансов
Министр финансов: А сколько может списать война? Какие прекрасные перспективы у тех, кто кормится за ее счет. Какое великолепное будущее у тех, кто распределяет этот корм. Воистину война -- двигатель экономики и прогресса, а кто считает по-другому, тот просто жалкий неудачник, на которого даже не стоит тратить драгоценное время.
Только сейчас по-настоящему я могу оценить весь восторг, переполняющий мое сердце, когда вместо слов "королевская казна" я всегда могу сказать себе "моя казна" и буду не так уж неправ. (убегая вслед за генералом) Ваше величество! Ваше величество! Это незабываемо! Это полный восторг!
В зале остался лишь Первый министр.
Первый министр: Эти двое в чем-то правы. На первый взгляд. Но разве они что-то решают. Нет. Всегда и везде будем решать мы. Те, чья стартовая площадка по праву рождения лучшая из всех возможных. И это мы будем решать, когда и кому объявить войну и когда закончить ее. Такие же, как генерал обеспечат приток свежего пушечного мяса в обмен на награды и звания. Ну, и разумеется почет и славу.
И это мы будем распоряжаться любыми финансами, до которых дотянемся. Это наши деньги. Они для нас. Но на переднем плане всегда будут такие, как министр финансов. Попутно они сослужат нам еще одну службу, рассказывая ту самую сказку о волшебной лестнице, преодолеть которую можно упорным трудом. Чушь. Это мы будем решать, кому будет позволено взобраться наверх, а кто так и останется в самом низу.
Испытываю ли я восторг? Нет. Мы по праву рождения принимаем такой порядок вещей как должное.
Первый министр уходит в противоположную сторону. Тронный зал опустел.
За стенами замка теперь уже слышно ликование. Возгласы "Виват!", "Да здравствует король!", "Ура!" В тронном зале сумрачно. Тишина. Входит Король. Он печален и кроток. Король проходит в центр зала. Прислушивается к возгласам восторга на площади.
Король: Пусто. Тихо. Все при деле.
Однако, как быстро приходит в движение механизм, долгие годы покрывавшийся пылью и ржавчиной в самом дальнем углу сарая. Только подумаешь, вот теперь о нем забыто раз и навсегда -- шалишь. Его выкатывают на свет.
Как счастливы вы, дождавшиеся, дотерпевшие. Каждый из вас нынче в своей стихии. У вас горят глаза. Страсть выжигает вам душу, но вам все нипочем. Вы дождались и получили. Не мне вас за это осуждать. Может, я действительно был не прав, что долгие годы не давал вам желаемого. Кто знает.
А ты, любимая, отправившаяся на мои поиски. Надеюсь, эти поиски многое расскажут тебе... о тебе. И пойдут на пользу. В последние годы ты предпочитала не покидать дворца. Теперь же перед тобой целый открытый мир. Посмотри его. Он того стоит. Меня, правда, ты в нем не найдешь. Я остаюсь в своем дворце, где знаю каждый закуток и закоулок. И буду жить в нем, прячась от всех. Как домовой. Ведь у меня все еще остается надежда.
Да, мой сын! Остается. Каким бы ты не был, я буду любить тебя. В первую очередь я оказался отцом, а не королем. Правильно это? Неправильно? Имеет значение для тебя, для вас для всех. Не для меня.
Следом в Тронный зал входит Шут. Король его не замечает.
Король: Я буду любить тебя в твоих победах и поражениях...
Шут (негромко): Но чего ты будешь больше ждать от него? Побед или поражений?
Король (не слышит шута): Все равно в твоей жизни наступит момент, когда ты перестанешь отличать победу от поражения. Тебе будет важен только процесс. Так всегда получается. Таков выпавший тебе жребий.
В любом случае, однажды ты встретишь на своем пути прекрасную принцессу. И либо завоюешь ее сердце, либо завоюешь королевство ее отца.
Потом у вас родится наследник.
Шут: Так вот ты куда ведешь.
Король: Обязательно родится наследник. Годами ты будешь жить в неопределенности. Каким он вырастет? Какой путь выберет? Помня же историю нашей семьи, терзания могут свести тебя с ума. Этот меч повиснет над тобой на долгие годы. И каждое мгновенье ты будешь чувствовать его неотвратимое падение. Сбежать не получится.
Шут: Хитер, величество. Какие перспективы. Уж лучше бы ты его повесил.
Король: Я не очень надеюсь, мой сын, что ты справишься с ношей. Я хочу не терять надежды на то, что ты будешь помнить: есть люди, которые помогут тебе справиться с ней. Поэтому, я и остаюсь.
Шут: Нет-нет-нет. Ты хочешь вторую попытку. Так не бывает. Уймись.
Король: Ведь у меня почти получилось. Просто я не все учел. Не все.
Шут: И, правда -- бухгалтер
Король приободряется
Король:
На жизненном этом своем пути,
Я истиной пренебрег:
Счастье должно лететь впереди,
А не валяться у ног.
Надежду не стоит кормить враньем,
Ей это -- сущий ад.
И если она у тебя умрет,
Ты сам во всем виноват.
А в общем, с какой стороны не смотри,
Останешься в дураках...
Шут (перебивая и громко):
Триумф не может быть абсолютным,
Таким может быть только крах!
Король оборачивается, замечает шута.
Король: А... Ты... Да... Но все равно у меня почти получилось. Почти получилось. Надежда есть. Я в это верю.
Шут пожимает плечами. Король уходит.
Шут (вслед королю): Вот сейчас самое время и место пошутить про надежды. Жестко, искрометно, зло. Все, как мы любим. Слова уже подобраны. Каждое на своем месте. Только давай...
Желания нет почему-то. Совсем нет никакого желания.
Шут впервые достает шутовской колпак, надевает его. Подходит к трону, садится у его подножия, устраивается поудобнее и задремывает.

Конец второго действия. Занавес.

Оставить комментарий © Copyright Драматург (turg@yandex.ru) Размещен: 29/09/2018, изменен: 29/09/2018. 83k. Статистика. Пьеса; сценарий: Драматургия Скачать:		Ваша оценка:

Драматург Мы в восторге, Ваше величество!

Драматург
Мы в восторге, Ваше величество!