Теннесси Уильямс

Я Вашья

одноактная пьеса

Действующие лица

Вашья Шонтайн.

Филипп, его слуга.

Доктор Фрелих.

Леди Шонтайн.

Лорд Хантингтон.

Место действия: кабинет (или библиотека) сэра Вашьи Шонтайна. Его корпорация фактически управляет политикой всех государств, стоящих на пороге мировой войны.

Обстановка: комната оформлена с безупречной, холодной роскошью. Письменный стол Шонтайна стоит почти в центре сцены. Рядом огромный глобус; на протяжении всей пьесы Шонтайн машинально, но с явным удовольствием, вращает его или поглаживает руками. На задней стене два окна, занавески на них закрыты бархатной тканью; между ними на постаменте возвышается бюст Юлия Цезаря, Наполеона или Муссолини. Вечер. Освещение мягкое, приглушенное.

Сэр Вашья Шонтайн сидит за столом, задумчиво вращая глобус. Входит Филипп. Он скован, шагает по-военному, почти не глядя на хозяина.

Филипп. Пришел доктор.

Вашья. Пригласи его.

Филипп отходит в сторону. Заходит доктор Фрелих.

Вашья. Добрый вечер, доктор.

Доктор Фрелих. Добрый вечер.

Вашья. Филипп!

Слуга делает шаг вперед и начинает обыскивать доктора.

Доктор Фрелих (удивленно). Прошу прощения?

Вашья. Это я должен просить прощения! Небольшая процедура, которую проходят все мои гости. В последнее время участились неприятные инциденты. Не то чтобы я боялся, но

Доктор Фрелих. Понимаю.

Вашья. Что это там в левом кармане? Нет, в кармане жилета!

Филипп. Перьевая ручка.

Вашья (с ледяной улыбкой). Перьевая ручка? Полагаю, вы считаете, что это пустяк, не заслуживающий внимания. Однажды я видел такую, доктор: нажимаешь на рычажок сбоку и раз! она превращается в весьма эффективный миниатюрный револьвер. Вполне способный отправить даже такую упрямую душу, как моя, в горные выси или в преисподнюю смотря по обстоятельствам. (Смеется.) Прошу прощения. Филипп, дай-ка её сюда.

Слуга протягивает ручку. Вашья берет ручку и выливает чернила на ладонь слуги.

Вашья. Благодарю. Можете идти. Она оказалась обычной.

Доктор Фрелих. О да. Хотя говорят, что перо порой бывает сильнее меча.

Вашья (смеясь). Отлично! Мне нравится остроумие в ученых людях. Редкое сочетание Присаживайтесь, доктор. Боюсь, я не запомнил вашего имени.

Доктор Фрелих. Фрелих.

Вашья. Еврей?

Доктор Фрелих. Да. Отчасти.

Вашья. Каковы ваши политические взгляды?

Доктор Фрелих. У меня их нет.

Вашья. Прекрасно! Вы не снимаете перчаток, доктор. А я не люблю я ощущать лайку. Мои руки стали более чувствительными за те двадцать лет, что прошли с тех пор, как я перестал сеять зерно на Украине.

Доктор Фрелих. Сеять зерно?

Вашья. Именно так.

Доктор Фрелих. Значит, это правда, что вы были...

Вашья. Крестьянином? Да! Хм-м... Долгий же путь я прошел с тех пор.

Доктор Фрелих. Безусловно.

Вашья. Рад знакомству. Садитесь, прошу вас. (Пауза.) Насколько я понимаю, вы лучший специалист по части мозга. Верно?

Доктор Фрелих. Моя специальность неврология, сэр Вашья. Вы, случайно, не мой пациент?

Вашья (смеется). Разве я похож на человека, у которого что-то не так с головой?

Доктор Фрелих (с вежливой улыбкой). Нет. Пожалуй, нет.

Вашья (расслабляясь). Это моя жена.

Доктор Фрелих. А-а. Ваша жена.

Вашья. Да. Бывшая принцесса де Монвер. Старинный род, знаете ли.

Доктор Фрелих. Вот как? Я встречал ее на приемах. Очаровательная дама.

Вашья. Настоящая леди, до мозга костей. Пожалуй, даже чересчур. У аристократов слабые нервы. А у меня их нет вовсе. Ни единого нерва во всем теле. Хотите знать почему? Потому что я крестьянин! Я из сословия рабов, доктор. Поразительно, правда? Я Вашья, муж высокородной принцессы! Хм... Порой мне кажется, что я совершил ошибку. Здоровая крестьянская девушка подошла бы мне куда больше. Видите ли, моя Лиллиан страдает от нервного расстройства.

Доктор Фрелих. Нервы скверная штука.

Вашья. Ужасная. Слава богу, меня это не касается. Дело вот в чем: ее страна была практически стерта с лица земли во время войны. Семья, друзья, люди, которых она любила все исчезли. Это пагубно сказалось на ее психике.

Доктор Фрелих. Вполне естественно.

Вашья. А теперь у нее галлюцинации. Война и всё, что ей пришлось пережить, расстроили ее психику.

Доктор Фрелих. Мне жаль это слышать. Когда это началось?

Вашья. Месяцев шесть или семь назад. На фронте погиб ее близкий друг, и когда она получила известие...

Доктор Фрелих. Да, это классический случай военного шока.

Вашья. Приступы случаются по ночам. Когда мы ложимся спать, ей кажется, что в комнате кто-то есть. Она слышит, как они крадутся.

Доктор Фрелих. Слуховые и зрительные галлюцинации.

Вашья. Понимаете, мне очень тяжело... и неловко. Вы ведь знаете, чем я занимаюсь?

Доктор Фрелих. Кто же этого не знает, господин Вашья?

Вашья. Я произвожу боеприпасы. Я представляю... Ну, вы в курсе.

Доктор Фрелих. Все в курсе.

Вашья. Иногда мне хочется, чтобы этого не было. Хотелось бы снова стать никем. Как двадцать лет назад, когда я кидал вилами навоз в родных краях простой крестьянин, человек по имени Вашья, и больше никто! Но моя судьба изменилась.

Доктор Фрелих. Судьба избрала вас своим союзником, господин Вашья.

Вашья (резко). Что вы имеете в виду?

Доктор Фрелих (улыбаясь). Возможно, я выразился несколько неуклюже.

Вашья. Вы пытались сделать комплимент?

Доктор Фрелих. Разумеется.

Вашья. В последнее время мне говорят столько гадостей под видом комплиментов, что я стал чертовски подозрительным. Буквально на днях один мальчишка запрыгнул на подножку моей машины прямо у дворца и выкрикнул, что я, Вашья Шонтайн, мясник, каких свет не видывал!

Доктор Фрелих. Боже мой!

Вашья. Он говорил на моем родном языке. Пожалуй, это задело меня больше всего. Оскорбление от соотечественника... (поспешно) то есть, я хотел сказать, от человека из страны, где я родился. Разумеется, теперь я считаю себя гражданином этой страны.

Доктор Фрелих. Разумеется. И одним из наших самых достойных граждан, сэр Вашья.

Вашья. Благодарю.

Доктор Фрелих. И что, по вашим сведениям, стало с этим молодым человеком?

Вашья. С каким именно?

Доктор Фрелих. С тем, который оскорбил вас у дворца.

Вашья. С ним? Насколько я знаю, с ним обошлись довольно сурово. (Улыбается.) Его казнили в тот же вечер причем таким способом, которому я бы не позавидовал.

Доктор Фрелих (небольшая пауза). Превосходно.

Вашья (с горечью). Да. У него хватило наглости назвать меня грязным мясником меня, Вашью... Простите, доктор, я отвлекся. Мы ведь здесь ради другого.

Доктор Фрелих. Да. Ваша жена.

Вашья. Моя бедная жена. Да.

Доктор Фрелих. Расскажите всё с самого начала. История подобных случаев крайне важна. Ваши взаимоотношения, сэр Вашья... они всегда были... удовлетворительными?

Вашья. Я люблю свою жену, доктор Фрелих.

Доктор Фрелих. Понимаю.

Вашья. Очень сильно. Всё, что я делал, я делал ради неё, чтобы она мной восхищалась. Понимаете, она напоминала мне одну барышню из далекого прошлого. Очень гордую. Она и смотреть не хотела на меня, на простого мужика, который обжигал спину на солнце, перекидывая снопы на полях её отца. Тогда я поклялся себе: когда-нибудь я женюсь на такой женщине. Понимаете?

Доктор Фрелих. Да, я понимаю.

Вашья. И я добился своего. Я пробился с самых низов. Нажил богатство, положение, вес, власть. И она вышла за меня.

Доктор Фрелих. И вы были счастливы?

Вашья. Никогда не был доволен до конца. (Пауза.) Мне приходилось работать всё больше, добиваться большего, чтобы она меня уважала. Думаю, она уважала меня, доктор, но смотрела на мир иначе. А когда началась война, ею завладели странные мысли, и она стала...

Доктор Фрелих. Холодна к вам?

Вашья. Да. Всё холоднее и холоднее. А теперь, когда она так настроена против меня... Вы можете понять, что я чувствую?

Доктор Фрелих. Да, сэр Вашья. Я прекрасно понимаю ваше горе.

Вашья. Моё... горе? Да, именно горе! (Почти неслышно.) Её глаза... маленькие, голубые, как фиалки, доктор... Простите. Но видеть, как они смотрят на меня... с такой ненавистью! Это невыносимо.

Доктор Фрелих. Хм. Сразу видно, что вы человек глубоких чувств.

Вашья (довольно). Чувств! Да, я действительно человек... (с легким подозрением) как вы сказали?

Доктор Фрелих (серьезно). Глубоких чувств.

Вашья. Да, да, это так! Я бы не каждому признался, но это чистая правда.

Доктор Фрелих. Ни на минуту в этом не сомневаюсь.

Вашья. Угощайтесь сигарой!

Доктор Фрелих. Благодарю.

Вашья. Отличные сигары. Лучшие, что можно купить за любые деньги. Хм... Как вы думаете, доктор, вы сможете ей помочь?

Доктор Фрелих. Подобные состояния порой бывают весьма преходящими.

Вашья. Да, мне кажется, я ей небезразличен. Когда-то между нами... пылала страсть! (Пауза.) Но случилась неприятность. Появился один молодой человек...

Доктор Фрелих. Да?

Вашья. Радикал, пацифист, поэт ну, вы понимаете, из этих.

Доктор Фрелих (с пониманием). Понимаю. Один из тех непрактичных мечтателей, которые порой кажутся женщинам столь необъяснимо притягательными.

Вашья. Не хочу тратить на него время. Он был довольно известен. Его опусы печатали в журналах, и эти нелепые ценители искусства поднимали вокруг них страшный шум. Лично я ничего в них не находил сплошная чепуха, никакого смысла. Но моя жена...

Доктор Фрелих. Ей он показался... иным?

Вашья. Он ею увлекся. Где-то прошлой зимой, на вечеринке. Стал захаживать к нам. Она, несомненно, испытывала к нему некое... мимолетное увлечение, понимаете? И ничего больше!

Доктор Фрелих. Разумеется.

Вашья. А он всё не так понял. Слишком уж много внимания ей уделял, говорил всякое... А мне донесли. Вскоре юношу призвали в армию, отправили на фронт, и он погиб. В газетах подняли шум: Юный гений, принесенный в жертву кровавому чудовищу войны обычная чушь! Гибель парня это, конечно, печально. Но потом... Бедняжка Лиллиан решила, что я каким-то образом виноват. Она вообразила, что он один из тех мертвецов, что восстали из могил, чтобы преследовать меня. Представьте себе, доктор! Меня, Вашью Шонтайн человека, который дал им оружие, чтобы они могли сражаться и защищать свои жизни!

Доктор Фрелих. В это трудно поверить.

Вашья. Сейчас я попрошу её позвать. Скажу слуге отпереть дверь. (Звонит в колокольчик.)

Доктор Фрелих. Вы хотите сказать, что она

Вашья. под замком? Да. Это вынужденная мера.

Входит Филипп.

Филипп. Вы звонили, сэр?

Вашья. Филипп, выпустите леди Шонтайн из комнаты и проводите её сюда. Я хочу её видеть.

Филипп. Слушаюсь, сэр.

Вашья (вздыхает). Это невыносимо тяжело. Выпьете что-нибудь?

Доктор Фрелих. Нет, благодарю.

Вашья. Вы, евреи, народ бережливый и умеренный. Порой я задаюсь вопросом: стоит ли оно того? Я всегда считал, что жить нужно страстно, не сдерживая себя. Понимаете? Я всегда так жил!

Доктор Фрелих. Ваша карьера шла в гору, сэр Вашья.

Вашья. Но люди этого не понимают, доктор. Некоторые ну, вы знаете бросаются ужасными словами. Обвиняют в том, что я наживаюсь на войне. Говорят, что я разжирел, питаясь падалью. Называют меня стервятником! Скажите, это правда? Разве я не был прав во всём, что сделал для своей страны?

Доктор Фрелих. Ваши оправдания, сэр Вашья, это нужды всего отечества.

Вашья. Мои Да, нужды страны! Им нужны были боеприпасы я их дал. Танки, самолёты, мины, ракеты, вызывающие извержения вулканов я обеспечил их всем! Им понадобился новый луч смерти и я дал им его. Вот мои оправдания, доктор. Я давал им то, что было нужно! (Тяжело дышит от волнения.) Да, именно так нужды моей страны!

Входит леди Шонтайн. В её голосе слышна сдерживаемая горечь.

Леди Шонтайн. Это ложь. У него нет страны. Он говорит с вами о патриотизме, доктор?

Доктор Фрелих. Леди Шонтайн.

Вашья. Вы знакомы? Хорошо. Возможно, с вами она будет откровеннее, доктор.

Леди Шонтайн (с лёгким акцентом). Позвольте мне сказать вам правду, доктор. Он человек без родины. Без привязанностей. Спросите его, где он родился это его смутит. Он появился на свет очень далеко отсюда, но при этом рассуждает о патриотизме по отношению к этой стране!

Вашья. Видите, доктор?

Доктор Фрелих. Но, леди Шонтайн, не мне вам напоминать, что многие из наших лучших граждан это люди, принявшие наше гражданство.

Леди Шонтайн. Только не он. Он не гражданин. Он безумец.

Доктор Фрелих. Прошу вас, леди Шонтайн, присядьте. Позвольте мне задать вам несколько вопросов.

Вашья. Лиллиан, доктор хочет тебе помочь.

Леди Шонтайн. Мне? Помощь нужна не мне, а тебе, Вашья. Это ты потерял рассудок. Это правда, доктор: по ночам к нему приходят люди, а он их даже не видит и не слышит.

Вашья (в отчаянии). Слышите?

Доктор Фрелих. Эти страхи, эти навязчивые мысли о муже, леди Шонтайн

Леди Шонтайн. У меня нет никаких навязчивых мыслей. Мой разум абсолютно ясен.

Вашья. Расскажи ему о тех, кто приходит в нашу спальню по ночам.

Леди Шонтайн. Да. Их много. Солдаты. Они толпой входят в комнату, окружают кровать и шепчутся. Говорят ужасные вещи. Я больше не могу этого выносить.

Вашья. Вот, доктор?

Доктор Фрелих. Да, я вижу. Галлюцинации зрительные и слуховые.

Леди Шонтайн. Нет, доктор. Это не галлюцинации. Это настоящие люди. Только все они мертвы.

Доктор Фрелих. Смерть вот о чем мы думаем больше всего в наши дни. Мы живем с ней бок о бок так долго, что она неизбежно становится либо предметом безразличия, либо навязчивой идеей. Стоит свернуть за угол и мы сталкиваемся с ней лицом к лицу. И неудивительно: мы ложимся спать и просыпаемся под грохот орудий. Вам, сэр Вашья человеку с железными нервами, не понять, каково это: быть одержимым страхом смерти, как многие из нас сегодня. Прошу прощения Леди Шонтайн, продолжайте. Что они делают в вашей спальне?

Леди Шонтайн (после паузы). Они окружают кровать и требуют его. Хотят, чтобы он отправился с ними туда, откуда они пришли. Говорят, ему пора. Говорят, это он послал их на смерть. Они называют его своим вожаком и требуют, чтобы он вернулся вместе с ними.

Доктор Фрелих. Вернулся куда, леди Шонтайн?

Леди Шонтайн. На фронт. Туда, где они погибли. Но он не идет. Он боится, доктор. А я знаю, что он должен. Ему место с ними. Однажды они настоят на своем. Они не примут отказа, и тогда ему придется уйти.

Вашья. Видите?

Доктор Фрелих. Леди Шонтайн, вы узнаете кого-нибудь из них?

Леди Шонтайн. Некоторых да. Двое моих братьев. Одному было всего семнадцать милый мальчик с голубыми глазами. Но я больше не вижу этих глаз. Он не открывает их, когда приходит ко мне. Думаю, не хочет видеть меня в постели с этим человеком. Там мой отец, многие мужчины, с которыми я танцевала в юности И есть еще один. Молодой человек. Он был очень добр ко мне прошлой зимой, когда мне было так тяжело. У него был тихий, приятный голос, даривший покой. У него была небольшая хромота одна нога короче другой, поэтому его не должны были брать в армию. Я была так рада, ведь он совсем не был создан для войны. Он ненавидел её. Он читал мне свои стихи Но произошла ошибка. Несмотря на недуг, его призвали, отправили на фронт, а позже я узнала, что его разорвало на куски. Его звали Дэвид. И теперь по ночам он приходит в мою спальню. Он не смотрит на меня он смотрит на моего мужа и говорит: Вашья Шонтайн, тебе пора возвращаться со мной на фронт!

Вашья. Видите, доктор? Видите?

Доктор Фрелих. Да. Кажется, я начинаю понимать.

Вашья. Посмотрите, как живо она всё это себе представляет. Видите?

Доктор Фрелих. Думаю, леди Шонтайн стоит прийти ко мне в кабинет завтра утром. Там мы сможем всё обстоятельно обсудить. Понимаете, сэр Вашья, подобные психозы требуют тщательного и всестороннего исследования

Вашья (быстро). Это невозможно. Вам придется говорить с ней здесь. У меня в доме. В её нынешнем состоянии я не могу позволить ей выйти.

Леди Шонтайн. Нет, он не выпускает меня! Я здесь пленница! Он знает, что я слишком много видела. Боится, что я проболтаюсь. Но нет, Вашья, я ничего не скажу. Только люди солдаты они могут тебе навредить!

Доктор Фрелих. Леди Шонтайн, никто не может навредить вашему мужу.

Вашья. Да, скажите ей!

Доктор Фрелих. Вы должны отбросить эти страхи. Ваш муж в безопасности, в полной безопасности. Вы понимаете?

Вашья. Да!

Леди Шонтайн. Да. Он в слишком большой безопасности. Вот почему солдаты те, что мертвы, всё возвращаются сюда. Они считают, что он в слишком большой безопасности!

Вашья. Вот! Слышите?

Доктор Фрелих. Если бы мы могли поговорить наедине

Входит Филипп.

Филипп. Прошу прощения, сэр. Премьер-министр хочет вас видеть.

Вашья (с удовлетворением). Скажи ему пусть подождет.

Филипп. Слушаюсь, сэр.

Доктор Фрелих (удивленно). Премьер-министр лорд Хантингтон?

Вашья. Да. Он приходит ко мне к Вашье! Я сказал ему, что не могу выходить из дома, поэтому он сам заявляется сюда. Я теперь редко покидаю эти стены.

Леди Шонтайн. Нет, ложь, он просто боится выходить.

Вашья. Боюсь? Чушь собачья!

Доктор Фрелих. Вы должны понять, Леди Шонтайн, ваш муж человек, чрезвычайно ценный для страны. Его жизнь необходимо оберегать, не считаясь с личными удобствами.

Леди Шонтайн. Да. Он национальный мясник.

Вашья (растерянно). Замолчи... Она должна замолчать! Что подумают люди, если они...

Леди Шонтайн. Они знают. Это больше не тайна. Мертвецы всё им рассказали. Они разнесли эту историю повсюду, кричали о ней на каждом углу, Вашья. Твое имя национальный мясник мясник всего мира! И они не остановятся. Ты не заставишь их замолчать, не сможешь!

Вашья. Заткнись, черт тебя подери!

Доктор Фрелих. Сэр Вашья!

Леди Шонтайн (в исступлении). Нет, они не остановятся! Они вернутся за тобой сегодня ночью, завтра, на следующий день! И в конце концов они тебя схватят! Да! Ты пойдешь с ними на фронт, Вашья!

Вашья (кричит). Убирайся! Слышишь, убирайся! (С трудом берет себя в руки, его голос дрожит.) Простите, доктор. Иногда я теряю контроль. В душе я всё еще простой мужик, а она она сводит меня с ума! Почему в такое время меня должна терзать женщина, лишившаяся рассудка? Доктор, если вы вернете ей разум, я заплачу пятьдесят тысяч. Слышите? Сто тысяч! Только сделайте это.

Доктор Фрелих. Если хотите, я могу поговорить с ней прямо сейчас.

Вашья. Да. Уведите её. В соседнюю комнату. Туда.

Доктор Фрелих. Пойдемте, леди Шонтайн?

Леди Шонтайн. Да, доктор. У вас добрые глаза. Я пойду с вами.

Вашья. Помните, доктор: что бы она ни болтала эта женщина не в себе.
(Пауза, пока они выходят.) Филипп! Впусти лорда Хантингтона.

Филипп. Слушаюсь, сэр.

Лорд Хантингтон. Сэр Вашья.

Вашья. Рад, что ты пришел. Филипп, обыщи его. (Филипп начинает обыск.)

Лорд Хантингтон. Это обязательно?

Вашья. Да. У нас ни для кого нет исключений. Свободен, Филипп! Где остальные?

Лорд Хантингтон. Члены кабинета будут позже. Я хотел поговорить с вами с глазу на глаз.

Вашья. Вот как?

Лорд Хантингтон. Сэр Вашья, идет шестой год войны.

Вашья. И что с того?

Лорд Хантингтон. Это затянулось. Страна истощена, как и все остальные. Этому пора положить конец.

Вашья. И ты пришел ко мне?

Лорд Хантингтон. Именно к вам.

Вашья. Что ж, весьма лестно. Кстати, в соседней комнате сейчас работает выдающийся психиатр. Осматривает мою жену у неё в последнее время странные видения. Очень рекомендую. Возможно, он поможет и тебе.

Лорд Хантингтон (едва сдерживая ярость). Всем известно, сэр Вашья, как вы обращаетесь со своей женой.

Вашья. Ты на что намекаешь?

Лорд Хантингтон. Я хочу сказать, что джентльмену не подобает отпускать подобные шутки в её адрес.

Вашья. Ха! Вы, аристократы, решили сплотиться против меня? Против Вашьи мужика? Вы еще смеете учить меня, как обращаться с собственной женой?

Лорд Хантингтон. Осторожнее со словами!

Вашья. Осторожнее? Я никогда не был осторожен. С чего бы мне церемониться с вами? Я мог бы раздавить вас каблуком! Но зачем я вообще завожусь из-за вашей кучки породистых блох? Не знаю. Иногда я вспоминаю, как все было двадцать, тридцать лет назад, и мне хочется плюнуть вам в лицо! Всем вам! Теперь мое время, не ваше. Теперь карты раздаю я.

Лорд Хантингтон (тихо). Больше нет, Вашья.

Вашья. Нет?

Лорд Хантингтон. Ваша партия сыграна.

Вашья. Сыграна? С чего бы это?

Лорд Хантингтон. Я кое-что узнал. О ваших тайных делишках.

Вашья. Немедленно объяснись или извинись!

Лорд Хантингтон. Не горячитесь. Я пришел сюда, чтобы спокойно во всем разобраться.

Вашья. Я не буду с тобой церемониться. Хантингтон, правительство, которое ты представляешь, у меня под каблуком. Тебе не стоит дерзить мне. Ты хоть знаешь, кто я такой?

Лорд Хантингтон. Знаю. Вы довольно известная личность, Вашья. Вас называют национальным мясником.

Вашья (ударяет его). Ты смеешь говорить мне это в лицо?!

Лорд Хантингтон. Я говорю это вам в лицо, Вашья. И надеюсь, что вам это нравится.

Вашья (смеется). Мне нравится то, что дал тебе пощечину! У тебя на лице след от моей руки. Я сделал это ударил премьер-министра! Когда-то вы, аристократы, плевали мне в лицо. Теперь я бью по вашему. Я, простой мужик из навозной кучи, Вашья Шонтайн, бью тебя, лорда Хантингтона. Следы от моих пальцев на твоей холеной, пахнущей лавандой щеке... пальцев, которые когда-то сжимали вилы! Ну, что скажешь?

Лорд Хантингтон (после паузы). Полагаю, это поступок свиньи. Но он меня не удивил. А теперь, когда вы дали выход своей мелкой ярости, давай сядем и поговорим о деле.

Вашья. А ты держишься молодцом, не так ли? Еще бы приходится. Ты знаешь, кто здесь хозяин. Я Вашья. Мужик.

Лорд Хантингтон (тихо). Вы сошли с ума.

Вашья (тяжело дыша). Нет. С этим покончено. (Смеется.) Вечно я забываю, что я же джентльмен. В детстве я переел черного хлеба... И все же, это был самый приятный момент в моей жизни, когда я почувствовал, как жжет мою руку от удара по твоей щеке. Поступок свиньи, но мне он понравился. Выпей.

Лорд Хантингтон. Нет, благодарю. Я уже сказал: это не светский визит.

Вашья. Разве?

Лорд Хантингтон. Нет. А теперь, когда вы позабавились, мы можем перейти к делу.

Вашья. К какому делу?

Лорд Хантингтон. В ваших силах положить конец войне.

Вашья. В моих силах да!

Лорд Хантингтон. Если вы это сделаете, я в обмен сохраню вашу тайну.

Вашья. О чем ты?

Лорд Хантингтон. О вашем двойной игре, Вашья.

Вашья. Двойной игре?

Лорд Хантингтон. Да. У меня на руках документы, доказывающие, что вы поставляли боеприпасы обеим сторонам. С самого начала войны и по сей день. Вот они.

Вашья. Подделка! Ты считаешь меня идиотом?

Лорд Хантингтон. Код был сложным. Мы потратили два года, чтобы найти хоть какую-то зацепку. Но теперь мы расшифровали всё. И поверьте, правительствам, с которыми вы вели тайную переписку, будет крайне интересно ознакомиться с этими бумагами.

Вашья. Повторяю: это фальшивка. Но даже если бы это было правдой что ты собираешься делать? Забыл, какой властью я обладаю?

Лорд Хантингтон. Нет, не забыл. Именно поэтому я пришел не арестовывать вас, а заключить сделку. Я даже стерпел вашу пощечину поверьте, это было непросто. Послушайте: если вы остановите эту бойню а я знаю, что вы можете это сделать, бумаги будут уничтожены. Вы войдете в историю как спаситель страны. Никто и никогда не узнает правды.

Вашья. Я отвергаю твое предложение. Полностью. Я знаю свое место, Хантингтон: это я диктую условия, а не ты. Бросаю тебе вызов: попробуй меня разоблачить. Ну же, смелее! Если ты это сделаешь, силы, которые стоят за мной, мгновенно прекратят поставки оружия вашей стране. И вы останетесь беззащитны. Ваши города будут гореть, а над столицей зависнут военные корабли, сбрасывая бомбы и отравляющий газ. У вас не останется ни крупицы пороха, чтобы дать отпор. И именно я, Вашья, буду тем, кто сотрет вас в порошок. Я возьму вас и (Звук разбивающейся бутылки.) раздавлю вот так! (Тише.) Видишь ли, лорд Хантингтон, эта война закончится тогда и так, как решу я. Ты услышал мой ответ. А теперь вон! (Кричит.) Вон! Убирайся из моего дома, пока я!

Пауза. Входит леди Шонтайн.

Леди Шонтайн. За тобой пришли, Вашья.

Вашья (хрипло). Вернись в свою комнату!

Леди Шонтайн. Нет. За тобой пришли люди, Вашья. Они устали ждать. На этот раз тебе придется пойти с ними.

Лорд Хантингтон (про себя). У нее револьвер...

Вашья (заметив оружие). Лиллиан! Где Доктор? Доктор Фрелих!

Леди Шонтайн. Доктор с мужчинами, Вашья. И он дал мне это.

Вашья. Доктор! Доктор Фрелих!

Леди Шонтайн. Он сказал, что мне придется заставить тебя пойти с ними. Сказал, что иначе у тебя не хватит духу решиться. Видишь их, Вашья? Они уже здесь. Они стоят вокруг тебя и ждут.

Вашья. Брось пистолет!

Леди Шонтайн. Нет.

Вашья (съежившись). Лорд Хантингтон! Лорд Хантингтон!

Леди Шонтайн. Бесполезно. На этот раз они не будут ждать. Ты отправил их на фронт теперь твоя очередь идти следом.

Вашья. Останови её! Она собирается стрелять! Она сошла с ума! Эта женщина лишилась рассудка!

Леди Шонтайн. Прощай, Вашья.

Вашья (в панике). Нет, нет, ради всего святого! Не стреляй! Доктор! Не дайте ей убить меня! Лорд Хантингтон, это же убийство! Вы же не позволите... Умоляю! Лиллиан, ты не можешь! Я не умру! Я не могу умереть, мне нужно пожить ещё!

Леди Шонтайн. Прощай.

Вашья. Подожди! Хоть минуту! Я еще не готов!

Леди Шонтайн стреляет. Вашья падает.

Вашья (хрипло). Принцесса... маленькая принцесса... Помни обо мне. Я буду добр к тебе, так добр... (рыдая) Мы снова будем счастливы, дорогая. Мы вернемся к тому озеру, помнишь? Соловьи поют и... Нет! Нет!

Леди Шонтайн стреляет снова.

Доктор Фрелих. Он мертв.

Лорд Хантингтон. Вы уверены?

Доктор Фрелих. Да.

Лорд Хантингтон. Леди Шонтайн застрелила его в целях самообороны.

Доктор Фрелих. Конечно.

Лорд Хантингтон. А откуда же взялся револьвер?

Доктор Фрелих. Я дал его ей. Он был в медицинской сумке.

Лорд Хантингтон. Мы закроем на это глаза.

Филипп. Сэр... Сэр Вашья!

Леди Шонтайн. Он уехал! Он уехал вместе с остальными! Можете всем сказать, что Вашья отправился на фронт!

Лорд Хантингтон (почти шёпотом). Поразительно.

ЗАНАВЕС

(C) Переводчик Александр Чупин

e-mail. shurshik_2005@mail.ru

сентябрь 2026г.