Олеся проснулась. Сладко потянулась. Похлопала ресничками. Посмотрела на часы.
Встала, потрясла роскошными рыжими волосами, улыбнулась отражению в зеркале. Сняла широкую ночную рубашку. Какая же она стройная!
Открыла шкаф с одеждой, вытащила оттуда обтягивающую белую маечку и шорты. Ааа, сейчас пойдет бегать.
Я стоял в углу комнаты. Я смотрел на нее. Я ждал, что она обратит на меня внимания.
Но такие, как я - не для нее. Такие, как она нуждаются в "напитках покрепче"...
"Девушка по городу шагает босиком..."
Ложь. В кроссовках.
Люблю я, как она так запрокидывает голову и, щурясь, подставляет веснушчатое личико солнцу.
Жаль, что это она обняла тогда его, у светофора... а как же больно на это смотреть..
- Это просто маниакальное какое-то состояние.
- Я знаю.
- Не знаешь.
- Знаю.
- А что ж тогда о чувствах говоришь?
- "Город ангелов" насмотрелся...
Она одела блузку немодного покроя, заправила ее в строгую черную юбку до колена, и, обойдясь без макияжа, вышла ловить такси.
Странно, зачем ей постоянно ловить такси? Столько денег. Тем более, она сама водит машину. У нее Пежо под цвет ее лиловых губ... "Чужие губы тебя ласкают..."
Все, хватит слушать всякую попсу.
Она вернулась поздно вечером. На голове беспорядок. Колготки порваны. На глазах - слезы.
Я хотел спросить ее, в чем дело... но ей было не до меня. Она позвонила Оксане. Оксана милая. Оксана сказала моей Олесе, что все пройдет... "Все пройдет... только верить надо... что любовь не проходит! Нет..."
- Мы договорились.
- Но я...
- Никаких "Но".
- Ладно.
Олеся проснулась. Солнца не было, она нахмурилась. Прямо в ночной рубашке пошла чистить зубы. Прошла мимо меня, ничего не сказала.
Я привык. Правда.
Сегодня воскресенье.
Она прошла на кухню, взяла гранат. Разрезала сочный фрукт пополам.
Задумалась.
Почему-то не стала есть.
Заплакала. Подхожу, трогаю ее слезы - такие горячие! Слезы любви.
Я касаюсь пальцами ее висков, чтобы охладить эти слезы, чтобы она не сожгла свою кожу... и душу...
- Ты сошел с ума.
- Нет.
Я впервые смотрю на Энимо с вызовом. Как он может учить меня тому, чего не понимает! Он же не чувствовал!!
- Ты знаешь притчу об ангелах?
Я опустил глаза. Вся правда земли и неба работает против меня.
Жил-был на свете Ангел-Хранитель. И имя ему было дано Создателем Стрейндж.
Он делал Великие шаги, охранял сон и покой Великих людей.
Но однажды он захотел стать таким же, как они, люди.
Но он не знал, как исполнить эту мечту. Тогда за советом он пошел к Создателю.
И Создатель ответил: "Твое предназначение быть ангелом. Люди убивают друг друга, чтобы понять свое предназначение, а тебе дана такая привилегия знать свой путь"
"Путь без конца" - разочарованно сказал Стрейндж.
Создатель вздохнул и спросил Ангела: "Каким ты себя видишь?"
"Я высокий. У меня голубые глаза и черные волосы. У меня сильные руки..."
Создатель остановил Стрейнджа.
"Ангелы бестелесны"
Да, я знаю, я сам придумал, что могу быть с ней. А, собственно, зачем ей неосязаемый дух, пусть и с пламенными чувствами.
- Правильные мысли, Сенс, как будут какие-нибудь вопросы - обращайся. Помогу всегда.
- Энимо?
- Что-то еще?
- Я все равно ее люблю.
- Олесь, да прекрати ты, Наденька - моя коллега.
- Коллега - не коллега, мне все равно. Она тебя целовала.
- да она сама набросилась!
- Дим, замолчи, и так тошно.
- Олеська, ну сама подумай, раз меня многие бабы хотят, разве тебе не льстит, что я с тобой?
Пощечина.
Олеся, милая, он сволочь, у него даже Ангела нет.
Беги от него. "Беги дальше всех"
- Она состарится.
- знаю.
- Уйдет ее красота.
-Знаю.
-Все лицо покроется морщинами.
-Знаю.
- Волосы поседеют.
-Знаю
- Ты разлюбишь ее
- Энимо, я просто дурак, смирись.
Олеся ступила своей изящной ножкой на лодку, качающуюся на чуть заметных волнах.
Изгибы водной глади... тишина... тени зеленеющей листвы... бесстрашная Олеся и ее сестра.
Как они любят плавать по озеру!
Когда Олеся была маленькой, я все время боялся, что она утонет, а рядом не будет того, кто сможет ее спасти по моему наитию.
А потом привык.
Оксанку я всегда любил. Она дарит радость Олеське, а значит и мне.
Две сестры сидели в лодке посередине озера и разговаривали о своих проблемах с хмурыми, но спокойными лицами.
- Не любит. Никто.
"Она его не любит..."
Неправда, я люблю.
Олеся расстроено протянула:
- Я не верю в любовь на Земле. Может на небесах - да, но Земля слишком серая для чего-то настолько радужного...
- А я не верю, что есть что-то кроме Земли. Поэтому в земную любовь хочу верить и верю...
Олеся, моя Олеся, может она чувствует?
- Нет, нет и нет. Она не может ощущать твое присутствие.
- Как думаешь, у нее будут дети?
Энимо рассердился. Я всегда говорил только о ней...
А потом появился ОН. Ее большая Любовь. Она ходила счастливая, улыбалась. Он засыпал ее плюшевыми кошками и пирожными "Мокко", к которым она всегда питала особую слабость. Она укладывала его волосы и рисовала его портреты. Он мечтательно повторял ее имя, она мечтательно повторяла его.
И все бы хорошо, только был я, Ия возненавидел ЕЕ большую Любовь, этого Антона, темноволосое черноглазое чудовище, отбирающее мою Олеську от жизни без меня...
Я сознавал свою неправоту, что мне ей нечего дать. Да она и не поймет, если я даже захочу подарить ей... "Я тебя никому никогда не отдам..."
-Странно, что не умея держать предметы, мы можем управлять людьми, чтобы они взяли ту или иную вещь в руки.
Энимо ходит по мостовой. Сквозь него пролетают Жигули и Иномарки, а ему все равно, не то, что моей Олесе - ей так ходить не следует.
- Я думаю, это хоть один дар, который Создатель просто боится у нас с тобой забрать.
- Сенс, ты же знаешь факты, почему у тебя на любой факт бездумная лирика?
- Я поэт в душе.
- Ангелы не сочиняют стихов, Сенс.
Я люблю Энимо только потому, что он моя полная противоположность.
- Энимо, а помнишь, был случай... что ангел умер?
Белым утром поднялось белое солнце.
У одного Ангела умер его подопечный, а светлых людей больше на земле не осталось. Тогда он тоже умер. Исчез, обратился в невидимую пыль. Стал ничем.
- Байки все, байки, светлые люди Есть.
- не важно.
Энимо молчит. Потом шепотом говорит:
- А я слышал, его убил человек...
-Человек?
- Просто он очень хотел умереть, и, настроившись на сознание своего подопечного, он ножом пронзил свое сердце... "Возьми мое сердце"
- Энимо, ты думаешь, что желание ангела может исполниться? Мы же живем ради желаний людей, не своих!
Я долго ходил по улицам. Подальше от Олеси, подальше от Антона и его ангела, там, где в шуме улиц пропадала моя душа.
Она исчезала, я хотел, чтобы она исчезла насовсем.
Но моя обязанность перед подопечной не давала мне сил исчезнуть. Олеся сковывала меня по рукам и ногам.
И тогда я пришел к ней домой.
Я настроился на сознание Антона, вытащил из секретера его руками Олеськин пистолет и направил на себя. Сейчас я умру. Какое счастье. Не будет больше ничего - ни боли, ни страдания, ни чувств, ни Сенса...
Я просто исчезну. Стану ничем... я и сейчас ничто. Без нее.
Пистолет выстреливает, я слышу голос. Оборачиваюсь. Сзади меня стоит Олеся. Пуля пробивает ей грудь и из раны хлещет кровь. Алая, человеческая кровь. А я продолжаю ощущать боль. " в твоих глазах застыла боль... я разделю ее с тобой... а в зеркалах качнется призрак... призрак любви... возьми мое сердце!"
-Any more...
- Sense?
- I am breathing. I feel...
- Oh... You are breathing, Sense, you are breathing...
14.11.04г