Данилов Павел Александрович
От заката до ночи

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Links
Кожевенное мастерство: сумки, ремни своими руками
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Для участия в конкурсе "Мир хроник Реликта"

От заката до ночи

Переезд молодоженов


 
  Молодой ученый Олег Минаев водил ручкой по электронной бумаге. На половине экрана расчетного устройства, стоявшего на небольшом пластиковом столике, тут же появлялись ряды формул и чисел, записанные неровным почерком. Рядом горела схема расположения в Солнечной системе "колючек" нагуалей - нерушимых абсолютно черных тел, зависших в определенных точках пространства.
  Олег прищурено смотрел на экран расчетного устройства, изредка почесывая короткую бородку. "Что я мог не учесть? - думал он. - Размер Земли, ее скорость вращения вокруг собственной оси и вокруг Солнца, небольшое замедление при столкновении с мелкими нагуалями..."
  - Что ты снова считаешь? - раздался женский голос, почти лишенный интереса.
  Олег взглянул через плечо на жену, сидевшую в глубоком кресле с ветхой книгой в руках.
  - Пытаюсь спасти нас, Танюш, и нашего ребенка.
  - Это как же? - спросила Минаева, погладив уже обозначившийся животик. В светло-зеленых глазах невысокой, пухленькой женщины появились искорки удивления.
  - Рассчитываю, какая область планеты пострадает меньше всего во время столкновения с нагуалями.
  - Не буду тебя отвлекать. Больше я ничем помочь не могу, - сказала Таня и осторожно перевернула побитую временем страницу.
  Олег улыбнулся, задумчиво почесал небольшую бородку и снова занялся расчетами, которые его отнюдь не радовали. По заключениям молодого ученого, работавшего в отделе изучения нагуалей, Земля после столкновения должна была превратиться в почти плоскую линзу. Верить, что после такого на планете может сохраниться жизнь трудно, но не верить - еще труднее.
  Таня взяла кисточку, которой обычно пользуются археологи, и начала сметать пыль со страничек следующей книги.
  - А когда произойдет Катастрофа? - спросила она.
  Олег встал, хрустнув позвоночником, и подошел к жене. Погладил по прямым светлым волосам.
  - Через неделю, милая. А завтра мы переезжаем.
  - Завтра!? А как же все это? - спросила Таня, обведя руками огромную комнату, завешанную полотнами.
  - Я снял со всего электронные копии.
  - Олег, но ведь это образцы подлинного искусства, - с напором сказала Таня.
  - Голограммы будут выглядеть идентично, - терпеливо ответил молодой ученый. - Не таскать же это все время с собой?
  - А книги? - показав на большой шкаф, заставленный ветхими бумажными изданиями, спросила Минаева.
  - Все тексты записаны.
  - Ничего ты не понимаешь в искусстве, - с досадой подвела итог женщина.
  - Не понимаю, - спокойно согласился Олег, - но уважаю. Танюш, ты меньше переживай. Малышу это ни к чему.
  - Ты прав. Так куда мы переезжаем?
  - В Волгоградскую область. Там и раньше было меньше всего стихийных напастей, вот и сейчас, по расчетам, ей должно повезти больше всего.
  - Так близко!? Может, я все-таки соберу картины?
  Олег, обладавший лишь зачатками способностей интраморфа, внезапно для себя увидел очень четкий образ ангела, с вознесенными к ярко-голубому небу руками.
  - Ладно, неугомонный деятель культуры. Но надеюсь не весь флайт будет забит произведениями искусства, - сказал Минаев. - Для выживания нужно кое-что еще.
  Таня благодарно улыбнулась.
  - Для меня это много значит, - сказала она, откладывая книгу.
  Олег хмыкнул.
  - Удивляюсь, что в нашем доме нет виниловых пластинок или древнегреческой скульптуры.
  - Афродита органично бы смотрелась на фоне расчетной системы, - со знанием дела сказала Таня.
  - Шутки шутками, а нужно собираться, - с грустными нотками сказал Олег. - Все человечество, да весь наш домен в панике.
  - Великие играют, слабые страдают, - со вздохом подтвердила беременная Минаева.
  - А по приезду в Волгоград дел будет невпроворот. Главное поселиться подальше от ветки метро, а то представляю, что будет твориться в последние дни перед столкновением.
  - Отвыкший от неприятностей, зажравшийся социум не щадит друг друга уже сейчас. И все ищут виноватых.
  - Да-а, - протянул Олег. - Жаль, что многие колонии человечества погибли, а те, что волшебным образом избежали встречи с нагуалями, давно заблокировали ветки метро.
  Таня, сосредоточенно вытаскивающая картины из деревянных рамок, слегка помрачнела. Перед мысленным взором Олега появились темные и низкие дождевые тучи, заволакивающие лазурное небо.
  - Но ты не переживай, - поспешил сказать молодой ученый, - тебя и нашего малыша я защищу.
  - Жаль всех этих людей, жаль великую, хоть и чересчур возгордившуюся цивилизацию.
  - Гордость от молодости и быстрых скачков в развитии. Но уже неважно. Я думаю, что первой и главной ошибкой, а также причиной Катастрофы, стало промедление в уничтожении Конструктора, когда он был еще спорой.
  - Согласна, но тогда последствия были неизвестны. А Конструктор оказался древним и великим существом.
  - Великим, - с презрением повторил Олег. - Он вместо того, чтобы вылечить наш домен, просто-напросто ампутировал его с помощью Стенки. Оградил от других метавселенных. Хорошо хоть нагуали перестали расти.
  - У него своя логика, - примирительно сказала Таня.
  - Не обремененная гуманизмом, - добавил Олег.
  - Да какая теперь разница, - вытаскивая очередную картину из рамки, спокойно проговорила Минаева. - Выживем - поговорим.
  - Выживем, - безапелляционно заявил молодой ученый.
 

***


 
  Четырехместный флайт медленно летел на стометровой высоте. Путь до Волгограда занимал несколько часов. Задняя часть транспорта, строго за Олегом, была завалена техникой: расчетная система, упакованные скафандры "пузыри", всевозможные защитные установки, датчики, локаторы, сканеры. Рядом ехали сокровища Тани: картины и книги, упакованные в сверхпрочную и огнестойкую пленку. Сами молодожены, облаченные в уники, с комфортом устроились в передней части машины.
  - Где мы поселимся? - поинтересовалась Таня.
  - В загородном доме моего знакомого космена. Он надеется переждать Катастрофу на орбитальной станции Земли. Хочется верить, что у него это получится.
  - А дом большой? - бросив взгляд через плечо, спросила Таня.
  - А что? - насторожился Олег.
  - По миру столько прекрасных галерей...
  - Таня! - прервал жену Минаев. - Настоящие ценители древнего искусства догадаются запечатать все в защитную пленку! Или ты хочешь стащить в свой дом все картины и книги мира?
  - Нет, но ведь будут разломы, извержение магмы. Многое будет похоронено.
  - Значит, будущим романтикам будет, чем заняться, - отрезал Олег. - Лучше беспокойся о ребенке, пожалуйста.
  Таня вздохнула и на миг заблестевшие светло-зеленые глаза снова стали спокойными. Олега она любила, и будущего ребенка она любила, но фанатичный огонек обожания вспыхивал только при взгляде на какой-нибудь шедевр. Молодой ученый, имевший такое же отношение к науке, легко привык к увлечению жены, хоть и не понимал ничего в этой "мазне" или "кусках дерева".
  Солнце, иногда скрывающееся за редкими облачками, светило в глаза. Под днищем флайта, влетевшего в Волгоградскую область, проносились заросшие изумрудной травой поля, небольшие, окруженные камышом пруды, обширные лесопосадки, березовые рощи.
  Олег снизил скорость до черепашьей, словно привез Таню для изучения местного ландшафта. В березовой роще показалась бордовая крыша одноэтажного белого дома.
  - Прилетели, - сказал Олег, вертикально сажая флайт в маленький дворик, в десятке метров от крыльца.
  - Он отшельник? - удивленно спросила Таня.
  - Это загородный дом для уединения, занятий единоборствами. Уверен, что здесь более чем спокойно.
  - Природа здесь потрясающая, только климат очень сухой, - сказала Таня, проведя ногой по невысокой темно-зеленой траве.
  - Можешь особо не привыкать, - напомнил Минаев, - скоро все станет по-другому.
  - Олег, я давно свыклась с тем, что мир не будет прежним. Можешь не напоминать об этом каждый час.
  - Наверное, я себя успокаиваю, - с грустью сказал ученый. - Я так любил этого технологического монстра.
  - Погоди хоронить. Один ты сколько разных штук привез, - ободрила мужа Таня.
  Олег скептически хмыкнул, подозвал маленькой рацией возле уха рабочего инка.
  - Да, а ты спасла человеческую культуру, - махнув рукой на стопки книг и картин, сказал Минаев.
  - Не полностью, - не заметив иронии, ответила Таня.
  Минаев пошел к дому, взяв небольшое расчетное устройство, которое для ученого было таким же обыденным и обязательным атрибутом, как для безопасника оружие. В систему были залиты мириады программ, миллиарды терабайт информации, несколько искусственных интеллектов, которые могли заниматься альтернативным моделированием. Ученый редко оставался без устройства в руках. Остальную работу по разгрузке флайта Олег доверил инку.
  Внутри дом был обставлен в старых традициях, предпочитаемых знакомым косменом. Массивная резная мебель поражала величием и уютностью одновременно. От огромного бордового стола на толстых ножках веяло мощью и стабильностью. На стенах красовались различные цветные карикатуры мастеров всех времен.
  - Какой у тебя продвинутый знакомый, - не преминула заметить по этому поводу Таня.
  Вторая комната, окрашенная в напрягающие красные и фиолетово-черные тона, оказалась совершенно пустой.
  - Для тренировок, - пояснил Олег жене, которая с недоумением разглядывала помещение.
  - Милый дом, - подвела итог Таня. - Пойдем, пообедаем?
  Олег кивнул.
  - Завтра надо обзавестись еще парой синтезаторов пищи, - проговорил он. - Чтобы после Катастрофы еда не стала постоянной проблемой.
  Таня пожала плечами и поставила перед мужем тарелку овощного рагу и стакан яблочного сока.
  После трапезы Олег сел работать за массивный стол. Вопрос защиты дома стал основным.
  Таня занялась обустройством комнаты на свой вкус. Рабочий робот двигал мебель, вешал картины, таскал книжки.
  На улице уже стемнело, когда Таня решила выбраться на прогулку во двор загородного дома.
  - Наслаждайся ночью. Их осталось так мало, - с грустью посоветовал Олег.
  - На лирику потянуло? - удивленно спросила Таня, глянув на мужа, щелкавшего по клавишам любимого расчетного устройства.
  Олег улыбнулся уголками губ и покачал головой.
  - Столкновение. Если некое подобие смены времен года будет из-за дрейфа зажатого Солнца среди стенок нагуалей, то ночь пропадет вовсе, когда Земля остановится.
  - Будет как в Питере в июне. Белые ночи, - беспечно сравнила Таня.
  - Как в Питере, думаю, уже не будет никогда, - цинично заметил Олег.
  - А жаль, - открывая дверь, сказала Минаева. - Красивый город.
 

Последняя ночь


 
  Олег окружил дом всевозможными защитными барьерами. Энергии аккумуляторов полей должно было хватить на несколько дней наивысшей защиты дома и стоявшего вплотную к дому флайта. Минаев не хотел остаться без транспорта после Катастрофы. Казалось, что дом готов к термоядерной атаке. Больше всего Олег боялся расколов земной коры близи их жилища, извержений магмы и проблем со стремительными потоками воздуха.
  По расчетам Минаева в данной области планеты атмосфера не должна была стать сильно разреженной. А многим другим местам Земли грозили несчастья вроде недостатка кислорода или выброса и распада тяжелых радиационных элементов.
  Олег почувствовал, что от постоянного напряжения, от сложнейшей работы, сломалась еще одна преграда, отделяющая обычного человека от интраморфа. Теперь он легко воспринимал настроения жены, мысли стали более быстрыми и "осязаемыми". Олег ощущал, что сможет, не открывая рта, сказать любому интраморфу пару слов. "Мне бы терафима, - подумал ученый, - потренироваться. Да и помощник из этого квазиживого информационного преобразователя прекрасный".
  - Таня, - позвал Олег из комнаты для тренировок.
  - Да? - входя, отозвалась деятельница культуры.
  - Надень "пузырь", - протягивая небольшую упаковку, попросил Минаев. - Это невидимый пленочный скафандр. Хорошо защищает от перепадов температуры и многих видов излучений.
  - Что еще?
  - Меньше переживай и береги ребенка, - в который раз повторил Олег.
  Таня улыбнулась, в светло-зеленых глазах вновь появился огонек бодрости.
  Перед мысленным взором ученого появилась воинственная амазонка с двумя клинками, ставшая в защитную позу.
  - А когда столкновение? - спросила она.
  - Ближе к вечеру, - спокойно ответил Олег.
  - А что в мире творится? И у тебя на работе? - поинтересовалась Таня, кивая на маленькую рацию возле уха.
  После этих вопросов Минаев заметно помрачнел.
  - Работа отдела прекратилась полностью. Некоторые из знакомых смогли выбраться на космические сооружения в Солнечной системе. Кто-то переехал в Рязанскую область, а кто-то в Волгоградскую. На Уральской равнине тоже должно быть поспокойней. Местами выживет и Московская область, - сказал Олег. - Информацией о защитных полях мы обменялись и поделились со всеми с кем можно. Хуже дело обстоит с обычным людом. Разжиревшее за пару веков общество до последнего надеялось, что всесильные власти и "яйцеголовые" смогут предотвратить беду. Но это невозможно. Не пропускать же всю планету через абсолютное зеркало!
  Таня на всякий случай покивала.
  - А сейчас, когда все чиновники и безопасники мира просят людей использовать все защитные средства и не паниковать, начался животный естественный отбор. Миллионы особо рьяных индивидов погибнет еще до столкновения. Все напоминает панику на огромном тонущем корабле двадцатого века, когда шлюпок не хватает и на треть экипажа, - продолжал Олег. - Люди давят и убивают друг друга возле еще действующих кабин метро. Служба безопасности, как может, сдерживает эти напоры. Самый рьяный поток людей направлен на Гею. Планета по-прежнему движется вокруг Сола и столкновение с нагуалями, по расчетам, не грозит ни ей, ни освещающей Гею звезде. Возможно, там ждет что-то похуже Катастрофы, но люди убеждены в другом, что власти оставили себе "райскую планетку" и не хотят пускать туда "простой народ". Хотя как раз на дикую Гею никто проход не закрывал.
  - Люди в страхе безрассудны, - подвела итог Таня. - А почему власти не объявили эвакуацию на Гею заранее?
  - Предложение о переселении поступало, хотя ветке метро на Гее меньше месяца. Но как-то никто не дернулся. Ведь мнение масс, как всегда, зависит от ситуации. Вначале думали, что из них хотят сделать добровольных колонистов, прогнать со старушки-Земли.
  Таня фыркнула от глупости такого заявления.
  - Проблема перенаселения может и была, но что бы выдворять с помощью обмана... ерунда, - улыбаясь, сказала она.
  - У власти в основном были интраморфы, а люди им не доверяют. А сейчас, перед лицом всепланетной угрозы, обычные чиновники спасовали. А паранормы, уставшие от морального гонения из-за своего превосходства, махнули на зажравшийся социум рукой.
  - Жаль, что погибнет много хороших людей, - с нотками грусти проговорила Таня.
  Ученый скептически ухмыльнулся.
  - Думаю, что хорошие люди заведомо поумнее и порасторопнее. И могут сами о себе позаботиться, а не ждать, что к ним придут и будут умолять их спасти.
  Таня на миг задумалась, затем с сомнением проговорила:
  - Ну не все. Например, талантливый, но слабый физически художник. Как ему спастись?
  - Его спасут те, кто его любит, - безапелляционно заявил Олег.
  - Ты прав, - улыбнувшись, сказала Таня; поцеловала мужа в щеку и ушла облачаться в "пузырь".
  "Может и надо было перебраться на Гею, - подумал ученый. Перед глазами предстал длинноволосый дикарь в набедренной повязке, держащий в руке копье с каменным наконечником. - Хотя там мы могли не дожить и до сегодня".
  Олег вызвал по пси-связи Бориса Светлова, единственного интраморфа, которого считал хорошим другом.
  "- С каких это пор ты стал паранормом?" - спросил Светлов, передавая образ удивления и радости.
  "- С недавних, - ответил Олег. - Меня все мучает вопрос, как там на Гее?"
  Минаев увидел образ человека, пожимающего плечами.
  "- Не знаю. Информация оттуда поступать перестала. Возможно, правительство быстро сменилось, и планета стала независимой от Земли территорией. Но это только гипотеза. Ты меньше думай об этом. Готовься к столкновению".
  "- Спасибо. Желаю пережить Катастрофу".
  "- До связи", - сказал Светлов и отключился.
  Олег надел поверх уника "пузырь", "выключил" одну стену комнаты.
  День понемногу тускнел. Деревья качало от легкого ветерка. Редкие облака медленно летели по бледнеющему небу. Природа жила по своим законам до последней минуты.
  Олег подключился к каналу новостей, где предупреждали о скором неминуемом столкновении. Просили соблюдать спокойствие и использовать защитные от стихии средства. Сказали, что Катастрофа наполовину прошла. Ведь Солнце по-прежнему светит, хотя уже натолкнулось на разросшиеся "колючки" нагуалей. Минаев отключил канал связи и подумал: "Только положение звезды стало практически полностью фиксировано. А если Земля расколется, как многие другие планеты системы, и он с женой окажется на куске, который двинется прочь от согревающей звезды, то..."
  - Олег, ты решил встретить Катастрофу один? - послышался наигранно-бодрый голос Тани.
  - До начала столкновения около часа. Ты оделась?
  - Да.
  Олег зашел в комнату, еще раз проверил аккумуляторы защитных полей, "отключил" стены и уселся рядом с женой на удобный диван.
  - Страшно, - тихо проговорила Таня. - А зачем прозрачные стены?
  - Неведение страшнее. И если мы будем проваливаться в трещину к ядру планеты, то я предпочту попробовать взлететь на флайте и поискать места поспокойнее. Если они будут.
  Таня плотнее прижалась к мужу и, со вселенской тоской в светло-зеленых глазах, стала наблюдать за последним закатом.
  - Не бойся, милая, - постарался ободрить жену ученый, но голос звучал неуверенно.
  - Страшна не Катастрофа, а великие перемены, которые она принесет.
  - Раньше были стихийные бедствия, войны, глобализация мира, - перечислил Олег. - А теперь Катастрофа. Просто наступило очередное время перемен - время расшевелить людей.
  "Даже у меня проявились интраморфные способности только в критической обстановке и при психическом напряжении", - додумал ученый.
  В ожидании столкновения Олег ссутулился сильнее обычного. Таня, гладя рукой выступающий животик, смотрела на медленно скрывающееся солнце.
  Внезапно дом тряхнуло, словно он был кораблем, и большая волна ударила в борт. Стало светло как днем, Солнце застыло в градусах шестидесяти над очень сильно отдалившимся горизонтом. Дом сильно накренился, но благодаря защите выстоял. Шумовую изоляцию ученый сделал полную, но и увиденного было более чем достаточно. Деревья ломало, вырывало с корнем. Забор снесло, словно бумажный.
  Молодожены глубоко дышали и, молча, наблюдали за Катастрофой. В сотне метров появился небольшой раскол земли, откуда хлынула раскаленная магма. Олег напрягся. Он боялся, что трещина может дойти до их дома. Таня бросила быстрый взгляд на древнюю картину Карла Брюллова "Последний день Помпеи". Лава медленно приближалась.
  - Нам не грозит, - перехватив взгляд жены, сказал Олег. - Защита и не такое выдержит. А за пару дней лава, думаю, остынет.
  - Светло как днем...
  - Так день и есть, - сказал уже бодрее Олег, которому по пси-связи Светлов сообщил, что Землю не раскололо, а сплющило в лепешку от удара по огромному скоплению нагуалей; по сверхтвердому чужому пространству внутри нашего континуума. - Пожалуй, вечный день.
  - Столкновение кончилось? - с надеждой спросила Таня.
  - Нам повезло. Площадь столкновения была огромной, потому планету не раскололо на части и не пробило мелкими нагуалями насквозь. Не завидую тем, кто остался в Южной Америке. Они приняли основной удар. А вот Катастрофа только начинается. Не понятно, что будет с атмосферой и гидросферой. Интересно, как подстроятся под новые условия флора и фауна, если они останутся.
  - Ученый мой, - слегка улыбнувшись, сказала Таня. - Все тебе интересно.
  - По крайней мере, расчеты оказались верными, - с ноткой самодовольства проговорил Минаев. - А раскол, возможно, появился из-за увеличения внутреннего давления внутри планеты, прессования минералов, каменных пород. Но выбросы всякой дряни, чувствую, будут нас еще долго преследовать.
  - А знаешь, как рисовалась картина "Последний день Помпеи"? - перебила его Таня.
  Олег непонимающе уставился на жену.
  - Нет.
  - А интересно?
  Минаев хмыкнул и замолчал, поняв, что Тане на причины последствий Катастрофы наплевать.
  Земля продолжала дрожать. При столкновении испарилось огромное количество воды, и теперь бурные потоки воздуха гоняли низкие дождевые тучи. Ливень лупил по земле, остужая выплескивающуюся из недр земли магму, и тут же столбы пара взметались обратно в небо, чтобы там снова конденсироваться в воду.
  Ученый повторил вызов Светлову, подключенному к общему спруту связи.
  "- Как ты? Держишься?" - спросил Олег.
  "- Как дом покосило от первого землетрясения, так больше никаких изменений. С остальными напастями защитные поля справляются. Хорошее место мы выбрали".
  "- А в мире?"
  "- А тут, мой друг, дела хреновы. Сотни городов сметены цунами, залиты лавой. Бессчетное количество технических сооружений, исследовательских отделов, испытательных полигонов уничтожено. Но нам выжить удалось, значит не все потеряно".
  "- Погоди радоваться, - посылая грустный образ, сказал Минаев. - Все последствия Катастрофы себя еще не проявили".
  Олег увидел образ человека, недовольно махавшего в его сторону рукой.
  "- Не скисай, - сказал Светлов, - до связи".
  - Олег, что с тобой!? - обеспокоенно спросила Таня.
  Ученый мотнул головой и с недоумением поинтересовался:
  - А что такое?
  - Стеклянные глаза, учащенное дыхание...
  - Со Светловым разговаривал... по пси-связи. У меня, Танюша, в последние пару дней сильно развились способности паранорма.
  Минаева удивленно вскинула брови, потом произнесла со смешком:
  - Повезло нашему малышу.
  - В смысле?
  - Наша пара - парадокс. Деятель древней культуры и ученый-интраморф.
  - Малышу и любви все равно, кто мы... - обнимая жену, проговорил Олег.
 

Первое поколение лепешки


 
  Минаев-младший, благодаря постоянной "войне" интересов родителей, любил и искусство и науку. Чтение художественного романа или осознание сложного природного явления доставляли ему одинаковое удовольствие. Но больше всего Андрей любил боевые искусства, методики по управлению собственным телом, упражнения по увеличению пси-мощи.
  В светло-зеленых глазах, как у мамы, загорелся азарт, когда Минаев-младший запустил новые программы по отработке боя с некоторыми видами зверолюдей. "Сырые" методики передал отцу Светлов. В двадцатилетнем возрасте Андрей легко воспринимал и передавал мысли, мог долго обходиться без пищи и воздуха, прекрасно слышал звуки природы. Красочный, тесно переплетенный, гармоничный и бескрайний мир техники Андрей не застал, но те крохи, которые сохранил отец, поражали гениальностью. Приборы молодому эрму, воину от рождения, казались неземными.
  За двадцать лет дом, так и не вернувшегося космена, стал автономной средой обитания. Небольшая генерирующая энергию установка питала мелкую аппаратуру, видоизмененные приборы помогали пополнять синтезатор пищи нужными веществами, десятки развешанных картин радовали глаз.
  Таня постоянно хворала - организм так и не смог подстроиться под более разреженную атмосферу и вечно торчащее в небе Солнце. Олег приспособился к условиям быстро, но отсутствие ученого коллектива, невозможность полновесных, глобальных исследований сделали его еще более циничным. Вся связь с миром сводилась к пси-разговорам со Светловым. А с остальными знакомыми интраморфами связаться так и не удалось.
  Андрей тренировался четвертый час подряд, но тело по-прежнему двигалось с легкостью.
  "- Увеличивай нагрузку, - сказал зашедший в комнату отец. - А то тренировки скоро по десять часов станут".
  "- Торопиться тоже нельзя", - посылая образ уважения, но легкого несогласия, сказал Андрей.
  "- Как новые программы?"
  "Обычное каратэ. Узнал лишь пару новых болевых точек гоминоидов - полулюдей-полуобезьян. А против мутирующих колоний насекомых, у которых появились зачатки разума, вообще не представляю как бороться".
  "- Пси-ударами, наверное", - пожав плечами, предположил Олег.
  "- А обычным людям?"
  "- Мухобойкой", - с сарказмом и грустью одновременно ответил Минаев-старший.
  В комнату вошла Таня. Она сильно исхудала, из глаз пропал задорный блеск.
  - У меня такое ощущение, что вы вообще не разговариваете друг с другом, - тихо сказала Минаева.
  - Что ты, милая, - переходя в звуковой диапазон, сказал Олег. - Я как раз интересовался его успехами.
  - Мысленно, - добавил Андрей мягким, но сильным голосом.
  - Говорить разучитесь, - покачав головой, сказала Таня.
  Андрей пожал плечами.
  - Как ты себя чувствуешь, мам?
  - Для обычного человека в адских условиях нормально, - равнодушно сказала деятельница культуры. Казалось, что жизнь потеряла для нее все краски, став, словно серый холст так и не начатой картины.
  - Тебе плохо, - подытожил молодой эрм. - Тебе надо на Гею. Ведь она похожа на Землю до Катастрофы.
  - Откуда ты знаешь это? На Гее построили несколько кабин метро за несколько недель до удара Земли по сверхтвердому дну Ада, - чуть живее сказала Таня.
  - И оттуда все двадцать лет нет вестей, - добавил Олег.
  "- Ты же видишь, что маме с каждым годом становится хуже. Надо ей помочь", - сказал отцу Андрей в пси-диапазоне, а вслух произнес:
  - Мы так думаем, что нет вестей. Но мы даже не знаем, что творится в соседнем городе! Что там в Астрахани? Светлов ничего не сказал, значит, Астрахань для нас не существует!
  - Не заводись, Андрей, - сухо сказал Минаев-старший.
  Молодой интраморф глубоко вздохнул и продолжил:
  - Я понимаю, что ты занят формулами, изобретениями, поддержкой быта. А мама книгами, картинами, здоровьем. Но нельзя сидеть годами почти взаперти, ограничивая прогулки сотней метров в радиусе дома. Мне уже двадцать лет, я хочу посмотреть мир. Что нас держит здесь?
  - Кругом природные аномалии, неизвестные и опасные флора и фауна. Что мы будем делать, если на нас нападет шайка гоминоидов? - спросил Олег.
  - Я их прогоню. А что мы будем делать здесь? Просто существовать? Ждать старости, а потом смерти? Маме надо на Гею, чтобы жить в комфорте.
  - Слишком опасно. Идти неизвестно куда, даже не зная, возможен ли удачный исход путешествия? А вдруг метро больше нет? Вдруг никто не знает номера доступа к кабине на Геи? А может нас по струне забросит на какой-нибудь астероид, который остался от ранее освоенной человечеством планеты, - с безнадежностью в голосе перечислил Минаев-старший.
  - Последнее дело заранее опускать руки, - с несвойственной ему задумчивостью произнес Андрей.
  - Я могу не осилить долгий поход по истерзанной Земле, - добавила довод против путешествия Таня.
  - Я пойду один. Через неделю. Все узнаю, все осмотрю. По крайней мере, моя тоска по дороге пройдет. А сейчас мне надо кое-что изучить.
  В глазах Тани появилось беспокойство. Вздохнув, она продекламировала строки Михаила Лермонтова:
 

А он, мятежный, просит бури,

Как будто в бурях есть покой!


  Олег прищурился сильнее обычного, но промолчал. Андрей вышел из комнаты и улыбнулся, когда ощутил исходившие от отца эмоции одобрения.
 

Убийство быта


 
  Андрей третий день подряд изучал все имеющиеся данные о политической системе Земли в последние годы перед Катастрофой. Больше всего его интересовали имена чиновников, их должности и прошлое место жительства; расположение резиденций, иерархия отделов и их глав. Андрей пытался найти как можно больше ниточек, ведущих к новой цели - переезду на Гею. Минаев-младший, опираясь на эмпирические заключения отца и данные почти четвертивековой давности, предполагал, где можно отыскать людей с ценной информацией и доступом к техническим благам Земли.
  "Надо попросить у отца пси-рацию и пообщаться о былом правительстве со Светловым. Уж больно много он знает, даже для интраморфа с кучей знакомых. Не иначе, был большой шишкой, а может и есть", - думал Андрей, перебирая десятки вариантов в голове одновременно. С каждым днем сила молодого эрма росла. Иногда ему казалось, что он может брать энергию из ничего. Хотя отец мельком говорил об эгрегорах и о поле Сил, энергоинформационном поле космоса, которое питается энергией вакуума. Возможно, интраморф черпал недоступные обычному человеку силы именно оттуда.
  "...Баренц, Берестов, Железовский... - мысленно перебирал десятки фамилий Минаев. - С этими никаких зацепок. Только Карданов и Факелов подают надежды быть найденными. Но эти и чиновники, и ученые одновременно". Андрей откусил кусочек от бледно-желтого яблока, сорванного с хилого деревца во дворе. "Нужно изучить управляющую структуру ступенькой ниже. Зарядить полностью флайт и отправляться на поиски сильных мира прошлого, а возможно и сего. С интраморфами нужно попробовать связаться с помощью пси-рации отца", - размышлял молодой эрм.
  Неожиданно Андрей ощутил беспокойство. Откуда-то извне приближалась материальная угроза. Перед мысленным взором появились вспышки образов: брызгавшая кровь, маски с безумными гримасами, адский фиолетовый огонь, кричащий ребенок. В голову ринулись потоки чужеродных эмоций: ярости, страха, отчаяния, покорности, стойкости, радости.
  В комнату вошел Олег.
  "- Я чувствую что-то тревожное", - сказал он сыну.
  "- Я тоже. Угроза жива - от нее исходит букет эмоций".
  "- Я включу защитное поле", - заявил Олег.
  "- А на сколько хватит энергии?" - спросил Андрей.
  "- Примерно на сутки".
  "- Включай, а я постараюсь узнать, что нас тревожит", - сказал Минаев-младший, садясь в позу лотоса. Он закрыл глаза, прижал к вискам указательный и средний пальцы обеих рук.
  В двух часах ходьбы от жилища Минаевых горели фиолетовым, всепожирающим пламенем десяток домов. Не так давно образовавшееся поселение погибало на глазах. Из крайнего дома выбежала женщина. Одежда на ней пылала, словно пропитанная керосином. Потемневшее лицо страдалицы перекосилось в гримасе нечеловеческой боли. Тут она упала на колени...
  Андрей открыл глаза. Жуткая картина уничтожения одного из маленьких оплотов человечества и мучительная смерть неизвестной женщины шокировала молодого ратного мастера. Минаев-младший пару раз глубоко вздохнул и вновь закрыл глаза.
  Оставив горящее поселение в километре за спиной, виновники трагедии мчались в сторону бывшего дома космена. Гоминоиды - полулюди-полуобезьяны - существа с менее развитым интеллектом, но большей выносливостью и жизнеспособностью, чем у людей, "очищали" территорию. Двигались они на странных животных, похожих на носорогов, но покрытых толстой черной шерстью. Гоминоиды сидели у них на загривке. Андрей сразу окрестил мутировавших существ черными носорогами. Больше молодой эрм разглядеть ничего не смог, но и увиденного было достаточно.
  "- Что там?" - спросил Олег, когда увидел, что сын открыл глаза и убрал руки от головы.
  "- Толпа гоминоидов на мощных скакунах-мутантах. Через час они будут здесь".
  "- Войти они не смогут - защита включена. Но она не вечна. Генератор энергии не может покрывать всех затрат", - обеспокоенно сказал ученый.
  "- "Универсал" работает? Флайт в готовности? Нужно либо драться, либо убегать, - проговорил Андрей. - Кстати, термозащита включена? У них в арсенале есть страшное оружие, порождающее мощный фиолетовый огонь".
  "- Дозарядить флайт полуминутное дело, а оружие и оборона работают", - сказал Олег.
  "- Но энергия машины будет тратиться еще и на собственную защиту, - возразил Андрей".
  "- У нас дома не термоядерный реактор, - всплеснув руками, иронично сообщил Олег".
  Минаев-младший кивнул.
  "- Надо надеть "пузыри" и ждать. Посмотрим, что они будут делать. Часок подождем, а потом начнем бой. Я умениями эрма, ты с "универсалом" из дома", - быстро решал Андрей. Несмотря на возраст, в тактике боя и многих других областях знаний он был опытнее отца.
  "- Может, ты возьмешь "универсал"? Я думаю, ты с ним сделаешь больше, чем я", - предложил Минаев-старший.
  Андрей послал эмоции рьяного отрицания и несогласия.
  "- Из-под защитного поля вы выходить не должны! А без оружия я вас оставить не могу. Мало ли что со мной случится", - безапелляционно сказал Андрей.
  "- Не надо зря геройствовать", - постарался немного охладить пыл эрма отец.
  Андрей улыбнулся.
  "- Зря не буду".
  Диалог двух интраморфов длился несколько секунд. Договорившись, каждый занялся приготовлениями к нападению.
  - Что это вы засуетились? - спросила наблюдавшая за мужем и сыном Таня.
  Андрей посмотрел на мать. Ее взгляд источал равнодушие, под глазами залегли мешки, скулы заострились. "Ей очень надо на здоровую планету, на Гею", - с сочувствием подумал эрм в который раз, а вслух произнес:
  - Зверолюди идут. Готовим защиту, но ты не переживай, все будет нормально.
  Тут же перед глазами паранорма вспыхнул образ падающей на колени горящей женщины. Минаев-младший вздохнул и принялся доставать скафандры "пузыри" из упаковок.
  - Интересно, что им нужно? - спросила Таня.
  Андрей на миг нахмурился.
  - Наверное, чистая от людей территория. Мне кажется, что гоминоиды и прочие твари, наделенные хотя бы зачатками разума, помимо расширения ареала существования, еще и устраняют будущую угрозу. Ощущают, что если дать человечеству вновь развиться, объединиться, то им несдобровать.
  - По-моему, слишком сложно для мутантов, - возразил ученый.
  - Никто их не изучал подробно. Сырые программы боя с гоминоидами - все, что о них известно. Возможно, у каждой шайки мутантов умный вожак. Или он просто чувствует подобное на подсознании. Хотя неважно. Убивать их все равно придется.
  - А прогнать нельзя? - спросила Таня, обеспокоенная последним выводом сына.
  - Мы прогоним, а они пойдут и убьют кого-нибудь менее защищенного. Я так не хочу. Точнее не могу.
  - Ты же сам говорил, что надо подождать часок, - с нотками непонимания, сказал Олег. - Я думал, чтобы они ушли, осознав...
  Андрей не смог дослушать отца в медленном звуковом диапазоне и перебил:
  - Это для того, чтобы усыпить их внимание. Будто мы способны только отсиживаться.
  - Я - ученый, Таня - деятель древней культуры, а ты воин. Вот и решай, а защищаться будем вместе, - заключил Олег.
  Эрм дал матери пленочный скафандр, прикрыл глаза и потянулся сознанием за пределы дома. Черные носороги, с всадниками на загривке, мчались прямиком к дому. Отделяло их всего пара километров. "Чувствуют, твари", - подумал Андрей, и сказал отцу:
  "- Они скоро будут".

***


 
  Шайка гоминоидов, заросших коричневой шерстью, остановилась в сотне шагов от дома Минаевых. Четыре всадника отделились от толпы и зашли со всех сторон небольшого двора. Изнутри дома стены были "выключены" и семья с интересом и тревогой наблюдала за действиями зверолюдей. Застывшие в метрах двадцати от цели гоминоиды полезли в неряшливые сумки из кожи, висевшие у них на боку. Каждый достал по два предмета, напоминающие лабораторные пробирки, наполненные черно-желтой стружкой. "Поджигатели", - подумал Андрей. Гоминоиды издали гортанный протяжный звук и швырнули по очереди "пробирки". По одной в дом и во двор.
  Таня на миг сжалась, когда с четырех сторон, прямо в них, летели неизвестные предметы. "Пробирки" наткнулись на невидимую пленку поля, слегка хлопнули. Рвущееся фиолетовое пламя быстро "стекло" к фундаменту дома и защитного энергетического купола. А во дворе земля покрылась слоем огня полуметровой высоты. Корявые садовые деревья сгорали как спички.
  "- Температура плазмы полторы тысячи градусов", - сообщил Андрею Олег, глянув на голографический монитор защитной системы.
  "- Интересно, где они взяли эти штуки? Хотя технология довольно примитивная. Но действенная", - поделился размышлениями эрм.
  Гоминоиды тем временем удивленно и зло ревели. Видимо, с подобным им встречаться не приходилось. Они швырнули еще по одной "пробирке" в дом, но пламя стекло с него, словно вода с пластикового зонтика.
  - Уходите, монстры, - прошептала Таня. - Андрей, их слишком много, а ездовые животные настоящие чудовища! Даже не пытайся драться с мутантами!
  - Посмотрим, мам. По ситуации.
  Андрей напрягся, глядя на гоминоида, стоявшего со стороны припаркованного флайта, который был закрыт собственным защитным полем. Эрм нанес зверочеловеку пси-удар. Гоминоид выпучил черные глаза, прикрытые тяжелыми и мохнатыми надбровными дугами, и завалился с носорога на бок. Андрей удовлетворенно хмыкнул. Получеловек-полуобезьяна упал на землю. На месте гоминоида взметнулось пятиметровое пламя - "поджигатель" упал на сумку. Черный носорог коротко пискнул, сгорая заживо в высокотемпературном огне. Оставшиеся трое ринулись обратно к толпе собратьев. Андрей хлопнул мысленным ударом еще одного, второго лишь слегка оглушил, а последний успел отбежать на безопасное для него расстояние. Да и итраморф почувствовал, что сил на каждый удар уходит немало.
  - Это ты? - удивленно спросил ученый. - Пси-удары?
  Таня смотрела на мужчин с беспокойством. Андрей кивнул и улыбнулся.
  - Не смог сдержаться. Они поселок уничтожили. И яблони мои сожгли.
  - Припугнул ты их здорово.
  - Или разозлил, - предположила Таня.
  Гоминоиды сбились в кучу, совещались. Андрей закрыл глаза и потянулся сознанием к ним, чтобы услышать их эмоции. Испуга в зверолюдях он не почувствовал. Только ярость и настойчивость. Видимо, они решили уничтожать все признаки человеческой жизни любыми способами. Но больше всего Андрея насторожило то, что от одной особи ушла пси-вспышка, какая бывает, когда отец связывается со Светловым по пси-рации.
  Минаев открыл глаза. После мысленного импульса, сделанного вожаком, все гоминоиды спешились. Многие доставали из сумок еду. Десяток зверолюдей поймали черного носорога, оставшегося без всадника, и убили его точными ударами коротких кортиков. Судя по тому, как они умело освежевали мутанта, действо происходило не впервые.
  - Варвары, - констатировала Таня, взглянув, как гоминоиды поедают сырое мясо.
  - Нелюди, - вздохнув, добавил Олег.
  Пламя почти спало, расход энергии на защитное поле снова стал минимальным. Один из гоминоидов тут же запрыгнул на загривок черному носорогу и устремился к дому. В руке он держал полдесятка "пробирок". Андрей послал силовой пси-импульс, хотя противник был далеко. Зверочеловек слегка покачнулся, словно от смачного удара в скулу, но "в седле" удержался. Тут же в лучах дрейфующей между "колючек" нагуалей звезды сверкнули черно-желтые "пробирки". Гоминоид оказался сильным и метким. Горячее фиолетовое пламя вокруг дома возродилось вновь. Получив еще одну пси-оплеуху, зверочеловек вернулся к собратьям как герой.
  "- Если высокая температура будет держаться постоянно, как сейчас, то энергия может закончиться намного раньше ожидаемого", - сообщил сыну ученый.
  "- Плохо. А из "универсала" отсюда можно стрелять?"
  "- Это всего лишь дом с одним ученым, а не техцентр с супер аппаратурой. Поле действует одинаково с обеих сторон", - скептически проговорил Олег.
  Эрм почувствовал в эмоциях отца раздражение и зачатки паники.
  "- Когда пламя чуть стихнет, выпусти меня. И подзаряди флайт. Возможно, вам придется убегать".
  "- Нам, а не "вам". Выпущу, но возьми "универсал"".
  "- Без толку, там заряд почти кончился за двадцать лет даже очень редкого использования. Его хватит на недолгую оборону, но не для нападения на толпу", - сказал Андрей.
  Через полчаса эрм подошел к стенке дома, где пламя лишь слегка лизало землю.
  "- Выпускай", - сказал он.
  Поле пропало на миг, в дом полыхнуло жаром, а эрм оказался на раскаленной земле. Андрей выбрался из огня невредимым - "пузырь" хорошо справился с температурной нагрузкой. Гоминоиды видеть человека не могли - парень стоял с другой стороны дома.
  Андрей сделал несколько глубоких вдохов и побежал к шайке. Двигался эрм раз в десять быстрее людей, не наделенных паранормальными способностями. Несколько гоминоидов издали предупредительный возглас, когда Андрей преодолел уже половину расстояния. Еще миг и интраморф закружил в боевом танце. Зверолюди видели лишь мелькающую тень, прореживающую их неровный строй. Что-то закричал вожак. Эрм подбежал к очередному порождению больной планеты, ударил ниже бедра ногой, затем в шею. Гоминоид, хрипя, завалился на бок. Вспыхнуло фиолетовое пламя - получеловек оказался "поджигателем". В нос ударил запах паленой шерсти и горелого мяса. Эрм резко чертыхнулся в сторону. Вожак продолжал орать. Гоминоиды разбились на две группы. В одной вожак и десять плотно сбившихся в кучу зверолюдей. В другой - несущиеся на человека всадники.
  Андрей нанес ближайшим всадникам пси-удары. Гоминоиды стали валиться с загривков ездовых мутантов, но черные носороги продолжали мчаться к цели. Эрм увернулся, ударил животное в горло ногой, тут же скинул еще двух зверолюдей пси-силой. В организме словно подвинули переключатель на увеличение мощности. Андрей почувствовал, как поток Сил наполняет его намного быстрее обычного. Но гоминоиды и неглупые ездовые, оказавшиеся еще и боевыми животными, нападали довольно слажено и вскоре смогли окружить паранорма. Интраморф делал смертельные выпады, наносил пси-удары, количество противников сокращалось. "Надо скорее выключить вожака", - подумал Андрей, когда получил пару неслабых тычков в грудь и лопатку.
  Эрм ушел в сторону и точным ударом в ногу сбил животное. Затем Андрей отпрыгнул назад и ударом в затылок покончил с последним всадником, падающим с загривка мутанта.
  Интраморф застыл, собираясь с силами. Тренировка и реальный бой - разные вещи, но Андрей справился отлично. Перед ним стояли десять гоминоидов с вожаком во главе. Эрм глянул на главного зверочеловека в шайке, улыбающегося большими губами. Сразу стало ясно, что его интеллект не так уж и далек от человеческого, а остальные гоминоиды - управляемое им пушечное мясо.
  Андрей обрушил на вожака мощный пси-удар. Все тело тут же закололо болью, мозг словно заморозили. Эрм свалился на спину. Десяток гоминоидов упали мертвыми, а вожак, не перестав улыбаться, двинулся к нему. "Коллективный пси-блок, - успел подумать Андрей. - Но как?" Эрм почти не дышал, сердце билось редко, все тело сковал мороз, перед глазами полыхали непонятные образы из разноцветного тумана. Но какая-то частичка подсознания держала вожака на виду. Словно через полупрозрачную пленку побежденный эрм увидел, как в мохнатой груди появилось прожженное отверстие. Вожак булькнул и завалился на спину.
  Рядом опустился флайт. Олег выскочил из транспорта и, подняв сына на руки, усадил на переднее место. Через несколько секунд флайт снова парил в воздухе. А в паре километров, вздымая клубы пепла, лежащего со времени Катастрофы, в их сторону неслось полсотни всадников на черных носорогах.
  Минаев-младший пришел в сознание полчаса спустя. Таня облегченно вздохнула. Эрм осмотрел флайт. Рядом с ученым лежали расчетное устройство и "универсал". Андрей перевел взгляд на маму. На ее коленях покоилась одна-единственная книга в кожаном переплете ручной работы. "Иоганн Вольфганг Гёте "Фауст"" прочитал эрм на обложке и поинтересовался слабым голосом:
  - Куда летим?
  - К Светлову, - ответил Олег.
  - А что с домом?
  - Сгорел. Энергия кончилась.
  - Жаль, но зато мы наконец-то из него выбрались.
 

Поход в гости


  Резервный блок питания истощился за несколько километров до дома Светлова. Флайт сам, не дожидаясь команд, снизил скорость и пошел на посадку.
  "- У тебя есть транспорт?" - через пси-рацию спросил у знакомого Олег.
  "- Целых два. Левая нога и правая", - с издевкой ответил Светлов.
  "- Ну тогда вопрос о том, придем ли мы к тебе в гости, остается открытым", - пессимистично заявил ученый.
  "- Буду ждать. Ничем помочь не могу, - сказал Светлов, посылая эмоции бессилия. - Сам как кактус в горшке двадцать лет в этом доме сижу".
  "- А я выбрался, но что-то не особо этому рад. Ладно, флайт почти упал, до встречи".
  "- Жду".
  "- Ну что?" - спросил полностью пришедший в себя эрм.
  "- Ничего. Пешком пойдем".
  Пейзаж не радовал разнообразием. Кое-где торчали корявые больные деревья, словно их перенесли из болота. На редких клочках почвы стелилась колосистая трава с ядовито-фиолетовыми семечками. Небольшие трещины сейчас были закрыты застывшей лавой. Лишь далеко-далеко угадывалась точка дома Светлова.
  Флайт коснулся земли, взметая тучу мелкого пепла. Таня тут же расчихалась, по-прежнему прижимая к груди бумажную книгу. Андрей выскочил из машины и открыл техническую часть флайта.
  - Ты что делаешь? - спросил в звуковом диапазоне ученый, чтобы Таня тоже могла слышать.
  - Достаю блок питания. Подзаряжу у Светлова и вернусь за аппаратом, - умело отщелкивая клеммы, ответил Андрей.
  Олег одобрительно ухмыльнулся, беря в руки расчетную систему. "Универсал" висел на поясе.
  - Придется прогуляться, Танюш, - приобнимая жену за плечи, ласково сказал Минаев.
  - Я вижу, - улыбнувшись, ответила она.
  Андрей наконец-то вытащил блок, по размеру немногим больше книги в руках матери, и присоединился к родителям.
  Темп задавала Таня. Мертвый пейзаж угнетал, а тишина нарушалась только шорохом потревоженного пепла.
  Секунда - два шага, секунда - два шага, секунда...
  В небе появилось три темных точки, пикирующие к путникам. Олег поднял "универсал", Андрей потянулся сознанием к летящим. К людям приближались три существа, напоминающие гигантских страусов, только с более вытянутым телом и широкими крыльями, способными держать их в воздухе. "Совсем матушка-Земля взбесилась", - увидев мутантов, подумал Олег и шарахнул из "универсала". Раздался наполненный болью клекот, огромная птица неуклюже взмахнула крыльями и мешком полетела к земле.
  - Стой, не стреляй! Я сам справлюсь! - крикнул Андрей, но Олег уже подбил второго "страуса".
  Эрм вторгся в сознание последнего мутанта и блокировал его. Олег не спускал с птицы "универсала". "Страус" спланировал на землю, пробежал метров пять и остановился в двух десятках шагов от людей.
  - Что с ним? - испуганно спросила Таня.
  - Не бойтесь, я им управляю, - ответил Андрей, играя на струнах сознания мутанта.
  Женщина вскинула брови.
  - Зачем? - спросила она.
  Интраморф, словно опытный кукловод марионетку, подвел "страуса" к себе и ответил матери:
  - Новый транспорт.
  Эрм запрыгнул на птицу, как на коня, и протянул руку матери. Олег подсадил Таню и забрался следом сам. Андрей щелкнул пальцем огромную птицу по толстой грязно-розовой шее, и "страус", перебирая двумя огромными лапами, побежал вперед.
  - Надеюсь, мы не полетим? - спросил Олег.
  - Не хочу рисковать, и так быстро передвигаемся, - ответил Андрей.
  "Страус" бежал, взметая облака пепла, ведомый невидимой рукой эрма. Во все стороны, насколько хватало взгляда, лежала безжизненная пустыня.
  Минаевы добрались до небольшого домика, принявшего сейчас вид элитной постройки девятнадцатого века, спустя полчаса. На крыльцо вышел хозяин. Широкоплечий, немного грузный, он ястребом смотрел из-под написавших надбровных дуг.
  - Что это за курицу вы мне привели? - сочным басом поинтересовался он.
  - Все в мире меняется, вот и мы сменили флайт на "страуса", - весело ответил Олег.
  Светлов подал руку Тане и представился:
  - Борис. Олег, наверное, обо мне говорил. А вы, как я думаю, Татьяна.
  Минаева кивнула и сказала:
  - Очень приятно.
  Светлов хмыкнул и, передавая образ подмигивающего сорванца, мысленно сказал Олегу:
  "- Милая женушка у тебя. Видно не скучно двадцать лет дома сидеть было".
  Минаев лишь улыбнулся.
  - Какой у вас сын! - вслух воскликнул Борис. - Приятно познакомиться с новым поколением чудом выжившей планеты.
  - Мне тоже, - улыбнулся Андрей. - С ее старожилами.
  - Давно не принимал гостей. Заходите в дом, на улице не всегда безопасно. А что будем делать с курицей?
  - Птица подождет на улице, - сказал эрм, мысленно заставив "страуса" лечь невдалеке от крыльца.
  - Ручная? - спросил Борис.
  "- Сознание заблокировано, а управление основными функциями тела в моей власти", - переходя в пси-диапазон, ответил Андрей.
  "- Я чувствую, что ты очень сильный интраморф, - сказал Светлов, затем добавил: - И молодой".
  Эрм почувствовал в эмоциях Бориса зависть.
  "- А вы зрелый", - искренне проговорил Андрей.
  "- Внешность паранормов обманчива. Мне вдвое больше, чем кажется на вид. А про Грехова читал? Так там вообще..." - наставительно сказал Борис.
  Светлов закрыл дом изнутри и махнул рукой в пригласительном жесте.
  - Заходите на кухню! - воскликнул он.
  Олег, чувствующий разговор интраморфов, скрытый легким блоком, с интересом посмотрел на сына и не преминул заметить:
  "- Чего секретничаем?"
  Андрей мысленно развел руками, мол, ничего не могу поделать. А сам спросил у Светлова:
  "- Можно у вас зарядить блок питания флайта?"
  "- А я и думаю, что ты с этой штуковиной носишься. В следующей комнате генератор. Сам подключишь?"
  "- Конечно, спасибо", - ответил Андрей и ушел в указанную комнату.
  Четверть часа спустя Борис, слушая рассказы о зверолюдях, выставил на стол нехитрую снедь. Немного копченой рыбы, гречневую кашу, салат из неизвестных Минаевым овощей.
  - Во время ужина за окном всегда вечерело, - тихо сказала Таня. - Не могу привыкнуть...
  - Как давно это было, - громким басом откликнулся Светлов. - Луна, звезды...
  - Я бы много отдала, чтобы снова увидеть ночь, - с грустью поведала жена ученого.
  Дальше ужин проходил молча: Андрей думал, как начать разговор со Светловым про Карданова и Факелова, а Борис и Минаевы предались ностальгии.
  Застывшее Солнце больше не спускалось величественно за горизонт. Луна - ночное светило Земли, больше не сияла прогуливающимся романтикам. А сильно отдалившийся горизонт никогда не начинал алеть перед закатом или на рассвете. Андрей всего этого не видел и не мог понять тихой грусти старшего поколения по прекрасной природе, по великой технической цивилизации, по миллионам людей.
  Зевок Тани подействовал на хозяина дома, словно стартовая отмашка.
  - Пойдемте, я покажу вашу комнату, - сказал он ученому и его жене. - Парень устроится отдельно.
  - Да, я так устала, - вставая, согласилась Таня.
  Борис добродушно улыбнулся и повел родителей эрма в комнату.
  - Спокойной ночи, сынок, - сказала Таня.
  - Спокойной ночи, - эхом отозвался Андрей.
  "- Будь повежливее со Светловым, - предупредил отец, прищурившись на сына. - Доброй ночи".
  "- Хорошо. Доброй", - не выходя из задумчивости, ответил эрм.
  Борис вернулся пару минут спустя, сел напротив Андрея и проговорил:
  "- А ты о чем задумался? Вокруг тебя аж воздух дрожит".
  "- Борис... как вас по отчеству?"
  "- Борис и все, - отмахнулся Светлов. - Так что?"
  "- А кем вы работали до Катастрофы?"
  Светлов присвистнул вслух.
  "- Я много кем работал".
  "- Для нынешнего времени вы знаете очень много новостей, а значит и много людей. Вы состояли в органах управления?"
  "- Хочу тебе сказать, малыш, что больше всего людей знают швейцары, но в этот раз ты прав", - снисходительно объявил Светлов.
  Андрей пропустил обращение мимо ушей и отметил, что интраморфу очень нравится поучать.
  "- Я видел вашу фамилию, когда изучал данные по органам власти перед самой Катастрофой. Вы один из участников поиска планеты, не затронутой болезнью нашего домена - нагуалями".
  Светлов пригляделся к эрму внимательнее.
  "- Да, клочки чужого пространства в нашей метавселенной заставили нас решать уравнения со всеми неизвестными. Внедрение Закона Перемен было на четырех уровнях - от изменения массы электрона, до увеличения смертности людей от болезней, - впал в невеселые воспоминания Борис. - Но зачем тебе это? Явно не для удовлетворения праздного любопытства".
  "- Для мамы стараюсь, - посылая эмоции грусти, любви, решимости, просьбы, сказал Андрей. - Она болеет".
  "- Я заметил, - с сочувствием сказал Светлов. - Таня так и не смогла привыкнуть к новым условиям чертовой планеты".
  "- Вы знаете, где найти Карданова или Факелова?" - в лоб спросил Андрей.
  "- Они были моими подчиненными, хотя их отдел назывался совсем по-другому".
  "- Значит... - у эрма давно так не захватывало дух от волнения. - Вы очень много знаете о Гее, даже возможно..."
  "- Я летал на нее, - не без гордости заявил Светлов. - Маленькая экспедиция, лавирующая среди зарослей нагуалей. Два искуснейших пилота и два гениальных расчетчика. Мы установили метро на Гее".
  "- Значит, вы знаете номер доступа к Гее!" - вскочив со стула и топя Светлова в эмоциях радости, воскликнул молодой интраморф.
  "- А что толку? - холодно заметил Борис. - Двадцать лет знаю, а пользы ноль. Я не знаю ни единой сохранившейся кабины метро на Земле".
  Фонтан радости эрма слегка уменьшил напор, но скорее под усилием воли, чем от слов Светлова.
  "- Их, наверное, замаскировали. Или перенесли", - предположил Андрей.
  "- Наивный, ты не представляешь всей глобальности Катастрофы. Вся система рухнула! Мы живем, как люди жили тысяч десять лет назад. Только вместо пещер у нас комфортабельные дома".
  "- Неважно. Маме нужно на Гею. Борис, у меня к вам несколько просьб".
  "- Я догадываюсь. Одна уже выполнена. Если ты найдешь метро - я покидаю Землю вместе с вами, так что код можешь не спрашивать. Что еще?"
  "- Родители. Они могут пожить с вами до моего возвращения?"
  "- Только рад. Живые люди лучше десятка интраморфов по пси-рации".
  "- Тогда через несколько часов я выхожу. Карданов и Факелов интраморфы? Где их можно попробовать найти?"
  "- У Факелова были зачатки способностей паранорма, а Карданов - обычный человек, но гений. На связь с ними так никто и не смог выйти. Погибли, скорее всего. Хотя и до Катастрофы работали они весьма скрытно. Если тебе это поможет, то жили они в Зеленограде. Встречи происходили в штабе в Москве, потому точнее ничего не могу сказать".
  "- Спасибо. Если я смогу забрать маму на Гею, то буду вам благодарен до конца жизни", - с детской непосредственностью заявил Андрей.
  "- Если ты меня отсюда вытащишь, то должником стану я", - ответил Светлов. И добродушно хохотнул.
 

Услуга за услугу


  Флайт поднялся в воздух. Андрей задал координаты пути. Прочь улетал отпущенный на волю "страус". Под днищем транспорта извивалась голубая лента Волги, иногда мелькали клочки сохранившегося леса.
  Эрм увеличил скорость - некогда любоваться красотами природы и редкими зданиями, выстоявшими после столкновения планеты с дном Ада. Флайт двигался на север, к Москве. Андрей рассчитывал, что путь займет не больше часа.
  Городу не повезло. Почти вся центральна часть была истерзана расколами, завалена оплавленными обломками зданий. Стояло пару энергетических центров, но было заметно, что их латали уже после Катастрофы. "В Москве, под землей, десятки тайных бункеров, лабораторий, штабов, - думал Андрей. - Наверняка многие из них уцелели. Для кого-то же вырабатывается энергия".
  Зеленоград находился примерно в сорока километрах на северо-западе от Москвы. Туда и направился эрм. Флайт перед вылетом был заряжен под завязку, потому налетать лишнюю сотню-другую километров Андрей не боялся.
  Как у каждой машины есть идентификационный номер, так и человек от рождения обладает специфическим биополем. Эрм вспомнил разговор на крыльце:
  - Интересно, как среди города можно найти конкретных, но неизвестных мне людей? - спросил тогда Андрей.
  - По отпечаткам пальцев, - пошутил Светлов, чем на миг озадачил Минаева-младшего. И тут старый интраморф послал эрму образ. Дал как бы взглянуть на Факелова и Карданова со стороны, на окружающие их биополя.
  Андрей искренне поблагодарил Светлова, вскочил на "страуса" и умчался к брошенному флайту.
  Эрм улыбнулся воспоминаниям и вышел в поле Сил. Он чувствовал около сотни людей в радиусе Зеленограда. Кажется, бой с гоминоидами и общение с сильным интраморфом пошло ему на пользу. Андрей чувствовал, что при желании может ощутить эмоции каждого.
  Эрм опустил флайт пониже и завис над сохранившимся НИИ физических проблем имени Ф. В. Лукина. Именно там, по старым данным, должны были находиться Карданов и Факелов. Андрей, поглощавший всю жизнь знания, как нагуали домен в период активности, вспомнил, чем занималось старое и авторитетное учреждение. НИИ работал с энергонезависимыми репрограммируемыми запоминающими устройствами, криоэлектронными интегральными схемами и проводил различные исследования. Правда, когда в Солнечной системе были обнаружены первые нагуали, направление работы института сильно видоизменилось, но конкретных моментов эрм уже не знал.
  На нижнем этаже Андрей "увидел" знакомое колебание биополя - Факелова. Сердце радостно екнуло, хотя найти ученого, причастного ко многим технологическим объектам за пределами планеты - только начало дела. Карданова, находясь в флайте, эрм так и не нашел.
  Минаев-младший облетел здание вокруг, выбирая место посадки. Не придумав ничего более удачного, Андрей опустил машину на крышу института. Половину площади занимала полуразрушенная любительская обсерватория. Эрм включил на флайте защитное поле и зашел в надстройку. Разметав валяющийся на полу хлам и стройматериалы, Андрей откинул люк, под которым скрывалась удобная лестница. Из помещения ударило спертым застоявшимся воздухом - люк был герметичным.
  Интраморф, который мог долго находиться вообще без воздуха, быстро спустился вниз. "Интересно, здесь есть лестница и дальше? Или только шахты лифтов?" - думал Андрей, обшаривая взглядом помещение. Эрм опустился по квадратному стержню на этаж ниже. В помещении царила та же запущенность: никаких приборов, ненужный хлам, опрокинутые стулья. "Вся работа сосредоточена внизу. Лифт не работает и здесь никому ничего не надо, - подвел итог Минаев. - Тем лучше, флайт никто не тронет, а летающую живность отпугнет защитное поле".
  Андрей медленно, но неуклонно приближался к нижним этажам, спускаясь по шахте лифта, пронизывающей полым стержнем всю правую часть здания. Все помещения, которые открывались при спуске взору эрма, были обставлены одинаково. Словно по ним прошелся мародер-ученый.
  Интраморф вышел на третьем этаже, где находился Факелов в обществе двух людей. Перемена обстановки заставила Андрея улыбнуться. Кругом в хаотичном порядке была навалена всевозможная аппаратура. Видимо, правая часть третьего этажа являлась своеобразным складом. Петляя по узким тропинкам среди варварски разбросанной техники, Минаев двинулся прямиком к лаборатории с учеными. Дверь перед ним распахнулась, когда до нее оставалось десяток шагов.
  Двое стояли к эрму спиной - смотрели на голографический экран. Третий сидел в кресле, направив на Андрея "универсал".
  - Здравствуйте, - произнес Минаев.
  - Давно у нас гостей не было, - ухмыльнувшись, сказал человек с оружием. - Тем более пришедших таким интересным и дурацким способом одновременно.
  Не зная, что на это ответить, эрм заявил:
  - Мне нужен Факелов.
  Один из ученых, заросший темной шевелюрой, повернулся к Андрею.
  - Как ты узнал, что я здесь? - спросил он. Глаза его странно блестели.
  - По биополю, - немного растерялся Андрей.
  - На моем биополе написано "Факелов"? - приподняв кустистые брови, спросил ученый.
  - Мне показали импульс вашего биополя, - уклончиво ответил Минаев.
  - Так зачем тебе я? - спросил Факелов, не вдаваясь в подробности поиска Андрея.
  - Не конкретно вы. Мне нужна кое-какая информация, - неловко сказал Андрей, не привыкший к общению с незнакомыми людьми. Мама, папа и Светлов - все кого знал эрм.
  - Давай прямо. Я ученый, а не дипломат или торговец. Если я это знаю, то скажу что нужно взамен. Не знаю... так и не о чем говорить.
  Андрей взглянул на двух других ученых, которые с интересом следили за диалогом, и произнес:
  - Мне нужно знать расположение работающей кабины метро.
  Факелов хлопнул в ладоши. Все трое заулыбались.
  - Я ученый, а значит любопытный. Скажи-ка мне, пожалуйста, а с чего ты взял, что я располагаю такой информацией? И кто тебя навел на меня? И на хрен вообще тебе эта кабина?
  - Вы имели прямой доступ ко многим техобъектам за пределами планеты. Может какое-то правительство осталось после Катастрофы, и вы продолжаете работать по этой части. А помог вас найти Светлов.
  - Старина Борис, - задумчиво пробормотал Факелов. - Но все-таки главный вопрос: зачем?
  - Для мамы. Когда она была молода, то организм боролся с новыми условиями, а не приспосабливался к ним. Но силы, увы, не беспредельны. Мать хворает, ей надо на Гею.
  Андрей на краткий миг почувствовал странный холодок в голове, тут же поставил пси-блок. Факелов ему отечески улыбался.
  - Ты не врешь. Таких наивно-чистых и добрых людей, но при этом воинов, я еще не встречал. У меня есть для тебя задание.
  - Вы знаете, где рабочая кабина метро...? - не то спросил, не то констатировал эрм.
  - Неделю назад она функционировала исправно, - сказал ученый.
  Андрей чувствовал исходившие от Факелова добродушные и слегка корыстные эмоции.
  - Мы занимаемся здесь, - ученый обвел рукой лабораторию, - поиском средства уничтожения нагуалей с немедленным возращением пространства нашего домена взамен их. Есть гипотеза, что установка из абсолютного зеркала и машины зондирования быстроживущих частиц может добиться нужного эффекта.
  Факелов секунду помолчал, затем произнес твердо:
  - Нам нужно абсолютное зеркало.
  Андрей, несмотря на легкое потрясение от заявления, начал просчитывать возможные варианты.
  - Погоди, не мучайся, - поспешно сказал Факелов, почувствовавший изменения в эмоциональном состоянии эрма. - Это не значит принеси то, не знаю что. В полуразрушенном научно-исследовательском вычислительном центре МГУ такое устройство в экспериментальном виде имеется.
  Ученый отдал мысленно приказ аппаратуре, и на голографическом экране появилось изображение конструкции, напоминающей велосипедное колесо с множеством спиц. Только контур был металлическим обручем со встроенной аппаратурой, а не каучуковой покрышкой.
  - Но если хочешь, можешь поискать кабину мгновенного транспорта самостоятельно.
  - Я принесу зеркало, - сказал Андрей бесстрастно.
  От двух других ученых, застывших с гаденькими улыбками, шел шквал снисходительности. Эрм, знавший об обмане, предательстве, моральном нечистоплотности только по маминым книгам, насторожился, но промолчал, надеясь, что дар интраморфа помог отличить правду ото лжи.
  "Хоть угрожать не стал, что выманит информацию силой", - с уважением подумал Факелов, чувствовавший в Минаеве целое озеро мощи.
  - До встречи, - произнес Андрей, выходя из лаборатории.
  - В следующий раз можешь припарковаться во дворе, - сказал вдогонку ученый, видя, что эрм направился к шахте лифта. И тут же добавил в пси-диапазоне: "- Не подкачай. Это очень важно".
  "- Для меня тоже", - ответил молодой интраморф и скрылся в шахте лифта.
 

Далекий зов


 
  Флайт медленно двигался по проспекту Ломоносова, между проспектами Мичуринским и Вернадского. Застывшая звезда неустанно освещала покалеченную планету.
  Найти старые проспекты оказалось несложно, благодаря несильным изменениям рельефа в европейской части России. Здание Научно-исследовательского вычислительного центра МГУ, в виде большой буквы "Т", на радость Андрея стойко приняло удар Катастрофы - сказалась хорошая защита и удачное расположение. Но, как оказалось, кроме ученых-фанатиков такие сооружения никого не интересовали. Синтезаторы пищи, оружие, защитные средства, медикаменты - вот что стало нуждами человечества, недавно купающегося в полном изобилии.
  Андрей опустил флайт возле главного входа. В здании чувствовалось чье-то присутствие, но кто это эрм определить не мог. Минаев прикрыл глаза, потянулся мысленным взором внутрь вычислительного центра. Вспышка боли, словно гоминоид ударил дубиной по темечку. Андрей на несколько секунд обмяк, дыхание слегка сбилось. "Нагуаль в задницу, что это? - мысленно ругнулся интраморф. - В задании "сходи-возьми-принеси", похоже, появился дополнительный пункт".
  Эрм выбрался из флайта, включил защитное поле и двинулся к входу. Двери оказались открытыми. Когда подача энергии к замкам прекращается, они автоматически переходят в открытый режим. Видимо, за два десятка лет резервные аккумуляторы разрядились.
  Стоило Андрею войти в здание вычислительного центра, как сразу появилось ощущение, будто он нырнул на дно Марианской впадины. Неизвестные поля, пси-воздействия и информационные вспышки атаковали молодого эрма. Похоже, что обилие техноинтеллектов - функционально ориентированных квазиразумных систем, а также изменение магнитного поля Земли и просачивание в домен чужих физических законов - все это породило новую жизнь, чем-то схожую с обитателями планеты Орилоух.
  Давление непонятных явлений ослабляло. Кажется, они блокировали выход в поле Сил. Андрей напрягся и поставил мощный пси-блок. Тело эрма конвульсивно дернулось, сознание вышло из-под контроля, и мир заполнился белесым туманом.
 

***


 
  Стройная девушка сидела на бережку небольшой речки, опустив ноги по щиколотку в воду. Небо было слегка розоватым. Почти к самой воде подступала сочная и шелковистая, ярко-зеленая трава. В десятке метров возвышались огромные раскидистые деревья, с ветвей которых доносилось пение птиц.
  Андрей застыл в нескольких шагах от девушки. Та обернулась через плечо и мило улыбнулась.
  - Привет, - сказала она.
  Сердце эрма застучало быстрее.
  - Здравствуй, - садясь рядом, проговорил Андрей. - Как тебя зовут?
  - Лиза. Приходи на Гею быстрее. Я тебя заждалась.
 

***


 
  Туман развеялся, но дышать было трудно. Андрей расслабился - давление и дискомфорт тут же пропали. В голове начали появляться сотни образов - от формул на бумаге до снежных горных вершин. Похоже, что новая странная жизнь пыталась контактировать с эрмом.
  Минаев послал эмоции желания и образ абсолютного зеркала. Перед внутренним взором тут же появилась картинка, словно в инфракрасном спектре. На втором этаже, в правом крыле, мерцал круглый предмет. Интраморф послал целый водопад эмоций благодарности и двинулся по пустынным коридорам к цели.
  Эрм не мог ни на чем сосредоточиться. Бешеные потоки информации, сквозившие через него, дезориентировали. Словно образы были током, а Андрей элементом электрической цепи - регулируемым резистором. И стоило увеличить сопротивление, ставя пси-блоки, как он начинал нагреваться - терять контроль над сознанием.
  Эрм пытался сосредоточиться на помещениях, на валяющихся предметах, на причине его пребывания здесь, но странная жизнь вычислительного центра сводила с ума даже молодого эрма.
  Паранорм еще дважды проваливался в белесый туман, и Лиза, окруженная сказочной природой, манила его к себе. Почему-то Андрей не сомневался, что она реальна.
  Когда он вынырнул из тумана последний раз, то увидел на сером пластиковом столе предмет, напоминающий велосипедное колесо.
 

***


 
  Факелов широко улыбался, любуясь экспериментальной установкой абсолютного зеркала.
  - Ты молодец! - в который раз воскликнул ученый.
  - Я делал это не просто так. Маме нужно на Гею. Вы обещали дать координаты кабины метро, - напомнил Андрей. А про себя добавил: "А меня ждет Лиза".
  Надежда, что жители вычислительного центра МГУ были передатчиками информации, не покидала эрма. А о Лизе они могли знать из высших горизонтов энергоинформационного поля космоса, куда сам Андрей пока что был не ходок.
  "- Пойдем, нам вниз", - сказал в пси-диапазоне ученый.
  "- Метро в здании!?" - топя Факелова в эмоциях изумления, спросил Минаев.
  "- Побродил бы по другим корпусам МГУ, возможно, нашел бы кабину и там. Хотя не факт, что рабочую. Моя линия проверена, - сообщил ученый. - Вследствие изменений законов нашей метавселенной тысячи людей по "струнам" прыгнули неведомо куда".
  "- Жуть", - отозвался эрм.
  Два интраморфа опустились на второй подземный этаж. Ученый открыл замаскированную дверь. Оказавшись в помещении, Андрей увидел обширную кабину метро.
  "- Грузовая, - объяснил Факелов. - Все поместитесь".
  "- Спасибо! Срочно надо лететь за родителями!" - воскликнул эрм, словно состоящий из гейзеров радости.
  "- Не перестарайся со спешкой, - предупредил ученый. - Пойдем, провожу до флайта".
  Интраморфы двинулись обратно.
  "- Извините, - неловко начал Андрей. - А почему вас считают пропавшим без вести?"
  "- Так думают только те, кто прекратил после Катастрофы работать в отделе, - легко ответил Факелов. - Счастливого пути. Надеюсь, что до встречи".
  "- До встречи, - залезая во флайт, ответил Андрей. - Еще раз спасибо. Скоро прилечу с пополнением".
  Факелов добродушно хмыкнул и неспешно побрел в лабораторию.
 

***


 
  "- Встречайте", - сказал Андрей отцу, подлетая к дому Светлова.
  Первая на крыльцо вышла мать. Она еще сильнее побледнела и исхудала, хотя эрм отсутствовал не так уж и долго. "Счет идет на дни, - с грустью подумал Минаев-младший. - Надо гнать обратно сегодня же". Таня улыбалась и махала сыну рукой. Андрей опустил флайт возле крыльца и через миг уже обнимал мать.
  "- Неужто нашел?" - спросил вышедший Светлов.
  "- Да".
  Борис послал образ человека, кланяющегося низко и с почтением. В дверях появился Олег.
  - Здравствуй, Андрей, - сказал он. - Заходите в дом.
  Эрм поприветствовал отца и сказал одновременно Светлову и Минаеву-старшему:
  "- Мы отправляемся на Гею. Собирайте все необходимое: синтезатор пищи, энергоблоки, "универсал" и личные вещи".
  "- Где кабина?" - поинтересовался Светлов.
  "- В Зеленограде. В Институте физических проблем. Узнал через Факелова. Потом все расскажу".
  Интраморфы начали сборы.
  - Как путешествие? - спросила Таня.
  - Еще не закончилось. Мы сейчас улетаем. На Гею.
  Брови Минаевой поползли вверх.
  - А если нас закинет неизвестно куда?
  - Мы справимся, мам. Хуже, чем здесь, не будет. Тут мы душевно гнием, заживо.
  Андрей понимал, что можно было найти поселения людей и на Земле, но главной причиной переезда была болезнь матери, а о ней он напоминать лишний раз не хотел.
  - Мне неважно... - меланхолично сказала Таня. Потом добавила слегка бодрее: - Хотя за зрелище заката стоит переехать на другую планету.
  - Тогда... Как раньше говорили? Пакуй чемоданы, - улыбнувшись, произнес эрм.
  - Все собрано. У меня осталась единственная книга.
 

***


 
  Через час четыре человека в униках сидели в летящем флайте, заваленном предметами первой необходимости. Люди глядели по сторонам, молча прощаясь с родными просторами, хоть и искореженными жуткой Катастрофой. С планетой-матерью.
  Оставив за спиной сотни километров истерзанной цунами и разломами, радиацией и новыми физическими законами земли, люди опустились возле входа в Институт физических проблем.
  Андрей чувствовал Факелова, видел ослабевшее биополе второго ученого. Больше в здании людей не было, но эрм ощущал движение Силы, разбитой на непонятный рой.
  "- Там что-то происходит", - подтвердил догадки Минаева-младшего Светлов.
  "- Наверное, эффект от опыта, - предположил Андрей. - Абсолютное зеркало, нестабильные частицы".
  Светлов пожал плечами, но, чувствовалось, что гипотеза эрма его нисколько не удовлетворяет.
  "- Держи "универсал" наготове, - сказал Борис другу-ученому".
  Олег насторожился, но спрашивать ничего не стал.
  Первыми двинулись Светлов и Андрей, за ними супруги. Эрм, который обладал способностью чувствовать движение энергии, видел, как отдельные точки роя исчезали. Иногда они все вместе делали рывок и словно врезались в стену. Люди поднялись на третий этаж и в изумлении замерли.
  На полу лежали два ученых - в одном едва теплилась жизнь, второй не дышал. Третий - Факелов - сидел, привалившись к стене. Его атаковал рой насекомых, от которых он, по-видимому, загораживался пси-блоком. Светлов рассказывал, что существует колония насекомых, управляемая довольно разумными вожаками. Порождения больной планеты метнулись на гостей. Эрм выставил пси-блок и нанес сильный удар. Лишь несколько жужжащих тварей, с длинными твердыми хоботками, рухнуло на пол. Светлов бросился к Факелову, закинул его руку себе на плечо и поволок друга к выходу. Эрм подхватил лишившегося чувств ученого, в котором еще мерцал огонек жизни.
  - На второй подземный этаж! - крикнул Андрей.
  Люди бросились бежать. Минаев-младший сделал пси-толчок, загоняя тварей в помещение, и захлопнул дверь лаборатории. Жужжание чуть стихло, но буквально через четверть минуты насекомые нагнали людей. Интраморфы ставили блоки, откидывали рой назад. Некоторые насекомые погибали. Они словно были сделаны из стали, а пси-выпады на них действовали плохо. Минаев-старший несколько раз разряжал "универсал", но сбил только одну тварь. Факелов едва волочил ноги, но все же спросил:
  - Куда вы меня тащите?
  - К метро, а потом на Гею, - ответил Андрей и, показав на секретную нишу, попросил: - Открывайте дверь.
  - Нет, я не хочу на Гею.
  - Оставайся здесь, если хочешь, - нервно сказал Светлов. - Открой дверь нам.
  - Меня тогда убьют, - произнес Факелов.
  - Сейчас нас всех убьют! - сорвался на крик Борис.
  - Откройте, пожалуйста, - тихо, едва слышно из-за жужжания насекомых-мутантов, попросила Таня.
  Факелов скрипнул зубами и открыл дверь. Видимо, вспомнил, о чем говорил Андрей. Светлов издал радостный возглас, когда увидел кабину метро. Интраморфы откинули насекомых назад, захлопнули дверь.
  - Пойдемте, надолго их это не задержит, - взволновано сказал Андрей.
  - Дружище, - обратился Светлов к Факелову. - Если бы мы не пришли, ты бы был уже мертв. Есть шанс начать новую жизнь на другой планете. Пойдем.
  Факелов покорно кивнул и шесть человек оказались в грузовой кабине метро.
  - Вот твой дружок обалдеет, когда придет в чувство на другой планете, - басовито хохотнул Светлов и набрал номер Геи.
  Жужжание пробравшихся в помещение насекомых исчезло. Люди вышли из замаскированной под огромный камень кабины метро. Андрей испустил восхищенный возглас.
  На улице стояла ночь, и яркие звезды полыхали в небе.
 Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"