Наступил день прощания с семейством баронов. Лори и Дарис поступали в школу, а значит переезжали из пригородного поместья в столицу. Девочкам для проживания отвели дальнее крыло. Старый Герцог тут же сослался на написание мемуаров и закрылся у себя, но это его не спасло. Надежда, что король забудет об обещании, растаяла как утренний туман. В Гнездо прибыл королевский указ о назначении Герцога Ректором Магической Академии. От потемневшего взора посыльный вылетел за ворота усадьбы, быстрее камня из пращи. Кажется, даже каменный коршун на шпиле главной башни проклёкотал ему вдогонку пару матерных фраз. Гнездо содрогнулось! Герцог матерился, рвал и метал целый день. Носился по замку, как бешенный конь, протаптывая в паркете колеи. Слуги на пути Герцога попрятали все вазы и безделушки, а также мелкие предметы мебели, спасая их от пинков. Доставалось только рыцарским доспехам, грохот стоял невообразимый, конечности доспехов, попавшие под горячую ногу Герцога, летали по всему замку. Через час рыцарский легион пал окончательно, в ход пошли шпалеры и драпировки. Выпустив пар и поскрежетав зубами, Герцог отправился в королевскую канцелярию, но его там не приняли. Вручили указ, исполняй! Вот и весь сказ, вопрос закрыт. Пообещав себе свернуть голову королевской "змеюке", как только представиться возможность, Герцог вступил в должность. Не хватало времени на двух девчонок, давай воспитывай поколение молодых магов.
В назначенный день в школу девочек провожал Коршун. Лори поступила под своим настоящим именем, а Дарис под именем своей матери. Вряд ли Граф N знал имя какой-то там служанки, риск был минимальным, но все же был. У Коршуна даже мелькнула злорадная мыслишка записать девочку под именем графа, но зная пакостную натуру вельможи не хотелось раньше времени привлекать внимание к Дарис.
Первым, кого встретил Коршун на празднике поступления, был конечно Граф N, главная затычка во всех присутствующих местах. Пышно разодетый, напомаженный, с уложенными кудрями и с отпечатками всех пороков на холеном лице. Поговаривали, что графиня поймала его на горячем, бросилась проверять разгульный образ жизни супруга и выяснилось нелицеприятное:Граф проиграл и спустил за долги почти все свое имущество и уже подбирался к королевскому приданому, более того содержал пару любовниц из высшего света.
Терпение Графини лопнуло в тот же миг. Графу были урезаны карманные деньги, перекрыты доступы к наличным, а также его лишили права на закладные и делопроизводство. Апофеозом стало обещание графини кастрировать и отправить его на эшафот, если появится бастард. Граф хорохорился, но за неимением денег перестал играть и бегать за юбками. При дворе ходили слухи, что Граф от горя запил и стал затворником, но это быстро прошло. Не мог же Граф отказать себе в удовольствии радовать своим видом окружающих!
- О, какие люди! Что вы тут забыли Герцог? - Граф заметил Лори за руку с Коршуном и скривился. - Бастардов пристраиваете?
- А вы? Кажется, у вас так и не появился отпрыск славного имени... А Графиня всё ещё ищет возможных байстрюков?
Граф брезгливо сморщился.
- Моя жена член попечительского совета... она приболела, я за неё.
- Передайте мои наилучшие пожелания скорейшего выздоровления Графине и скажите, что в поисках может обращаться ко мне в любое время, у меня лучшие ищейки в королевстве, раскопают подноготную любого подданного.
Граф позеленел, потом побледнел, потому что рядом с протеже Коршуна обнаружил еще одну девочку слишком похожую на него любимого. Те же светлые кудрявые локоны, серые глаза и пухлый четко очерченный рот.
- Кто это?
- Удовлетворяю ваше любопытство. Моя младшая сестра и баронета из провинции. По просьбе друга я ее приютил у себя и девочки сдружились.
Коршун умышленно не назвал имен. Даже если Граф будет проверять, и выйдет на след, то обнаружит в семье девочку, а уж кто поступил и под каким именем в школу, кому какое дело. Главное девочка была. Граф на крючке Коршуна сидел плотно, может извиваться сколько угодно, а сделать ничего конкретно не сможет. Герцог же мог его отправить на кастрирование в любое время. Лучше бы ему не рыпаться.
- Ух, как я зол, мяу, как я зол! Обозвать нашего котёнка бастардом... - Кот метался на коленях богини. Они незримо присутствовали на торжестве.
- Сущее безобразие, - согласилась с котом богиня. - Другая девочка Дарис и вправду незаконнорожденная, но это не повод оскорблять ребенка.
- Тогда я пошалю? - разминая костяные лапки вопросил Скелли. С молчаливого согласия любимец богини материализовался у ног Графа.
Граф презрительно хмыкнул, что еще ждать от стервятника, и уже хотел удалиться с задранным носом, как тут под ногами раздалось странное журчание. Серый пушистый кот присел на туфли Графа и под ним расплывалась желтая вонючая лужа.
- Какая мерзость! - Отскочил от напузыренной лужи Граф. - Кто пустил кота на территорию школы? Брысь!
Кота, как ветром сдуло, правда только после того, как он демонстративно отряхнул лапы.
Граф направился к столу попечителей, на его пути вырос черный, как смоль тощий котяра. Граф сменил направление, отклоняясь влево. Маги всегда были суеверными и пересекать траекторию черного кота осмелился бы не каждый. Как бы чего не вышло! На беду Графа, кот так же затрусил влево. Граф сменил направление и двинулся к правому концу помоста, где располагались именитые люди из совета. Кот, как приклеенный, тоже направился в ту же сторону. Граф смекнул, что кот с ним играет, но роль мыши ему не понравилась. Тогда Граф пустился на хитрость, выловил из толпы знакомого, завязал разговор и как бы невзначай стал выталкивать того вперед тараном, прячась за ним, как за щитом. Знакомый дураком не был и как только узрел сидящего кота на своем пути тут же развернул оглобли. По толпе пробежали первые смешки.
- Это твои происки! - оглянулся на Коршуна Граф. - Решил выставить меня на посмешище?
- С этим вы сами успешно справляетесь Граф, а к нападению приблудных котов, я лично не имею никакого отношения. Наверно, это кошка и её привлек запах вашей помеченной туфли, вот она и не даёт вам прохода.
Собравшиеся уже откровенно хихикали.
- Ну погоди у меня! - Граф попытался смести кота воздушным потоком. Кот и не шелохнулся, где сидел, там и остался, только шерсть пригладилась. Терпение Графа лопнуло. Какой-то задрипанный кот сделал из него, графа, родственника короля, посмешище... ну все, достал! Граф ударил воздушным кулаком сверху, бац, лепёшка. На дорожке расплывалось черное пятно. Толпа онемела. Такой жестокой расправы никто не ожидал. Через минуту двор школы наполнился какофонией, дети верещали и плакали, взрослые осуждали и ругались. "А еще попечитель называется, какой пример для подрастающего поколения подает"!
- За что же вы так бедного Котейку? - подлил масла в огонь Коршун. - Попечитель перед детьми устроил жестокую расправу над животным! Ай-я-яй!
- Заткнись, я уверен, что это ты меня подставил!
Коршун не успел оправдаться. Черное пятно зашевелилось вспучилось и с криком "Ррв-мяв-мяу" из него выпрыгнул белый скелет со взором горящим.
- А вот и не угадал, мяяв! - скелет вцепился в пышное кружевное жабо на манишке Графа, в миг разодрав его в клочья.
- Ты кто? - заблеял Граф пытаясь отцепить скелет за несуществующий загривок.
- Кот в манто! Мяв, ты меня разозлил! - и лоскутки, теперь уже от парчового камзола полетели в воздух.
Граф, размахивая руками, пытался оторвать разъяренное нечто. Голосил и взывал о помощи, но зрители предпочли охать и ахать, а не спешить на помощь. Что это вообще такое? Гадали, кто был способен управлять скелетом, да еще таким яростным, если некромантов давно извели. Кто-то в толпе высказался, что это кара небесная, скелет-то говорящий. Толпа дружно согласилась и отхлынула от места божественного наказания. Наконец Граф сообразил, что помощи ждать неоткуда и вложив все силы плюс магию воздуха, ударил кота кулаком по ребрам, снося того в сторону.
Приземлившись на четыре лапы, Кот встал боком, выгнул аркой спину, вернее хребет, ощетинился каким-то образом всеми костями, подпрыгнул на месте пару раз, обозначая намерение атаковать. Далее устрашающий кот, неожиданно встал на задние лапы, в передних появилась миниатюрная коса, зловеще блеснувшая заточенным лезвием на солнце и скелет сорвался в бой.
- Смерти ищешь, мяув, смерд плешивый?
- Почему плешивый? - только и успел спросить оторопевший Граф, как приземлился на задницу и вокруг его головы замелькала коса.
Коса летала с невероятной скоростью, мелькая то с одного бока, то с другого. Граф от бессилия зажмурился, отдавая себя во власть костяной креатуры. Напомаженные и тщательно уложенные локоны пучками разлетались в разные стороны. Через пару минут посреди школьного двора сидел Граф с проплешинами на голове. Стрижка Графа напоминала болото с разбросанными тут и там кочками волос в обрамлении камыша волосинок по кромке шеи.
- Сойдет и так! - Удовлетворенно изрек странный скелет, еще разок взмахнул косой, равняя кочку возле лба и пропал.
Граф еле-еле сдерживал слезы ярости и унижения.
- Креативненько! - оценил новую прическу Графа Лорд Смерть, наблюдавший за расправой помощника.
- Думаю, Граф вам сейчас не до попечительства, лучше удалиться! - посоветовал Коршун.
- Это все ты! - Сорвался Граф в истерику.
- Да с какого боку? Я знать не знаю эту зверюгу, а тем более не имею над ней никакой власти. Разве вы не слышали, он сам вам поведал, что вы ошибаетесь на мой счет. Весь двор свидетели.
- Это просто безумие, обвинять Герцога в поползновениях на вас Граф. - толпа зароптала. - Все видели, что никто тут не совершал магических заклинаний, иначе остался бы след и фон был бы искривлен! - вмешались попечители. Графа за его чванство и высокомерие многие терпеть не могли. Везде он совал свой нос, всех поучал, кичился родством и старался главенствовать над всем, что шевелиться. Таких выскочек не прощали.
- Правильно! Здесь все маги, почему никого не тронули кроме вас?
- Потому что Коршун на меня зуб имеет! - окрысился Граф.
- Да с какой стати? Я пришел сестру в школу записать, а не счеты сводить, а вы обвиняете меня на пустом месте.
- Ах, сестру... - взгляд Графа упал на девочку, которую за руку держал Коршун, нос засвербел от неприятных воспоминаний и Граф предпочел ретироваться без лишних слов. Хватит с него позора. Волосы отрастить это не бородавку с носа сводить.
Граф еще не подозревал, что шевелюру отрастить ни один маг не сможет. Где прошла коса смерти, хоть и миниатюрная, вырасти априори ничего не может, Коса убивала все до чего дотронулась на корню или вернее в зародыше. Клокастая прическа Графа не отрастала и не изменялась. Граф поистерил некоторое время, потом задумался, что пора бы в моду запустить парики и сделал себе несколько на все случаи жизни, побуждая и других придворных последовать его примеру. Неразрешенным остался больной вопрос, кто Графа наказал и за что? Ответа не было.
События сего дня завершились поздним вечером, когда на пороге Гнезда появился необычный проситель, настаивающий принять его безотлагательно. Герцог, страдающий в своем кабинете, наотрез отказался кого-либо принимать, будь то сам король.
- А старого друга с пигом в подарок? - пришел вопрос с дворецким.
- Друга приму, пига нет!
- Шучу, такая корова, в смысле пиг, нужна самому. - На пороге стоял бывший Ректор, бодрый, помолодевший, весь седой. Узнать в нем бывшего главу академии можно было с трудом. Скромно, опрятно одетый, старец тянул скорее на провинциального мага средней руки,
- Какими судьбами и давно ли в столице?
- Да лет пять уже подрабатываю сторожем в поместье и скачу туда и обратно.
- Телепорт? На такое расстояние? Как это возможно?
- Поделюсь жизненным опытом, если достигнем консенсуса в моей просьбе.
- Как Ректор ректору, чтоб было пусто этой гребаной академии.
- Сочувствую друг! Я тут островную наливочку привез, так сказать на вступление в должность.
- Очень кстати, я от злости и про ужин забыл. Организуй нам закуски на двоих, - приказал Герцог дворецкому.
- На троих, сына своего позови. Моя просьба и его касается.
Коршун на зов отца не преминул появиться. Не то, чтобы он жаждал общества ворчливого предка, но поделиться впечатлениями о первом дне сестры в школе считал необходимым. Он был готов к заунывным стенаниям эгоистичного папаши, вечерок можно и потерпеть, но вопреки ожиданиям, приятной неожиданностью стало присутствие постороннего незнакомого гостя.
- Приветствую главу сыскарей! - Даже не оторвав свой зад от стула, кивнул вошедшему седовласый старец.
Коршун замер на пороге, присмотрелся. Зрительная память его никогда не подводила. Эта особенность, можно сказать, была его коньком. Увиденное однажды лицо хранилось в памяти образов и по мере узнаваемости его аналитический ум выдавал соответствующую информацию о человеке. В данный момент отлаженный процесс тормозил, пробуксовывал на одном месте. Человек незнакомый и все же что-то в нем было узнаваемое. В одном Коршун был уверен, с этим человеком он не только встречался, но и общался в прошлом.
- Что замер? Не узнаешь? - Старец ехидненько усмехнулся, прищурив один глаз и наклонив голову к правому плечу.
Этот прищур и наклон головы всколыхнули в памяти давно забытый образ прошлых лет, проведенных в академии. Сопоставить пышущего здоровьем представительного вельможу из прошлого с нынешним заморенным седым человеком, сидящим перед ним, было весьма затруднительно, но способности Коршуна не подвели.
- Не может быть! Ректор?!
- Молодец, узнал! Меня вообще-то никто не узнает... к королю я правда не совался... вот его бы тварь точно учуяла... Впрочем, до него мне никакого дела нет... пока, а к вам имеется.
- Давайте сначала поедим. Злость прошла, аппетит появился.
Герцог собственноручно разлил вино по бокалам.
- За встречу! Звякнул хрусталь и заработали челюсти.
- Червячка заморили... Так с чем пожаловал любезный друг, кроме визита вежливости?
- Просьба у меня к вам обоим. У меня две внучки погодки, вместе поступили в академию и вместе заканчивают. Девочки талантливые, но упертые. Старшая маг земли с потенциалом вычленения следов магии на месте происшествия. Читает прошлое, как книгу, прирожденная ищейка. Вторая тоже маг земли, но увлекается ядами и между нами, умеет читать слепки душ... Нет, она не некромантка, но видит отлетающие души... её способность скорей сродни умению твоего Лекаря.
- Так в чем же дело?
- Талант, по нонешним временам, вреден для здоровья. Все годы в академии тихушницами были, а тут уперлись. Пойдем на практику только в департамент орлят.
- Мы не берем практикантов...
- А следовало бы... из кого пополнение набирать? Вот помню Матушку, она уже тогда в возрасте была... кто ядами будет заниматься? Короче, не в службу, а в дружбу, прошу ректора направить моих внучек проходить практику в отряд орлят. А ты Коршун направь соответствующий запрос... можно и еще кого-нибудь талантливого прихватить для отвода глаз.
- Ты прав Ректор, серьезное кадровое упущение с моей стороны. Я сформировал монолитный преданный единый организм департамента и не учел, что годы летят и все мы стареем. Завтра же перетрясу весь коллектив и запрошу практикантов.
- Согласен, заявка принимается. Отправлю лучших из лучших, верные глаза и уши во дворце не помешают.
- Вот и ладненько!
- Жду обещанного! Давай колись! - Герцог многозначительно посмотрел на друга.
- Экий ты стяжатель!
- Магический стяжатель!
- Ладно, раз ты такой больной до магии, вот тебе великая тайна! Капитан корабля сменился и отправился я в родные пенаты. Прихватил с собой попугая да горсть землицы. Думал на век прощаюсь. А в поместье затосковал по хозяйству, опять же пиг уже старичок, жалко. Смотрел я на горсть земли вспоминал, тосковал и эх, открыл портал! Случайно как-то вышло. Потом попрактиковался и получилось. Надо только горсть земли иметь с того места куда хочешь попасть. Теперь у меня есть дача на море-океане и фиг меня поймает какой-то там удав! Правда не знаю работает ли это с другими магами или только с магами земли.
- Проверим! Надеюсь, публиковать свое открытие ты не собираешься?
- Еще чего! Тогда это была вынужденная мера, чтоб поддержать дочку. Она молодец послала рукопись от неизвестного из академии, и этот же неизвестный выкупил весь тираж для библиотеки. Ринулись мой архив разбирать, а там нет ничего. Да, и я как вернулся постарался уничтожить все найденные экземпляры и мозги промыл издателю. Благо всего было издано тридцать экземпляров, и моя дочь тайно продавала каждый на вес золота к тому же оформила авторские права, как наследница.
- Отлично! Время позднее, оставайся на ночь.
- Да что мне время... отойду от Гнезда и портал открою.
- И то правда, заходи ещё, мне твой опыт в руководстве академии пригодиться.
На том и порешили. Через месяц в департамент прибыли практиканты. Две симпатичные девушки и трое парней. Ищейке, Лекарю с Матушкой досталось по личной практикантке, парни пополнили ряды орлят. Казалось, на этом все и закончилось, но нет. Через год и Ищейка и Лекарь закоренелые холостяки женились на молодых специалистах, а точнее на сестрах-внучках. Свою измену Ищейка оправдал тем, что Лори это уже не та Лори, а с невестой его связывают родственные души. Коршун остался в одиночестве!
Невинные шалости
В божественных садах отдыхали двое, вкушая нектар и амброзию. Идиллию нарушил кот, трущийся о ноги богини.
- Мяу.
- Смотри дорогой, точь в точь как убиенный Мойрой Мяуш дочки.
- Да, скучает Феми, но нельзя же растрачивать божественный дар по пустякам, создавая иллюзию. Качественная! - Наклоняясь, потыкал пальцем кота Громовержец. - Как живой!
Тут на расслабоне и поджидала бога пакость и котик воспользовался подвернувшейся возможностью. Когти вцепились в рукав туники и потянули, оголяя божественное плечо... Глаза богини впились в открывшийся взору кусочек тела... а на нем алело красное пятно от засоса. Бог быстренько подтянул одеяние до горла, авось не заметит. Проклятый приблудный кот! Да и сам он хорош, забыл очистить тело после омовения.
Муж и жена одна сатана! Небесные чертоги в миг потемнели. Грозовые тучи нависли над Громовержцем, и первая молния устремилась в него.
- Ты что с ума сошла, дорогая? На пустом месте молнии метать! - Отряхиваясь от удара, заявил бог. Самое главное стоять до конца, не сознаваться. Да и что ему какие-то молнии? Так, жалкая пародия на его собственные поражающие. Укус комарика, но неприятно.
- На пустом месте? А это что? - Отрывая рукав, указала богиня пальчиком на злосчастное пятно.
- Где? Что? Ах, это... след нашей бурной страсти.
- С той нашей памятной ночи, мох должен был вырасти на плече и пылью покрыться, а никак не свежий след от поцелуя!
- Значит синяк, ударился обо что-то...
- Об чьи-то губы! - Взмах и голый бог предстал перед супругой, - надо же, а царапины на спинке не от ногтей, просто спинку чесал о ствол кипариса. Да?
- Сама виновата! - Дальше отпираться не было смысла, бог пошёл в атаку. - Вечно у тебя голова болит!
- У меня? - захлебнулась от ярости богиня. - А не ты ли каждый раз ссылаешься, что на работе устал? О, теперь я понимаю на какой работе ты устаешь... на фронте "не пропускай ни одной юбки". Мерзавец! - в бога полетел пучок молний.
Громовержец телепортировался.
- Ну погоди у меня! Я тебя предупреждала!
Молодой красивый охотник бродил в поисках дичи по лесу. На его пути у журчащего ручья на шелковой травке "спала" богиня. Беспорядок одежды открывал столько сколько нужно, скрывая от взора стратегические места. Оголенная ножка, плечико, приоткрытые губы, закинутая за голову рука манили и пробуждали желание.
Охотник несмело подошёл, рассматривая прелестницу. Лук и колчан были отброшены в сторону. Богиня открыла глаза цвета неба и потянулась, пробуждаясь ото "сна".
- Кто ты прелестное создание? - робко пролепетал охотник, наклоняясь, - и как оказалась в такой глуши? Ты нимфа?
- Почти угадал... ну же, помоги мне встать, - богиня протянула мраморную ручку.
В следующее мгновение охотник и сам не понял, как поскользнулся и упал прямёшеньки в объятия богини. Жаркий поцелуй обжег губы...
В подобной ситуации любой скромник не растерялся бы... надо быть совсем простофилей, чтобы отказаться от того, что само в руки попало. Охотник принялся изучать тело нимфы, сминая одежду и покрывая лицо жадными поцелуями...
И тут грянул гром! Охотника сдуло за тридевять земель. В ореоле молний пред богиней предстал верховный бог.
- Как ты могла так низко пасть?!
- А что? От измены с небожителем не так обидно было бы? Ты сеешь выбл...ков, прости, полубогов по всей земле...
- Заткнись неверная, я тебя в хаос заточу!
- Ну-ну! Значит тебе превращаться в быка и баб похищать можно, а мне нельзя простого смертного поцелуем одарить?
- Когда это было... и вообще не пойман не вор...
- Не пойман значит, а что поднебесная смешками гремит у меня за спиной?
- Пусть сплетничают, это не портит репутации, даже наоборот придает ситуации пикантность...
- Хорошо, тебе пикантности подавай, получай... - в руках богини появилась скалка, самая что ни на есть, простая скалка. Оказывается, по воздействию и силе воспитания кухонный предмет с древнейших времен непревзойденное орудие для провинившихся мужей. Никакая магия не сравнится!
Бог побледнел и телепортировался подальше от разъяренной фурии. Далее небожители наблюдали вспышки телепортов по всей поднебесной, траектория их напоминала петляющий забег зайца, спасающегося от хищника. Периодически до слуха наблюдателей доносились звуки "бум-бум" и "ох"!
Скелли сидел на руках богини и покусывал косточку своей лапки.
- Молодец, изящно разрулил... возмездие прилетело, и мы тут ни при чем.
- Мы не ищем легких путей... простой донос, это скучно, мяу.
- Именно, я должна наказывать и форму наказания выбираем мы. Я богиня правосудия и в данном конкретном случае "яйца курицу учат"!
- А я помощник мяу, вершитель возмездия! Приятно, мяу осознавать, что все тебе подвластны... еще бы Лорда за косточку пощипать...
- Размечтался, мелкий пакостник, я безгрешен! - Лорд не преминул показаться.
- А чревоугодие? Тот еще грешок! Мяу, подавиться тортиком можно... невзначай!
- Ах, ты костяной гаденыш, возгордился от вседозволенности! Я тебя породил, я с тебя и...
- Шкуру уже спустил! Из нас двоих я самый безгрешный, мяу!
- Оставим гордыню в стороне, но распитие валерьяновой настойки уж точно непростительный грех!
- Не трожь святое, мяу! Богиня рассуди!
- Когда знают меру, то это не грехи, а радости бытия!
- Предлагаю вкусить эти радости жизни прямо сейчас. У меня и самовар с чайником всегда горячие... и тортик с пылу жару с алтаря!
Лорд подал богине руку, а Скелли сам запрыгнул на руки и троица пропала.
Двухмяушки-мурлышки
У самовара за столом собрались трое. Богиня возлежала в удобном кресле вкушая фрукты, Лорд чинно сидел на стуле, ковыряясь в куске торта, на банкетке, покрытой мягкой пушистой подушкой, развалился Скелли шумно мурлыкая двухмяушки-мурлышки, как он их называл.
- Вот так и губят талант в расцвете сил, с корнем, мяу, вырывают. Завистник! - Трагически заломил лапки Скелли.
- Да чему там завидовать? Твоё стихоплетство из серии: "Служил Гаврила лесорубом, Гаврила лесорубом был!"
- Да что твоя костяная башка в стихах понимает? Лирика она чувствами, кровью пишется...
- Кровоточь дальше, а Лорд слушает да ест. Еще кусочек Богиня?
- Нет, нет я удаляюсь от соблазна, а вы продолжайте мальчики, вам ожирение не грозит. - Богиня исчезла, оставив на столе вазу с фруктами.
- Твои зубодробильные мурлыки годятся только для распугивания гостей.
- А то, чисто мужская компания, мяу, другое дело.
Из-под подушки на свет божий появился пузырек валерьянки.
- Моя ты прелесть, мяу! - Скелли блюдечко искать не стал, нетерпеливо забулькал из горлышка. Через минуту пузырек отбросили в сторону и кот заголосил с мартовским надрывом:
"Кабы я, мяв молодушкой была,
Самой Мойре, мяу попу надрала,
Тут бы и настал мне, мяв трындец,
Лорд скелет спас, мяу молодец!
Шкуру потерял, мяв какой кошмар,
Но живее всех живых я стал!"
Закончил речёвку Лорд.
- Кабы ты молодушкой с мозгами бы была,
- На богов не нарывалась бы тогда...
- И целее шкура бы была!
- И не получилась бы кошачья шаурма!
- Последний кусок будешь или надрываться стихотворными потугами продолжишь?
Скелли задумался, нужна ли ему закусь после валерьянки?
Перед Лордом такой задачи не стояло... Скелекот и мявкнуть не успел, как последний кусок исчез в зубастой пасти черепа.