Я стояла возле стазисного шкафа в хранилище улик и думала. Рассматривая серую лайковую перчатку, лежавшую в стеклянной коробке с притертой крышкой, я даже не услышала, как подошел ко мне Равашаль.
- Знаешь, я считаю, у нас достаточно оснований для ареста твоей Марты, - сказал он.
- Оснований достаточно. Возможности нет. Она торчит в Праге уже две недели, и, судя по всему, уезжать оттуда не собирается. А устраивать магическую дуэль посреди густонаселенного города я не хочу.
- Это точно она, не двойник?
- Точно она, - я вздохнула. - Проверено амулетом мастера Ляна, да и аура полностью совпадает.
- Ну, ты же брала Милоша в той же Праге, и никто не пострадал.
- Ох, Жан-Клод, не сравнивай ты их! Марта ни на минуту не расслабляется. И ее не получится подловить, чтобы отключить магию. Я уже давно это обдумываю...
Закрыв дверь хранилища, я запечатала ее личной магической печатью, и мы с Равашалем неспешно пошли по коридору к его кабинету. Время было позднее, уже к полуночи, и сотрудники СБ в основном отправились по домам, так что в коридорах было тихо и пусто.
- Ты чего домой не идешь? - словно подслушав мои мысли, поинтересовался глава Службы.
- Да и сама не знаю... - вздохнула я. - Вот думала, может какая-то идея придет в голову.
- Ну и как, пришла?
- Не-а, - я покачала головой. - И Жиль, на что уж он не любит Яначеков, только шипит и плюется от злости, а ничего мудрого не выдает...
- Иди домой, - мягко сказал Равашаль. - Выпей чего-нибудь покрепче, да и ложись спать. Я ж тебя знаю, в самый неожиданный момент тебя стукнет правильная идея.
- Только бы поздно не было, - и я неожиданно для себя самой зевнула. - До завтра!
Жан-Клод был прав: идея стукнула меня действительно неожиданно. Ровно в тот момент, когда я, с трудом подавляя раздражение, принимала у первокурсников защиту курсовой по основным видам нежити и не-жизни. Может, гениальным пришедший мне в голову план и не был, но определенно годился как базовый.
Курсовые были... унылые. Правильные, по теме, с верными выводами и перечнем источников в конце. Но, боги темные и светлые, как можно так скучно говорить о банши, будто это соседская молочная корова? Впрочем, по известным причинам к банши я недавно стала питать особо теплые чувства.
- Вы закончили, студент Кремон?
- Да, профессор, - красавчик-блондин гордо вскинул голову, ни минуты не сомневаясь, что получит заслуженную (по его мнению) отличную оценку.
- Скажите, студент Кремон, вот вы подробно описали воздействие киэнинг на слух и мозг разумного. Добавили способы защиты. Давайте рассмотрим гипотетическую ситуацию: вы отправились в... ну, скажем, в Килларни, к любимой девушке из семьи о"Лири. А семья эта, оказывается, категорически против вас.
В задних рядах отчетливо фыркнули.
- У вас есть поправка, студент Финкельбаум?
- Да, профессор, - в последнем ряду поднялся худой и очень высокий юноша в толстых очках. - Я предлагаю рассмотреть более реальную ситуацию. Мой коллега Кремон не сошелся с семьей в вопросе размера приданого и собрался уезжать, а семья этого допустить никак не может, поскольку ожидается прибавление.
Аудитория откровенно хихикала. По-видимому, блондин за прошедшие два с небольшим месяца успел заработать не самую лучшую репутацию.
- Хорошо, Финкельбаум, поправка принята. Так вот, студент Кремон, семья о"Лири решила задержать вас в своем доме при помощи банши. Ваши действия?
- Ээээ... - допрашиваемый растерялся, - ну, я заткну уши и попытаюсь прорваться.
- Чем и как?
- Что?
- Чем заткнете уши, и как будете прорываться? Сколько я знаю, в указанном семействе меньше, чем семеро сыновей в каждом поколении не бывает, и уж за честь сестры они стеной встанут. А для того, чтобы закрыть уши от киэнинга, что нужно сделать? Вы же сами писали в курсовой, а?
Студент молчал, из чего я сделала вывод, что курсовую он не писал, а переписывал. Не знаю уж, в Сети нашел, или заплатил кому-то, семья-то не бедная.
Я прошлась по аудитории, и взгляд мой уперся в Буа-Траси.
- Вам слово, студент Траси. Что вы будете делать в подобной ситуации?
- Так что тут сделаешь, профессор, - встал тот. - Договариваться надо.
По аудитории прокатился смех. Кремон покраснел и сел.
- Ну-ну, продолжайте, студент Траси, - подбодрила я его, но оратор в поощрении не нуждался.
- А вообще все довольно просто. О"Лири - одно из старейших семейств Эрина, легко предположить, что банши у них есть, и старая, хорошо развитая особь. Значит, предполагая, что переговоры могут зайти в тупик, нужно, в первую очередь, заранее выяснить тип данной не-жизни. Перед визитом в дом надо заготовить и подвесить два или три соответствующих данному типу заклинания, так чтобы можно было активировать их даже мысленно...
Тут я перестала слушать. Свою курсовую Траси защитил блестяще, похоже, что и эту защитит. А мои мысли вернулись к банши.
Керидд.
Она была в свое время привязана Милошем к покойному графу Лавалю. Привязка снята совсем недавно, в конце июня, и полугода не прошло. Следы ее должны еще держаться. То есть, в связь банши с Милошем Марта поверит.
Мог брат таким образом отправить к ней сведения о чем-то очень важном? Неизвестно, какие способы связи были у них оговорены на случай непредвиденный, и были ли, но рискнуть можно.
Остаются сущие пустяки: решить, какая информация гарантированно выманит Марту в Эрин, и договориться с Керидд.
Я бы, на ее месте, на такую авантюру не согласилась, но я и не банши.
Установившаяся тишина в аудитории отвлекла меня от размышлений.
- Прошу прощения, профессор, вы не согласны? - вежливо поинтересовался Буа-Траси.
Вот интересно, с чем? Придется признаваться в своей невнимательности.
- Извините, Траси, задумалась и не слышала вопроса. Повторите, пожалуйста.
Вопрос был правомерный, и до конца академического часа мы обсуждали разные виды не-жизни и их взаимодействие. Наконец, прозвучал звонок, студенты стали собирать свои сумки.
- Итак, - я обвела взглядом аудиторию, - всем, кроме Кремона, Анваля и Малецкой, курсовые засчитаны. От вас троих жду новые работы через две недели. Дату защиты вывешу на кафедре.
Унылая троица потянулась к двери, а я окликнула проходящего мимо студента:
- Финкельбаум, задержитесь, пожалуйста.
Тот настороженно остановился возле моего стола. Дождавшись, пока все остальные покинут аудиторию, и дверь затворится, я посмотрела на молодого человека.
- Скажите, студент Финкельбаум, вам эти очки дороги как память?
- Нет, профессор, - спокойно ответил студент. - Просто операция стоит дорого, а у моих родителей еще девять детей, я старший.
Вызвав в компьютере его личное дело, я пробежала взглядом информацию, потом взглянула на студента иным взглядом. Михель старший из десяти детей, отец - сапожник в маленьком городке на севере Галлии, мать, понятное дело, не работает. Первый маг в семье, раньше не было. Живет в общежитии, по результатам вступительных испытаний получил повышенную стипендию... Хороший мальчик.
- Значит, так, Михель, - сказала я, набросав на листке бумаги несколько слов и приложив свою личную магическую печать. - У вас есть хороший потенциал боевого мага, но боевик в очках - это нонсенс. Это письмо в клинику Рейхенбаха. В ближайшие выходные вам сделают коррекцию зрения, в понедельник на занятия не приходите и глаза не напрягаете. Со вторника можно заниматься в нормальном режиме. Стоимость операции будете отрабатывать во время каникул в моей личной лаборатории.
Финкельбаум молча взял записку и поклонился.
На вечернее совещание в кабинете Равашаля я прихватила с собой Жиля. Он и подал разумную идею, когда мы уже несколько устали от споров:
- У вас же есть та каменная плита, с орочьими надписями? Так чего спорить. Если эта штука могла из Степи оказаться в Альпах, так что бы ей помешало и до Эрина доползти?
- Мы ж не можем ей отдать оригинал, - устало сказал колонель Брихсдорн.
- А разве ей кто-то что-то вообще собирается отдавать? - Жиль фыркнул. - По утрам надо совещаться, господа, к вечеру у вас уже мозги растекаются.
- Не груби, - одернула я артефакт, но тот уже разошелся не на шутку.
- Да были бы руки, я б палкой вас бил! Ты отправляешь к Марте банши. Банши, Лавиния! Сущность, не-жизнь! Она и не способна принести с собой материальный предмет, только сведения, информацию о его местонахождении. Марта все проверит, не может не проверить, и отправится в Эрин. Там ты ее спеленаешь, наденешь орихалковые наручники и ошейник, и присовокупишь к братцу. Все!
- Хм, - Равашаль потер мочку левого уха. - Все логично. Конечно, на практике вылезут какие-то огрехи, но это дело естественное.
- Первое, что вылезет, - ответила я, - это то обстоятельство, что Милош не бывал в Эрине. Во всяком случае, за последние пять лет, а глубже это бы не имело смысла.
- Бывал, - возразил мне Жиль. - И совсем недавно, в марте или апреле этого года. Он туда шастал порталом из Люнденвика, коротко совсем, буквально на пару часов.
- Вот как... а в Люнденвике у нас тот самый, не опознанный пока что Герберт?
- Ну, не знаю я пока, как его искать, - буркнул Жиль уязвленно. - Мои координаты для связи внутри магического поля, тебе они бесполезны. Да и нет его уже по тем координатам, я после ареста Милоша из интереса попытался найти...
- Да, Герберт может тоже оказаться проблемой... Ладно, вернемся к банши. Лавиния, когда ты сможешь с ней переговорить?
- Думаю, послезавтра. Завтра пятница, у меня две лекции и два семинара в Академии, а в субботу я свободна. Прихвачу Сирила и отправимся.
Сирил попытался отказаться. Вернее, не отказаться, а возразить против использования Керидд в целях Службы магической безопасности. С дивной аргументацией вроде "Она столько страдала, оставьте ее в покое!"
Пару минут я озадаченно смотрела на своего аспиранта, потом только руками развела.
- Скажи мне, дорогой мой Сирил, ты сам-то понял, что сказал? Ты считаешь, что банши сильно страдала, и теперь ушла на покой?
Молождой человек, стиснув зубы, сумрачно кивнул; его напарник тихо хихикал в углу дивана.
Я продолжила:
- А ничего, что это, вообще говоря, ни разу не живое существо? И ее реакции и восприятие действительности, скорее всего, сильно отличаются от человеческих?
- Все равно, я не согласен. Эта... - тут деликатный Сирил произнес слово, более присущее морякам и обитателям трущоб, чем магам и аспирантам, - может ее запросто развеять. Это будет неправильно.
- Ладно. Тогда так: рассказываем Керидд обо всех обстоятельствах, и пусть она сама решает, хочет ли в этом участвовать. Уж права выбора-то ты ее лишить не можешь?
Продолжение от 21 марта.
Своим правом выбора банши воспользовалась так, как я и ожидала. Стоило Керидд услышать о возможности принять участие в операции против кого-то из семейства Яначеков, и оттащить ее не смогла бы и сама Морриган.
Попутно выяснилась интересная подробность, которую я не знала раньше: оказывается, восприятие времени у подобного рода существ принципиально отличается от нашего. Для них не существует "вчера" или "завтра", и с равным успехом сегодняшняя Керидд может появиться передо мной - студенткой Университета четыреста лет назад, или явиться к Сирилу - главе кафедры боевой магии в Нувель-Орлеанской Школе, лет этак через двести. Понять я это не смогла, но, думаю, свежесозданная кафедра магии времени в Академии сильно заинтересуется этим феноменом.
Собственно говоря, а как бы я, или кто угодно другой, могли бы знать все это раньше? Что-то я не слыхала, чтобы банши становились когда-то членами семьи. Охраной, проклятием, пугалом - сколько угодно. Но Керидд сейчас воспринималась матерью Сирила и прочими его родственниками примерно как тетушка. Немолодая, не очень удачливая, усталая, но своя. И выглядела она соответственно.
А, следовательно, поговорить с этой не-живой сущностью раньше и в голову никому не приходило...
План получился такой: Керидд передает Марте сообщение брата об орочьем артефакте, обнаруженном им в Зеленом Эрине. Странные отношения банши с временем будут вполне разумным объяснением того, почему она не появилась у госпожи Яначековой-Врожецкой сразу после ареста Милоша, в июне. В самом деле, что банши июнь или ноябрь? Мыльный пузырь...
Марте понадобится время на проверку сообщения, неделя - две, после чего она отправится в Эрин. Ну, а в чистом поле мы с коллегами сможем без особых ограничений спеленать ее магически и нейтрализовать навсегда.
Местом размещения точной копии артефакта мы выбрали обширную болотистую пустошь между деревнями Каппенанул и Шанбаллард. Место это издавна считалось у детей Дану проклятым: там не росло ничего, кроме колючей болотной травы, не водились птицы, а низко над травой и густым мхом всегда висел зеленоватый, пахнущий сыростью туман. Практически посреди болота дюжина плит из серо-черного камня образовывала кромлех, в центре которого еще можно было разглядеть невысокий курган. Судя по голографическим картинкам - место почти идеальное.
Осталось привести наш прекрасный план в исполнение.