Месяц улыбался, 
как умалишённый.
А я был с тобою 
в брюки расклёшенный.

И твои колени 
мне двоило зрение.
Трогал их без тени 
я совести зазрения.

С тобой обниматься 
был тогда не промах.
В белых мы купались 
простынях черёмух.

Но только поцелуи 
и никакого срама.
Не было с тобой тогда, 
что не велела мама.