Утро встретило нас при посадке. Корабль пролетел мимо платиновых дюн и с небольшим креном зашел на ровную почву, всполошив стаю пасущихся длинношеих полосатых птиц. На моём лике образовалась очаровательная улыбка на фоне многодневной щетины. Я осознал, ко мне вернулось давно забытое состояние покоя. Это была сказка, в которую хотелось верить.
Погода на Антанте-3 ничем не отличалась от погоды своих собратьев. Она была расположена на той же орбите, на таком же расстоянии от их общей звезды. Покинув звездолёт, я взглянул на траву. Каждая росинка, отражающая небесное светило, постепенно потухла с испарением влаги. Металл звездолёта стал раскаляться от надвигающейся жары. Последним не спеша выкатился бунтарь на кресле. Он рассеяно кружил головой, забитой проблемами и неизведанностью. Пришлось задать ему вопрос, чтобы хоть слегка отвлечь.
- Не привык интересоваться чьим-то самочувствием, но твой вид волнует не только местную хищную дичь, но и меня.
- Не нужно судить о моих чувствах по физиономии. У меня всё в приделах установленною мною нормы. Вот только ноги затекли.
Шутит, значит и правда в пределах нормы.
- А ещё такое впечатление, будто я постарел за сутки. Ещё вчера я чувствовал себя на двадцать, а сейчас на все семьдесят.
Выковыряв из себя пару шуток, Андрей направился дальше исследовать территорию.
Напряженный день поспел к завершению, плавно перетекая в спокойный вечер. Каждый успел свить себе гнездышко до наступления трескучих морозов. Среди десятка сомкнутых глаз, только мои, всматривались в импровизированный потолок, на котором затаился четырехпалый паук, слегка выдававший статику. Она образовывается если пауку холодно. Вдруг мне снизошло, что я-то холода не чувствую, а моя семья возможно замерзает. Безоговорочно решаю найти для них что-то тёплое и в срочном порядке.
Глубокой ночью выпал снег и вокруг стало светло точно как перед рассветом. Северное сияние под видом зарницы, создавало на небе некую фотонность, которая отражалась от соседнего спутника Антанты-2. На минуту вспомнил о Кастасе. Ведь он где-то там, возможно ещё не сдох, тоже сейчас пялится на меня.
Вдруг послышались мелкие шорканья. Мои ногти обратились когтями. Я притих, чтоб не спугнуть удачу. Но это оказалась мелкая шалапандра, с которой разве что можно носки шить. Да и вонь от них несусветная, даже скунсы так не воняют. Взглянув на коготь, задумался о том, что мне приходится перевоплощаться с заботливого семьянина в свирепого зверя. И наоборот. Это многотрудное дело, и это сложно совмещать. Всегда считал, что любовь к семье подпитывается чувством собственности и эго, но это не правда. Их личность преимущественно превалировала над моей, и мне просто хотелось всех защитить.
Глубоко в душе я наивно надеялся, что новая власть образумится, и мы все скоро вернёмся домой. Окрыленную витавшую мысль приглушило повторное прерывистое шорканье. Ну вот. На ловца и зверь бежит. Не помню, как они точно называются, но их сходство с оленями практически идентично. Такие же чопорные и со стройной осанкой. Их кисейное мясо всегда было божественно на вкус, а их тёплые меха особенно ценились. Мой обретенный кроткий нрав помог мне сосредоточиться и не всполохнуть добычу. Ведь и они обладают редким даром мгновенно скрываться.
Впускаю тень Морока во тьму. Атакую в мгновение ока вопреки всем законам физики. Эйнштейн хоть и не боксёр, но если бы он это увидел, то вылез бы из могилы, чтобы набить мне морду.
Пережимаю артерию, чтобы животное не мучилось. Жду. Оно напыжилось, его худощавое изможденное рыльце издало короткий хрип и повисло. Впервые в своей жизни мне стало жаль своей добычи, я больше не получал удовольствие от охоты. Это была вынужденная мера, я отобрал его жизнь ради семьи и такова аксиома жизни. Дальше я заглушил свою совесть работой. Мои перочинные лапы отделяли мясо от меха на ровные части, с точности до микрона.
Обратно вернулся уже с добычей в облике человека, чтобы Рыжик не видел меня в теле Амока и не испугался. В палатке я залюбовался идиллической картиной. Вся моя семья не спала, кроме малыша. Они ждали меня и переживали за моё долгое отсутствие. От такой передозировки добра мне стало не по себе. Слишком долго был затворником и забыл, что такое забота. Затем я тихонько произнёс слова, дабы не разбудить Рыжика.
- Мясо нужно приготовить с утра, пока оно не пропало на жаре. Этим дочка займёшься ты. Когда начнёт палить светило, нужно высушить шкуру и сшить из неё накидки от холодной ночи. А эта просьба адресована тебе Октавия.
Мой тихий шепот перебил громкий голос Шурупа.
- Почему вы не взяли меня с собой на охоту? Я всегда мечтал поохотиться на Антантского козерога.
Точно, напомнил, это был козерог. Я бы мог вежливо объяснить Шурупу, что он спал и местные твари ему не по зубам, но вместо этого я ответил:
- У тебя ещё пиво на губах не обсохло, чтобы со мной на охоту ходить.
- Вы даже не дали мне шанс.
- Ты уверен, что справился бы?
- Уверен.
- Тогда для начала ширинку застегни, тогда и поговорим.
Наивный Шуруп мигом глянул на свои штаны и убедился, что там всё по феншую.
- Зачем вы солгали?
- Вот видишь, ты даже в этом не можешь быть уверен.
- Если бы вы мне дали что ни будь смертельно опасное, я бы вас не подвёл.
- Допустим, я бы тебе дал оружие. Что у тебя есть ещё такого, что заставило меня передумать?
- Смелость!
- Что-то ты слишком много ошибок сделал в слове - пустослов.
- Почему вы постоянно смеётесь надомной? Вы не могли бы стебаться над кем-то другим?
- Нет. Я уже выбрал тебя. И знай. Даже если над тобой шутят, то ты, по крайней мере, не одинок.
Ответив настырному Сергею, я бросил ему жилу из лапы убитого животного.
- Ладно. Ты хотел оружие? Сделаешь из этого лук, начну относиться к тебе серьезнее. Над каркасом сам пошамань.
Не издав и звука, паренёк взял жилы в ладони и благодарно кивнул головой.
Встает палящее небесное светило, выжигая последние ночные тени. Перисто-кучевые облака на секунду закрыли яркий свет. Сквозь проём чую мой любимый запах фламбированной пищи. Всё бы было замечательно и дальше, если бы не надоедливый жизнерадостный голос Шурупа, от которого сводило скулы.
- Как дела?
- Какие могут быть дела у человека, который едва открыл глаза? И нормальные люди говорят - доброе утро, а не как дела. Лучше, скажи мне, где твоя пассия?
- Мясо готовит, как вы и просили.
- А где Октавия?
- Развешивает шкуру на ветвях.
Неожиданно ко мне подбежал Рыжик и радостно спросил.
- Как дела?
- Солнце светит, ветер дует, вода течет, значит всё восхитительно.
Сергей услышал мой ответ ребёнку, что-то проворчал и вышел на улицу в сопровождении с заниженной самооценкой:
- Ничего я найду ключ к вашему не пробивному характеру...
После встречи Октавии, я старался избегать её общества, так как чувствовал вину перед ней, и всё не мог понять, простила она меня или нет. Теперь, когда всё улеглось, пришло время узнать. Прежде чем приблизиться к Октавии, решил сорвать цветы и преподнести ей. Издалека было видно, как она сосредоточено облагораживает первый высохший кусок шкуры. Увидев её в новом наряде, мне захотелось сказать ей - выходи за меня снова. В её ладонях мог поместиться целый мир. А её губы просто вынуждали совершить поцелуй вне очереди. Когда она увидела меня рядом, то по-доброму рассмеялась. Как выяснилось, я был чурбаном, который пытался подарить своей женщине охапку местных цветущих помидоров. И всё же она приняла мой знак внимания, напомнив о прошлом.
- Помнишь, когда-то я задала тебе один очень важный для меня вопрос? Какая разница между - любит и нравиться? Ты так ничего не ответил. Сможешь ли ты сейчас ответить мне на этот вопрос?
Взглянув на помидоры, я внезапно всё осознал.
- Когда нравиться цветок его срывают. А когда любят его, то поливают каждый день.
Лицо Октавии стало серьезней, и она открыто заглянула в мои зеницы.
- Лучшего ответа я и не ожидала услышать.
Теперь, Октавия обняла меня, потому что простила. Для меня это было, словно отпущение грехов на исповеди.
Вернувшись к детям, мы застали Шурупа за поеданием горелого мяса. Когда он повернулся к нам лицом, я едва сдержался от смеха. Область вокруг его рта, была вся в золе. Эльзара тоже это заметила и вытерла шурупу грязь на лице, оставив маленькие черные усики, как у мушкетёра.
- Ты так голоден, что не мог дождаться всех?
Спросил Серегу, пытаясь не смотреть на пепельные усы.
- Пап. Не сердись на него, он хотел скрыть следы моих неуклюжих кулинарных способностей, лишь бы ты не обиделся. Ведь ты тяжело охотился. Потратил немало сил и времени, чтобы добыть это мясо.
- Ума палата да ключ потерян. Нет ничего на свете такого, за что бы я на вас обиделся.
Шуруп улыбнулся и поцеловал мою дочь, оставив и ей усы из пепла.
- Два сапога - пара, да оба на левую ногу надеты.
И только я собрался уходить, как внезапно меня остановил будущий претендент на достойного зятя.
- Я выполнил ваше поручение и сделал оружие из высохших жил.
Неожиданно для меня, Сергей достал арбалет на три стрелы. Он был неуклюжий и смотрелся сердобольно, но я всё-таки выдал ему долгожданную фразу.
- Ну что? Ты нашел ключик к моему уважению. Благословляю.
Шуруп этого не знал, но он завоевал моё уважение совсем не оружием, а тем мелким поступком, когда пытался съесть мясо, чтобы защитить репутацию Эльзы. Я это больше оценил.
Мой чуткий слух уловил звуки от мелких беспилотников на расстоянии пяти километров. Как они нас нашли? Затем я переключился на более актуальный вопрос, пора срочно спрятать целый десяток человек. Я предвидел это и продумал заранее план конспирации. Почему никому об этом не поведал? Да потому что некоторую информацию стоит придержать, не разглашая её детали до часа пик. Суть моей стратегии заключалась в маскировке наших жилищ под местные терриконы. Спустя минуту все сидели в убежище, так тихо, что я слышал, как в соседнем сооружении по матерному упражняется Сократ.
Внезапно Шуруп завопил:
- Где Рыжик?!
- Ты ещё в ханги ударь, чтобы нас было слышно. Я сам его найду,- ответил Сергею и снова превратился в Морока, чтобы незаметно проскочить мимо врагов.
Недостаточно иметь высокий интеллект, нужно чтобы он ещё и работал в экстренных ситуациях. Сверхзвуковыми манёврами обманываю воздушных проныр и заманиваю их подальше от лагеря ложными сигналами. Когда всё утряслось, я принял облик человека, пытаясь вычислить, куда подевался ребёнок. То, что увидел дальше, одновременно рассмешило меня и опечалило. Шкет прятался на корабле выискивая там оружие для сражения. Маскируя испуг, он вышел наперевес с автоматом, дабы воевать с дронами. Пришлось объяснить ему преимущество чужой силы над нашей и растолковать азы войны.
Простодушный Рыжик внимательно меня выслушал и вслух задумался:
- Интересно, когда случилась первая война?
- Она случилась тогда, когда появились люди. И один высокопоставленный человек начал сопоставлять себя с другими, исчисляя собственную жизнь с количеством многих других жизней.
- А как-то можно закончить войны навсегда?
- Есть слова голуби, есть слова коршуны и есть слова попугаи. Твои слова, это именно попугаи. Ты слишком часто повторяешь одно не хорошее слово.
- Война?- снова, стыдясь вопроса, спросил мальчуган.
- Ну вот, ты опять его произнёс. Это дело рук взрослых, а не детей. Потому больше не думай о плохом и держись рядом возле кого-то из нас.
- Обещаю,- тяжело вздыхая, ответил Рыжик и обнял меня, будто родного отца.