Одетый в частый тик - как в листья звездопада -
К мениску ластился проточный ветер в миске,
Стучал: накрапывало; к пестику лампады
С тычинок - маятник, - и мятый лист аниса.
Обои пучились в волчанке, но сбивали
- периной - жар с лихвой, до чердака да навзничь
Купели улицы, не бегло, не в опале,
Но как-то с привкусом - надсады, поздней казни.
Речь полоумную на скорую каретку
Бросали связанно; креветка станет крилем
И убежит сквозь марлю - лавой, - или веткой
В окне ржавеющей: о брось! - наговорились-
Так ...тектонический Иосиф ввысь Младенца
Бросал без помпы - горстью геркулеса,
Вином из кратера, и целовал, и - деться
Ему уж некуда, лишь против - ввысь! - отвеса...
Дождь ивам сыпался - венецианским боем,
Нездешней флорою, лавр-в-трюмы Магеллана,
И ветер ширился, и я был болен
За Гефсиманский сад и голоса с тумана.
Вносились башмаки, и горсти многоточий
Вели, оттаскивали от застолья - к людям,
Но мы любили смерть, -сестрицу-, Авва Отче,
И ближе стягивались. - Крылышком на блюде.
1991 г.
2. * * *
Колгота или лютые дрязги
степных переездов в снегу,
только вьюга с квасцами поет,
расцарапав свисток на бегу -
Али грай вороненой дрезины
не выклеван? взят на ухаб?
рассосется, коль вьюшку
титана закрыть,
из- ми- ног на проходе уха?
Ведь колготки разъездов железных
протерты, как яблоко то,
надышать, если окна зашторены,
хоть с локоток закуток;
Эх, смотаться б к смотрителю
за кипятком,
если что - то ударь мне в цингу,
- Но забыл, что: болото - вагон,
а подошвы
Лежат под щекой - берегу, -
Если грезишь от холода - ватник волны
Средизимной накинут(ь) легко,
Но доску выбивает прилив
из-под ног
как плацкарту, вскипев куликом,
- Угораздит же ночью очнуться под лязг,
Закататься; уснуть; - но , пиит,
- Кто там?! -
в темени
дедушк. русск. флота -
ботинок Ван Гога - хрипит.
10 июня 1991 г.
3. ПЕТЕРБУРЖСКАЯ ИСТОРИЯ
Пяст, от отчаянья
сглотнувший горсть углей,
не в силах -улей-боль- отхаркать
"Нет!.." - "Залей-" -
- запил - чернилами,
схватясь за край стола,
да пярсть шершней сожгла
соломинку дотла,
Не солод Рождества Х,
прополис с камельком,
а порция с пайком
буржуечным - мельком.
- Петрополь утопал
и - канул в топке мглы:
Пяст просветлел на миг
и оглядел углы:
Вот плавал черновик
о блоке встреч людских,
дыра пришлась к дыре,
барак рвало в куски,
Вот выплыл Рим, и Брут,
и - Порция, храня
всего лишь честь его,
хватала крах с огня, -
-а-а: ты была сильней,
ты устоять смогла,
кинг стон кинжалом раз-
раздраив чрез халат,
И пеплос твой всплывал
как Фаэтон с глубин,
и: пурпур-к-пурпуру -
горел гемоглобин,
Мне не пошел моллюск,
чья паства - кошениль,
- как полыхает чернь
за мразь и гниль - внутри,
Так - черный к черному,
за стонущий провал
у красного угла...
...икону? - целовал-
А кокон в том углу -
чтоб мотыльком слетать
от очага - к теплу,
под торфяную гать.
Октябрь 1990 г.
4. ПО НАПРАВЛЕНИЮ В МАЛЫ
"обрыв... заказник... мир нетронутый..."-
Я вниз слетел быстрей, чем камень:
Весь день бродил. Вдруг - впилось золото:
Забита. Гул. - Сноп с черенками.
Не на холме - в глуби, в расселине,
Она открылась под ногами,
И купол - в купах касок зелени,-
-"Крест" - осенило в птичьем гаме.
Над руслом высохшего озера,
Чуть не в ручье, стояла церковь,
Откуда?.. - поросль лишь елозила,
Когда я падал вниз как беркут.
Выбрасывая, словно карцер в кровь,
Железки в окнах сокращались, -
Не значилась. Но только нацело
С пичугами мной разделялась.
Уже вовсю разноголосица
И сотни сторожей с трещоткой,
А в ризницу березы просятся,
К заржавленной прильнув решетке.
И нахтигаль, и сандугач-чиркаш
Стенали в нишах и кипели,
Постой!.. - ты признан нашим, начерно,
Погостом, лотосом в купели-
В ладонях под Изборской крепостью
Огромный тигель занимался
От той свечи, где ты, сгорев, постиг
Что время избрано и - сталось.
Ни спячка тех трясин осенняя,
Ни дом священника без паствы,
Не объясняли потрясения,
Пронзившего осколком астры.
Так - навзничь. Лист проник за шиворот,
И вал звенящей котловины,
Где все наоборот и выворот,
Мне стал затравкой для лавины.
Вновь церковь вновь - от бездны с лужицей,
Всё выше, выше, где ты не был,
И в сотый раз всё так же рушится
Горящий лист лавины в небо.
10 ноября 1991 г.
Боткинские бараки
5. НА ПРОЩАНИЕ
(экспромт)
...хребет курился. Злил горлянок коршун
Но печень неба светом обрастала
И очищалось золото, и горше
Был дым отчисленный, как музыка с вокзала
Где венский дирижер бросал силки и вехи
"Осанна!" в талый снег, и - Анна, "Анна!" в эхе.
Но что уходит - то пребудет вечно.
Что здесь теряется - там возрастает в смерче
Мед опалило - до ресниц - прямою речью
И я с небес вернулся - легче, чем обычно
К титану в данный час, где падал ковшик в прорубь
Как в люди - уголек, иль - первой гласной - голубь.
...а может, летом спал потоп. Иль - в осень
Ты скоро значилась - не в Боготе, так в Ницце
За Буддой, в асане, цветком, - с косой? раскосой?
А с Приношеньем Бах был колесом и птицей
Чтоб закружить, как ты, - из пепла разговора
Возникнув - улететь, но с черенком лавровым.
Куда ты движешься - по мне, не важно.
Что дашь ты миру - просто, иль безумно
Иль ничего - как детский змей бумажный
В ладонях вечности, где въяве от Подлунной
И мной начертано "люблю", и где не странно
Услышать в первый раз свой голос: Анна. Анна.
12 ноября 1991 г.
Боткинские бараки
Из цикла "ЦВЕТА БЕЗМОЛВИЯ"
6. * * *
Легко сказать - как с нитки - жемчугом,
Как - ртутным крылышком, сандалью, ладаном,
Что ты любима мной до пустоты кругом,
И я люблю тебя, и нету слада нам.
В "люблю" умчавшемся - неуловимое
Так просто исказить, рассыпать колос сам,
И в вязком воздухе труднее - вымолвить,
И - устоять нельзя, не взяв пол-голоса.
Как положусь я на уста, без устали
Твердящие - "тебя- ...до невозможного..."
Ведь повторять - искать в тоске: не пусто ли,
А в правде шопотом - есть опыт ложного.
Но тяжелей всего - молчать начистоту,
Когда любовь твоя - не груз, не видимость,
И тройка лошадей несет нас в высоту,
А мы не держим их, или не видим масть.
13 ноября 1991 г.
Боткинские бараки
7. * * *
Люблю, люблю, люблю...
Анжей И.-Г.
... А крупно напиши в дневник из лиственниц:
-ЛЮБЛЮ-ЛЮБЛЮ-ЛЮБЛЮ- ...оставь на суд очей-и
Глаз - с блюдца судачий - смутирует, и ниц
Вдруг смысл соскальзывает - яблоком с плечей...
И здесь бы не юлить, не крючкотворствовать,
От горла б исходить, потоком из скалы,
Но за молчаньем вслед - мельчанья черствого
Не избежать с свист"ком в груди растосканной.
И не прошепчет лю.т. мне искуситель-змей,
Прочь Командор пройдет, толкнув с окраины,
И двадцать раз подряд все вывернешь в письме,
Не смея отослать - даже нечаянно.
15 ноября 1991 г. Бо. б.
8. * * *
Слова раздавлены - и хруст Прокруста из
слепого прошлого - осман-кончар-из-ножен -
к устам выпрастывает и: хрусталик - вниз,
где разбивается,
как о пустое ложе
сосуд с огнем -
к устам,
испившим пустоты,
уже густеющим на пламень воздаянья,
- И лей водой ли той,
смолой ли - звук пристыл,
и уж не высечь мне - не вытянуть -
признанья.
_____________
Не Феникс скурен здесь; сам я не стал умней,
да вот размокнут круг ново-Каин-новой
блокады по-сердцу; постельничему мне
и льстить уж незачем - отсеяна мякина;
Как человек золы и пепла отстаю
От властного огня холодного эфира:
И, ангел, здесь, мой Бог, не утаю,
Что я любил тебя - как дым, как трубку мирра.
1991 г.
9. КЛЕОПАТРЕ
"В Суэцкой гавани горели корабли
И искры жалились и в чипсах палубы
И лотос беглый всплеск - а реи погребли
Гребцов под скатерти - заслушать жалобы
Бежит кубышковой змеей на пламя след
Качаясь ибисом, стрельцовой тыквиной
Антоний брошен был, как панцирь на весле
Волны с ключицей; - мной; родней-; не ты - виной
Мед... по игле лилось... как бражник-Фаэтон
- За Мелеаграми - пылал и загустел
Как греют лунки волн; в облаве; кинут он
- Кнут с колесницы - лишь - как умер в Августе
В чужом триумфе не идти мне головней
И незачем бежать - коль сердце вдребезги
Багрец; забрезжило... - Рассвет, не брезгуй мной
И нежная змея роняет лепестки"
1990 г.
10. А = У
Увечные стада на облаках
Звенят как провода иль ягель роют
И где оплетка облущилась - залатать
Сиянье нечем нам, как только кожурою
Геройской-яблочной-заката от
Цветущей яблони - до снега присно
Где золотой пчелиный скотовод
Пасется сам, и в прииск коромысло
Что-то повадилось черпать лиловый сок
Не оттого ль - от радуги: ошметок
- да полно: гул в висках
спасающе высок
И в чашелистьях дождь не износил подметок
В морзянке земляничной - на сквозняк -
Где на штыках инвенции приносят
Из хлопьев - турманы, покинув березняк
Иль порох жаворонков
в рюмках на покосе
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
И на блаженное послание твое
Сквозь призму в уголке оторгнутого века
Не пригл шенная, на свет, она поет
И в даль уносится, под прежнюю опеку.
1991 г.
11. У КНИЖНОЙ ПОЛКИ (ПРОСЬБА)
"Скажи, имею ль я ребенка,
Равнина, от твоих пахов?.."
Б.П.
Я имя вслух прочел
когда закат свистел
Перекати-
своё, а холмики мякины
сдувало: аистники, парус-
хоть постель
Им уготована была
в любом конце
Равнины.
"...Пустырник... "пастернак-
- за степью - таволга,
Дай час, и высушит:
...Голго- -буга
- и сдуло,
Та Волга, тот р. Оскол,
но эта долгота
Сведет как крыс - дудук,
как залп с борта Кагула.
- Что, леди Гаммельн, -мель-
- в ботве до свадхистан -
"портвейн здесь скалился ль,
"линкор картечь саднит ли,
ль железняк пожух,
как рыбник - до Христа,
за век, на Мертвом море -
в свитке кумранита?
- Бегут клубки в зрачках,
как будто б течь нашло
клянись-огуливай отсеянное поле,
-жизнь-из-меня-жизнь-из-...
и вычерпать - шелом
бугристый есть, как горб
болотной гоноболи.
Под полыньей небес -
дай равновесия -
Волной в разгул полынь -
победный скальп лавины,
И, хватку чувствуя земли, -
вдруг воссиял
Луч на губах чтеца
как снег на мостик Львиный.
Над степью помело,
где в высохшем строю
на связках силосных,
в кругу "летучей мыши"
Стою шепча: "ковчег -
-чум- что здесь выстрою,
Омела, сохрани
в пучках травы под крышей..."
11мая 1991 г.
12. * * *
Для того, чтоб ответить
себе - на последний вопрос,
Перестань хлопотать -
... - от коросты - Сирин, Алконост,
или Феникс, от корысти ль,
так замедляли скачки,
как петлю затянув
в голубиной поддевке бахчи;
Что там мается, как Гамаюн,
опрокинув верх-низ в гамаке
(Лазарь в плевах: ходок в лапотках,
извертевшийся - кранх в кабаке)
- Это ж сердце печется в духовке
и тестом
испытан неспелый сосуд,
незабудку-вопрос - с головою Предтечи таз -
здерж., захлебнись - унесут!..
Даже если отару Химер
загонял твой Пегас в удила
и нектар - тебе мнилось - эфирных гектар
ты счищал, как с доски,
добела-
- крохо-бор: не иконо-, не мута-
но - муторно
Там, где воронье гнездо,
где пасхальные чоканья
скользкие ласки
в белке, скорлупе
мнут под вздох;
К бизань-мачте привязанный глухо
взлетал
от барашка прибоя - Улисс,
и корабль - кара! но и крыло-
а в глазах
Гелла падала в фрикциях в бриз...
Образцово сирены поют ссс
тошнотой многомесячною,
к барабанной - церрозного воску б огарка,
как клином птиц - небо - на юг
- Улетайте ж!.. - с лихвой запластать,
...- так и в южных приделах церквей
на пробоину пластырь подводят в канойях,
на свет содрогнувшись - "живей-"-
- Отложите ж, как сало, дела -
на лопатках, судках поясниц,
чтоб ни в беличьей норке
зубовной скрижали вам,
ни жаркой накидки куниц,
Ведь траншейным
спружинившим
глиняным блюдцем
в такой же слепящий денек
жарко стынущей куцей спиралью
(снег с нищим)
индейкой! душа, не в упрек,
а дымком - самосада
кисету хвала
пухом ложе ружейное вслед,
и букетик гвоздиц
из туннеля ствола,
и - волной дробь - просвет в колесе-,
В Не- отдушина! чисто
-бесах
и свобода
врывается к нам обушком...
. . .Избалованный газ---в углекислый лед
жгущий
как пена геенн - со смешком.
1991 г.
13. * * *
Шумеры-сумерки; сирени-ассирийцы;
Необожженных кленов оттиски гусиных
Лап клинописьменных; - Дидоной голосится
- Не оставляй меня! - с пронзительной осины
Тетрарх-протектор; росчерк на асфальте;
Фальцет трамвая: мост; в песке небесном - полоз
Отрокотавшей точки... - брошенных листатель
Газет-ветер-эпох. - На вскидку: Мемнон-колосс-
- Май на изломе здесь - как фраза в междуречьи,
Что оказалась - с крыльев - Библии строкою,
И как возможен он в цветеньи - понимаю.
След пребыванья твоего - сродни увечью -
Неизгладим, во всем... и беспокоят тени
Не знавших колеса и этих хроник майя.
18 мая 1993 г.
14. * * *
Я умирал в тебе, как в Авеле - Адам,
Или в Адаме - я, со дня крещения,
Мак: кровля в пламени; подъязок из садка;
Как цианид в воде, как жажда мщения, -
Так гибла музыка в рукоплесканьи зал,
Сорвав оваций честь (погон? подсолнечник?)
В футляр фамильный впав... вдоль душу истерзав,
Чтоб вызвать в гаструлах ростки по полночи, -
- Но Боже упаси пойти путем зерна
Лежащим на краю, продетым как струна
Сквозь световой колок - тем просто любящим,
Меж кем Господь на жаркой простыне
Лежит и жаждет жить, цвести и костенеть
И ждать броска на свет -
в рубашке, чаще - рубище.
Март 1993 г.
15. * * *
Заколотые к сну каштановые волны
Цвели взыскующе, как тихо, приснодевой,
Вечнозеленый пруд. Как пресный хлеб под плесень.
- Чем ближе я к тебе, как в даль водораздела
Хребет не-сущий ястреб к снежным склонам,
Тем явственно тесней витанье смертной вести.
- Не осень высится, но в молоке лиловом
Ресницы разожму - как Купидон к Психее -
Всё тянутся огни каштановых шандалов,
На обороте дня. Как жилки в всплесках шеи.
И с черным медлил я опять бальзамом слова,
Ты ж-... - Тишина ждала, - и горцем пригвождала.
- И нас не разорвать - ни парусам бризантным,
Ни куполами вод над нефами крушений,
И не лопатками - земли, приставшей с долгом.
Как с мясом - воротник, я б мог сорвать ошейник,
И расстояние, что мерить - в песнях Данта,
Псам Гончим - затравить. Но если бы - надолго!..
Нет: словно с высоты гляжу на пруд, где сердце
Рождает девять волн, вокруг себя лаская,
Как слово брошено... Вот - сон, вот - оболочка,
И пробуждение, и череда людская,
Как лепестковый дождь, как спелый ливень в смерче,
Но всё ж не Океан, шумящий краем ночи.
Июль 1992 г.
16. ПЛЕРОМА
Что-то случилось,
А мы уже в близости той,
Когда после "люблю"
Не поставить нельзя запятой,
И за ширму дождливых
Когда не отводится взгляд,
Разве мельком - на радугу - в сливовый
Платьем упавшую сад.
Как на лужах контактные
Линзы хрустят пузырей,
Мы сминали длинноты пространств,
Так лигуют холмы по заре
Фрезерованные в витражах
Фугоносные свитки стрижей,
Но в огне исчезал дирижер,
И сожгли дирижабли уже,
Расплывался туман,
Шелкопряд в паутину влетал,
Окоем отставал от реки,
Поглощаясь тобой - "запята-
Но ведь снилась пропажа,
Экзамен с провалом, беглец,
Одичалый паром,
Обнаженный в толпе, наконец,
А скалистые рыбы,
Целующие е-ущель-
Между нами цветут,
Точно стрелы, пропащие в цель,
И растут облака,
Как участки припева в саду,
- да по ветру, в разгулах рубах,
Чтоб набрать и для нас высоту, -
- - И приветствую вкус
Недосказанной замкнутости:
На - тебя, с той чертой роковой,
Что, боюсь, никогда не постичь, -
От - иных, распускавших клубки
Или вязаных ясным крючком
В нитевидного пульса хлопки,
Если падал в себя, иль ничком.
Круг замкнулся - тобой. Отойдем.
Перейти - но не тронув каймы.
Испариться. - Остаться дождем
Ниц и возле. - Берущим взаймы.
1991 г. 1994 г.
17. ЛЕВИТАН
Как бы предчувствие небытия
Через прощание - от голубого края
До края мастеров воздушного литья
Земли-ликующей в неделю ваий -
Через прощание с этой землей-берез
Расплеснутой чертой мятущихся, склоненных
К Страстной; - к сожительству; сосущую с колес,
- Лишь купола стогов, под звоном остекленных,
С чертою бедности, перемещенной в газ,
Где звон стреноженный, где вплоть до листопада
Своей оседлости не зная, как лампады
Они выхватывают суть и мутят глаз.
О, синь остра - как клюв, рубец костра,
Иль кубик соли в глаз, где лезвием растаял
В протоках лед... где музыка простая
Лишь "...ныне отпуща-" - спеши страдать с листа-
...Еще три дня на круг - до Вознесения,
Где ты участвуешь помимо воли,
И лес уже готов, а здесь - готово поле,
И ветер от земли, - и кто, если не я.
Любовь - толчок, круженье малышни,
Кувшин с лягушкой, плесень в зоб квашни,
Цель с разложением, безумье-гений-яд,
Болезнь-жемчужина, поэма, Бог, статья.
- Плюс этот рот, глотатель естества,
Коловращатель снов, звезда, гнездо родства,
Настил для птиц, магнит, секатор, спазм,
Орган подкупольный, нет, двузрачковый глаз,
Глаз в треугольнике, прищуренный ощер,
Врата от ада иноку с пещер...
...где пальцы падали, проваливаясь вглубь,
Как в кабачок гнилой - ...помедли...-
...приголубь...
Джон Донн с блохой, и с падалью Бодлер,
Иисус с развратницей - мембрана, грань, реле,-
Чтобы войти, поспеть, разжиться, вдруг познать,
Не пробуй в долгие, иль с книгой допоздна,
Довольно полюбить - как мясо любит соль,
Как в омут броситься, чтобы омыть лицо.
30 ноября 1994 г.
Окуловка. Э-т
19. * * *
Гей - "Яблочка!" -
друг закадычный мой,
до спазма в горле гланд:
с гусиной кожею:
с присядкой всмятку:
Евой с сулемой:
баландой без кефаль-
-лей песнь отхожую:
Ап! даун! - проигрыш
с мамой-побоищем,
труси - нет, просияй
с российской широтой,
И снова: дауном,
и я с тобой еще
в близо- победной -сти -
ротой за шиворот
Тащи-не-оттащить -
хоть рви гиенами,
с сирен поллиции -
-чудно-и-мерзостно-
синдром тех лет
вошел в геены мне,
что рвутся песнями
от подноготной сна:
Эпоха - канула,
а песни вырвались
ввысь - кукушонком, вглубь -
ангелом-веспером, -
хоть сатанинских муз
мозг смазал в ненависть,
тоска - в сердцах, а зуд -
как по губам - пером.
В нас - червоточина,
чьим дырам аз воздам
бессмертно-должное,
как гуси - римлянам,
И вечно- яблочком
-зеленым Хам-Адам
еще подавится,
давая имя нам.
1990 г.
Декабрь 1994 г.
20. * * *
Смерть за плечом - как ослепитель-ангел,
Как заключенный неким конным - ястреб;
Хр.-ранитель мой - в зените; мысль - на фланге
- В пронзительном височном алебастре -
Благословенье здесь - дареная кольчуга,
Проклятие - пробоина и ветер,
Жгуты ж сосущие - что клетка для пичуги, -
К тому, что тленно - лучший клей на свете.
И вглядываюсь я: быть может, тут причина
Вос-хищенности той - от первоэлементов
До темных струн души, теряемых в пучине?..
- И есть хоть что-нибудь, - чему исток и утварь
В своем начале - я?!
... - Лишь образ твой, цементом
Заливший мне глаза, повернутые внутрь.
17 января 1995 г.
21. СЛУЖЕБНАЯ ПОЕЗДКА
Лес в духе путевых заметок.
- Но вот черемуха, безумствуя,
Наперерез, всей прорвой веток,
В окно - как в тяжбу между чувствами.
Земля посыпана известкою,
Леса разобраны как клинопись, -
Сдан обелиск - что на подмостках
Ввысь - лепестковыми белилами?..
...Ты начинала с малярии,
В горячке падая, черемуха,
Как самозванца бред - Мариею -
Гори, эфир, бей, грохот, обухом:
Я уезжал, чтобы пропасть здесь -
Казнимым разинцем под прорубью -
Но так ворваться в омут счастья
Тех дней, что схожи были с голубем
В сквозном пролете гулкой лестницы
Метавшимся... - сметенным позже,
Но ты цветешь, тех дней ровесница,
Как будто обрываешь вожжи,
Да в облако - не оседающей
Пыльцой, что по составу - камнем,
Каким мостят... но не пора еще
Стать частью ночи, где мы канем.
Искусана, как память, кожица.
Лес исчезал меж свертков кровель.
А на листе наброски сложатся -
Что ни пиши - всё в тот же профиль.
20 января 1995 г.
Поезд на М.
22. БОЛЬШАЯ ПЕРЕМЕНА
Как суждено нам влиться в устье Божее,
Вином причастия - от планки сырости,
Так - Человеком стать, достичь Похожего,
Жаждут животные - чтоб сбыться: вырасти.
_______
Беспозвоночное в твоем лице
Что жадно падало - в мешок к ныряльщикам,
Как окоем, что за околицей
В синь неба камушком - букетом-по-щекам -
Что жгло и жалило... - мой след терялся уж
Так -луй воздушный: поц! - в прощанье смерчиком-
- Вдруг стало петь ясней устриц из винных луж,
Свет губкой впитывать и чуять речи ком,
Когда ж губам твоим грозный наступит час
Стать в узкий строй людской, с тоской в излучине,
Тогда - тогда лишь я, найдя пристанище
В цепи беспанцирных - медуз, звезд лучевых -
Наговорюсь, как бог, глаза пока слепы,
На брюхе подползу, но если, если бы
Ты призвала б вкусить - тех вишен, пригоршней -
Я - причастился бы, - но как! - в куски - клешней...
Ноябрь 1994 г.
ИЗ УНИЧТОЖЕННОЙ КНИГИ 1994-1995
Восстановлены по фрагментам
23. * * *
Лошади бродят по чокнутым капсюлям.
Мчатся - треской мечут ржавые искры,
Падают. Лужи до капель размазаны.
Розыски. Здесь возведут обелиски.
Вздрогнешь - и: сброшены с пялец истории.
Мрамором сколь не мости нам болото -
Мы утопаем. Нас ест территория.
Китеж, сколь жруща твоя позолота!
Ямы. Холмы. К ветру: матери с воплями.
Нет нас, бросающих тень, и в грядущем, -
Только три всадника призрачных во поле
Веют потоки безмолвно бредущих.
Въяве ж есть смена. Так... - завоеванье.
Слепо-глухое к нам. И - без названья.
1994 г.
24. ЛУБОК
Как чумоносная звезда
Слеза спадала,
И острый иней борозда
Не отвергала.
Поземка шилом лезла в глаз,
Дорога стала кругом -
И отступилась. Догола
Раздет терновник вьюгой.
Лишь поле под побег втроем.
Лишь - жгучий холод.
И не видать, что окоем
Уже расколот.
А между тем следы вели
До стен овина,
Что набежал на край земли
Наполовину:
- Волы... - "коляски у яслей...
Яхты у пирса в лахте..." -
Старик - рыдал. Грязь на осле.
Каплун кудахтал.
И, обронивши крой с шитьем,
Как цыганят с подводы,
Мерцал сквозь кровельный проем
Зрак небосвода.
В прорехах мчалась чистота.
И старика до боли
В празелень рвали пустота
И праздность своей роли.
"Как не нашить рубах, шалишь,
Из узких клочьев стужи,
Так для грядущего я лишь
Как створка ширмы нужен.
Где прободенье язвы дней?
Кто - тот, что - ненароком -
Но - объяснит, как средь людей
Мне жить и впредь - пророком?!
Строгать, буравить... - под тряпьем
Храня искру пинцетом, -
Ждать - без конца!.. Цеплять репьем.
Спать пустоцветом".
Соленый жгут по бронхам лез,
Лежал Младенец рядом,
И с Ним старик вдруг крест-на-крест
Сошелся взглядом.
- Что до набухших век его
Легко коснулось?
Но... стало видно далеко,
Как речка вздулась,
Как смяв быки моста - в резон,
Вонзилась в море глыбой,
Как был проглочен горизонт
Багряной рыбой.
Вдруг растворилась весь. И все
Что было в жилу - глазу,
Что есть, что станет былью - в нем
Сложилось разом.
Предстало - все. И все сбылось.
Все стало данью.
И некая простерлась ось
Чрез мирозданье.
И в каждой точке пронеслось:
Мгновенья. Судьбы. Годы.
Набег кометы. Гнутый гвоздь.
Ресницы взмах. Народы.
И, вздрогнув, разом - отлегло.
... Сквозь звон кололо
Внутри оглохшею иглой,
И, вставши с пола,
Он вышел в зябь. За полем чах
Угрюмый ельник.
И день, что нес он на плечах,
Назвать б "сочельник".
Он вытер лоб. Сочилась явь
Той ипостаси
С которой, Господи, избавь,
Он сочетался.
Он лез, таща свой крест, как крот
На выброс счастья,
Знать, что случится наперед,
Не мая власти
Сместить - на зубчик! - шестерню
Коловращенья,
И в сотый раз на этом дню
Просил прощенья.
Вот здесь, на будущем окне
Нужна завеса.
В даль с крыши: столпник в зипуне.
Ладонь в смоле. Край леса.
...Его заботила изба.
Конек удался.
Все улеглось. Младенец спал
И улыбался.
1994 г.
25. * * *
На свете холодно, мой друг,
Куда не глянь,
И небосвод вокруг -
Собачьей миской всклянь,
Так близко ницца- -воль,
Но через гурт сарая
Прошла кошма на жар,
Петлей в петле сырая.
Том из Бедлама
В шалаше продрог,
Как скисший дрожек след,
Как тайнопись меж строк,
Читай наощупь мной,
Пятнай жирафой-тростью, -
Я ж молоко в свечи,
Я - зык трубчатой кости,
Но дар - не стребован
И, ясно чуя кризис,
Я на цигарки рву
Гладь бури - катехизис.
Мне б - язычка, - шнурка б!
От светочей Твоих,
Согреться, смыться, впасть,
Связать в грозе двоих,
Нет, - в уголь загнанные,
Сквашенные в нефть,
Лишь вам - мой рот в зигзаг,
Вам в темя мне звенеть.
...Всю ночь Господь Бог
Ноги обмывал
М-ученика-м своим
(Передник- коновал),
И вывел смерч: дожечь
До сини купоросом,
И в слизистой уснул
Бездомный еж вопросов.
... На головы висящих
Выпал снег -
Макрелью, тульей Ц,
Признаньем Кар, Сенек,
- Тмин-в-плечи-натали:
Ростр ворона в глазницы,
Плеск за обочиной -
Равнина: оступиться,
Барчук в грязи
Бай, чистотел-ручей
Впрягайся в океан
Наживкой для очей
Плывет колодочник
Амвоном для волны
- Харон-доскою-вверх
Лишь две ступни видны,
Всю жизнь - соль слизняком,
Сейчас ж - на том стою -
Он по небу ходок,
Заступник на краю.
Чтобы понять Твой слог,
Как смог Аврам, Лоток,
Давайте рушиться
Как со скалы в поток,
И разбиваться -
Студнем о кремень
Не сдвинувшись с песка,
Лишь угадав затмень-
О научи молчать,
Когда - весь - крик и вой,
А примиренье здесь -
С моста вниз головой,
Когда нужда - в глазах
Без фокуса тепла
И в душах-фитилях,
По-новому: дотла,
Ищу Тебя сквозь снег
И грозный ввал в цвету, -
- Молчать - чтоб вымереть
Палеткой пустоту,
Молчать - как образ Твой,
Насильно, в заповедь,
Но - "Тому холодно..." -
Попробуй не запеть.
1993 г.
26. БАЛЛАДА
В дни лунных четвертей, когда прилив
Освобождал мой взгляд от наслоений сора
Я уходил, на вкус определив
Настрой волнения и чистоту зазора
Меж звездным пологом и половицей волн
Скрипящей от уключин - спи, Лючия
А по веслу, на траверсе, включен,
Опять бил колокол, чтоб не угас в ночи я
Как этот звон, несущийся птенцом
К последней трапезе, под крылышко - подранком
Где вороненый сор, оброненный чтецом
- Дорожка к маяку - был яством с самобранки.
То бишь, о тризне мы, которой Трапезунд
Пиратский барк отпаивал сгоревший,
О генуэзках стен - как в детских деснах зуд-
В зубцах искрошенных - пророс чумной орешек, -
О восхищении Европы, о копыт-
Ах, эти холмы вновь - подножный корм
с кингстоном,
Мастика-в-грудь-волны - уж нажита!.. - кипит,
Челнок скользит...-
ты взят, ты извлечен трезвоном:
С плафонов и холстов беспечных Мастеров -
Тритоны-всадники, сорвавшись с Амфитритой
В ликующий набег, и Посейдон здоров,
Союз воды с землей, и яствами накрыты
Столы на облаках, и сыплются венки,
И выезжает Дож с бесчисленною свитой
Бросать кольцо свое - и как-то не с руки
Пахтающих забыть амриту - Раму с Ситой,
Но глаз берет свое - с персидскою княжной
Волна, как с жемчугом, обходится едино
Ты вновь отмучиваешь - Ливень затяжной,
И снова блеск лучей, - но рушатся с картины
Флоты сходящиеся... - пепел, сор и: - гладь,
Тепло-бесчувственно, как шепот ворожеин,
От Рубенса уже отмучен воздух, глядь,
И меркнущий Серов, да Ида Рубинштейн.
Засеян мир с листа, и в наслоеньях мы
Блуждаем - призраки
сквозь плоть и кровь и морок,
И океанный светополк - на кромке тьмы,
А засадной - с плеча - готовый вспыхнуть порох,
Но это и спасет... Уж-ж -ение искуш-
СветоАнтония - четвертовав - поблекло,-
Блуждающий огонь - пусть не очистит душ,
Зато согреет нас пред возвращеньем в пекло.
1994 г. Э-т.
27. ПАРАДОКС
Забит светилами - по горло - небосвод,
Как рожью житница, как сводный том под запись,
Но вместо прорвы звезд - побит пыльцой осот,
И продразверсткою изнежен жгучий ляпис, -
Здесь, в бесконечности, захлестнутой звездой,
Как миской молока - открытый газ, как слепок,
Сдержавший беглый прах, - как может быть пустой
Хоть клеточка небес, и не сиять до слепу?!
- Где ж небосвод ночной, обязанный сверкать,
Что - ни иглы вонзить, ни - заслониться?.. - Гать,
Где утопает взгляд, и аспид сглажен мелом.
А ты - и блеск, и явь, и лоск: - и - без пятна!
Но бездну тянет к нам, и пустота видна,
Где чист еще зазор меж мной и твоим телом.