Дерио Алла
5

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Links
Создай обложку книги бесплатно
Кожевенное мастерство: сумки, ремни своими руками
 Ваша оценка:



  Алма Сварениеце.
  Повесть.
  Ода жизни.
 
  Глава 1.
  Дом из сновидения.
 
 -- Я хочу посмотреть здесь дома. Может быть, мне что-то понравится, и я куплю себе, наконец, дом. Хочу перестать быть кочевницей, а стать оседлой! - сказала я и рассмеялась, вспомнив все эти термины, которые моя дочь использовала в своей дипломной работе.
 -- Так, она у тебя уже все, - закончила свой университет? - спросил Виктор.
 -- Да, университет закончила, - ответила я и добавила, - теперь у нас начинается аспирантура.
 -- И что ей это даст? - опять спросил мой приятель, которые умел читать мысли.
 -- Если рассуждать в категориях "взять и дать", - сказала я, - то, наверное, скорее, возьмет и не у нее, а у меня.
 -- Сколько? - опять спросил Виктор.
 -- Все, что есть, - ответила я.
  Мы с ним шли по улице и рассматривали дома, которые располагались по обе стороны в правильном порядке.
 -- Конечно, здесь не может быть иначе, ведь это же запад, а не восток, - подумала я и вспомнила город Себеж с его разбросанной между озер застройкой.
  Посмотрев несколько домов, которые продавались, мы зашли в маленькое кафе, чтобы отдохнуть и выпить по чашке кофе.
 -- Ну, что? Тебе так ничего и не понравилось? - опять спросил меня Виктор.
 -- Не-а! - ответила я ему, разглядывая верхнюю часть витрины. - Нет, конечно, я в этом городе буду часто бывать, но жить буду, где-то в другом месте, - закончила я в своем загадочном стиле.
 -- Понятно, - ответил мой дружок, и мы вышли из кафе.
 -- Давай съездим к тебе в деревню, посмотрим твой дом, который ты так хотел продать, - неожиданно сказала я.
 -- В такой глухомани, где никто не хочет жить, - сказал он, сделав некрасивую гримасу на лице, - ты все равно не купишь.
 -- Откуда ты знаешь, - может быть, это - как раз тот дом, который я ищу, - ответила я.
 -- Ну, ладно, поехали, только за твой счет, хорошо? - сказал хитрый друг, а я ответила:
 -- Конечно.
 
  В пригородном автобусе мы ехали не больше сорока минут.
 -- Почти как от Себежа до Черной грязи, - опять почему-то вспомнила я.
 -- А как называется твоя деревня? - вдруг решила спросить я своего дружка.
 -- Вороны!- сказал он и засмеялся, - будешь здесь вместе с воронами, поняла?!
  Мы вышли из автобуса, и я огляделась вокруг. Ворон нигде не было видно.
 -- Так мы еще не дошли, - сказал мой друг, который читал мысли.
  Мы прошли по дороге в деревню и заметили первые дома. Я уже испугалась, что сейчас передо мной предстанет какой-нибудь полуразобранный на дрова дом. Вместо этого, мы увидели дом из белого кирпича, на котором висела табличка с номером "один" и две спутниковые антенны.
 -- Ну, слава богу, - сказала я вслух.
  Мой друг прочитал мои мысли.
 -- Ну, что ж ты, хочешь, здесь же западная территория, до тридцать девятого года Польша была, поэтому здесь люди живут не так, как в России, - сказал он мне, как бы объясняя ситуацию.
  Следующий дом был немного проще, но тоже очень ухоженный.
 -- Так, какая ж здесь глухомань? - спросила я Виктора, непонимающе.
 -- Глухомань потому, что людей здесь живет - три человека, работать негде, автобус раз в день в город едет, понимаешь, - опять объяснил он мне.
  А я подумала:
 -- Какое счастье, что здесь мало людей. Можно жить в одиночестве, ни с кем не встречаться, а когда станет совсем скучно без человеческого общества, то можно и к соседям в гости сходить.
  Так мы прошли всю деревню, выйдя куда-то к лесу.
 -- Так, а где твой дом? - спросила я недоуменно.
 -- А, вот, - сказал Виктор, и я увидела на фоне леса большой деревянный дом.
  Он стоял одиноко, величаво и как будто приветствовал меня. Я его сразу узнала. Это был дом из моего сновидения.
 -- Надо же, все точно так: и окна, и двери, и крыша, и веранда.
 
  Мы вошли вовнутрь. В большой кухне в углу стояла печка. Она была настоящая. Я подошла и потрогала ее.
 -- Боже мой, какое сложное архитектурное и инженерное сооружение, - сказала я вслух, а Виктор рассмеялся.
  Он хорошо знал меня, но мое поведение все равно шокировало его и веселило одновременно.
 -- Так, - сказала я, - нечего смеяться, я этот дом у тебя покупаю.
 -- Ты уверена, что он тебе нужен, - ответил он и опять сделал гримасу на своем лице.
 -- Раз я сказала, что покупаю, - значит, покупаю, - ответила я строго.
  И в этот момент мне показалось, что дом загудел, как будто бы одобряя то, что я делаю, - покупаю его.
  Я обошла весь дом несколько раз. Сразу было видно, что человек, который строил его, кое-что понимал и в дереве, и в архитектуре.
 -- Если тут кое-что почистить и кое-что починить, то получится настоящий памятник народного зодчества, - думала я про себя.
 -- Да, - ответил на эти мысли мой друг, - только ты вроде бы еще и жить тут собиралась?
 -- Ты думаешь, что в памятнике народному зодчеству жить нельзя, - спросила я его ехидно, специально перестроив свою фразу.
  Он понял мой юмор.
 -- Может и можно, только моя мама не смогла тут жить, видишь, переехала в город, - ответил он.
 -- Ну, я же - не твоя мама, - сказала я.
 -- Когда-то наш дом был лучшей усадьбой здесь в деревне, а может и, вообще, в округе, - заговорил Виктор, поняв, наконец, что у его подруги есть серьезный интерес к его родительскому дому. - Знаешь, мне от этого дома очень хочется избавиться. А, то, понимаешь, ездить сюда у меня нет ни времени, ни желания, а дом стоит и разрушается. Так вот и рассыплется когда-нибудь, как другие, в которых люди не живут уже лет десять.
 -- И много тут таких? - спросила я.
 -- Да, нет, немного, но есть, на обратном пути я тебе покажу.
  Побыв еще немного в его доме, мы вышли из него и, по короткой дороге, дошли до автобусной остановки. В автобусе, кроме нас, ехало еще два человека. Виктор посмотрел на меня так, как будто хотел сказать:
 -- Вот, видишь, я же тебе говорил - здесь нет людей.
 
  Возвратившись домой, я стала планировать покупку дома в глуши и свой переезд.
 
  Как раз наступила моя любимая пора - ранняя осень. Я позвонила Виктору, и мы договорились с ним о дате заключения сделки. В назначенный день я заехала за ним на машине своего компаньона, который вызвался съездить со мной в деревню.
 -- И что его там заинтересовало? - думала я.
  Быстро оформив все документы у нотариуса, мы снова сели в машину и поехали в мой новый дом.
 -- Да, ничего тут у тебя, - сказал мой компаньон по бизнесу, когда его белый "Мерседес" подъехал к моему царственному дому.
  Мы заехали во двор и остановились.
 -- Ну, что, будем отмечать сделку? - спросила я своих спутников.
 -- Я не могу, - сказал мой компаньон, - я же за рулем, а нам с тобой еще нужно вернуться сегодня назад.
 -- А, я с удовольствием, - ответил мой дружок, продавший мне сегодня свой родительский дом.
 -- Ну, вот, значит, будем пьянствовать вдвоем, - сказала я.
  Я достала из сумки все, что мы привезли с собой, вытерла влажной тряпкой старый, замшелый стол и накрыла его без всякой посуды.
 -- Кажется, мы стали дикими туристами, - заметил мой компаньон и добавил, - ты слышала о новом виде туризма в старых забытых деревнях?
 -- Что-то слышала, - ответила я, - а что?
 -- Могу тебе предложить совместный бизнес: твой сельский дом плюс мои идеи и разработки "сельский, дикий туризм", - сказал он, и я поняла, почему он сюда так хотел приехать.
 -- И как ты себе представляешь этот самый бизнес? - спросила я осторожно, наливая себе в стакан пиво, Виктору в рюмку - водку, а своему компаньону в кружку - квас.
 -- Ну, как, - начал объяснять он, - будут приезжать люди из города, те, кому надоели асфальтированные дороги и тротуары, чтобы походить здесь босиком по зеленой травке и попить воды из колодца...
  Мне почему-то такая картинка не представлялась. Зато я сразу увидела каких-то толстых, мордастых мужиков, приехавших в деревню на крутых тачках. Они сидели у меня в доме, пили водку всю ночь, а утром блевали во дворе и валялись под кустами смородины.
 -- Ты знаешь, я еще не готова к такому совместному бизнесу с тобой, - в ответ сказала я и улыбнулась, чтобы не обидеть своего делового товарища.
 -- Да и соседи мои, наверное, от всего этого не пришли бы в восторг, - добавила я.
 -- Ну, что ж, нет, так нет, - ответил мой компаньон, и эту тему мы закрыли.
 
  В конце сентября я, упаковав все свое имущество, и погрузив его и свою мебель с помощью друзей в небольшой грузовик, поехала в свою деревню. Мы с друзьями ехали впереди на их старых "Жигулях", а сзади за нами следовал грузовой "Форд". Такой вот процессией мы въехали в деревню. И тут я увидела, как на картофельном поле, которое было уже убрано, стая ворон поднялась и взлетела. Мои друзья, которые еще ни разу здесь не были, переглянулись.
 -- Ну, вот, - сказала я, - какое строгое соответствие - вороны в Воронах.
 
  Разгрузив мои вещи, мебель и книги, мужчины уселись на старых стульях в кухне.
 -- Давайте затопим печку и что-нибудь приготовим, так хочется чего-нибудь из печки, - сказал муж моей подруги.
 -- Знаешь, неизвестно, будет ли она топиться, - сказала я в ответ, - а, вот, плиту эту я уже пробовала, так, что ее и затопим.
  Я принесла дров, положила их в плиту и подожгла. Сначала дым, как будто забыв свой путь за долгое время отсутствия здесь хозяйки, пошел в кухню, но, через некоторое время, видимо, вспомнив, куда же ему все-таки надо, ушел в трубу. Все вздохнули с облегчением.
  Мои друзья, как и я, когда-то, несколько раз обошли мой дом.
 -- Да, работы здесь много, - сказал муж моей подруги, а она ответила:
 -- Главное, что печки здесь топятся, значит, жить можно.
  Поздно вечером, накушавшись еды, приготовленной на дровяной плите, мои городские друзья сели в свою машину и уехали, а я осталась одна. То есть, наедине со своим домом.
  Убрав с тахты узлы и коробки, я постелила себе постель и легла спать.
 
  Глава 2.
  Ода жизни.
 
  На следующий день я проснулась рано. Это было мое первое утро в новом доме, поэтому я не сразу поняла, где я. В комнате было прохладно. Я выползла из своей постели, и быстро оделась.
 -- Нужно срочно затопить камин, холодно, - подумала я и пошла в кухню.
  Я открыла тяжелую дубовую дверь, чтобы выйти и набрать дров. Дверь упала.
 -- Боже мой, дверь выпала. Наверное, вчера, когда носили вещи, так сильно расшатали ее. Что мне теперь делать? - я посмотрела на дверь и поняла, - придется сразу идти к соседям - знакомиться.
  Я надела свой плащ и вышла. Дойдя до дома с номером "один", я постучала. Дверь открылась сама, и я вошла вовнутрь.
  В большой кухне, стены которой были обшиты деревом, покрытым лаком, сидели за столом пожилые люди: мужчина и женщина. Я поздоровалась и представилась им. Они поздоровались тоже и представились мне. Я сказала:
  - Собиралась сначала вещи распаковывать, прибирать в доме, а потом уже идти к вам знакомиться, а получилось все наоборот. Пришла просить вас дверь мне поправить, а то она упала с петель. Теперь все тепло на улицу уходит.
 -- Ну, что ж, придем и поправим, - ответил мне сосед, которого звали Эдмунд.
  На вид ему было лет семьдесят.
  Я встала и пошла домой.
  Через полчаса в дверь постучали. Я сказала:
 -- Войдите.
  Мой сосед, держа за ручку специальный ящичек с инструментом, переступил порог и вошел в дом.
 -- Здравствуйте, еще раз, - сказал он, поставив свой ящик на пол.
  После этого он встал в позу артиста, читающего стихи, и громко, с чувством, прочитал мне "Оду жизни", которую он сам написал и посвятил ее мне в честь моего приезда в Вороны.
 -- Ради этого стоило переезжать, - подумала я, очень смущаясь.
  Я поблагодарила его за стихи. И стала доставать из коробки чашки и чайник, чтобы приготовить чай моему гостю. Он занялся упавшей дверью.
  Уже через десять минут дверь висела на своем месте, а мы с Эдмундом сидели за столом и пили чай. Он не задавал мне никаких глупых вопросов типа:
 -- Почему вы приехали сюда, в нашу глушь, из столицы?
  Мы просто разговаривали о жизни. О том, что все люди живут по-разному. Потом Эдмунд вдруг улыбнулся и сказал:
 -- Да вы, дорогая моя, жуткая богачка! Купили лучшую усадьбу в наших Воронах! А вот я, за всю свою жизнь, так ничего и не купил. Как жил в отцовском доме, так и живу до сих пор!
 -- Спасибо вам за вашу поддержку, - ответила я ему, понимая, к чему он это говорит.
 -- Нет-нет, я очень серьезно и очень авторитетно вам это говорю, - опять сказал он.
 -- А какие книги вы читаете? - спросил он вдруг, как будто все крестьяне были большими знатоками книг.
 -- Разные, - ответила я и пригласила его пройти в комнату, чтобы показать ему свои книги.
 -- О, я вижу у вас тут, Адам Мицкевич! - сказал он удивленно.
 -- Да, издание на трех наших языках, - улыбнулась я.
  Он взял в руки очень толстую книгу, открыл ее на странице, где было по-польски, и стал читать вслух. Прочитав немного, он вернул мне ее в руки и сказал:
 -- Ну, что ж, пойду. Есть еще дела в поле.
  Я снова поблагодарила его за дверь, и мы попрощались.
 -- Если что надо будет, так приходите, - сказал Эдмунд и ушел.
 -- Кажется, мне впервые в жизни повезло с соседями, - подумала я про себя и, растопив камин, стала разбирать свои вещи.
 
  Глава 3.
  Сердце земли.
 
  Разобравшись, наконец, со своим багажом, я стала заниматься уборкой дома и чисткой двора. Мне предстояло сделать много работы. Дом был сильно запущен. Уже три года здесь не жила его старая хозяйка, а до этого она, видимо, не особенно прикладывала к нему руки.
  Заглянув в свой колодец и обнаружив, что в нем нет воды, я пошла за водой к следующему дому, в котором никто не жил. Во дворе соседнего дома, который был совсем не похож на мой, я увидела старый колодец-журавель. Крышка колодца сгнила, а в ведре, привязанном к длинному шесту, была дырка. Зато в самом колодце блестела вода.
 -- Ничего, скоро пойдут дожди, и в мой колодец вода наберется, - успокоила я сама себя. - Конечно, это лето было самым засушливым аж за последние сто лет, - подумала я, вспоминая сообщения синоптиков.
  И в этот момент, мне показалось, что я в Китае.
 -- Да, это потому, что в китайском гороскопе все время пишут про колодцы, когда их можно рыть, и когда нельзя, и про дожди, - подумала я про себя и улыбнулась.
 -- Ничего, я свой колодец почищу, и новый мне рыть не придется, - решила я и пошла домой с полным ведром.
 -- Нужно будет сегодня же нанести визит своим соседям, а то неудобно как-то: когда дверь отвалилась, я к ним ходила, а теперь, когда мне ничего не нужно, я к ним не иду.
  Но, в этот день я так никуда и не собралась.
 
  На следующий день я нарядилась по-городскому, взяла пакет с подарками и вышла из дому.
 -- Не хватает еще цветов, - подумала я, но цветов у меня в саду не было, поэтому пришлось идти так.
 
 -- Добрый день, - сказала я и вошла в ту самую кухню, в которой уже была.
 -- Добрый день, - ответили мне мои соседи в один голос.
  Они сидели за столом и смотрели телевизор, который стоял высоко на холодильнике.
 -- Пришла к вам в гости, теперь уже по-настоящему, - сказала я и улыбнулась.
 -- Проходите, садитесь, - стали они приглашать меня присаживаться, и я поняла, что они мне очень рады.
 -- Мы тут как робинзоны живем, - сказал мне Эдмунд. - Людей у нас тут мало. Каждый человек на вес золота. - Добавил он и улыбнулся. - А тем более, такая пани, как вы!
 -- И как вы тут живете, как робинзоны? - спросила я.
 -- Ну, у нас, конечно, есть сто программ евроньюс, - сказал Эдмунд, - но, знаете, это так скучно, в основном, одна порнография идет. Ну, в общем, как будто бы жизнь на другой планете, - закончил он, и опять улыбнулся.
  У него была лучезарная улыбка.
 -- Да, мужчина сам пожилой, а улыбка у него такая молодая, - подумала я.
 -- А как здесь раньше люди жили? - спросила я.
 -- О! Какая здесь раньше была жизнь! - многозначительно сказал Эдмунд и стал рассказывать.
 -- Во-первых, в деревне было двадцать два двора, и жило сто человек населения.
  Мой дед был одним из первых жителей здесь. Сразу после отмены крепостного права в России, а у нас тут его как такового и не было. Мы ведь живем на территории княжества литовского, а это было когда-то самое демократическое государство в Европе.
  У каждой семьи было все для ведения своего хозяйства: дом, земля, скотина, домашняя утварь. Все были крестьянами, а еще, у каждого был свой бизнес. - Эдмунд улыбнулся, ему явно нравилось рассказывать о прошлой жизни современными словами.
 -- Ну, в общем, каждый занимался каким-нибудь ремеслом. Кто кожи выделывал, кто столярничал, кто кузнецом был. Ну, а женщины пряли, ткали, шили. Надо ж было себе приданное к свадьбе готовить. - На этом месте его жена посмотрела на своего мужа так нежно, что я поняла, как она его любит, и как счастливо они прожили вместе все эти годы.
  Эдмунд рассказывал мне историю своей родной деревни, а я представляла себе, как все это было.
 -- Тут у нас и историческое место есть, - сказал он, узнав, что моя дочь - историк. - "Древнее городище" называется объект. Когда-то здесь и раскопки вели, только сейчас никому нет до этого дела, - грустно закончил он.
 
  Я просидела у своих соседей около двух часов. Уходить от них не хотелось.
 -- Спасибо вам, большое, - сказала я, - я б у вас еще посидела, да дел много дома, надо идти.
  Попрощавшись с ними, я вышла из их дома, которому было больше ста лет, и медленно пошла по деревенской улице. Я шла, и мне казалось, что из каждого двора до меня доносились голоса людей, которые здесь раньше жили. Где-то мычали коровы, которых уже давно не было в этих старых сараях, кукарекали петухи и стучали топоры. Я вздохнула. Мы с Эдмундом договорились, что завтра он мне покажет поселение древних людей и старые немецкие дзоты времен первой мировой войны.
 
  На следующий день утром я вышла из своей усадьбы и направилась к дому соседей. Эдмунд уже поджидал меня во дворе. Сначала он подвел меня к своему огороду, из которого был виден лес.
 -- Вот, видите, где теперь линия леса, а раньше она была очень далеко. Здесь везде было пастбище и возделанные поля. Но, так как людей становилось все меньше и меньше, обрабатывать эту землю было некому. Вот, все и заросло лесом, кустарником и травой. - Сказал он, и мы пошли в сторону археологического объекта.
  Неподалеку, под старым деревом лежал большой камень. Эдмунд остановился и, указав мне своей рукой на камень, сказал:
 -- Вот орудие, с помощью которого разбивали крепостные стены во времена крестоносцев. Видите, в камне дырка. В нее пропускалась веревка и крепко привязывалась. Теперь этот камень лежит здесь и никого не интересует.
  Мы пошли дальше. За большим полем, я увидела рощу из сосен. Они как-то странно росли на склоне. Песок вымывался и осыпался, а сосны сползали вниз и падали.
 -- Вот здесь оно и есть, это самое историческое место, - сказал мой сосед, когда
  мы подошли поближе.
  Я не видела ничего исторического вокруг, но что-то внутри меня знало, что здесь действительно когда-то был город, и в нем жили люди.
 -- Да, это был город, - как бы подтверждая, сказал Эдмунд. - Тут в свое время нашли много всяких черепков, украшений женщин, топоров, ну, в общем, всего того, что лучше сохраняется.
  Мы молча постояли немного у древнего поселения, как бы отдавая ему дань памяти, и пошли назад в деревню.
 -- Ну, а дзоты находятся на другой стороне дороги, - сказал Эдмунд, я, наверное,
  покажу вам их в следующий раз, а то сегодня я уже устал.
 
  Я вернулась к себе домой и занялась все тем же делом: устройством своего нехитрого быта в новом доме.
  Ночью, когда я легла спать, мне уже не казалось, что я одна в этой большой и пустой деревне. Со стороны пустующих домов я слышала музыку гармоник. Видно, там кто-то из не живущих уже жителей сегодня праздновал свою свадьбу.
 
  Когда я уснула, наконец, душа моя вылетела из окна дома и, приземлившись на траве в саду, легла на холодную осеннюю землю. Земля подо мной вибрировала.
 -- Боже мой, - воскликнула я сама про себя, - это же сердце бьется! Сердце земли!
  Сердце земли и мое сердце стали биться вместе: в одном ритме и с одинаковой силой.
 
  Глава 4.
  Гости из параллельных миров.
 
  Моя дочь, как и ожидалось, поступила в аспирантуру московского университета.
 -- Ну, вот, очень хорошо, - думала я, - теперь она повзрослеет, и будет жить самостоятельно!
  Но получилось все наоборот. Поступив в аспирантуру, она не могла устроить свою жизнь в Москве. В этот момент произошел захват заложников на Дубровке.
  Я смотрела телевизор и переживала:
 -- А вдруг она там?!
 -- Да, не волнуйтесь вы. Почему она должна там быть? - говорила моя соседка, когда я пришла к ней, чтобы позвонить в Москву.
  Моя дочь не выходила на связь, а московские друзья, которым я дозвонилась, не видели ее уже неделю.
  Посидев и подумав, я решила ехать в Москву. Собрала вещи и попрощалась со своим домом.
 -- Он меня подождет, - подумала я, а дом, как будто ответил, заскрипев своими старыми половицами: подожду!
  Я жила в Москве, а мой дом ждал меня целый год.
 
  Ранней весной я вернулась к себе домой. Снег уже растаял, повсюду была видна прошлогодняя трава. Глубоко в земле оживали букашки, червяки и лягушки. В доме просыпались первые мухи.
 -- Как хорошо дома! Какое счастье, что я вернулась! - Воскликнула я, почувствовав, как сердце земли снова бьется у меня под ногами.
 -- Нужно в этом году заняться огородом, а то стыдно будет перед моими соседями, если огород зарастет травой, - подумала я и стала разбивать свою землю на небольшие грядки.
 -- Ведь любую большую проблему легко решить, разбив ее на множество маленьких!
 
  Каждый день я работала в своем огороде, копая землю, в которой было много камней.
 -- Да, эти камни аж из Скандинавии к нам прибыли, - думала я, выбирая из земли булыжники и перенося их к крыльцу, чтобы потом выложить ими дорожку.
 -- Зря вы эти камни выбираете, - сказал мой сосед, узнав об этом.
 -- Почему зря? - спросила я.
 -- Потому что, камни нагреваются и, удерживая в себе тепло, согревают грунт, когда становится холодно, - объяснил он мне важно.
 -- Да, но работать тяжело, когда эти камни в земле, - ответила я, - я же не на тракторе пашу, как вы, а вручную копаю.
 -- Тогда, да, - согласился со мной Эдмунд, - тогда надо их выбирать.
  Посадив кое-что в огороде, я занялась своим садом. Сначала решила вычистить прошлогодние листья. Взяла грабли и стали выгребать из-под деревьев мусор и листву. Грабли зацепились за что-то тверденькое.
 -- О, да это грибы! - удивилась я.
  Набрав целую корзинку первосортных сморчков, я пошла к своим соседям.
 -- Добрый день! Посмотрите, что у меня в саду зайцы посадили! - сказала я, входя в их кухню.
  Зайцы, видимо, всю зиму паслись у меня в саду, объедая ветки деревьев, которые я спилила еще осенью.
 -- Да, - сказал Эдмунд, - природа вас любит. У других в саду зайцы объедают кору молодых деревьев, а у вас - ветки на земле, удобряя при этом сад и сажая грибы.
 
  Я работала в огороде, как вдруг услышала звук останавливающейся машины. Подняв голову, я увидела, что из машины вышел молодой мужчина. Он направился прямо ко мне, и я очень удивилась:
 -- Кто это такой ко мне с визитом?
 -- Добрый день, - сказал мне мужчина, - ну, вы - прямо, как Митлайдер? - сказал он, а я поняла, почему.
  На мне была соломенная шляпа, рабочие штаны и рубашка. В руках я держала лопату.
 -- Добрый день, - ответила я и улыбнулась.
  Увидев мою улыбку, молодой человек заметно приободрился и, достав из-за пазухи какую-то книгу, протянул ее мне.
 -- Я привез вам библию от нашей церкви! - сказал он громко.
 -- Спасибо, у меня есть библия, - ответила я, - вы бы лучше кому-нибудь другому ее подарили, у кого ее нет!
 -- Нет, я хочу вам ее отдать, - сказал молодой человек и вручил мне прямо в руки книгу, внутри которой было что-то вложено.
  Я открыла библию и увидела, что это - визитная карточка его церкви.
 -- О, молодой человек, вы к нам зря приехали. У нас тут мало людей, да и те все давно проинвентаризованы. И все - католики. - Сказала я, и молодой человек сразу вздохнул.
 -- Но, все равно, я эту книгу вам дарю, - сказал он и пошел назад к своей машине.
  Открыв дверцу машины, он, видимо, вспомнил, что не попрощался со мной, и, повернувшись ко мне лицом, крикнул: до свидания!
 -- До свидания! - ответила ему я и, как Митлайдер, стала дальше копать свой огород, думая о том, почему в нашу далекую глушь едут миссионеры.
 -- У нас же тут нет людей!
 
  Все начало лета я провела в своем огороде. Почти каждый день ко мне в усадьбу кто-нибудь приезжал. То проезжали по деревне цыгане на повозке. Они просили денег и чего-нибудь поесть. Я отвечала им, что у меня нет хозяйства, и подать им нечего. То приезжали предприниматели, предлагающие свои товары. Им я говорила, что я не являюсь потребителем, так как у меня, конечно, есть потребности, и даже большие, но на них не хватает денег. Они смеялись, понимая, что я знакома с маркетингом не понаслышке. Видимо, им было весело оттого, что они меня здесь нашли.
 
  Глава 5.
  За мной приехал ангел.
 
  Весь июнь был холодный. Каждый день дул западный ветер, и шел дождь.
 -- И что за лето такое. За всю мою жизнь такого не было. - Говорила мне соседка с таким видом, как будто именно я была виновата в том, что в этом году такое лето.
 -- Ну, ничего, - отвечала я, - может быть, еще распогодится.
 
  Я уже все посадила в своем большом огороде. Оставалось еще место для одной грядки, и я решила, что посажу здесь репу для коровы моих соседей. Два раза в неделю я ходила к ним за молоком, а денег они с меня не брали.
 -- Может быть, здесь хоть репа вырастет, - думала я, переворачивая лопатой очередную кучу земли.
  Земля была мокрая и от этого очень тяжелая. Я копала, а в это время дождь то начинался, то прекращался. Где-то недалеко залаяла соседская собака. В этот момент я подняла голову и увидела, что по улице в направлении моего дома идет высокий мужчина в строгом черном костюме.
 -- Кажется, мне уже мерещится, - подумала я и снова стала копать.
  Однако, когда я опять подняла голову, мужчина в черном костюме продолжал идти по улице, и уже махал мне рукой. В этот момент я все поняла:
 -- Кажется, это мой ангел пришел за мной, чтобы забрать мою душу.
  И тут я представила себе, что сейчас он подойдет ко мне, возьмет меня за руку, и мы с ним, прямо, как в этом фильме про ангелов, взлетим на небеса. А мое тело останется лежать здесь, на грядке с репой.
  Потом соседи, не дождавшись меня, придут сюда и найдут меня на земле. После этого они похоронят мое тело по католическому обряду, а я буду навещать их здесь, на земле, в благодарность за это. Я уже почти поверила в то, что сейчас умру, как вдруг ангел, поравнявшись со мной, вдруг заговорил:
 -- Ну, привет! Вот и я! Сколько зим, сколько лет! Да не за твоей душой я приехал, не бойся!
  Я вздохнула:
 -- А за чем?
 -- Я приехал тебе сказать, что ты можешь вернуться назад, если хочешь, конечно!
 -- Куда вернуться? - не поняла я сразу.
 -- В Ригу, куда же еще! Разве не в Ригу ты летаешь в своих сновидениях. Ведь рано или поздно сон переходит в явь.
  Он сказал все это, а мне все еще не верилось, что ангел приехал не для того, чтобы забрать мою душу.
 -- Да, ладно тебе трусить. Настоящий я, не из сна. И что это за хозяйка, которая не приглашает своего гостя в дом, а я так устал, пока тебя нашел. Ну, и забралась же ты! Глуше, наверное, здесь на земле, уже не бывает?!
 -- Бывает, - серьезно ответила я, вспомнив деревню Черная грязь.
 -- Ну, что же, - сказала я ангелу, - проходи, располагайся.
  Ангел вошел в дом и осмотрелся.
 -- Хороший дом, - сказал он, - наверное, из сновидения?
 -- Да, - ответила я, - ты же знаешь, у меня все оттуда.
 
  Ближе к ночи я уложила спать своего гостя, и легла сама. В моем сердце еще был страх, что ангел все-таки обманул меня, и когда я усну, он подойдет ко мне и заберет мою душу на небо. Чтобы это произошло неожиданно, и мне не было страшно. Но ангел спал, мерно посапывая. В конце концов, уснула и я.
 
  Рано утром мы встали, позавтракали. Я стала готовить кофе.
 -- Ты, какой кофе будешь? - спросила я у своего гостя.
 -- Давай, черненький, - ответил он.
 -- Ну, ладно, а мне со сливками, - сказала я и разлила кофе по чашкам.
  Собравшись, мы вдвоем вышли из моего дома. Чтобы никто в деревне не увидел моего гостя, я повела его по тропинке вдоль леса.
 -- А почему мы здесь идем, а не по дороге? - спросил он удивленно.
  Роса была такая сильная, что его ботинки сразу стали мокрыми.
 -- А, ты, что хочешь, чтобы эта глупая собака снова бросалась на тебя? - схитрила я.
  И ангел улыбнулся. Подождав немного на остановке, мы вошли в свой автобус. Кроме нас в нем было еще два человека.
 -- Да, не людно тут у вас, - сказал мой спутник, когда я купила нам билеты, и мы сели на свои места.
 -- Да, народу у нас тут мало. В основном, все уже на небесах, - ответила я и посмотрела на большое поле.
  В этот момент стая ворон поднялась с него и взлетела. Одна ворона каркала громче других. Мне показалось, что она лает, как собака.
 
  Проводив своего гостя на автобус в Ригу, я помахала ему рукой, сделав такое лицо:
 -- Так и что мне теперь делать?
 -- Все сделается само! - сказал он, скорчив ответную гримасу.
  Чтобы не завидовать тем, кто сидел в том же автобусе, я развернулась и пошла в другую сторону, туда, откуда должен был прийти мой автобус.
 
  Я вернулась домой и долго еще не верила в то, что ко мне приезжал ангел. Через две недели он прислал мне письмо и фотографии, сделанные у меня в деревне.
 -- Да, действительно, он здесь был, - пришлось поверить мне.
 
  Заключение.
 
  На следующий день я пришла к своей соседке за молоком. В кухне, в которой я была бесчисленное число раз, сидели две женщины. Они разговаривали.
 -- Добрый день, - сказала я им, входя, и тоже села.
  Они ответили мне, улыбаясь.
 -- Ко мне вчера приезжал человек из Риги, - соврала я, - теперь я собираюсь туда ехать.
 -- А, так это он приезжал на такси, а то мы не могли понять, кто он и к кому! - сказала одна из женщин, и на ее лице отобразился процесс глубокого размышления.
 -- Ну, ко мне, в общем! - сказала я.
 -- А, как ваше здоровье? - спросила у меня вторая женщина.
  Обе мои соседки знали, что я болела.
 -- Еще не очень хорошо себя чувствую, но все-таки гораздо лучше, - ответила я очень неопределенно.
 -- Пришла попросить у вас молока, - снова сказала я.
  Моя соседка, без всяких слов, налила полную банку молока и подала ее мне в руки.
 -- Спасибо, вам, - сказала я, глядя ей прямо в глаза.
 -- На здоровье, - ответила она мне.
 -- Ну, до свидания, я пойду, всего вам доброго!
  Я встала, дошла до двери. Выйдя на крыльцо, я немного постояла, а потом медленно побрела по деревенской улице. В этот момент я услышала, как одна моя соседка говорила другой:
 -- Сегодня у меня был сон, что наша Алма летала в небе вместе с птицами.
 -- Хоть бы не умерла, - добавила она.
 -- А, ты не бойся за нее, она и не умрет! - ответила ей другая.
 
  Прошел месяц. Наконец, я получила приглашение от своего ангела. Посидев и подумав немного, я стала собирать свои вещи.
 -- Интересно, и как там теперь ходят?! - представляла я, примеряя одежду из своего гардероба.
  За время жизни в деревне я сильно отстала от городской моды.
 -- Модно все то, что к лицу, - подумала я и посмотрела на себя в зеркало, - поэтому я возьму только то, что мне идет.
 
  Спустя несколько дней я вышла из своего дома. Стоя на крыльце, я посмотрела на свой дом, и мне показалось, что он стал еще лучше, чем был тогда, когда я его купила.
 -- Конечно, я же за ним ухаживаю, - подумала я и добавила, - я с тобой прощаюсь не навсегда!
  На автобусной остановке никого не было. Я вошла в подъехавший автобус. В нем было два человека.
 -- Ну, вот, как всегда! - подумала я с грустью.
 
  В городе я села в автобус, который ехал в Ригу. Внизу, на платформе, не было ни одного провожающего.
  - А мне и позавидовать некому! - обиженно подумала я, откинувшись на спинку своего кресла.
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"