Её внуки весёлой гурьбой высыпали на берег Лайды. Водная гладь задрожала от топота детских ножек: неглубокая калбина лежала на переплетении ветвей, а не как прочие - в сросшейся развилке нескольких Древ, поддержанная мощными сучьями, поэтому вода часто уходила отсюда, обнажая корни, вымазанные мочажиной, оставляя кликунов без свежей рыбки. Они поэтому здесь беспокойные, к себе не подпускают, вон, сбили островки-гнёзда на середину, сидят, нахохлившись, а тут детки затеяли возню в прибрежном стебельнике, заставив птиц забить крыльями, закричать, заухать.
Бабушка невольно огляделась: в Мари нельзя кричать. Раньше нельзя было, поправила она собственные мысли, - сейчас-то Мим навёл порядок, но Мим ушёл. Эти их игры в стражей границы, драчки с неживыми, молодо-зелено, не понимают ещё, что нет ничего лучше дуновений ветерка среди сплётшихся ветвей, пылинок, танцующих в редких лучиках солнца, детских голосов под сводами ветвей, прикрывавших чашу калбины.
Плеск, взрыв смеха - детишки забросили Хага в воду. Недовольные кликуны загалдели, двое принялись танцевать над островками-гнёздами - придётся утихомиривать. И тех, и своих... птенцов.
- Тише, дети, Маруйя, Агая, - Бабушка вышла на берег к резвящейся детворе. - В Мари нельзя шуметь.
- А папа сказал, что можно, - насупился в ответ Осили.
Папа. Сын. Мим.
- Папа молодец, - вздохнула Бабушка, - только он далеко, а Марь здесь. Вокруг нас.
- А куда пошёл папа? - спросила Агая, теребя ожерелье из красинков.
- Папа охотится на машинки, - важно надул губы Осили.
- Агая тупая, Агая тупая, - немедленно завёл мокрый после купания Хаг и получил на орехи от всех девчонок сразу.
Вокруг Бабушки закрутилась куча-мала, внезапно распавшаяся на убегавших мальчишек и догоняющих девчонок. Девчонки старше - мальчишки проворнее - кто кого?..
- Дети, дети, что в корзинке? - чуть повысила голос немолодая женщина.
Цветастую корзинку, плетённую самой Бабушкой, тащили по очереди, и снеди под сплетёнными стеблями ого запасли на всю ораву - и ещё хватило бы покормить кликунов. Только они здесь пугливые.
Первая услышала зов пышка Уля. Девочка направилась было к расстеленному цветастому покрывалу, но её сбил Осили. Старшая Маруйя немедленно растолкала сцепившихся ребятишек, поставила на ноги ревущую в три ручья девчушку, и дети, забыв о недавней потасовке, принялись успокаивать сестрёнку.
Внуки потопали к покрывалу с корзинкой, стоявшей на краю узорчатого полотна.
- Иди ко мне, сладкая, - Бабушка вытерла слёзки девчушке и сунула в чумазую ладошку пирожок.
- Тише, тише, детки, на всех хватит!.. - корзинка завертелась в детских ручонках, опасно накренившись. Дети искали сладкое, тянули к себе горлянки с кисловатым сиропом, капали мёд на покрывало.
Бабушка выдернула корзинку из цепких ручонок.
- Сейчас всё раздам, - объявила она. - Сядьте в круг, будем кушать и рассказывать сказки.
- Сказки, сказки, - Маруйя захлопала в ладоши.
К этой девочке - почти девушке - Бабушка присматривалась давно. Маруйя любила сказки, любила их слушать, любила сочинять, и может быть, придёт время, когда девушке можно будет объяснить, что всё рассказанное Бабушкой - правда.
Детишки расселись на покрывале. Шум и гам утих на время трапезы, разве что Хаг выхватил затрещину от Агаи, толкнув девочку под руку. Бабушка обняла мальчугана, рвущегося в бой, улыбнулась, глядя на сосредоточенную мордочку - вылитый отец.
- Сказку, Бабушка, - попросила Уля.
- Сказку, сказку, - подхватили остальные.
Бабушка поправила стянутые узлом волосы.
- Про что будем слушать?
Внуки загалдели наперебой:
- Про Первый свет!.. - Как принц Змей искал Кликунью!.. - Про Великую пустоту!.. - Как Сиол искал лекарство для Земли-матери!..
- А я хочу про Короля неживых, - пропищала вдруг маленькая Уля.
- Хорошо, про Короля.
- Вот всегда ты Пчёлку слушаешь, - притворно надулась Агая.
- Послушаем и про Принцессу, Кликунья, - Бабушка погладила внучку по голове. - У нас много времени.
Немолодая женщина вздохнула, бросила взгляд на островки-гнёзда, где птицы кружились в брачном танце, оглядела детишек, замерших в ожидании рассказа, и заговорила:
- В давние-давние времена, в месте, где не росли деревья, жил человек...
В зарослях стебельника плеснуло. Сверху посыпался древесный мусор, ветки, листья; резко закричали птицы, и тут же их крик перекрыл дикий вопль из доброго десятка лужёных глоток:
- Ай-яй-яй-йя-я!..
Дети сбились в кучку на покрывале. Бабушка обняла плачущую Улю, а Маруйя держала Осили, порывавшегося ткнуть маленьким ножиком непрошеных гостей - размалёванные тела окружили стайку напуганных птенчиков с Бабушкой-наседкой во главе.
- Ай-яй-яй-йя-я!..
Размалёванные красной и чёрной краской, изображавшей языки пламени над угольями; с торчащими волосами, обожжёнными охрой бородами, с ожерельями из черепов кликуньих птенцов - незваные гости, словно лесные духи на пиршестве, вертелись перед Бабушкой с внуками, пугая детишек воплями, награждая визжащих от испуга девочек шлепками и щипками: Маруйя закатила одному из обидчиков неплохую оплеуху, что только раззадорило нападавших. У Осили отобрали нож, и один из "лесных духов" изображал теперь смертельную схватку с мальчуганом, красным от натуги.
Блеснули в редких солнечных лучах браслеты Среднего народа, золотыми ужиками обнявшие кожу на изящной шее, на руках и ногах; цветастое полотно платья укрыло высокую грудь и по-девичьи стройную фигуру; гордый профиль обратился к непрошенным гостям, мгновенно забывшим о своих ужимках. Всё смолкло. Утихли "лесные духи", замерли над своими гнёздами кликуны, Осили прекратил реветь - только всхлипывал, растирая слёзы грязными ручонками.
- Кто послал вас? - властно спросила немолодая женщина. - Вы разве не знаете об Уговоре?
- Расскажи мне сказочку, карга! - "лесной дух" протянул размалёванную руку к одеянию Бабушки.
- А ну, не трогай Бабушку! - Хаг преградил дорогу ухмыляющемуся бесу.
Безумные глаза "лесного духа" уставились на мальчонку. Хаг попятился. Внезапно рука с грязными ногтями ухватила внука за руку, и Хаг с коротким криком полетел в озеро.
Взрыв смеха. Вопли. "Что вы делаете?!" - Маруйя.
Бабушка проследила, как Хаг шлёпнулся в воду, как на поверхности показалась его головёнка, и обратила взгляд на хулигана:
- Лучше бы вам закончить. Что бы вы ни придумали, мой сын отплатит втрое.
- Сын! - заверещали дикари. - У бабульки есть сынулька!..
- Мой папа вам покажет! - выскочила вперёд Агая.
- Ой, - деланно умилился "дух", забросивший Хага в озеро, - мы папе пожалуемся...
Он скорчился от смеха.
- Мой сын и прочие вожди народов Мари уговорились чтить законы Древа, - всё так же спокойно ответила Бабушка.
- А мы читать не умеем! - под вопли сотоварищей глумливо заблажил ветреник.
Что-то было не так. Ветреники, конечно, народ, ненадёжный, но чтобы вот так нарушать Уговор, да ещё у Лайды...
- Что вам нужно? - без особой надежды спросила Бабушка. Похоже, именно сегодня Уговору придёт конец.
Детей жалко. Очень жалко.
- Пойдём со мной! - вершинник ухватил её за руку и потащил в чащу леса. Бабушка подалась было за ним, потом чуть придержала руку парня повыше локтя, нажала... и вершинник покатился по песку.
- Ай-яй-яй-йя-я!.. - заверещали прямо над ухом, и немолодая женщина распрямилась, глядя на кривляющихся бесов, готовясь при этом к страшному.
- Ах ты, карга! - рассвирепел парень. - Играть со мной!..
Оскалившись от напряжения, он потащил немолодую женщину в чащу леса. Детей, кричащих и упирающихся, волокли следом.
Бабушка семенила по песку пляжа, влекомая рассвирепевшим ветреником. За рывками и толчками она больше заботилась, чтобы не упасть, потому что дикарь тогда точно поволочёт её через кусты и коряги - прощай тогда платье, прощай ухоженная кожа, прощай уложенная мастерицей Амией причёска. Заботилась, чтоб не упасть, и - упала, потому что дикарь вдруг остановился. Остановились и замолкли все ветреники, только дети продолжали кричать и отбиваться от своих пленителей, пока не поняли, что никто их уже не держит.
Тогда замолкли и они.
Это бывает так: ты смотришь на картинку. Ну, например, лес. Стволы, сучья, листва, смотришь долго, пока в глазах не зарябит, поэтому надо моргнуть, отвести взгляд, присмотреться к картинке ещё раз и - ба! - да вот же, лицо! Вот лицо среди деревьев, а вот плечи, грудь, ноги, руки, лежащие на чём-то вроде ружья с толстым стволом. А вот ещё человек... и ещё... да сколько же их?!
Старший ветреник, заправлявший шабашем, вакханалией, главный хулиган, словом, помог Бабушке подняться. И все ветреники поднимали на ноги детишек, аккуратно отряхивали одёжку, вытирали слёзки - ни дать ни взять старшие братья. При этом все они не сводили глаз с людей, недвижно стоявших под прикрытием фототропной брони в сени деревьев. Бабушка, словно кликунья-наседка согнала детишек в стайку подле плечистого воина; детки схватились за неё, только Хаг прильнул к ноге мужчины, сосредоточенно глядя на ветреников. А те, медленно отступая под взглядами бойцов, детишек и Бабушки, сбились в такую же стайку, и в центр этой стайки попытался проскользнуть тот самый шустрый ветреник. У него ничего не вышло.
Воин опустил руку на головёнку Хага и, глядя на предводителя ватаги - нехорошо глядя, очень нехорошо - произнёс:
- Говори.
- А мы вот... Э-э... То есть, здравствуйте, - сообразил наконец ветреник и его ватага нестройно отозвалась за его спиной:
- А мы... - снова попытался вершинник, - а мы вот... э-э...
- А мы тут... А мы к вам... - словно шелест прошёл по кучке размалёванных тел.
- А... Э... Показать - наконец сумел выдавить вершинник.
- Что? - коротко бросил воин.
- А... Э... Важно, очень важно, - разрисованное тело угодливо выгнулось в сторону озера.
- Где это? - последовал вопрос.
- А... Н-недалеко...
- Если ты лжёшь... - нахмурился воин.
- Нет-нет-нет, - заволновалась ватага. - Нет, мы не лжём, очень важно...
- Хорошо, - решил командир отряда, - идите на берег.
Как стояли кучкой, такой же кучкой ветреники переместились на пляж. Воин отпустил противодронное ружьё и подхватил Хага на руки.
- Что здесь случилось? - спросил он Бабушку.
- На нас напали, папа, - наперебой загалдели детишки, - они... они...Хага в озеро...
- Это так, мама? - спросил Мим.
- Почти, - кивнула Бабушка, - они хотели нам что-то показать, только торопились сильно. Такие они, ты же знаешь.
Мим нахмурился, глядя в сторону пляжа.
- Хорошо, идите домой, - сказал он. - Если возникнут... если что - вызывай меня, - он протянул Бабушке коммуникатор.
- Хорошо, - кивнула Бабушка и принялась загонять детишек, не спешивших уходить с пляжа. Ветреники сильно провинились перед папой и сейчас что-то будет, понимали маленькие головёнки. Внучки рвались посмотреть.
- Кто первый, тому сладкое! - воскликнула Бабушка, и за припустившей по тропинке Улей понеслись остальные.
- Вы нарушили Уговор, - сказал воин и медленно поднял самострел.
"Лесные духи" сбились ещё теснее, хотя - куда дальше.
- Ну-ка, дай сюда, - воин протянул руку.
- А... Э... Нельзя, - попятился ветреник. Ожерелье для ветреников знак. Потерять его невозможно, отдавать разрешено только в самых крайних случаях.
- Не бойся, - воин вдруг улыбнулся, - мои дети ведь не боялись, помнишь?
Ветреник оглянулся на товарищей, решился...
- Ты же заслужил знак, правда? - спросил Мим, наматывая ожерелье на снаряд. - Ты сильный, ловкий, храбрый...
Самострел щёлкнул, снаряд взмыл над гладью озера, увлекая ожерелье за собой; яркое оперение задрожало в одном из островков - и тут же над сплетением сучьев взмахнули два громадных крыла.
- Ты прям легко достанешь свой знак, правда? - Мим подмигнул "духу".
Ветреник понуро зашлёпал берегу, снимая юбку и поножи.
- Так что вы хотели показать? - спросил воин.
Снарфы домчали их до места за час с небольшим. Ветреники бежали рядом - этим никакая живность подчиняться не желала категорически; "духи" пожирали всё, в чём только теплилась жизнь, даже червяками Та не брезговали. Да их это и не беспокоило: неслись гибкие тела по зарослям Мари, то стелясь по земле, то перепрыгивая с ветки на ветку. Так странная процессия пробиралась по лесу, пока "духи" не зашикали на команду Мима - все сразу: "Ч-ш-ш, ч-ш-ш, слезайте, слезайте..."
Ползать через подлесок в Мари то ещё удовольствие: колючки на кустах сдирают сначала одежду, потом кожу, на запах крови слетаются кровососы и жалят, жалят... В корнях юри любят устраивать логово змеи и не приведи Калаази наткнуться на такое. А есть ещё арга, они любят охотиться у калбин, поджидая жертву в переплетении веток у берега. Ветреники как раз наткнулись на гнездо. Бедную змеюку располосовали на кусочки, только и успела зашипеть; кладку разворошили после небольшой потасовки - бесшумной. Мим только пожал плечами, его люди пробирались вслед за проводниками к небольшой полянке, прогалу между деревьями и, хоть и навьюченные амуницией, справлялись не хуже.
Наконец один из духов махнул рукой. Его люди замерли, замерли и Мимовы ребята, глядя на что-то, скрытое стволами деревьев и ветками-листьями подлеска. Мим аккуратно отодвинул мешавшую обзору веточку.
В Мари нет полян, потому что Марь везде. На всей земле, укрытой Пламенем, росли кусты, деревья, однако бывало из-за Пламени прилетал Небесный камень, чтобы с рёвом прорвать преграду, охранявшую жизнь. После каждого такого визита горели кусты, деревья, незваный гость раскидывал землю, оставляя после себя проплешину вытянутой формы. Бывало, что выемка после удара заполнялась водой, становилась калбиной - тогда говорили, что Небесный камень принёс благословение. Чаще всего растительность потихоньку затягивала место удара, оставался небольшой овражек, а через время исчезал и он.
Небесный камень ударил сюда недавно. Из-под наползающего зелёного ковра ещё видна была голая земля, хотя вьюнок уже запустил свои плети где только мог. Среди этих плетей стоял странного вида аппарат - будто груду пузырей высыпали на траву, да так и застыла груда, выпустив тонкие ноги-опоры. Но про такое Мим слышал, Древний Учитель рассказывал. Не рассказывал он только про экипаж этой штуки: человеческие фигуры в серебристых комбинезонах расхаживали по отрастающей траве и время от времени наклонялись, будто собирая урожай.
Не урожай это был, Мим видел через прицел: люди его племени лежали навзничь среди побегов и цветков хурги, а захватчики что-то делали с ними. Уколы какие-нибудь или чипы вживляли.
Мим долго не рассусоливал: взяв одну фигуру на прицел, он плавно потянул спусковой крючок.
- "Терешкова" вызывает "Бохо", - раздался голос дежурной, - "Бохо", как слышите, вызывает "Терешкова"...
Наткнуться в космосе на какую-нибудь каменюку - это надо постараться. Красивые облака пыли, которые мы видим в телескопы, складываются в пространстве, измеряемом сотнями и сотнями парсеков, а там одна пылинка на тысячу кубов висит, если приглядеться. В солнечных системах попроще, там целиться в небесные тела чуть полегче, но всё равно, плотность материи такова, что можно забить на управление, забраться в каюту и классно провести время с подружкой. Пускай станция шлёпает себе на автопилоте, пока вы там шуры-муры разводите.
Так было и в этот раз: Веник убедился, что ни по курсу, ни по пересекающимся орбитам нет объектов, способных пробить энергоконтур, проверил, как работает магнитная ловушка - комбайны конвертера материи утробно урчали, поедая пыль, - включил автопилот, и они с Иренкой закрылись в уютном гнёздышке - каюте. Курт, Фаез и Коля Вахмин выпросили себе личное время и распечатали баклажку с вином из корабельных запасов. Саша Илиади взялся помогать с диссертацией Илте Хамалайнен, точёной скандинавской блондинке, отчего у троицы бражников вышел спор, что интерес у Александра скорее сердечный, нежели научный, но сидели ребята под камерами, рылись в каких-то записях, и всё шло пристойней некуда, и потому также скучно. Кацу Кимура возился со скафандром, подгоняя амуницию по фигуре, Рам Чадхи, начмед экспедиции корпел над настройками кибердока, Лера Сичкина помогала ему в меру сил.
Буксир падал ко Второй, двигатели как положено "светили" на торможение, рыскали из стороны в сторону усики магнитной ловушки.
Тишину на станции разорвал ревун. К мягкому свету плафонов добавились проблески красных фонарей аварийной сигнализации.
Полуодетый Веник припрыгал на мостик. Компания выпивох оказалась там почти одновременно с командиром корабля, остальные подтянулись чуть позже.
- Я "Бохо" слушаю вас, "Терешкова".
- Ребята, вы ничего не замечаете, да? - в голосе девушки дежурной Венику послышалась обидная насмешка, он засопел, набычился, но тут большой экран перед ними показал картинку, переданную со станции.
- Ого, - сказал Курт.
Экипаж, собравшийся за спиной командира, разразился сходными возгласами, Веник промолчал. Ого, что тут ещё скажешь.
В их сторону летел объект. Летел так, что приборы отказывались идентифицировать небесное тело - все детекторы показывали огненную каплю, режущую пространство что твой нож масло.
- Это скорость света? - спросил Саша.
- Да не, быть не может, - поспешно сказал Неудачин и тут же переспросил у дежурной: - "Терешкова", вы можете сказать, что это? У нас приборы работать отказываются.
- У нас тоже проблемы с детекторами, - ответила девушка и успокоила встревоженный экипаж: - Это не скорость света, точно, примерно треть. Вот изображение объекта.
На экране появилось размытая картинка каплевидного тела, компьютер на ходу дорисовывал недостающие детали.
- Сюрприз, - протянул Заки.
- "Терешкова", а какой курс у этой штуковины? - спросила Иренка.
Видимо, у девушек что-то не сложилось в отношениях, потому что в ответ прозвучало ледяное:
- А сами не можете вектор посчитать?
- Мы посчитали, - поспешно сказал Курт, - но нужно подтверждение.
- Курс - северный полюс планеты, - нормальным голосом отозвалась дежурная, - только это не все новости: вы свой курс видели?
Руки Иренки легли на клавиатуру. Через секунду на экране появилось изображение системы Второй, с красной точкой буксира, зелёной - объекта и линий, изображающих курсы всех движущихся в системе тел.
- А как это возможно? - спросил Хунзикер, изучив показания приборов.
- Аномалия, блин, - Веник сунул руки в рукава комбинезона.
Приборы показывали несусветное: снявшись с орбиты спутника, буксир аккуратно снижал скорость, чтобы при подходе к планете выйти на парковочную орбиту. Круговую скорость для небесного тела компьютер высчитал, двигатели исправно включились в нужный момент, работали и по импульсу, и по вектору согласно циклограмме, скорость снижалась... до определённого момента. Веня решительно отодвинул Хунзикера от микрофона:
- Милая, передай мне нашу телеметрию, интересует скорость, - Иренка фыркнула. - И вообще - двигатели нормально работают?
Большая тёплая "Терешкова" выходила на орбиту Снежка, удалившись от "Бохо" на астрономическую единицу. С борта носителя за ними следили, но задержку из-за гигантского расстояния никто не отменял, поэтому ревун на буксире успел раньше.
- Скорость перестала снижаться через три с половиной часа после начала работы двигателей, - сказала дежурная через секунду. - даю телеметрию. Двигатели работают...
Последовала пауза - девушка отвлеклась на вид с телескопов станции.
- Двигатели работают нормально: вспышка, сгорание топлива в норме. Встреча с нарядом ремонтников через...
- Спасибо, с ремонтниками разберёмся, - перебил её Веник. - Заки.
- Да, командир.
- Готовь рапорт начальнику.
- Есть, - Фаез усмехнулся. Возражать ничего не стал - и на том спасибо.
- Парни, что делаем? - Веник переключал показания датчиков на пульте, везде норма, норма, норма, земная техника работала здесь, у чёрта на куличках как часы.
- Тягу увеличить? - предложил Курт. - Вектор подправить, чтобы нам не в атмосферу воткнуться, а по касательной...
- Горючки маловато для экспериментов. Нужна гарантия, - Веник бросил взгляд на часы.
Аппарат прошёл только половину пути до Второй, поэтому и времени подумать и расстояния, места для манёвров у них было в избытке.
- Веня, я предлагаю сначала снизить тягу, - сказал Вахмин. - Не выключать движки, а поманеврировать тягой: прибавить - убавить. Вектор поменять, вдруг что найдём.
- Понял тебя, - осклабился Вениамин, - экипаж по местам, приготовиться к перегрузкам. Рам, а ты смотри вектор силы, может, найдёшь, что это нас тянет. Иренка.
- Да, командир, - девушка оставила свои ужимки, сосредоточенно глядя на монитор.
- Поверхность планеты, - отрывисто командовал Неудачин, застёгиваясь в ложементе. - Что там творится, посадочная площадка, возьмите с Илтой выделенку, площадку ищи по вектору, который наметит Рам. Остальным - внимание! Начинаем манёвр.
Сначала снизили тягу. Синее свечение с хвоста буксира, обращённого к планете, замерцало, чуть притухло, с ферм станции словно сняли напругу.
- Вздохнул кораблик, - пробормотал Илиади.
- "Терешкова", - позвал Неудачин.
- "Терешкова" на связи, - немедленно откликнулась дежурная.
- Мы пытаемся сорваться с крючка, - сказал Веник, - смотрите за нами. Данные телеметрии, визуальное наблюдение за работой двигателей, целостностью конструкций.
- Приняла, - отозвалась девушка. - Сейчас телеметрия в норме, скорость не изменилась.
- Не изменилась - не уменьшилась? - переспросил Фаез. - Или увеличилась?
- Было пятьдесят тысяч - осталось пятьдесят тысяч, - ответила станция. - Целостность конструкции сохраняется.
- Принято, - отозвался Закван Фаез, старший наряда экзоператоров по расписанию
Веник дёрнул плечом, как будто хотел что-то сказать и передумал.
- Пробуем увеличить тягу, - сказал Заки. - Даём полный.
На всё тело будто опустили мешки с мукой, один, да второй, да третий...
- Веня... - прохрипел Коля, - нафига сразу столько...
- "Терешкова", - вместо ответа прохрипел Веник.
- Скорость прежняя, - отозвалась станция. - Элементы конструкции деформации не подвержены.
- Снижаем тягу, - командовал Веник.
Мешки с мукой сняли: один, другой...
- Веня, давай вектор пощупаем, - предложил Курт.
- Давай, - кивнул Неудачин.
- С вами на связи Начальник экспедиции, - пропела дежурная.
- Давай Начальника, - вздохнул Веник.
- Веня, здравствуй, - раздался в рубке хрипловатый баритон Павлова.
- Здравствуйте, Сергей Иванович.
Дали видео. Веник спрятал глаза.
Командир ты командир... Неудачин фамилия.
- Не дрейфь, Мастер Чиф, - Сергей Иванович подмигнул командиру "Бохо". - Выберемся.
- Плотно держат, Сергей Иванович, - пожаловался Веник, - думаю разгонники использовать.
- Предлагаю по-другому сделать, - сказал Павлов. - Эта пакость вцепилась в вас плотно... Вы, кстати, разобрались, что это?
- Вектор силы направлен на Северный полюс Второй, - отозвался Закван. - Спутники туда ещё не добрались, поэтому что это точно сказать невозможно. НЛО.
- Ждём, значит, - проговорил Начальник. - Слушай, Веня: горючку больше не трать, оставь на финал. Скорость у вас большая - рискуете погореть. Поэтому при входе в плотные слои отработай всем: двигатели на полную, ускорители сожги. Затем разделяй буксир и выходите на ТСА и на планетарном модуле. Сейчас готовь высадку. Прикиньте, куда садиться будете - есть идеи?
- По вектору сил есть область повышенной температуры, - отозвалась Иренка. - Точнее сказать не могу, данные через десять часов.
- Хорошо, - кивнул Павлов. - Время подготовиться у вас есть - работайте. По возможности обеспечьте связь с орбиты. Я смотрю за вами.
- Принял, - коротко ответил Вениамин.
Экран погас. Неудачин остался один на один со своими мыслями.
- Командир, - позвал его Саша.
- Веня, - окликнул Курт.
Иренка положила руку на плечо приятеля - Веник дёрнулся всем телом, стряхнув узкую ладонь:
- Погодите, дайте подумать.
Девушка уселась за пульт, нарочито резко дёрнув на себя гарнитуру оператора. Остальные обменялись понимающими взглядами.
Наконец Вениамин глубоко вздохнул. Вздохнул ещё раз, словно воздуха не хватало для храбрости.
- Внимание, команда, - сказал Неудачин. - Действовать будем так...
- О, у нас гениальный план, - хмыкнула Иренка.
- Иришка, ты меня послушай, - неожиданно мягко произнёс Веник. - Выберемся отсюда - поженимся.
Девушка не нашлась что ответить; Курт принялся чесать нос, старательно прикрывая губы ладонью, остальные ждали.
- Сейчас на вахте Илта и Саша, - заговорил Веник. - Через четыре часа вас меняют Иренка и Курт. Далее стоят Заки и Рам. Заки, а что там этот... объект?
- Летит, - ответил Фаез, - до входа в атмосферу три часа.
- Ладно, - вздохнул Веник. - Слушайте дальше. Задача всем: соблюдаем режим. Здоровый сон, питание, все дела. Никто не нервничает, никто не кричит: "Мы все умрём!" - никакой паники на борту. К паникёрам - самые серьёзные меры.
Веник оглядел своё воинство. Люди сосредоточенно слушали, паниковать никто не собирался - во всяком случае, пока.
- Короче, станция функционирует в обычном режиме, - продолжал Неудачин. - Аврал объявляем при выходе на круговую орбиту Второй...
Маленький непригодный для жизни мирок катился по орбите вокруг звезды. Как ни старался Жар-отец, согреть Хетту - Вторую - не получалось, слишком далеко она бегала от солнечных лучей, а те, что добирались до обледенелых скал и пустынных равнин, отражались гордячкой обратно. По этому поводу местные сочинили множество занятных мифов, которые пришлись бы по душе Бобочке, Неудачин и его экипаж сбились с ног: не до сказочек, буксир тянуло в сторону Северного полюса планеты, где над ледяными торосами высилась странная веретенообразная конструкция. Странности конструкции добавлял её контакт с болидом, врезавшимся в атмосферу не снижая скорости. Экипаж пересматривал этот момент, и каждый раз, когда огненная капля начинала проход через атмосферу, никто не мог сдержать возгласа изумления.
Это походило на череду ядерных взрывов: вспышка! - жиденькое покрывало, едва прикрывающее обледенелые камни маленького мирка, вспухало огнём, языки пламени плескались во все стороны, пожирая всё живое. После такого удара никакой космический аппарат не мог продолжать существование... да взорвалось бы там всё попросту, но - вспышка! Болид продолжает рваться к цели, буквально прожигая себе дорогу через атмосферу. Вспышка! Вспышка! Болид разрывает облака, вальяжно раскинувшиеся на его пути. Вспышка!
И вдруг всё закончилось. Дымный след тянулся через всё небо, возле "веретена" расходилось пару дымных кругов... и всё.
- Как они это сделали? - каждый раз спрашивал Саша, глядя на девственно-чистое небо Второй.
Павлов тут же потребовал изучить место происшествия, но требовать одно, а только пока на орбите Второй не окажутся хотя бы спутники, отправленные экспедицией, можно хоть утребоваться, толку не будет. А спутники не успевали.
За двенадцать часов до выхода на круговую орбиту удалось получить и рассмотреть картинки с маршрута. Область высоких температур лежала в приполярном районе - островок благоденствия среди ледяного ада.
- Они накрыты каким-то полем, - резюмировала Иренка, - а под этим покрывалом и зелень, и вода, и углеродный след, правда, слабый какой-то, будто там натуральное хозяйство.
- Думаешь, и люди там есть? - спросил Курт.
- СО-след всё-таки достаточно интенсивный, - девушка пожала плечами. - Определённо да, люди там есть.
За восемь часов до выхода Веник включил ревун и погнал своё воинство проверять снаряжение и собирать всё, что только можно с буксира. Амуницию, продовольствие, медицину грузили в тяжёлый спускаемый аппарат, одновременно запустив всевозможные тесты. Один за другим системы летунов показывали зелёный, но Веник хмурился и требовал проверять снова и снова. За час до выхода, когда маленький бело-синий шарик на экранах превратился в сумрачного гиганта, недобро сверкавшего молниями под облачными фронтами, Веник зычно крикнул:
- По машинам!
Затянутые в скафандры фигуры расселись по креслам в двух планетарных модулях и одном ТСА. Два модуля оставались на поживу местным негостеприимным божкам и жалко было машинки - во как жалко. Но поделать ничего нельзя, людей мало, поэтому скрепя сердце и жутко ругаясь про себя, Веник оставил модули пристыкованными к обшивке буксира. Слава богу, то, что тащило их в атмосферу, не блокировало прочие системы - была связь, в том числе с разбросанными по системе Второй спутниками, с "Терешковой", их даже напутствовали со станции: "С богом, ребятки", - работали двигатели, работала СЖО.
- Внимание, приготовиться к расстыковке! - скомандовал Неудачин. - Двигатели буксира - полный ход!
Теперь плазма, горевшая в магнитной ловушке позитронного двигателя буксира, работала как экран, создавая разрежение по курсу корабля. Тот, кто пригласил в гости людей, совершенно не заботился о том, что пятьдесят километров в секунду - это слишком большая скорость для входа в атмосферу и красавец-корабль просто размажет о плотные слои атмосферы планетки. Кто-то даже сказал с надеждой:
- А может, отскочим?
Но отскочить не получилось. Народ у Веника подобрался опытный, не раз и не два люди видели, как входят в атмосферу, видели и катастрофы при входе, в том числе из-за ошибки операторов, неправильно оценивших скорость входа. Поэтому Неудачин услышал дружный вздох, как только первые язычки пламени заплясали на обшивке.
Входом в атмосферу это назвать не получилось бы - взрыв, так точнее. В одну секунду весь мир вспыхнул, глухой удар и скрежет снаружи заставил Иренку ойкнуть, Коля Вахмин и Адиса Акимджаде кусали губы, вцепившись в подлокотники позади Веника, сжимавшего джойстики управления.
- Экипаж, доложить самочувствие! - от волнения командир дал петуха. Никто не засмеялся.
- Борт один - три норма, - с запинкой отозвался Закван.
- Держимся, ребята, держимся, - сказал Неудачин. В горле пересохло, поэтому слова его могли скорее обеспокоить, нежели ободрить кого-то, но и молчать он не мог: пятьдесят тысяч километров в секунду. Слишком много, чтобы равнодушно смотреть на экраны.
Снаружи бушевало пламя. Скорость чуть уменьшилась из-за аэродинамического сопротивления, но всё равно та штука на полюсе тянула их что твоя липучка.
Саргассы космоса, - вспомнил Веник.
- Расстыковка, один-два, один-три, расстыковка! - гаркнул он в микрофон, едва оптические датчики показали бесконечное поле облаков сквозь пламя на обшивке.
- Аэродинамические тормоза выпускаю, - меланхолично промолвил Кимура с первого модуля.
- Выпускаю, - подхватил Фаез со второго борта.
Секунды ожидания. Если "липучка" прицепится к ребятам - всё, амба.
- Есть снижение скорости, - чуть ли не скука в голосе. Заки не сдержался:
- Есть тормоза! Есть снижение скорости!
- Внимание, я один - один, расстыковка, манёвр отхода, - проговорил Веня. - Ребята, вы красавцы.
Гигантский скат манта расправил крылья над полем облаков, белые полосы конденсации сорвались с плоскостей.
- Плазменный экран на полную мощность! - скомандовал Неудачин. - Ребята, второй, третий, все ко мне.
Вытянутое тело буксира продолжало ввинчиваться в атмосферу, светя перед собой факелом двигателя. В облачном фронте над полюсом Второй буксир проделал большой прогал, устремившись далее, к диковинной конструкции, внутри которой ждал безумный бог, и вслед за кораблём-носителем в море облаков плюхнулись тяжёлый спускаемый аппарат и два планетарных модуля. На последнем военном совете решили выстроиться в кильватер, поскольку плазменный экран смонтировали только на ТСА, для модулей конструкторы оставили стазис-оболочку и антигравы.
И этого, как всегда, оказалось недостаточно.
Секунды работы плазменного экрана, экипаж во все глаза следит за вектором генератора плазмы. Рам тянет вектор всё дальше и дальше от коридора, пробитого буксиром, и ломаная линия курса ТСА и двух модулей всё дальше и дальше отклоняется от точки приложения сил. Красная линия показывает курс носителя, и вот она сидит как влитая: направлена в одну точку.
- Уходим, - неуверенно проговорил Заки.
- Подожди, - сквозь зубы отозвался Веня.
- Уходим, точно! - в голосе друга ликующие нотки.
- Уходим, - подхватили в эфире. - Уходим!..
Полёт в атмосфере удалось стабилизировать; теперь только аэродинамическое торможение до самой жилой зоны, как все называли найденную Иренкой область повышенных температур.