Таня купила его в сельпо, получив зарплату на ферме. Высокий, мускулистый, с голубыми глазами. Продавщица Петровна заверила, что от человека практически не отличишь. Обучается быстро и почти не глючит. Пришлось воспользоваться садовой тачкой, чтобы доставить его до дома.
Затянув заветного мужика в избушку, Таня полезла в интернет изучать инструкцию. Руки, ноги и голова лежали в отдельных футлярах. Женщине пришлось повозиться, чтобы электронный мужик обрёл человеческий облик. Наконец, Таня поставила его на зарядку и без лишних слов, нарекла Виктором. Именно так звали её бывшего тракториста. В первый же день своего существования Витя-андроид погрузился в деревенскую жизнь.
* * *
- Душа, - произнёс Витя, разлепив силиконовые веки. - Так вот ты какая.
Электронные мозги робота после вчерашнего раскалывались, что называется, пополам, а во рту была настоящая пустыня.
- Проснулся, - сказала Татьяна и улыбнулась. - Орал вчера как благой. Людям спать не давал.
Витя впервые со дня своего появления на свет божий почувствовал себя человеком. Что-то живое зашевелилось в его электронном нутре.
В избе было душно, но уютно. Бревенчатый простенок между окнами украшали чёрно-белые фотографии. В русской печи, изредка потрескивая, гудел огонь. Таня пекла блины, поглядывая на Витю. Пахло дымом и жжёным маслом.
- Вот возьму и сдам тебя в сельпо по гарантии, - захихикала женщина. - Скажу Петровне, что брак продала.
- А что я вчера вытворял-то? - спросил полуголый Виктор, лёжа на полатях под потолком.
- Ой, лучше не спрашивай!
Виктор отключил внешнее зрение и прокрутил в электронной памяти записи вчерашнего вечера. Он увидел пьяные лица мужиков у входа в дом культуры, потом танцы на деревянной сцене под музыку из 90-х, а после драку возле дровяника. Виктор пересмотрел запись несколько раз, благо его внутренний компьютер позволял это сделать.
"Кажется, я превращаюсь в человека, - подумал мужчина-андроид. - Забавно, но мне нравится этот абсурд".
Наконец, он спустился и сел за кухонный стол.
- Ну, что сидишь, как сыч? Хоть поговорил бы со мной. Вообще-то, я тебя для этого и купила. А ещё тачку садовую чуть не сломала, пока тянула тебя коня такого до избушки.
- Дурно мне...
- Сейчас, подожди.
Таня встала из-за стола и вышла в сени. Через минуту женщина вернулась с литровой банкой в руках.
- Пей.
- Что это? - удивился Витя.
- Рассол огуречный. Выпей, легче станет.
Мужчина поднёс банку к губам и начал жадно пить. Его искусственные потроха забурлили от терпкого рассола.
- Ну как? - засмеялась Татьяна. - Ну ведь легче?
- Пока непонятно. Кисло очень.
- Завтра в ЗАГС поедем в райцентр на утрешнем автобусе, а после, на огород, гряды копать под огурцы. И никаких возражений. Отказы не принимаются. Понял меня, электронная башка?
- Да понял я, понял.
- Я тебя ещё с мамой познакомлю, но позже.
* * *
Солнце светило так, что плавился рубероид на крышах избушек. Виктор копал грядку, а Таня мыла помидоры в эмалированном тазике, сидя на деревянных ступеньках.
"Да лучше бы я на конвейере сдох, - думал робот, - чем копать эти дурацкие грядки".
Таня изредка поглядывала на своего электронного избранника и подмигивала ему.
"Не понимаю я этих людей. Ну зачем себя так истязать? Ведь овощи продаются в любом захолустном сельпо".
- Я по твоему лицу всё вижу, - сказала Татьяна. - Если бросишь лопату - отформатирую. Ты понял меня? Будешь потом как телевизор ламповый.
Вечером Таня истопила баньку и купила пиво с сухариками. Они сидели под раскидистой кроной черёмухи и наслаждались деревенским закатом.
"А всё же человеческая жизнь ни такая уж и плохая", - думал Виктор, вдыхая ароматы лета и обнимая распаренное тело Татьяны.
* * *
- Танька! - послышался женский голос в утренней тишине.
Виктор вскочил с кровати в одних трусах и подбежал к окну.
- Женщина какая-то в красном, - произнёс робот-андроид. - Стоит за воротами. Может, продаёт чего?
- Так это ж мама приехала из соседней деревни! - обрадовалась Таня. - Она каждое воскресенье здесь.
Таня накинула на себя халат и выбежала во двор, чтобы открыть калитку.
"Мама, - призадумался Виктор, сидя в стареньком рваном кресле. - Стало быть, тёща моя, будущая".
- Бог ты мой! - воскликнула женщина, войдя в избушку. - Это ещё кто?
- Витенька, - сказала Таня и села к роботу на коленки, положив руку на шею. - Андроид он, в сельпе купила.
- Ты меня, дочь родная, в могилу сведёшь раньше времени. Это ж надо такое удумать. Робот он, что ли?
- Ну робот, конечно. Он такой классный, мамочка. Никогда слова поперёк не скажет. Заботливый. Весь огород перекопал.
- Тьфу на тебя! Ты бы лучше живого мужика себе нашла. Мало, что ли, их в деревне? Вырастила дуру.
- Мама, он хороший.
- А как у него там? - женщина сделала жест глазами.
- Да всё у него там как надо. Ну к чему, мама, такие вопросы?
"Не нравится мне эта тётенька, - думал Виктор, сканируя лицо будущей тёщи. - И ведь дочка-то поди такая же будет в старости. Да... попал по глупости. Лучше бы на заводском складе лежал. Целее бы был".
- Ладно, доченька. Коли так получилось, то давай-ка отметим мы это дело. Киборга своего в сельпо отправь, а мы пока салатик нарежем, да картошки отварим.
Через полчаса стол был накрыт. Наши герои поднимали рюмки за знакомство.
- Ты смотри у меня, - сжав руку в кулак, сказала захмелевшая женщина. - Таньку обидишь, я тебя лес валить отправлю. Таня - девка хрупкая, ранимая.
"Ранимая? - думал Виктор, глядя в мутные глаза будущей тёщи. - Да это же настоящий бульдозер, а не женщина. Ой, чувствую, что мой искусственный интеллект на пределе. Ну как такое можно переварить?"
Застолье происходило мирно. Когда бутылочка кончилась, Виктора отправили за второй. В конце мама захмелела и схватилась за лопату. Она бегала по двору за Виктором и кричала, что не отдаст доченьку. Потом грозилась, что вырвет из него центральную микросхему и спалит её в банной печке. И что-то там ещё про захват машинами человечества. Когда обессиленная женщина завалилась на траву и захрапела, Виктор присел на берёзовый чурбак.
"Нет, они никогда не примут нас в свою семью, - думал мужчина-андроид, наблюдая за тем, как заходит солнце. - Мы не станем людьми".
* * *
Утром Прасковья Владимировна, так звали будущую тёщу Виктора, улыбалась и вела себя прилично.
- Давай, Витенька, ешь, - приговаривала она, гладя его по голове. - Я вот пирожков с груздочками напекла, чайку заварила.
"Страшная женщина, - думал Виктор, пережёвывая пирожок искусственными челюстями. - Вчера хотела убить, а сегодня прям сама милота. В моих алгоритмах нет ответа на такие перемены в поведении".
- А кто старое помянет, тому глаз вон, - сказала Прасковья. - Ешь, Витенька. Ешь, милок.
- Ну мама, - нервничала Татьяна. - Витя же не инвалид. Он и сам всё может сделать. Ты забыла, что он робот?
"А всё же хорошо вот так посидеть, - думал Виктор, поглядывая на женщин. - Без драк, без скандалов. Чисто по-человечески".
День подошёл к концу, и Прасковья Владимировна, собрав сумки, отправилась на остановку, чтобы попасть в свою деревню.
* * *
- Ты знаешь, мама, - сказала Татьяна в трубку телефона, склонившись над морковной грядой. - Какой-то он всё же не такой. Уж слишком покладистый и добрый.
Виктор сидел в деревянном сортире и слышал каждое слово Татьяны. По силиконовой щеке покатилась искусственная слеза.
- Пожалуй, сдам его в сельпо, пока не прошло 14 дней со дня покупки, и привезу из райцентра вариант поинтересней. Девчонки с фермы, говорят, что в универмаге на Гагарина можно новую модель прикупить.
"Не такой? - подумал Виктор. - Она так говорит, как будто я вещь и меня можно просто обменять. Впрочем, права Танька. Я действительно вещь, а она человек".
Виктор пнул деревянную дверь сортира и выскочил наружу.
- Витька! - воскликнула Татьяна. - Я же тебя в сельпо по хлеб отправила.
- Бессердечная, - сказал дрожащим голосом мужчина-робот. - А я ведь поверил тебе. Думал, у тебя намерения серьёзные.
Он толкнул плечом калитку и вырвался за ограду.
- Витенька! - кричала Татьяна вслед убегающему роботу. - Вернись, Витенька!
Робот бежал по центральной улице и думал, что люди жестоки. Мчался словно псих, которому удалось покинуть территорию лечебницы.
Виктор на ходу посмотрел в сети, где находится сельпо. Нужно было преодолеть восемьсот метров по прямой, чтобы попасть в магазин. Через минуту он увидел ржавую вывеску и остановился, чтобы перевести дух. Батареи была сильно разряжена.
- Верните меня назад! - закричал Виктор, ворвавшись в торговый зал магазина. - На фабрику. На склад. Да куда угодно верните. Я не хочу быть человеком.
Вдоль прилавка стояли бабульки с авоськами. На весах лежал кусок варёной колбасы. Пышногрудая продавщица
Петровна смотрела на Виктора невозмутимым взглядом.
- Мужчина, разве вы не видите, что я занята? И у нас тут, вообще-то, очередь.
Виктор, поразмыслив секунду-другую, встал в самый хвост и принялся ждать. Любопытные старушки то и дело поворачивали свои головы, облачённые в пёстрые платки, чтобы воочию разглядеть наглеца. Очередь двигалась медленно, потому как каждая пенсионерка считала своим долгом рассказать о погоде или про то, что сегодня показывали по первому. Наконец, когда старушки покинули магазин, продавщица обратилась к Виктору: - Мужчина, что вы хотели вернуть?
- Себя, милая женщина! Себя я хотел вернуть. Не желаю становиться человеком.
- У вас чек кассовый имеется?
- Нет у меня ничего, кроме горя и непонимания.
- Ну, тогда приходите в следующий раз.
- Я больше так не могу! - воскликнул Витя и выскочил в дверь.
Он бежал по щебёнчатой дороге не оглядываясь. Искусственные слёзы текли по искусственным щекам.
"Мой электронный разум неспособен это понять. Люди слишком жестоки".
Он бежал, и ему не хотелось останавливаться, хотелось просто бежать и не думать ни о чём. Внезапно Витя увидел, как по деревне несётся старенький жигуль, а на дорожном полотне сидит ребёнок.
"Сшибёт, гад такой!"
В последний момент робот бросился под колёса и успел схватить ребёнка. От удара Виктора отбросило, на мгновение пропало электронное сознание. Когда мужчина-андроид пришёл в себя, то увидел искреннюю детскую улыбку. Малыш сидел на груди и тыкал пальчиком в лицо своего спасителя.
- Ты живой! Я здорово испугался за тебя, дружок.
Одежда Виктора была порвана, а из правой руки торчала стальная кость.
- И всё же я хочу стать человеком, - произнёс мужчина-андроид, увидев очаровательную улыбку. - Знаешь, твоё довольное личико, дружок, стоит того, чтобы жить.
Через минуту вокруг собрались люди. Кто-то кричал, что нужно срочно вызвать скорую. Кто-то снимал всё на телефон.
- Настоящий герой! - раздался возглас из толпы. - Надо его на доску почёта повесить в ДК.
- Храбрый мужчина, - сказала бабулька в пёстром платке. - Не струсил, спас ребёночка.
- Прости меня, Витенька! - прозвучал до боли знакомый голос. - Прости, я была не права. Это мне нужно учиться человечности.
Таня упала на колени, обняла Виктора и заплакала. В толпе кто-то начал хлопать в ладоши. Через секунду это уже были настоящие аплодисменты. Такие аплодисменты можно услышать разве что в театре. Хлопал даже местный пропойца, который только что проснулся, лёжа на траве рядом с завалинкой дома.
- Я испугалась, милый. Ты так рванул, что мне пришлось остановить попутный трактор, чтобы догнать тебя.
- Я тебя прощаю, - улыбнулся Виктор. - И Прасковью Владимировну тоже прощаю. Я вас всех прощаю.
- А руку мы твою обязательно отремонтируем. Завтра же пойду к электрику нашему и узнаю, что к чему.
- Ты хорошая, Таня, - сказал Виктор и прикоснулся ладонью к её щеке. - Но для нас обоих будет лучше, если ты найдёшь себе человека, который полюбит тебя. А сейчас мне пора идти. Знаешь, кажется, я нашёл своё предназначение.
Виктор поднялся на ноги, стряхнул дорожную пыль и пошёл по обочине слегка прихрамывающей походкой. Таня сидела с открытым ртом, провожая его взглядом. По румяным щекам текли слёзы.
- Стой! - наконец воскликнула женщина. - Я ведь на тебя всю зарплату потратила и даже больше. Немедленно вернись!
Виктор слегка ускорился, а потом рванул, что есть мочи и уже через секунду исчез, занырнув в переулок.
Так больше в деревне Витьку-андроида и не видели. Бабушки в магазине поговаривали, что Витька теперь работает спасателем в райцентре, но это не точно. А Татьяна через год вышла замуж за местного лесника, а позже родила ребёнка. В общем, жизнь её сложилась как нельзя лучше.
Вот такая история, друзья, приключилась в небольшой сибирской деревушке. Хотите - верьте, хотите - нет.