Давно я знаю цену тех забот,
Какими ты устраиваешь "сказку"...
В моей душе изряд уже живёт
Воспоминанье, тешимо подсказкой,
Где ты, сперва, лишив меня всего,
На свой фантом набросишься с размахом,
Чтоб только б умилялась от того,
Как ты с моим разборки чинишь страхом.
Увы, но я умею знаний ждать,
Которые, что тайна, станут явным,
Где стелется, чрез кровь, полог в кровать
"Завоеваний", что тебе лишь главным.
Я испила из "щедрых" твоих рук,
В осколках льда, мороженное, "счастье".
Приобретя всевышнее причастье
От Злобы. Лжи. Коварства. И разлук.
Мне больше "мёд" не пить из уст - забыть,
В которые его ты наливаешь.
Ты трезво чинишь то, что твёрдо знаешь,
Где выгодней и слаще жить и быть: Растить иллюзий на костях "благих"
Дозволено?...Чтоб было неповадно
Плебейства голос вылить на...иных,
Чтоб им не заразиться внутристадно.
Ты натолкнулся. Я в миру монах.
Но прежде было воина признанье.
Ты сеешь в людях, жать чтоб хлебы, страх.
Но знал ли, что так близко к пониманью
Есть тот, кто рядом шёл с тобою век,
Тебя невзгод спасая среди странствий?
Я ухожу. Я просто человек,
Где ты нашёлся монстрами. Для пьянствий.
Вот с ними ты построишь "сказки" тем,
Кто глупостью иль жадностью ведомы,
Где ты в "любви" клянёшься без проблем
И стискиваешь челюсть от оскомы
Разбросанных на ветер слов и дел,
Какими умостились мостовые,
Что приведут в хоромы. Но гнилые
Стада из прокажённых душ и тел.
Ты выбрал! Правом выбора за тех,
Кого пасёшь, не тешься - однозначно,
За каждый "выбор" ждёшь утехи злачной.
А лишь ответишь за "безгласных" всех,
Каким всегда удобно быть в ведомых,
Чтоб есть и пить в предложенных хоромах.
Такое "счастье" мне не по карману.
И в обещаньях нет ни йоты дела.
Я плавала в любовь, где по обману,
Утехи ради, бороздишься телом.
Так бороздись! Ведь жаждущих навалом
Тобой быть смятых, но вознаграждённых...
"Любовию" киношных идеалов
Поверженных у ног. И побеждённых.
Итак. Да-да, я просто - человек,
Что даже не гожусь в твои плебеи,
Что тянутся (промежностью) в злодеи.
Похоже, наш с тобой исчерпан век.
Когда предстанешь Ока, во плоти
Твои ко мне наветы не сыграют
Соломкой, что так просится в пути,
Коль упадёшь. И (мама дорогая!)
Вот там не оклевещешь никого,
Кто прежде твоей "власти" не поддался,
Когда ты, в кувырках, над ним смеялся,
Бахвалясь перед гнилью оттого,
Что верил - беззаконность твоих дел
Во безнаказанности почиёт и дальше.
Вкушай, как прежде, от тоски и фальши
Из тех, к тебе кто рвётся, липких тел!