Ди
Чародей 4

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Links
Создай обложку книги бесплатно
Кожевенное мастерство: сумки, ремни своими руками
 Ваша оценка:



  4.
 
  - Не дай в обиду, - я прочёл в строке, -
  Кто обратится с болью, иль в тоске.
  Но рук напрасно силой не греши,
  А просмотри события в тиши:
  Коль был не прав, обидою кто взрос,
  Так надобен душе, должно быть, рост.
  Коль обратился сам - готов принять,
  Чем в духе он хотел бы обладать.
  А коль обижен кто-то пустотой,
  Возьми во путешествие с собой,
  Где научи понять причин в себе,
  Ведущи к неуспеху по судьбе.
  Ведь кто-то ест и платит после бала.
  А кто-то бал оплачивать сначала
  Предпочитает. Кто во что горазд.
  А на поверку - значимый контраст.
  Речь не о деньгах и услуг оплате,
  Где за товары по тарифу платят.
  Но платим также мы за все поступки,
  Где невозможны деньгами уступки.
  И счёт ведут не нашим пониманьем
  На все желанья наших обладаний,
  А выбором и действием за ним...
 
  Кто нами был за что-нибудь гоним,
  Того судьбы ветров испьём сполна.
  Уже лишь мыслью сложится вина,
  Где ты себя над кем-то вознесёшь.
  Пусть думаешь ты так. Но это ложь.
 
  Во наших стартах мы всегда равны.
  Не путай обладания телесны,
  Где вес семьи, условия прелестны,
  Где закрома деньжатами полны.
 
  К кому прийти, в ком школу испытать,
  Мы, Летой напиваясь, выбираем.
  Но мы и то тогда прекрасно знаем,
  Какой в семье способны опыт взять,
  Чтоб мы не растворились, средь родни,
  В соблазнах торить не свою дорогу,
  Где сыт, спокоен. Только понемногу,
  К вершине лет, становятся видны
  Твоей и лишь твоей дороги звёзды,
  Что ярче светят и манят сильней,
  Чем, во наследство, избрано сетей...
  Но начинать сначала, мыслим, поздно...
  Во страхе потерять, пусть чужд, но тыл,
  Где мы чужие, кроме счёта в банке,
  Где, просыпаясь, рвёмся спозаранку
  Наружу прочь, коль этот мир постыл.
 
  Мы мечемся, себе отдать чтоб долг,
  И редок тот, с собой кто остаётся,
  Чтобы понять, чего ему испьётся,
  Где, на развилке, множество дорог,
  А выбрать нужно только лишь свой путь,
  Чтоб разочарованьем не испиться,
  Где он придёт, собою чтобы сбыться,
  А не себя, в надеждах, обмануть.
 
  Ведь каждый счастья ищет для себя,
  Поскольку, только в счастье дух взовьётся.
  Как здорово, когда он парой вьётся!
  Как гадко, когда поедом едят...
 
  . . . . . .
 
  Однажды довелось мне Кийосаки
  Читать простые, трезвые слова.
  И я не задохнулся в них едва,
  Когда ответ нашёл, в чём наши драки
  С собою возникают. В нас причин
  Мы тужимся не замечать. И бегством
  От собственных виновностей, как средства,
  Крестами заклеймляем сей почин.
  И рвёмся, из огня, скорее в полымь,
  Предпочитая действовать - не ждать,
  Когда во нас пробудится печать,
  Что выбор, совершённый нами, - голым!
 
  Так вот, у Кийосаки почерпнул
  Уйти к себе на время - разобраться,
  В каком пути желаемен слагаться,
  Чтоб он ко пораженьям не вернул.
  И я ушёл к себе. В себя. Один,
  В самом себе, я жаждал отыскаться.
  Я знал, что выбор мне стучит признаться,
  Где я своей бы жизни господин.
 
  Я не монах. Пока иной мой выбор,
  Но, может статься, к этому приду,
  Чтоб не метаться горестно в бреду,
  Что я схватил попавшуюся рыбу,
  Её посредством голод утолить,
  Чтобы, отравлен, во мученьях гнить.
 
  И я застыл на перекрестье жизни,
  Чтобы найти, что надобное мне.
  Чужою волей не желанно в дне
  Найтись кончиной рабскою. Я призван,
  Вне воли чуждой, свой лелеять путь,
  Где мне желанно петь. Крылам взмахнуть
  Я открываю небо и просторы,
  Чтобы оставить "праведные" вздоры
  Принадлежать самим себе. А мне
  Не стать счастливым пьяностью в вине.
 
  И я делился мыслью. Но осмеян,
  Предпочитает кто блохой скакать,
  Как из огня во полымя, в кровать,
  Где, только в пьяни, радости имеем.
 
  Хозяин - барин. Выбор всяк своим:
  Медведь деликатес во гнили ищет.
  Пусть даже ветер во желудке свищет,
  Но я хочу гордиться, что едим.
 
  Итак, мой выбор я свершил собой,
  На перекрёстке отыскав дорогу.
  Возможно, если так угодно Богу,
  Со мною в ногу кто-нибудь другой
  Пойдёт по жизни напиваться Знаньем,
  Что, как и я, голоден пониманьем,
  Что наш багаж - сокровищница душ.
  А не бега.... в постелях, вырвать куш.
 
  Да, я живой. Прекрасно понимаю,
  Чтоб жить, я должен что-то создавать.
  В ответ на что от жизни буду брать
  Всё, что я ем, и что я одеваю.
  Диктует социум. Но сам я выбираю.
  Как выбирает каждый по себе
  Свидетеля во жизненной дороге:
  Убог твой путь - свидетель твой убогий.
 
  Цветком во прорубь проще, чем в борьбе
  За качества души своей стоять,
  Ведь с них утех и рябчиков не взять...
 
  О, нет! Не агитационный крик
  Звучит сейчас, зовя в одну дорогу.
  Я просто чувства доверяю слогу.
  А Мир поймёт. Поскольку Мир велик.
  Пусть каждый за своей идёт мечтой,
  Где каждый в опыт только свой сложится.
  А в нём парить, или во сне томиться,
  Своей решает каждый головой.
 
  И, Боже сохрани, роптать, когда
  Ваш выбор оказался недалёким.
  Коль вы глаза застлали поволокой,
  В том только ваша, но ничья, беда.
 
  И Регль Шестой, возникши сам собой,
  Черту подвёл, услышанную мною:
 
  - Коль плох сосед, беги его.
  . . . . . . . . . . . .. . . . . . .. . . Стеною
  Ты не огородишься. Но борьбой
  Тобою потеряться может целость,
  Где ты свою, пред ним, утратишь смелость.
  Как Лот, переселившийся в Содом,
  Воспринял качества своих соседей:
  Пусть он не отдал им гостей и дом,
  Но дочерей невинность - псам ко снеди.
  И был спасён причиною другой,
  Поскольку Аврааму он племянник.
 
  Пусть лучше одиноким станет странник,
  Чем поплатиться сможет головой,
  Где зла сильней влиянье, чем добра.
  Греха подальше лучше бы держаться:
  Когда ты смеешь в нечисть окунаться,
  Забудь дорогу, прежде что мудра.
 
  Скажи, кто друг твой. Я скажу кто ты.
  Коль кто-то пустотою напивает,
  Второй не избежится пустоты.
  Противу, между - дружбы не бывает.
 
  Приятельство в возможной суете,
  Во времяпровождение и иже.
  Но чаще окружают нас не те...
  А с кем мы канем к дну всё ниже, ниже...
 
  А после напиваемся грозой
  От критики падений. Отвергаем,
  Что самое святое в нас слагает
  Меж матерью, паденьем и бедой.
 
  Паденью противостоять - рассудка мало.
  А надобно бы зрение иметь,
  Каким способен дальше посмотреть,
  Пока судьбы дорога не упала,
  Сокрытая болотною водой.
  Так зрения и слуха вам с собой!
 
  . . . .
 
  И мост вздыхал, пока я шёл.
  Следы, как времени печати,
  За мною стлались. За плечами
  Дороги пыльные остались,
  В каких терялся, но нашёл
  Тот голос, что во мне струился.
  Я был разбит. Но я бодрился,
  Поскольку мне маячил свет
  Во тьме средь сумерек и лет.
 
  Я не задерживался долго,
  Чтобы обжить иных места.
  Не горе, что казна пуста.
  А горе - кончилась дорога.
  Она звала. А я, ведом,
  Вставал на запылённость ленты,
  Где проплывали постаменты,
  Стонал в агонии Содом,
  И миллионы вились рядом...
 
  Я созерцал. Моей наградой
  Была мне дрожь в моих коленах,
  Что, доминантою во тленах,
  Меня стремила дальше в дали,
  Где мне мелодии звучали
  Сквозь смрадность криков
  И зловонье. И свет, что возбуждал меня.
  И я, поясь, день ото дня
  Крепчал в амбициях "великих",
  Что били больно, со спины.
  Следы ударов не видны
  Уж нынче боле. Но, как солью,
  Я приправлял обеды болью.
  И часто кровью запивал
  Во мне погибший идеал.
  И понял я, что выше Лиры
  Не сотворил сей мир кумиров.
  И я вздохнул, освободясь
  От ложных представлений втуне.
  И руку протянул фортуне,
  Что, со меня, стряхнула грязь.
 
  Я брёл так долгую неделю.
  И лишь к исходу дня седьмого
  Моя нога сошла на землю,
  Лишив мозги былого смога.
  А мост остался за спиною.
  Но нечто не забылось мною...
 
  Я шёл. Был день четвёртый-пятый
  Ногами на мосту распятый.
  Был долог путь, где я не спал.
  И мне мерещился привал.
 
  В тиши, подальше солнца света,
  Себе я выбрал место это,
  Чтобы отвлечься суеты,
  Чем примечательны мосты.
  Я погрузился в созерцанье,
  Чтоб наступило отрицанье,
  Средь пены, яркой мишуры,
  Чем завлекают нас миры
  Искусственности обладаний.
 
  Погас костёр. Я пёк в нём корни.
  И путник мимо проходил.
  Похоже, выбился из сил.
  Я предложил свой ужин скромный.
  И он присел меня напротив.
  Не помню черт его лица,
  Но свет струился без конца
  Из глаз его усталых. Сотни
  Я помню взглядов, что собой
  Сияют утренней звездой.
  Но этот свет вечерний будто,
  Что таял с каждою минутой.
  И я смотрел ему в глаза,
  Сквозь взгляд, всё погружаясь ниже...
  Там жил бедлам в суетной жиже,
  Но среди хлама - бирюза,
  Заплёвана в лохмотья скверны.
  Я обратился к нему первым,
  Коль он желает рассказать,
  Что множеству не нужно знать.
 
  Я не настаивал, поскольку
  Духовников держу рукой,
  Во удаление какой
  Не досягаем им и толпам.
  Духовным есть Лицо одно,
  Что мне дорогою дано.
 
  Итак, молчали. Только мыслью
  Ко мне расположился он.
  Он, видно, думал - видит сон,
  Где жизнь его, во коромысле
  Кружась, собою канет дна.
 
  Бревна нам тяжесть не видна,
  Коль глаз - своим, в глазнице нашей.
 
  Он напивался "сладкой" чашей
  Ошибок выбора в пути.
  Коль, в праве, есть мечта идти,
  Так отчего же нет? Он мчался
  Сокрыться в омуте главой,
  Не замечая, что конвой
  Копытный рядом обручался.
  Из разу в раз всё глубже... ниже....
  Где чувства не летают в жиже
  Той гнили, в коей он варился.
  Он думал, что остановился,
  Но яд болота правил бал...
  И засосал во идеал.
 
  Я уважаю всякий выбор.
  Пусть даже в нём скрывает идол
  Свой смрад и скверну во плоти.
  Всяк волен ко себе идти.
 
  И я его не осуждал,
  Хоть он, в боязни, может ждал,
  Что осужу, где падал ниже.
  Мой взгляд к нему струился ближе,
  Когда он вспомнил про жену,
  И про её, пред ним, вину...
 
  - Она есть мать твоих детей,
  Отрезок жизни, что изряден.
  Важнее то, пусть он досаден,
  Она - твой выбор! Вместе с ней
  Ты, свой устраивавши быт,
  В отрезке этом не забыт.
  А уж какою память сталась,
  И где душа твоя скиталась,
  Определяет перекрёсток,
  Где крест, как дерево подмосток,
  Ты выбираешь по плечу.
  Уместно ль хныкать силачу?
 
  Он обомлел, меня взиравши:
  - Не осуждаешь, кто стал павшим,
  Хоть сам не погружался в тьму?
 
  Он думал, что я не пойму.
  Но я, сканировав глубины,
  Сказал, что все соблазны мнимы.
  И тот обманется лишь, кто
  Сам рвётся в поиски услады,
  Чтоб отыскаться в ней наградой.
 
  Пройдёт рождения лет сто,
  Но кто был слеп - слепым остался.
  И этот путник мне признался,
  Что он устал людей, сует...
  Что тьма давно затмила свет.
 
 
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"