Кто я такая, чтоб судить тебя?
Ты волен во желаниях томиться.
И, коль желаешь, ими волен сбыться.
Я больше не скажу, что ты, губя Своей души прекрасные начала,
Ведом лишь тленом, став его рабом.
Я больше не сложусь к тебе судом,
Где, болью, суть моя тебе кричала.
Не осужу. Судила до сих пор,
Поскольку боль сковала мне дыханье.
Я не имею прав на обладанье
Чужого мира. Этот разговор
Не голая и пёстрая бравада.
Я есть кто есть. А ты - кто есть ты сам.
Я, другом, тебе должное воздам.
А боли больше не хочу. Не надо
Обманами своими напивать
Тот мир, что ты сокрыть ко мне желаешь.
Коль счастлив в нём, коль ты в нём возлетаешь,
Как я смогла его бы отобрать
Толикой счастья, чем ты в нём живёшь,
В чём ты мечтаешь, по желаньям, сбыться?
Ты в праве в нём пороками клубиться,
Коль ты себя порокам отдаёшь.
Мне всё равно, с кем будешь ты и как,
Во счастие, свои вести дороги.
Коли по ним твои проходят ноги,
Знать, пред тобою вьётся некий флаг,
Зовущий за собою и к себе,
Где ты себя, наверно, обретаешь.
Есть прок держать, коль ты о них мечтаешь?
Есть смысл свечою выгореть в борьбе
За чистоту и ясность твоих глаз,
Когда тебе любезнее иное?
Могу ли я, иль кто-нибудь, собою
Твои восторги пред мерцаньем страз
Переиначить? Даны ли права
Разрушить твоё мнение обманом?
Пусть, даже, мнением ты этим пьяным
В последствиях гордиться б стал едва?
Ведь это выбор твой! И твой ответ
На все, в тебе звучащие, вопросы,
Каким, не мудрствуя лукаво, просто
Ты открываешь тайны зной и свет!
И даже больше - хочешь, помогу
Тебе, во страсти, в чувствах разобраться?
Не сомневайся - недосуг смеяться
Над тем, чем пред собою я в долгу.
Хотя, я мыслю, лакомостью слога
Ты был не прочь со мною б разделиться.
Ты знаешь, одновременно не сбыться
Нам в двух местах, где скатертью дорога
Кладётся в направлении одном,
Пока не завершается финалом.
Пусть твой рассвет за ним не станет алым,
А взор не обретётся кумачом!
Я верю в твоё право выбирать
И, выбором своим же, наслаждаться!
Как я могла бы этого смеяться,
Когда дано мне прежде было знать,
Что счастье состояниям души,
Во нас поющей, прежде отвечает!
А ты в своих желаниях отчаян!
Как я могла б собою раскрушить
Твоих восторгов летнюю зарю,
В которой ты эмоциями пился?
И будешь питься. Я не повторю
Словами ураган, что нам клубился.
Останусь другом. Издали. Покой
Твоих страстей не станет омраченным
Моею болью, бывшей обрученной
С моею же струящейся тоской.
Отныне на помойку эти чувства
Я выношу, чтоб не поиться вновь
Надеждою прекрасной, что Любовь
Ещё жива. Зачем же в страсти буйства
Внимать сих иллюзорностей красот,
Какие есть, всего лишь, разговоры,
Когда в страстях своих ведёшь ты споры
С, поистине, заоблачных высот?
Ты как-то говорил, что практик волен
Затменья теоретиков смеять.
Поись же своей практикой опять,
Где ты всегда в ней искренне доволен:
Не важен лик, лишь про мораль ни слова!
И сами разложились бы пред взором,
Который, поднаторенный в узорах,
В узоры эти окунулся б снова...
Тебе не услыхать моих стенаний
И не узреть невежества упрёков,
Где ты, во славу права обладаний,
Вкусишь очередных своих пороков.
Твои права. И, я пред них, не властна
Своею правдой раскрывать пространства,
Где ты, во обладаний постоянствах,
Идёшь по краю лезвия опасного...
Я также не ищу простых дорог,
Какие, кем-то прежде, проложёны.
Любой из нас не повторится в оных,
Где дух чужой судьбы закрыл порог.
И каждому пройти своей стезёй -
Веками предусмотренное право.
И каждый волен влево или вправо
Свернуть с неё, столкнувшися с грозой,
Что, хмурясь, чёрным небом выражает
Своё негодование умам,
Что камни сыплют ко своим ногам!
И у себя от счастия стяжают!
Навязанное волей, как урок,
Не принесёт желанных результатов -
Критерием что чувств чужих распято
Уйдёт себя, как панщине оброк,
Оставив, за осколками, мечты -
Иллюзии утраченного блага.
И непрощенья, что сожгли мосты.
И цель - достичь отобранного стяга.
Лишь из вкушений остаётся вкус
Красот, разбитых в разочарованьях.
И опыт, что не в каждых обладаньях
Собою сокрывает клад, искус.
Ведь главное - не в омут головой!
Не вкус после вкушения! А чувство,
Что, аурой, волнуясь над тобой,
Подскажет, что в сокрытой тайне - пусто...
И опыт обладания сложён,
К пустотам рук своих не приложивши,
Где, камертоном тайны обнаживши,
Твой голод в обладаниях сражён.
И ты очередных разоблачений
Своей недальновидности лишён.
И голод - тошнотой опустошён
Реализаций новых увлечений.
Я часто наблюдаю, как десерт
Во взорах вожделенье разжигает.
Вослед - разочарованно стенает,
Не испытавший вкус своих побед.
Напротив, поражённых искушеньем,
Стыд гложет перед слабостью своей,
Что, горечью грядущих чувств и дней,
Не станет им опорой в утешеньях.
Я предпочту не каяться в грехах,
А взор не отводить от искушённых,
Во пресыщениях опустошённых,
Но мнящих себя правыми. В веках
Таких историй ведомы финалы,
Где пресыщенья завершатся драмой.
И станет ясно, что всего лишь рамой
Ко жизни полотну случилась малой,
Где на холсте - дыхание и смех
Окружены помпезностью богатства.
Не перестанет холст живой смеяться -
Не в раме заключён его успех!