* * * Земля вздымается эпически, Петля реки свисает стременем. Тут вид вполне доисторический, А самолет - машина времени. И вот заливом цвета олова На вираже окно задернуто... Мне Север снова кружит голову, Наполовину перевернутый.          А я открыл портвейн "Таврический",          Решил с устатку остаканиться,          Чтоб посмотреть на жизнь лирически,          А не какой-нибудь там пьяница.          И началось в крови горение,          Уже строфы начало сложено...          Стакан мой на стихотворении          Стоит, в два счёта опорожненный. Увы, поэт, опять в опале ты: Освистан стих гламурной публикой. И твой стакан, недавно налитый, Пустеет дыркою от бублика.          Не мне грустить от одиночества          И слёзы лить ночами пьяными -          Служить достойно стихотворчеству          И измерять стихи стаканами. Ночами я хожу по лезвию: Заснуть мне музою не велено! И тайна стимула поэзии Под утро ведрами измерена.          Не спит барсук, в норе обложенный,          Подвоха ждёт от мира внешнего...          Бредёт поэт тропой нехоженой,          И всё вокруг него нездешнее. Они, собаки, пьют да колются! Но это мнение расхожее... Живут поэты буйной вольницей И всё вокруг - владенье Божие.          И будь, что будет, будь, что станется,          Расчёты побоку целковые.          И пусть он мот, позёр и пьяница,          Но Богом в темя поцелованный. <май 2012>