* * * Туда, где вечная весна, Поэт воззнёсся на Пегасе. Там не пошлет редактор на, Не вдарит критик в междуглазье...        Где рифмы дивные цветут,        И табуном пасутся музы,        Зажили б мы не то, что тут,        Где всяк поэт - последний лузер. Там не нальют коньячный яд - Плеснут в бокал елей унылый... И вспомню с ностальгией я, Как по утрам меня тошнило.        Ни валидол, ни ёрш, ни квас        Не помогали в стрёмном деле.        Где хорошо, увы, нет нас,        А где мы тут, гнетёт похмелье. В глазах темнело с похмела, Ходил разбитый и усталый... А отпускала эта мгла - И враз чего-то не хватало.        И снова я ломал дрова,        Пытал судьбу, меняя галсы,        На поворотах газ давал        И во все тяжкие пускался. Порой почти что издыхал... Мой бледный вид давил на жалость. Но приближение стиха Холодной дрожью ощущалось.        А я на жалость не давил,        Других забав вокруг немало.        И приближение любви        Знать о себе в штанах давало. Стихами в сети я ловил Десятками косуль и ланей... Штаны трещали от любви И разрывались от желаний.        Привычке милой ход давал,        Мелькали вкруг рога, копыта...        Но был досрочно кончен бал        И сердце бедное разбито. <декабрь 2012>