* * * Мне б пощупать девчачью ляжку, Но в палате девчонок нет... У меня не отнять рубашку, Даже если погибну в ней!        Рядом дрыхнет Кай Юлий Цезарь,        Он же, впрочем, Марк Юний Брут -        Графоман, плодовитый бездарь...        И таковских навалом тут. Есть один там: ума палата, На халате не счесть заплат... По нечётным - Борис Булатов, А по чётным - Арсений Платт.        И, редчайшим сражён недугом,        Овладевшим его судьбой,        Он беседы ведёт друг с другом        И ругается сам с собой. Делать это удобней стоя, Но, боясь застудить нарыв, Он беседу ведет с собою, Одеялом себя закрыв.        Забавляется в чет и нечет,        Напевая "Шумел камыш... "        Время, может, кого и лечит,        Но таких гроб исправит лишь. Будет он и в гробу горбатым! Не псалмы запоет, мудак, А греховные "Перекаты", Приговор услыхав Суда.        Он последнего спросит слова        И, немного взбледнув с лица,        Зарифмует текст приговора,        Чем до слёз рассмешит Творца. Остальных можно жопой в лаву... Зря смеёшься! Тебе, поэт - Не давать ни пера, ни "клавы" Двадцать пять миллионов лет! <апрель 2013>