У Кощея вместо стражи
тридцать три винтажных хлопца.
Каждый "сотку" утром вмажет
изо всех возможных опций,
и пойдёт гулять деревня
без гармошки, но с баяном.
Данный способ очень древний -
жить надменно-полупьяным
и мостить себе дорожку
от Урала до гламура...
Всякой выпивший немножко
распевает миру суры,
по маршрутам незнакомым
отправляясь в путь неблизкий;
над родным аэродромом
пролетая крайне низко.
Курс практически проложен,
штурман спит с бубновой дамой.
Где и что кому дороже -
нам поведает реклама.
Кони-звери бьют копытом -
в табуне нечистый вертит.
Нимфы рифмы сеют ситом,
зачерпнув небесной тверди
в трёх ступенях от маразма,
в десяти верстах от Будды...
В полутьме мерцает "плазма",
на экране кто-то мудрый
нам рассказывает сказки
о волшебной загранице,
перемешивая краски
и спагетти с острой пиццей,
суши, роллы и сашими,
барбекю и шоколады.
О безмерно вечном Риме
и о прелестях Гранады
нам токует этот вещий
в телевизоре учёный.