Правёж стоял который день,
казнил илотов князь,
и стон крестьянами владел,
и суд вершила власть!
Дымились ходики в углу,
стараясь превозмочь
сопротивления и флуд,
и всё катилась ночь
туда, где утренний туман
от сырости дрожит,
где мир - надёжная тюрьма
для ярости и лжи,
где поднимают на ножи
за размышленья вслух,
и плебс придушенный блажит,
к ученью так же глух,
как полноценный идиот
без страха и ума...
...и где маячит битый год
на паперти сума...
Кровил под коркой давний струп,
как мести верный знак,
судьбы крутился хулахуп
в овеществлённых снах.
Омерты запредельный дух
над чувствами довлел,
не ублажая взор и слух -
планируя удел...
Надёжный утренний туман
от серости дрожал,
кровавым выдался роман
и затяжным пожар.