Аннотация: Душевный разговор на тему стихотворения "За Жизель!"
Гудящие в Провансе
душевный разговор на тему стихотворения "За Жизель!"
"Тут, хочешь - падай, хочешь - стой
или накрой друзьям поляну".
Юрий Вальтер: Я прочитал - и устоял,
Видали виды мы похлеще.
А приснопамятный фрактал
Покрылся сетью мелких трещин.
Накрыл поляну, тут Адан
Явился. Мы с ним пили-ели,
И хорошо пошел Агдам
Под звуки сладостной Жизели.
Адольф - он тоже человек,
Хотя никнейм, конечно, стрёмный.
Мы пили с ним за новый век,
И чтобы кончились все войны.
Тут подошел лесничий Ганс,
Такой же, кстати, пустомеля,
И мы уехали в Прованс,
И там продолжили веселье.
Чваков Димыч: Нам приносили каплунов
и барбекю на острой шпаге.
Лилось бургундское вино
и, наконец, дошло до драки.
Со мною в паре Д'Артаньян,
мусьё Адольф сражался с Гансом.
Кричала Кимка Кардашьян,
мол, слишком круто для Прованса -
вот эти жёсткие бои,
что без ветрил, руля и правил,
мол, гуманизм опять сбоит,
как Томас Мор его представил.
Мы дрались честно без соплей
и ничего не замечали,
и становились только злей -
гораздо злее, чем в начале.
И нам до фени Кардашьян,
а также прочие красотки.
У этих баб один изъян -
им вечно не хватает водки.
Меркулов Евгений Юрьевич:
Ой, братцы, что ни говори,
Где только ни были по пьяни?!
Гасконь, Прованс и Тюильри...
Бывало пить начнём в Твери,
А завершаем пир в Шампани.
Чваков Димыч: В Шампани много разных вин,
но мне милей в Крыму мускаты.
Как говорил один раввин:
"Вот это хлев, вот тут овин,
а у меня ума палата!"
Юрий Вальтер: Я прихватил народный инструмент,
Чем обаял компанию в момент.
Мусьё Адан, услышав балалайку,
Пришел в экстаз и, позабыв про пьянку,
Пустился в пляс, хотя и не привык
Колбасить, как комаринский мужик.
Ганс рвал меха на старенькой гармошке,
Пуская также в ход пилу и ложки.
Короче, наш концерт а-ля фолкданс
Потряс до основания Прованс.
Чваков Димыч: От танго оторвав кусок движенья,
я танцевал с красавцем отраженьем.
Ходили ходуном слои паркета,
но всё в пределах было этикета.
Меркулов Евгений Юрьевич:
Вслед гопаку шёл важный контраданс,
Охреневал от зрелища Прованс.
Гудел тревожно старый Нотр Дам -
Ну как же можно так плясать без дам?
Чваков Димыч: Тут подоспела дама Кардашьян -
из наших, из славянских из армян.
И, лопой весело вращая очень страстно,
она склонилась надо мной огнеопасно.
Я тут же понял - нету мне спасенья
и спрятался тотчас на дне бассейна.