Перед сном считал баранов,
овцы кончились давно.
Все бараны, ветераны,
как в замедленном кино,
шли, ко сну непротивленьем
не сумев приговорить.
Я, заблудший яви пленник,
над сознанием парил.
Вдруг в созвездие квартиры
залетел через балкон
ворон, будто голубь мира,
и завис под потолком.
Каркнув, громко: "Что, не ждали?!",
на комод уселся гость.
Нет, подобных аномалий
вспомнить мне не удалось.
Я молчал и не перечил,
будто сам сижу в гостях
у культурного предтечи
в актуальных новостях.
Ворон говорил игриво,
пел фальцетом, нёс пургу,
с флажолетным переливом,
когтем юзая серьгу
сплошь чернёного металла
из селенья Кубачи.
Будто опытный катала,
сдавший козыря в зачин,
заплетал интригу ловко
и вниманием владел;
соблюдая дозировку,
завлекая в свой удел.
Я почти уже попался:
у него на поводу
"завяжу вот только галстук
и за вороном пойду..."
Разорвал контакт будильник.
Пусто в доме, лишь перо
в спальне кружится обильно,
за окном полно ворон.