Тягучий день пошёл на убыль,
едва чадил в зубах бычок,
от спирта жутко сохли губы,
дыханье билось горячо!
Сияло солнце за порогом,
пуская зайчиков в окно;
я их хотел рукой потрогать,
а мысли, будто домино,
одна другую задевая,
валились падалицей в грязь...
Звонок усталого трамвая
души моей откроет масть
и полетит звездой клеймёной
в тугую чёрную дыру,
вселенской придурью взращённой,
чужим похмельем на пиру...
Заборов вдоль тащился вечер
скрипела бричка за рекой,
я пеньем птиц ночных помечен,
не зарифмованной строкой,
ушедшим солнцем с горизонта -
двоился пьяный горизонт...
Всю ночь мне снился мёртвый Лондон
и неподстриженный газон.