Стою десятый год за стойкой -
героям славу воздаю.
Разлив летит довольно бойко,
как пули снайпера в бою.
Когда уставший, полусонный,
ко мне заглянешь в этот бар,
налью в стакан определённо
я чистый, как родник, нектар!
И расскажу под тост суровый
одну легенду про любовь...
Эй, ты, колдырь, вахлак здоровый,
моим словам внемли без слов!
У скво Разбитое Корыто
супруг Рассерженный Осёл.
У них в вигваме пьяно-сыто,
и есть в вигваме разносол.
Детей полно у этой пары -
четыре парня и тэ дэ.
Вот только конь у пары старый
и вечно в гужевом труде.
На нём не съездить на родео
и к пирамиде Кукулькан.
Корыто в стареньком парео
давно "присела на стакан",
и пьёт Осёл с Корытом вместе
за боль несбывшихся надежд.
Вот так махнёшь текилки двести,
вельми, как водится, понеж,
и сразу сделается краше
жизнь в резервации, поверь.
Осёл с шаманом знатно пляшет,
Корыто, словно дикий зверь,
поёт и воет, будто ветер,
красива, яростна, буйна.
Поют и пьют текилу дети;
как ведьма бесится она.
Осёл орёт, кричат вороны,
летит блаженство под откос,
и нет семьи определённо,
и, в прошлое сжигая мост,
Корыто на коня вскочила
и мчит к обрыву - Oh mein Gott! -
без всякой видимый причины
рванула в бездну бурных вод.
Осёл тотчас напился с горя,
собрал детей, в кибитку влез
и загремел в пучину моря -
видать, в него вселился бес.
Любовь от пьянки не излечит,
идите лучше к докторам -
пускай проверят вашу печень...
И мне, я чувствую, пора!