Начни с нуля, не повторяясь,
качнув Сансары колесо,
любимых и друзей теряя,
теряя славу и фасон.
Ты, заслуживший возрожденье,
встаёшь незримо в новый строй,
чтоб, наблюдая звёзд движенье
в глухом занюханном бистро,
ловить волшебные флюиды
имперских знаков с юных лет.
Смеются дерзкие элиты,
сметая в прах кордебалет
давнишних странных суесловий,
которым прозвище - "мираж".
Вот пью глинтвейн в своём зимовье,
в конь-огонь жуёт фураж
в конюшне на краю вселенной,
где я, двуличный сукин сын,
забыв о званье джентльмена,
любовь бросаю на весы.
Её я знаю - были вместе,
когда летел на юг косяк.
Я в уголке поставил крестик,
как предписали небеса.
И вот теперь в спирали новой,
как белка ржавая кручусь.
Беру на пробу Божье слово
и, подключая гамму чувств,
его несу своим соседям,
хотя не пастырь, а овца.
А колесо Сансары едет,
и за рекой звенит дацан.
А за рекой Харон усталый
опять ведёт кого-то в дом;
в нём воды с привкусом металла
и кровь Спасителя со льдом.