СЕТЕВОЙ ДОМОРОЩЕННЫЙ ГЕНИЙ
Сетевой доморощенный гений
"Поэт по жизни одинаков!" -
соцсети пыжатся в постах...
Вот Блок гуляет с Пастернаком,
Есенин прячется в кустах.
И нету смысла никакого
по стилю классиков делить:
мол, де, поэтов слишком много
во всех концах большой земли.
И дескать, хрен не слаще редьки:
раз графоман - считай поэт,
да и компьютеры нередко
несут рифмующийся бред.
Бессильны практика с наукой,
коль всякой классик выше схем -
слова в стихах рождает в муках
назло банальной чепухе,
что в интернете процветает:
мол, генерация стихов -
задача, в сущности, простая,
а тропы важны для лохов,
метафористику же - к чёрту,
убог аллюзий стрёмных ряд...
И юзер умолкает гордо,
когда верлибром говорят
в его присутствии поэты,
его не трогает их "бред",
их изреченья в стиле ретро...
Он сам в душе крутой поэт!
Некрасовская женщина, век XXI-ый
На полпути до финиша мой конь
был остановлен у избы горящей.
А я полцарства выкатил на кон
и из седла глаза на мир таращил.
Навстречу баба, с виду не яга,
вполне себе приятная особа,
оленю обломавшая рога
и мамонта поймавшая за хобот.
Мне говорит, Гагариной поёт,
мол, то да сё - давай совокупляться;
губищи у красотки, словно лёд,
а взгляд такой, что впору струсить, братцы.
И я сбежал, не выдержав, увы,
в онлайне испытание любовью.
Мне б не сносить, пожалуй, головы
и заплатить за сладки ласки кровью,
когда бы в эти руки я попал,
как кур во щи, нечаянно-нежданно.
Пусть к пароксизму зарастёт тропа,
фемине я дарить себя не стану!
смерть серебряного века, post scriptum
умер век серебра, и поэтов не стало,
растворились они в перегибе времён...
подоплёка добра в мышеловке каталы
безнадёгой фонит по флагштокам знамён;
не рождаются гении в век толерантный,
по фейсбукам корёжит утраченный смысл,
в инстаграмных сетях погибают таланты,
и мельчает нечаянно яркая мысль...
умер век откровений, манер, интеллекта,
умер век серебра - философии грёз:
ни один прожектёр не юстирует вектор -
за поэзию Блока клонировать тост...
поэт - мятежный обыватель
и недолюбленный адепт,
поэт поёт весьма некстати,
когда рождается концепт,
он славословием восходит
до самых-самых дерзких нот...
но чтоб потрафить стерве моде,
свой слог на рэп сегодня рвёт!
его движенья хаотичны,
поэт теряется в веках
со стилем, рифмой, жизнью личной,
себя оставив в дураках -
приняв упадок вкусовщины
и не приняв души полёт...
поэт обычным стал мужчиной,
теперь "с устатку" водку пьёт.
Ещё раз к вопросу гениальности
Век поэта отмерен сроком,
век таланта не без границ.
Гений вечным слывёт пророком,
гений слышится в пенье птиц.
Век прозаика - век героев
из фантазий его и книг.
Гений козырем время кроет,
ну а бездарь других винит
и в своей непутёвой жизни,
и в "читательской слепоте";
так ведётся сызвеку присно -
дескать, люди уже не те,
век поэту отмерен малый,
даже гению всех времён...
Время всякого повидало,
время - гения вечный сон!
Что прячется в глубинах интернета
Неведомый растлитель малолеток
Таится там, где прячет интернет
Всех ботов, троллей, лохов с разных веток,
Где сытый блогер бродит по стерне
Отжатого когда-то урожая,
Что хайпом все сообщества зовут.
За виртуальным -- черт возьми! -- можаем,
Растление поставив во главу,
Работает огромная машина,
Которой имя о'бло, озорно,
Свиньей вонючей гадит в апельсины
И в урожая свежее зерно.
Ломает ловко чьи-то судьбы, семьи,
Раздачу спутав карт с одной руки;
Пружиною сжимает суку-время
Скандального портала `Синий кит'.
наставление с иллюминацией
уж лучше по стерне, чем по асфальту,
разбитым носом рисовать фрактал!
налей вина компьютерному скальду,
чтоб он протесты в трубы раскатал
и не стремился выскочить из плена
фискальных планов, гендерных боёв...
дрожит в ладонях Бога Ойкумена,
а менестрель компьютерный поёт...
поёт о славе, вере и надежде,
поёт в три ветра - тридцать три ноздри,
он превосходен так же, как и прежде,
когда не знал, что у него внутри,
когда на солнце весело резвился
и раздавал прохожим ордена
с брильянтовым вкрапленьем от "Де Бирс"-а...
запомни ромб и глаз, иллюминат,
слова любви и таинство господства,
рассветные тяжёлые огни,
расхристанное римское вестготство
и христианство робкое в тени...
твой путь лежит к вершине пирамиды,
твоих деяний полнится завет...
открытый сверху вид на дольче виту -
космические планы в голове!
IP-телефония, разносчики новостей и пиццы
По телеграфу:
...на спине жирафа
иероглифом пожарищ
горит дремучий семафор -
сегодня он в ударе,
хрустит фарфор
винтажный, будто чайник
или пяти-шести зарядный самовар,
с достоинством не сущий кипяток на нашу землю...
...несущий тайну
и навар,
точнее - маржу,
а время растеканью чая внемлет...
Из новостей ударных:
...команда злых пожарных
сеет ветер,
чтоб бурю по стаканам пожинать...
Элементарно:
время метит
все явки и пароли, имена...
Мерцают сумерки,
стремается соседка,
а сам иду за водкой в гастроном;
широкие мазки
стреляют очень метко -
я напою её сухим вином.
Ого, попалась в клетку!
Не улетишь голубкой со двора,
отчаявшись содрать с жирафа кожу;
перед глазами стелется мираж...
Но пусть Вас больше это не тревожит -
из луна-парка плотный репортаж
окончен -
к полуночи:
лишь два десятка строчек...
в треморе височном
Эпатаж:
...божественную тему зарядив,
ушёл в запой помятый композитор...
туда, где "Грэмми"... "Оскар" на груди,
и чья-то мера - неразменный литр.
- Барышня, соедините меня проводом!
- По поводу?
- По поводу дискуссионного довода... геройского.
- Соединяю с офисом товарища Подвойского.
- Говорите!
- На среднерусском или транслите?
- Вы что там - беленой питаетесь? Одурели в корягу!
- У нас чернила тоже есть... и для доносов бумага.
- Это угроза или просто шутка? Огласите внятно.
- Прошу, отнеситесь чутко. Дело уж больно деликатное...
- Наркомпрос в курсе? В партийном, разумеется, смысле.
- Луначарский витает в иллюзиях... Троцкого выслали.
- Хорошо, переходите к делу, телефон не резиновый. Эй, гражданочка в белом, вам показан был кол осиновый.
- Какое положение двойственное - с одной стороны, я недалёк умишком... зато с другой - хитёр, аж, слишком!
- Уточните, что в виду имеете?
- У меня три вагона с калошами...
- Ревматизмом-то не болеете? Калоши ношенные?
- Меняю калоши на сахар. Можно ещё на селёдку.
- Совсем у вас нету страха... по голосу слышу - не кроткий... А к стенке поставим если? За саботаж и незаконную экспроприацию!
- Дурак, какую испортил песню! Я уже давно в эмиграции...
- ОГПУ вас непременно достанет! Воровство никому не сходило с рук.
- Воровство - это по ходу восстания? Непорочен восстания круг. Так берёте или не станете - у меня ещё покупатели есть? На "ебее" продукцию глянете?
- Лев Давидович, времечко "ЧЕ" надвигается неизбежно. От него никуда не деться...
- Догадались, мои нежные, что я здесь...
- Новинок альпинистского снаряжения вам - от всего сердца!
Классический трёхъядерный мужчина
в штанах Wi-Fi фасона галифе
нашёл вполне удачную причину
отправиться на аутодафе -
мол, там полным-полно роскошных девок -
все ведьмы вампирически красны,
и каждая из девок - королева,
гори огнём, мой христианский стыд!
Искусанные губы абсолюта
кровят немного, словно бы кисель.
Здесь тело ведьмы - лучшая валюта,
а инквизитор - плата за постель,
здесь солнце - голубое, будто карлик;
здесь чип луны - дразнилка для волков,
а небо - грязью выжженная марля -
обведено магическим мелком...
Под облаками снежные поляны,
за облаками слишком яркий блеск -
как свежий след души аэроплана,
хронически хромающий бурлеск...
Я временно от времени отстал,
и вылетел нечаянно из времени.
Но, сосчитав от минус трёх до ста,
вернулся в мир пульсацией по темени.
От минус трёх библейских величин -
Отца и Сына и Святаго Духа ли,
что в зеркале иконами личин
умело расправляются со слухами
и задают по времени отсчёт
от сотворенья чуда мироздания,
которое в Эдем меня влечёт...
Но к Богу не бывает опоздания,
и потому я нынче не спешу
и отстаю отчаянно от времени,
раскрыв огромный неба парашют
в панбархате ветхозаветной темени.
из цикла "Легенды Торгпредства"
О, как же страшен гнев абусимбельцев -
Петров украл у Африки petrol!
Алжир готов отсечь Петрову бейцы!
Петров погоны в панике спорол.
А им-то что - берберам первосортным:
погон не деньги... Тоже мне трофей!
Сегмент не сектор, а дуга - не хорда,
Петров в петроле тож не корифей,
ну, а всего лишь воровская морда.
Земля - сфероид... или чемодан.
Австралия - часть суши от аборта
по мнению достойных пуритан.
Алжирские колышутся скрижали,
когда сирокко дует из пустынь.
Петрова две цыганки обожали
на твёрдой почве транспортных святынь,
когда его кочевники "спалили"
и волоком в участок отвели,
а там умеют делать чохохбили
по вкусу, как кускус, на весь Магриб.
- Где, - говорят, - петрол? Тобой украден,
так расскажи, босота, где хранишь.
И будешь жить ты, гнида, в шоколаде,
а не расскажешь, так заговоришь
и смерть потом прилюдно примешь -
нам наплевать на мнение ООН!
Петров, со страху позабывший имя,
издал в facebook-е еле слышный стон -
мол, я не я, спасите-помогите,
и впредь не стану боле воровать.
Как говорил любимый мой родитель,
бери ремень, коль бе'з толку слова,
задай острастку горе-разгильдяю -
и вдоль ему, и трижды поперёк!
Жаль, дураков трагически хватает -
их в нашем царстве больше, чем дорог.
Петровых, впрочем, откровенно мало,
а нам с Алжиром жить ещё да жить...
Нет, Африка конкретно задолбала,
где наш Петров затеял грабежи!
Где сам Петров затейливо блажил!
С меня уже сорвали позолоту
и пилят ноги дерзкие рабы,
а чёрт с рогами обозначил квоты,
на переплавку и, конечно, сбыт.
И вот лежу, не в силах им ответить,
я - памятник и бронзовый герой...
Нам места нет в литейном лазарете,
мы с хламом тут навалены горой.
Отступникам здесь память изменяет,
никто их не спасёт в грядущий раз.
Отважно кто-то памятник роняет,
за деньги педалируя заказ.
Но день придёт, и мы тогда восстанем
и спросим за коварный беспредел,
и зададим вопросы этой дряни,
рассматривая дрянь через прицел.
Её пугать? Нам вовсе нет причины,
она - сама запугана собой -
сидит в дерьме и квакает из тины
трясущейся от ужаса губой.
Бозоны, бизоны и свежие щи
Вселенная трагически трещит
и кое-как через полраза дышит.
Мы вознесли коллайдер свой на щит,
а щит подняли весело на крышу.
Нам по колено море орхидей,
по щиколотку город вечной муки.
Заводит наш коллайдер лицедей
и ловит пи-мезон и просто глюки.
Бозоны Хиггса парню нипочём -
он думать головою не обучен.
Его под локоть дёрнет старый чёрт -
коллайдер ускоряться станет кучно.
Вселенная который век трещит
ей непременно хочется взорваться,
А я сварил с капустой кислой щи,
свиною рулькой их заправив, братцы!
Под водочку - душевная еда,
а не какой-то долбанный коллайдер.
Вселенная взорвётся? Ерунда!
Считайте - это мой концертный райдер.
в штанах гуляют сквозняки,
лютует ураган бесштанный,
в паху краснеют синяки,
а в небе опус фортепьянный.
тащусь по ветру подшофе,
как капитан мятежный в бурю...
крушенье - аутодафе...
титаник смог коварный курит
и погружает сытый нос
в пред ним разверстую пучину!
давно давным предрешено,
что' есть итог, что' есть причина
неутешительных обид,
да и обидных утешений:
прыжок, подскок, полёт, кульбит
и смерть высоких отношений!
в ушах гуляют сквозняки
а по панели вдоль - путаны,
на их коленях синяки,
и кто-то пьяный строит планы,
чтоб этих дам определить
в похмельный список для отстоя
на дальнем краешке земли;
или ж определять не стоит,
пока в штанах гудит сквозняк,
превозмогая вожделенье...
титаник - мой подводный знак,
а на земле болят колени.
Я Шрёдингера кот, я - IN и OUT,
меня нельзя схватить за лысый хвост.
Мой квант любви для мыслящих отрава...
Для простаков же сей фено'мен прост:
я здесь и там, я всюду повсеместно,
как верно то, что нет нигде меня.
А в жёстких рамках мне ужасно тесно -
мешает в них пси-функции броня!
Суперпозиций замерли кубиты -
не вычислить движенья моего.
Сверхпроводимость - волновое сито;
а жизнь plus смерть - от квантовых богов.
Я вскинулся и посмотрел в окошко...
Болезнь текла... обычное течение.
С той стороны стекла: чудила мошка;
похожая на звукоизвлечение,
зудела заунывная сорока,
секреты по умам распространяя.
По проводам скользила сила тока,
раз пятьдесят в секунду знак меняя;
WiFi в квартире весело клубился,
соединяя страны, континенты...
Я стать кавалергардом исхитрился,
ссудив мундир на праве полной ренты.
Явились Вы немедленно нагая ...
...в мечтах моих всемирным ураганом,
концепцию сожительств излагая.
И я, решив - потом жалеть не стану,
пошёл вразнос и двадцать раз стрелялся,
соперников валил я, как деревья...
Лишь по узлу пробитый пулей галстук
следы хранил любви к гламурной деве,
я ж сам забыл черты её и позы,
улыбку и затейные румяны -
"как хороши, как свежи были розы"...
Частенько после пятого стакана
всё норовил под пулю подорваться
и угодил однажды под раздачу -
коль морду бьют, попробуй отказаться,
а вот теперь лежу и горько плачу!
С той стороны стекла: чудачит мошка;
похожая на звукоизвлечение,
визжит в парадной продувная кошка,
а жизнь моя утратила значенье.
Когда предел не может быть достигнут,
когда Фурье расходятся ряды,
я пирамиду сам себе воздвигну,
вокруг неё повысажу сады!
А рядом - башню: клювом прямо в небо,
подрядчиков хороших отыскав,
им обещав и зрелища, и хлеба,
и на Луну дырявый батискаф.
Сквозь сотни лет дождусь, когда построят,
владения сурово огляжу
и с видом равнодушного изгоя,
зевнув, на крышу выстрою маршрут.
Строителей-монтажников ватагу
"Вставай, братва!" - поднимет бригадир.
Как будто на развалинах рейхстага,
на баннерах напишут "Миру - мир!",
"Хватает автономии в Китае,
династий Мин уже в помине нет!"...
Придёт пора - над миром полетаем.
Сапёрам мой ведический привет!
Вскарабкаюсь решительно на башню,
но, с высоты увидев Вавилон,
построю мат крутой... многоэтажный,
блестящий, будто новенький дублон.
Потом сорвусь... а что мне остается -
внизу кругом пустая суета...
В Уйгурской автономии эмоций
сияет лаком жирная черта!
Взлетев легко, как из фарфора блюдце,
над миром и Тибетом воспарю...
Герои часто даже в мифах бьются,
мне ж недосуг - о, нет, благодарю!
Не спешу ускользать из эфира -
мне показан на завтрак эфир...
Мышеловку оставлю без сыра
и кагором наполню потир,
устремившись к нежданному брегу,
где встаёт, словно парус, волна;
где убойным конструктором Lego
оттянусь, словно в детстве, сполна!
Не спешу исчезать из программы,
мне в программе уютнее жить...
Не дурак я, но умный не самый,
беспокойный классический джинн:
вылетаю, как фарт, из кумгана,
поклонившись, удачу влачу.
Называют меня хулиганом
или попросту - чудом из чуд.
Не спешу уходить от погони -
в этом есть безусловный азарт.
В спазматический экшн агоний
выливается призрачный фарт
и становится очень похожим
на обычный классический блеф,
контрфорс1 - на угрюмые рожи,
на болонку - языческий лев.
Не спешу признаваться в ошибках -
я же Римского Папы святей...
Безучастный с гламурной улыбкой,
повелитель пустых новостей.
1 контрфорс (фр. contre force) буквально - противодействующая сила.
Всякой мнит себя поэтом,
даже слов безбожный мот...
И зимой, и жарким летом -
рифму к рифме, будто мёд,
собирает по цветочкам
и классически жужжит,
намечает к строчке строчку,
как орнамент витражист.
Поэтических аллюзий
и метафор стройный ряд
эти г е н и и отгрузят
и над миром воспарят.
Поспособствуют труверы
в понимании души:
чувством такта чувство меры
нитью красною пришить
пожелают непременно,
да не выйдет, вот беда.
Но примчится им на смену
поэтический скандал -
присобачит аксельбанты
к самомнению и вот,
безусловные таланты -
за Венерой в пене вод -
так и прут в уют алькова,
поражать гламурных дам,
будто Пьер Эн И Ростову:
"mon amour, пада'м-пада'м..."
Всякой мнит себя мессией,
в федеральных новостях.
До хрена ж в стране России
тех, кто гений на сносях.
Заниженная - чёрт! - самооценка:
гулящая Мальвина... стыд и срам,
разбиты в кровь костлявые коленки...
...и тарабарский лайк под инстаграм.
И жалкий пост на сервере "ВКонтакте" -
мол, то да сё, "ищу большой любви",
хороший, мол, у девочки характер,
хотя помята девочка на вид.
Театру кукол нынче места нету
ни наверху, ни где-то в глубине.
Корёжит непотребствами планету
в алькове венерических планет.
Но не беда - не ВИЧ, так и удача,
всё остальное смоет бициллин...
Найти любовь - не просто сверхзадача:
не отряхнуть сундучный нафталин
и не застать Пьеро в объятьях грусти,
не Артемона костью одарить.
Любовь одна нам пошлости не спустит
ни просто так, ни даже на пари'.
Они не сеют в поле и не жнут,
и не лелеют с радостью рассаду.
Лежат в степи и полную луну
ломают в небе не рукой, а взглядом...
Богатыри, не вы... и не они -
классически сусальные бастарды.
Улыбка их достоинство хранит,
а короли играют с ними в карты.
И скромность этим людям не грозит -
они гуляют на любой пирушке.
Потом попросят денег за визит
и завернуть десерты для подружки.
Жужжит скандал погрешностью дорог,
мозгами свеж и на помине лёгок:
Брут обратал принцессу под шумок
и одобренье сетевого блога...
Давно в отечестве ни грана светлых дум,
одни вокруг - то вахлаки, то бесы...
Бастард кричит: "Не верьте в ерунду!",
а сам давно в Европу чешет лесом...
Нет для ветра причин... да и повод
потерялся в соседнем дворе.
Преступления дерзкого повар,
блог-предиктор студёных морей,
растащил инстаграмную плесень
по далёким заулкам Сети,
как бельё, её дерзко развесил,
сервера под online освятив...
Нет причин, да и повода нету,
чтоб грустить или плакать в тиши...
Разлетаются в космос планеты
под воздействием богомашин.
Остались танцы в пошлости вчерашней,
сегодня ж - только песни и молва,
а впереди - не паханная пашня
да слово иллюзорное "халва".
Его ты повторяешь исступлённо
в надежде получить потом гешефт,
авантюрист и аферист прожжённый,
настроенный взять куш на даме треф.
Да только выйдет всё совсем иначе,
и карта не сыграет, как хотел!
Рисковый пыл уже давно растрачен.
По широте, а также долготе
смещается корабль твоих желаний
до пункта "икс" от пристани "хочу",
мелькают титры на пустом экране,
не задевая мыслей, снов и чувств.
А впереди - не паханное поле,
а сзади только песни и молва...
Ты отказался от привычной роли -
без остановки повторять "халва".
Теперь стоишь, достоинство являя
своим старорежимным языком;
и воет по тебе собака злая,
и этот вой тебе, увы, знаком.
Возникаю рубкой субмарины
из глубин московского метро.
Я с утра сегодня выпил гинесс,
что принёс в берлогу злобный тролль.
Я сегодня выползаю в люди -
надоело нежиться online.
По моей манишке грязной судя,
наступил критический дедлайн.
Я вампир, я Дракула, я зомби,
человек эпохи от фэйсбук.
Я забил на институтский ромбик,
на краю курю крутой бамбук.
Мне не только море по колено,
по лодыжки Тихий океан,
Instagram впускаю внутривенно,
как басы гаражный музыкант.
Настригу с три короба доходов,
прокрутив спроста чужой кредит,
наплевав на чести чуждый кодекс.
Этот кодекс только повредит.
Я упырь, я Дракула, я зомби,
человек эпохи суеты.
Чалюсь детонатором на бомбе,
гением духовной нищеты.
живу сто лет, как в скверных новостях:
сражаюсь впрок с гламурной заграницей,
моей любви классической костяк
тут никому, увы, не пригодится...
повсюду зло имеет власть и суть;
его не стоит обсуждать прилюдно...
я обхожу преграды за версту,
как мели дней обходит жизни судно!
гремит в ушах непревзойдённый марш
отменного языческого строя,
в душе накручен первосортный фарш -
в неё я захожу разведкой с боем,
а вдалеке сияет стынь небес,
горят в неоне красные станицы -
войны гражданской помнят манифест
олени, куропатки, люди, птицы,
слоны, тюлени, львы да пауки,
да разные мятежные изгои...
...стучат по Интернету каблуки:
ни сна, ни дна, ни попросту - покоя!
Ухожу налегке, по-английски,
по-армянски ругаю кебаб,
по-немецки купирую риски,
по-французски жуирую баб,
по-еврейски считаюсь с субботой,
по-персидски торгуюсь до ста,
по-нанайски иду на охоту,
по-буддистски трактуя Христа,
по-японски играю катаной,
по-спартански врагам воздаю,
по-индусски впадая в нирвану,
по-соседски в колодец плюю,
по-пацански держу своё слово,
по-цыгански коней увожу,
по-узбекски жонглирую пловом,
по-монгольски хватаю вожжу,
по-актёрски будирую склоку,
по-туркменски лечу на коне
по просёлочной узкой дороге
в по-тевтонски нелёгкой броне;
по-арабски верблюда пришпорю,
по-ирландски проследую в паб,
на бегу посочувствую горю,
по-афгански накину хиджаб...
поделом получу по сопатке,
попеняв по-турецки судьбе,
впопыхах смазав порохом пятки...
...и теперь стану сам по себе!
Стабильность не ищи во тьме Вселенной,
не убирай с рояля быстрых рук;
решительно в тебе поёт рефреном
и ладит подковёрную игру
не воля, а безумство третьей силы,
которое похоже на тайфун,
гуляющий опасно по перилам,
как по лесам мотается шатун...
Смирившись с тем, что кто-то над тобою
давным-давно взял на себя твой груз,
готовься к жизни, как, бывало, к бою
готовился наперсник дерзких муз,
"иду на Вы" соперникам отправив
и зрителей "в контакте" известив...
Готовься к смерти, будь готов и к славе,
или врага измором извести!
Из силы выбиваться? Нет причины,
когда клюют козлы на барабан.
А соль на сахар - это общий рынок
для протестантов - псевдо-пуритан.
Я истекал ненужностью в прореху:
Багамы на Канарах пьют "боржом".
Собрав в лампаду слёзоньки морпеха,
распространю брутальным тиражом.
А после пропою кому-то славу -
я независим только до поры:
не находили, но нашли управу,
отрыв из-под коряги топоры
мои враги - им нет числа и края! -
и обухом хватили между глаз.
Но ставка моя всё-таки сыграет
и днесь, и присно... очень много раз.
Там за клубом цветёт лебеда
и базлают эльфийские маги,
ездят ангелы на ободах.
и пылают кошерные фраги.
На тропинках далёких планет,
3D-шутеры крутят затеи,
беспроводный вещает рунет,
и враги - чёрт возьми! - не потеют.
А за дальним оврагом темно,
там гуляют лохматые зомби.
Этот уровень пятый, сынок,
здесь неплохо подумать о бомбе.
Шалтай-болтай, обманутые ожидания
Был сам себе и педагог, и плотник,
и жнец, и швец, и на трубе мастак,
и гражданин, и творческий работник,
и алкоголик, так его растак!
Сидел вальяжно на эрзац-заборе,
кричал, как конь, в пространство: "и-го-го!"
Был сам с собою в перманентной ссоре,
но не любил не взнузданных врагов.
Летал и пел, и нервно улыбался,
и разбивал кошерные мечты,
и рассчитал вдоль гаммы штраус Вальса,
и с бахом Фуги перешёл на ты.
Скоблил весною стылые дороги,
ломая лёд об напряжённый лом;
ему внимали девы-недотроги,
непротивленье изгоняя злом,
как он велел, красивый и ужасный -
не Карлсон, а классический нардеп,
с харизмой героической и властной,
любви в полёте творческом адепт!
Был никому решительно не нужен,
не страшен, не опасен и тэ дэ,
не наставлял рога чужому мужу
и не вступал в конфликт по ерунде.
Был нелюбим, скорее - ненавидим;
хоть без причин, но как-то очень зло...
Не светоч, не разбойник и не лидер,
не пионер, не девушка с веслом.
"Он не звезда, совсем не вышел рожей?!
Оставить без поддержки и ветрил!"
Синела под пупырышками кожа
с кровавыми мозолями внутри.
Легко загнали сволочи в ловушку,
верёвкой конопляною связав,
и, вздёрнув на заборе его тушку,
порезали на ленты тормоза!
Лишён был крыши, крыльев и мотора
в жестоком мире, как незваный гость.
Потом упал стремительно с забора,
но не разбился... Что тут началось!
Был беспринципным, словно медный флюгер
на кончике магической иглы.
Как надрывались траурные фуги
по жести не концертной градом злым -
был непослушным, взбалмошным, капризным,
травил концы, но не рубил канат,
не мог похвастать сильною харизмой
и путал патронташ и патронат.
Был бесхребетным, хордовым отчасти
и гнулся, как прикажут господа;
зато и врать вдруг оказался мастер -
врать вдохновенно, бойко, без труда.
Был вороват; как непутёвый фраер -
понятия не ставил ни во что!
Но рост карьерный беспринципный стайер
прекрасно обеспечивал зато.
Был на героя страшно зол
за то, что сам не смог дотумкать.
Вот Хиггсу выпало - бозон,
пока я упражнялся с рюмкой.
Какое тут - не горевать,
коль обошли на повороте!
Коллайдер - путь в кромешный ад,
но это, типа, по работе...
Не закатал я Хиггсу в глаз
и не отбуцкал по-иному.
Я - миролюбец, это раз,
а, во-вторых, чуть больше гнома.
Тем искупил свою вину,
но мне, как видно, не зачтётся -
судьбу непросто обмануть!
Я ж, не сдержав в себе эмоций,
назвал героя дураком
и плюнул мало аппетитно.
Опять сбежало молоко
в квартире малогабаритной;
и я потёком с потолка
тебя, холёную, приветил -
моя зелёная тоска...
Ты, как всегда - за всё в ответе!
Разрушитель посконного ритма
посвящается Евгению Ильичёву (Ламите)
Заметил ресурс убитый,
решил Ришелье изгваздать
любитель сольцы и бита -
мол, это костюм на праздник.
Синкопа не получалась,
не всё было с ритмом ладно.
И стали смешны печали
в беседе почти приватной.
Соседи сверлили стены,
чтоб внять откровениям плоти,
вибратор трясло рефреном
на самой высокой ноте.
Деррида сорил деньгами -
философ, французский, кстати, -
синкопой нащупал камень,
а мог бы косой... касатик.
Камю забегал на кофе,
коньяк почитал за тёзку;
письмо получив от Иоффе,
поймал разжижение мозга.
Такая пора, ребята,
с романтикой нас надули.
Унылое время БАДов,
усталая эра дури.
Железный путь второго созыва
Низкий поклон маэстро Ив. Но...
за термин "зубная паства"
Намаз читал усатый бригадир,
похожий на небритого прораба -
по строчкам нервно пальцами водил
от Тынды грешной точно до Каабы.
На БАМе с прихожанами беда -
адепты все повторного пришествия.
В балке они уселись в три ряда,
трясут начальство - мол задайте действие!
Зубная паства, золотой костыль,
повторно вбитый зеками под Тындой.
В тайге адепты строят монастырь...
...бьёт муэдзин тяжёлым рельсом в рынду!
Буддистов вызывает Шаолинь
на связь IT... к ближайшему дацану,
а синтоисты вынимают клин,
что вбил католик с криком "про'шу пана!"
И рельсы улетают строго вдаль,
где нам с тобой мерещится такое...
Евразии я шороху задал
и этим Дикий Запад успокоил.
На пороге больших изменений
Распространяя вольностей заразу,
я уходил в винтажный виртуал...
Скрипел на сгибах утончённый лазер,
пока кроил из вещества портал,
а я стоял вопросом на пороге,
ломая свой через колено слог:
мол - чёрт возьми! - как волка кормят ноги,
так я державу накормить бы смог...
Пусть впроголодь, а вовсе не досы?та,
но в этом есть классический резон -
даётся в жизни сытости корыто
и время бесконечное на сон
не тем, кто Божьим промыслом в фаворе -
никчёмным пустяковым дуракам...
А мне милее тот, кто тропы то?рит,
перегоняя смерть и облака,
кому явленье счастия подвластно,
и кто умеет скуку побеждать.
Горит-горит мой лазер безотказный -
не выдержал, а я предупреждал!
