Карнавалом кружилась зима
непутёвого Нового года,
залезая пургою в карман
на излёте порыва полёта.
Разлетались снежинками грёз
наши гендерные пожеланья,
а вселенской любви передоз,
форму выпилив из содержанья,
опускался метелью к ногам,
предваряя козырную бурю.
По заулкам летел ураган,
будто стая разгневанных фурий.
Новый срок заходил не спеша
во владения прошлого года,
и дрожала, как кролик, душа,
и слетала с неё позолота.