От простоты мне некуда бежать,
когда вокруг царит скупая серость.
Её боюсь, как острого ножа
и не могу принять слова на веру -
мол это всё покамест, до поры.
А там, глядишь, и вырастет читатель.
Не принимая правила игры,
хочу уйти из волонтёров, кстати.
Желанье это выросло во мне,
однако потакать ему не стану,
а на параде праздничном планет
спою поэтам будущим осанну.
Приходит время, и они придут -
своим уменьем растревожат души
в каком-нибудь несбыточном году...
Ну, а пока в дожди, жару и стужу
негоже ждать и потому - пишу
не без затей и волшебства аллюзий,
лежит из подсознанья мой маршрут -
воображенье о́бразами грузит.
Гордыню попытаюсь усмирить,
я ей не друг и даже не знакомец...
Горят в печи мои календари
с постскриптумом "уволен" в каждом томе!