Он мог бы много и всего,
но не хватало козырей.
А был кровавый лунный год.
Встав спозаранку - на заре -
повёл баранов на убой,
козёл - заслуженный артист...
Он не любил тупых рабов,
но обожал закат кулис.
Реальной жизни режиссёр -
как кто-то древний завещал -
остерегался острых ссор
и цену знал простым вещам.
Он мог бы много и всего
в беспечном радостном году,
когда спокойствие богов
в одном с титанами ряду
ложилось под ноги ковром
реально сбывшихся надежд
но продолжал жестить Харон,
и всюду чудился мятеж,
и кто-то жуткий с топором
вдруг за спиной вставал, как тень,
и в водопад несло паром,
и отчий дом лишился стен.
Он мог бы много и всего,
но быстро вылетел в трубу
в тот самый-самый скверный год,
который всех почти "обул".
Недодоил, недохотел...
Писал прошения в суды...
В своей наивной простоте
ходил в ста метрах от беды,
но всё же выкрутился сам,
зато всем прочим не помог.
В чужих глазах блестит роса,
ну, а в его - лишь серый смог!