Весна на мороз повернула,
а осень - на выпавший снег.
Царевна, зараза, уснула
во льду очарованных рек.
И как растопить, я не знаю,
и как разогнать эту грусть.
Царевна, конечно, живая...
...не вечно, но всё-таки... пусть.
Да, пусть себе спит, как лягушка,
сбежавшая в анабиоз.
Торос ей - как будто подушка,
одеялом - плетенье из кос.
Смотрю я на эту красотку,
залитую в вычурность льда,
и хочется жареной водки,
коль жажду не сможет вода
во мне утолить, право слово;
ведь тягу любви погасить
не в силах мы и не готовы,
в алькове у девы гостить,
в шатрах шамаханских сгорая,
как свечки короткой запал...
Царевна упорно не тает,
и я бы, конечно, не стал,
когда здесь не жаркие страны,
а севера дальний кордон.
И профиль моей Несмеяны,
в метельный генезис внесён.