Дела в распыл уходят, как в песок,
хрустит стекло прощальным манифестом.
Счастливый пёс облаивать засов
и бедных кур выдаивать с насеста
никак не хочет - слишком, видно, стар
или устал, хозяином побитый.
Мне шлют посты, но нет на них креста,
не возбуждая дум и аппетита.
Кружит по сцене бледная пурга
из конфетти нарезанного снега.
А режиссёр кричит на труппу, гад,
сам чуть дыша от утреннего бега.
Блестит сапог, надраенный с ночи,
но не идёт вершить, творить и строить.
Есть только лень, и нет других причин,
есть только страх неведомого боя.
Слова в распыл уходят, как в поток,
хрустит хрусталь прощальным манифестом.
Унылый пёс завыл тяжёлый рок
и бедных кур согнал, как Плант, с насеста!
"Metallica" лабает вдалеке
и строит мизансцену подсознанья -
в моём мозгу бесчинствует банкет
и наполняет атмосферу бранью.
Но это всё позёрство и понты,
какая-то нелепость из-под спуда,
ненужные никчёмные финты
дешёвой мизансцены Голливуда.