Моя дубилась на асфальте кожа...
  её солил невероятный бриз;
  сжав в кулаке свитые в косу вожжи,
  вдыхал амбре густое сыра бри.

  Мои слова на воздухе твердели,
  как пластилин в морозной пустоте;
  метели по пролескам оды пели -
  несли их в мир сороки на хвосте.

  Моё скрипело по оси вселенной -
  об оселок заточено - стило;
  Урал дразнил линялою мореной,
  и каплуном резвился под столом

  мой эгоизм, с амбициями венчан,
  как падишах с гаремом - по любви.
  И только ветер - сын разлуки вечной -
  своё дыханье к дышлу пирамид

  пририсовать старался потихоньку
  и, улетая в долгий дальний путь,
  по носу сфинкса тенькнуть камнем звонко
  или его же чем-то острым ткнуть.

  Но не срослось - я подавился хрипом
  и на Голгофу просто не взошёл,
  а пафос мой - одна сплошная липа,
  и это же, пожалуй, хорошо

  хотя бы тем, что знаю своё место
  и без причины больше не жужжу,
  лишь слушаю, что блеет мне инвестор,
  а дураков сторонкой обхожу.

  Чужим словам искал я объясненье,
  а не старался их перекричать.
  Египет. Полночь. Лунное затменье
  под лампой фараона Ильича.

  4 июня 2024 г.