Аннотация: На макушке моей не зарос до седин родничок
Скоморошья
За церковной оградой я был похоронен босой,
скоморох и смутьян, не безгрешный мятежный повеса.
А ещё мне кричали во след, мол, я - жидомасон,
хотя жил православным, крещённый во имя прогресса.
На макушке моей не зарос до седин родничок,
значит - с Богом своим вёл всю жизнь я приватно беседы;
и до всякой судьбы был я Господом вмиг привлечён
и в игру балалайки вплетал невзначай кастаньеты.
Пел в кустах соловей, не стараясь рулад выводить,
просто трелью травил как бездушная подлая птица.
Ну, а я утверждал от рожденья до тех же седин -
в этой песне душа, как бессмертие, вечно хранится.
Взгляд потушен, увы. Мне не стоит на небо пенять
и пытаться уйти в руки старых богов оголтелых;
ангела' нелюбви эту душу прилежно хранят,
как и бесы любви ублажали распутное тело!