Нарисовалось солнце снегирём,
а где-то рядом мы с тобой лежали,
разморенные жарким сентябрём.
Распахнутые Господом скрижали
манили нас пройтись туда-сюда
вдоль по аллеям лучезарной славы.
Слоилось небо, будто бы слюда,
и задирали церквы к небу главы
с почтеньем старцев - Библии отцов
и внуков Торы - где-то беспардонных -
раскрасивших белилами лицо
из грим-уборной ящика Пандоры.
В скрижалях мы искали тайный смысл
чтоб не закрыть косметикою цели
скрещенья, шпаг, насмешек, коромысл...
А что там мы хотели в самом деле?
Никто не помнит, в этом и беда
внезапно наступившего прогресса.
По речке Стикс курсирует Мидас,
и с ним Харон.
А он какого беса?!