до состояния жаровни,
  где кофе маленький зуав
  на завтрак пери приготовит.
  Знаток иного ремесла -

  палач - топор упорно точит,
  готовит праздничный показ.
  Гашиш его раскроет очи
  на государственный указ

  и на цветение магнолий
  в садах султана. День встаёт,
  раздав актёрам мятым роли,
  наполнив текстом жалкий рот.

  По уголкам гаремных кружев
  крадётся контрабандный луч.
  Скопец, его здесь обнаружив,
  тотчас же затворит на ключ

  шкатулку бликов заоконных,
  чтоб правил миром полумрак.
  Глаза султана так бездонны,
  как в петлю свёрнутый овраг.

  Цветёт держава днём и ночью
  в помоях, славе и вранье.
  Народ безмолвствует, но хочет
  быть непременно на коне

  своих убогих предпочтений -
  и аксакал, и идиот.
  Толпа упала на колени
  и с нетерпеньем страстным ждёт

  публичных казней фестивали -
  палач им будет крайне рад.
  А жертвам слова не давали.
  Багдадский вор. Ифриты. Смрад.

  Века мгновенно пролетели,
  как говорится, мухой - вжик,
  но мы не стали ближе к цели,
  стремясь свою украсить жизнь

  большой любовью повсеместной
  и ширью трепетной души.
  И на земле всё так же тесно,
  и миром правят миражи.

  25 августа 2022 г.