До сотого корявого колена
я вспомнил род свой... некуда бежать.
Здесь Афродита наследила пеной,
и правду-матку резал не спеша
раскосый не осёдлый древний предок -
возможно, скиф, а, может быть, сармат,
оставил он в лесу немало меток -
на неопубликованный роман.
Шипели стрелы пламенем в болотах,
горели под врагами камыши,
слезала с фолиантов позолота,
к врагам никто на помощь не спешил.
Потом века над миром пролетели,
я вспомнил род свой прямо от корней.
Пусть враг хитёр - соломку мягко стелет,
в аду гореть ему придётся с ней.