Той осенью глотали дымоходом
из воздуха свободный кислород...
Терпела безответная природа,
и только я совсем наоборот -
не ждал ни милости,
ни прочего участья,
что от обманки лёгкого житья,
и не постиг,
что значит жажда власти,
которую лелеют в новостях...
Мой рот зашит,
а слух внимает пенью
тех ангелов,
что воют за трубой.
Не поддаётся зло непротивленью...
Мой рот зашит,
в серебряный припой
оправленный,
ведь золота не хватит
на всех молчащих вольно - от души...
И вы меня простите, бога ради...
мой рот давно от сытости зашит,
от старости и страха простудиться,
и нежеланья в торг чужой встревать...
а в жилах вряд ли кровь, одна водица,
а в голове не мысли - трын-трава.
Я ухожу всегда опасных споров,
готовых в мордобой перерасти,
ведь мир худой не хуже доброй ссоры,
а ссоры без причины не в чести.