Дивергент
В одну реку не войдёшь дважды...

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Links
Кожевенное мастерство: сумки, ремни своими руками
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    К своим тридцати четырём годам Стася давно уже пришла к выводу, что замужество или даже просто постоянный любовник - это не для неё. Всё её предыдущие связи не приводили ни к чему хорошему, и поэтому в данный момент ей казалось, что её удел - одиночество. Но она не слишком переживала по этому поводу. Её вполне устраивала собственная свобода и независимость. Подрастал сынишка, так что её жизнь, можно было сказать, была прожита не зря. А мужчины... Да кому они нужны, в принципе?.. От них только лишние проблемы и неприятности...

В ОДНУ РЕКУ НЕ ВОЙДЕШЬ ДВАЖДЫ...


 

Глава 1. Новая работа.


 
  К своим тридцати четырем годам Стася, к сожалению, давно уже поняла, что все мужики... Да нет, вовсе не сволочи. Просто они давно уже вымерли. Как мамонты, например. А те, кто еще остался в этом грешном мире, едва ли могут вообще претендовать на принадлежность к сильному полу...
  Нет, она вовсе не была ни озлобленной, ни разочарованной жизнью. Все было прекрасно, и Стася, как это ни странно, совершенно не чувствовала себя несчастной или обиженной судьбой. Наоборот, именно сейчас она, наконец-то, жила нормальной полноценной жизнью, в которой практически не было ни проблем особых, ни горестей, ни разочарований. Все это, к счастью, осталось где-то в далеком - далеком прошлом. Сейчас Стасина жизнь, как ей самой казалось, полностью наладилась. Да, признаться честно, радостей в ней было не слишком много, но даже это ее уже давно не расстраивало. Счастье и боль слишком часто идут рука об руку, и Стася все это тоже сумела оставить в прошлом. Теперь она хотела лишь тишины и покоя. И сейчас ее жизнь тихо и размеренно протекала именно так, как она сама того всегда желала.
  Стася была на редкость везучей девушкой. В свои тридцать с хвостиком она без малейших усилий и капиталовложений выглядела лет на десять моложе, - да и чувствовала себя соответственно. На своих ровесниц, обремененных годами, проблемами, семьями и лишним весом, Стася всегда смотрела с сочувствием. Да, у них было то, чего не имела она сама, - но ощущали ли они себя при этом счастливыми?.. Стасе казалось, что едва ли... Она всегда просто физически ощущала их попросту какую-то патологическую зависть, направленную на нее саму, хотя Стасю это очень сильно удивляло.
  На ее взгляд, едва ли им стоило ей завидовать. Ведь у них-то как раз было все то, чего она сама давно уже была лишена. А именно, - благополучие, стабильный доход, постоянный мужчина, приходящий по вечерам домой. В то время, как сама Стася порхала по жизни бабочкой, не имеющей ни ценностей, ни привязанностей, ни увлечений. Она просто жила своей жизнью, - сегодня и сейчас, - и наслаждалась полной свободой. От мужчин, в первую очередь. От обязанностей и обязательств, которые всегда следовали рука об руку с увлечениями и отношениями. От чьего-то постоянного недовольства и вмешательства в ее жизнь. От всего.
  У нее была ее свобода и независимость. И уж, можете мне поверить, - но для нее на тот момент это было самым важным.
  За плечами у Стаси осталось столько, сколько другой хватило бы на несколько жизней. Брак, который из прекрасного как-то сразу вдруг стал неудачным, лишний раз подтверждая всем известное утверждение, что любовь умирает на пороге ЗАГСа. Достаточно сложный развод с мужем - абьюзером, который до свадьбы носил на руках и пылинки сдувал, а получив штамп в паспорте, вдруг решил, что такая жена его абсолютно не устраивает, и ее нужно полностью переделать, согласно его собственным взглядам на жизнь, привычкам и устоям. Но Стася, неожиданно даже для самой себя, оказалась крепким орешком, и поэтому бывший супруг был отправлен проповедовать свои взгляды на жизнь и семью где-нибудь в другом месте.
  Увлечения... Да, они были, - и серьезные, и мимолетные, - но почему-то всегда заканчивались одинаково печально... Но Стася об этом тоже никогда не сожалела. Переживала, порой даже страдала, мучилась и плакала, - но никогда ни о чем не жалела. Потому что изначально прекрасно понимала, что все это - не судьба...
  А вот судьба... Она упорно обходила ее стороной. Настолько упорно, что Стася давно уже привыкла к подобному положению вещей, и в последнее время вообще не была уверена в том, а хочет ли она, чтобы эта самая судьба ее нашла?..
  Боль и радость, как уже упоминалось, близняшки - сестренки. Стася была знакома с ними обеими не понаслышке. А потому и не хотела больше ни того, ни другого.
  Годы бежали стремительно. Подрастал сынишка. В свои двенадцать он уже вовсю заглядывался на девочек, и Стасю это забавляло. Наверное, она изначально была не слишком удачной мамашкой, потому что она никогда даже и не пыталась как-то излишне строго воспитывать собственного сына, строить его, наказывать или пытаться подчинить своей воле. Их отношения, скорее, можно было назвать полностью дружескими. Они не мешали друг другу и при этом всегда вполне находили общий язык.
  Стася никогда не лезла в его жизни и не пыталась давить на него своим родительским авторитетом, и, наверное, именно поэтому они прекрасно избегали большинства подростковых проблем. При этом Стася даже и не сомневалась в том, что ее поведение, с педагогической точки зрения, было не совсем правильным. Но она действительно никогда не пыталась подавить Димку и чуть ли не с пеленок относилась к нему, как к взрослому и вполне разумному человеку, способному самостоятельно принимать решения и отвечать за свои поступки. Они любили друг друга, вне всякого сомнения, но Стася прекрасно осознавала, что у каждого из них своя жизнь, а потому никогда и не стремилась привязать к себе ребенка нерушимыми путами и поработить его волю.
  Да, наверное, правильные отношения между родителями и детьми должны быть совсем иного рода. Согласно общепринятому мнению, дети обязаны слушаться и беспрекословно подчиняться авторитету старших. Разумом Стася все это понимала... Но именно всей этой авторитарности она, в свое время, вдоволь нахлебалась в своей собственной семье, - у нее была очень властная мама, для которой существовало только два мнения: ее и неправильное. И именно поэтому Стася и не желала ничего подобного для своего сына. Димка был для нее по-настоящему близким другом. Несмотря на его пока еще очень юный возраст, Стася была уверена в нем на все сто процентов, а потому доверяла ему, как самой себе. В свои двенадцать лет он был уже вполне сформировавшимся мужчиной со своими твердыми понятиями, и Стася знала, что всегда может рассчитывать на его помощь и поддержку.
  Что уж тут поделать, - но Стася всегда была нестандартной мамашей. Она вовсе даже не считала нужным готовить целыми днями по десять блюд, - полезных и необходимых для желудка; в квартире у них частенько царил живописный беспорядок, а Димка не боялся приносить из школы плохие оценки и замечания, потому что прекрасно знал, что ничего ему за это не будет. К счастью, особых проблем в школе у него никогда не было, а наказывать сына за какие-то мелочи Стася попросту не считала нужным. На ее взгляд, всегда вполне достаточно было просто спокойного серьезного разговора на любую проблемную тему, - а в длительных и нудных нравоучениях, с раннего детства знакомых самой Стасе не понаслышке, пользы на самом деле было немного. Дима сам неплохо умел отвечать за свои поступки, был способен держать себя в руках, когда это требовалось, а также, наоборот, мог постоять за себя, если это было необходимо.
  Сама Стася, в свое время, выросла в отдраенной до зеркального блеска квартире, где пылинки просто не успевали опуститься на стерилизованную поверхность. Ее ответственная мама бегала в школу, как на работу, решая за своих детей любые, пока еще только намечающиеся проблемы, которых, тем не менее, почему-то все равно никак не становилось меньше. У них дома всегда был готов завтрак, обед и ужин аж из нескольких блюд. Но, как это ни странно, полноценное трехразовое питание не смогло уберечь членов их семьи от заболеваний желудка, а излишняя опека, постоянные нравоучения и даже жестокие наказания не сделали их жизнь благополучной и счастливой.
  Поэтому сейчас, в своей семье, Стася не считала нужным целыми днями убиваться на кухне, готовя первое, второе и третье, а также полностью жить жизнью ребенка и контролировать каждый его шаг, напрочь забыв про свои собственные желания и потребности. И, как это ни странно, ее сын был полностью здоров и счастлив. Да и она тоже.
  Новую работу Стася нашла совершенно случайно. Просто повезло. Последние пару лет она работала в супермаркете, расположенном неподалеку от ее дома. Особо серьезного восторга эта работа у нее никогда не вызывала, но в том магазине реально был очень хороший коллектив, - а это - огромная редкость в наше время, когда люди вокруг даже и не стремятся вести себя хоть немного вежливо и доброжелательно, - а потому Стася старалась закрывать глаза на многочисленные проблемы и радоваться уже тому, что есть.
  Но, к сожалению, с каждым месяцем условия работы в магазине становились все более тяжелыми; зарплата, несмотря на всеобщую инфляцию, почему-то имела странную тенденцию неуклонно понижаться, а вовсе не наоборот, и, в конце концов, Стася постепенно пришла к выводу, что ей необходимо подумать о другой работе.
  А вот это, к сожалению, было совсем непросто. У Стаси не было ни нормального образования, ни опыта хоть какой-либо путной работы, ни связей, ни подходящих характеристик. Стася всегда старалась не думать плохо о своих многоуважаемых родителях, - все многочисленные дрязги с ними, как она искренне надеялась, тоже остались в далеком прошлом, - но воспитывали они ее всегда, надо признаться, весьма своеобразно.
  У них была обычная среднестатическая не слишком богатая семья. Но все было бы, в принципе, не так уж и плохо, - если бы не странные амбиции родителей в отношении собственной дочери. Наверное, они хотели для нее лучшей судьбы, а потому мечтали выдать ее замуж за богатого человека, - чтобы она жила в достатке, бед не знала и родственников не забывала, помогая им лишней копеечкой...
  Стасе с раннего детства упорно внушали, что от женщины в этой жизни требуется только одно: удачно выйти замуж. Ей ни к чему ни хорошее образование, ни успешная работа, - нужен только богатый, а лучше, очень богатый мужик, который будет ее содержать, - а также и ее родителей; зря, что ли, они столько лет угробили на нее!..
  Но, к огромному разочарованию Стасиных родственников, никаких особых дивидендов они от дочери получить так и не смогли. Несмотря на довольно яркую и впечатляющую внешность, отыскать хорошего и, главное, щедрого спонсора, готового кормить и одевать саму Стасю, - а также, в дополнение к этому счастью, подбрасывать материальные ценности в фонд помощи ее родительской семье, в благодарность за правильно воспитанную для него женщину, - ей так и не удалось, невзирая на все ее старания, - а точнее, если уж говорить начистоту, невзирая на все старания ее дорогих родственников. У самой Стаси, кстати, - не обладающей грандиозными запросами своих родителей, - потребности вообще были весьма и весьма скромные, - но потенциальные женихи, мужья и любовники не считали себя обязанными удовлетворять даже их. Не говоря уж ни о чем большем.
  Сама Стася достаточно рано поняла, что рассчитывать ей особенно не на кого, - так как принц на белом коне ненароком свернул куда-то не туда, - а потому ей необходимо вставать на собственные ноги. И вот тогда-то она очень остро ощутила и недостаток образования, и былое отсутствие каких бы то ни было амбиций. Ее глупая доверчивость, послушание и покорность родителям обратились теперь против нее. Но тогда уже поздно было, как Стасе казалось, думать об университетах. У нее на руках был маленький ребенок, которого элементарно надо было чем-то кормить. А вот она сама, увы, вовсе даже не была матерью - героиней, способной днем работать на нескольких работах, учиться по вечерам и при этом умудряться еще и присматривать за младенцем, от которого с самого рождения отказались и любящий папаша, и заботливые бабули и дедули с обеих сторон. Тогда Стасе было совершенно не до амбиций и стремлений; выжить бы, - вот единственное желание, которое она на тот момент испытывала. Так что о каких-то там образованиях и квалификациях ей пока не приходилось даже и мечтать.
  Самое удивительное заключалось в том, что они выжили. Вопреки и назло всем сложившимся обстоятельствам. Стася довольно прочно встала на ноги и мечтать забыла о чудесном сказочном принце, который прискачет за ней на белом коне и вытащит ее из того болота нищеты, в котором она тогда почти утонула. Из болота ей пришлось выбираться самостоятельно. Это было трудно. Но это того стоило.
  Сейчас, спустя несколько лет, Стася научилась самостоятельно обеспечивать себя и своего ребенка всем необходимым, - а не ждать подачек от богатых дядей. И, - что самое главное, - ей это понравилось! Стасе приятно было ни от кого не зависеть, ни перед кем не отчитываться и ни от кого не ждать милостей. И ей сейчас было уже совершенно не понятно, как она могла когда-то изо всех сил желать для себя унизительной судьбы содержанки, игрушки в руках богатого мужчины. Теперь она уже даже и мысли не допускала о том, чтобы когда-нибудь еще впредь, хотя бы чисто теоретически, представить себя с протянутой рукой, вымаливающей материальную помощь от людей, которым, по большому счету, нет никакого дела ни до нее самой, ни до ее нужд. И Стася твердо знала теперь одно: даже если она когда-нибудь встретит на своем пути богатого мужчину, способного без труда содержать ее, она все равно будет работать. Может быть, неполный день, возможно, занимаясь чем-нибудь легким и приятным, - если повезет... Но быть безропотной игрушкой в чужих руках она больше точно не желала.
  Да, Стася сумела встать на ноги. И она даже довольно неплохо зарабатывала в последние годы, и они с Димкой теперь могли кое-что себе позволить. Но вот только, к сожалению, не имея нормального образования, Стасе никак не удавалось найти такую работу, которая была бы ей по душе. В основном, разумеется, Стася могла претендовать лишь на нечто такое, что не требовало бы от нее особой квалификации и навыков. Например, она могла работать продавцом - кассиром в супермаркете. Завидная профессия, ничего не скажешь, - но что же делать!.. Деньги на жизнь у нее теперь были, но вот только особого удовольствия или удовлетворения подобная работа ей, разумеется, не приносила.
  Из-за тяжелых условий Стася сменила уже несколько супермаркетов, - благо, в них всегда существовала текучка. В своем последнем магазине Стася, в принципе, приработалась и как-то умудрилась застрять на целых два года. Но здесь реально был очень хороший коллектив; сотрудники поддерживали друг друга и не воровали, поэтому Стася и подзадержалась среди них... Но только вот условия работы с каждым месяцем становились все хуже; усталость, - и моральная, и физическая, - накапливалась все больше. И сейчас Стася чувствовала, что это уже предел. И ей следует всерьез подумать о какой-нибудь другой сфере деятельности.
  Кто когда-нибудь работал в торговле, - в этих самых благословенных супермаркетах, - тот поймет, о чем я сейчас говорю. Есть люди, которые могут здесь приработаться, и они даже не считают свою работу особенно ужасной. А есть те, для кого это безумно тяжело, даже спустя месяцы, а то и годы. Да, Стася была достаточно опытным сотрудником, и ее ценили коллеги; ей светил подъем по карьерной лестнице, поскольку она дополнительно выучилась на старшего кассира, и, рано или поздно, ее им назначили бы. И, скорее всего, это произошло бы в самом ближайшем будущем, потому что Стася вполне устраивала начальство, и ей уже даже предлагали перейти на эту должность в другой магазин. Но Стася отказывалась, - в том числе, и потому, что больше просто не могла всем этим заниматься, а следовательно, не видела для себя в подобных передислокациях никаких перспектив.
  К сожалению, Стася и касса, - это было просто несовместимо. Да, она научилась и приработалась, - но на самом деле это ровным счетом ничего не значило. Она просто лютой ненавистью ненавидела толпы людей, проходившие мимо нее за день. Нет, справедливости ради следует заметить, что большинство из них были вполне приличными, вежливыми и добрыми. Но были среди них и такие, кто реально приходил в магазин не столько для того, чтобы совершить покупки, сколько с целью поиздеваться над работающими здесь девчонками, пребывая в полной, просто патологической уверенности в своей полнейшей безнаказанности. Для них бедная девушка, сидящая за кассой, - существо абсолютно бесправное и произведенное на свет исключительно им на потеху. А потому ее можно обижать, обзывать, оскорблять, - а если это чучело посмеет хотя бы бросить гневный взгляд в сторону обидчика, то на нее всегда можно будет пожаловаться начальству, пригрозить немедленным увольнением, написать пакостей в жалобную книгу, устроить скандал еще пуще прежнего, швырнуть не понравившийся товар ей прямо в физиономию, - и еще многое, многое другое!.. А фантазия у уважаемых господ - покупателей всегда была изощренной и неистощимой...
  Саму Стасю давно уже не удивляло, что во всех магазинах, - особенно, в супермаркетах, - работают исключительно одни только хамки. Это было вполне обоснованно невыносимыми условиями данного вида деятельности. Потому что только такие люди, - наглые и грубые, - могут здесь выжить и не сойти с ума. Да и издеваться над такой вот хамкой, которая в ответ может запросто послать, куда подальше, - удовольствие весьма сомнительное.
  Беда Стаси была в том, что, будучи девушкой с намеком на интеллигентность, она никогда не умела вести себя нагло и вызывающе. Но при этом она воспринимала все слишком близко к сердцу и заводилась с пол-оборота. Когда ее оскорбляли, она просто сразу же теряла контроль над собой; глаза застилала красная пелена, и в голову ударяла жажда убийства...
  Про себя она всегда грустно посмеивалась, что вот так, наверное, и можно превратиться в маньячку, днем скромно сидящую за кассой, а по вечерам отправляющуюся выслеживать своих обидчиков...
  И, пока дело до этого еще не дошло, Стася решила просто поменять работу. На дворе тогда стоял апрель. В июне у Стаси намечался отпуск, после которого возвращаться в магазин она уже не намеревалась. Она планировала использовать эти две недели для поиска другой работы.
  У Стаси имелись кое-какие накопления, благодаря которым они с Димкой могли бы продержаться пару - тройку месяцев, если все обернется не слишком удачно. А потом она была уверена, что сумеет хоть что-нибудь подыскать. Стася на тот момент была готова, в принципе, на что угодно. Лишь бы не сидеть здесь больше за кассой.
  Ей казалось, что ужаснее этого уже не может быть ничего.
  Разумеется, Стася не скрывала от окружающих, что ищет другую работу. Знакомых у нее было не так уж и много, - а друзей и того меньше, - но она всем сообщила об этом и просила позвонить ей, если кто-нибудь из них услышит о чем-то подходящем. Правда, это она сделала, скорее, ради подстраховки. На самом деле Стася не слишком надеялась на чью-либо помощь, потому что давно уже привыкла рассчитывать только лишь на себя и на свои собственные силы. Но на этот раз она, к счастью для самой себя, ошибалась.
  В их магазин частенько заходила девочка, вместе с которой Стася когда-то училась в техникуме. Тогда они с ней не дружили, - и даже вообще не общались, если уж говорить начистоту. Но теперь, узнав друг друга, изредка перебрасывались парой словечек. Стася никогда не спрашивала, где именно Лана работает, но та выглядела вполне благополучной и успешной. Тогда как Стася в последнее время уже начинала казаться самой себе какой-то злобной неудачницей, и это ее очень расстраивало.
  Стася как-то мимоходом упомянула при Лане, что собирается в ближайшее время увольняться из магазина. Но она никогда даже и не помышляла серьезно о том, что бывшая одногруппница, не слишком любившая ее в годы совместной учебы, сможет хоть чем-нибудь ей помочь. Пока Лана однажды не спросила ее:
  - Стася, а на какую зарплату ты рассчитываешь?..
  - Да я даже и не знаю... - пожала плечами Стася. - Здесь у меня выходит чуть больше десяти тысяч. - События происходили примерно в 2011 году. - Но я согласилась бы и на меньшую, лишь бы уйти отсюда!
  - Ну, у нас только десять тысяч получается, но, если ты не против... - неуверенно произнесла Лана. - Только ездить далеко, - на другой конец города...
  - А что делать-то надо? - тут же ухватилась за эту мысль Стася. - Чем вы занимаетесь?
  - Ломбард и ювелирный магазин... - почему-то по-прежнему нерешительно проговорила Лана.
  Особенно долго беседовать им было никак, - Стасю и так уже со всех сторон окликали коллеги и просили заняться делом. Но Лана все-таки быстро сумела объяснить ей, что работает в организации, которой принадлежит крупная сеть ломбардов в разных городах. Сама Лана уже несколько лет работала в центральном отделении в их городе; это был довольно большой ювелирный магазин, состоящий из двух отделов, и ломбард. Помимо этого магазина, существовало еще несколько маленьких "точек" в разных районах. Но там, естественно, проходимость была поменьше, - как, правда, и зарплата.
  И вот как раз на одну из таких "точек" и требовался сейчас сотрудник.
  - Ты там, конечно, будешь не одна, а с охранником, - пояснила Лана. - У нас обучение две недели; оно оплачивается. Правда, чисто символически, всего двести рублей в день, - как говорится, на дорогу, - но все-таки... Да и длится обучение не целый день, а всего часа два - три, - как получится, по обстоятельствам... Тебя всему научат: и как проверять золото, и как пользоваться реактивами, и как документы оформлять... Компьютерные программы у нас простые; если ты хоть немного знаешь компьютер, то быстро освоишь... Когда у тебя выходной?
  - Завтра, - ответила Стася.
  - Я дам тебе адрес, приезжай, посмотришь... Меня, правда, завтра не будет, у меня тоже выходной... Спросишь Арину. Она тебе все, как следует, объяснит, покажет... Может, тебе и не понравится... Такая работа не всем подходит...
  Лана говорила все это как-то не слишком уверенно, но Стася уже только потом поняла причину этой ее нерешительности. Она всерьез опасалась, что, если новая работа по какой-то причине Стасе не понравится, то она потом будет винить в этом ее, Лану, за то, что она ей это предложила. Работа в ломбарде, как оказалось впоследствии, действительно была несколько специфической и подходила далеко не всем и не каждому. Но, честно говоря, на том этапе Стася уже настолько устала от своего нынешнего занятия, что действительно уже была согласна практически на что угодно, лишь бы только уйти из этого магазина. И, хотя эта возможность подвернулась ей достаточно неожиданно, и в данный момент Стася, несмотря ни на что, как-то внутренне еще оказалась не вполне готовой к кардинальным переменам в своей жизни, она решила попробовать.
  Особых сомнений у Стаси, правда, изначально не было. Она давно уже решила, что будет увольняться из магазина, и все равно сделала бы это, - не сегодня, так завтра. Просто через пару месяцев у нее был запланирован отпуск, и ей очень жаль было его терять, потому что она безумно устала от своей работы и собиралась хорошенько отдохнуть. Но, в то же время, Стася прекрасно понимала, что, если сейчас упустит эту возможность, то потом подобного шанса может уже попросту не быть.
  Поэтому она улучила минутку, когда посетителей в магазине стало чуть поменьше, и сбегала позвонить домой.
  - Дима, я хочу с тобой посоветоваться! - сказала Олеся сыну, когда он взял трубку. - Мне предложили другую работу. В ломбарде.
  - Соглашайся! - тут же без лишних раздумий проговорил ее ребенок, которому, очевидно, давно уже надоели ее постоянные жалобы на магазин, на покупателей и на тяжелые условия работы.
  - Ну, ты так сразу!.. - рассмеялась Стася. Ей не хватало Димкиной решительности. - Нужно сначала хотя бы съездить, посмотреть, что за работа!.. Страшно так вот сразу соглашаться!.. Это же как кота в мешке покупать!..
  - Мам, я тебя вообще не понимаю!.. - заявил Стасе ее на редкость разумный и рассудительный двенадцатилетний сын. - Ты же все равно собираешься увольняться из магазина, но не была уверена, сможешь ли ты быстро найти работу?.. А тут тебе ее предлагают! Ну, так и соглашайся!.. Хуже, чем здесь, уже не будет! А не понравится, - найдешь другую! Ты уже написала заявление?..
  - Нет, - покачала головой Стася. - У меня завтра выходной, и я хочу сначала съездить туда и посмотреть. Если меня все устроит, я смогу на обратном пути сразу же заехать в магазин и написать заявление!
  - А кто тебе предложил эту работу? - поинтересовался Димка.
  - Одна девочка, с которой мы вместе учились в техникуме, - пояснила Стася.
  - Ты с ней вместе будешь работать?
  - Нет. - Стася и сама пока еще не понимала, радует ее это или огорчает. - Как я поняла, у них много точек по всему городу, и на одной из них девочка уволилась. Только ездить придется очень далеко, на другой конец города!
  - А что там надо делать? - поинтересовался Димка.
  - Как я поняла с ее слов, там ломбард и небольшой ювелирный магазинчик. Я там буду вместе с охранником. График, она сказала, три - один, - то есть, три рабочих дня, один - выходной.
  - Ну, так и соглашайся!.. - настойчиво повторил Димка.
  - Но я вот еще из-за чего переживаю!.. Если я прямо сейчас перейду, это будет означать, что этим летом я останусь без отпуска, и мы не сможем никуда поехать отдыхать! - привела Стася свой последний аргумент.
  - Ну, и что?.. - вполне резонно и спокойно согласился ее, как уже упоминалось, на редкость взрослый и разумный сын. - Новая работа важнее!..
  Девчонки, - другие сотрудницы магазина, - которым Стася рассказала о поступившем ей предложении, тоже советовали ей особенно не раздумывать. Коллектив у них здесь реально был очень хороший, но из-за жутких условий труда практически все подумывали о другой работе. Да и сама Стася, честно говоря, на самом деле практически и не сомневалась в том, что ей следует согласиться. Она давно уже готова была уйти отсюда, куда глаза глядят, - а тут все-таки подвернулся интересный вариант, хоть пока и непонятно еще было, насколько он в действительности хорош. Но разум подсказывал Стасе, что стоит, наверное, все-таки посмотреть хоть одним глазком на то, что ей предлагают, чтобы действительно совсем уж не покупать кота в мешке...
  Стася реально была согласна практически на все... Но вдруг там ее ждет нечто совсем уж неприемлемое, в сравнении с чем магазин и то покажется раем земным?..
  Но в реальности все, на первый взгляд, выглядело вполне цивилизованно. Стася познакомилась с девочками, которые работали в ломбарде, послушала, что они говорят, и убедилась, что, в принципе, обучиться работать с золотом действительно вполне реально. После этого она съездила в свой магазин и написала заявление.
  Разумеется, теперь Стасе еще необходимо было отработать положенные ей по закону две недели. Но как раз за это время в выходные можно было пройти курс обучения в самом ломбарде, чтобы потом уже сразу можно было приступать к работе. Обучение, кстати, оказалось совсем не трудным, - хотя, что греха таить, поначалу и страшно было до безумия, и руки дрожали... Но не боги горшки обжигают!.. И уже через две недели Стася была готова работать самостоятельно.
  Стасин ломбард располагался прямо на первом этаже жилого дома. Она сидела в малюсенькой комнатке с запирающейся металлической дверью и решеткой на окнах. Охранник находился в небольшом предбаннике между самим ломбардом и входной дверью, - именно здесь располагались и заходившие посетители. Народу обычно бывало немного: всего человек пять - десять в день. И поначалу Стасе, конечно же, было жутковато работать самостоятельно. Она очень боялась ошибиться и принять не золото, потому что за подобную ошибку ей пришлось бы расплачиваться из собственного кармана. Но уже через пару недель она поднавтыкалась и перестала бояться, а через месяц вообще чувствовала себя здесь спокойно и уверенно.
  Охранник, - мужчина средних лет, которого звали Коля, - очень помог Стасе на первых порах. Он работал здесь уже давно; знал о целой куче подводных камней, и поначалу давал Стасе немало ценных советов, пока она сама не уяснила все тонкости работы. Он же в первые дни успокаивал особенно нетерпеливых посетителей, недовольных слишком медленной, на их взгляд, работой товароведа, - особенно, поначалу, когда у Стаси еще руки дрожали, и мысли в голове от страха путались. А потом у нее уже все стало получаться, словно само собой, и эта проблема отпала.
  Конечно, на самом деле не все было так гладко, как хотелось бы. Случались и конфликты, - да и просто различные неприятные ситуации возникали время от времени. Но при таком количестве посетителей это было для Стаси уже совершенно не страшно, ведь все происходящее виделось ей теперь под призмой ее предыдущей работы. Сидя за кассой в супермаркете, за день, бывало, узнаешь о себе столько нового, что уши вянут, и при этом даже ответить ничего на это не можешь, потому что по нашим чудесным законам покупатель всегда прав.
  А здесь, к счастью, была возможность ставить особенно наглых посетителей на место. Был тот же Коля, который, в случае необходимости, попросту выпроваживал их за дверь; кроме того, по внутренним правилам самого ломбарда, Стася имела право не обслуживать людей, которые вели себя нагло, вызывающе, грубо, - или же были, например, пьяными. Также в любой момент можно было вызвать полицию, - если есть хоть малейший намек на опасность или же даже просто неадекватное поведение со стороны посетителей.
  В общем, пока в этой новой работе Стасю устраивало все. И она ни разу ни на миг не пожалела о том, что перешла сюда.
  Былая работа в супермаркете представлялась ей теперь страшным сном.
  Иногда Стася общалась с девчонками, работавшими в соседних магазинчиках. Кто-то из них нравился ей больше, кто-то - меньше, но, в общем и целом, все было нормально. И Стася понемногу начала оттаивать и приходить в себя после того кошмара, в котором провела последние пару лет своей жизни.
  Впервые за многие годы Стася была полностью довольна своей работой. К тому же, она, - эта работа, - была совершенно необременительной. При десяти, максимум, посетителях в день, у Стаси оставалось время и отдохнуть, и почитать книжку, и поиграть в компьютер. Да и зарплата, как выяснилось вскоре, оказалась побольше, чем изначально обещала ей Лана. Так что, по большому счету, Стасина жизнь начала постепенно налаживаться. И теперь она уже могла без страха смотреть в завтрашний день, не ожидая от судьбы особых подвохов.
  К сожалению, Николая, спустя несколько недель, перевели работать в другую организацию, поближе к дому. Он давно просил об этом, и, наконец-то, такая возможность появилась. Вместо него в Стасин ломбард пришли сразу два новых охранника, работающих по очереди, в графике два - два.
  Один из них, Глеб Мартынович, был дяденькой уже довольно пожилым. С ним у Стаси, к счастью, никогда не возникало никаких проблем. Он мог быть в меру разговорчивым, - когда у самой Стаси вдруг появлялось желание поболтать. В то же время, если Стася, например, была занята, - или же просто читала книжку, или играла, - Глеб Мартынович никогда не мешал ей, не навязывался и не отвлекал. Он просто спокойно сидел на своем стуле, не привлекая внимания.
  Мартыныч сразу же, с первых же дней, перезнакомился со всеми соседями и подружился с ними. Он был дружелюбным, добрым, отзывчивым и всегда с удовольствием помогал им, если нужно было, например, открыть тяжелую дверь или ввернуть лампочку. Благодаря своей общительности, он без труда находил общий язык с посетителями и, в меру сил, старался помогать Стасе. Работать с ним было одно удовольствие.
  А вот со вторым охранником как-то сразу не заладилось. И он с первого же дня стал доставлять Стасе немало проблем.
  Он был помоложе Мартыныча, - на вид ему было примерно лет пятьдесят, - а уж подробности Стася не уточняла. Невысокий ростом, худощавый и довольно щуплый, - он со спины легко мог сойти практически за подростка. Но только вот лицо сразу же выдавало и его истинный возраст, и его пагубные привычки. Достаточно было бросить на него один только взгляд, чтобы понять, что этот побитый жизнью и изъеденный молью мужчинка пьет, как не в себя, практически не просыхая. Стася так сразу же и сказала Мартынычу, когда увидела его в первый раз. Но наивный Глеб Мартынович, который был слишком добродушным, дружелюбным и искренне видел во всех окружающих друзей, тут же попытался заверить ее в том, что ей это просто показалось.
  Но, увы, тут Стася не ошиблась.
  Этого второго охранника звали Александр Александрович Гречкин. Разумеется, он с самого начала принялся настаивать, чтобы Стася обращалась к нему просто по имени и на "ты". Но она сама прекрасно понимала, что они здесь работают в слишком замкнутом пространстве, - и поэтому стоит сразу же обозначить некоторые границы и не допускать излишней фамильярности. Стася пыталась таким образом избежать грядущие неприятности, которые она уже тогда предчувствовала. Поэтому она всегда и неизменно называла его "Сан Санычем" и на "вы".
  Впрочем, - тут уж ничего нельзя сказать, - но первые пару недель он как-то держался. Наверное, изо всех сил. В эти дни у Стаси к нему пока особых претензий не было. Кроме, разве что, одной. Сан Саныч был ну очень разговорчивый! Он болтал просто без умолку. Целыми днями он без устали рассказывал Стасе о себе, о своей жизни, о жене и о сыне. Вроде бы, ничего плохого в этом не было, - но он совершенно не давал Стасе заниматься своими делами. Он только говорил, говорил и говорил...
  Как Стася поняла из рассказов Сан Саныча, в последние годы он нигде подолгу не работал. Правда, об истинных причинах увольнений со своих многочисленных предыдущих работ он тактично помалкивал. Из чего Стася, разумеется, небезосновательно, сделала вывод, что его попросту отовсюду выгоняли за пьянку.
  Уже пару недель спустя, Сан Саныч стал приходить на работу с очень большого похмелья. Причем, у Стаси вскоре создалось впечатление, что, выходя на улицу покурить, он также "поправляет здоровье". Он сам, правда, категорически отрицал это, но как иначе можно было объяснить то, что к вечеру он уже вообще едва держался на ногах?..
  Он сам оправдывал это просто очень слабым здоровьем и истощенным организмом.
  Стася заметила, что после подобных "перекуров" Сан Саныч становился еще более общительным и разговорчивым. Он целыми днями "веселил" ее, рассказывая ей анекдоты, которые с каждым днем становились все более похабными.
  Спустя еще несколько смен, несмотря на все попытки Стаси держать дистанцию, рассуждения Сан Саныча как-то постепенно, словно сами собой, стали переходить на тему того, какая Стася замечательная расчудесная раскрасавица, - вот бы ему такую!.. Да он бы на руках ее носил всю жизнь и пылинки сдувал!..
  Стася скептически приподнимала бровь, окидывая взглядом едва держащегося на ногах такого перспективного кавалера...
  Нет, надо отдать ему должное, - Сан Саныч никогда не приставал к Стасе, не делал ей никаких неприличных намеков, - кроме подобных вот утверждений. Напротив, время от времени он так же охотно пускался в рассуждения о том, какая у него прекрасная жена, как ему повезло с ней, и как он всю жизнь с ней счастлив...
  Стася невольно усмехалась про себя. Еще бы ему не быть с ней счастливым!.. Ведь, как Стася поняла из слов самого Сан Саныча, именно его супруга, торгуя на базаре, в последние годы содержала всю их семью; именно на ее деньги была куплена шикарная трехкомнатная квартира в новом доме с улучшенной планировкой, и именно она так любила и ценила своего мужа за какие-то там заслуги, что почему-то охотно позволяла ему пить и не работать...
  Да на такую всепонимающую жену молиться надо было!.. Впрочем, вполне возможно, он это и делал.
  Поскольку график у Стаси был три - один, а у охранников - два-два, она изначально подгадала так, чтобы ей два дня работать с Мартынычем, и только один - с Сан Санычем. Она надеялась, что так у него будет меньше шансов что-нибудь учудить непосредственно в ее смену. Но это, к сожалению, не помогло. Охранник с каждой сменой распускался все больше. Вскоре он даже перестал скрывать, что приходит на работу с бутылкой, и Стася, не сталкивавшаяся еще в своей жизни ни с чем подобным, поначалу просто растерялась от такой наглости.
  Но, еще пару дней спустя, Сан Санычу и этого стало мало. И он повадился прямо во время перекуров наведываться в ларек, расположенный буквально в двух шагах от ломбарда, где продавали спиртное порциями. 
  Стася, признаться, оказалась в довольно затруднительном положении и не знала поначалу, как правильно на это реагировать. По-хорошему он понимать не желал. Что ей следовало сделать? Пожаловаться его начальству?.. Наверное, ей так и стоило бы поступить, - но Стасе просто жалко его было, чисто по-человечески, - да и не была она стукачкой по натуре, и ей попросту противно было кляузничать на кого-то... Она просто по-хорошему предлагала ему взять себя в руки и прекратить выпивать на рабочем месте. Но это было бессмысленно.
  В общем, как справедливо говорится, дорога в ад вымощена благими намерениями... Стася не решилась сразу же пожаловаться на Сан Саныча, не желая подставлять его и надеясь, что он сам образумится и остановится. А Сан Саныч тем временем, очевидно, прекрасно понимая свою безнаказанность, вообще потерял всякий стыд...
  Денег на водку ему жена, похоже, не давала, потому что он постоянно начал клянчить их у Стаси.
  - Стась!.. А Стась!.. - целыми днями напролет ныл он, облокотившись на навесной столик под окошком ломбарда. - Дай пять рублей!.. Ну, Ста-а-а-ась!.. Дай пять рублей!.. Ну, Ста-а-а-а-а-ась!.. Ну, дай пять рублей!..
  И все это могло продолжаться часами...
  Стася одергивала его, временами довольно резко; она говорила ему, что он ей мешает. Сан Саныч кивал, извинялся, садился на свой стул... Для того, чтобы, спустя пять минут, снова повиснуть на окошке с прежней песней.
  - Стась!.. Ну, Ста-а-а-а-а-ась!.. Ну, дай пять рублей!..
  Иногда у Стаси уже больше не выдерживали нервы, и она давала ему деньги, - чисто для того, чтобы он отвязался от нее и хоть ненадолго оставил ее в покое. Он тут же убегал, довольный и счастливый, опрокидывал стопку в наливайке, а потом снова вешался на ее окошко и начинал ныть:
  - Ста-а-ась!.. Ну, Ста-а-а-а-а-ась!.. Ну, дай еще пять рублей!..
  Правда, надо отдать ему должное, - деньги он всегда исправно возвращал в следующую же смену. Тут уж Стася ничего не могла сказать. Сан Саныч честно возвращал все, до копейки. Для того, чтобы уже через полчаса начать выклянчивать их обратно...
  Ситуация, благодаря такому вот невольному и глупому попустительству со стороны Стаси, сложилась совершенно дурацкая, и, в то же время, как ей казалось тогда, безвыходная. Но Стася реально не знала, как ей следовало себя вести. В смены Мартыныча она постоянно жаловалась ему на Сан Саныча. Да тот и сам теперь уже видел, что представляет из себя его сменщик, потому что живущий поблизости Сан Саныч повадился и в свои выходные приходить к ним в ломбард с бутылкой и настойчиво пытаться их угостить. Признаться честно, к тому времени он надоел Стасе уже просто до коликов. Она все еще никак не решалась сама избавиться от него, но при этом уже почему-то чувствовала, что он здесь долго не проработает.
  В принципе, так и получилось.
  Однажды к концу дня Сан Саныч напился просто до поросячьего визга. Он нес такую околесицу, что у нормального человека, наверное, просто уши могли бы завянуть от всего этого, - если бы только можно было вообще разобрать смысл его нечленораздельных бредней. В какой-то момент он вышел на улицу, увидел пробегающую мимо собаку, - очевидно, бездомную, - и очень долго передразнивал ее. Пес в долгу не остался, и поэтому они с ним часа два, наверное, лаяли друг на друга, и никто не хотел отступать...
  В конце смены Стася уже просто готова была завизжать от ярости. Но даже пытаться что-то говорить человеку, находившемуся в таком состоянии, на тот момент было совершенно бесполезно...
  И тогда Стася твердо решила, что, как бы ни было ей жаль "хорошего человека", но в следующий раз она сразу же позвонит его начальству и попросит его убрать.
  Словно предчувствуя что-то, - а вероятнее всего, просто заметив перемены в ее настроении, - следующие несколько смен Сан Саныч вел себя тише воды, ниже травы. Даже придраться было не к чему, при всем желании. Потом понемногу снова начал потихоньку бегать в ларек, - типа, тайком от Стаси. Но пока держал себя в руках и не безобразничал.
  До определенного момента.
  В то время Сан Саныч вдруг повадился встречать Стасю по утрам с автобуса и, несмотря на ее возражения, провожать по вечерам на остановку, хотя ему надо было совсем в другую сторону. Это преподносилось Стасе следующим образом: мол, видишь, как сильно я тебя люблю; даже встречаю и провожаю каждый день; для твоей сменщицы я этого не делаю!.. В ответ Стася лишь еще более демонстративно обращалась к нему на "вы" и по имени-отчеству, чтобы лишний раз подчеркнуть дистанцию между ними. Сан Саныч делал вид, что смертельно обижается, - аж чуть ли не до слез!.. А Стася каждый день ломала голову над тем, как перенаправить всю эту нелепую ситуацию в нужную сторону. Разумом она прекрасно понимала, что от этого человека надо срочно избавляться, потому что он уже совсем берега попутал... Но все это было так неудобно...
  Развязка естественным образом произошла в конце июня.
  В тот день Сан Саныч опять уже с самого утра был никакой. Он то плакал, то смеялся, то объяснялся Стасе в любви и клялся в верности навек, то снова принимался клянчить у нее деньги, то травил пошлые анекдоты, то грозился вот прямо сейчас уйти домой... Часам к двенадцати у Стаси уже просто крыша от всего этого начала ехать...
  Все это время Стася демонстративно занималась своими делами, отвернувшись от него. Сан Саныч, не переставая, ныл, повиснув на окошке ломбарда. На ногах он уже практически не держался. Несколько раз Стасе просто приходилось одергивать его, говоря, что он ей мешает. Обычно этого хватало на какое-то время, и Сан Саныч успокаивался и умолкал. Но в тот день он, очевидно, был слишком пьяным, чтобы хоть что-то вообще понимать. И поэтому, в ответ на слова Стаси, он тут же начинал канючить еще громче:
  - Может, мне вообще уйти?.. А, Стась?.. Может, мне совсем уйти, если я тебе не нужен?.. Ну?.. Так мне уйти?.. Я ведь могу уйти домой!.. А, Ста-а-ась?.. Ну, Ста-а-а-а-ась!.. Ну, дай мне еще пять рублей!.. Ста-а-а-а-а-а-ась!.. А то ведь я уйду!..
  И, когда он уже раз в пятидесятый завел эту песню, Стася, наконец, не удержалась.
  - А знаете, что, Сан Саныч?.. - сказала вдруг она, поворачиваясь к нему. Ее уже буквально трясло от злости и отвращения. - Если хотите, можете идти!.. Я вас не держу!..
  - Так мне уйти?.. - тут же вскинулся он. - Да?.. Мне уйти?..
  - Да ради Бога!.. - ответила ему Стася. - Если хотите уйти, - уходите!.. Мне здесь угрожать этим нечего!..
  - Ну, тогда я пошел!.. - гордо заявил Сан Саныч, закинул свою сумку на плечо и тут же испарился, - словно это и не он буквально не держался на ногах еще секунду назад.
  Признаться честно, Стася никак не думала, что он решится уйти на самом деле. Все-таки, - что ни говори, - но это была его работа, и он получал за нее деньги, хоть и совсем крошечные. У Стаси даже поначалу мелькнула мысль о том, что он просто выйдет на улицу, - чтобы, типа, "попугать" ее, - а потом вернется. Ей не верилось, что у человека может напрочь отсутствовать чувство хоть какой-то ответственности. Они ведь с ним не в детском саду горшки не поделили; он был охранником в ювелирном магазине, где только на витрине было ценностей примерно на четыре миллиона рублей!.. А это не шутки...
  Но Сан Саныч не возвращался. Стася вышла из ломбарда на улицу. Она была пустынна...
  Недоуменно покачав головой, Стася вернулась назад. Ей все еще никак не верилось до конца, что он действительно мог уйти. Нет, она ни на миг не пожалела о том, что выгнала его, и не была испугана тем, что осталась здесь одна, - просто так, вроде бы, дела не делаются!.. Они оба, якобы, были вполне разумными дееспособными взрослыми людьми, - по крайней мере, в теории. Если ему надоела его работа, - он мог бы просто поставить в известность об этом свое начальство и уволиться. Но уйти?.. С рабочего места, в самый разгар смены?.. У Стаси все это просто в голове никак не укладывалось.
  Часа два она сидела в ломбарде одна. Конечно, Стася прекрасно понимала, что ей следовало бы сразу же позвонить оперативному дежурному и сообщить, что она осталась без охраны, но она пока выжидала. Ей просто все еще не верилось, что Сан Саныч не образумится и не вернется, а потому, опять же, ей не хотелось лишний раз подставлять его.
  Конечно, Стася прекрасно осознавала, что больше так продолжаться не может, и была намерена серьезно поговорить с Сан Санычем по поводу его недопустимого поведения и предупредить, что в следующий раз она обязательно сообщит обо всем его начальству. Но он так и не вернулся.
  Через два часа Стася все-таки набрала номер оперативного дежурного. Дальше тянуть было уже просто некуда.
  - Здравствуйте! Это ломбард. - Стася назвала свой адрес. - Дело в том, что у меня ушел охранник!
  - Как - ушел?! - ахнул оперативный дежурный.
  - Очень просто, - Стася не сумела сдержать нервного смешка при виде его изумления. - Совсем ушел. Еще два часа назад. Я просто не стала сразу звонить вам, потому что еще надеялась, что он одумается и вернется. Но, наверное, больше ждать уже не стоит?..
  - А он... - Оперативный дежурный чуть замялся, очевидно, пытаясь подобрать подходящее слово. - Он был адекватен?
  - Нет. Совсем неадекватен, - ответила Стася даже с удовольствием. Может быть, она и не стала бы сама заговаривать об этом, но раз уж ее спросили... - Он был пьяным уже с самого утра. Причем, настолько, что вообще лыка не вязал. И, в конце концов, ушел!
  - У меня просто в голове не укладывается!.. - аж с ужасом в голосе воскликнул оперативный дежурный. - Как он мог уйти?.. Я сам много лет был охранником в ломбарде и прекрасно понимаю, что это за работа!.. Как он мог вас оставить?!
  - А вот так!.. - снова невольно и невесело усмехнулась Стася. - Запросто!.. Честно говоря, он и раньше частенько приходил пьяный. Давно, наверное, нужно было уже позвонить вам и сообщить об этом! Но как-то просто жалко было человека. И вот - результат!..
  - Не волнуйтесь, я сейчас пришлю к вам другого охранника! - заверил ее оперативный дежурный. - А с этим мы разберемся!..
  - Хорошо, спасибо! - согласилась Стася.
  Меньше, чем через час, прибежал взволнованный Мартыныч.
  - Что у вас тут случилось? - обеспокоено спросил он. - Где Сан Саныч?.. Оперативный ничего не объяснил мне по телефону; просто попросил подъехать! Сказал, что у вас тут проблемы!
  - Сан Саныч ушел, - просто ответила ему Стася.
  Мартыныч так и сел, - хорошо еще, что не мимо стула.
  - Как - ушел?.. - таким же ошарашенным тоном, как и оперативный дежурный чуть ранее, пробормотал он.
  Стася подробно обрисовала ему ситуацию, не упустив ничего.
  - Так ты бы хоть не звонила сразу оперативному!.. - расстроился добрый Мартыныч. - Позвонила бы мне; я бы и сам сразу же подъехал!.. Может, он еще придет в себя и одумается, а теперь его, наверное, уволят!..
  Стася покачала головой и пояснила:
  - А я и так не стала сразу звонить оперативному, а дала ему время одуматься! Глеб Мартыныч, так все равно не могло уже дальше продолжаться! Он в последнее время вообще уже просто не просыхал! Я же и раньше говорила вам, что он сильно пьет, но сейчас это уже перешло все допустимые границы! Как бы то ни было, - я все равно не смогу больше с ним работать!.. У меня здесь не бордель, в конце концов, а ювелирный магазин!
  - Да все я понимаю, Стася... - огорченно закивал головой Мартыныч. - Но, может, он сейчас протрезвеет и одумается? Придет к тебе завтра, попросит прощения, а?.. Все-таки, по-хорошему хотелось бы, без обид...
  Стасе тоже очень хотелось бы по-хорошему, - именно поэтому она и терпела все выходки Гречкина аж на протяжении нескольких недель. Но больше она не намерена была делать это ни при каких условиях. Правда, если бы Сан Саныч действительно пришел и извинился... Стася не знала сейчас, смогла бы она, в таком случае, продолжать работать с ним или же все-таки нет... Возможно, если бы он взял себя в руки, до первого замечания... По крайней мере, можно было бы четко обозначить ему именно такие условия...
  Но Стасе не представилось возможности это сделать. Потому что Сан Санычу, очевидно, даже и в голову не пришло извиниться за свою дикую выходку.
  Мартыныч, тем временем, отработал две его смены. Потом - две свои... Сан Саныч за эти дни так и не объявился, - да и слава Богу!.. Оперативный дежурный тоже ничего не упоминал о нем. И, в свою последнюю "законную" смену, Мартыныч сам спросил об этом у оперативного дежурного.
  - Я ведь уже шесть дней без выходных работаю... - не слишком решительно напомнил он. - Завтра должна быть не моя смена... Кто будет работать вместо меня?
  - Как - кто?.. - похоже, искренне удивился оперативный. В тот день, очевидно, дежурил другой человек, - не тот, с которым сама Стася разговаривала в прошлый раз. - У меня записано, что придет ваш сменщик, Гречкин Александр Александрович!
  Мартыныч аж дара речи лишился от изумления. А сама Стася, слышавшая весь этот разговор, вообще чуть со стула не упала.
  - Гречкин?.. - ошарашено переспросил Мартыныч. - А он точно придет?..
  - Да, точно! - уверенно подтвердил оперативный дежурный. - Ему звонили, и он согласился выйти!
  Мартыныч поблагодарил его и повесил трубку, недоуменно глядя на Стасю и хлопая глазами.
  - Значит, Сан Саныч придет... - задумчиво пробормотал он.
  Поначалу Стася, признаться честно, просто растерялась от неожиданности. После всего, что произошло, она просто никак даже и не думала, что все может вот так обернуться и, типа, вернуться на круги своя. Да ей даже и в голову не приходило, что у Гречкина, после его безобразной выходки, может хватить наглости снова заявиться сюда, как ни в чем не бывало. Но она быстро пришла в себя.
  В свое время еще Коля, на прощанье, объяснял Стасе, что, если у нее когда-нибудь возникнут какие-то проблемы с новым охранником, - или даже если он просто по каким-то причинам не будет ее устраивать, - нужно сразу же звонить оперативному дежурному, говорить об этом, и его заменят. Именно это Стася и собиралась сейчас сделать. Более того, - если оперативный дежурный по каким-то своим понятиям не пойдет ей навстречу и все равно будет настаивать на кандидатуре Гречкина, - Стася собиралась связаться со своим начальством и объяснить сложившуюся ситуацию. Она была на все сто процентов уверена в том, что директор ломбарда не потерпит вечно пьяного сотрудника, - да еще и самовольно покинувшего свой пост в самый разгар рабочего дня!..
  - Да ладно, Стася!.. - тараторил тем временем добрый Мартыныч, пока она пару секунд переосмысливала все это и решала, что делать. - Не сердись ты на него!.. Пусть работает, если хочет!..
  - Только через мой труп!.. - злобно процедила Стася, решительно придвигая к себе телефон. - Здесь он работать больше не будет!..
  - Да ладно тебе, не сердись!.. - все еще тщетно пытался уговорить ее Мартыныч. - Может, он уже одумался!..
  - Глеб Мартынович, мне все равно, одумался он или нет! - твердо заявила ему Стася. - Я вам уже сказала, что этот человек здесь работать не будет! Если потребуется, - я позвоню своему директору, - но его ноги здесь не будет!..
  - Ну, давай я договорюсь с оперативным, чтобы он тогда работал только один день с твоей сменщицей, если ты совсем не хочешь его видеть, а я согласен потом три дня работать с тобой!.. - предпринял последнюю попытку уговорить ее Мартыныч.
  - Глеб Мартынович, этот человек нажрался до глюков и запросто ушел с работы в середине дня!.. - жестко проговорила Стася, строго глядя на переминающегося с ноги на ногу охранника. - Где гарантия, что он завтра снова так же не уйдет? Как я вообще могу доверять такому человеку после подобной выходки?.. У меня здесь золота на несколько миллионов! Откуда я знаю, что ему в следующий раз придет в голову в пьяном бреду?..
  - Ну, ты, конечно, все правильно говоришь, - развел руками Мартыныч, - просто ругаться не хочется...
  - А я и не собираюсь ни с кем ругаться, - спокойно заявила Стася. - Я просто хочу позвонить вашему оперативному дежурному и сказать, что такой охранник меня не устраивает!
  - Ну, смотри... - огорчился еще больше Мартыныч. - Хотя, может, ты и права...
  Стася знала точно, что она права. Поэтому она без малейших колебаний набрала номер оперативного дежурного и проговорила:
  - Здравствуйте! Вы сейчас сказали моему охраннику, что завтра здесь будет работать Гречкин. Я категорически против этого! В свою последнюю смену здесь он попросту напился до невменяемости и ушел с работы средь бела дня! Мне здесь такого охранника больше не надо!
  - Извините, я ничего не знал! - принялся оправдываться оперативный дежурный, и, похоже, он говорил действительно искренне. - Мне просто оставили записку, что он завтра выйдет на работу!
  - В последнюю смену, когда он здесь работал, он уже утром пришел пьяный, потом добавил в соседней наливайке, а потом вообще попросту ушел, потому что я отказалась одолжить ему еще денег на выпивку! - снова пояснила Стася. - До этого он тоже частенько напивался, но я не жаловалась, - до поры, до времени, - потому что мне просто жаль было человека, и я надеялась, что он возьмет себя в руки! Но после этой его выходки мое руководство просто не может допустить, чтобы он здесь работал! Сами понимаете, у нас здесь ломбард и ювелирный магазин; здесь материальных ценностей на несколько миллионов! Мы не можем допустить, чтобы наши охранники так вели себя!
  - Да, да, я вас прекрасно понимаю! - поспешно согласился с ней оперативный дежурный. Может быть, напугался возможных неприятностей, если эта история получит огласку. - Не волнуйтесь, он больше у вас работать не будет! Я просто не знал ситуацию! Но теперь я все понял, и мы сейчас будем решать этот вопрос! Мы с вами еще свяжемся!..
  - Спасибо вам большое! - с облегчением в голосе сказала Стася и повесила трубку.
  Мартыныч смотрел на нее с восхищением, как на героиню. Сам-то он, как Стася давно уже поняла, был дяденькой очень покладистым, - даже слишком. Он предпочитал лучше со всеми согласиться и смириться, чем спорить и что-то кому-то доказывать, - даже в ущерб самому себе. Сама Стася, кстати, тоже терпеть не могла конфликты и была бы очень рада без них обойтись. Но в данном конкретном случае это было уже попросту невозможно.
  Через четверть часа оперативный дежурный перезвонил Мартынычу и попросил его поработать еще пару дней без выходных, пока они не найдут нового охранника ему на смену. И тот, разумеется, согласился.
  На какой-то момент Стася, признаться, почувствовала себя очень сильно виноватой перед Глебом Мартыновичем из-за того, что ему теперь придется и дальше работать без выходных. Но тут уж она ничего не могла поделать.
  - Вы меня извините, Глеб Мартынович, - сказала ему Стася. - Я понимаю, что невольно подставила вас таким образом! Но, поймите, я не могу допустить, чтобы Гречкин продолжал работать здесь!
  - Да я все понимаю, Стася! - миролюбиво кивнул Мартыныч. - Ладно, поработаю я... Мне деньги нужны! Я ведь вполне мог бы и не соглашаться! Я устраивался сюда на график два - два, - так что я вполне мог бы просто отказаться, и пусть бы сами решали свои проблемы, а не за мой счет! Но что мне дома-то просто так сидеть?.. Я уж лучше поработаю!..
  Гречкин все-таки объявился в один из Стасиных выходных дней, - он пришел забрать кое-какие оставленные им здесь вещи. Мартыныч попытался было пристыдить его, но Гречкин нагло заявил, что Стася сама во всем виновата, потому что выгнала его. И был таков.
  Больше они его, к счастью, никогда не видели.
  Еще через несколько дней Мартынычу позвонил оперативный дежурный и сказал, что к ним в ломбард сейчас подъедет новый охранник, который, мол, хочет ознакомиться со своими новыми обязанностями и осмотреть свое рабочее место. Но только вот оперативный дежурный сразу же предупредил Мартыныча, что у этого человека имеется официальная основная работа с трафиком сутки - трое, и здесь он согласен был подрабатывать только один день. Так что у Мартыныча теперь график должен был быть такой же, как и у самой Стаси: три - один.
  Если, мол, его это устроит, - то все так и оставят. А если нет, - значит, это будет временный вариант, пока не найдут человека, готового работать два - два.
  Мартыныч на радостях был согласен на все.
  На пришедшего знакомиться охранника Стася, признаться честно, практически не обратила внимания. Она отметила только чисто машинально про себя, что это был высокий худощавый мужчина, лет сорока с небольшим. Мартыныч долго о чем-то разговаривал с ним, - Стася в это не лезла и занималась своими делами. Уже потом Мартыныч рассказал ей, что его новый сменщик - лицензированный охранник, имеющий, типа, нормальную постоянную работу и просто желающий еще немного подзаработать в свободное время.
  Стасе было все равно, - лишь бы этот новый товарищ умел держать себя в руках и не пил на работе.
  До той поры Стася всегда полагала, что у нее очень хорошо развита интуиция. Но, тем не менее, она реально почти не обратила внимания на пришедшего познакомиться с ними в тот день человека. Ничего внутри у нее в тот момент не ёкнуло, и при этом у нее даже и мысли не возникло о том, что это случайное знакомство надолго выбьет ее из колеи и приведет, в конце концов, к очередной трагедии.
  В тот злополучный день Стася едва удостоила его взглядом и даже и не подумала о том, что ему будет суждено сыграть в ее жизни такую печальную роль.
 

Глава 2. Всколыхнувшиеся надежды.


 
  Его звали Олег Владимирович Марин. И если бы в момент знакомства с ним Стасе кто-нибудь сказал, чем все это закончится, она не поверила бы ни за что на свете.
  В первые дни Стася с ним практически вообще не общалась. Да и поводов для этого особых не было. На улице тогда стояла жара; все двери ломбарда, - кроме Стасиной, с решеткой, - были раскрыты нараспашку, но дышать все равно было нечем. Новый охранник большую часть времени, - когда не было посетителей, разумеется, - загорал на улице. Рядом с входом в ломбард имелся небольшой заборчик, - такими раньше газоны огораживали около домов, - и он или сидел на нем, или же просто прогуливался рядом по дорожке.
  У него постоянно, практически без перерыва, звонил телефон, так что он вечно с кем-то разговаривал. Но, - надо отдать ему при этом должное, - как только на пороге появлялись посетители, все свои беседы он тут же сворачивал и моментально приступал к выполнению своих непосредственных обязанностей. Сама Стася практически не обращала на него внимания и занималась своими делами. Лишь изредка они перебрасывались парой слов по рабочим вопросам. Тогда Стася еще совершенно ничего не знала об этом человеке. Ей было даже не ведомо, женат он или нет, - да ее это и не интересовало, если уж признаться честно. Все мужики для нее давно были на одно лицо, и Стася не видела ни малейшей разницы между ними. Никаких отличий. Все Стасины предыдущие увлечения, к сожалению, не приносили ей ничего, кроме неприятностей, - порой, довольно серьезных, - и разочарования. Поэтому Стасе даже и в голову не приходило строить какие-то там романтические планы в отношении своего нового охранника.
  Даже и мыслей таких нелепых в голове не мелькало.
  Опять же, помня о том, как важно соблюдать субординацию и держать коллег на расстоянии, - хотя в случае с Гречкиным не сработало даже это, - Стася подчеркнуто называла нового охранника по имени-отчеству и на "вы". Олег при этом как-то забавно смущался и постоянно просил ее этого не делать. Стасю безумно веселило это его смущение, и она ничего не могла с собой поделать, - но это действительно было очень смешно, когда взрослый здоровый мужик вдруг краснел, как скромная невинная барышня из пансиона для благородных девиц.
  В принципе, - в общем и целом, - невозможно было отрицать, что этот мужчина, на первый взгляд, производил довольно-таки приятное впечатление. И понемногу Стася даже начала разговаривать с ним, - разумеется, чисто по-дружески. Он был ей очень симпатичен, - но не более того, - и никаких романтических иллюзий не вызывал.
  Рядом с дверью ломбарда находился вход в магазин женской и детской одежды. Продавцы из него, - тоже когда не было покупателей, разумеется, - частенько загорали на крылечке вместе с Олегом. Иногда, не выдержав духоты в помещении, к ним присоединялась и Стася. Это было страшнейшее нарушение всех возможных правил, ведь ей строжайше запрещено было выходить из помещения ломбарда, и, если бы хозяин засек ее, то могло бы сразу же последовать увольнение. Но Стася старалась не задумываться об этом. Сидеть целый день в четырех стенах в тридцатиградусную июльскую жару, - удовольствие тоже, надо заметить, было весьма сомнительное, - и поэтому Стася, наплевав на все писанные и неписанные правила, тоже выходила погреться на солнышке вместе с ними.
  В конце концов, рядом находился ее мужественный охранник, который непременно должен был защитить ее в случае опасности и уж чуть ли не прикрыть собой. Разве не так?..
  Одна из продавщиц соседнего магазина была дамочкой донельзя чудной. Она целыми днями всем, кто желал ее слушать, - да и тем, кто не желал слушать, тоже, - рассказывала о своей большой и светлой любви, которая не так давно осветила ее грешную жизнь. Романтически настроенной дамочке было уже далеко за пятьдесят; выглядела она, признаться честно, весьма жутковато и причудливо, но при этом обладала самомнением, которому могла бы искренне позавидовать королева красоты. Потому что она совершенно искренне, без малейшей ложной скромности, считала себя неотразимой красавицей, при виде которой все встречные мужчины просто штабелями укладываются вдоль дороги.
  История ее великой и светлой любви выглядела при этом весьма и весьма незамысловато. На склоне лет она познакомилась с красавцем - мужчиной, лет на десять моложе ее самой, и их сразу же охватили чистые и искренние чувства. Но только вот злодейка-судьба на время разлучила пылких влюбленных. Сногсшибательному юному мачо срочно пришлось уехать по важной работе на полтора года, и теперь Наташа страдала и изнывала от тоски в разлуке, а также клялась и божилась непременно дождаться своего прекрасного принца, который по тысяче раз в день звонил ей издалека и тоже уверял ее в своей вечной и пламенной любви.
  Не нужно было даже быть Шерлоком Холмсом, чтобы сложить два плюс два и вычислить, что ее драгоценный возлюбленный принц отъехал в места не столь отдаленные, а сама Наташа всего-навсего обычная ждуля. Стася, разумеется, сразу же сказала об этом Мартынычу, - с Олегом они тогда еще вообще не слишком общались, а вот со своим старшим охранником Стася могла кое-что обсудить. Но Мартыныч ей тогда еще не поверил. Он вообще в этом плане был довольно интересный дяденька. Несмотря на солидный уже возраст и жизненный опыт, который должен был накопиться с годами даже невольно и непроизвольно, Мартыныч свято верил только в хорошее и всегда сомневался, если речь заходила о чем-то плохом, не вписывающемся в красивую картинку воображаемой радужной жизни. Это тоже было весьма забавно наблюдать со стороны.
  Наташе Стася, естественно, не стала пока говорить о том, что давно уже разгадала ее загадку, и терпеливо выслушивала ее излияния по поводу того, какой ее принц весь занятой и деловой. Вот так и получилось, что пришлось ему по его необычайно важной работе уехать в столь длительную командировку, отказаться от которой не было ни малейшей возможности, несмотря на его страстную влюбленность и новоприобретенное счастье. Но Наташа клялась и божилась, - уж чуть ли не копытом в грудь себе била, - что будет ждать его, верно и преданно, и потом, когда он, наконец, вернется, у них все будет хорошо, и они вместе побегут навстречу солнцу...
  Стася все ждала, когда же она проболтается об истинных причинах таинственной командировки своего возлюбленного. Не то, чтобы ей это было особенно интересно, - просто для Стаси это было хоть какое-то развлечение в скучной рутине однообразных рабочих будней. Типа сериала. А в том, что Наташа, рано или поздно, не удержится, Стася даже и не сомневалась. Она прекрасно видела, что Наташе до смерти хочется поделиться с ней и этим тоже, но она то ли стесняется, то ли не решается, - а скорее всего, просто делает вид, будто стесняется или не решается. И вот однажды в разговоре Наташа действительно ляпнула, словно случайно, невпопад:
  - Он ведь сейчас сидит...
  Она тут же слишком театрально и наигранно закрыла рот обеими руками и испуганно вытаращила глаза, как будто пребывая в полном отчаянии из-за невзначай вырвавшихся по глупости слов. Со стороны было сразу же видно, что она переигрывает, как не слишком талантливая актриса. И это возникшее у Стаси впечатление усилилось еще больше, когда Наташа, якобы, дрожащим голосом, тут же забормотала, словно в полнейшем смущении:
  - Ой!.. Проболталась!.. Я ведь не хотела, чтобы кто-нибудь знал!..
  Стася не стала ее мучить.
  - Да ладно, не расстраивайтесь вы так, я давно уже догадалась! - "успокоила" она влюбленную ждулю. 
  - Да?.. - радостно воскликнула Наташа и тут же расплылась в счастливой улыбке. Похоже, она была безумно рада, что ей больше не придется врать и сочинять про долгие и таинственные командировки, и можно теперь прямо, не скрываясь, рассказывать всю правду о своем любимом. - А давно ты догадалась?.. А как?.. - засыпала она Стасю вопросами.
  Да так-то это было совсем не трудно...
  - Ну, вообще-то, я ведь тоже не вчера родилась! - сказала ей Стася. - Я сразу же догадалась, что он у вас сидит!
  Наташа была просто счастлива узнать об этом. И на Стасю тут же хлынул новый поток сведений о ее кавалере. Оказалось, - разумеется, кто бы сомневался!.. - что Наташин возлюбленный - аж вор в законе, весьма известный и авторитетный в определенных кругах. Но все это было в далеком прошлом. А сейчас он богатый и состоятельный человек, бизнесмен, предприниматель. Он давно уже полностью отошел от всех криминальных дел и теперь занимался вполне легальным законным бизнесом. И в этот раз его, разумеется, посадили вообще чисто случайно. Попался по глупости. Он решил повыделываться перед друзьями и на спор тряхнуть стариной. А потому вытащил сотовый у какого-то мужика на рынке и не заметил, что рядом стояли менты, которые его тут же и повязали...
  Ну, ничего, - утешала саму себя Наташа, - полтора года - это не слишком большой срок! Совсем скоро уже ее любимый освободится, - а она обязательно его дождется; она поклялась!.. - и они навсегда будут вместе!..
  Стася слушала ее признания и в душе поражалась наивности и глупости взрослой, вроде бы, женщины, которая, типа, жизнь прожила, а вот ума, похоже, так и не нажила...
  Наташа свято верила в то, что ее любимый, - он хоть и вор в законе, но при этом вовсе даже и не преступник! Он - бывший афганец. Ну, разумеется, все они бывшие афганцы!.. - понимающе усмехнулась про себя Стася. Так вот, пришел он в свое время из Афганистана, - разумеется, многократно раненый, контуженный, озлобленный, ожесточенный, ненавидящий всех нерусских... И увидел, как на улице человек кавказской внешности обижает беременную женщину... И взыграла кровь молодая, - бедняжку-то он, разумеется, защитил, да вот только силы от злости не рассчитал... Вот так он и попал в первый раз в тюрьму за убийство...
  Ну, да, ну, да...
  Стася уже, к сожалению, не в первый раз в своей жизни слышала эту душещипательную, выбивающую слезу историю о благородном афганце, вступившемся за беременную женщину и угодившем за это за решетку всерьез и надолго, - совершенно несправедливо, разумеется... Похоже, у многих "криминальных авторитетов" припасена именно такая вот красивая сказочка для наивных влюбленных в них девушек. Которые, вне всякого сомнения, тут же должны были проникнуться жалостью к несправедливо осужденному и безвинно пострадавшему ветерану боевых действий и заочно простить ему все его грехи... Ведь куда ему было деваться потом после зоны?.. Только в бандиты!..
  Вот так менты ему, типа, всю жизнь и испоганили...
  Если уж говорить начистоту, Стася сама в свое время чуть было не клюнула на подобную трогательную историю. Но, к счастью для самой себя, она вовремя сумела раскусить своего "героя"...
  - Я еще никому, кроме тебя, всего этого не рассказывала! - тарахтела тем временем у нее над ухом Наташа. Ну, что ж, спасибо за оказанное доверие, - что тут еще можно сказать?.. - Только Олегу... - призналась Наташа. - Олег все понимает! У него у самого много друзей оттуда, и он никогда и никого не осуждает, потому что разные в жизни бывают обстоятельства!.. Не все там плохие!.. И невинные люди попадают за решетку, - и Олег прекрасно знает об этом!
  Так, а вот это уже было очень интересно!.. - мысленно улыбнулась про себя Стася. Теперь ей было понятно, почему Наташа целыми днями не отходит от ее охранника и все что-то шепчет ему на ушко с заговорщическим видом. Оказывается, он был давним поверенным ее любовных тайн!..
  К чести Олега можно было лишь сказать, что он действительно очень терпеливо выслушивал Наташины излияния, но даже со стороны невооруженным глазом было заметно, что никакого особого удовольствия ему все эти ее откровения не доставляют. На его практически непроницаемом, словно высеченном из камня лице лишь время от времени мелькала едва заметная вежливая улыбка, и сразу же, глядя на него, можно было понять, что эта дамочка ему смертельно надоела, - хуже горькой редьки, - и лишь привычная вежливость и хорошее воспитание мешают ему сходу послать ее куда подальше.
  Правда, Наташе удалось при этом кое-что узнать о самом Олеге, и она просто горела желанием с кем-нибудь поделиться этими сведениями. Оказалось, что он разведен, - о чем Наташа тут же с удовольствием Стасе и сообщила. Несколько лет назад его бросила жена, и он сам воспитывал сына. Сейчас мальчик уже был взрослым и жил отдельно, у бабушки. А Олег все это время один... И он, если признаться честно, так нравится Наташе, - что вот просто сил никаких нет!.. И, если бы у нее не было в данный момент любимого, которого необходимо честно дождаться, - она ведь обещала!.. - то она загуляла бы с Олегом, вот просто не раздумывая!..
  Стасю подобные Наташины рассуждения откровенно забавляли, и ей едва удавалось это скрыть и сдержать усмешку. Наташа была старше Олега лет на десять, как минимум. Кроме того, - что уж тут греха таить!.. - но внешне она была далеко не Мэрилин Монро!.. Она была толстой, обрюзгшей, неуклюжей и не следящей особенно за собой пожилой женщиной, по которой, к тому же, сразу же было видно, что она пьет, и весьма нехило. При этом сам Олег выглядел очень неплохо для своих сорока с чем-то там лет. И поэтому Стася почему-то, даже совершенно еще не зная его, была на все сто процентов уверена в том, что он даже и не посмотрел бы в сторону Наташи с интересом.
  Правда, она, между делом, дала Олесе понять, что, мол, сам Олег тоже любит выпить. Типа, он и на вторую-то работу устроился как раз для того, чтобы с пользой проводить свободное время, а не пить с друзьями все три выходных напролет. Наташа пояснила Стасе со знанием дела, что в деньгах Олег, якобы, вообще не нуждается, - на основной работе у него просто баснословная, по нынешним меркам, зарплата, - и здесь, в ломбарде, он подрабатывает за копейки только ради того, чтобы не спиться окончательно.
  Вот тут Стася ей тогда не поверила ни на грамм. Уж больно не похож был ее охранник на алкоголика. Стасе в свое время, по воле судьбы, приходилось как-то иметь дело с алкашами, и она прекрасно знала, и как они выглядят, и как ведут себя. Олег же всегда был собранным, подтянутым и очень аккуратным, - и это даже несмотря на то, что он, якобы, жил один, без жены!..
  Ну, вот, хоть убей, - а не был он похож на пропойцу!.. Ну, ни под каким углом!.. Или же Стася просто была совсем уж наивной дурой, совершенно не умеющей разбираться в людях!.. Но Олег реально всегда держался с таким чувством собственного достоинства, что это невольно вызывало уважение к нему. Поэтому просто невозможно было поверить в то, что этот необычайно сдержанный спокойный человек с доброй и какой-то очень светлой улыбкой - хронический алкоголик...
  Со временем Стася стала замечать, что Наташа, несмотря на всю свою пылкую влюбленность и твердую готовность верно и преданно ждать своего принца, с каждым днем все больше времени проводит около ее охранника. При этом она, явно, старалась подойти к нему как можно ближе, облокотиться на него, - типа, в шутку, - прижаться, приобнять... Стася с интересом наблюдала за этой странной парочкой со стороны. Олег внешне по-прежнему неизменно оставался спокойным и невозмутимым, лишь на его лице проскальзывала едва заметная брезгливая гримаса, когда он осторожно пытался слегка отстраниться от практически навалившейся на него перевозбужденной дамочки, которая так и стремилась прильнуть к нему своей необъятной грудью. Стасе было и смешно при этом, и, отчасти, даже жаль его, потому что со стороны было ясно видно, что откровенные домогательства этой женщины раздражают его. Особенно это было заметно, когда Наташа, расхаживая около магазина, начинала очень громко, - вероятно, чтобы он это слышал, - разглагольствовать:
  - Мне так нравится наш Олег!.. Вот просто сил никаких нет, как нравится!.. Он всегда такой спокойный, невозмутимый, немногословный!.. Ну, просто настоящий мужик!.. Таких сейчас уже мало осталось!.. Ах, как же он мне нравится!.. Вот если бы не мой Сашка, - я бы с ним обязательно замутила!..
  Слышавший все эти ее рассуждения Олег никогда ничего не говорил. Но при этом он бросал на Наталью такой выразительный взгляд, что каждому и без слов сразу же становилось ясно, что именно он сам думает по этому поводу. А Стасе наблюдать за всем этим было как-то одновременно и смешно, и даже завидно. Она завидовала Наташкиной непоколебимой уверенности в себе и в своей собственной неотразимости. Поскольку самой Стасе именно этого всегда и не хватало.
  Она сама была моложе того же Олега, наверное, лет на десять. При этом Стася была стройной, очень симпатичной и всегда прекрасно осознавала, что привлекает мужчин. Роковой красоткой она никогда не была, но и совсем без внимания противоположного пола тоже не оставалась. Но, даже если бы ей, предположим, очень сильно понравился все тот же Олег, она попросту не решилась бы с уверенностью заявить, что намеревается с ним "замутить"! Потому что Стася, в первую очередь, подумала бы о том, а захочет ли он сам этого?.. Вполне возможно, у него уже есть в данный момент подруга, - либо ему, может быть, нравятся девушки совсем иного типа... Стася обязательно подумала бы об этом, - прежде чем строить какие-либо планы в отношении другого человека...
  Но только вот Наталье такие сомнения, похоже, вообще были не свойственны. Она на все сто процентов была, очевидно, уверена в том, что, в данном случае, все зависит только от нее самой и от ее собственных желаний!..
  Всем бы иметь такую непоколебимую уверенность в себе!..
  Для Стаси наблюдение за этой парочкой тоже превратилось в какой-то юмористический сериал. Но, к сожалению, он закрылся раньше времени, еще до развязки событий, потому что пару недель спустя Наташу уволили за пьянку. И, вроде бы, на этом все могло бы вполне логично завершиться, - но ведь нет же!.. Даже после увольнения Наташа продолжала частенько звонить Олегу на сотовый телефон или посылать эсэмэски. Каждый раз, прочитав очередную из них, Олег раздраженно морщился с недовольным видом и недоуменно произносил:
  - Не понимаю, чего она ко мне привязалась?..
  - Да вы же ей просто нравитесь, Олег Владимирович! - смеялась в ответ на его, похоже, искреннее удивление Стася.
  - С чего ты так решила? - спрашивал он. Выглядел он при этом совершенно искренне ничего не понимающим, но Стася не исключала, что это просто хорошая актерская игра. А впрочем, кто его знает?..
  - Так она же, вроде, даже и не скрывала этого! - усмехалась Стася, реально не понимая, то ли он действительно такой невинный и бесхитростный, то ли просто очень хорошо притворяется.
  - Разве?.. - с удивлением переспрашивал Олег.
  - Так она же всегда говорила, что, если бы не ее кавалер, то она бы с вами... замутила! - напоминала ему Стася.
  Олег каждый раз смотрел на нее с недоверием и неподражаемой искренностью во взгляде.
  - А она у меня спросила, хочу ли я этого? - интересовался он с некоторым возмущением в голосе.
  - Ну, уж это не мое дело!.. - смеялась Стася. Ей всегда было очень забавно наблюдать это его, похоже, действительно совершенно искреннее недоумение и изумление. - Это уж вы сами, пожалуйста, между собой разбирайтесь! Просто вы ей нравитесь!
  - А я-то здесь при чем?.. - снова непонимающе пожимал плечами Олег. - Достала она меня уже!..
  - Тогда зачем же вы ей вообще дали свой сотовый телефон? - поинтересовалась у него однажды Стася.
  Олег отрицательно покачал головой.
  - А я ей его и не давал!
  - Так откуда же она тогда его знает? - удивилась Стася.
  - Да тут, видишь, какая история получилась... - Олег облокотился на окошко ломбарда. - Она продает квартиру. А моя бывшая работает в агентстве недвижимости. Ну, я и дал ей как-то ее телефон, чтобы они между собой переговорили. А потом Наталья как-то позвонила ей и наплела, что ей необходимо срочно меня разыскать, - мол, на работе какие-то проблемы!.. Ну, моя бывшая и дала ей номер. Вот она теперь и звонит постоянно!..
  - Бедный Олег Владимирович!.. - со смехом посочувствовала ему Стася. - Вы у местных девушек прямо нарасхват!.. Теперь она от вас так просто не отстанет!..
  - Это - ее проблемы!.. - отрезал Олег.
  Однажды он принес на работу пару каких-то маленьких колечек и попросил:
  - Стася, посмотри, пожалуйста, это золото или нет?..
  - А вы сами и не знаете?.. - удивилась Стася.
  - Да понимаешь, у меня отец работал дворником в детском садике. Это он давно еще нашел как-то в песочнице и домой притащил. Если окажется, что это золото, я бы тебе их сейчас сдал, а на полученные деньги выбрал бы себе цепочку серебряную и крестик!
  Стася проверила изделия реактивами, и оказалось, что это действительно золото.
  В тот день посетителей в ломбарде практически не было, так что заняться им обоим было особенно нечем, и поэтому они очень долго и тщательно подбирали ему подходящую цепочку и крестик.
  - Я золото почему-то не люблю, - разоткровенничался Олег. В устах любого другого человека, наверное, это прозвучало бы на редкость фальшиво, - ну, право, как можно не любить золото; только разве что в том случае, если ты не можешь себе его позволить!.. Но Олег умел говорить так, что в его словах просто не возникало никаких сомнений. - Как говорится, - презренный металл!.. - пояснил он свою мысль. - А вот серебро мне нравится! Я давно уже хотел у тебя здесь что-нибудь подобрать для себя, да денег лишних не было! А тут отец отдает мне эти колечки и говорит: сдай, если золото, да купи себе что-нибудь!.. Сам, мол, я все равно никуда не пойду!.. Вот я и решил что-нибудь себе подобрать!..
  Наконец, Олег остановил свой выбор на одной из цепочек, которая, очевидно, понравилась ему больше всех остальных, и сразу же надел ее вместе с крестиком на шею. 
  - Ну, как тебе?.. - почему-то очень смущенно спросил он.
  - Красавец - мужчина!.. - расхохоталась Стася. - Ну, что ж, Олег Владимирович, вот мы вас и принарядили!.. Теперь все девчонки ваши!..
  Олег тут же моментально покраснел. Стася снова непроизвольно рассмеялась. Ей почему-то всегда казалась ужасно забавной эта его особенность: краснеть по всякому поводу и даже без повода. Он, вообще-то, действительно был хороший мужик, - правильно Наташка в свое время говорила, - и Стасе очень нравилось работать с ним. У них на тот момент были необычайно легкие и ни к чему не обязывающие почти дружеские отношения.
  Нет, у Стаси никогда не возникало никаких романтических мыслей в отношении Олега. Она реально видела в нем доброго коллегу и, возможно, потенциального друга-приятеля. Но этот человек действительно был ей очень симпатичен. Она совсем еще плохо знала его, - но в нем изначально ощущалось что-то такое очень мужское, - какая-то внутренняя сила, надежность, сдержанность. И при этом он казался необычайно добрым. В каждом его слове, в каждом взгляде, даже в выражении лица, которое большую часть времени было непроницаемым, проскальзывала просто какая-то непередаваемая словами неземная доброта, невольно вызывающая симпатию и привлекающая внимание.
  А может быть, все это Стасе просто мерещилось...
  Но вот краснел он действительно так забавно... И это был реальный факт, а не иллюзия и не игра воображения.
  С тех пор, - не понятно даже, почему, - но Стасе доставляло прямо-таки огромное удовольствие видеть у него на шее эту купленную у нее цепочку с крестиком. Наверное, на самом деле все это было ужасно глупо и нелепо, - но Стасе реально почему-то это так нравилось, что просто никакими словами не передать!.. При этом она чувствовала себя так, словно подарила ему эту цепочку, - а не он сам купил ее в магазине!..
  Еще пару смен спустя Олег попросил дать ему померить небольшое серебряное колечко на мизинец. Оно просто идеально подошло ему по размеру, и он тут же купил его, - благо, стоило оно совсем копейки. При этом Олег показал Стасе на серебряный перстень-печатку с черным ониксом, окруженным россыпью маленьких блестящих фианитов, и обмолвился:
  - Вот это мне тоже очень нравится!.. Но пока дороговато!..
  - Да вы хотя бы померяйте!.. - предложила Стася, снимая колечко с планшета. На самом деле их было у нее два: совершенно одинаковые, отличающиеся лишь размером. Нет, Стася ни в коем случае не пыталась ничего навязать ему; тем более, что эти печатки стоили действительно недешево; но ей почему-то очень нравилось то, что он покупает у нее украшения.
  Олег смущенно померил печатки. Смотрелись они на его длинных пальцах очень хорошо. Правда, Стася так и не поняла, какая из них лучше подходила ему по размеру. Полюбовавшись, Олег с сожалением вернул печатки Стасе со словами:
  - Как-нибудь потом, попозже...
  В обед Олег всегда чем-нибудь угощал Стасю. Это могли быть бутерброды, пирожки, конфеты... Очевидно, она просто по жизни выглядела такой оголодавшей, что у всех всегда возникало желание накормить ее... На самом деле поесть Стася любила; диетами она никогда особенно не увлекалась, поэтому и не отказывалась. Особенно ей нравился чай, который Олег приносил. Он объяснял Стасе, что вообще очень любит экспериментировать, смешивая различные сорта, потому что ценит хороший дорогой чай и неплохо разбирается в нем. Сама Стася, признаться честно, была в этом деле абсолютный профан и едва ли могла бы претендовать на роль ценителя. Но чай, которым угощал ее Олег, ей действительно очень нравился. Как только он отвинчивал крышку термоса, по всему ломбарду сразу же распространялся такой соблазнительный аромат, что удержаться было просто невозможно.
  Обычно Олег всегда приходил немного раньше Стаси, поскольку она сама, к сожалению, имела дурную привычку опаздывать. Но как-то однажды Стася пришла на работу и обнаружила, что его все еще нет. Она открыла ломбард, зашла, включила компьютер... Олег опаздывал уже минут на десять, что было для него совершенно нетипично, а потому Стася не знала, что и подумать. К сожалению, у нее тогда еще даже не было номера его сотового телефона, чтобы хотя бы позвонить ему и спросить, появится ли он сегодня вообще?..
  Стася вышла на улицу. Вообще-то, это было строжайше запрещено правилами ломбарда, - тем более, в отсутствие охранника. Но, благо клиентов в тот день пока еще не было, и потому Стася могла позволить себе немного прогуляться, - пока этого никто не видит.
  Олег соизволил нарисоваться на горизонте еще минут через пять. Стася снова удивилась: ведь обычно он всегда приезжал на машине, а тут вдруг идет пешком!.. Она издалека многозначительно покачала головой, как бы показывая ему, что это не дело. Он так же очень выразительно развел руками, словно извиняясь за свое опоздание.
  - Я уж думала, что вы сегодня вообще не придете! - сказала ему Стася, когда он подошел поближе.
  - Ну, что ты!.. - засмеялся Олег. - Не могу же я оставить тебя голодной!..
  - Надо будет мне хоть телефон ваш потом записать на такой вот случай! - проговорила Стася, открывая дверь в ломбард. - А то даже и не позвонить вам было, чтобы спросить, придете вы сегодня или нет?..
  - Приду обязательно, - куда же я денусь!.. - снова усмехнулся Олег.
  Разумеется, Стася сразу же заметила, что, несмотря на смех и внешнюю браваду, ее охранник выглядит сегодня слегка потрепанным. Да он этого даже и не скрывал. Он сразу же честно признался, что вчера слегка переборщил с друзьями, - так что сегодня еле сумел проснуться. Даже на машине не поехал, потому что за руль нельзя в таком состоянии...
  - Ну, ну!.. - только и кивнула Стася.
  Нельзя сказать, что подобная новость ее слишком обрадовала. Она сразу же вспомнила, как Наташка пыталась уверить ее, что Олег - алкоголик, спасающийся на работе от своего пагубного пристрастия. И его сегодняшнее состояние, к сожалению, полностью подтверждало ее слова... Но пока это был единичный случай, так что особенно переживать из-за этого, наверное, не стоило... Наверное...
  Многочисленные друзья Олега, кстати, частенько заходили навестить его. И вот они-то как раз, признаться, Стасю настораживали, - и очень серьезно. В первую очередь, тем, что все они были гораздо моложе самого Олега, - лет на пятнадцать - двадцать. Даже самой Стасе они казались малолетками, с которыми ей было бы совершенно не о чем разговаривать, а потому она абсолютно не понимала, что может связывать этих недорослей с таким человеком, как Олег. А кроме того, вот они-то как раз все, как на подбор, выглядели потерявшими всяческий человеческий облик пропойцами, хотя сам Олег и уверял ее постоянно, что все это просто видимость. Мол, на самом деле все эти ребята вполне успешные и благополучные, имеющие хорошую работу, семью, детей, - и так далее, и тому подобное...
  В их благополучие, судя по их синим опухшим физиономиям, Стасе верилось с большим трудом. Впрочем, на самом деле ей все это было совершенно безразлично. Гораздо больше Стасю удивлял их юный возраст. Как-то странновато эти полумаргинальные малолетки выглядели на фоне самого Олега и, признаться честно, совершенно не соответствовали его уровню.
  А впрочем, что конкретно Стася знала об уровне самого Олега?.. Да она вообще, признаться честно, до сих пор практически ничего о нем не знала!..
  - У меня все друзья намного моложе меня! - охотно, даже с какой-то очевидной гордостью, пояснял ей Олег после визита очередного синюшного маргинала. - Мне с ними интереснее!..
  - Ну, ну!.. - опять же кивала Стася, глядя на него с сомнением и даже подозрением.
  - Ты не думай, - они не всегда такие! - зачем-то продолжал уверять ее Олег, - словно ей должно было быть не все равно. - Конечно, некоторые из них любят выпить, но среди них есть и нормальные парни, с хорошей работой и с деньгами! В основном, твои ровесники, кстати! Очень многие еще не женаты. Если хочешь, могу познакомить!
  - Всю жизнь мечтала!.. - демонстративно закатывала глаза Стася. - Как же это я без вашей-то помощи всю свою жизнь обходилась?..
  - Да я же просто так предложил, по-хорошему!.. - смутился Олег, очевидно, расслышав издевку в ее голосе. - Не обижайся!..
  - Да нет, что вы!.. - прежним тоном отозвалась Стася.
  - Они все меня уважают! - снова попытался объяснить ей свою привязанность к ущербным малолеткам Олег, - как будто на самом деле Стасю это интересовало!.. Ей даже показалось, что в действительности он пытается убедить в этом самого себя. Очевидно, у него имелся какой-то пунктик по поводу уважения к собственной персоне. Что это?.. Неуверенность в себе?.. Комплекс неполноценности?..
  - Не сомневаюсь! - торжественным голосом, подражая ему, отвечала Стася.
  - Я считаю, что уважение - это самое главное между людьми! - как-то слишком уж претензионно, - и при этом с прорывающимися в голосе странными нотками отчаянья, - продолжал вещать Олег. - Это касается любых отношений!
  - Как я с вами согласна, Олег Владимирович! - ухмылялась Стася, пытаясь свести в шутку этот их какой-то слишком уж торжественный разговор. - Вот просто на все сто процентов!
  - Кстати, может быть, хватит мне "выкать"? - в очередной раз предлагал ей Олег. - Я в этом смысла никакого не вижу! Я еще понимаю, когда люди где-нибудь в офисе работают, - да и то они "выкают" разве что только поначалу, а потом все равно друг друга начинают просто по именам называть! А мы с тобой здесь целыми днями вдвоем, и это звучит нелепо!
  - Да что вы, Олег Владимирович!.. - со смехом возражала ему Стася. Она вообще всегда пыталась свести все к шутке, потому что быть серьезной временами бывает очень грустно, - а еще реально не знаешь, как вести себя в подобных вот странных ситуациях. - Я же к вам со всем уважением, а вы это не цените! Вы же сами только что говорили мне, что самое главное между людьми - это уважение! Вот я и стараюсь соответствовать!
  - Я совсем не это имел в виду! - грустно пытался объяснить ей Олег. - И ты это прекрасно понимаешь! А это уже не уважение, а глупость какая-то!..
  Стася в ответ только смеялась, но продолжала обращаться к нему по-прежнему, на "вы" и по имени-отчеству.
  Обычно, когда Олег был на машине, он подвозил Стасю вечером до остановки. Чисто по-дружески, разумеется, без малейших намеков на флирт или что-то еще. У него в глазах Стася никогда не видела никакого интереса к себе, как к женщине. И она как-то, - до поры, до времени, - даже и не задумывалась об этом. Олег - как мужчина - тоже ни капли не волновал ее. И она также видела в нем только хорошего коллегу и, возможно, доброго друга в перспективе, но никак не потенциального поклонника.
  Однажды Стася договорилась встретиться после работы с девчонками, работающими в другом ломбарде, и немного погулять. Обычно она практически всегда неизменно приходила на работу в джинсах, поскольку ей так было удобнее. Но в тот день, ради этой встречи, она заявилась в короткой юбке и в босоножках на шпильке. Она даже и сама не знала, с чего это ей пришло в голову так пощеголять. Просто, очевидно, настроение в тот день было соответствующее. Игривое.
  Когда Стася вышла на улицу перед ломбардом, ее соседки из магазина тут же заметили ее новую форму одежды и громко начали удивляться, почему она всегда так не ходит, - ведь ей так идет!.. Стася немного покривлялась перед ними, демонстративно виляя бедрами и изображая из себя модель на подиуме. И в этот момент совершенно случайно перехватила взгляд Олега.
  Он сидел на заборе, на своем привычном месте, и смотрел на нее. И что-то было такое странное в его лице... Стася даже и не смогла бы описать это правильно в тот миг... Но у нее почему-то создалось впечатление, что он словно впервые заметил, что она, вообще-то, женщина, - и причем, довольно привлекательная, - а не просто коллега по работе и вообще свой в доску парень...
  Правда, в тот день Олег ничего не сказал Стасе и в дальнейшем вел себя по-прежнему, - да и она тоже ничем не показала, что между ними в тот миг что-то неуловимо изменилось. Стася вообще на самом деле никогда не умела ни флиртовать, ни кокетничать, ни как-либо еще нарочно привлекать внимание мужчин. Но было что-то в этом перехваченном взгляде Олега такое, что невольно запало ей в душу. И сама Стася тоже теперь невольно смотрела на своего охранника под несколько иным углом, - если это можно было так назвать...
  Что-то было в этом человеке такое, что невольно привлекало ее. Какая-то такая странная, непонятная, непередаваемая словами доброта во взгляде... И Стася вдруг почувствовала, что ее сердце, замороженное жизненными невзгодами, начало оттаивать от этой доброты...
  Но даже и тогда, несмотря ни на что, у нее не промелькнуло в голове ни одной игривой мысли в отношении него. Хотя тот день все-таки, наверное, можно было назвать переломным этапом в их судьбе. Стася осознала, что Олег очень нравится ей. Но, опять же, не как мужчина, не как потенциальный кавалер и поклонник, - а просто как очень хороший человек, которого ей искренне захотелось узнать поближе.
  С этого дня они стали с ним подолгу беседовать. Олег рассказывал Стасе о себе, о своих родителях, о сыне... О бывшей жене он говорил редко, и, когда речь о ней все-таки невольно заходила, всегда так и называл ее "моя бывшая".
  Как-то однажды, придя на работу после дня рождения сына, он, словно в задумчивости, обмолвился:
  - Моя бывшая обратно просится!
  - Да вы что?.. - искренне удивилась Стася. - И что вы об этом думаете?..
  Ни ревности, ни каких-либо других непонятных чувств Стася при этом не испытывала. В душе не дрогнула ни одна струна. Ей действительно было просто интересно, возможен ли такой вариант развития событий, при котором ее охранник мог бы снова воссоединиться со своей бывшей супругой.
  - Да ничего, - равнодушно пожал плечами Олег. - Это она в свое время ушла к любовнику, а не я!..
  - Ну, так, возможно, она теперь одумалась! - предположила Стася.
  - Ну, и пусть думает дальше!.. - раздраженно буркнул Олег.
  До этого Стася как-то никогда не вникала в подробности их развода, - она знала лишь то, что в свое время поведала ей Наташа. Сам Олег никогда не пытался ничего об этом рассказывать, - а Стасе, признаться честно, просто не было до этого ни малейшего дела. Но в тот день она впервые заподозрила, что Олег, несмотря на все прошедшие годы, все еще очень тяжело переживал случившееся и так и не смог оправиться до конца.
  Возможно, он все еще любил эту женщину?.. Может быть, он еще простит ее, и они снова будут вместе?.. И не такое в жизни случается...
  - Что уж вы прямо так круто с бедной девушкой?.. - попыталась пошутить Стася. - А может быть, человек действительно одумался, раскаялся, сравнил и понял, что совершил глупость! И теперь действительно хотел бы все вернуть!..
  - Вот пусть и дальше сравнивает!.. - снова раздраженно пробурчал Олег.
  Стася поняла, что этот разговор ему не слишком приятен. Но тогда зачем же он сам завел его?.. Ей это было совершенно непонятно. Ведь она же не лезла к нему в душу, не задавала сама никаких лишних вопросов!.. Он сам об этом заговорил. А теперь злится...
  - Ну, это, конечно, уже ваше дело!.. - пожала плечами Стася, давая тем самым повод перевести разговор на другую тему. - Думаю, вы сами разберетесь между собой!
  - Я считаю, что в таком случае никакого возврата к прошлому быть не может! - твердо заявил Олег, и у Стаси тогда еще промелькнула почему-то странная мысль о том, кого именно из них он пытается в этом убедить?.. И зачем, - самое-то главное?.. Глупая такая мысль...
  - Я считаю, что, если человек предал один раз, то ему больше нельзя доверять! - продолжал Олег с каким-то фанатичным упорством.
  - Вот это правильно! - вздохнула Стася, подсознательно понимая при этом, что во всей этой ситуации что-то не так.
  - Не зря же говорят, что в одну реку дважды не войдешь! - решительно подытожил Олег.
  - Ну, в принципе, я тоже так считаю! - согласилась с ним Стася. - Но ведь кто знает, что в жизни может быть?.. По всякому случается... Может, у вас еще что-то и получилось бы?..
  - Нет, - сказал Олег. Как отрезал.
  Из этого странного разговора Стася сделала небезосновательный вывод о том, что на свою бывшую супругу Олег по-прежнему в очень сильной обиде, - и это несмотря на то, что расстались они с ней лет пять назад. Стасе это открытие показалось достаточно странным. На ее взгляд, что бы там ни было в прошлом, - это давно уже следовало оставить позади. Просто переступить и идти дальше своей дорогой. Именно так она сама всегда и делала. А переживать столько лет из-за женщины, когда-то бросившей тебя и променявшей на другого... Это вообще было, на ее взгляд, попросту нелепо.
  Хотя, вполне возможно, что самой Стасе, просто в силу ее некоторой приземленности и недостаточной одухотворенности, просто не дано было понять столь высоких и сильных чувств, неподвластных, очевидно, времени и разуму...
  В самом конце июля Стася отправила Димку на неделю в Питер к родственникам. Оставшись одна, она, признаться честно, заскучала. И решила было провести это время с пользой. Стася была зарегистрирована на сайте знакомств, хотя появлялась там нечасто, поскольку особого смысла в таком времяпровождении не видела, а в новых знакомствах и вообще не нуждалась. Но, проводив Димку и почему-то вдруг затосковав, Стася залезла-таки в интернет и, прикола ради, назначила на каждый день свидания своим поклонникам, решив, таким образом, хоть немного поразвлечься.
  Но из этого так ничего и не вышло.
  В первый день Стася поняла, что ей безумно лень выбираться из дома и куда бы то ни было тащиться, - тем более, на встречу с совершенно чужим незнакомым человеком, - и она отменила свидание. На второй день ситуация повторилась... А потом и на третий... Признаться честно, изначально она назначала эти свидания с интересом и даже с некоторым азартом. Но, когда дошло до дела, Стася вдруг лишний раз осознала, что ей совершенно не хочется куда-то идти и с кем-то встречаться. Ей это было попросту не интересно.
  Похоже, она просто все это давно уже переросла.
  Первого августа утром Олег снова пришел без машины и пожаловался на гудящую голову. 
  - У меня же завтра день рождения, - смущенно признался он, потирая воспаленные глаза. - Вот мы с ребятами вчера уже и начали отмечать!
  - Так нельзя же отмечать заранее!.. - осуждающе покачала головой Стася. 
  - Да знаю я, что нельзя!.. - каким-то потерянным голосом признался Олег. - Честно говоря, я вообще не хочу его завтра никак отмечать!
  - Почему? - удивилась Стася. Для нее день рождения был одним из самых любимых праздников, и ей было странно осознавать, что так бывает не у всех.
  - Да просто не хочу, - и все!.. - обреченно махнул рукой Олег. - Видеть никого из них не хочу!.. Надоели мне уже все эти их пьянки-гулянки!.. Не пойду завтра никуда!..
  Стася повнимательнее присмотрелась к нему и впервые всерьез задумалась о том, что ей рассказывала в свое время про него Наташа. Тогда Стася посчитала ее слова каким-то бредом. Но факты, похоже, подтверждали их...
  И эта странная обреченность в его словах, - словно его заставляют. Для Стаси все было предельно ясно и четко, - не хочу - значит, не пойду!.. Тогда как он... Не мог отказаться?..
  Может быть, Олег действительно пьет?.. Но он не был похож на алкоголика.. Хотя его поведение временами было несколько странным, а слова - тем более... Вот как раз сейчас, например...
  - Стася, а поехали завтра в лес! - предложил вдруг Олег, - совсем другим, воодушевленным, голосом.
  Стася удивленно подняла на него глаза. Сказать, что она была ошарашена подобным предложением, - это не сказать ничего!..
  - В лес?.. - только и смогла выговорить она.
  - Ну, да, в лес!.. - кивнул Олег так, словно это было нечто, само собой разумеющееся. - Не хочу я ни с кем завтра пить!.. Давай проведем весь день в лесу! Грибов наберем!
  - А что мы с ними делать будем? - недоуменно пробормотала Стася. Полностью городская девочка, отродясь не бывавшая в лесу, - она реально не знала ответа на этот свой вопрос.
  - Пожарим! - сказал Олег.
  - Прямо в лесу?.. - туповато переспросила Стася.
  - Да нет, конечно же!.. - Олег, наверное, удивлялся ее странным вопросам еще больше, чем она сама. - Дома! Хоть у тебя, хоть у меня!..
  - А вы умеете жарить грибы? - еще больше удивилась Стася. Наверное, она должна была почувствовать себя круглой идиоткой, заговаривая о таких вещах, естественных для большинства людей. Но для нее этот вопрос был весьма и весьма актуален. Потому что Стася и приготовление серьезной пищи, - это были вещи, совершенно несовместимые.
  - Конечно, умею! - уверенно кивнул Олег.
  Стася испытала при этом некоторое облегчение. Она-то всерьез ожидала, что он заявит ей, что его дело - набрать этих самых грибов, а готовка - на ней. Но она все равно не могла решиться согласиться на его предложение.
  - Ну, я не знаю... - пробормотала Стася. - Я, вообще-то, леса боюсь...
  Это было правдой. Чисто теоретически. Стася никогда в своей жизни не ходила в лес за грибами, но ужастиков об этом мероприятии много слышала. И тучи комаров, клещей и каких-то там вообще неведомых ей лосиных блох, которых потом "лесники" десятками вычесывали из волос, оптимизма ей как-то не прибавляли...
  - А чего его бояться-то?.. - искренне удивился Олег.
  - Да не знаю... Я, вообще-то, с детства его боюсь... - призналась Стася. - Я никогда еще в лес не ходила...
  - Ну, тогда просто погуляем где-нибудь!.. - предпринял еще одну отчаянную попытку Олег. - На целый день уедем куда-нибудь!.. Ну, не хочу я завтра с ними пить, - и все тут!.. И вообще, - пошли они все!..
  Стася посмотрела на Олега очень внимательно, и ей вдруг почему-то показалось, что для него это действительно очень важно, - чтобы она сейчас согласилась... Хотя, на ее взгляд, это была совершенно дурацкая идея... Что-то более нелепое даже и придумать было трудно...
  Стася не в силах была сейчас принять хоть какое-то решение, - что ей было, вообще-то, совершенно не свойственно. Но она не могла ни согласиться на эту странную авантюру, ни отказаться сходу.
  - Я просто никак не думала, что вы вообще можете меня куда-то пригласить... - задумчиво проговорила она, с целью потянуть время.
  Как-то все это действительно было очень странно... Стася ничего подобного не смогла бы даже придумать, - хотя всегда обладала весьма буйной фантазией. Но то, что Олег может пригласить ее... Не на свидание, не в ресторан, не в постель, в конце концов, а в лес... Это реально было больше ее понимания...
  Что он хотел всем этим сказать?..
  - Давай, Стась, соглашайся!.. - продолжал уговаривать ее Олег. - Мы с тобой просто погуляем! Я грибов наберу! А потом я их сам нажарю, - так, что ты пальчики оближешь!..
  Что ни говори, как ни поверни, - но это было совершенно немыслимое предложение! В лес Стасю еще никто никогда не приглашал, - и она сразу же сходу отказалась бы... Если бы на месте Олега был любой другой человек.
  Стася никогда, даже теоретически, не любила лес и не представляла себя там... Но, тем не менее, ей почему-то вдруг очень захотелось согласиться...
  - Ну, что?.. Поедешь?.. - снова спросил Олег.
  И Стася, неожиданно даже для самой себя, - поскольку подобные авантюры были совершенно не в ее стиле, - вдруг согласилась:
  - Ну, давай!..
  В тот день в дальнейшем Олег вел себя как-то по иному. Невозможно было описать словами, что конкретно в нем изменилось, но в его поведении появилось что-то новое, и Стася это просто почувствовала. Когда они вместе выходили из ломбарда на улицу, он, как бы пропуская Стасю в дверях мимо себя, слегка, типа, приобнял ее за талию. Типа, - потому что это не было реальным объятием. Это было просто мимолетное и практически неощутимое прикосновение, но Стася успела его почувствовать.
  Наливая ей из термоса чай в чашку, которую Стася при этом придерживала, Олег сделал так, чтобы их пальцы на мгновение соприкоснулись. Всего лишь на какую-то долю секунды, - но Стася это тоже заметила. Потому что никогда раньше ничего подобного за Олегом не наблюдалось.
  При этом, нельзя было не отметить, что со стороны Олега это были почти невинные и совершенно не навязчивые жесты. Вообще-то, Стася не терпела подобных прикосновений со стороны мужчин. Она вообще не выносила, когда кто-то вторгался в ее личное пространство, - пусть и таким едва ощутимым образом. Но в тот день она не сказала бы, что ей это было неприятно.
  За эти несколько проведенных после утреннего разговора вместе часов Стася поняла одно: Олегу она определенно нравится. Она вот только не решила пока еще, как ей самой к этому относиться?.. Нравился ли Олег ей самой?.. Наверное, да... Определенно, да... А иначе, - с какой стати она вообще согласилась на его такое совершенно нелепое, на первый взгляд, предложение поехать в лес?..
  Этого Стася и сама пока не понимала. Все вокруг происходило словно само собой. И как-то так совершенно естественно...
  Вечером, когда они уже собирались домой, Олег вдруг сказал, - причем, так спокойно, ровно и словно между делом:
  - У тебя ведь ребенка нет сейчас дома? Так зачем тебе тогда таскаться через весь город взад-вперед?.. Пойдем сейчас ко мне, я же рядом живу! А завтра прямо от меня и поедем!..
  О, а вот мы и до сути вопроса, наконец-то, добрались!.. - мелькнула у Стаси не слишком приятная мысль. И почему-то это предложение Олега разом разрушило все очарование момента. Стася ощутила даже какую-то беспросветную пустоту в душе. В лес-то ее действительно еще никто и никогда не приглашал, а вот предложения провести вместе ночь поступали довольно регулярно. Причем, обычно вот так же, походя, без малейших попыток ухаживания... Мол, давай мы с тобой попробуем, - а потом я уже решу, стоит ли тратить на тебя время, силы и, главное, деньги!.. Увы, но это было уже не оригинально!.. Это было банально и совершенно не интересно...
  - Какой вы быстрый, Олег Владимирович!.. - разочарованно протянула Стася сквозь зубы.
  - Почему быстрый?.. - якобы, искренне удивился Олег. - Я же ни на что не намекаю... Просто подумал, зачем тебе действительно ездить взад-вперед через весь город?..
  - Да нет, уж лучше я поезжу! - покачала Стася головой, не в силах скрыть свое разочарование. Нет, это его предложение ей совсем не понравилось! Оно прозвучало, как банальный намек на постель, - и сам Олег просто не мог этого не понимать, - а Стасе это было сейчас совершенно не нужно. Она вообще не была уверена в том, что у них есть хоть какой-то шанс дойти до этой стадии отношений, и то, что Олег, на ее взгляд, так откровенно пытался форсировать события, было ей очень неприятно.
  Кстати, - как потом покажет будущее, - вполне возможно, что Олег действительно даже и не помышлял ни о чем подобном. По крайней мере, существует такая вероятность... Но тогда Стася еще не знала об этом. И поэтому судила о нем, как о любом другом мужчине, - окажись он на его месте.
  - Ну, смотри!.. - пожал плечами Олег в ответ на ее слова. - Я-то думал, как лучше!..
  - Даже и не сомневаюсь в этом!.. - с плохо скрытым сарказмом съязвила Стася. - А получилось, как всегда! - добавила она. - К тому же, не забывайте, что у меня кошка! И, пока Димки дома нет, кормить ее некому! Так что, даже при всем желании, - которого у меня нет, - мне необходимо домой!..
  - Вот почему я и не хочу больше заводить домашних животных! - грустно поведал ей Олег. - Они привязывают к дому! И никуда не уедешь, потому что их надолго не оставишь... У меня ведь тоже была раньше кошка... А потом, к ним привязываешься сильно... И тоже очень больно, когда они уходят...
  Он так сказал это, что у Стаси мурашки по спине пробежали. И она поняла, что Олег попросту боится любых привязанностей. И той боли, которая может последовать за расставанием. За любым расставанием...
  Стасе стало очень сильно не по себе. Она слишком хорошо понимала сейчас этого человека. Потому что она сама тоже боялась любых привязанностей. Она не хотела никаких лишних эмоций; не хотела увлекаться кем-то, не желала ничего чувствовать и совершенно не была готова сейчас втягиваться в какие бы то ни было новые отношения. Потому что тоже не понаслышке знала о той боли, которая придет потом, когда отношения закончатся...
  И тут у нее возникла совершенно глупая, наивная и даже абсурдная в своей неестественности мысль. Стася на миг вдруг подумала, что, если Олег знает об этой боли, и она тоже знает о ней, - то, может быть, они сумеют не причинять ее друг другу?..
  Да, несмотря на достаточно непростую жизнь, наивности в Стасе с годами меньше не становилось...
 
  Просто встретились два одиночества,
  Развели на дороге костер.
  А костру разгораться не хочется,
  Вот и весь, вот и весь разговор!..
 
  Так, кажется?..
  На остановку они, как всегда, пошли вместе. По дороге Олег взял Стасю за руку. Сам. Как-то так спокойно, привычно и словно совершенно естественно. И Стасе было очень приятно это его прикосновение. Ну, вот просто безумно приятно... Настолько, что реально захотелось остаться с ним...
  Уже около самой остановки Олег вдруг сказал:
  - Стася, я вот о чем хотел тебя попросить... Мне завтра ехать за тобой на машине через весь город, а потом обратно возвращаться... Ну, сама понимаешь... Бензин и все прочее... - Он смущенно замялся. - Ты не сможешь сама сюда на транспорте приехать?
  То, что произошло дальше, осталось непостижимым даже для самой Стаси. С давних пор ее незыблемым кредо было одно: если мужик приглашает ее на свидание, то он заезжает за ней, а потом отвозит ее домой. Другой вариант развития событий даже и не рассматривался. И если мужик уже изначально пытается сэкономить на ней, то ему следует поискать себе другую женщину.
  При этом больше всего Стася ненавидела нищебродов, которые, имея крутые тачки, будучи в состоянии их обслуживать в любой другой ситуации, при этом пытались рассуждать о дороговизне бензина, когда речь заходила непосредственно о том, чтобы подвезти ее... От подобного поведения Стасю просто коробило и выворачивало наизнанку. И вовсе даже не потому, что она изначально была такой меркантильной и неспособной войти в чужое положение. Просто весь ее жизненный опыт показывал, что мужчина, который начинает пытаться вот так откровенно экономить на ней еще даже до начала так называемого конфетно-букетного периода, когда все нормальные люди стремятся всеми способами понравиться и пустить пыль в глаза, в дальнейшем вообще начинает путать берега и пытается сесть ей на шею.
  Нет, она не была меркантильной. Не требовала денег и украшений. Но когда небедный и, в принципе, способный содержать дорогую машину мужчина, тем не менее, оценивал бензин дороже, чем ее, - это изначально было сигналом к тому, что данные отношения ничем хорошим не закончатся.
  И, кстати, - забегая немного вперед, - данный случай вовсе не был исключением из правил, как покажет время. К сожалению. Но тогда Стася еще не знала об этом.
  И в тот день, неожиданно даже для самой себя, Стася почему-то вдруг решила изменить своим же собственным принципам и правилам. Поэтому она зачем-то согласилась приехать на маршрутке, не переставая при этом удивляться самой себе...
  Стася прекрасно осознавала в душе, что это не совсем разумно с ее стороны. Но ведь, в конце концов, между ней и Олегом не было еще никаких романтических отношений... А что между ними тогда было?.. Этого Стася и сама еще до конца не понимала...
  Олег посадил ее на автобус и пошел прочь. Вот и вся романтика... Стася знала, что он живет где-то неподалеку. На что она рассчитывала на самом деле?.. Да она и сама пока еще этого не понимала. Поэтому она поехала домой, все еще будучи не в силах разобраться в себе самой и в своих собственных запутанных чувствах...
  Подобное поведение было для Стаси, на самом деле, совершенно противоестественным. Она согласилась поехать гулять в лес... Она не стала протестовать против примерно часовой поездки на маршрутке через весь город... В чем тут был подвох, - если Стася начала вести себя так, как ей было вообще совсем не свойственно?.. Что это было?.. Проснувшаяся вдруг жажда приключений?.. Или же ей просто действительно очень сильно понравился этот странный мужчина, и она готова была уж чуть ли не на все ради того, чтобы провести с ним весь день?..
  Или же она, может быть, попросту рехнулась?..
  Этого Стася пока еще не знала.
  Она еще даже не успела доехать до дома, как ее сотовый зазвонил. 
  Это был Олег.
  - Слушай, Стася, у меня здесь кое-что произошло... - заговорил он. - Давай мы с тобой завтра все немного переиграем! Я лучше сам заеду за тобой, - но не утром, а часика в три, - и мы где-нибудь посидим! Хорошо?
  - Ну, хорошо, - согласилась Стася. Она вообще была довольно покладистой... временами. Тем более, что подобное предложение больше соответствовало в ее сознании тому, что должно было быть.
  - Ты не обижайся на меня, - просто так получилось! - продолжал Олег. - Я тебе завтра все объясню, и ты поймешь!
  - Ладно. Я понятливая. Иногда, - честно сказала Стася. Но, признаться, этот звонок почему-то вызвал у нее еще большее недоумение. Возможно, просто сработала задремавшая вдруг на время интуиция, и появилось предчувствие того, что это - все... Почему-то...
  - Значит, договорились! - с явным облегчением в голосе подытожил Олег. - Тогда часика в три, - от силы, в четыре, - я за тобой заеду! А перед этим позвоню, чтобы ты была готова! Хорошо?
  - Хорошо, - согласилась Стася.
  - Ну, тогда ладно! Пока!
  - Пока.
  Стася нажала на кнопку отбоя, стараясь не поддаваться дурному предчувствию...
  Ну, что ж, значит, не в лес, а где-нибудь посидеть... Наверное, это, на самом деле, было для нее гораздо лучше. Привычнее и естественнее, по крайней мере... На самом деле Стася была бы даже рада подобной замене, если бы... Если бы не то самое странное ощущение...
  Но она просто постаралась его игнорировать. 
  Значит, завтра они просто где-нибудь посидят... Где?.. Да какое это имело значение!.. Стася просто была рада, что он ее пригласил...
  На следующий день, в ожидании звонка Олега, она заранее привела себя в порядок в надежде на то, что он приедет раньше, чем обещал... Стася слегка подкрасилась, уложила волосы и приготовила одежду, которую планировала надеть... И стала ждать...
  А он все никак не звонил...
  В три часа, - в назначенное Олегом время, - Стася понемногу начала волноваться, но пока еще не слишком сильно. В четыре часа она все еще надеялась, не выпуская из рук телефона, чтобы не пропустить звонок Олега. В пять Стася поняла, что он не приедет.
  Что она ощутила при этом?.. Разочарование. Дикое, просто жгучее разочарование, от которого буквально закладывало уши, и слезы обиды наворачивались на глаза. Человек сам - сам - пригласил ее на свидание и не посчитал нужным даже отменить его. А ведь Стася действительно - реально - поверила в то, что он хочет провести этот день с ней, что это для него важно... Она поверила... Как наивная, не знающая жизни и мужчин пятнадцатилетняя девчонка, которую в первый раз пригласил на свидание понравившийся мальчик... Она ждала, готовилась... А он даже не позвонил...
  Пятнадцатилетней девочкой она давно уже не была. И не понаслышке знала о том, что все мужики - козлы и сволочи... Просто, в силу своего оптимизма и природной жизнерадостности, продолжала еще верить в то, что это не так... И в очередной раз убедиться в справедливости этого утверждения было так обидно... И так больно... Что хотелось просто расплакаться...
  Стася решительно смахнула со щек слезы. Она не станет плакать из-за этого человека. Он того просто не стоит. Их с ним ровным счетом ничего не связывает. И он ей совершенно безразличен.
  Звонок раздался в половине десятого вечера. Стася попросту не стала брать трубку. Для нее все было закончено, не успев начаться. И то, что он все-таки позвонил, только разозлило ее еще сильнее.
  Возможно, Олег хотел что-то объяснить или даже извиниться. Но он опоздал на несколько часов. И сейчас Стасе было уже безразлично, что конкретно он там хочет. Ей не нужны были никакие его извинения или оправдания. Все это больше не имело значения.
  Ее продинамили. Беспардонно, нагло и по-хамски. И это было по-настоящему тяжело. Но Стася знала, что сможет это пережить.
  Она и не такое переживала. Так что ничего страшного не произошло. Все пройдет.
  Из не самого оптимистичного опыта своей предыдущей жизни Стася четко уяснила только одно. В любых отношениях всегда есть какой-то определенный момент, который означает начало конца. Можно, конечно же, не задумываться об этом, переступить через эту роковую черту и попытаться продолжить отношения с человеком. Но из них все равно уже больше ничего не получится.
  У Стаси всегда так бывало. И иногда она игнорировала это. И всегда потом, когда все-таки понимала, что это - конец, и расставание все равно неизбежно, жалела только лишь об одном: что уже тогда, в тот самый момент, когда все и так уже было ясно и понятно, не нашла в себе силы сразу же поставить точку, а пыталась дать человеку еще один шанс...
  И Стася точно, со всей ясностью, осознавала, что тогда, в тот день, у них наступил именно такой момент. И на этот раз была твердо уверена в том, что никакого продолжения не будет.
  У них еще даже не успело ничего начаться. Но этот человек уже сумел причинить ей боль. И это невозможно было проигнорировать.
  При этом Стася почему-то даже и не сомневалась в том, что сам Олег пожелает этого самого продолжения. Он попросту не увидит в своем поступке ничего особенного, а потому и не поймет, в чем дело. Стася не собиралась ничего ему объяснять. Но она сама уже тогда поняла, что это - вовсе не тот человек, с которым у нее могло бы получиться что-то серьезное. И поэтому именно сейчас, пока он еще ровным счетом ничего для нее не значил, можно было - и нужно было - все это дело разом прекратить.
  Стася не хотела новой боли. Не хотела разочарований. Всего этого и без того было уже предостаточно в ее прошлой жизни. И человек, который, несмотря на почти мимолетное знакомство, уже успел ей все это причинить, ей, явно, не подходил вообще. Ни по каким параметрам. И при этом совершенно не имело никакого значения то, что у него самые добрые в мире глаза, каких Стася еще никогда и ни у кого не видела...
  Все было закончено. 
  Для Стаси все было закончено. Раз и навсегда.
 

Глава 3. Вялотекущая шизофрения вместо романа...


 
  В следующую совместную смену с Олегом Стася, в буквальном смысле слова, не представляла, как и с какой физиономией ей вообще выходить на работу...
  Кстати, если уж говорить начистоту, то это был еще один жирный плюс в пользу Стасиного твердого решения не пытаться больше заводить с Олегом никаких отношений. А впрочем, она и не пыталась изначально, - в тот раз все получилось как-то само собой... Нельзя было ни на миг забывать о том, что им с Олегом еще предстояло вместе работать, - и, возможно, очень-очень долго... И Стася больше не желала по собственной глупости создавать себе лишние проблемы, смешивая работу и развлечения. Олег был всего лишь одним из охранников данного ломбарда. И переводить его в другую категорию не следовало ни при каких условиях.
  В принципе, Стася рассуждала тогда совершенно правильно и разумно. Вот только жаль, что ее собственные чувства не всегда так легко подчинялись ее железной логике...
  И, тем не менее, Стася действительно не знала, с какой физиономией ей выходить на работу в тот день...
  Олег причинил ей боль. И довольно сильную. Но Стася вовсе не желала, чтобы он знал об этом. Она просто до смерти боялась, что ему может стать известно, что она в тот день, как последняя влюбленная малолетняя дурочка, много часов просидела чуть ли не в обнимку с телефоном, ожидая его звонка. Этому человеку просто незачем было об этом знать.
  И Стася решила просто сделать вид, будто ничего не произошло. Ей казалось, что это будет наилучшим выходом из сложившейся ситуации. Никаких объяснений, никаких оправданий, - Стася все это просто ненавидела лютой ненавистью и считала одним сплошным лицемерием, а потому не намерена была вообще говорить на эту тему.
  В тот день она, как всегда, слегка опоздала. Олег, в ожидании ее, растерянно топтался у дверей ломбарда. Вид у него при этом был весьма смущенный.
  - Привет!.. - робко проговорил он.
  - Здравствуйте! - спокойным и ровным голосом отозвалась Стася и начала отпирать многочисленные замки.
  Справившись с ними, она зашла в ломбард и, как ни в чем не бывало, принялась выставлять на витрину планшеты с украшениями, которые на ночь всегда убирались в сейф.
  - А ты что трубу не берешь? - по-прежнему смущенно пробормотал Олег, облокачиваясь на навесной столик перед ломбардом.
  - Что?.. - словно не расслышав или не поняв, переспросила Стася, невозмутимо продолжая свое занятие.
  - Ну, я звонил тебе тогда вечером... - растерянно проговорил Олег.
  - Да?.. Разве?.. А что случилось? - равнодушно отозвалась Стася, думая только о том, как бы не переиграть.
  Но, похоже, у нее все это получилось достаточно убедительно, чтобы Олег поверил. И смутился и растерялся от этого еще больше.
  - Ну, да... - пробормотал он и попытался просунуть ей в окошко свой сотовый телефон, на котором отражалось время звонка. - Вот, смотри!.. Я тебе звонил, а ты трубу не взяла...
  Стася равнодушно скользнула невидящим взглядом по экрану и пожала плечами.
  - Не слышала, наверное, - обронила она, усаживаясь за компьютер.
  - А мы так с ребятами тогда напились... - зачем-то продолжил объяснять Олег, хотя было видно невооруженным глазом, что равнодушие Стаси его задело, и он совершенно не понимал, что происходит. - Я вообще ничего не соображал! Позавчера, после этого, даже на основную работу в клуб не вышел, договорился подмениться... Хотел было и сегодня с Мартынычем махнуться, но решил, что пора уже приходить в себя!..
  - Да уж!.. - презрительно поджала губы Стася и, бросив на него оценивающий взгляд, демонстративно поморщилась.
  Хотя, в принципе, - надо отдать ему должное, - выглядел он нормально, и по нему нельзя было предположить, что все эти три дня он беспробудно пил. Если бы Олег сам не заговорил об этом, подобная мысль никогда не пришла бы Стасе в голову. Но она очень сильно постаралась, чтобы в ее глазах он увидел именно невысказанное презрение к алкоголику. Стася сейчас вообще на все была готова, - лишь бы только он не догадался о том, как сильно обидел ее.
  После всего этого, - а тем более, после его слов и признаний, - Олег был ей попросту неприятен. И она вообще не хотела бы продолжать с ним работать.
  Но у Стаси пока не было выбора. Хотя она и знала, что при крайней необходимости всегда сможет подкорректировать свой график так, чтобы оказаться с ним в разных сменах.
  Но это было так, действительно на крайний случай...
  Олег пытался еще что-то ей объяснять, но Стася просто отвернулась от него и преспокойно занялась своими делами.
  Когда, чуть позже, Олег, как всегда, предложил угостить ее чаем с бутербродами, Стася, мгновение поколебавшись, согласилась. Разумеется, первой ее мыслью было гордо и с презрением отказаться, потому что от этого человека ей больше ничего не было нужно. Но у Стаси тут же мелькнула мысль о том, что даже такой недоразвитый дебил, каким, по всей видимости, оказался ее охранник, сумеет тогда сложить два плюс два и понять, что она чувствует на самом деле. А этого ей хотелось еще меньше.
  Тем более, что она попросту проголодалась. А чай у Олега был вкусный, да и сосиски он покупал не дешевые, - а потому, очевидно, качественные.
  Правда, вечером, в конце смены, заперев за собой ломбард, Стася не направилась, как обычно, вместе с ним к его машине. Она спокойно и вежливо попрощалась со своим охранником и повернула на дорогу, ведущую к остановке.
  Краем глаза Стася видела, как Олег еще некоторое время стоял и недоуменно смотрел ей вслед, словно тщетно пытаясь понять, что произошло. Стася про себя злорадно усмехнулась и усилием воли попросту выбросила его из головы. Вместе со всеми переживаниями, которые он ей принес.
  Еще две или три смены после этого Стася вот так же гордо уходила в полном одиночестве, демонстративно показывая свой на редкость независимый характер. Потом Олег как-то снова предложил подвезти ее, - разумеется, чисто по-дружески, без каких бы то ни было, как надеялась сама Стася, задних мыслей. Времени со злополучного дня рождения уже прошло достаточно много; все позабылось, - а потому Стася согласилась. Тем более, что от ломбарда до остановки идти было действительно достаточно далеко.
  После этого все словно снова вернулось на круги своя. И стало точно так же, как было раньше, до того не слишком удачного предложения охранника провести вместе день его рождения. Они с Олегом снова общались, обедали, работали вместе, - а больше словно между ними никогда ничего и не было.
  И это было просто замечательно. Стася искренне надеялась, что эта его неудачная попытка ухаживания благополучно провалилась, забылась, и теперь они впредь будут просто спокойно работать.
  Однажды вечером, - это было уже где-то в самом конце августа, - собираясь домой, - а это был у Стаси уже третий день работы, - она проговорила, обращаясь даже больше не к Олегу, а к самой себе:
  - Устала, - просто сил никаких нет!.. Хорошо, хоть завтра у меня выходной! Надо пива, что ли, на вечер купить да расслабиться немного!..
  Олег посмотрел на Стасю, но ничего не ответил. Да она, в принципе, и не ожидала от него тогда никакого ответа. Она просто размышляла вслух в предвкушении предстоящего выходного, - безо всякой задней мысли.
  Они вышли на улицу. Стася нарочно замешкалась с ключами, ожидая, чтобы Олег предложил подвезти ее. Она всегда так делала, потому что напрашиваться сама была не намерена и даже считала это ниже своего достоинства, а Олег в данном случае никогда не обманывал ее ожиданий.
  - Тебя подвезти? - разумеется, спросил он.
  - Давай! - милостиво согласилась Стася, словно это и не было ее изначальной целью.
  Они вместе сели в его машину. Олег - как всегда - предложил ей подушечку жвачки. Их было много у него в салоне. Стася в очередной раз усмехнулась про себя, - словно они целоваться собираются!.. - но вслух, по обыкновению, этого не сказала и от предложенной жвачки отказываться не стала.
  Олег включил в машине музыку. Он любил "Бутырку". Стася тоже всегда была неравнодушна к шансону, поэтому она, с независимым видом глядя в окно, слушала песни и жевала жвачку. Правда, когда машина почему-то проехала мимо поворота, ведущего к остановке, Стася удивленно повернулась в сторону Олега.
  - По-моему, мы куда-то не туда едем! - заметила она, все еще ничего не подозревая о его коварных намерениях.
  Олег с непроницаемым видом смотрел прямо перед собой и даже глаза не скосил в ее сторону.
  - Там дорога плохая, ехать не удобно, - спокойно обронил он. - Я тебя до следующей остановки подкину. Тебе не все ли равно, где именно на маршрутку садиться, а мне так проще!
  - Ну, ладно, - равнодушно пожала плечами Стася, вполне удовлетворенная его объяснениями.
  Машина действительно вскоре повернула к следующей остановке, но почему-то проскочила нужный перекресток и поехала дальше. Теперь у Стаси уже не оставалось никаких сомнений в том, что ее спутник задумал что-то не совсем обычное, по обыкновению забыв поставить ее об этом в известность.
  Стася снова повернулась в его сторону и холодно осведомилась:
  - Мне уже следует испугаться, - или еще рано?..
  - Еще рано, - безо всякого выражения - на лице или в голосе - обронил Олег.
  - Я должна поверить тебе на слово? - усмехнулась Стася. Нет, испуганной она, разумеется, не была, - просто нельзя было сказать, что ей все это самоуправство нравилось. - Как-то ты подозрительно выглядишь!.. Да и повадки, как у маньяка!.. Может, мне уже стоит начинать выпрыгивать из машины на полном ходу?..
  Олег по-прежнему смотрел прямо перед собой. На его каменном лице так и не дрогнул ни один мускул.
  - Ты же сама сказала, что хочешь пива, - как-то вскользь и совершенно равнодушно проговорил он. - Так не все ли равно, дома ты его попьешь или здесь?..
  - И куда мы едем? - сухо осведомилась Стася.
  - Увидишь, - лаконично ответил Олег.
  Стася снова отвернулась к окну, так и не решив еще для себя, как ей следует к этому относиться. Подобное странное самоуправство Олега не сказать, чтобы нравилось ей... Просто само это ощущение, - когда кто-то попросту ставит тебя перед фактом, - было для нее довольно удивительным и непривычным.
  Она уже даже и припомнить не смогла бы сейчас, когда в последний раз кто-то что-то решал за нее. И это было очень странно.
  Через некоторое время Олег остановил машину около каких-то ларьков.
  - Подожди минутку! - сказал он и вышел.
  Стася наблюдала за ним сквозь стекло, испытывая при этом весьма неоднозначные чувства. Олег, тем временем, подошел к ларьку, купил две банки пива, какие-то орешки, и вернулся в машину.
  - И куда теперь?.. - спросила у него Стася.
  - Неподалеку, - по-прежнему весьма лаконично отозвался он.
  Через пару минут они заехали на охраняемую стоянку около какого-то безумно элитного дома. Но Стася еще даже не успела удивиться его благосостоянию, как Олег прояснил ситуацию.
  - Вот здесь и посидим! - констатировал он очевидный факт. - У меня родители здесь живут. А я сам - вон там, через дорогу! - Он махнул рукой куда-то вдаль, через плечо. - Я здесь у них машину ставлю, чтобы на стоянку не тратиться!
  Стася молча взяла в руки банку пива и открыла ее. Олег сделал то же самое, отхлебнул и поморщился:
  - Не люблю я эту гадость!.. Я бы лучше литр водки выпил, чем это!..
  - Зачем же тогда купил? - удивилась Стася.
  - За компанию с тобой.
  Сама Стася, признаться честно, тоже не была особым любителем пива, - ну, разве что, вот так, под настроение. К тому же, она всегда предпочитала напитки с какими-нибудь фруктовыми добавками, - типа, "Гараж", или что-то в этом духе. И лучше безалкогольное, разумеется, потому что на самом деле алкоголь она очень плохо переносила, - у нее сразу же начинала болеть голова. Но сейчас, наблюдая за странным поведением Олега, Стася вдруг испытала очень сильное желание напиться. Хотя, вряд ли это было возможно, - с одной-то банки!..
  Они довольно долго в тот день сидели в машине, слушали музыку и разговаривали. Понемногу обо всем, - и, в то же время, словно ни о чем. Стася всегда имела привычку во время разговора пристально смотреть на своего собеседника. Олега это почему-то неизменно смущало, и он постоянно говорил ей:
  - Ты скоро дырку во мне проглядишь!..
  А Стася действительно очень пристально смотрела на него и никак не могла понять, что с ним не так. С одной стороны, это был, вне всякого сомнения, один из самых мужественных людей, кого она когда-либо встречала. Причем, это ощущение реально было не показным, как у большинства Стасиных знакомых, которые поигрывали мышцами, напускали на себя брутальный вид и всячески пытались соответствовать своему образу крутого мачо. В Олеге все это было очень естественно, само собой. В нем просто на энергетическом уровне чувствовалась какая-то огромная внутренняя сила, которая и восхищала, и даже пугала одновременно. Хотя он никоим образом не пытался демонстрировать ее. Но от его спокойной уверенности в себе, сдержанности и твердости становилось как-то легче на душе. Чувствовалось, что этот странный и непонятный человек повидал в своей жизни немало такого, о чем вряд ли говорят вслух. Но, в то же время...
  Ощущался в нем какой-то душевный надлом, какая-то внутренняя трагедия, которую он так и не сумел пережить до конца, и которая, похоже, изнутри понемногу подтачивала его силы и медленно убивала его. Это реально ощущалось просто на физическом уровне. Словно аура боли вокруг него была такая плотная, что пробиться сквозь нее не представлялось возможным. Что это было?.. Последствия болезненного развода?.. Не изжитая еще до конца любовь к бывшей жене?.. Или же нечто, гораздо более серьезное?..
  Общение с этим человеком задевало какие-то чувствительные струнки в Стасиной душе. Но, глядя в его улыбающиеся, - и при этом словно мертвые, - глаза, она вообще не была уверена, что хотела бы узнать его поближе...
  Его бывшая жена, кстати, за те пару часов, что они просидели в его машине, звонила ему несколько раз. Стасю это удивляло просто донельзя. У нее самой имелся в наличие бывший муж... Которому, после развода, произошедшего лет десять назад, Стася не позвонила ни разу. И не собиралась этого делать ни при каких обстоятельствах. Просто никогда не видела в этом смысла.
  Они расстались. И он для нее словно умер. Стася даже представить себе не могла, чтобы они продолжали общаться.
  Но бывшая жена Олега, с которой он расстался уже лет пять назад, только за эти пару часов позвонила раз десять. Олег разговаривал с ней сухо, коротко, ограничиваясь практически одними только односложными "да" и "нет", и тут же отключался. Стася при этом смотрела на него во все глаза, даже и не пытаясь скрыть свое изумление.
  - Никак не угомонится!.. - раздраженно пробурчал Олег, в очередной раз убирая телефон в карман.
  Стася никак пока не стала комментировать эту донельзя странную для нее ситуацию, поскольку считала, что это вообще не ее дело. Но про себя она совершенно не в силах была понять только одно: а зачем он вообще продолжает с ней общаться?.. С какой стати женщина, сама ушедшая к другому мужчине еще много лет назад, продолжает так упорно и настойчиво лезть в личную жизнь своего давно уже бывшего мужа?..
  Это вообще было недоступно для ее понимания.
  А позиция Олега, тем более, ставила Стасю в тупик. Да, он разговаривал со "своей бывшей" не слишком охотно, - но при этом все-таки разговаривал!.. Зачем?.. С какой стати он вообще позволял ей звонить?.. Давно уже послал бы ее на три буквы, заблокировал бы или просто не отвечал бы на ее звонки!.. Делить им, вроде бы, давно уже было нечего. У нее имелся в наличие другой, - причем, вполне официальный и законный, - муж. Их общему ребенку на тот момент было давно уже за двадцать; он закончил учебу в техникуме, - за которую, якобы, платил в свое время Олег, если верить его собственным словам, - и жил сейчас у бабушки по материнской линии. От армии, кстати, Олег его тоже умудрился отмазать, так что в ближайшем будущем проблем никаких не предвиделось; он был уже, в принципе, взрослым самостоятельным человеком, и, следовательно, даже он теперь уже не мог их связывать...
  Да, вся эта странная ситуация казалась Стасе на тот момент не просто совершенно непонятной, а откровенно дикой. Но при этом она как-то непроизвольно запала ей в память. Потому что Стася интуитивно сразу же почувствовала: что-то здесь не так!..
  Олег, явно, о чем-то умалчивал или же что-то недоговаривал... И Стася не была уверена на тот момент, что действительно хочет знать, что это...
  Помимо этих на редкость странных и необъяснимых звонков бывшей жены, Стасю, в принципе, все остальное вполне устраивало... Пока Олег в какой-то момент вдруг не заявил:
  - Знаешь, я вообще не хочу больше никаких отношений! Вообще ничего больше не хочу! Я уже всего этого вот так нахлебался!..
  И он весьма выразительно провел ладонью по горлу.
  Стася так и застыла на полувздохе, если так можно было выразиться. Внутри у нее на миг все словно онемело. Но она тут же взяла себя в руки, выдохнула и, тщательно следя за тем, чтобы ее голос звучал спокойно и не выдавал бушующих внутри эмоций, резонно осведомилась:
  - Тогда зачем ты вообще меня сюда привез?
  - Не знаю, - буркнул Олег и уставился вперед невидящим взглядом.
  - Тогда, может быть, тебе стоит сначала в себе разобраться и решить, что конкретно ты хочешь, а потом уже морочить голову кому-то другому? - насмешливо предложила ему Стася, скрывая под этой внешней бравадой гораздо более сильные эмоции, чем она даже сама готова была признать.
  - Я больше никогда не женюсь!.. - с каким-то жутким отчаяньем в голосе бросил Олег.
  А вот это Стасю задело, - и даже очень серьезно. Особенно, на фоне того, что она как-то не только не набивалась в спутницы жизни этому человеку, но даже и не пыталась ни флиртовать с ним, ни кокетничать, ни как бы то ни было иначе проявлять свой интерес к нему.
  - Какое совпадение!.. - отрезала Стася, - гораздо более грубо, чем планировала изначально. - Представляешь, я еще много лет назад решила, что больше никогда не выйду замуж! И теперь, когда мы все это прояснили и поняли, что ничем не угрожаем друг другу, мы, наверное, можем просто остаться хорошими коллегами и добрыми друзьями?..
  Стася демонстративно отвернулась к окну, стараясь выглядеть при этом беспечной и невозмутимой. Несмотря на то, что ее слова о возможном замужестве были истинной правдой, она все-таки почувствовала себя сейчас задетой и очень сильно уязвленной. Особенно, на фоне этих постоянных назойливых звонков его бывшей жены. Для Стаси сейчас не имел значения тот факт, что она сама не собиралась больше замуж, - просто ее все-таки довольно серьезно кольнуло осознание того, что этот странный человек, который пока еще совершенно даже и не знает ее толком, уже первым делом недвусмысленно дает ей понять, что она не стоит того, чтобы вести ее под венец...
  В отличие от его драгоценной бывшей, похоже...
  Стася молча приоткрыла окно и достала сигарету. Вообще-то, она почти не курила, хоть и не могла пока еще окончательно избавиться от этой вредной привычки. Но иногда это было ей действительно необходимо, чтобы прийти в себя и успокоить нервы.
  Вот, как сейчас, например...
  Признаться честно, несмотря на то, что они просидели в машине Олега довольно долго и успели о многом переговорить, Стася так и не услышала от него ни одного намека на причину, побудившую его привезти ее сюда. Словно подобные посиделки были для них чем-то обыденным и вообще в порядке вещей. Не прозвучало ни одного слова о том, что Стася, например, нравится ему, или что ему хотелось бы пообщаться с ней и познакомиться поближе. Лишь мимоходом брошенные в лицо довольно оскорбительные, надо заметить, и весьма болезненные для Стасиного самолюбия слова о том, что он никогда больше не женится...
  Наверное, это было сделано специально для того, чтобы она не возомнила о себе чего лишнего...
  Телефон Олега постоянно и надрывно вопил. Помимо его драгоценной бывшей супруги, ему звонили его многочисленные друзья, знакомые и знакомые знакомых, о нем не забывали родители, брат, сын... С ним желали пообщаться просто все, без исключения. В буквальном смысле слова, создавалось впечатление, что он нужен всем и именно в данный конкретный момент, и из-за того, что он вот уже битых два часа сидит в машине с девушкой, - холостой мужчина после работы!.. - земля остановилась, мир рухнул, и разразилась катастрофа...
  Некоторое время спустя, Стася поняла, что все это ее раздражает. Потому что ну это реально было уже не смешно...
  Стасю бесили эти постоянные непрекращающиеся звонки, которые бесцеремонно прерывали их разговор каждые полминуты. Ее злили его постоянно повторяемые слова о том, как сильно он занят, и что в его жизни вообще больше нет места никому и ничему. И все это в совокупности потихоньку начало не просто даже выводить ее из себя, а реально сводить с ума...
  Стася схватилась за очередную сигарету, изо всех сил пытаясь держать себя в руках и не показывать сходу свой на самом деле не слишком покладистый характер. Потому что, в данный момент, лично она, - в отличие от него самого, похоже, - все-таки, несмотря ни на что, хотела бы познакомиться с ним поближе, и ее вспыльчивость могла бы все испортить...
  А впрочем, вероятнее всего, как раз на этом этапе Стася и совершила ошибку. Вместо того, чтобы деликатно молчать, ей, наверное, следовало бы сразу же четко обозначить допустимые границы. Не факт, что Олег согласился бы с ними. Совсем не факт. Скорее всего, это просто напугало бы его до полусмерти и, тем самым, поставило бы точку на каких бы то ни было отношениях с ним.
  Но даже это было бы лучше той альтернативы, которую он готов был ей предложить...
  Через некоторое время, окончательно устав от этого безумия, Стася сказала, что ей пора домой. Олег охотно проводил ее до остановки, - благо, тут было совсем недалеко, - и она уехала.
  Эта их странная встреча в машине оставила в Стасиной душе какую-то непонятную пустоту. Которая аж звенела при любом воспоминании. Нет, для нее самой на тот момент все было ясно и однозначно. Олег реально сумел заинтересовать ее, и ей хотелось бы попробовать встречаться с ним... По крайней мере, Стася готова была попытаться пообщаться с ним за пределами их работы и посмотреть, что из всего этого получится. Но... Существовало одно большое и жирное "но"...
  Эти его непрерывные телефонные звонки, эти его слишком навязчивые разговоры о делах и намеки на вечную занятость... Они были попросту противоестественными. И Стася вдруг заподозрила, что такой безумно занятой человек, как он, просто не сумеет найти для нее ни времени, ни места в своей жизни...
  И, в принципе, она была совершенно права.
  Стася тогда еще не догадывалась, чем именно он может быть так уж сильно занят. У нее даже предположений никаких не было по этому поводу. А впрочем, толком она так никогда и не сумеет понять этого. Просто уже тогда какое-то шестое чувство подсказывало ей, что, с таким вот началом, из всего этого просто не может выйти ничего путного. Так что не стоит и связываться...
  Но ей почему-то тогда совсем не понравился этот внутренний голос, и она не пожелала его слушать...
 

* **


 
  Одно Стася могла сказать точно: с этого самого дня она перестала спокойно спать по ночам.
  Отношения с Олегом были странные, безнадежные и какие-то изначально обреченные. И вскоре Стася в них просто окончательно запуталась и потерялась.
  После того вечера, когда они долго сидели в его машине и разговаривали, Олег пару смен вел себя так, словно ничего этого не было. Да и быть не могло. То есть, все как раз было совершенно обычно и обыденно, - они разговаривали, обедали вместе и даже смеялись, - но при этом Олег всеми способами подчеркивал, насколько он далек и отстранен. Словно и не было того разговора в машине и каких-то наметившихся между ними зачатков чего-то более близкого...
  Никаких новых шагов он не предпринимал. Напротив, - у Стаси даже создалось впечатление, что они словно отступили назад, к тому этапу, когда он только-только пришел на работу сюда. Олег полностью закрылся от Стаси за своей обычной непроницаемой маской, за которой невозможно было разглядеть никакого проблеска чувств или эмоций.
  Просто коллега. Едва знакомый человек. Полностью погруженный в свои собственный проблемы и не обращающий ни малейшего внимания на окружающих...
  Сначала Стася расстраивалась и переживала, совершенно не понимая, что заставляет его так вести себя. Потом начала злиться, реально ощущая себя несчастной брошенкой, - хоть для этого пока и не было еще никаких особых оснований. А потом успокоилась и, пожав в душе плечами, решила просто жить дальше.
  Но беда была в том, что Олег словно улавливал этот самый момент, когда Стася успокаивалась и расслаблялась. Потому что именно тогда, когда она приходила к выводу, что все это не имеет ни малейшего смысла, и стоит просто обо всем позабыть, он делал следующий шаг... И снова начинались эмоциональные качели...
  Это повторялось неоднократно. По кругу. На протяжении последующих нескольких недель...
  Например, как я уже упоминала, после того разговора в машине Олег пару смен вообще не обращал на Стасю ни малейшего внимания, словно они и знакомы-то толком не были. Ну, что ж, на нет - и суда нет!.. Стася, в принципе, восприняла это, как должное, - ну, сказал же ей человек, что не хочет никаких отношений!.. - и просто решила обо всем забыть.
  И в тот же самый вечер Олег вдруг позвонил ей на сотовый...
  Признаться честно, она вообще тогда не поняла, зачем он ей позвонил... Разговор у них получился какой-то абсолютно бессмысленный. Он включил диск с музыкой и предложил Стасе вместе ее послушать. По сотовому телефону...
  Напомню: события происходили в самом начале десятых годов. Тогда еще не было особенно удобных тарифов, мессенджеров и прочего, и сотовая связь была довольно дорогим удовольствием...
  Итак, - Стася не поняла, что это вообще такое было. Но факт оставался фактом. Олег ей позвонил. В первый раз. И это разом всколыхнуло в ее душе все, вроде бы, давно уснувшие надежды...
  Но уже в следующую же их совместную смену они практически даже и не разговаривали. Олег опять был подчеркнуто холоден и вел себя так, словно они едва были знакомы. После работы он высадил Стасю на остановке и, не говоря ни слова и даже не попрощавшись, умчался вдаль, газанув с такой силой, что случайные прохожие невольно шарахнулись в разные стороны.
  Стася в полном недоумении посмотрела ему вслед, снова пожала плечами и поехала домой с мыслью, что такое счастье ей точно не нужно...
  Окончательно смирившись в душе с подобным утверждением, в следующую смену Стася сама не обращала на него ни малейшего внимания, занимаясь своими делами. Вечером, когда машина остановилась на ее остановке, Стася привычно проговорила, - совершенно безо всякой задней мысли:
  - Огромное вам спасибо, Олег Владимирович!
  Она давно уже не ожидала от него ничего. И даже ничего не хотела. Она просто спокойно потянулась к ручке двери, намереваясь выйти из машины и отправиться домой. И тем удивительнее оказался для нее спокойный ровный голос, прозвучавший за ее спиной:
  - Нет.
  Стася невольно замерла, вообще не понимая, что он хочет этим сказать, невольно повернулась к нему и недоуменно переспросила:
  - Что?..
  Олег вдруг улыбнулся и указательным пальцем постучал себя по щеке, как бы показывая тем самым, что его нужно поцеловать...
  Сказать, что Стася была изумлена донельзя, - это не сказать вообще ничего. Только этим и можно было объяснить то, что она, словно загипнотизированная, наклонилась и слегка прикоснулась губами к его щеке. Он расплылся в улыбке, которую безо всякой натяжки можно было назвать счастливой, и сказал:
  - Вот теперь можешь идти!
  Стася молча вылезла из машины, все еще пребывая в состоянии полного ступора и не совсем понимая, что происходит вокруг нее, а он уже рванул с места и умчался вдаль...
  Всю следующую смену Олег демонстративно гулял по улице, даже не заходя вовнутрь, - только при появлении посетителей. В тот день он снова был без машины. Вечером они вместе пошли в сторону остановки. Олег был, по обыкновению, непроницаем и совершенно равнодушен. Стася, - якобы, в шутку, - попыталась взять его за руку, - как он сам тогда, перед своим днем рождения, - но, поскольку это ее действие не вызвало у него ровным счетом никаких эмоций, - ни положительных, ни отрицательных, - она тут же оставила свои попытки.
  Десять минут они просто молча шли рядом. Зачем?.. Для чего?.. 
  Он даже не посчитал нужным проводить Стасю непосредственно до самой остановки, потому что для этого ему нужно было слегка отклониться от своей траектории. Метров на десять, примерно. Но он как шел, так и шел, - молча, не прощаясь, словно напрочь позабыв о своей спутнице.
  Стася снова пожала плечами, - на этот раз уже донельзя раздраженно, - и повернула в сторону своей остановки, окончательно решив поставить жирную точку на каких бы то ни было попытках подружиться с ним.
  Тем же вечером он снова позвонил.
  - Привет! Как делищи?.. - сказал Олег. Он всегда начинал разговор именно этими словами. 
  - Нормально, - сдержанно проговорила Стася, давно уже не понимая, что конкретно он хочет от нее, и чего ей самой вообще следует от него ожидать.
  - У тебя ведь завтра выходной? - уточнил Олег.
  - Да.
  - Что делать собираешься? - поинтересовался он.
  - Не знаю еще, - осторожно отозвалась Стася, уже боясь хоть на что-то надеяться. - Может быть, сходим с Димкой погулять на набережную, на роликах покатаемся!
  - В какое время планируете?..
  - Ну, если пойдем, то после обеда!
  - Я тогда, может быть, подъеду к вам! - зачем-то сказал вдруг Олег. - Покатаю вас на машине! Димульке, наверное, понравится, - вряд ли он ездил на машинах с правосторонним управлением!
  У Олега, кстати, была "Тойота" японской сборки, с правым рулем.
  - Думаю, что да, - удивленно отозвалась Олеся в ответ на его слова. Ему снова удалось ошарашить ее своей непредсказуемостью.
  - Ну, тогда ладно; завтра созвонимся! Пока!
  - Пока...
  На следующий день Олегу удалось ошарашить ее еще сильнее. Как говорится, нет предела совершенству!..
  В районе часа Стасин телефон зазвонил. Но всего лишь на несколько секунд. И тут же умолк. Стася подумала, что их разъединили, - такое часто случалось, - или звонок сорвался, или же просто связь плохая... Она подумала, что Олег сейчас перезвонит... Но прошло пять минут... десять... пятнадцать... Он больше не перезванивал. Тогда Стася набрала его номер сама, - мало ли, что, - деньги неожиданно закончились на счете, например, а пополнить негде...
  Ему снова удалось удивить ее, хотя на тот момент Стасе уже казалось, что это невозможно. Но на этот раз он повел себя совсем странно. Еще более странно, чем обычно, - если это вообще возможно... У Стаси реально создалось впечатление, что это вовсе даже и не он пытался дозвониться до нее четверть часа назад, - хотя на экране тогда ясно высветился именно его номер, так что ошибка была исключена.
  Но, тем не менее, Стасин звонок Олега неимоверно удивил. Словно это было нечто совершенно неуместное. Встречаться с ними сегодня у него, как оказалось, даже и в намерениях не было. Более того, у Стаси создалось впечатление, что он был просто шокирован тем, что ей вообще могла прийти в голову настолько нелепая и несуразная мысль...
  Стася поспешила повесить трубку, поскольку у нее появилось явное ощущение того, что она навязывается человеку, которому нет до нее ни малейшего дела, и зареклась еще когда-нибудь звонить ему. Она пребывала сейчас в полном замешательстве, - и это, похоже, уже входило у нее в привычку. Но еще в большем замешательстве она оказалась на работе, когда Олег целый день слишком уж демонстративно занимался решением каких-то там своих неимоверно важных проблем и вообще едва ли отдавал себе отчет в том, что она находится где-то поблизости...
  Стася окончательно перестала что-либо понимать. И, в первую очередь, она никак не могла уразуметь, что конкретно она делает не так?.. В чем она неправильно себя ведет?.. Олег реально не давал ей забыть о себе, - но и хоть как-то пытаться хотя бы общаться нормально даже и не собирался. На протяжении всего этого времени он словно делал шаг вперед - и два назад... И Стасю это реально уже начало беспокоить, потому что она не знала, что ей думать, не понимала, как ей следует вести себя самой, и, что хуже всего, она начинала реально серьезно переживать из-за появившейся у нее, благодаря всему этому, неуверенности в себе и чувству неполноценности.
  Ее саму подобная ситуация не устраивала от слова "вообще". Она хотела хоть какой-то определенности. Любой. Нет - так нет, да - значит, да. Либо между ними что-то есть, либо между ними нет ничего. Вот и все. Третьего не дано.
  Но сейчас не получалось ни того, ни другого...
  Уже тогда у Стаси появилась мысль о том, что Олег, мягко говоря, ведет себя, как собака на сене. Не похоже было на то, чтобы она сама, - или хоть какие-то отношения с ней, - были ему хоть немного нужны. Но и отпускать ее при этом он, явно, не хотел. Словно пытался удержать на коротком поводке...
  При этом, в буквально смысле слова, получалось, что и сам не ам, и другим не дам...
  В следующий раз в смену Олега Стася пришла на работу безо всякого настроения. Чем неимоверно удивила своего странного охранника. Потому что как раз у него настроение в тот день было прекрасное. Он практически весь день провел на окошечке ломбарда; он был необычайно весел и дружелюбен, и сердце Стаси снова начало подтаивать... Олег даже несколько раз намекнул Стасе на то, что им с ней необходимо очень серьезно поговорить, но, разумеется, не здесь и не сейчас, поскольку нельзя смешивать работу и личные дела...
  Признаться честно, Стася давно уже заметила, что Олег каждый день бывает разный. Она не понимала, с чем это связано. Что это?.. Алкоголь?.. Наркотики?.. Или что-то еще похуже?.. Она не знала. Олегу все время удавалось привести ее в замешательство. И Стася, хоть убей, не понимала, что именно ей следовало ожидать от него?..
  И следовало ли ей вообще чего бы то ни было ожидать от него?..
  Вечером он подвез ее до остановки и предложил опять немного посидеть в машине. Стася осторожно согласилась, снова не в силах справиться с нахлынувшими надеждами. Телефон у Олега по-прежнему не умолкал, но в тот день он довольно резко и коротко прерывал всех своих невидимых собеседников и говорил, что сам перезвонит им чуть позже.
  - Нам с тобой надо бы куда-нибудь выбраться, посидеть по-человечески, поговорить! - предложил Олег и кивнул на телефон. - Без всего этого!..
  - А кто против?.. - осторожно спросила Стася, попросту боясь сейчас выказывать хоть какие-то эмоции.
  - Да, надо посидеть в нормальной обстановке... - задумчиво проговорил Олег, внимательно глядя на Стасю. - Действительно, надо куда-нибудь выбраться! Когда у нас с тобой следующая смена? В пятницу?
  - Да, - отозвалась Стася. Она уже опасалась на что-то надеяться, но, тем не менее, снова восприняла его слова всерьез.
  Да и как еще их следовало воспринимать?.. Он, вроде бы, говорил вполне разумно, четко и даже по-русски...
  - Вот и давай с тобой в пятницу после работы куда-нибудь сходим! Чтобы все было по-хорошему!.. - предложил Олег. Он на мгновение задумался о чем-то, а потом добавил. - Я как раз на той работе зарплату получу, так что с деньгами проблем не будет...
  - Я согласна, - кивнула Стася.
  - Тогда давай так и договоримся!.. - подытожил Олег. Выглядел он при этом вполне даже дееспособным и отдающим отчет своим словам и поступкам. - А сегодня, извини, долго не могу!..
  - Хорошо, - снова согласилась Стася. - Тогда пока!..
  Но Олег почему-то выглядел очень озадаченным ее словами.
  - Нет, погоди!.. - остановил он ее. - Я же не говорю, что тебе уже пора уходить! Давай хоть немного посидим!..
  - А я думала, что ты спешишь! - удивилась Стася.
  - Ну, не до такой же степени!.. - рассмеялся Олег. - Иди сюда!..
  Он неожиданно притянул Стасю к себе и обнял. Но это длилось всего лишь несколько секунд. Потом он так же резко отпустил ее и молча уставился в окно.
  Стася нерешительно положила свою руку на его. Он тут же сжал пальцами ее ладонь.
  И Стасе неожиданно вдруг стало так хорошо, что и словами не высказать!.. Она до сих пор не понимала, почему он ведет себя так странно. Но теперь, как ей казалось, она ясно видела, что небезразлична ему. А значит, у них вполне могло еще что-то получиться...
  Его телефон зазвонил снова... И снова... И снова... Стасю это даже уже больше не раздражало. Она поняла, что он очень занятой человек, и, наверное, уже почти смирилась с этим. Или, точнее, уже почти готова была смириться... Поэтому, в конце концов, после очередного сброшенного звонка, она уже сама не выдержала и сказала:
  - Ну, тебе, наверное, действительно пора!..
  - Да... - смущенно согласился Олег. - Никак не могут без меня разобраться!..
  Его телефон, тем временем, зазвонил опять. Олег взял трубку. Стася не слышала, что сказал ему его невидимый собеседник, но лицо Олега вдруг словно окаменело.
  - Да. Понял. Сейчас буду! - сказал он и отключился.
  - Вот теперь мне действительно пора! - проговорил Олег, поворачиваясь к Стасе, и его голос в одночасье стал каким-то другим, - жестким, отрывистым. И Стася сразу же поняла, что мыслями он уже не здесь.
  - Что случилось? - непроизвольно вырвалось у нее как-то само собой. Она вовсе даже не намеревалась лезть в его дела, но в тот миг она почему-то реально испугалась за него.
  Олег внимательно посмотрел на нее и улыбнулся. Своей очень доброй, мягкой и светлой улыбкой.
  - Нет. Все нормально, - спокойно проговорил он. - Просто меня разозлили. Извини, но мне действительно пора ехать!
  - Я поняла, - кивнула Стася.
  - Значит, договариваемся на пятницу, да?.. - уточнил он еще раз.
  - Да.
  - Иди сюда!..
  Олег снова обнял ее, крепко прижал к себе и на этот раз не отпускал довольно долго. Стася уткнулась лицом в его плечо, реально ощущая себя просто на вершине блаженства, забыв про все и наслаждаясь давно позабытыми чувствами и ощущениями... А он вдруг резко отстранил ее от себя, почти оттолкнул, можно сказать, и проговорил:
  - Знаешь... От тебя кошкой пахнет...
  Если бы он просто выплеснул ей в лицо ушат ледяной воды, это и то, наверное, не произвело бы настолько сногсшибательного эффекта...
  Стася в ужасе отшатнулась в сторону, чувствуя себя донельзя смущенной. У нее дома действительно была кошка, и Олег прекрасно об этом знал. Но она была у них на редкость аккуратненькая, чистенькая и никогда нигде не гадила... Одежда, которая была сейчас на Стасе, тоже была чистой и с их кошечкой никоим образом не соприкасалась. А что касалось самой Стаси, - то она мылась два раза в день минимум, утром и вечером, - а иногда и чаще, если стояла, например, жаркая погода. Она была просто помешана на чистоте тела, и, при малейших подозрениях на то, что с ней что-то не так, предпочитала сразу же лишний раз принять душ. Так что едва ли можно было найти другого такого человека, который относился бы к вопросам гигиены так же трепетно, как она!
  От нее просто не могло нехорошо пахнуть!.. Даже чисто теоретически!..
  По крайней мере, еще никто и никогда не говорил Стасе ничего подобного! Скорее, наоборот, - все удивлялись тому, что она принимает душ так часто и меняет одежду несколько раз в день...
  Ну, что ж, - Олегу в очередной раз удалось выбить ее из колеи...
  Стася схватила сумку и почти в панике стала выкарабкиваться из машины. В буквальном смысле - выкарабкиваться, - потому что в тот миг она не могла мыслить здраво. Она была просто в шоке от его слов и стремилась побыстрее исчезнуть, испариться, провалиться сквозь землю, чтобы попросту не умереть со стыда...
  - Стася! - вдруг остановил ее Олег.
  Она непроизвольно обернулась, находясь при этом в странном положении: наполовину еще в салоне, наполовину уже на улице, и спросила:
  - Что?..
  - Никогда не носи стринги! - строгим голосом проговорил Олег. - Это негигиенично!
  Если еще можно было как-то добить ее, то он как раз это сейчас и сделал...
  Стася поняла, что, пока она выкарабкивалась из его машины, пояс ее узких джинсов слегка опустился, и из-под него проглянули тонкие веревочки ее черных стрингов. Да, обычно она всегда внимательно следила за тем, чтобы ничего подобного не происходило, но сейчас, когда она находилась в полусогнутом состоянии, контролировать этот процесс было не так-то просто... Да и, в конце концов, на ее взгляд, в этом не было ничего особенно страшного... Стася никогда не страдала из-за каких-то там комплексов по поводу своего тела, и ни у кого еще не было претензий относительно ее любимого нижнего белья...
  Разум Стаси в данный момент был слегка затуманен всеми предшествующими переживаниями, но даже в таком состоянии она способна была осознать, что со стороны Олега это какое-то очень странное замечание... Не совсем нормальное даже и произнесенное не понятно, с какой целью... Особенно, в сочетании с предшествующие ему упоминанием о ее не слишком приятном запахе... Подобные высказывания между людьми, еще даже и не находящимися в романтических отношениях, а только лишь подумывающими о них, способны были напрочь выбить почву из-под ног... Причем, у обоих.
  После этой его реплики Стася как-то вообще даже дара речи лишилась от растерянности и смущения. Пытаясь сохранить хорошую мину при плохой игре, она выскочила, наконец, из машины, повернулась к открытому окошку и попыталась свести все к шутке.
  - Вредина! - воскликнула она. - Мог бы сделать вид, что не заметил!..
  На непроницаемом лице Олега нельзя было разглядеть ни единой эмоции... А потом он просто сорвался с места и умчался вдаль...
  Признаться честно, всю дорогу домой Стася пребывала в полнейшем замешательстве. Мысль о том, что от нее плохо пахнет, терзала ее просто физически и не давала покоя. Она растерялась и безумно расстроилась. Просто до слез...
  Сначала Стася могла думать лишь о том, как, вернувшись домой, сразу же вымоется еще более тщательно, чем обычно, и, разумеется, бросит все свою одежду в стирку. Даже ту, которая лежит в шкафу... Она всю ее перестирает с хорошим порошком, и... И что делать дальше, она пока не знала...
  Езда до дома занимала час. И за это время Стасин пыл слегка поугас. Потому что, спокойно уже сопоставив все факты на свежую голову, она пришла к выводу, что от нее просто не может пахнуть кошкой!..
  Как уже упоминалось чуть выше, едва ли в этом мире найдется много людей, уделяющих вопросам гигиены такое повышенное внимание, как Стася. Большинство относится ко всему этому гораздо проще. И Стасина одежда, до этого утра лежавшая на верхней полке шкафа, куда ее кошка не залезала еще ни разу в жизни, так же едва ли могла впитать в себя какие-либо неприятные запахи. А если уж у Олега действительно настолько уникальное обоняние, что он сумел что-то уловить, - значит, перед ними действительно встала серьезная проблема, решить которую вообще вряд ли удастся. И тут бессилен будет и душ, и стирка.
  Можно было предположить, что, по всей видимости, это его совершенно бестактное замечание вызвано тем, что ему просто не нравится собственный запах Стаси, который почему-то ассоциируется у него с запахом кошки, - а его, к сожалению, было не уничтожить лишним принятием ванны. Тем более, что, реально, мыться еще чаще, чем это делала Стася, было уже попросту едва ли возможно...
  А вот пару комплексов в копилку он ей добавил. Осознанно или нет, - трудный вопрос...
  Симпатии и антипатии, как это давно всем известно, возникают у людей на чисто биохимическом уровне. Человек, который тебе нравится, как правило, имеет приятный для тебя запах, - даже если он в последний раз принимал душ вот не прямо сейчас, а какое-то разумное время назад. Это - всего-навсего физиология. А если это не так, - то ты едва ли сможешь иметь дело с этим человеком даже сразу же после ванны, потому что тебя все в нем будет отталкивать...
  И это - правда. Стася сама в своей жизни сталкивалась с подобным неприятием другого человека, а потому знала о нем не понаслышке...
  А значит, - посмотрим правде в глаза, - она попросту не нравилась Олегу, как женщина. Не привлекала его на чисто физическом уровне. От нее не могло плохо пахнуть, - просто этому человеку вообще был неприятен ее запах, который напоминал ему запах кошки. А потому и отталкивал. И это означало всего-навсего, что вряд ли они в дальнейшем смогут быть вместе.
  А его бестактность вообще просто убивала...
  Признаться честно, Стася очень расстроилась. А еще реально заполучила сильный комплекс неполноценности по этому поводу. Потому что теперь она знала наверняка, что, как бы ни сложились в дальнейшем их отношения, она всегда будет помнить его слова и переживать из-за них.
  На самом деле это действительно была серьезная проблема. И практически неразрешимая.
  А еще это был очередной тревожный звоночек, сигнализирующий о том, что Стасе едва ли стоит связываться с этим человеком. Она не подходила ему... Возможно, даже на чисто биологическом уровне, не говоря уж ни о чем другом. А он не подходил ей уже тем, что мог позволить себе подобные замечания, походя наградить ее неизлечимыми комплексами и напрочь уничтожить ее уверенность в себе...
  Немного не этого Стася ожидала от своего потенциального мужчины. Но она предпочла проигнорировать этот тревожный сигнал и подавить собственную интуицию, которая буквально вопила о том, что от этого человека ей следует держаться подальше, потому что ничего, кроме новых огорчений, он ей не принесет. Он уже не с того начал...
  В пятницу Стася пришла на работу в прекрасном настроении. Она чувствовала себя радостной и полной всяческих приятных предвкушений. Накануне вечером Олег опять звонил ей на сотовый, и Стася сочла это хорошим знаком. Правда, она снова так и не поняла, чего конкретно он от нее хотел, - Олег почему-то упорно желал, чтобы она вместе с ним слушала по телефону музыку. "Бутырку". А Стася вообще, по большому счету, к музыке была практически равнодушна. Она с удовольствием просто поговорила бы с ним... Но ее желания здесь, похоже, никто не учитывал.
  Но, тем не менее, факт оставался фактом, и Стася старалась смотреть на все это в оптимистическом ключе. Олег ей позвонил. А значит, она все-таки была ему не совсем безразлична. Он по-своему пытался общаться с ней, - пусть и таким весьма странным способом. А сегодня вечером у них было назначено свидание. И Стася ждала его. Всем сердцем.
  Но только все оказалось совсем печально. Потому что сам Олег, похоже, совершенно забыл об этой их договоренности. Словно это была и не его идея... Весь день он держался со Стасей очень сухо и холодно, словно совершенно с чужим человеком. Такой полнейшей отчужденности не было даже на момент его устройства на работу сюда. Даже тогда он вел себя гораздо более дружелюбно и доброжелательно...
  За целый день от Олега не прозвучало ни одного намека насчет предстоящего вечера. Стася была в полном замешательстве, вообще не зная, как вести себя с Олегом, и как к нему сегодня подступиться. Она так и не смогла решиться даже на то, чтобы спросить у него, осталась ли еще в силе их договоренность, - или же его планы давно уже поменялись. Хотя, конечно, ей стоило бы это сделать. Просто хотя бы для того, чтобы не терзаться напрасно весь день.
  Стася раньше никогда не страдала особой нерешительностью или неуверенностью в себе. Но с этим человеком всегда все было не так, как с другими. Она реально не в силах была решиться прояснить этот вопрос, потому что ей казалось, что это со стороны будет выглядеть так, словно она навязывается. А потом, - было в тот день в Олеге что-то такое, от чего Стася действительно вдруг оробела перед ним и даже в шутку не могла осмелиться к нему подступиться...
  Тем временем наступил вечер. Стася заперла ломбард. Она нерешительно топталась около двери, перебирая ключи, совершенно не представляя, как быть дальше, и как вести себя. Все было как-то очень странно. И Стася, которая реально никогда раньше не страдала излишней робостью, сегодня не решалась даже просто посмотреть на Олега. В его отстраненном каменном лице было нечто такое... что пугало до мурашек.
  В этот самый момент из соседнего магазина выскочила одна из продавщиц. Ее звали Аня.
  - Ой, а вы тоже уже все?.. - сбивчиво затараторила она. - Олег, ты сегодня на машине? Подкинешь меня до остановки? А то я так тороплюсь!..
  Олег лишь сухо кивнул. Они все вместе уселись в его машину. Лично у Стаси создалось впечатление, что Олег, - хоть он и не отказал, - но он не только Аньку, - он и саму Стасю-то не собирался сегодня подвозить...
  Машина проехала чуть дальше остановки и встала на том же самом месте, что и в прошлый раз. Анька, рассыпаясь в благодарностях и пожеланиях хорошего вечера, тут же выскочила из нее и умчалась. Олег продолжал молчать. Его лицо по-прежнему было каменным и лишенным всяческого выражения. Стася нерешительно смотрела на него, не зная, то ли ей продолжать сидеть, то ли отправиться вслед за Анькой.
  И тут у Олега, естественно, зазвонил телефон...
  - Да! - ответил он и добавил. - Да. Через полчаса буду!
  У Стаси внутри все так и упало. В ушах зашумело от обиды и разочарования. Через полчаса?.. А как же тогда?.. Он ведь сам предложил; она не навязывалась!.. Он сам предложил... В который уже раз?..
  Олег, тем временем, повернулся к Стасе и, как ей показалось, через силу улыбнулся вымученной улыбкой.
  - Ну, что?.. - проговорил он с каким-то обреченным видом. - Пивка, что ли, опять купить?..
  - Ну, купи, если хочешь, - холодно отозвалась Стася.
  Он не хотел. Она видела это совершенно ясно и четко. Но, тем не менее, он вышел из машины, подошел к ближайшему ларьку и купил две банки пива.
  В машине снова воцарилось гробовое молчание. Которое опять уже через пару минут нарушил телефонный звонок.
  - Да, да! - проговорил Олег в трубку. - Я здесь, неподалеку! Да, да, скоро буду!
  - Может, я тогда пойду? - сухо осведомилась Стася. И это реально была весьма дельная мысль. - Раз уж вы сегодня так заняты!..
  - Да ладно тебе, давай пивка-то попьем!.. - с натужным добродушием отмахнулся Олег. - Поедем, что ли, на старое место?..
  Стася равнодушно пожала плечами. В принципе, ей было уже абсолютно все равно. Не так она планировала провести сегодняшний вечер, совсем не так!.. Но не сложилось, - по совершенно непонятной для нее причине. И теперь ей было просто безразлично, куда они поедут, и что станут делать.
  Дорога до дома его родителей заняла не больше пары минут. Но за это время Олегу на сотовый еще дважды успели позвонить, и он каждый раз обещал, что скоро уже будет... Стася сидела, как на иголках. Она совершенно ничего уже не понимала. И меньше всего она понимала, какого черта она вообще здесь делает?.. Олегу было не до нее; он мысленно давно уже был не здесь и не с ней, и даже и не пытался этого скрывать...
  Ситуация складывалась совершенно нелепая и от того еще более отвратительная. Стася ощущала себя какой-то убоженкой, которую из жалости решили угостить пивом, чтобы проще было от нее потом избавиться... Но ведь она же и не навязывалась ему, - тем более, в собутыльницы!.. Четыре дня назад он сам, - вроде бы, будучи в здравом уме и трезвой памяти, - предложил ей провести этот вечер вместе!.. Он даже хотел поговорить с ней о чем-то важном, в нормальной обстановке, по-человечески... Но, похоже, с тех пор его планы претерпели существенные изменения...
  Стася открыла банку и отхлебнула горький и невкусный напиток. На самом деле она не слишком хорошо переносила алкоголь, не любила его, а потому выпивала очень редко и очень мало. Чисто символически, даже в праздники. Но сегодня, сидя рядом с Олегом в его машине, Стася опять реально почувствовала, что ей это необходимо...
  В первые же десять минут, которые они провели на стоянке, Олегу успели позвонить все: друзья, подруги, соседи, бывшая жена, - ну, куда же без нее!.. - родители, брат, сын... Нет, это было больше не смешно... У Стаси уже возникло стойкое ощущение дежавю, потому что все это она уже видела и слышала, а теперь все это повторялось, словно в записи... И всем им Олег неизменно отвечал, что находится неподалеку, и скоро будет...
  А Стася уже, тем временем, не просто злилась. Она реально чувствовала, что потихоньку начинает терять контроль над собой. Но пока еще умудрялась держать себя в руках и молча наблюдать за всем происходящим, - словно со стороны.
  - Олег, а они все не могут один вечер обойтись без тебя? - прямо спросила она, наконец, - потому что продолжать терпеть подобное издевательство над собой было уже просто невозможно.
  Олег смущенно заулыбался. И Стася вдруг поняла, что ненавидит эту его смущенную улыбку, которая раньше казалась ей такой милой...
  - Ну, сама видишь... - как-то неопределенно развел руками он. - У всех проблемы... Вот они и звонят...
  - И, конечно же, их проблемы можешь разрешить только ты? - опасно тихим голосом осведомилась Стася.
  Человек, знающий ее чуть получше, сразу же понял бы, что она на грани. Но Олег не знал ее вообще. И потому улыбнулся, типа, обезоруживающей, на его взгляд, наверное, улыбкой, и проговорил:
  - Ну, получается, что так...
  Стасе захотелось просто запустить в него банкой и выскочить из машины. Но она лишь молча смотрела на него горящими яростью глазами.
  Снова раздался очередной звонок. На этот раз звонил один из лучших друзей Олега, Паша Кириллов, по прозвищу Паштет. Стася была о нем наслышана. С ним Олег разговаривал довольно долго, а закончил беседу точно так же, как и со всеми остальными: сказал, что сейчас будет...
  Стася нарочито аккуратно поставила пустую банку, с трудом сдерживаясь, чтобы не завизжать от злости и ярости.
  - Ну, что же, надо идти!.. - с нерешительной улыбкой непрозрачно намекнул ей Олег.
  - Да я уж так и поняла, - ледяным тоном отозвалась Стася, не мигая глядя ему в глаза.
  - Ну, видишь, как получилось... - прикинулся он даже слегка виноватым и расстроенным.
  Стася положила руку на его ладонь, которая даже не дрогнула в ответ на ее прикосновение, и прямо спросила:
  - Олег, а если ты сейчас никуда не поедешь, а проведешь несколько часов со мной, произойдет мировая катастрофа?
  - Ну, понимаешь... - замялся он, пряча от нее глаза, - и сразу же стал ей просто омерзителен. Стася медленно убрала свою руку.
  - Давай в другой раз, хорошо?.. - как-то противно заюлил Олег.
  - Нет, - спокойно проговорила Стася.
  - Что?.. - встрепенулся он, не поняв.
  - Другого раза не будет, - ровно, безо всяких эмоций, которые на самом деле просто душили ее, отозвалась Стася.
  - Ну, ты же видишь, мне сейчас совсем не до чего... - заговорил, очевидно, по-своему оправдываясь, Олег.
  - Вижу, - по-прежнему безэмоционально отозвалась Стася.
  - Так что давай в следующий раз, ладно?.. - опять предложил он.
  Стася не сводила с него глаз. Ее взгляд был ледяным и пристальным. И она просто кожей чувствовала, что Олегу от него очень неуютно.
  - Олег, а можно задать тебе один вопрос? - опасно спокойным голосом поинтересовалась Стася.
  - Ну?..
  Он по-прежнему выглядел смущенным. Уже больше не непроницаемым, не грозным, не отстраненным и даже не недовольным, - а просто каким-то растерянным и даже потерянным...
  - Давай начистоту!.. - предложила Стася, и ее глаза при этом опасно сузились. - Ты всегда будешь так сильно занят, - или у тебя все-таки когда-нибудь найдется время?..
  - Ой, Стася, я не знаю... - заговорил он, снова пытаясь спрятать от нее глаза. - Ну, я всегда занят... То одно, то другое, - сама же видишь!.. Вот сейчас к Паштету надо забежать, - он что-то там буянит; надо его успокоить... У него проблемы...
  - Ясно, - кивнула Стася. - А у меня проблем нет.
  - Ну, а потом, я же тебе уже говорил... - с каким-то странным отчаянием в голосе заявил Олег. - Мне сейчас вообще не до чего!.. Я вообще не хочу сейчас никаких отношений!
  - Ясно, - снова спокойно кивнула Стася. - Я, как всегда, не понимаю только одного: что я тогда вообще здесь делаю?..
  - Ну, я просто подумал, что посидим немножко... - опять как-то неприятно заюлил Олег.
  - А что касается каких бы то ни было отношений... - с наигранным удивлением в голосе приподняла брови Стася. - Так я ведь тебя в ЗАГС, вроде, и не тяну!..
  - Да нет, ты не понимаешь!.. Мне вообще сейчас не до чего!.. - снова завел свою любимую невнятную шарманку Олег.
  Стася вопросительно еще выше подняла брови. А телефон Олега зазвонил опять.
  - О, матушка Паштета!.. - сказал он, взглянув на экран.
  Пока он в очередной раз разговаривал по телефону, Стася молча смотрела в окно и тщетно пыталась собраться с мыслями, которые просто разлетались и лопались, как воздушные шарики. Потому что Стася больше совершенно ничего не понимала. Кроме того, что все это просто запредельно ненормально. И, в первую очередь, она вообще никак не могла уразуметь сейчас, каким образом умудрилась вляпаться во все это дерьмо?..
  А впрочем, результаты ее размышлений бесплодными вовсе не были. И уже тогда, в тот день, Стася очень четко осознала самое главное: ей в жизни Олега места попросту нет. И вряд ли когда-нибудь найдется...
  - Ну, вот, Паштет там у них совсем разошелся!.. Его матушка звонит и просит прийти и успокоить его! - пояснил Олег, повесив трубку, - весьма довольным голосом, без малейших признаков огорчения.
  Стася подняла на него глаза, горевшие неприкрытой злобой. Её кулаки были сжаты до боли. Она уже едва сдерживалась.
  - А уж без тебя-то она его никак не успокоит?.. - раздраженно съязвила Стася. Ее голос звучал при этом удивительно тихо. У нее никогда не было манеры орать в таком состоянии или выяснять отношения. Она всегда предпочитала просто уйти... Но на последок разнести бы здесь все, на хрен!..
  - Ну, ты понимаешь, он пьяный... - попытался объяснить ей Олег. - А когда он пьяный, то никто, кроме меня, с ним не может справиться...
  - Да ты шутишь!.. - покачала головой Стася. Что-то теплое и трепетное, не так давно зародившееся в ее груди, сейчас покрылось инеем и кололо ее изнутри. - То есть, никакой своей жизни у тебя, как я понимаю, вообще быть не может?..
  - Ну, видишь, как получается... - типа, смущенно забормотал Олег.
  Стасе все это попросту надоело. Внутри нее воцарилась пустота. И ее охватило полнейшее равнодушие. 
  - Ладно, - тихо и спокойно проговорила она. - Я пошла. Отправляйся успокаивать своего Паштета.
  - Ну, Стася, что ты злишься?.. - Олег попытался улыбнуться ей и пошутить. - Ты просто девушка - ёжик!..
  Его телефон снова зазвонил.
  - О, тётушка Паштета!.. - необычайно радостно объявил Олег, взглянув на экран. - Видно, он их обеих там совсем достал!..
  Стася выскочила из машины, не в силах больше выносить это форменное издевательство, и кинулась прочь.
  Полминуты спустя Олег догнал ее и пристроился рядом. Он что-то там продолжал говорить, вроде, даже пытался что-то объяснять ей или оправдываться, но у Стаси кровь шумела в ушах, поэтому его слов она уже попросту не слышала. Да и ей было уже все равно.
  Стася просто молча ускорила шаг, чтобы оторваться от него. Но ей это не удалось. Олег не отставал. Тогда она, наоборот, резко остановилась и прямо сказала:
  - Послушайте, не надо меня провожать! Не стоит тратить на меня свое драгоценное время!.. Вам там уже прогулы ставят!..
  - Да?.. Ты сама дойдешь до остановки?.. - с нескрываемой радостью, как показалось Стасе, уточнил Олег.
  Она лишь стиснула зубы и почти бегом бросилась прочь от него.
  - Димульке привет передавай!.. - зачем-то крикнул Олег ей вслед.
  Он всегда так называл Стасиного сына - Димулька. И обычно это трогало ее просто до глубины души. Но не сегодня. Сегодня Стася была в таком взвинченном состоянии, что ее вряд ли могло хоть что-то растрогать.
  Стася с трудом сдерживала слезы, готовые просто потоком хлынуть из глаз. Она больше ничего уже не понимала в этой жизни. Почему он так странно ведет себя?.. А главное, зачем?.. Может быть, у него имеются какие-то серьезные проблемы, - физические или психические, - в которых он не может ей признаться?.. А впрочем, все это сейчас уже не имело для Стаси ни малейшего значения. В ее голове еще слишком свежи были воспоминания о том, как Олег практически вышвырнул ее из машины ради того, чтобы помчаться "успокаивать" своего пьяного друга и спасать от него его матушку и тётушку. Такая преданность и верность дружбе, возможно, тоже могла бы кого-то растрогать просто до слёз. Но вот только не Стасю.
  Про этого своего убогого Паштета Олег ей рассказывал, и немало. Пару лет назад, вернувшись домой во внеурочное время, он застукал свою жену с любовником. Разумеется, проявил мужскую гордость и развелся. Вот только разлюбить свою бывшую жену так и не смог. И жизнь без нее потеряла для него всякий смысл...
  Двадцатидевятилетний парень, поглощенный своими немыслимыми страданиями, полностью опустился и постепенно лишился всего: работы, денег, машины, друзей... Уже много месяцев он вообще не выходил из квартиры и целыми днями пил на пенсию старухи-матери, которая изо всех сил его поддерживала, - вместо того, чтобы пинками выгнать на улицу и заставить жить дальше. Причем, пил он, похоже, как раз в компании Олега, - как Стася теперь не без оснований подозревала. Тот же Олег, по его собственным признаниям, постоянно привозил ему продукты, чтобы бедолага совсем не помер с голоду, и чуть ли уж не содержал его из дружеских чувств и странной мужской солидарности... И все, похоже, должны были воспринимать это в порядке вещей и относиться к горю несчастного рогоносца с уважением.
  Парень страдает. Ему нужно помочь.
  Но у той же Стаси, например, подобные страдальцы не могли вызвать никаких других чувств, кроме презрения и отвращения. Вместо того, чтобы плюнуть на все, взять себя в руки и спокойно жить дальше, нормальный молодой здоровый мужик предпочитает мучиться и помирать с горя... На Стасин взгляд, это было просто отвратительно, мерзко, - а также смешно и нелепо, в первую очередь. Наверное, она была слишком циничной и жестокой по натуре, - но подобные страдания взрослого мужика не вызывали у нее ни капли сочувствия.
  А уж, тем более, в данной сложившейся ситуации, когда потенциальный поклонник с готовностью избавился от нее, как от досадной помехи, ради того, чтобы составить компанию своему опустившемуся дружку-алкоголику... Это было гораздо больше того, что Стася вообще была в состоянии понять, оценить и простить...
  Стася плохо запомнила, как в тот вечер она добиралась до дома. В ее памяти отложилось лишь то, что она снова и снова прокручивала в голове это их "свидание" и изо всех сил старалась не расплакаться. Ей было очень обидно и больно.
  Стася была уже практически около своего подъезда, когда на ее телефон пришла эсэмэска, возмутившая ее до глубины души:
  "Не стоит показывать свой характер. Позвони мне, и мы поговорим."
  Стася едва удержалась от того, чтобы реально не позвонить этому алконавту и не покрыть его трехэтажным матом, разом объяснив ему, кто он есть, и где его место. Это она-то, блин, показывала свой характер?! Она, - которая вела себя, как белая и пушистая, с ним все это время, - чего за ней вообще никогда ранее не наблюдалось!!! 
  Да если бы она только не сдерживалась изо всех сил, - как раз стараясь не демонстрировать свой не самый легкий характер, - она просто разнесла бы на фиг его драгоценную машину, а от него самого вообще одни клочки остались бы!..
  Но в том-то все и дело, что Стася пока, при общении с Олегом, в тщетной надежде на нечто хорошее, изо всех сил старалась держать себя в руках и не показывать своей вспыльчивости и способности заводиться с полоборота. И даже в тот вечер, несмотря на довольно сильную обиду и разочарование, Стася не стала высказывать ему все то, что она думала и о нем самом, и о его замечательных страждущих друзьях, а просто ушла. Почти молча. Хотя ей действительно было, что ему сказать!.. Да она много, чего хотела бы ему сказать!..
  Но только зачем?.. Он попросту не стоил всего этого. И Стасиных слез он тоже не стоил. В конце концов, если уж говорить начистоту, - ей же с самого начала было понятно, что у них с ним ничего не получится. Так куда же она, дура, все еще упорно лезла?.. На какое чудо надеялась?..
  И вообще, какая наглость с его стороны, - прислать ей СМС подобного содержания!.. Интересно, на что он конкретно рассчитывал?.. Какой реакции от нее ожидал?.. Надеялся, что она тут же кинется ему перезванивать, из последних сил пытаясь ухватить удачу за хвост?..
  Ну, и наглость!.. Ну, и самомнение!..
  Стася не могла понять, какого черта ему вообще было нужно от нее?.. Особенно, если учесть, что на самом деле ему ничего от нее не было нужно!.. А самой Стасе все это уже просто надоело до чертиков! Да, человек ей понравился. Реально понравился, - что уж тут греха таить!.. Сумел чем-то зацепить и вызвать чувства и эмоции, на которые она давно уже считала себя неспособной. И потому Стася, по наивности и простоте душевной, ошибочно предположила, что у них с ним могло бы что-то получиться.
  Но нет. Ничего у них не получается. Ну, что ж, - на нет - и суда нет!.. Сколько можно биться лбом о бетонную стену?.. И Стасе давно уже следовало попросту до конца осознать это!
  Разумеется, перезванивать Олегу она не стала. Потому что говорить им с ним было больше не о чем. А когда он сам позвонил ей на следующий день, Стася попросту не взяла трубку.
  Еще через день Олег снова позвонил ей. Только на этот раз с другого номера. Это была эпоха "еще до СПАМа", и тогда, в принципе, большинство людей, - если не все, - отвечали на звонки с незнакомых номеров. Вот только Стася сразу же догадалась, кто это. Ей вообще не так-то часто кто-то звонил на сотовый, - тем более, что это была новая симка, которую еще практически никто особенно не знал. Но, чуть подумав, Стася все-таки ответила:
  - Да.
  - Привет! Как делищи?..
  Не узнать Олега было просто невозможно. У него была своя необычная манера общения, запоминающиеся интонации, голос, не похожий на другие... И Стася прекрасно понимала, что ведет себя по-детски. Но, тем не менее, все-таки не смогла удержаться от того, чтобы, типа, "не узнать" его.
  А возможно, это была просто защитная реакция. Потому что на самом деле Стася попросту не представляла, как с ним разговаривать.
  - Здравствуйте, - равнодушным тоном проговорила она. - Кто это?..
  - Олег.
  - Какой Олег?.. - типа, удивилась Стася, прекрасно понимая при этом, что переигрывает. Но он то ли не заметил этого, то ли сделал вид, что не заметил, потому что ответил, как ни в чем не бывало:
  - Олег Марин.
  - Вы что-то хотели?.. - необычайно вежливо осведомилась Стася.
  - Да ну ладно тебе!.. - сказал Олег. - Девушка - ёжик!..
  - Простите?.. - еще более вежливо уточнила она.
  - Ты - очень сложный человек, Стася! - заявил ей Олег.
  Вот это да!.. Стася просто в осадок выпала от его слов.
  - Да что вы говорите?.. - замораживающе-ледяным тоном осведомилась она. - А мне всегда казалось, что в сравнении с вами я просто примитивна! Все желания налицо. Что на уме, то и на языке!.. Проста, как сибирский валенок!..
  - Нет, - зачем-то возразил ей Олег. - Вот я - простой человек! А ты очень сложная! С тобой нелегко!
  - А я как-то и не обещала, что со мной будет легко! - спокойно парировала Стася. - Да и не навязывалась вам, - если уж на то пошло! Но, по крайней мере, в отличие от вас, я четко понимаю, что конкретно мне нужно!
  - Ты просто слишком торопишь события! - заявил ей Олег.
  Повторно выпасть в осадок было уже невозможно. Так что Стася всего лишь обалдела от этих его слов. Это она-то торопит события?.. Те самые странные и совершенно недоступные ее пониманию события, которые, следует заметить, инициировала каждый раз вовсе не она, и которые вот уже два месяца топчутся на одном и том же месте и двигаются со скоростью шаг вперед и два назад?.. Это она-то торопит те самые события, про которые она вообще давно уже забыла бы, если бы сам Олег вновь и вновь зачем-то не дергал ее?..
  Она никогда не заигрывала с ним, не флиртовала. Не показывала как-то свой интерес, которого у нее даже и в наличие-то не имелось еще совсем недавно. Это Олег постоянно сам проявлял инициативу, что-то предлагал, на что-то намекал, - а потом в очередной раз сваливал в кусты. И даже это Стася воспринимала достаточно спокойно, - внешне, по крайней мере. Ну, свалил и свалил!.. Скатертью дорога, - не больно и хотелось-то!..
  А теперь вот оказывается, что, на взгляд Олега, это именно она слишком торопит те самые события, которые вообще никак не могут сдвинуться с мертвой точки!..
  Вот это да!.. Да кем хоть этот герой-любовник себя возомнил-то?..
  - Я тебя прекрасно понимаю! - продолжал тем временем вещать Олег, и в его голосе Стася уловила нотки какой-то странной снисходительности. - Но я уже говорил тебе, что мне сейчас совершенно не до чего! Я не хочу никаких отношений!
  Стасе аж кровь бросилась в голову от злости и ярости. Вот это самомнение!.. Да он, что, искренне уверен в том, что она должна была голову потерять от страсти?.. 
  - Да и ради бога!.. - вспылила Стася, моментально переходя на "ты". Церемониться с ним у нее больше желания не было. На самом деле ей вообще просто захотелось воскликнуть: "Да кому хоть ты нужен-то?!" Но она в тот момент удержалась, - хотя и с трудом. - Я, что, навязываюсь тебе?.. Пристаю?.. Что-то от тебя требую?.. Я хоть раз позвонила тебе сама?.. Попросила тебя о чем-то?.. Нет!.. И никогда не позвоню, ни при каких обстоятельствах!.. Так что можешь продолжать жить спокойно, не опасаясь моих похотливых поползновений в твою сторону!.. Только и ты сам, пожалуйста, оставь меня в покое, хорошо?.. Что тебе-то от меня надо?..
  - Ничего! - твердо и спокойно заявил Олег. Как отрезал.
  - Вот и прекрасно!.. - Стасю уже просто трясло от злости и незаслуженной обиды. - Ну, так какого черта ты мне вообще сейчас звонишь?..
  - Просто хотел узнать, как у тебя дела! - миролюбиво пояснил Олег. - А ты сразу свой характер показываешь!..
  - Знаешь, а вот давай мой характер оставим сейчас в покое!.. - отрезала Стася. - Не нравится - не жри!.. Я уже давно не девочка, чтобы ты меня тут перевоспитывал!.. Давай начистоту!.. Я сдуру предположила, что нравлюсь тебе! Что ж, почему бы и нет, - я свободна, я не против, так что почему бы ни не попробовать!.. Но оказалось, что я приняла желаемое за действительное! Ничего страшного, бывает!.. Слава Богу, что это недоразумение прояснилось так быстро! Все!.. Без обид!.. Говорить больше нам с тобой не о чем!..
  - Но ты действительно нравишься мне! - тихо зачем-то сказал Олег.
  - Но, очевидно, не настолько сильно, чтобы ради меня ты хоть ненадолго отвлекся от своих друзей! - констатировала Стася очевидную истину. - А я, знаешь ли, слишком уважаю себя, чтобы пытаться диктовать тебе какие-то условия или ставить тебя перед выбором!
  - Меня не надо ставить перед выбором! - как-то испуганно возразил Олег.
  - Совершенно верно!.. Я и не собираюсь!.. - отчеканила Стася. - Потому что я сама уже сделала за тебя этот самый выбор! Я никогда и никому навязываться не стану!
  - Да ты вовсе и не навязываешься!.. - вяло отозвался Олег.
  - Вот именно! - подтвердила Стася. - И не буду этого делать впредь! Знаешь, я тоже очень занятой человек, и у меня очень мало свободного времени! Но при этом я готова была попытаться найти тебе место в своей жизни! Проблема лишь в том, что в твоей жизни для меня места нет! И никогда не будет!
  - Ты просто слишком торопишь события! - снова сказал ей Олег.
  Это было уже совсем не смешно, - когда взрослый мужик пытался отговариваться словами пятнадцатилетней девственницы, которую слишком настойчивый мальчик пытается склонить к более близким отношениям!.. Тем более, что в их случае ничего подобного даже близко не было!..
  - Каким образом я их тороплю? - снова вспылила Стася. - Я что-то требую от тебя?.. На чем-то настаиваю?.. Ни в ЗАГС, слава Богу, ни даже в постель я тебя не тащу!.. Просто, если уж так получилось, что ты сам, - сам, заметь!.. - предлагаешь мне провести какое-то время вместе, то ты мог бы хотя бы постараться уделить его именно мне!
  - Ну, я же уже говорил тебе, что мне сейчас совсем не до этого! - в который уже раз повторил Олег.
  Эти его тупые и бессмысленные слова давно уже начали действовать на Стасю, как красная тряпка на быка. 
  - Так какого хрена ты вообще тогда ко мне лезешь?! - возмущенно воскликнула она.
  - Да я и не лезу к тебе!.. - отмахнулся от ее слов Олег. И весело добавил фразу, которая Стасю просто убила. - Представляешь, а Паштет-то тогда сам угомонился! Без моей помощи! Я пришел к нему, а он уже заснул!..
  Стася попросту чуть не зарычала в трубку. Она никак не могла понять только одного: он действительно настолько убогий дурак, - или же просто так удачно притворяется идиотом, чтобы спрос меньше был?.. Любой другой более или менее разумный человек без труда смог бы понять, что ей сейчас, в подобном озлобленном состоянии, было совершенно плевать на его гребаного Паштета, - даже если бы он там давно уже копыта отбросил на самом деле!.. Стасе была омерзительна вся эта ситуация, и она вообще не желала ничего слушать о его поганом Паштете, - тем более, при подобных обстоятельствах!..
  - Это означает, что в прошлый раз ты практически вышвырнул меня из машины ради спасения своего Паштета, - а ему это вовсе даже и не надо было?.. - непроизвольно вырвалось у Стаси.
  - Ну, что за ерунду ты говоришь?.. - попытался возразить Олег. - Не вышвыривал я тебя из машины!..
  - Лично я восприняла это именно так! - отрезала Стася.
  - Ну, я же говорю, что ты - очень сложный человек! - повторил Олег.
  Так, стоп!.. Похоже, они двинулись уже по второму кругу. Или даже по третьему, - Стася уже сбилась со счета... В то время, как говорить им, в принципе, давно уже было не о чем. Совершенно не о чем... И эта их бессмысленная беседа Стасю утомила и оставила в груди гнетущее чувство пустоты и обреченности...
  - Ладно, Олег!.. - устало вздохнула Стася. - Весь этот разговор просто не имеет никакого смысла! Всего доброго!..
  - Я работаю на двух работах, - задумчиво проговорил вдруг Олег. - Нужно, похоже, с одной их них увольняться, и тогда у меня будет больше свободного времени!..
  Это его заявление вызвало у Стаси легкое замешательство. Она совершенно не поняла, к чему он все это сказал. Если учитывать, что в данный момент он работал через день, то свободного времени у него должно было оставаться не так уж и мало. Да и в его сильную занятость Стасе как-то уже не больно верилось, - потому что спасение "матушек" и "тетушек" Паштета от дебошира-алконавта - это немножко не то занятие, которому стоило бы в реальности посвящать все свое свободное время. А впрочем, все это были уже не Стасины проблемы. Потому что она давно уже устала ломать голову над шарадами этого человека и пытаться понять, что же конкретно в ней самой не так, если он ведет себя подобным странным образом?..
  - А это уж, пожалуйста, как вам угодно!.. - равнодушно проговорила Стася. Она устала от него и желала просто закончить этот бессмысленный, с ее точки зрения, разговор. А потому она просто добавила. - Всего хорошего!..
  И повесила трубку.
  Как-то ей весь этот бред уже на полном серьезе начал надоедать!..
  На следующий же день, придя утром на работу, она увидела около ломбарда Олега с одним из его синюшных друзей-малолеток. Тут же, прямо у входа, стояла и его машина, которую он обычно оставлял за углом.
  Демонстративно даже и не глядя в их сторону, Стася открыла все замки и вошла в ломбард. Картина маслом, которую она увидела на улице, ей совершенно не понравилась. Но она пока не знала, что и думать по этому поводу.
  Минуту спустя к ней в ломбард ввалился Олег. И Стася, к своему огромному удивлению, вдруг осознала, что, несмотря на раннее еще утро, он уже навеселе.
  - Ну, вот, как я сказал, так и сделал!.. - весело проговорил Олег, облокачиваясь на окошко ломбарда. Он реально сиял, как начищенный самовар.
  Стася молча смотрела на него, не задавая никаких вопросов. На самом деле, окончание их вчерашнего разговора давно уже вылетело у нее из головы, оставив после себя лишь неприятное ощущение, так что она вообще не сразу поняла, что он имеет в виду.
  - Я же сказал, что уволюсь! - весело пояснил Олег, так и не дождавшись, очевидно, вполне естественного любопытства с ее стороны. - Вот и уволился!.. Сегодня я здесь последний день работаю!
  Стася равнодушно пожала плечами и ледяным тоном проговорила:
  - Как вам угодно!..
  - Ну, так что вот!.. - широко улыбаясь, закончил Олег. - Я на улице буду! Если что - зови!..
  - Непременно! - процедила сквозь зубы Стася.
  Олег, пошатываясь, вышел из ломбарда. Захлопнувшаяся за ним тяжелая металлическая дверь словно окончательно поставила точку во всех накопившихся у Стаси вопросах.
  Некоторое время она просто сидела, не в силах даже пошевелиться. Она словно полностью оцепенела от этого рухнувшего на ее голову известия. Стася, - как ей ошибочно представлялось до той самой минуты, - ожидала уже от этого человека чего угодно, и не удивилась бы, как ей казалось, ничему. Но вот только она никак не думала, что он может вот так трусливо сбежать, испугавшись...
  Да, кстати, а чего конкретно он так испугался-то?.. Этого Стася никак не могла пока уразуметь. На данный момент это было выше ее понимания.
  Стасе хотелось... Нет, она даже не могла сейчас понять толком, чего конкретно ей хотелось в данную минуту. Может быть, заплакать?.. Зарыдать в голос?.. Да нет, глаза были странно сухими, - да и в груди не клокотали никакие эмоции. Броситься за ним вдогонку и умолять не уходить?.. Нет. Зачем?.. Да и сама Стася, скорее, умерла бы, чем стала бы умолять о чем-то человека, отвергающего ее раз за разом. Тогда чего же ей в тот миг хотелось?.. Да просто испариться в воздухе. Исчезнуть с лица земли. Перестать существовать. Совсем. Полностью. Чтобы не чувствовать, как по ее жилам, с каждым толчком крови, распространяется эта жуткая, разрывающая сердце боль, мешающая дышать, постепенно словно обволакивающая ее душу и грозящая, словно серной кислотой, выжечь в ней все, что еще осталось доброго, светлого, человечного... Живого, одним словом...
  Это был далеко не самый легкий день в жизни Стаси. И все ее силы, вся ее воля были сконцентрированы сейчас только на одном: пережить его. Олег всю смену пил на улице вместе со своим приятелем-алконавтом, нагло сидя прямо в машине с открытыми дверцами и окнами и даже и не пытаясь скрываться. Пару раз он на бровях вползал в ломбард, задавал Стасе какой-нибудь вопрос, на который она не отвечала, демонстративно молча глядя на него в упор. И Олег, в очередной раз убедившись в бесплодности своей попытки пообщаться с ней, снова уползал прочь, придерживаясь за стенку...
  Конечно, Стася прекрасно осознавала, что можно было позвонить оперативному дежурному и пожаловаться на него. Она вполне могла потребовать - и добиться - того, чтобы он либо ушел, либо прекратил пить. Но зачем ей это было делать? В ее душе царила пугающая ее саму пустота, и она просто не хотела предпринимать сейчас ничего. Пусть все идет так, как идет...
  Этот человек работал здесь последний день. И Стася понимала, что больше, вероятнее всего, никогда его не увидит. И она искренне полагала, что в тот день ей выпал удачный шанс: навсегда запомнить его именно в таком виде. Не спокойного, сдержанного, приятного, уверенного в себе мужчину, невольно располагающего к себе и вызывающего уважение своей твердостью и мужеством. А трясущегося алкаша, спящего на переднем сиденье своей собственной машины с открытым ртом настолько крепко, что даже случайно сработавшая пожарная сигнализация, переполошившая и напугавшая весь дом от первого до последнего этажа, не смогла его разбудить...
  И Стася была, в какой-то степени, даже рада тому, что обстоятельства в тот день сложились подобным образом. Потому что теперь, когда она будет, возможно, вспоминать впоследствии этого своего бывшего охранника, перед глазами у нее будет возникать не его добрая улыбка на смущенном лице, а перекошенная от пьянства физиономия, глаза в кучу, трясущиеся руки и шатающаяся беспомощная походка...
  Признаться честно, Стасе и самой очень хотелось бы сейчас напиться в тщетной попытке убежать от всего этого кошмара. Но, к сожалению, - или к счастью; как на это посмотреть, - пить она никогда не могла и не умела. И заранее знала, что от этого ей станет только еще хуже...
  Правда, на данный момент Стасе было настолько плохо, что, казалось, хуже быть уже просто не может. Некуда уже... В тот день, в течение всех этих бесконечных часов ожидания конца этой гребаной смены, Стася буквально физически ощущала, как боль - жуткая, дергающая, жгучая - опоясывает все ее тело. Пока ей просто усилием воли еще удавалось держать ее под контролем, - в ожидании вечера, в преддверии конца всего этого кошмара... Стася просто изо всех сил пыталась ничего не чувствовать; она старалась заморозить все свои ощущения и эмоции, чтобы спастись, выдержать и не сломаться прямо здесь, на глазах этого человека. Но Стася прекрасно осознавала, что держать эту боль под контролем вечно ей не удастся. Рано или поздно она вырвется на свободу и просто испепелит ее...
  И слава Богу, что перед глазами у нее в тот миг будет стоять потерявший человеческий облик и пропивший все на свете алконавт, жалеть о котором, явно, не стоило...
  Если бы только не эта страшная тяжесть в груди, не дающая даже вдохнуть...
  Вечером Стася вышла на улицу, заперла ломбард и пошла прочь, не посчитав нужным бросить на своего теперь уже бывшего охранника даже прощальный взгляд. Но он, похоже, был уже в таком состоянии, что едва ли вообще понял, что рабочий день закончился.
  Стася была тогда на все сто процентов уверена в том, что не увидит больше этого человека никогда в жизни.
  Если бы только это действительно было так!..
 

Глава 4. Научиться отпускать...


 
  Мартынычу Стася, разумеется, сразу же, в следующую же смену, рассказала о том, что очередной его сменщик уволился. Глеб Мартыныч поохал-поахал, поудивлялся-повозмущался таким беспрецедентным и безответственным поведением Олега, да и настроился снова какое-то время работать без выходных, потому что уже по предыдущему своему опыту прекрасно знал, что вряд ли его начальство сумеет быстро найти нового охранника ему на подмену.
  В свою последнюю - по графику - смену он позвонил оперативному, внутренне подготовившись к тому, что его сейчас снова попросят поработать в его единственный выходной день. И поэтому он был очень удивлен, когда дежурный спокойно и уверенно сказал ему, что завтра на работу, как всегда, выйдет Марин Олег Владимирович, который и не думал увольняться.
  Это было просто какое-то дежавю... Как в прошлый раз, с Гречкиным, - только еще хлеще. Стася, после того, как Мартыныч повесил трубку, просто уставилась на него в немом изумлении, - и он точно так же застыл, глядя на нее, с открытым ртом. Потом он резко опомнился и быстро-быстро заговорил, очевидно, тоже прекрасно помня о Сан Саныче Гречкине и о том, как Стася с ним окончательно разобралась, и торопясь предотвратить почти неминуемую катастрофу, которая вот-вот разразится:
  - Значит, он уже передумал увольняться... Стась, ну, не сердись ты на него!.. Ведь он же ничего такого страшного не совершил, - так ведь?.. Ну, он же не Сан Саныч, который всегда приходил пьяный!.. Он ведь нормальный мужик!.. Ну, напился он в прошлый раз, потому что собирался уволиться, - да, видать, передумал!.. А может, наш начальник его как-то уговорил, потому что работать совсем некому... Да и где они, действительно, сейчас найдут другого охранника, - на такую-то зарплату?.. Ты же знаешь, мы копейки здесь получаем!.. Может, Бог с ним, - пусть работает, - а, Стась?.. Или ты сейчас оперативному насчет него позвонишь?..
  - Да не буду я никому звонить! - со вздохом успокоила его Стася, прекрасно понимая, что ему тоже совсем не хочется снова работать без выходных.
  Глеб Мартыныч вздохнул с облегчением и уселся на свой стул, продолжая изредка бросать на Стасю озабоченные взгляды.
  Звонить она действительно на этот раз никому не собиралась. У самой Стаси, признаться честно, даже и мысли-то такой не возникло, пока ее не озвучил вслух Глеб Мартыныч. К тому же, она пребывала сейчас в состоянии легкого шока и вообще едва ли могла мыслить здраво.
  Известие о том, что Марин завтра снова выйдет на работу, вызвало у Стаси целую гамму сложных и весьма противоречивых чувств. С одной стороны, - что уж тут греха таить!.. - она была безумно рада тому, что все-таки завтра увидит его снова. После их последней встречи Стася даже и не надеялась на это. Но, с другой стороны...
  С другой стороны, ее терзали сейчас переживания и сожалению по этому поводу. Стасю совершенно не устраивали сложившиеся между ними странные отношения, а прекратить их сейчас можно было, похоже, только одним способом: один из них действительно должен был уйти. Стася уходить не собиралась, поскольку ей нужна была эта работа; она нравилась ей и полностью ее устраивала. Кроме того, у нее на руках был пока еще не слишком взрослый двенадцатилетний ребенок, которого ей необходимо было кормить. Так что она не собиралась увольняться ни при каких обстоятельствах. И Стасе казалось, что Олег должен был прекрасно понимать все это. И именно поэтому он, очевидно, и решил уйти сам. В определенной степени, - на Стасин взгляд, - это был достаточно благородный по-своему жест. И, хотя в душе она все еще переживала из-за его ухода, - и, признаться, очень даже сильно, - Стася искренне считала, что он поступил правильно. И даже была благодарна ему за это...
  Разумом Стася прекрасно понимала, что пытаться продолжать эти слишком странные отношения, которые на самом деле, похоже, не нужны были ни тому, ни другому, просто не имеет никакого смысла. Но и работать вместе, как ни в чем не бывало, после всего того, что произошло, тоже было, наверное, попросту невозможно. Поэтому Олег, как казалось Стасе, поступил правильно, одним махом разрубив этот Гордиев узел. И сама Стася на данный момент была с ним в этом совершенно солидарна. Быстрый конец всегда легче продолжительной и мучительной долгой агонии. Да, сейчас ей было и больно, и обидно, - но, тем не менее, Стася твердо знала, что пройдет пара-тройка недель, и Олег попросту превратится для нее в расплывчатое не слишком приятное воспоминание.
  И тут вдруг оказалось, что он... передумал!.. Что это было, спрашивается?.. Слабость?.. Малодушие?.. Мерзкая шутка?.. Изощренное издевательство над глупой девушкой, посмевшей увлечься неподходящим ей совершенно мужчиной?.. Абьюз?..
  Последнее, кстати, было наиболее вероятным предположением. Но, напомню, данные события происходили в десятых годах нынешнего столетия. Люди тогда еще были не настолько просвещенными, а потому и слова-то такого многие не знали. И Стася, в том числе.
  Она реально не понимала, что происходит, хотя подсознательно, на уровне инстинктов, и чувствовала, что все это совершенно ненормально. Из подобных отношений, не заладившихся уже с самого начала, просто не может выйти ничего хорошего. Потому она и не желала, - совершенно искренне, - чтобы этот человек продолжал работать здесь. Она не хотела видеть его. Она больше никогда в своей жизни не хотела бы его видеть!!!
  Но, черт возьми, вопреки всем доводам здравого смысла и рассудка, - как же она была рада тому, что снова его увидит!..
  Как же она хотела снова его увидеть!..
  Нет, разум Стася пока еще под влиянием чувств и эмоций совсем не потеряла, а потому прекрасно понимала, что ведет себя просто-напросто, как какая-то мазохистка. Этот человек не хотел ее. Ни в каком качестве, ни в каком виде и ни под каким соусом. У него даже не было банального намерения переспать с нею. Он вообще ничего от нее не хотел, и он ясно и недвусмысленно давал ей это понять. Причем, уже неоднократно. И Стася была просто беспросветной идиоткой, если, после всего случившегося, еще продолжала надеяться на то, что все это когда-нибудь может измениться.
  И все-таки, к сожалению, именно такой вот идиоткой она на тот момент, похоже, и оказалась. Потому что на какой-то призрачный миг она вдруг снова искренне поверила в то, что все еще может быть хорошо...
  На следующий день Стася специально постаралась подъехать пораньше, чтобы не опоздать. Потому что идти через весь двор на глазах у Олега, уже стоящего около ломбарда, пытаясь сохранить на лице спокойное и непроницаемое выражение, - это было бы сейчас свыше ее сил. Двор был довольно широкий, и Стасе казалось, что она просто запнется где-нибудь на полпути... А потом еще отпирать многочисленные замки, стараясь не слышать его добродушных шуток за спиной... Стасе и так предстояло провести рядом с ним целый день, и она пока еще даже не была уверена в том, что сумеет справиться с подобной задачей... А потому она пожелала, чтобы этот день хотя бы начался на ее условиях!..
  Олег появился, когда Стася уже выставляла на витрины планшеты с украшениями.
  - Привет! - смущенно потоптавшись у двери, произнес он.
  - Здравствуйте, - как всегда в таких случаях, равнодушно и холодно проговорила Стася.
  - А меня вот начальник попросил еще несколько смен тут поработать! - нерешительно пробормотал Олег. - Сказал, что совсем работать некому! Вот я и согласился!
  Стася молча пожала плечами, не отрываясь от своего занятия, словно ей все его объяснения и оправдания были до лампочки.
  - Он мне даже зарплату за прошлый месяц выплатил! - похвастался Олег. - Я ему сразу так и сказал: хочешь, чтобы я продолжал здесь работать, плати деньги! И он сразу же заплатил, как миленький!..
  Стася по-прежнему методично занималась своими делами, изо всех сил пытаясь сохранить непроницаемое выражение на лице. По рассказам того же Мартыныча, она знала, что им действительно здорово задерживают зарплату, - да и платили-то вообще, признаться честно, такие смешные деньги, за которые даже она не стала бы работать. Поэтому решение Олега уволиться, в принципе, и не особенно удивило ее тогда, несколько дней назад. Если на основной работе, по слухам, у него была нормальная зарплата, - то зачем ему действительно терять время здесь за копейки?.. Тем удивительнее для Стаси стало его желание все-таки остаться...
  Стасю сейчас терзали совершенно противоречивые чувства. Ей было одновременно и радостно, и тяжело, и больно, и обидно; ей хотелось одновременно и броситься к нему на шею, и разреветься в голос от злости, лупя его кулаками прямо по физиономии... Но она не сделала ничего из вышеперечисленного. Она лишь просто с невозмутимым видом продолжала выставлять свои планшеты на витрину...
  Олег растерянно потоптался еще некоторое время у дверей, возможно, все еще рассчитывая хоть на какую-то реакцию со стороны Стаси, пробормотал еще пару каких-то невнятных почти нечленораздельных фраз и вдруг... ушел.
  Поначалу Стася даже не обратила на это внимания, просто решив по привычке, что он вышел покурить. Но прошло пять минут... десять... пятнадцать... Стася давно уже покончила со всеми своими делами, а ее охранника все еще не было... Тогда она тоже взяла сигарету и вышла на улицу.
  И просто лишилась дара речи от изумления и ярости при виде того, что ей там открылось...
  Машина Олега стояла в тот день метрах в десяти от ломбарда. И нет, он не курил, - он просто снова сидел в своей машине, из которой опять доносилась довольно громкая музыка... Все, как в тот день... Стекла в машине были тонированными, поэтому Стасе не было видно сейчас, один он находится в салоне или же с десятком своих друзей - алкашей. Но на тот момент она готова была предположить самое худшее...
  И она его, разумеется, предположила.
  Кровь ударила Стасе в голову; в висках застучало, а глаза застлала красная пелена. Она ожидала от этого человека уже чего угодно, - но уж никак не этого!.. Оказывается, она его недооценила. Он оказался еще большим ублюдком, чем она даже могла предположить!..
  Очевидно, сегодня он совершенно искренне рассчитывал повторить на бис свое прошлое выступление. В предыдущую смену ему все это благополучно сошло с рук, и он пришел к не совсем безосновательному выводу, что это - вполне возможно и допустимо. И сегодня решил повторить свой коронный номер на бис!..
  Стася смотрела на его машину и просто физически ощущала, как в ее душе лопаются все те первые зародыши каких-то светлых и теплых чувств по отношению к этому человеку. А сердце заполоняет холод. Могильный холод...
  Итак, эта пародия на человека решила продолжать здесь работать... Он передумал, - а может быть, его уговорили, запугали, заставили... Стася не знала о причинах, побудивших его пойти на попятный, но ее это на тот момент уже и не интересовало. Гораздо важнее - и печальнее - было другое.
  То, что это существо без чести и совести, похоже, искренне решило, что теперь оно каждую смену будет здесь лопать в компании своих многочисленных убогих дружков-алкашей, в надежде на то, что это и впредь будет сходить ему с рук. Поскольку сама Стася раз за разом будет все это молчаливо проглатывать...
  Но вот тут он немного ошибся. Он просто не удосужился чуть получше узнать человека, с которым планировал так себя вести.
  Во-первых, Стася теперь уже была научена горьким опытом с Сан Санычем и твердо знала, что подобные выходки надо пресекать на корню, иначе они войдут в привычку и станут нормой. И в прошлый раз она не стала ничего предпринимать по одной-единственной причине: это не имело на тот момент никакого смысла. Человек собирался увольняться, и, даже если бы она тогда вообще выгнала его, это ровным счетом ничего не значило бы. Он все равно вознамерился уйти, - и просто ушел бы на несколько часов раньше. Вот и все.
  К тому же, сама Стася в тот день пребывала в шоковом состоянии, хоть и боялась признаться в этом даже самой себе. Весь ее разум, все ее силы были так сконцентрированы на одном лишь желании выдержать все это... Что ей на самом деле практически безразлично было то, чем там занимается ее упившийся в доску неудавшийся кавалер.
  Да, наверное, смысл был именно в этом. В тот день Стася смотрела на мир вокруг себя сквозь призму своего разочарования на фоне неудачного романа. И пьющий на улице человек на тот момент не воспринимался ею, как охранник, работающий в ее ломбарде. Она просто видела в нем мужчину, который ее очень сильно обидел...
  Но сегодня все было совершенно иначе. С глаз Стаси упали шоры, и теперь она видела происходящие события в режиме реального времени.
  Этот человек передумал увольняться и вознамерился продолжать работать здесь?.. Значит, отныне он будет именно работать! Безо всяких поблажек и скидок на теплые дружеские чувства! А если у него запланированы какие-то другие мероприятия на рабочее время, - то он может прямо сию минуту убираться со своими дружками - собутыльниками на все четыре стороны!..
  На улице в то утро шел дождь, и, причем, довольно сильный. Но Стася, не обращая на него ни малейшего внимания, решительно прошлепала по лужам несколько метров, отделяющих ее от машины, и громко постучала в стекло на передней дверце со стороны водителя.
  Вблизи тонировка окон выглядела не настолько темной, как издалека, поэтому Стасе было прекрасно видно Олега, с комфортом развалившегося на своем сиденье и с закрытыми глазами слушающего, очевидно, громкую музыку. Услышав стук в окно, он распахнул глаза и медленно повернулся в сторону Стаси. На его лице появилось настолько удивленное выражение, что, ей-богу, можно было бы попросту расхохотаться, если бы сама ситуация не была уже столь серьезной и даже трагической.
  Казалось, что он был искренне изумлен, просто потрясен и неимоверно шокирован тем, что она зачем-то потревожила его, разбудила, помешала слушать любимую музыку, - а теперь вот еще и маячит почему-то под дождем, делая в его сторону какие-то странные и непонятные пассы руками...
  Насколько Стасе удалось в тот момент рассмотреть, больше в машине пока никого не было.
  Ну, что ж, - это уже само по себе было неплохо и немного успокоило Стасю. Хотя, вполне возможно, друзья-забулдыги просто намеревались подтянуться чуть позже...
  Стася решительным, недвусмысленным и безапелляционным жестом показала Олегу, чтобы он немедленно следовал за ней, и, не оглядываясь, ушла в ломбард. У нее даже и мысли не было о том, что он посмеет не подчиниться. Пусть бы только попробовал!..
  Олег появился буквально несколько секунд спустя. Он выглядел смущенным, растерянным и почему-то по-прежнему безмерно удивленным. Словно ребенок, у которого отобрали любимую игрушку, и который теперь просто не в силах понять, как так-то?..
  Со стороны казалось, что он реально совершенно искренне не может врубиться, что это Стасе вдруг от него понадобилось?.. Сидел себе преспокойно в своей собственной машинке, никого не трогал, никому не мешал, шансон милый сердцу слушал, дружбанов поджидал, которые уже позвонили, что на подходе, - а тут, откуда ни возьмись, вдруг эта нарисовалась и всю малину обломала!.. И совершенно не понятно, что ей вообще могло от него понадобиться?..
  - Так!.. - достаточно резко сказала Стася, поворачиваясь к нему. - Какие у нас планы на сегодня?..
  Самой Стасе казалось, что она говорила достаточно спокойно. Обычно она всегда и в любых ситуациях старалась сохранять хотя бы внешнее спокойствие, даже когда внутри у нее все буквально кипело от ярости и возмущения. И, да, ей это чаще всего удавалось, - и данный случай не был исключением. Она не повышала голос на него, - но она разговаривала с ним очень резко, что произвело на слишком чувствительного и ранимого Олега, как оказалось, очень тяжелое впечатление, и, как выяснилось уже позже, оскорбило его до глубины его нежной и ранимой души. И Олег потом заявит Стасе, что в тот день она на него орала, чем очень обидела его...
  Поскольку она себя со стороны в той ситуации видеть не могла, Стася не была уверена на все сто процентов, что действительно не сорвалась тогда и не повысила на него голос. А Олег будет говорить ей это весьма убедительно. И Стася реально не будет уверена до конца, что не оскорбила этого тонкого и ранимого человека своей необоснованной грубостью...
  И впоследствии, благодаря этим абьюзерским манипуляциям вечно несчастного и всеми оскорбленного мужчины, Стася на какой-то миг даже испытает чувство вины, усомнившись в своих собственных воспоминаниях и невольно задумавшись о том, зачем же она так обидела бедного человека?..
  Но все это было ерундой. Стася не повышала на него голос. Но быть жесткой, когда это требуется, она действительно умела. И, очевидно, именно это на самом деле и шокировало крайне чувствительного Олега. Он просто оказался не готов к тому, что милая, доброжелательная, улыбчивая и деликатная девушка в действительности обладает железным характером. И от ее резкости несчастный, не подозревающий об этом мужчина вполне может от неожиданности наделать в штаны...
  Олег удивленно уставился на миниатюрную разъяренную девушку, тупо хлопая глазами.
  - Какие планы?.. - недоуменно переспросил он.
  - Вот и я спрашиваю, какие у нас на сегодня планы? - ледяным голосом повторила Стася. - Мы будем работать? Или же мы будем пить в машине с друзьями?..
  - Работать... - ошарашено пробормотал Олег.
  Выглядел он при этом, надо заметить, довольно-таки жалко. Но Стася не испытывала сейчас по отношению к нему ни малейшего сочувствия. Этот человек уже достаточно умудрился потрепать ей нервы. Пора было остановиться.
  - Так вот, если вы все-таки собираетесь работать, - жестко отчеканила Стася, - то хочу вам напомнить, что ваше рабочее место находится здесь, а не в машине на улице! А если же вы опять намереваетесь пить, как в прошлую смену, - то дверь у нас находится вот здесь!.. - Стася указала на нее рукой и безапелляционно добавила. - Вы можете выйти через нее, отправляться по своим делам и больше не возвращаться! Можете даже не трудиться звонить оперативному дежурному, - я сама ему сообщу!
  - Да нет, я не собираюсь больше пить, - смущенно проговорил Олег, поглядывая на нее как-то странно, - словно вообще впервые увидел.
  - Надеюсь! - отрезала Стася. - Потому что повторения прошлой смены не будет! У меня здесь, в конце концов, ломбард, а не притон для алкашей! И мы здесь, типа, работаем, а не лопаем в машине с друзьями!
  Олег молчал, неотрывно глядя на нее. В какой-то момент Стасе даже показалось, что он сейчас действительно просто уйдет... Возможно, это было бы даже и к лучшему, потому что разом решило бы все их проблемы, - и уже имеющиеся, и еще только назревающие...
  Но Олег не ушел. Потому что для этого нужно было, очевидно, иметь характер, которого у него не было, а не быть тряпкой, пытающейся изобразить из себя потрепанного жизнью крутого мачо. Поэтому он молча сел на свой стульчик и, как пай-мальчик, почти не шевелясь, просидел до самого вечера, лишь изредка потихоньку выскальзывая на минутку на улицу покурить и тут же возвращаясь обратно...
  Глядя на него, жалкого и униженного, Стася невольно задумалась о том, не слишком ли она тогда перегнула палку?.. Может быть, нельзя вести себя так резко и даже грубо с бедными слабыми мужчинками; возможно, их нужно нежить и холить, несмотря ни на что, а не ругать и не отчитывать. Возможно, она задела его, унизила, порвала в клочья его мужское достоинство и заставила страдать... Все возможно.
  Но нельзя было забывать главное в этой ситуации... Несмотря на возникшие между ними намеки на какие-то отношения, на данный момент они работали вместе. И Олег был не просто мужчиной, с которым у Стаси чуть было не случился роман, - он был, в первую очередь, ее охранником, человеком, отвечающим, кстати, не только за многомиллионные материальные ценности в ломбарде, но и за саму ее жизнь. И потому Стася не собиралась сюсюкаться с ним, решать его проблемы, вилять перед ним хвостиком и успокаивающе гладить по головке, - нравится ему это или нет! Это была их работа. И ее необходимо было выполнять, - если условия устраивают. А если не устраивают, - то дверь действительно находилась рядом, и ее вполне можно было закрыть за своей спиной.
  А все остальное, - любовь, ненависть, пьянки, гулянки, разочарования и обиды, - все это, пожалуйста, в свободное от работы время!..
  Уже потом, гораздо позже, Олег скажет Стасе, что он очень сильно тогда обиделся на нее за "ее поведение". И даже, типа, решил, что никогда больше вообще не будет с ней разговаривать. Возможно, это, опять же, было бы даже и к лучшему, и позволило бы им обоим в дальнейшем избежать кучи ошибок и разочарований. Но, похоже, у Олега всегда были трудности с принятием твердых решений. Или же он просто в действительности вообще не в состоянии был понять, что конкретно он хочет, и хоть как-то определиться в этой жизни. Потому что, к сожалению, впоследствии он, разумеется, в очередной раз изменил и этому своему "твердо принятому" решению.
  Похоже, на самом деле все, на что был способен этот жалкий человек, - это смаковать свои обиды и искать виноватых. А больше ни на что. Причем, если истинных обидчиков под рукой сейчас не было, - или же он просто не мог справиться с ними, - можно было пытаться тиранить тех, кто имел глупость оказаться поблизости.
  Несмотря ни на что, между ними, по всей видимости, с самого начала существовало какое-то очень сильное притяжение, которое и толкало их друг к другу. И они оба, вопреки всем доводам разума и рассудка, просто не в силах были как-то противостоять этому притяжению. Хотя уже изначально, похоже, оба прекрасно понимали, что совершенно не подходят друг другу ни в каком плане. Они были слишком разные; между ними вообще не существовало никаких общих точек соприкосновения, а потому и ничего серьезного между ними просто даже чисто теоретически не могло быть. Никогда и ни при каких условиях.
  Последующие несколько смен, как это ни странно, прошли очень тихо и спокойно. И даже мирно, - если так можно было сказать. Поначалу Стася с Олегом вообще практически не разговаривали. Для самой Стаси это никогда не было проблемой; интроверт по натуре, она безо всяких неудобств спокойно могла молчать часами, думая о своем и занимаясь своими делами без малейшего напряжения. Олегу же это, явно, давалось не без труда. Даже со стороны было видно, что ему тяжело. Но он честно держался.
  Потом, по истечению некоторого времени, они понемногу снова начали общаться. Вот только Стася больше демонстративно не пила его чай и не ела его бутерброды. Хотя сам Олег по-прежнему постоянно предлагал ее угостить. Но Стася неизменно вежливо отказывалась.
  Да, был у нее такой пунктик по поводу еды, - с самого раннего детства. Если человек чем-то обидел ее, Стася больше не принимала от него ничего. Возможно, кто-то посчитает, что это просто глупая гордость, - но для нее самой все это было очень даже серьезно. И сама Стася твердо знала, что, даже если будет умирать от жажды в пустыне, от этого человека она не согласится принять даже глотка воды...
  И на его машине Стася тоже больше не ездила, несмотря на все его уговоры. После работы она просто запирала ломбард, вежливо прощалась со своим охранником и спокойно направлялась в сторону остановки.
  Но на душе у Стаси покоя так и не было. Она упорно не в силах была понять, почему их отношения изначально складывались так по-дурацки?.. Но тут Стася не в силах была ничего изменить.
  Потому что от нее в данном конкретном случае ровным счетом ничего не зависело. Их судьбы словно шли параллельно, и у них, как у двух параллельных прямых, просто не было ни малейшего шанса когда-нибудь пересечься...
  Правда, понемногу Стася оттаяла, и стальной обруч, который, казалось, намертво сковал ее грудь, чуть ослаб. Они с Олегом снова начали разговаривать и даже шутить вместе. Но на круги своя их отношения больше не могли уже вернуться. Между ними всегда будто что-то стояло, - какая-то железобетонная стена, - и преодолеть ее было теперь уже просто невозможно.
  Тем временем незаметно подкрался Стасин день рождения. Признаться честно, - хотя ее просто пуленепробиваемая наивность могла бы свести с ума кого угодно, - Стася в душе очень надеялась на то, что Олег соизволит хоть как-нибудь, - хотя бы чисто символически, эсэмэской, - поздравить ее. Она не сомневалась в том, что ему прекрасно известно о предстоящем событии. Стася неоднократно говорила ему раньше о том, когда именно у нее день рождения. Да и сейчас, когда они с девчонками из соседнего магазина обсуждали ее планы на этот день, он стоял рядом и просто не мог не слышать их разговоров.
  Как оказалось в действительности, вполне даже мог. Или же мог весьма искусно притвориться ничего не знающим и не понимающим.
  Или же просто Олегу действительно было абсолютно плевать на нее. И именно этот вариант, к сожалению, был наиболее очевидным.
  Весь свой день рождения Стася провела, как на иголках. Она до последнего надеялась... На что?.. Да хотя бы на то, что он просто позвонит и поздравит, - как нормальный вежливый человек. Ничего другого она, наверное, от Олега даже уже и не ожидала. Но в то, что он хоть как-то поздравит ее, она верила до самого вечера...
  Он должен был это сделать... Просто обязан... Чисто по-дружески, разумеется, безо всякого подтекста... Они ведь с ним все-таки уже целых три месяца работали вместе, даже дружили, можно сказать, общались, смеялись... Да, за это время между ними не все было так гладко, как, возможно, хотелось бы, но все-таки они с Олегом были не совсем чужими друг другу людьми, а потому он вполне мог бы хоть СМС ей прислать... Ему это ровным счетом ничего не стоило бы и ни к чему не обязывало бы... А вот ей было бы просто очень приятно...
  В тот день Стасе звонили даже случайные знакомые. И ей так хотелось, чтобы Олег тоже сказался среди них...
  Но он не посчитал нужным позвонить ей.
  В следующую смену Стася не удержалась и, как бы в шутку, упрекнула его:
  - Могли бы хоть с днем рождения меня поздравить, Олег Владимирович!..
  - Да?.. - прикинулся он искренне изумленным и, разумеется, смущенным. А впрочем, возможно, он и в самом деле не притворялся. Но Стасе уже как-то слабо в это верилось. Невозможно же просто не замечать ничего происходящего в окружающем мире. Для этого ему нужно было бы быть совсем глухим, - и абсолютно тупым, - чтобы попросту не слышать никаких разговоров вокруг себя. А он, между тем, всегда к ним прислушивался, хоть никогда и не присоединялся, - и это было заметно со стороны.
  По всей видимости, он просто был настолько равнодушен к происходящему, что реально попросту не обращал внимания на всю эту ерунду. И это, кстати, лишний раз наглядно показывало степень его заинтересованности в Стасе.
  И на что она еще надеялась?.. Да ни на что уже, если честно...
  - А когда у тебя был день рождения? - поинтересовался Олег полминуты спустя.
  - Два дня назад.
  - А я и не знал!.. - снова довольно правдоподобно удивился он. - Поздравляю!..
  - Спасибо и на том!.. - сказала Стася, изо всех сил стараясь выглядеть равнодушной и не показать своего разочарования.
  - Да нет же, я правда не знал!.. - весьма искусно притворился очень смущенным Олег. - Ты бы мне хоть сказала!..
  Стася в ответ покачала головой.
  - Ну, во-первых, я говорила вам об этом, и не раз! А во-вторых, вы же прекрасно слышите, о чем мы с девчонками из магазина разговариваем! Вы же всегда рядом находитесь!
  - Ну, я действительно слышал, что вы говорили про какой-то день рождения, но я никак не думал, что про твой!.. - аж сокрушенно поморщился Олег.
  - Ну, да, конечно!..
  Стася не знала, верить ему или же нет. В его бесхитростности и наивности она давно уже усомнилась. А впрочем, какое все это теперь имело значение?.. Олег в очередной раз разочаровал ее и обманул ее ожидания. И уже не имело никакого значения, преднамеренно он сделал это или же нет. Главное заключалось в том, что она была для него настолько несущественна, что он даже не смог - или даже попросту не пожелал - запомнить дату ее рождения, хотя они действительно несколько раз говорили об этом, и времени с тех пор прошло еще слишком мало, чтобы нормальный разумный человек мог забыть.
  Но ведь речь сейчас шла не о нормальных разумных людях...
  Ну, что же делать, - еще один карточный домик был разрушен. Карты унес ветер. И ничто было уже не возвратить...
  Правда, они все-таки немного отпраздновали в тот день. К Стасе в ломбард пришла одна из ее подружек, с цветами и подарком. Стася не ожидала этого, но посчитала своим долгом чисто символически отметить это событие под конец смены.
  Олег, разумеется, был с ними. И в какой-то миг Стасе снова вдруг показалось, что у них еще может что-то получиться... Под влиянием бокала вина, очевидно...
  К сожалению, ей все это опять только показалось.
  Вечером до остановки они с ним дошли вместе, - в тот день Олег опять был без машины. И он даже постоял рядом со Стасей минут пять, дожидаясь ее маршрутки. Просто молча стоял рядом и курил... Стасе хотелось большего. Ей хотелось, чтобы он взял ее за руку, обнял, возможно, даже поцеловал...
  Мечтать, как говорится, не вредно. Вот только, к сожалению, самому Олегу ничего подобного вовсе даже и не хотелось...
  Он был так близок - и при этом так неимоверно далек... Словно вообще находился в другой параллельной реальности...
  Не иначе, как под влиянием все того же выпитого бокала вина, Стася даже сама попыталась прижаться к нему. Отталкивать ее он, к счастью, на этот раз не стал. Но и никаких ответных эмоций у него это тоже не вызвало.
  Ровным счетом никаких.
  А вот сама Стася опять почувствовала себя круглой дурой, упорно навязывающейся мужику, который ее столь очевидно не хочет...
  Стася не могла бы похвастаться тем, что у нее было слишком много поклонников. Но они были, тем не менее. Совсем уж монашкой она никогда не жила. И их могло бы быть на самом деле гораздо больше, если бы сама Стася еще много лет назад не поняла, что все это ее не слишком привлекает. Чтобы иметь хоть какие-то отношения, ей необходимо было испытывать чувства к человеку, который в тот момент находился рядом. А хоть какие-либо чувства она испытывала очень редко. Поэтому все ее попытки отношений быстро сходили на нет.
  Но, тем не менее, мужским вниманием Стася никогда обделена не была и никаких особых комплексов по поводу своей внешности не испытывала. Скорее, напротив. В глубине души Стася всегда была уверена в том, что уж в постель-то она могла бы затащить любого. Только вот ей самой это никогда не было нужно. Потому что она всегда хотела от жизни чего-то другого. А другого как раз не было...
  Но с Олегом с самого начала все было совсем не так, как с остальными мужчинами. Он не просто, казалось, совершенно не желал Стасю, - ни в каком смысле, - он, напротив, каждым своим поступком, каждым словом, каждым жестом, просто всем своим видом отталкивал ее. И при этом - не отпускал. И это было донельзя странно. Стасе до сих пор никогда еще не попадался мужик, не желающий элементарно и банально просто переспать с привлекательной женщиной. Женатые или холостые, молодые или старые, симпатичные или уродливые, - независимо от своего уровня, образования, дохода и социального статуса, - никто из когда-либо попадавшихся ей на пути мужчин не упустил бы такого шанса, если бы он им вдруг представился.
  Да, никто из многочисленных Стасиных знакомых не желал особых обязательств или ответственности. Мало, кто готов был ухаживать, водить по ресторанам, дарить подарки и вообще хоть чем-то помогать. Еще меньшее количество ее так называемых поклонников хотели бы серьезных отношений. Но вот банально переспать, если бы выпала такая возможность, не отказался бы никто и никогда.
  Тогда как у Олега в отношении Стаси подобного желания, по всей видимости, даже и не возникало. Напротив, он вел себя, как целомудренная девица, которая изо всех сил в ужасе отмахивается руками и ногами от одной только мысли о чем-то подобном, поскольку это, на ее девственный взгляд, совершенно недопустимо...
  В какой-то степени, наверное, это не могло не послужить вызовом для Стаси. Она не стала бы опрометчиво утверждать, будто была влюблена в Олега. Да, он нравился ей, и очень сильно; да, ей хотелось бы узнать его поближе, - но о каких-то там более пылких чувствах у нее даже и мыслей-то пока не появлялось. Но у Стаси, - впервые в ее жизни, кстати, - возникло, пожалуй, определенное желание действительно затащить в постель этого странного мужчину и пробиться, таким образом, через железобетонную стену его замораживающего равнодушия.
  Прав был поэт, - чем меньше женщину мы любим, тем больше нравимся мы ей...
  Стася была уверена, что нравится Олегу. Невозможно было разумно объяснить, откуда у нее взялась подобная уверенность, - но она просто чувствовала это на каком-то подсознательном уровне. Если бы это было не так, Стася вела бы себя совершенно иначе. Если бы у нее только возникло ощущение, что она на самом деле безразлична Олегу, - она просто плюнула бы на него и спокойно продолжила бы жить своей собственной жизнью. Не настолько уж сильно она была на самом деле им увлечена, чтобы страдать и плакать.
  Но проблема заключалась как раз в том, что Олег на самом деле вовсе не был к ней равнодушен. Это ощущалось чисто физически, а потому не было плодом ее бурной фантазии. Время от времени что-то проскальзывало на его обычно непроницаемом каменном лице, - какая-то едва уловимая судорога, - и тогда Стася понимала, что он сдерживается из последних сил. Но вот только она никак не могла уразуметь, а зачем он сдерживается?.. Что заставляет его так вести себя с ней?.. Ведь вот она, рядом, - просто протяни руку и возьми...
  Расслабься и получи удовольствие, - как говорится...
  Но - нет. Лицо Олега снова становилось каменным. Он опять замыкался и уходил в себя...
  За прошедшие после Стасиного дня рождения пару недель какие только невероятные мысли не посещали ее буйную голову!.. И они теперь не давали ей покоя ни днем, ни ночью. Олег оказался слишком крепким орешком, не доступным для ее зубов. А Стася... Стася просто была в те дни самой собой. Она никогда не умела как-то завлекать мужчин, - а тем более, таких неприступных. Кокетничать и флиртовать Стася была способна разве что в шутку, но совершенно не представляла, как можно это использовать, как делать это всерьез, с далеко идущими намерениями, - а тем более, с целью соблазнить мужчину... Она просто была такой же, как и всегда, такой, какая она есть. Естественной и непосредственной. Она привычно разговаривала, смеялась, шутила; она пыталась решить какие-то проблемы, расстраивалась, переживала... По сути дела, Стася просто жила. Сегодняшним днем. Не пытаясь заглянуть в будущее и оставив печали в прошлом. И потому она, хоть убей, и не могла понять, почему Олег не желает хоть на миг выбросить из головы свои проблемы и комплексы и тоже просто жить дальше...
  Каждый день их совместной работы теперь начинался одинаково. Стася приходила в ломбард в самом что ни наесть радужном настроении, переполненная до краев мечтами и надеждами. Каждое утро она, как наивная дурочка, настраивалась на то, что именно сегодня в их жизни непременно что-нибудь изменится и сдвинется, наконец-то, с мертвой точки. И, несмотря на то, что эти ее призрачные иллюзии раз за разом обламывались, она никак не могла от них избавиться.
  Олег неизменно встречал ее радостной улыбкой, словно действительно неимоверно счастлив был увидеться с ней. Целый день они проводили вместе, смеялись, шутили, рассказывали друг другу о каких-то своих проблемах и радостях... Иногда Олег вообще все девять часов практически не отходил от Стаси, и темы их разговоров принимали довольно серьезный и доверительный характер... Словно они действительно давно уже были очень близкими друзьями, у которых нет друг от друга никаких секретов...
  А вечером Олег садился в свою машину и уносился прочь, словно за ним гонится полиция с мигалками...
  А Стася раз за разом в одиночестве возвращалась домой, всю дорогу безуспешно сражаясь со злыми слезами. После каждого такого вот рабочего дня она снова и снова твердо решала плюнуть на него, выбросить из головы все, что связано с этим человеком, забыть, как страшный сон, и преспокойно жить себе дальше. Но уже в следующую же смену, увидев его добрые глаза, его чуть смущенную улыбку, снова услышав его постоянный вопрос: "Ну, как делищи?.." - Стася в очередной раз осознавала, что ничего не закончено.
  Хотя ничего еще и не начиналось...
  Таким образом, за последующие пару недель Стася издергалась так, что словами было не описать. Какие только нелепые мысли не лезли ей в голову в те дни!.. Например, она не могла не думать о том, что несколько лет назад Олег попал в серьезную автокатастрофу, после которой его, можно сказать, собирали по частям. И, может быть, - думалось Стасе, - у него с тех пор, например, имеются какие-то серьезные проблемы, мешающие ему встречаться с женщинами?.. Какие-то травмы, - физические или психологические, - заставляют его держаться подальше от любых искушений...
  Стася даже на какой-то миг всерьез задумалась над тем, что она будет делать, если окажется, что это действительно правда?.. И вдруг, неожиданно даже для самой себя, поняла, что ей все это безразлично. Наверное, это были признаки какого-то безумия, - но тогда, в те дни, Стася осознала, что захотела бы остаться с ним, даже если бы оказалось, что он инвалид, импотент, прокаженный, - да кто угодно!.. Ей было все равно. Ее тянуло к этому человеку с какой-то дьявольской силой, и никакие возникшие на пути препятствия не смогли бы ни напугать ее, ни остановить. 
  При этом сама Стася совершенно искренне полагала, что она не была влюблена в Олега. Она прекрасно знала, что любовь - это нечто совершенно другое. Это счастье, эйфория и бабочки в животе. Рядом с Олегом она не ощущала ничего, даже близкого к этому. И, тем более, абсолютно не понимала, как же тогда можно было назвать те странные, необъяснимые и не поддающиеся никакой логике чувства, которые она испытывала к этому человеку. Они почему-то были гораздо сильнее, чем любовь. И гораздо глубже.
  И страшнее.
  Стася много раз влюблялась в своей жизни. Иногда эти чувства приносили ей радость, иногда - боль. Но такого она не испытывала еще никогда. Ее тянуло к этому человеку со страшной непреодолимой силой. И, совершенно искренне полагая, что это - не любовь, Стася, тем не менее, пошла бы за ним, хоть на край света. Хоть на каторгу, в Сибирь...
  Вот только ему самому, похоже, подобные жертвы от нее были вовсе не нужны. Ни под каким соусом.
  Однажды Олег попросил Стасю поставить его сотовый телефон на подзарядку, - у него в "предбаннике" розеток не было. Она согласилась, безо всяких коварных задних мыслей, но в какой-то момент, когда Олег вышел на улицу покурить, Стасю вдруг словно перемкнуло. Она никогда раньше не имела привычки проверять телефоны своих поклонников, - для этого у нее не было ни поводов, ни желания. Но тут она взглянула на лежащий на полке телефон, и ее вдруг словно током ударило. И ей захотелось узнать, что он может скрывать...
  Стася взяла телефон в руки и быстро просмотрела список входящих и исходящих звонков. Там она не обнаружила ничего нового для себя. Родственники, бывшая, друзья, - все имеющиеся там имена были знакомы Стасе по рассказам Олега. Тогда она, не удержавшись, нажала еще и на сообщения. Их было просто бесчисленное множество. Стася торопливо пробежала глазами список адресатов и уже в самом конце наткнулась на незнакомое женское имя...
  Анна...
  У Стаси почему-то мороз пробежал по коже. Очевидно, сработала безошибочная женская интуиция... Сообщений от этой Анны было довольно-таки много. И Стася нажала наугад на одно из них...
  "Конечно, милый, я сейчас приеду! Хочу тебя безумно! Целую тебя всего-всего-всего!.."
  Сотовый телефон чуть не выпал у Стаси из рук... Перед глазами все потемнело; ноги сами собой подкосились... И в ломбарде вокруг нее вдруг повеяло каким-то просто диким замогильным холодом, от которого у Стаси резко перехватило дыхание, и она почувствовала, что сейчас просто банально грохнется в обморок от недостатка воздуха...
  Буквально из последних сил, опасаясь, что Олег сейчас войдет и застукает ее за этим грязным делом, Стася вышла из режима сообщений, положила телефон на прежнее место и села на стул. Шум в ушах был просто оглушающим, а в голове что-то противно тюкало... Казалось, она вот-вот лопнет... И Стася вообще не понимала, что с ней такое происходит...
  Она никогда не была ревнивой. Мужчины, у которых были другие женщины, просто всегда спокойно уходили из ее жизни, не оставляя ни воспоминаний особых, ни боли, ни сожалений. И Стася никогда не испытывала при этом ни мук, ни страданий, а потому совершенно искренне полагала, что просто по своей натуре не способна на подобные пылкие чувства. Но жуткая парализующая боль, которая буквально пронзила ее тело минуту назад, была настолько сильной, что Стася реально даже испугалась. Потому что осознала, что, если она позволил себе испытывать подобные эмоции, то это рано или поздно может просто испепелить ее...
  Стася не любила этого мужчину. Она знала это наверняка. Следовательно, она просто не могла его ревновать. Он был для нее чужим, едва знакомым человеком; просто коллегой, с которым они неплохо сработались. Почему же тогда она чуть не умерла сейчас, случайно узнав о том, что у него есть другая женщина?..
  Ох уж эта извечная Стасина привычка все анализировать, докапываться до самой сути и раскладывать по полочкам!.. Но, к сожалению, так уж вышло, что не всегда то, что происходит вокруг нас, легко поддается тщательному анализу... Увы, не всегда!.. И то, что творилось сейчас в Стасиной жизни, оказалось, похоже, гораздо сильнее и глубже, чем даже она сама готова была предположить или признать...
  Мгновение подумав, Стася снова взяла в руки телефон Олега.
  "Милый, ты заплатишь за такси? У меня совсем нет денег!"
  "Ну, вот, я думала, мы увидимся! Я так скучаю по тебе!"
  "Олег, ты где? Почему ты не берешь трубку? Я волнуюсь! Позвони мне!"
  "Поднимайся! Шестой этаж, квартира сто двадцать восемь! Жду тебя!"
  "Где ты, милый? Меня выпустили из больницы всего на день! Я так мечтала провести его с тобой!"
  "Ну, работай свою работу, раз ты так занят! Скучаю! Целую!"
  "Возьми трубку! Пожалуйста, возьми трубку! Я схожу с ума от беспокойства!"
  "Олежек, ты жив? Где ты? Что с тобой? Позвони мне! Я умоляю тебя!"
  Да, Стася прекрасно знала, что читать чужие письма нехорошо. Но ей просто жизненно необходимо было понять, что происходит. Пробегая глазами очередную эсэмэску, Стася вдруг как-то интуитивно поняла, что все это было когда-то давно, раньше, - не сейчас. И только тогда она догадалась взглянуть на дату и поняла, что не ошиблась. Они встречались больше года назад. Все эти СМС были написаны с небольшим перерывом в течение примерно трех недель. И - все. Больше не было ни сообщений от этой женщины, ни звонков. Ничего не было.
  Вот только тут напряжение понемногу стало отпускать Стасино ставшее вдруг каким-то чужим и непослушным тело. Все это было в прошлом. Не сейчас. Это просто было. Когда-то давно.
  Год назад в жизни Олега была женщина, которая, похоже, действительно его любила. Трудно теперь сказать, испытывал ли он сам к ней какие-то подобные чувства, - Стасе в тот миг почему-то показалось, что нет. А может быть, ей просто очень хотелось бы в душе, чтобы он их тогда не испытывал... Но, как бы то ни было, - а сообщения от нее он не удалил до сих пор. Почему?.. Что это было?.. Все-таки любовь?.. Или просто сентиментальность?.. Во всем этом его как-то вообще трудно было заподозрить...
  Почему он до сих пор так и не смог ее забыть?..
  Стасе казалось, что понять все это было бы для нее сейчас очень важно. И вовсе даже не из ревности, как можно было бы предположить, и не из какого-то там не слишком здорового любопытства. Просто Стася вдруг поняла, что она, очевидно, далеко не первая, с кем у Олега возникли проблемы в отношениях. И, поняв, из-за чего он год назад расстался с явно любящей его женщиной и с тех пор, похоже, ни с кем больше не встречался, Стася смогла бы, наконец, разобраться в том, что происходит между ними сейчас, и что вообще мешает Олегу вести себя так, как обычно ведут себя все нормальные мужики в подобных ситуациях...
  К сожалению, ей это так и не удалось. Ни тогда, ни после. Стася лишь почувствовала мимолетную радость, осознавая, что та неведомая ей женщина давно уже осталась где-то в далеком прошлом.
  А в настоящем сейчас была она сама. Ну, или, точнее, ей так казалось на тот момент...
  И она даже еще и не осознавала тогда, как быстро настоящее на самом деле может стать прошлым. По совершенно не зависящим от нас причинам...
  Тем временем, дни проходили за днями. Смена за сменой следовали друг за другом. А в Стасиной жизни ровным счетом ничего не менялось.
  К тому моменту Стасина уверенность в себе опустилась уже на отметку ниже плинтуса. Она почти не задумывалась больше о том, что не так с самим Олегом; теперь она уже всерьез начала винить себя за то, что в ней самой что-то не так... Что она делает неправильно?.. Может быть, ей следует вести себя как-то иначе, быть смелее, решительнее, наглее?.. Но она не умела. Стася всегда и во всех ситуациях просто была самой собой. Такой, какой ее создала природа. И, поскольку она никогда раньше не была роковой женщиной, она вряд ли сейчас смогла бы примерить на себя эту роль... Да и не подошла бы она ей...
  Олег ее отталкивал. В буквальном смысле слова. Он отталкивал ее руками и ногами, всячески давая понять, - ежедневно, ежечасно, ежеминутно, - что ей нет места в его жизни. И Стася... устала.
  Однажды она просто встала утром и поняла, что устала. И что дальше так не может продолжаться.
  Стася выдохлась окончательно. Эти странные карикатурные отношения просто опустошили ее и выжали досуха. У нее больше не осталось сил шутить и смеяться. Она больше не могла терзаться днями и ночами, ломать голову и пытаться решить чужие проблемы, о которые она вообще ничего не знала. И Стася осознала, что ей просто пришло время уйти. Так, как в свое время пытался уйти сам Олег. Но почему-то так и не смог.
  А Стася знала, что сможет. Просто... Просто она все еще продолжала на что-то надеяться...
  На следующий день Стася все-таки попыталась поговорить с Олегом обо всем об этом. Сколько можно было ощущать себя привязанной на коротком поводке?.. Все эти дни и недели Стася никак не пыталась выяснять отношения; она просто приняла правила игры, навязанные ей Олегом. Но больше так продолжаться не могло. И Стася все-таки решила обсудить их отношения.
  В первый и в последний раз.
  Но Олег попросту прикинулся дурачком, не понимающим, о чем она вообще ведет речь. Ушел, так сказать, в глухую несознанку. Он сразу же сделал вид, что, якобы, вообще не понимает, о чем говорит Стася. Он все время пытался перевести разговор на другую тему, свести его к шутке, начать рассказывать о чем-то постороннем и, типа, забавном и смешном...
  У Стаси просто руки опустились. Она смотрела на него и не знала, что сказать. Она чувствовала сейчас такое полное опустошение внутри... Что просто захотелось лечь и умереть...
  - Олег, что со мной не так?.. - в отчаянье сорвался у Стаси с губ вопрос, который мучил и терзал ее уже много недель. Она не хотела его задавать. Но просто не удержалась...
  На что она надеялась?.. Это было совершенно непонятно даже ей самой. На чудо, наверное...
  Олег посмотрел на нее, как на пустое место.
  - Я не знаю, что с тобой не так, - совершенно равнодушно пожал он плечами, полностью разбивая тем самым жалкие остатки ее самооценки на мелкие осколки и привычно втаптывая их в грязь...
  И Стася ощутила себя просто убитой наповал этим его ледяным равнодушием...
  Три дня она не могла прийти в себя. Ее мысли постоянно вертелись вокруг происходящего, и Стася не могла обрести покой ни на секунду. Она не в силах была ни есть, ни спать, ни заниматься какими-то своими делами. Она чувствовала себя потерянной, сломанной, неуверенной больше ни в чем, и вообще не знала, как ей жить дальше...
  И вдруг, в последнюю ночь перед очередной совместной сменой, Стасе померещилось, что она нашла ответ на терзающие ее вопросы. Все эти дни и недели Олег всячески пытался показать ей свое равнодушие. Стася же, в ответ на подобное его поведение, демонстрировала точно такую же холодность в ответ. Она была очень гордой девушкой, а потому считала ниже своего достоинства проявлять перед Олегом хоть какие-то чувства или эмоции, поскольку он сам всеми силами давал ей понять, что она у него ровным счетом никаких чувств не вызывает. И, осознавая это, Стася тоже становилась внешне вдвойне равнодушной, чтобы он тоже ничего в ней не увидел и не заподозрил.
  И в какой-то момент до Стаси дошло, что они же просто всем этим загнали друг друга в угол! Ни один из них не желал пойти навстречу другому и хоть как-то облегчить понимание; вместо этого они оба тщательно демонстрировали друг перед другом полнейшее безразличие, холодность и равнодушие. И будут продолжать их демонстрировать до бесконечности! Потому что Стася, не желая уронить то последнее, что у нее еще осталось, - а именно, чувство собственного достоинства, - не уступит первая, без какого бы то ни было знака с его стороны. А что касается самого Олега... В его жизни был весьма болезненный опыт предательства и измены, и, вполне возможно, теперь он просто не может решиться показать свои истинные чувства из страха снова быть отвергнутым...
  К сожалению, забыв о себе и о своих обидах, Стася снова сумела найти оправдание своему странному охраннику. И, вместо того, чтобы просто прекратить весь этот бред, - пока это было еще возможно, и пока она сама еще не увязла в нем по самое не балуй, - она решила дать ему еще один последний шанс.
  Какой по счету?.. Она давно уже сбилась...
  Но правда заключалась в том, что Стася не желала больше послушно сидеть в своем углу и тупо надеяться на лучшее. Она хотела раз и навсегда прояснить этот вопрос и расставить все точки над "i", - а дальше будь, что будет!.. Ей было безумно страшно решиться на какие-то действия, - тем более, когда перед ее глазами маячила непроницаемая каменная маска, бывшая по совместительству лицом Олега. Но продолжать мучиться сомнениями и изнывать от всей этой неопределенности Стася больше просто была не в силах. Так она попросту рано или поздно сошла бы с ума...
  Если это уже не произошло. Потому что объяснить ее странное, болезненное, не поддающееся логике и доводам разума, влечение к этому человеку можно было только приступом безумия...
  Стася всегда была очень гордым человеком, никогда не сдававшим свои позиции и готовым отстаивать свои убеждения до последнего. Но в данной ситуации она поняла, как ей показалось, что именно ей следует сделать первый шаг. Если она все-таки хотела, чтобы между ними что-то было, - а она, как это ни странно, действительно хотела этого, - Стася должна была решиться на это. Потому что сам Олег, - и Стася прекрасно понимала это, - этот самый первый шаг никогда не сделает.
  Стася прекрасно осознавала, что шансов у нее примерно пятьдесят на пятьдесят. Или все получится, или же все действительно будет навсегда закончено. Но она должна была сейчас раз и навсегда прояснить этот вопрос, - а дальше будь, что будет!.. Потому что продолжать жить так, как все эти последние недели, было просто невозможно.
  В ту роковую смену Стася очень долго не могла ни на что решиться. Примерно полдня. Олег все это время был, разумеется, очень сильно занят чем-то безумно важным, - кажется, он играл в телефон. На Стасю он в ту смену вообще демонстративно не обращал ни малейшего внимания. А она... Она сама в какой-то момент вдруг поняла, что просто умирает от желания дотронуться до него, прижаться к нему, ощутить его сильные объятия... Она просто больше не в силах была жить без всего этого... Этот чужой и непонятный человек вдруг стал необходим ей больше, чем воздух...
  Итак, или пан, или пропал. Другой альтернативы не было.
  При одном только воспоминании о том, что она сделала потом, Стасе становилось стыдно, даже спустя годы. Это, очевидно, навсегда останется одним из самых жутких, мучительных и унизительных происшествий в ее не такой уж и безгрешной жизни.
  Она встала и вышла к Олегу в его "предбанник". Он сидел на своем стуле, положив ногу на ногу, и с весьма сосредоточенным видом что-то высматривал в собственном телефоне. Он даже и не повернулся в сторону приблизившейся к нему Стаси, даже взгляд на нее не посчитал нужным скосить. Словно и не видел. Словно ее тут и вообще не было.
  Набравшись решимости, Стася подошла к нему и попыталась присесть к нему на колени. Сделать это было непросто, потому что мешала его вторая нога, закинутая на первую, - причем, ступней кверху.
  - Ты что?.. - удивленно спросил у нее Олег. Именно удивленно. Никаких других чувств или эмоций в его голосе не было. Он смотрел на нее с абсолютным равнодушием в глазах и на лице, словно вообще не понимая, кто это, и что происходит вокруг него?..
  Он даже и не попытался никак облегчить для Стаси эту ситуацию. Даже ногу с ноги не снял, хотя прекрасно должен был видеть, что ей неудобно. Но он просто застыл, словно каменное изваяние. Болванчик. В прямом и переносном смысле.
  - Я просто хочу посидеть с тобой! - стараясь придать своему голосу веселость, которой она не испытывала, ответила Стася, тщетно пытаясь отодвинуть очень мешающую ей ногу и устроиться у него на коленях поудобнее.
  Несмотря ни на что, она была на все сто процентов уверена в том, что сейчас он обнимет ее, прижмет к себе, и... И дальше у них все будет просто замечательно...
  Короче, они, взявшись за руки, наконец-то, вместе побегут навстречу солнцу...
  Олег даже рук не поднял. Он лишь молча и с непроницаемым выражением на лице наблюдал за Стасиными тщетными попытками отодвинуть мешающую ей ногу. Но она необычайно крепко держалась на своем месте, и убирать ее Олег, явно, был не намерен. И, поняв это, Стася почувствовала, что сейчас просто расплачется от отчаяния...
  Она сделала первый шаг в его сторону. И ей это далось нелегко. Но он не просто не поддержал его. Он его напрочь отверг.
  - Тебе нельзя здесь находиться! - сказал Олег. Очень терпеливым, но твердым голосом. Словно обращаясь к непослушному ребенку. Или к собаке.
  - Ну, и что?.. - улыбнулась Стася, пытаясь обнять его. Но он даже не пошевелился в ответ. Как каменный истукан, не способный ничего чувствовать...
  - Тебе нельзя здесь находиться! - снова повторил он, спокойно и уперто. - Иди к себе!..
  Ну, право, - он действительно словно собаке приказывал!.. И это было настолько жутко и унизительно, что у Стаси просто дыхание перехватило от боли. Но она все еще на что-то надеялась, просто не в силах смириться с реальностью...
  Ни один нормальный мужчина не отреагировал бы так, как этот человек... Это было просто нереально... Такого просто не могло быть в действительности...
  - Никто же не видит!.. - тихонько рассмеялась Стася, тщетно пытаясь свести все к шутке, хотя леденящий душу ужас уже сковывал понемногу ее тело. Но она снова безуспешно попыталась прижаться к нему. Никакой реакции на это не последовало. Руки Олега по-прежнему были опущены вниз, а одна нога так все еще и была закинута на другую. Ни улыбки, ни теплоты в глазах, - только пронизывающий душу холод и равнодушие...
  - Сними ее!.. - попросила Стася, показывая на его ногу. - Мне неудобно!
  - Тебе нельзя здесь находиться! - в третий раз повторил Олег все тем же совершенно спокойным, пронзительно безэмоциональным голосом, - чужой, далекий, неподвижный, как истукан.
  Еще несколько секунд Стася мужественно пыталась продолжать в том же духе, стараясь сдвинуть его ногу и все еще отчаянно надеясь на какую-то реакцию с его стороны. А потом она вдруг необычайно остро осознала, что никакой этой самой реакции никогда не будет. Никакой. Никогда. И ее даже затошнило от осознания ужаса и нелепости ситуации, в которой она как-то умудрилась оказаться...
  У Стаси закружилась голова, и она вдруг поняла, что сейчас попросту грохнется в обморок. В таком дерьме она не была еще ни разу в жизни. И никогда еще не чувствовала себя так неловко, неудобно и уязвимо. И совершенно беззащитно...
  Никогда еще Стася не желала так сильно провалиться сквозь землю, - да хоть в саму преисподнюю!.. - как в ту жуткую минуту. Это было бы для нее наилучшим выходом из сложившейся ситуации. Ей иногда казалось раньше, что она знает, что такое унижение... Она ошибалась. Оказывается, она страшно ошибалась. Потому что никогда еще в своей жизни она не ощущала себя настолько униженной, как в те жуткие секунды...
  Стася медленно встала на ноги. Шагнула в сторону, все еще, похоже, продолжая в душе на что-то надеяться и не до конца веря в происшедшее. Потом молча ушла к себе в ломбард. Закрыла за собой дверь... И вдруг необычайно остро осознала, что просто не может больше здесь находиться. Ни секунды...
  Стася опрометью выскочила через другую дверь в коридор. Влетела в туалет. Посмотрела на себя в зеркало. Потом зачем-то вымыла руки... И поняла, что вернуться обратно в ломбард просто не сможет...
  Как это ни странно, но Стасе больше не хотелось плакать. Она даже злости и ярости больше не испытывала. У нее было жуткое пугающее ощущение, что ее словно выжали как-то изнутри, и теперь там больше ничего не осталось. Ни любви, ни ненависти. Ни обиды, ни раскаянья. Ничего. Кроме пустоты и полнейшего онемения. И Стасю это перепугало просто до жути.
  Стасина жизнь никогда не была легкой и безоблачной. Временами ей бывало так плохо, что повеситься было впору... Было больно, страшно, обидно, тяжело... Всякое бывало, если честно... Но Стася, оптимистка по натуре, никогда не унывала, потому что заранее знала, что все это пройдет... Чувства утихнут... Исчезнут... Боль, какой бы страшной она ни была в данный конкретный момент, уйдет... И можно будет спокойно жить дальше...
  Но сейчас Стася была опустошена полностью. В ней больше не было ничего. И Стася вдруг, впервые за свои тридцать с лишним лет, поняла, что больше просто не в силах продолжать жить дальше. Внутри нее образовалась огромная черная дыра, которая разом поглотила все, что давало ей прежде силы существовать. И больше ничего не осталось...
  Пустая оболочка. Без души. Без чувств. Без эмоций. А она самостоятельно жить не может...
  И в тот самый миг, когда Стася поняла все это, она вдруг, так же ясно и четко, с каким-то абсолютным спокойствием, осознала, что сейчас она вернется обратно в ломбард, сядет на свое место и продолжит работать, как ни в чем не бывало. Словно ровным счетом ничего и не произошло. Это было какое-то странное, противоестественное, анестезирующее спокойствие, граничащее, наверное, с отупением. Но именно оно, возможно, и спасло Стасю тогда, в тот миг. И дало ей силы продолжать жить дальше.
  Она выключила свет в туалете. Вернулась в ломбард. Спокойно села на свое место. Открыла на компьютере книжку и начала читать ее.
  Олег после ее возвращения вышел на улицу покурить. Стасе просто до безумия хотелось того же самого, но она терпеливо дождалась, пока он вернется, и только после этого взяла сигарету.
  - Ну, что?.. - чуть смущенно, - а впрочем, он почему-то всегда выглядел при Стасе смущенным, так что, можно сказать, как ни в чем не бывало, заговорил Олег. - Может, чайку попьем?..
  Он с улыбкой склонился над окошком ломбарда. Если бы Стасю еще можно было шокировать, - то следовало бы сказать, что она была в шоке от его поведения. Да он шутит, наверное?.. Или издевается?.. Это что, - особая форма какого-то изощренного садизма?..
  Стася подняла на него глаза и слегка качнула головой, искренне полагая, что подобного ответа ему должно было быть достаточно.
  Но она ошиблась. С этим человеком, явно, что-то было не так. Или же он просто сам чувствовал себя не в своей тарелке, а потому изо всех сил стремился убедить самого себя, - ну, а попутно, и всех окружающих, разумеется, - в том, что не произошло ровным счетом ничего особенного.
  Стася молча смотрела на него в упор. А он никак не унимался, зачем-то продолжая настаивать...
  - Будешь чай, Стася?.. У меня вкусный!.. И бутерброды!..
  Стася по-прежнему молча смотрела на него. А он никак не уходил, тоже глядел на нее сквозь решетку, улыбался очень мило и, похоже, ждал ответа. Как будто ровным счетом ничего и не произошло. Словно это и не он десять минут назад обидел ее настолько сильно, что Стася не смела пока даже и думать об этом. Потому что она знала, что, если будет сейчас вспоминать о случившемся и снова и снова переживать свою обиду, то попросту не выдержит, выпадет из этого состояния блаженной шоковой анестезии и сломается...
  - Давай кружку, Стась!.. - никак не успокаивался Олег, тряся перед ее глазами своим термосом.
  Зачем он это делал?.. Почему не желал просто оставить ее в покое, а снова и снова продолжал на чем-то настаивать?.. Этого Стася, хоть убей, никак не могла сейчас уразуметь. Ничего не изменилось. Все было точно так же, как и на протяжении уже нескольких недель.
  Он отталкивал ее. А потом снова зачем-то начинал проявлять к ней внимание.
  Возможно, этот человек все-таки чувствовал себя виноватым и пытался таким образом загладить свою вину?.. Или же для него было очень важным именно сделать вид, будто ровным счетом ничего не произошло?..
  Стася этого не знала. И, как бы то ни было, а она вовсе даже не собиралась делать вид, будто все нормально, и не произошло ничего из ряда вон выходящего. К тому же, блаженная анестезия, на какое-то время даровавшая ей возможность ничего не чувствовать, не выдержав подобной нагрузки, вдруг на мгновение развеялась, и в Стасину душу хлынула такая дикая ненависть, что даже перед глазами потемнело...
  - Я. Не. Хочу! - процедила она сквозь зубы, раздельно, сдерживаясь буквально из последних сил и в упор глядя прямо ему в глаза, которые он почему-то упорно пытался отвести.
  - Да ладно тебе!.. - отмахнулся от ее слов Олег, словно от чего-то совершенно несущественного. А впрочем, он всегда так делал. Он вообще хоть немного воспринимал ее всерьез, - или же вообще нет?.. - Давай кружку!..
  Стася, уже практически теряя самообладание, резко вскочила на ноги, зажимая в задрожавших вдруг пальцах сигарету, и распахнула дверь ломбарда, чтобы выйти на улицу.
  - Покойники не угощают!.. - вырвалось у нее. - А вы для меня умерли!..
  Стася выскочила на улицу. До нее донеслись какие-то возмущенные фразы, произнесенные ей вслед, - при этом сказаны они были совершенно спокойным, ровным, невыразительным голосом, каким умудренные жизнью взрослые обычно отчитывают непослушных упрямых детей. Ее охранник, кажется, пытался объяснить ей, неразумной дурочке, что такие страшные вещи нельзя произносить вслух, - а тем более, по отношению к живому человеку, потому что это нехорошо, неправильно, неприлично, и...
  Стасе было плевать на нравоучения этого убогого неудачника. Она просто всегда говорила то, что думала, не пытаясь приукрашивать и не выбирая приятных формулировок. Да, на каком-то этапе она старалась щадить чувства этого человека и обращаться к нему, по возможности, тактично, чтобы, не дай бог, не обидеть его или не оскорбить. Но теперь, после всего случившегося, ей было абсолютно плевать на то, что он думал обо всем об этом.
  На протяжение всей Стасиной жизни люди, причинившие ей боль, попросту переставали для нее существовать. В случае с Олегом это произошло не сразу. Нельзя было сказать, что она не давала ему еще один шанс. И даже еще один... А потом еще один... Но сегодня гиря до полу дошла. И больше этого человека для нее просто не было. А потому Стася даже и не прислушивалась к его старческому брюзжанию под дверью.
  Отныне все точки над "i" для Стаси были расставлены окончательно. И поэтому, даже несмотря на все еще терзающую ее сердце боль, она сейчас почувствовала просто невыразимое никакими словами облегчение.
  Для Стаси все, наконец-то, встало на свои места. Больше ей не надо было каждый день ждать от этого человека чего-то сказочного и прекрасного, - но, увы, совершенно несбыточного, - и надеяться на чудо, которое никогда не свершится. Отныне больше не будет разочарований, расстройств, слез и терзаний. На этот раз все действительно было закончено. Однозначно, окончательно и бесповоротно. И это было гораздо лучше и легче той жуткой неопределенности, которая буквально сводила Стасю с ума в последние недели и уже даже месяцы.
  А теперь все прошло. Осталось только лишь полнейшее непонимание сути происходящего.
  Но об этом можно будет подумать потом, на досуге. И это уже не вызовет той боли, которую она испытывала раньше.
  Да, факт оставался фактом: любой другой мужик на месте Олега миллион раз уже воспользовался бы тем, что ему достаточно откровенно предлагали, не испытывая при этом ни излишних чувств, ни особых угрызений совести. И Стася реально не могла уразуметь сейчас только одного: почему он не сделал этого?.. Что его каждый раз останавливало и, вместо шага вперед, заставляло делать два назад?.. Стася не в силах была это понять. А неразрешимые загадки она не любила...
  Она вообще с детства терпеть не могла головоломки. Ее разум был устроен совершенно иначе. Он подчинялся железной логике, простой и понятной, в которой все было расставлено по местам и разложено по своим полочкам. А головоломки никогда не вызывали у нее желания их разгадывать. Напротив, всегда просто хотелось перелистнуть эту страницу и заняться чем-нибудь другим, более доступным для ее восприятия.
  Вот и эту страницу ей просто давно следовало перелистнуть. А точнее, вообще закрыть эту не слишком интересную книгу. Захлопнуть ее.
  Что она, в принципе, и пыталась сейчас сделать.
  Как бы то ни было, а на нет, - и суда нет!.. И это было совершенно правильно и разумно. Олег ушел из Стасиной жизни. А точнее, это Стася намерена была окончательно уйти из его жизни.
  Навсегда.
  Он был настолько беспомощным, закомплексованным, не уверенным в себе и не знающим, что ему вообще нужно от этой жизни, что оказался даже не в состоянии принять хоть какое-то  разумное решение и сделать хоть какой-то выбор. Ну, что ж, - без проблем!.. - Стася сама сделала этот выбор за него! Она никогда не испытывала сложностей с принятием решений.
  И никогда ни о чем не жалела впоследствии.
  Да, ей было очень больно и грустно. В данный конкретный момент. Но жизнь продолжалась. И Стася вовсе даже не собиралась страдать и изнывать из-за человека, который того даже и не стоил.
  Стася планировала на следующий же день созвониться с кем-нибудь из девочек и поменяться сменами, чтобы ей больше никогда не пришлось работать вместе с Олегом. Но, - как это ни удивительно, - судьба сама все разрешила, - правда, несколько по-иному.
  Еще пару месяцев назад к ним в организацию взяли на работу одну весьма и весьма странную женщину. Звали ее Надежда Николаевна, и она, в отличие от всех остальных, очень давно уже была на пенсии. А, как говорится, пенсия в нашем государстве дается не зря...
  Вообще-то, - признаться начистоту, - не будь она подругой детства одного из директоров по развитию, с ней никто не стал бы даже и разговаривать, - настолько тяжелым, неприятным и проблемным человеком она была. С ней вообще нереально было иметь дело. Но в организации на тот момент как раз не хватало одного человека, - сеть ломбардов расширялась, а сотрудники на новые точки находились не так быстро, как хотелось бы. Поэтому "сверху" и поступила специальная директива: взять Надежду на свободное место, поскольку у нее, вдобавок к многочисленным достоинствам, которых, правда, так и не сумел никто разглядеть, имелся какой-то опыт работы в ломбарде. И, поскольку он был, - а начальство настаивало на ее кандидатуре, - то у сотрудников не было никакого другого выхода, кроме как согласиться.
  Несмотря на то, что эта дамочка сразу же не вызвала ни у кого энтузиазма, тем не менее, поначалу никто не подумал, что она - один сплошной кошмар. В конце концов, разные люди приходят устраиваться на работу...
  Но таких здесь еще не видывали...
  Начать уже с того, что Надежда Николаевна оказалась абсолютно необучаема. Простейшие компьютерные программы, используемые в этой организации, была способна освоить, наверное, даже мартышка! Там реально использовались всего три кнопки в порядке очередности, - да еще с защитой от дураков, чтобы никто даже случайно не перепутал очередность их нажатия. Но для Надежды Николаевны подобные сложные современные технологии оказались совершенно недоступны.
  Она не просто не способна была навести курсор и нажать на одну-единственную "кнопку" посреди экрана. Она просто даже теоретически не понимала, как это возможно. И, каждый раз, когда доходило дело до оформления залога, она просто истерически дергала мышку, заставляя курсор в панике метаться по всему экрану, - но понять, что от нее требовалось, была просто не в силах.
  Говорят, что и зайца можно научить курить... Но, в случае с Надеждой Николаевной, все сотрудники, пытавшиеся хоть чему-то научить ее, просто по очереди беспомощно вскидывали лапки и сдавались. Никто оказался не в силах объяснить ей, как нужно навести курсор на кнопку и щелкнуть клавишей мышки...
  Если бы Стася не столкнулась с этим цирком сама, она никогда не поверила бы, что такое возможно. Но получилось так, что именно к ней Надежда Николаевна попала на обучение поначалу. Причем, Стася на тот момент уже имела опыт подготовки пары сотрудников, и до сих пор у нее ни с кем проблем не возникало. Обучение новеньких оплачивалось в их организации дополнительно, - причем, неплохо, - и поэтому поначалу Стася даже и не возражала, когда Надежду Николаевну направили к ней.
  Это был ужас. Нет, не так, а как в анекдоте, - это был ужас, ужас, ужас. Просто кошмар неописуемый. Обычно стажировка занимает пару-тройку дней по два-три часа, - в зависимости от количества народа, загруженности, проведения различных операций. Кто-то чуть быстрее все схватывает, кому-то потяжелее дается... 
  Первые полдня Стася честно пыталась ее хоть чему-то обучить. Потом устала, выдохлась и сдалась. Надежда Николаевна не понимала вообще ничего. Зато она очень много и громко говорила, - совершенно не по теме, - и довела Стасю просто до полного изнеможения.
  Оставшуюся часть смены Стася просто в ужасе наблюдала, как Надежда Николаевна "мечется" курсором по экрану, сопровождая свои действия выкриками, - и не всегда цензурными... Поскольку все это было не для слабонервных, то периодически Стася просто хватала ее за руку, силой останавливала, заставляла нажать нужную клавишу, - а потом все начиналось сначала...
  Вечером, после ухода Надежды Николаевны, Стася позвонила Арине, старшему товароведу, и объяснила ситуацию, честно сказав, что она ничему не сможет научить эту женщину. И добавила, что ей не надо никаких денег, - напротив, это она сама готова доплатить за то, чтобы Надежда Николаевна здесь больше не появлялась.
  Арина все поняла. И после этого некоторое время сама пыталась заниматься с Надеждой Николаевной. С тем же самым успехом...
  В результате, получилось так, что Надежда Николаевна проходила обучение в их компании аж в несколько этапов, поскольку у руководства не ослабевала надежда на то, что в следующий раз она все-таки постигнет хотя бы азы данной работы. Она стажировалась на разных точках в течение, примерно, пары месяцев. Но пока все было бесполезно.
  А ломбарды, тем временем, должны были работать без выходных. А следовательно, сотрудники тоже вынуждены были работать без выходных, тщетно ожидая окончания ее стажировки. Учить ее годами было просто невозможно. Нужно было либо искать другого человека, либо все-таки отправлять на работу этого...
  Для начала ее поставили на один из ювелирных магазинов, временно, вместо Ланы, на период ее отпуска. Правда, Ланин магазин с новыми изделиями показался Надежде слишком сложным, поскольку там всегда толпилась куча покупателей. Зато вот второй отдел, - маленький, комиссионный, где было выставлено уже не новое золото из ломбардов, - понравился ей необычайно. И, несмотря на то, что ее сразу же и даже "на высшем уровне" предупредили о том, чтобы она не раскатывала губки, потому что постоянно она здесь работать не будет ни при каких обстоятельствах, и ее взяли исключительно только на время отпуска основного сотрудника, Надежда, тем не менее, безапелляционно решила, что ее законное место - именно здесь.
  И начала планомерно выживать девочку, работавшую в этом самом комиссионном отделе, которую пока, на время отпуска Ланы, перевели на ее магазин, - чтобы помочь Надежде Николаевне освоиться.
  Но, слава Богу, на этот раз ее коварные планы очень быстро расстроились. Вернулась из отпуска Лана, и Надежду Николаевну отправили восвояси, еще раз доходчиво объяснив ей, что, - нравится ей это или нет, - а работать она все-таки будет в одном из ломбардов, в связи с чем ей необходимо-таки эту самую работу освоить как можно быстрее. А раскатывать губки и зариться на чужой каравай, уповая при этом на старую дружбу с начальством, не стоит.
  Надюша снова продолжила стажировку на разных точках. Сотрудники от нее, в буквальном смысле слова, плакали. Человеком она была, к сожалению, пренеприятнейшим; учиться она ничему не желала просто принципиально; зато своим громким голосом, беспардонностью и безапелляционностью запросто могла свести с ума любого.
  Какую-то последовательность действий она со временем все-таки сумела запомнить, но работать самостоятельно все равно не могла, - только под присмотром других сотрудников. На каждого клиента у нее уходило не меньше часа, - хотя обычно на самую трудную операцию, например, перезалог с частичным выкупом, - требовалось пять-десять минут. Но Надежда Николаевна слишком много говорила при этом, делала зачем-то слишком много лишних ненужных движений, размахивала руками, все бросала и начинала сначала, в очередной раз запутавшись... И пытающиеся помочь ей сотрудники просто по стенке сползали от тихого ужаса перед ее работой, не в силах ничем помочь ни ей самой, ни несчастным клиентам, нарвавшимся на подобный "сервис"...
  Но, несмотря на то, что Надежда Николаевна так и не смогла толком ничему научиться, со стажировкой пора было заканчивать, потому что работать было некому, и все давно уже мечтали вернуться к нормальному графику. А Стасин ломбард на тот момент был самым тихим, самым спокойным и имел самую маленькую проходимость...
  Короче, приткнуть Надюшу реально было просто больше некуда, потому что все прекрасно понимали, что ни на одной другой точке она попросту не справится с объемом работы. И начальство, типа, решило на какое-то время посадить ее в Стасин ломбард, чтобы она хоть немного освоилась и научилась работать самостоятельно. А саму Стасю пока временно перевести в центральный ломбард.
  Правда, при имеющемся графике три-один, Стася должна была работать в центральном ломбарде всего два дня, а в третью смену - на своей родной точке, отпуская таким образом Надежду на выходной.
  И получилось так, что все это окончательно определилось и выяснилось как раз в тот самый день, ближе к вечеру. Стасе позвонила Арина, объяснила сложившуюся ситуацию и по-хорошему попросила согласиться ближайшие две недели поработать именно в таких условиях, чтобы Надежда смогла, наконец, начать приносить пользу...
  Нельзя было сказать, что подобное предложение вызвало у Стаси дикий восторг, но и протестовать особенно она тоже пока не стала. Тем более, что свой единственный "присутственный" день на родной точке Стася изначально рассчитала так, чтобы работать в смену Глеба Мартыныча. Именно этого она хотела изначально; именно так ей было удобно; и Стася поначалу была даже рада тому, что все так обернулось.
  Причем, само собой. Ей даже не пришлось ни с кем договариваться, просить о подмене, перестраивать уже имеющийся свой - и чужой - график. Она просто сразу же озвучила свои условия, и у Арины не было повода ей отказывать.
  Про Олега Стася в те дни практически вообще не вспоминала. Лишь иногда ее словно что-то укалывало прямо в сердце, и она снова и снова задумывалась только лишь об одном: неужели она действительно ему совсем не нравилась?.. Ну, вот просто ни капельки?.. Несмотря ни на что, Стася попросту никак не могла в это поверить.
  Ну, просто вот никак она была не в силах в это поверить!..
  К сожалению, Стася сейчас не сомневалась в том, что, рано или поздно, они с Олегом еще встретятся. Так или иначе... Потому что этот мир на самом деле очень тесен. И Стася была уверена в том, что ее неудачливый горе-любовник еще будет кусать локти от досады. Но будет уже поздно. Слишком поздно.
  Словно специально для того, чтобы Стасе было хоть немного легче справиться с этой сложной для нее ситуацией, ей попался на глаза в интернете чей-то статус, который ей очень понравился. Потому что он словно был руководством для нее.
  "Нужно научиться отпускать людей. Отпускать, если не звонят, не пишут; если о тебе забыли. Следует помнить, что нет такого слова - "занят". Для человека, который тебе дорог, всегда найдется свободная минутка."
  Вот уж действительно, как говорится, не в бровь, а в глаз!.. Этот статус реально был словно придуман специально для Стаси, чтобы лишний раз подтвердить правильность ее решения. И потому, как только в ее голову заползали мысли об Олеге, Стася просто начинала мысленно повторять его про себя. Как молитву. Как заклинание. Медленно и тщательно проговаривая в голове каждое слово, чтобы еще глубже осознать его смысл и правдивость.
  Отпускало... Понемногу, потихоньку, но отпускало... И становилось легче...
  И, примерно на исходе второй недели, Стася поняла, что все это действительно осталось в прошлом. То есть, она просто до конца осознала, что она сумеет оставить все это в прошлом и спокойно жить дальше, как ни в чем не бывало.
  И даже случайные залетные мысли о том, что, рано или поздно, они с Олегом еще могут встретиться, не приносили Стасе больше ни радости, ни огорчения. Никаких эмоций и переживаний. Это была просто констатация очевидного факта, обусловленная жизнью в небольшом городке. Стася знала, что когда-нибудь это произойдет, и избежать этого будет невозможно.
  Так всегда бывало в ее жизни.
  Но сейчас это больше не имело никакого значения.
 

Глава 5. Олег зачем-то делает первый шаг.


 
  И все же следует признать, что эти последующие две недели были далеко не самыми лучшими в Стасиной жизни.
  Да, она немного успокоилась, - возможно, как раз помогла "молитва" или медитация при помощи того понравившегося ей статуса, - и практически перестала думать об Олеге. Возможно, отчасти это даже произошло потому, что в Стасиной жизни резко и неожиданно возникли другие, - и на тот момент, гораздо более серьезные для нее самой проблемы.
  Согласившись "временно" уступить свою точку Надежде, Стася изначально как-то совершенно не подумала о том, к каким последствиям это может привести. А следовало бы, - ведь она прекрасно знала, как повела себя Надежда Николаевна в центральном ломбарде. Но Стася, по простоте душевной, не провела тогда никаких параллелей между этими происшествиями. Ей реально представлялось, что не будет ничего страшного в том, что она сама пару недель поработает в центральном ломбарде. Она даже наивно полагала, что для нее будет совсем не лишним немного поднабраться опыта, - да и зарплата там, в конце концов, была гораздо выше, чем у нее здесь.
  Но на деле все оказалось совсем не так, как Стася это себе представляла.
  Во-первых, после тишины и покоя, царящих на Стасиной родной точке, центральный ломбард буквально ослепил и оглушил ее. Работать там оказалось не просто сложно, - а ужасно сложно. Стасе не хватало ни опыта, ни квалификации, чтобы потянуть подобный объем работы. Да и желания, если честно, трудиться в такой дикой запарке тоже не было, - даже несмотря на более высокую зарплату.
  Клиентов там было не пять-десять человек в день, - а в пределах сотни плюс-минус. Суммы, проходившие за смену через Стасины руки, были просто астрономическими, - по ее меркам. Она едва-едва справлялась с подобным объемом работы, а вечно толпящаяся у окна ломбарда очередь не давала возможности даже лишний раз отлучиться в туалет...
  К вечеру Стасе казалось, что ее голова от напряжения стала квадратной, а глаза просто вот-вот вылезут из орбит...
  Фишка была еще и в том, что основной контингент посетителей этого ломбарда составляли так называемые "лица кавказской национальности". И Стася, никогда прежде в своей жизни не испытывавшая никаких расовых предрассудков, - более того, никогда ранее даже и не задумывавшаяся о них, - вдруг уже через пару дней поняла, что просто ненавидит этих людей...
  Для неподготовленного человека они реально вели себя просто ужасно. Они были наглые, беспардонные, крикливые и грубые; они обманывали и стремились запудрить мозги; они постоянно пытались сбыть фальшивки и страшно бесились, когда их разоблачали. Они желали получить на руки суммы, в два раза превышающие оценочные, и закатывали жуткие истерики, когда им объясняли, что это невозможно. Они упорно, типа, не понимали, с какой стати они вообще должны платить какие-то там проценты, и постоянно требовали вернуть им их золото "под честное слово", - а деньги, мол, они завтра принесут...
  Стася раньше даже и не знала, что так вообще может быть. А потому работа здесь превратилась для нее в один сплошной кошмар. И она дни считала до конца этой "вахты"...
  К тому же, нельзя было забывать, что она была материально ответственной, и в случае ошибки должна была возмещать недостачу из своего кармана. А здесь ошибиться было - как два пальца об асфальт...
  В Надюшин выходной, который Стася проводила в своем родном ломбарде, она отдыхала душой и телом и жила сейчас только надеждами на скорейшее возвращение сюда. Но и здесь ее, к сожалению, поджидали не слишком приятные сюрпризы...
  Надежде Николаевне приглянулся Стасин ломбард. А что, - это было вполне даже прогнозируемо, - особенно, после того, как она уже пыталась в свое время избавиться от девочки, работающей в комиссионном отделе ювелирного магазина. Но здесь, в этом ломбарде, на самом деле было даже гораздо лучше, чем там. Спокойнее. И вообще, - тепло, светло и мухи не кусают. А потому Надежда Николаевна, не долго думая, совершенно искренне решила, что она будет работать именно здесь. И у нее даже и тени сомнений по этому поводу не возникло.
  Более того, - еще в первые же дни Надежда Николаевна поспешила сообщить об этом всем, - клиентам, продавцам из соседних магазинов, тем же охранникам. Короче, всем, кто желал ее слушать. С точки зрения любого нормального человека, это было уже где-то за гранью, - но Надежда Николаевна совершенно спокойно и уверенно рассказывала окружающим о том, что девушку, которая работала здесь раньше, убрали, и теперь в этом ломбарде будет работать она...
  Поначалу Стася лишь смеялась, слушая обо всем об этом. Но к концу первой недели ей стало уже как-то совсем не смешно... Потому что она осознала, что Надежда Николаевна говорит все это серьезно. Она действительно даже и не сомневалась в том, что начальство пойдет ей навстречу и уберет Стасю, - поскольку Надежда присмотрела это тепленькое местечко для себя...
  И вскоре Стася поняла, что, если она немедленно как-то не положит всему этому конец, то Надежда Николаевна действительно попросту отмахнется от нее, как от назойливой мухи. И ей не останется ничего другого, кроме как искать новую работу...
  И это было как-то совсем не обнадеживающе...
  Вот и получилось, что на фоне всего этого очередной звонок Арины прозвучал просто как неприкрытое издевательство над Стасей. Он был похож на явную и слишком откровенную попытку нагло убрать ее с дороги Надежды Николаевны и освободить той путь в светлое будущее.
  - Стася, привет! - сказала Арина. - У меня к тебе дело! Я знаю, что ты надеялась скоро вернуться на свою точку, но это пока невозможно! Надежда пока не сможет работать нигде в другом месте, - только у тебя! Больше она ни на какой точке не справится с объемом работы, а у тебя в ломбарде самая маленькая проходимость! Поэтому выбирай сама: или ты еще на две недели останешься у нас, или будешь пока подменной на других точках!
  Стася просто дара речи лишилась от подобного весьма заманчивого предложения. Да, она и сама прекрасно понимала, что Надежда действительно нигде больше не сможет работать... Очень долго еще не сможет, - а может, и никогда. Потому что она совершенно тупая, непробиваемая и необучаемая. И в душе Стася давно уже осознавала, что единственная возможность дальнейшей благополучной и успешной работы Надежды Николаевны в данной организации напрямую связана с тем, что саму Стасю необходимо срочно куда-нибудь убрать, чтобы освободить ей место. Другой альтернативы, к сожалению, действительно не было.
  Но только вот Стася вовсе не собиралась никуда убираться молча и безропотно. Ее эта работа устраивала целиком и полностью. Но ее устраивала работа конкретно именно здесь, в своем ломбарде, - а не в центральном, где был сумасшедший дом, и уж, тем более, не на подмене, чтобы мотаться по всему городу! И Стася не собиралась покорно отдавать свою точку какой-то идиотке, которой она очень сильно приглянулась, - будь она хоть трижды подругой директора!.. - и соглашаться ради нее работать в заведомо худших условиях!..
  - Арина, но ведь ты же изначально обещала мне, что все это только на две недели, а потом я вернусь назад! - заявила Стася дрожащим от волнения голосом. Да, она готова была немного пойти навстречу и помочь... Но это уже переходило все границы!..
  - Стася, ничего не получается! - отрезала Арина. - Ты же сама видишь, что Надежду мы пока никуда больше посадить не можем!
  - Так может, нужно решать проблему с Надеждой, а не со мной? - сухо осведомилась Стася. - Почему именно я оказалась здесь крайней?
  - Потому что Надежда больше нигде не сможет работать! - безапелляционно заявила ей Арина.
  - И что?.. - рассердилась Стася. - Может, все-таки пора подумать о другом сотруднике, который будет способен здесь работать? Посмотрим правде в глаза, - вы никогда не сможете ее никуда посадить, кроме моего ломбарда! Это было понятно с самого начала!
  - Ну, что же делать... - начала было Арина, но Стася перебила ее.
  - А ты вообще в курсе, что она и сама желает работать только здесь? Она уже здесь всем окружающим, - и клиентам, и охранникам, - объявила, что меня убрали отсюда ради нее, и теперь здесь будет работать именно она!
  - Да никто тебя никуда не убирал!.. - раздраженно отмахнулась от нее Арина. - Но пока по-другому просто никак не получается!.. 
  - А если я не согласна? - осведомилась Стася.
  - А если ты не согласна, тогда звони директору! - заявила Арина. - Я тоже ничего другого сейчас придумать не могу! Или так, или так!..
  - Нет, - сказала Стася. - Не так и не так!..
  - Стася, ты не понимаешь...
  - Нет, Арина, это ты не понимаешь! - снова оборвала ее Стася. Ее уже буквально трясло от ярости и обиды, но она изо всех сил старалась держать себя в руках и сохранять спокойствие. - Я устраивалась работать именно на эту точку! И я не желаю уходить отсюда!
  - Никто тебя и не заставляет! Но есть такое понятие: производственная необходимость! - Арина решила показать, что она, типа, умеет быть жестким начальником. Если бы ситуация на самом деле не была такой печальной, Стася просто рассмеялась бы над ее нелепой напыщенностью. Хорошо быть жестким начальником... Только вот над кем ты будешь начальствовать, если у тебя сотрудники разбегутся?.. - И сейчас необходимо, чтобы ты еще две недели поработала или у нас, или на подмене!..
  Признаться честно, Стася немного растерялась от всего этого. Именно поэтому она не послала Арину сразу же и в известном направлении. Но Стася расстроилась и на какой-то миг поняла, что совершенно не представляет, что ей сейчас делать. Ей нравилась эта работа. Ей нужна была эта работа. Но что-то было такое в голосе Арины, что Стася просто интуитивно почувствовала, что она права в своих подозрениях. Если она сейчас прогнется под их условия, - назад в свой ломбард она действительно больше не вернется. Поэтому соглашаться на Аринин ультиматум было нельзя.
  Да, действительно, иногда, "в целях производственной необходимости", сотрудников на время перекидывали с одной точки на другую. И, когда перед Стасей впервые встал такой вопрос, ей даже и в голову не пришло возмущаться, - хотя подобные перестановки были для нее совершенно неудобны. Да она и сейчас, в принципе, не стала бы протестовать, если бы речь шла о ком-то другом, а не о Надежде! Стася без проблем уступила бы свое место, - на время, разумеется, - любому другому человеку. Разумному адекватному человеку, способному понимать русский язык. Но не Надюше, - которая просто обнаглела уже до крайней степени, выпихивая Стасю отсюда руками и ногами.
  Это было уже не смешно. И Стасе как-то уже надоело чувствовать себя зайцем из детской сказки, который по наивности впустил в свою избушку лису, а она его и выгнала!.. Вот и Стася ощущала, что ее, как того самого зайца, теперь попросту выгоняют из избушки!.. И ни для кого, похоже, не имело значения, что она полгода честно проработала здесь, без малейших замечаний или нареканий. А теперь ее попросту пытались вышвырнуть, чтобы расчистить дорогу другому человеку, который просто в одностороннем порядке решил, что будет работать именно здесь, - и начальство, во главе с Ариной, с удовольствием пошло ему навстречу...
  Как раз только сегодня утром Глеб Мартыныч с возмущением рассказывал Стасе, что Надежда каждый день жалуется ему на то, как здесь холодно, и всегда задает при этом один-единственный вопрос:
  - Как же мы с вами, Глеб Мартыныч, зимовать-то здесь будем?..
  То есть, эта дама, без малейшего зазрения совести, уже вовсю планировала здесь "зимовать", - а постоянного сотрудника, который вообще-то здесь работал несколько месяцев, получается, побоку!.. А Стасины многоуважаемые коллеги, люди, с которыми она в полном согласии работала уже полгода, которых всегда выручала, если требовалось, - теперь охотно помогают Надежде от нее избавиться!..
  Интересно девки пляшут по четыре пары в ряд...
  - В общем, так!.. - нетерпеливо проговорила Арина, снова включая начальника, чтобы у Стаси, вероятно, не возникло желания начать сопротивляться. - Мне некогда сейчас с тобой разговаривать!.. Подумай пока, куда ты хочешь: к нам или на подмену?.. И перезвони мне!
  Стася повесила трубку и чуть не разревелась в голос. Но это была просто нервная реакция, - она же все-таки была девочкой, как никак, а не железобетонным тупым мужланом, как некоторые, а потому для нее не было ничего зазорного в том, что от обиды и несправедливости ей хотелось плакать.
  Это не означало, что она слабая и беспомощная, - вовсе нет!.. Это всего лишь означало, что ей больно. Но вот только те умные люди, которые решили избрать ее безропотной жертвой, слегка просчитались. Недооценили человека, безнаказанно манипулировать которым было нельзя.
  Ну, что ж!.. Будь, что будет!.. Стася просто решила отнестись ко всему этому по-философски. Было, конечно, очень печально осознавать, что люди, с которыми у нее были, в принципе, хорошие отношения, решили вдруг вот так беспардонно от нее избавиться... Ну, то есть, не совсем избавиться, разумеется, - ее увольнение никому не нужно, потому что тогда снова в организации не будет хватать одного человека, и остальным сотрудникам опять придется работать без выходных, пока не найдут нового. В этом, естественно, никто не был заинтересован, - ни начальство, ни коллеги. Всем нужно было просто немного отодвинуть ее в сторону, чтобы не мешалась. И никого при этом не интересовало, что сама Стася думает по этому поводу, удобно ли ей это, желает ли она подобных перемещений?.. Все давно уже решили за нее. Потому что им так удобнее, легче и проще. Это разом решит все проблемы организации. А все остальное, - включая недовольство Стаси... Так это ее личные проблемы!..
  Но вот тут Арина и компания немного просчитались. Промахнулись с жертвой. Потому что Стася намерена была сделать свои проблемы их проблемами!..
  Плакать хотелось просто жутко. Стасе было настолько обидно, что хоть волком вой!.. Но при этом ее уже просто трясло от ярости и злости. Потому что она вовсе не была беспомощным несчастным зайчиком, которого можно было вот так запросто вышвырнуть из избушки!..
  Вы реально хотите, чтобы она ушла с этой точки и уступила ее Надежде?.. Ну, что ж, хорошо!.. Она готова уйти!
  Но вот только, в таком случае, Стася готова была уйти совсем. На своих условиях, так сказать. Дальновидному начальству с Ариной во главе подобное вряд ли могло прийти в голову. Скромные, старательные, исполнительные сотрудники обычно не совершают такой финт ушами, потому что хорошая работа, по умолчанию, выше любых обид и недовольств. А ей же все-таки честно предоставили возможность продолжать работу, - просто на совершенно других условиях.
  Возник конфликт интересов.
  Стасю не привлекали те условия, которые ей отныне предлагали. Начальство - или Арина - не желали оставить ее в покое и позволить спокойно работать на своей точке. Что ж!.. Значит, хорошо не будет ни нашим, ни вашим!..
  Наши переживут. Не впервой!.. А вот вашим подобное решение проблемы вряд ли придется по вкусу!..
  Стася была уверена, что ее увольнения никто не захочет. Все-таки, она была в этой организации на хорошем счету, - в отличие от той же Надежды... Но, тем не менее, гарантировать, что ей пойдут-таки навстречу, было невозможно. Поэтому Стася просто решила сама пойти ва-банк.
  Или пан, или пропал!.. Смотрите сами!..
  Существовало всего два варианта решения этой проблемы. Или Стасю оставят работать на точке, которая целиком и полностью ее устраивала, или же заменят чудесной и на редкость перспективной Надеждой. Это будет их решение, и Стася внутренне была к нему готова. А вот были ли они сами готовы к тому, что им придется после этого искать нового сотрудника на ее место, - и это вдобавок ко всем тем неприятностям, которые им с удовольствием доставит Надежда Николаевна?..
  Приходилось рисковать. Но другого выхода из данной ситуации Стася для себя не видела.
  Она сама была на все сто процентов уверена в том, что не пропадет. Работу ей приходилось менять уже далеко не в первый раз, так что ничего особенно ужасного в этом не было. Так, неприятность... В Стасиной жизни было немало гораздо более серьезных проблем. Но она смогла справиться с ними. И на этот раз она тоже была уверена, что не пропадет. И даже если ей действительно придется сейчас уволиться, - а внутренне Стася была полностью готова к этому, - она ни на миг не усомнилась в том, что сумеет быстро найти другую работу.
  Все это было очень печально. Но не смертельно. И Стася знала, что справится с подобными мелкими неурядицами. У нее все будет хорошо!
  Главное, искренне верить в это и не забывать об этом ни на секунду!..
  Мартыныч, с которым Стася поделилась своей бедой, тоже разволновался из-за нее чуть ли не до слез. Да Стасе и самой, что греха таить, с трудом удавалось держать себя в руках и не расплакаться. Она ни на миг не усомнилась в своем решении, - но это же еще не означало, что ей не может быть больно и обидно от подобной несправедливости! А Стася ощущала себя сейчас так, словно ее использовали и выбросили после этого за ненадобностью...
  И это было очень тяжелое и гнетущее чувство...
  При этом Стася прекрасно понимала, что трудоустройство у нее официальное, и поэтому, даже если она напишет заявление прямо сейчас, ей все равно придется отрабатывать в этой организации две недели, положенные по закону. И сейчас ей предстояло решить, где именно она будет их отрабатывать?.. Становиться подменной и сидеть каждый день на разных точках, - пусть даже это всего на две недели, - ей совершенно не хотелось. Это было крайне неудобно, и на подобные условия она не подписывалась. Но провести те же самые две недели в центральном ломбарде ей, на самом деле, улыбалось еще меньше.
  В первую очередь, потому, что работать там было неимоверно сложно, и Стася просто физически не была готова каждый день справляться с таким потоком посетителей. А во-вторых, она вовсе не испытывала больше желания работать вместе с Ариной и всеми остальными девочками, которые, вне всякого сомнения, были в курсе того, как Арина подло пыталась избавиться от нее без потерь и последствий, чтобы пропихнуть на ее место Надежду Николаевну.
  У Стаси даже промелькнуло желание позвонить кому-нибудь из начальства, - а у них в организации была парочка директоров по развитию, которые как раз занимались ломбардами в их городе, - и переговорить с ними по этому вопросу. Они как раз знали о сложившейся ситуации; они видели и Стасю, и Надежду, и были в курсе того, кто и как из них работает... Причем, Стася изначально была уверена, что Арина, изображающая сейчас из себя крутую начальницу, на самом деле ничего здесь не решает, и, в конечном итоге, ей все равно придется обсуждать всю эту нелепую ситуацию с начальством и объяснять им, как и почему все так получилось. А уже потом именно они, - а никак не зарвавшаяся Арина, - будут решать, вернется ли Стася обратно на свою точку, - или же ей действительно придется уйти.
  Но в тот день Стася так и не стала никому звонить. В конце концов, у нее было еще на это немало времени. Ей еще предстояли две недели отработки, и в течение них у нее, вне всякого сомнения, еще будет возможность и поговорить со всеми, и объяснить свою позицию, и окончательно определиться со своим будущим.
  А пока ей необходимо было осчастливить Арину и сообщить ей первой обо всем, чтобы она тоже пораскинула мозгами и обдумала другие варианты, поняв, что ее такой удачный план провалился.
  Стасе очень не хотелось с ней разговаривать. Но от этого было никуда не уйти. И, раз уж она решилась пойти на это, то тянуть действительно не стоило.
  Стася набрала номер.
  - Арина, я подумала и решила, что буду пока подменной, - спокойно сообщила она ей.
  - Ой, какая ты молодец!.. - заворковала Арина самым сладчайшим голоском, на который, очевидно, только и была способна. - Спасибо тебе большое!.. Ты не представляешь, как...
  - Не спеши радоваться! - холодно оборвала ее Стася. - Я увольняюсь. Заявление напишу от сегодняшнего числа.
  В трубке на несколько секунд воцарилось недоуменное молчание. Очевидно, Арина оказалась не в силах сразу переварить услышанное.
  - Как - увольняешься?.. - переспросила, наконец, она, приходя-таки в себя. - Зачем?..
  - По собственному желанию, - спокойно подтвердила Стася, в душе на самом деле наслаждаясь ее очевидным замешательством. - Я понимаю, что мне все равно придется отрабатывать две недели, и поэтому хочу, чтобы эти две недели пошли уже с завтрашнего дня! Мне следует самой позвонить директору, - или достаточно, что я тебя уведомила?..
  Напомню, в десятых годах этого столетия, когда происходили данные события, интернет уже хоть и появился, но еще не использовался так повсеместно, как сейчас. Например, в их организации компьютеры еще не были к нему подключены. Поэтому отправить заявление, например, по электронной почте возможности еще не было. Как не было и мессенджеров, и всего прочего, - что так облегчает нам жизнь сейчас.
  О тех же заявлениях сообщали действительно по телефону, потому что неизвестно было, когда и с какой оказией удастся-таки передать документы в центральный офис, находящийся в другом городе. Может, завтра тот же исполнительный директор заглянет к ним, - а может, еще через месяц... Поэтому в их организации обо всех перемещениях, отпусках, увольнениях, принятиях на работу, - было принято сообщать по телефону, устно подтверждать информацию, - а уже потом, при ближайшей возможности, как-нибудь переправлять документы. 
  - Но, Стася, я не понимаю, зачем ты увольняешься? - недоуменно спросила Арина.
  - Потому что я не вижу для себя другого выхода! - раздраженно ответила Стася. Больше всего на свете она ненавидела подобные объяснения и выяснения отношений. Она никогда не принимала спонтанных решений. Каждый ее шаг был обоснован логически в ее собственном сознании. Каждый поступок был просчитан на несколько шагов вперед, с учетом всех возможных вариантов. Но она не считала себя обязанной объяснять другому человеку последовательность своих рассуждений. Она просто ставила его перед фактом и полагала, что он обязан воспринимать это, как должное, и ничего больше от нее не требовать!
  Но они всегда требовали. Каких-то объяснений, каких-то обоснований. И Стасю это бесило просто до крайности.
  - И ты готова вот так просто отдать свою точку Надежде? - вкрадчиво осведомилась Арина. Очевидно, это был ее последний козырь, припрятанный в рукаве, на который Стася должна была клюнуть вне всякого сомнения.
  Хотя, вообще-то, это, явно, был удар ниже пояса. У Стаси даже сердце слегка кольнуло при этих ее словах. Нет, Арина ошибалась во всем. Стася не готова была добровольно отдать свою точку Надежде. Ее насильно убрали отсюда ради этой женщины, даже и не спрашивая ее согласия.
  Но немного просчитались. Потому что как раз она-то и готова была бороться за свое место под солнцем до последнего. И именно поэтому попросту намеревалась поставить их всех перед выбором: или она, или Надежда. А дальше - пусть сами решают!..
  Поэтому, в ответ на слова Арины, Стася совершенно  спокойно проговорила:
  - А она и так ее уже получила, - независимо от того, что я думаю по этому поводу! Так что все, я надеюсь, будут довольны и счастливы!
  - Стася, я не понимаю, что такого страшного в том, чтобы поработать еще пару недель на других точках? - прикинулась удивленной Арина. - Это же просто временная мера; пока Надежда не научится!..
  - Арина, мы с тобой обе прекрасно понимаем, что она никогда не научится! - прямо заявила ей Стася. - И она никогда не сможет работать ни на какой другой точке, кроме моей, потому что больше нигде не справится с объемом работы!
  - Ну, почему, просто директор так распорядился... - вяло завозражала Арина. Уже только ее неуверенный голос подтверждал, что Стася права в оценке происходящих событий.
  - Ты прекрасно знаешь, в каких отношениях Надежда с нашей администрацией! - оборвала ее Стася. - Она давно уже решила, что будет работать именно здесь, - и других вариантов у нее нет! Ей здесь очень нравится! Она уже всем клиентам и соседям сообщила об этом!.. И она даже и не стесняется говорить окружающим о том, что меня убрали оттуда ради нее!..
  - Да никто тебя не убирал!.. - попыталась заверить ее Арина, но ее голос при этом как-то странно дрогнул. - Не будет она там работать!..
  - Тогда почему никто из вас не посчитал нужным поставить ее в известность об этом? А вместо этого вы просто решили убрать меня с ее дороги!.. - отрезала Стася. - Посмотрим правде в глаза, - она действительно нигде больше не сможет работать, - и мы все прекрасно понимаем это! Поэтому вам и необходимо убрать отсюда меня! Очень приятно, кстати, это осознавать после полугода безупречной работы здесь без единого замечания или нарекания! Ну, что ж, - значит, так тому и быть!.. Я ухожу! Надеюсь, ваша Надюша будет счастлива!..
  - Стася, ты говоришь ерунду!.. Вернешься ты на свою точку!.. - как-то вяло возразила ей Арина, которая, разумеется, прекрасно осознавала правоту ее слов. И была не слишком довольна тем, что их прекрасно продуманный план срывается из-за строптивости Стаси. А ведь ей еще предстоит объяснять все это начальству!..
  - Арина, я в свое время устраивалась работать сюда, и буду работать только здесь! - безапелляционно заявила Стася. - Другие варианты не рассматриваются! Ну, а на нет, - так и суда нет!.. И я так и не поняла, мне следует самой позвонить директору, - или же достаточно того, что я тебя предупредила?..
  - Не нужно никому звонить... Я сама... - неохотно проговорила Арина. - Ну, Стася, я даже и не знаю, что тебе сказать... Зря ты так... Но, в конце концов, ты - взрослый человек, и понимаешь, что делаешь! Я не собираюсь тебя уговаривать...
  - И не надо! - кивнула Стася.
  - Я сейчас составлю график и перезвоню тебе! - сдалась Арина, понимая, очевидно, бесполезность продолжения этого разговора.
  - Хорошо. Только не забывай, что двадцать второго октября у меня будет последний рабочий день! - не упустила случая напомнить Стася, поскольку не без оснований подозревала, что Арина может слегка "ошибиться".
  - Ладно... - пробормотала та.
  Глеб Мартыныч, который, разумеется, все видел и слышал, так расстроился из-за происходящего со Стасей, что честно отпросился к ларьку: успокоить нервную систему. Стася даже не стала возражать. В конце концов, она здесь уже практически не работала, а следовательно, воспитывать охранника не собиралась. Глеб Мартыныч не злоупотреблял, не безобразничал и знал свою меру, - ну, а немного успокоительного в данной ситуации ему не повредит... К тому же, Стася сама была расстроена сейчас до такой степени, что подобные мелочи уже просто не имели для нее ни малейшего значения.
  Она сидела за своим столом, уставившись в одну точку, и с трудом сдерживала слезы. Стася чувствовала себя сейчас настолько паршиво, что и словами было не передать. Она пока еще даже теоретически не представляла, куда пойдет теперь, и где будет искать новую работу, и это тоже не прибавляло ей оптимизма. Нет, она была уверена в том, что не пропадет, конечно... Но все-таки приятного во всем этом было мало...
  Через две недели она уйдет отсюда, - крутилось у Стаси в голове. Навсегда. И Олег больше никогда не сможет отыскать ее, даже если захочет...
  Потому что в их самую последнюю совместную смену, воспользовавшись тем, что он вышел покурить и оставил свой телефон на стуле, Стася стерла у него все свои номера, все звонки, входящие и исходящие, и все СМС.
  Разумеется, она сделала это тогда не сгоряча, а вполне обдуманно, осмысленно и серьезно. Стася не желала больше никаких напрасных надежд или иллюзий в отношение этого человека. Если бы она не сделала это, - не удалила бы у него все свои номера, - то она все равно подспудно, подсознательно до бесконечности ожидала бы его звонка. А так, - она просто знала, что он никогда не сможет ей позвонить.
  Уходя, - уходи!.. И оставь все бесполезные иллюзии за спиной! Только так можно начать жить заново. Поэтому Стася ушла и сожгла за собой все мосты. Так ей было легче.
  Она всегда так делала.
  Но, разумеется, тогда Стасе даже и в голову не приходило, что в ближайшее время она может уволиться. Тогда все казалось таким стабильным и долговечным. Но случилось так, как случилось. И вот теперь, с ее увольнением из данной организации, порвется последняя тонюсенькая ниточка, все еще связывающая ее с этим человеком. Потому что, несмотря на сожженные мосты, в глубине души Стася все еще продолжала надеяться на какое-то чудо. А теперь, в связи с ее скоропостижным увольнением, исчезала и эта последняя призрачная надежда...
  Стоп!!! Олег!.. Стасе захотелось просто в отчаянии ударить себя кулаком по голове, чтобы напрочь отбить подобные бредовые фантазии. И как он вообще умудрился вклиниться в ее мысли?.. Каким боком пролез?.. Не об этом Стасе следовало сейчас думать! Вообще не об этом!.. У нее и без того назревали довольно серьезные проблемы. Она вот-вот могла потерять работу. А Олег, - он уже давным-давно остался в прошлом!..
  Там ему и место!..
  Стасе и так в ближайшее время предстояло решить целую кучу неразрешимых проблем. И она вовсе не намерена была осложнять свою жизнь еще больше, вновь позволяя мыслям об Олеге затопить свою душу...
  Глеб Мартыныч, очень распереживавшийся из-за Стаси, уже успел за это время пару раз сбегать к ларьку... Стася старалась относиться к этому тоже по-философски. Охранник перенервничал из-за нее; ему надо немного успокоить нервы... Он был на самом деле очень хорошим человеком; они со Стасей действительно как-то очень сильно сдружились за все эти месяцы, и она знала, что ей будет очень сильно его не хватать...
  По крайней мере, в одном Стася была уверена наверняка: о Глебе Мартыныче она всегда будет вспоминать с удовольствием и благодарностью. А вот об Олеге...
  Черт!.. Опять Олег!.. Стася прекрасно понимала, что вообще не должна сейчас даже думать о нем! Ей и так было слишком тяжело; на нее и без того навалилось в тот день слишком много переживаний, и она не желала лишний раз вспоминать о грустном!..
  Стася прекрасно понимала, что через две недели уйдет отсюда навсегда, и они никогда с ним больше не увидятся. Олег не сумеет найти ее, потому что он не знает, где она живет. Он не сможет позвонить ей, потому что у него больше не было ее номера, - Стася стерла его. И она, разумеется, предупредит при увольнении всех их общих знакомых, чтобы они ни в коем случае не вздумали сообщать ему ее координаты. И тогда Стася, наконец-то, реально полностью успокоится и перестанет подспудно чего-то ждать. И надеяться на чудо...
  Но чудес на свете не бывает... И ждать было больше нечего...
  Изрядно захмелевший Мартыныч гулял по улице. Он чуть не плакал от переживаний за Стасю и грозил Надежде всеми карами небесными... Это было по-своему даже трогательно... За Стасю уже так давно никто не переживал, что она даже забыла, как это бывает, и в душе была благодарна своему охраннику за поддержку...
  В этот самый момент Мартыныч вошел в ломбард. Выглядел он при этом как-то очень странно. Стася даже сказала бы, - перевозбужденно...
  Слишком переборщил с выпивкой?.. Печально...
  - Стася!.. - осторожно проговорил он, как-то загадочно поглядывая на нее, и тут же замолчал, явно, не зная, как продолжать.
  Стася устало подняла на него глаза, не понимая, почему он мнется.
  - Что, Глеб Мартыныч? - спросила она.
  - Стася... - Он снова запнулся и нахмурился. - Стася... Ты, конечно, можешь и не выходить, если не хочешь... Это твое дело...
  Глеб Мартыныч еще никогда не выражался так невнятно и путано, и, явно, даже не алкоголь был причиной этого... Стася повнимательнее присмотрелась к своему охраннику, совершенно не понимая пока, что могло привести его в такое замешательство?.. Это было для него совершенно нетипично...
  - Что еще случилось, Глеб Мартыныч? - со вздохом спросила у него Стася, боясь даже представить, какая еще напасть могла свалиться на ее несчастную голову, если это полностью выбило из колеи верного Мартыныча. Стасе наивно казалось, что на данный момент хуже уже просто некуда... Но, судя по тому, как смущенно и растерянно переминался с ноги на ногу ее пожилой охранник, можно было предположить, что на улице случилось нечто, вообще из ряда вон выходящее...
  - Ты только не волнуйся!.. - продолжал мяться Мартыныч, - вместо того, чтобы четко и ясно изложить суть проблемы. - Если не хочешь, не выходи!.. Там один человек... Он с тобой поговорить хочет... Но я могу ему сказать, чтобы он убирался!..
  - Кто?.. - без малейшего, кстати, интереса спросила Стася. Просто из вежливости, для того, чтобы спросить. На самом деле, ей это было совершенно безразлично. Кто мог захотеть поговорить с ней?.. Да, наверное, Ленка, продавщица из соседнего магазина одежды, желает покурить вместе с ней да поболтать...
  Но это как-нибудь потом... Сейчас Стася была не в состоянии с ней разговаривать...
  - Там Олег приехал!.. - выпалил вдруг Мартыныч, очевидно, собравшись с силами. - Он просит тебя выйти! Сказал, что ему нужно с тобой поговорить!..
  ОЛЕГ?! На мгновение Стасе показалось, что небо обрушилось на землю и зашибло ее. Аж дыхание перехватило... Олег приехал?! И хочет с ней поговорить?! Да этого просто не может быть!!! Потому что этого просто не может быть!!!
  Стася молчала, не в силах осмыслить и переварить эту информацию...
  - Что ему сказать? - как-то странно заискивающе глядя на Стасю, спросил Мартыныч.
  Да, конечно, Стася думала о том, что, рано или поздно, они с Олегом где-нибудь встретятся. Мир очень тесен, на самом деле... Но только вот как-то меньше всего она могла ожидать, что эта их встреча произойдет именно сегодня, когда она находилась в таком вот полностью разобранном состоянии, с покрасневшими, наверное, от едва сдерживаемых слез глазами...
  Да, не такой Стася представляла эту их с ним встречу... Совсем не такой... Она видела себя в тот момент ослепительно красивой, чтобы этот безумец долго кусал потом локти... И совершенно равнодушной, потому что все чувства давно уже перегорели, а эмоции забылись... Но, что же делать, - видно, это судьба...
  Стася колебалась лишь несколько секунд, а потом резко встала.
  - Да, пожалуй, мне тоже надо с ним поговорить! - решительно сказала она. - Передайте ему, что я сейчас выйду!
  Стася, кстати, так никогда и не поняла, почему этот незапланированный и неожиданный визит Олега так смутил Глеба Мартыныча. Он ничего не знал об их странных и непонятных отношениях. Не мог знать, потому что рассказать ему о них, кроме Стаси, было некому, а ей, разумеется, подобная нелепая мысль даже и в голову не приходила. Глеб Мартыныч ни разу не видел их вместе, - ведь они с Олегом работали в разные смены и никак не пересекались. И, тем не менее, он, похоже, о чем-то догадался. По крайней мере, он сумел сопоставить какие-то факты и пришел к вполне справедливому выводу, что Стася может не хотеть видеть Олега...
  Но как он мог догадаться?.. Стася на сто процентов была уверена в том, что сам Олег ему тоже ничего о ней не говорил... Да он вообще никогда ничего не говорил... Сама же Стася, в свою очередь, рассказывала Мартынычу лишь о том, что Олег стал выпивать на работе, и поэтому она решила перевестись в другую смену, чтобы не пришлось больше участвовать ни в каких разборках с ним. Пусть, мол, Надежда Николаевна, которая теперь уже почти хозяйка на этой точке, сама выясняет с ним отношения!..
  Так неужели уже из этого можно было сделать вывод, что она к нему неравнодушна?..
  Похоже было на то. Где-то Стася, сама того не желая, умудрилась серьезно проколоться. И Мартыныч, очевидно, сопоставив кое-какие факты, моментально обо всем догадался...
  Ну, что ж, - это лишь доказывало наглядно, что ее старший охранник был человеком очень умным...
  Стася посмотрела на себя в зеркало и тяжело вздохнула. Глаза все-таки выглядели заплаканными, - хорошо еще, что хоть тушь не потекла... Да, в таком вот несчастном виде как раз самое то, - отправляться на встречу с человеком, отвергнувшим тебя... Стася всегда считала свою внешность своим единственным козырем, и ей, разумеется, хотелось бы появиться перед своим неудавшимся кавалером во всем блеске своего благополучия, чтобы он был ослеплен ее небесным сиянием, осознал бы разом, что потерял по собственной глупости, и начал бы локти грызть от расстройства... Но, увы, - сразить Олега наповал у нее в очередной раз не было ни малейших шансов. Дай Бог не напугать еще больше...
  А впрочем, какое все это теперь имеет значение!.. Между ними все было кончено. А Стася, опять же, в данный момент была такая, какая есть, - и ничего поделать с этим тоже было уже нельзя...
  Она и в безупречном-то виде не шибко его интересовала, так что переживать не из-за чего...
  Она слегка подкрасила губы помадой, - поскольку на тот момент это была единственная возможность хоть немного улучшить свой внешний вид, - и вышла на улицу.
  Знакомая машина, которую Стася уже не чаяла увидеть еще когда-нибудь в своей жизни, стояла в пяти метрах от ломбарда. Стася несколько секунд в нерешительности смотрела на нее, но различить за тонированными стеклами человека даже на таком небольшом расстоянии было невозможно. Стася попыталась придать себе независимый вид и подошла поближе, но чувствовала она себя при этом не слишком уверенно. Со стороны водителя окно было чуть приоткрыто. Стася вопросительно посмотрела на сидящего внутри мужчину.
  Ну, и что же она увидела?.. Все то же непроницаемо-каменное выражение лица. Все тот же почти немигающий взгляд, устремленный куда-то вдаль... И властное, но при этом едва уловимое движение головой, - жест, показывающий - или приказывающий?.. - Стасе, чтобы она села рядом с ним.
  Ничего не изменилось. Или же все-таки что-то изменилось?.. Ведь он приехал... Но обольщаться, явно, не стоило...
  Недоуменно пожав плечами, Стася, с независимо-равнодушным видом, села в машину.
  - Привет! - сказал Олег, не глядя на нее. Даже глаза не скосил.
  - Здравствуйте! - вежливым тоном примерной девочки-отличницы проговорила Стася. Что еще тут можно было сказать, она просто не знала.
  - Ну, вот, опять "здравствуйте"!.. - усмехнулся Олег, по-прежнему глядя строго перед собой.
  Стася вопросительно подняла брови, молча поворачиваясь в его сторону.
  - Как делищи-то?.. - спросил Олег, закуривая сигарету.
  - Нормально, - безо всякого выражения в голосе проговорила Стася. Внутренне ее слегка потряхивало, но она изо всех сил старалась сохранять внешнее спокойствие.
  - У меня тоже все нормально, - в тон ей отозвался Олег.
  - Рада за вас! - кивнула Стася.
  В салоне машины воцарилось молчание. Оно было густое, тягучее, - такое ощутимое чисто физически, что Стасе даже дышать стало тяжело. Оно длилось минуту, другую, третью... Казалось, конца ему не будет... Олег смотрел прямо перед собой, по-прежнему даже и не пытаясь повернуться в сторону своей спутницы, и курил. А Стася, признаться честно, по привычке уже начала недоумевать, что конкретно она здесь опять делает?..
  - Глеб Мартыныч сказал, что вы о чем-то хотели со мной поговорить? - не выдержав этого тягостного молчания, вежливым тоном задала Стася наводящий вопрос.
  - Да, - невыразительным голосом обронил Олег.
  - Ну, так говорите тогда!.. - с нажимом сказала Стася. - Потому что я не могу сидеть здесь с вами так долго! Я все-таки на работе!
  - Да ладно тебе!.. - привычно отмахнулся от ее слов Олег, словно от чего-то вообще несущественного. - Все равно же никого нет!..
  - Ну, вы же знаете, что в любой момент может кто-нибудь подойти! - возразила Стася.
  - Мартыныч тебя позовет.
  Стася непроизвольно перевела взгляд на двери ломбарда. Глеб Мартыныч, стоящий рядом с ними, нервно переминался с ноги на ногу, весьма тревожно поглядывая в их сторону. У Стаси даже возникло ощущение, что он готов кинуться спасать ее по первому же сигналу.
  - Мне надо идти, - сказала Стася и протянула руку к дверце машины. Сидеть здесь можно было до бесконечности, тщетно дожидаясь, когда же этот человек, в конце концов, родит хоть что-то путное?.. Но был ли в этом хоть какой-то смысл?..
  - Да посиди ты немного!.. - чуть поморщившись, словно от раздражения, бросил Олег. - Мартыныч - нормальный мужик! Он всё прекрасно понимает!
  Нельзя было сказать, что его слова очень сильно обрадовали Стасю.
  - Мартыныч понимает?.. Что?.. - осторожно попыталась уточнить она.
  - Да все!.. Все давно уже всё поняли!.. - опять с каким-то странным раздражением в голосе, словно нехотя, вынужденно, проговорил Олег.
  - Очень странно! - тихо обронила Стася, в наигранном удивлении высоко поднимая брови. - Потому что я сама, в отличие от всех остальных, не поняла еще ничего!
  - Да все ты поняла!.. - поморщился Олег, выбрасывая окурок в окно.
  - Поняла - что?.. - снова задала Стася почти тот же самый вопрос, но немного в другой интерпретации. 
  - Да всё!.. - последовал весьма лаконичный ответ.
  Ну, а чего она ещё ожидала?..
  Эта нелепая игра в слова начала уже потихоньку раздражать Стасю. Нет, естественно, она прекрасно понимала на самом деле, что он имеет в виду... Ну, или, по крайней мере, думала, что понимает, - потому что, имея дело с этим странным человеком, ни в чём нельзя было быть уверенным наверняка... Хрен его знает, конечно, - но, если он действительно имел в виду то, о чём подумала Стася, то нельзя было сказать, что ей это сильно понравилось...
  Похоже, Олег реально намекал на то, что, якобы, между ними что-то есть. И что все окружающие, типа, давно уже догадались об этом... Но, на Стасин взгляд, это было бы более, чем просто странно. Потому что даже она лично ещё пару минут назад совершенно искренне полагала, что между ними ничего нет. Да и сейчас была в этом вовсе не уверена.
  В машине снова воцарилось прежнее тягостное, ничем не прерываемое молчание...
  Стася тоже демонстративно уставилась прямо перед собой, задавая про себя весьма актуальный для данной ситуации вопрос, долго ли всё это продлится, и сумеет ли она с достоинством выдержать данную паузу?.. В конце концов, она не была особенно болтлива, и в обычной, не гнетущей и не действующей на нервы ситуации, без проблем могла молчать часами. Но сейчас Стася была слишком взволнованной и расстроенной, - и неприятной обстановкой на работе, и этим донельзя странным визитом... Поэтому уже через пять минут стало ясно, что нет, не сумеет. Ей никогда было не превзойти в этом искусстве своего весьма странного собеседника, который, похоже, рядом с ней мог молчать часами и, не мигая, смотреть в одну точку. Для этого, наверное, нужен был особый талант...
  - Олег Владимирович, вы о чём-то хотели со мной поговорить? - снова не выдержав, наконец, поинтересовалась Стася.
  - Да, - соизволил отозваться Олег.
  - О чём?
  На этот раз ответом Стасе было снова воцарившееся гробовое молчание...
  Стасе, тем временем, уже надоело тупо пялиться в окно в гнетущей тишине. Она перевела взгляд на Олега. Его обычно непроницаемое лицо было сейчас очень сильно напряжено. Чувствовалось, что он действительно хочет ей что-то сказать... Но не может.
  - Олег, - тихо проговорила Стася, стараясь, чтобы ее голос звучал чуть помягче, - зачем ты меня позвал?
  - Не знаю, - глухо ответил он, по-прежнему продолжая пялиться в окно перед собой.
  Ну, шило-мочало, начинай сначала!.. - промелькнуло в голове у Стаси.
  Они всё это уже проходили. И, причём, неоднократно.
  - Жаль, - только и сказала она.
  Возможно, Олег ожидал сейчас от Стаси какой-то помощи... Поддержки... Надеялся, что она опять сама сделает первый шаг... Но она ничем уже не могла помочь ему в данном конкретном случае. Он должен был сам сказать или сделать хоть что-то разумное. А иначе попросту опять ничего не получится...
  Теперь-то Стася, уже наученная горьким опытом, точно знала, что, если она хоть чем-то поможет ему сейчас, хоть как-то его подтолкнёт, - то всё опять начнётся сначала. А точнее, опять не будет ничего, и ничем хорошим это в очередной раз не закончится...
  Если Стася всё-таки была нужна этому странному человеку, то он должен был сам признаться в этом. И, в первую очередь, даже не ей, а самому себе. И тут она была совершенно бессильна хоть чем-то помочь ему. И не только потому, что свой лимит помощи и поддержки от неё он давно уже исчерпал. Просто Стася, при всем своем желании, бессильна была хоть как-то подтолкнуть его. 
  Она заранее знала, что всё это будет напрасным. Потому что этот человек был совершенно непробиваемым.
  Снова потекли томительные минуты гробовой тишины...
  Стася бросила взгляд на часы. В общей сложности, она сидела в его машине уже больше получаса. И так пока и не услышала ни одной членораздельной фразы...
  Признаться честно, в душе Стася была очень рада тому, что он приехал. Что ни говори, - но это был очень серьёзный шаг с его стороны. Стасе наивно представлялось, что после этого их отношения должны получить хоть какой-то толчок. Ведь он приехал. Сам. По собственной инициативе. Он захотел ее увидеть. Значит, он все-таки действительно не совсем равнодушен к ней...
  Все эти мысли, вместо радости и надежды, вызвали у Стаси такую злость, что ей захотелось просто схватить за плечи сидящего рядом с ней человека и как следует встряхнуть, чтобы он пришел, наконец, в себя и перестал вести себя, как деревянный истукан...
  Будь на его месте любой другой мужчина, Стася бы точно знала, что ей следует сделать. И она даже с радостью помогла бы ему в подобной ситуации, если бы дело было просто, например, в недостатке решительности или в неуверенности в себе. Стася без труда смогла бы сама сказать те самые слова, которые он никак, хоть убей, не может решиться произнести. Она с радостью дотронулась бы до него, обняла, поцеловала, не испытывая при этом ни малейших комплексов. Любого другого человека. Но только не Олега. Потому что теперь Стася точно знала: он снова попросту оттолкнет ее. Она даже ни на миг, к сожалению, не усомнилась в этом.
  Но в том-то вся и беда, что это был не какой-то другой человек. Рядом со Стасей сидел Олег. И она уже по предыдущему своему опыту прекрасно знала, что совершенно бессильна сделать хоть что-то, - хоть какой-то шаг в его направлении. Потому что любую ее попытку хоть немного приблизиться к нему Олег непременно отвергнет с прежним уничижительным равнодушием. Не стоит даже и пытаться. Тем более, что Стася просто не готова была к дальнейшим разочарованиям и потрясениям.
  Но, тем не менее, он приехал. Очевидно, он захотел ее увидеть. Означало ли это, что Стася все-таки небезразлична ему, несмотря на все его категорические отрицания данного факта?.. Но только вот сможет ли он сам хоть когда-нибудь признать это?..
  Практически в полном молчании истекли еще полчаса. Олег и Стася за все это время разве что пару раз перебросились какими-то незначительными фразами, - и все. Кстати, Стася попыталась сообщить ему о том, что она увольняется с работы. Но у нее создалось впечатление, что он этого даже и не расслышал, поскольку ровным счетом никак на это не отреагировал. Даже бровью не повел.
  Он просто по-прежнему молчал, сосредоточенно глядя перед собой...
  А Стася, по большей части, тоже молча, смотрела на него и не представляла, что она еще может сделать в подобной ситуации. Она вышла к нему, когда он попросил ее об этом. Она села к нему в машину, вместо того, чтобы с ходу послать его на три буквы от обиды за прошлое. Она даже пыталась завязать с ним разговор, обнадёжившись тем, что он, очевидно, действительно пожелал увидеть её, раз даже приехал...
  Но всё было напрасно. Эта игра по-прежнему шла только в одни ворота. И Стася не видела уже ни малейших шансов как-то заставить его вести себя по-человечески.
  Из соседнего магазина одежды пару раз выглядывала Ленка и с интересом наблюдала за ними. О Стасиных "особых" отношениях с Олегом она, в принципе, имела некоторое представление. В общих чертах, разумеется, и без излишних подробностей. Стася как-то на досуге рассказывала ей о том, что её охранник ведёт себя как-то странно, непонятно и необъяснимо: то он, вроде как, пытается ухаживать за ней и оказывает ей какие-то знаки внимания, - и тут же сразу же делает вид, что это был вовсе и не он...
  Сейчас, глядя на её любопытную физиономию, Стася вспомнила их вчерашний разговор по телефону.
  Обычно Ленка всегда говорила Стасе, что Олег просто слишком старый, и у него, очевидно, "всё давно уже на полшестого". Но, как раз вчера, в смену Олега, она вдруг позвонила Стасе вечером на мобильный и поведала:
  - Это у него просто на тебя "на полшестого"!.. А на других, похоже, нет!..
  - С чего ты взяла? - поинтересовалась Стася. Данная тема была ей не слишком приятна; сплетница Ленка, похоже, не отличалась ни особым умом, ни деликатностью; но Стася старалась сейчас разговаривать с ней спокойным тоном, не показывая своих истинных чувств и эмоций.
  - Он Катьку сегодня до дома подвозил! - довольным голосом заявила ей Ленка. - И он ей очень понравился!
  Кате было лет восемнадцать, и она жила сейчас с Ленкиным братом. И работала в том же самом магазине одежды, подменяя Ленку.
  - Это она сама тебе рассказала? - спросила Стася. Она не чувствовала при этом ровным счётом ничего... И уж, тем более, не ощущала ни капли ревности.
  - Ага, похвасталась!.. - засмеялась Ленка. - Я, вообще-то, не хотела тебя расстраивать...
  Ну, так и какого чёрта тогда позвонила?.. - промелькнуло в голове у Стаси. Но вслух она равнодушно проговорила:
  - Да я и не расстроилась.
  - Так что, делай свои выводы!.. - закончила Ленка. - Может быть, он просто молоденьких любит, поэтому на тебя у него и "на полшестого"!..
  - Да и ради Бога!.. - усмехнулась Стася.
  Вот к кому она действительно никогда не стала бы ревновать мужчину, - так это к девчонке, годящейся ему в дочери!.. Если это действительно то, что ему нужно, - так и флаг ему в руки!.. Да, спорить тут было не о чем, - та же Катя была молоденькой и очень симпатичной девочкой, - но Стася совершенно искренне полагала, что взрослый мужик, способный связаться с подобным ребенком, не заслуживает ничего, - даже жалости. Разве что отвращения... Нет, сама Стася, конечно же, была девушкой весьма и весьма романтичной, даже несмотря на возраст и все тяготы предыдущей жизни, и действительно искренне верила в то, что любви все возрасты покорны, - но ведь в данном конкретном случае речь шла вовсе даже не о любви... И, если бы выяснилось, что его действительно привлекают малолетки... То на это Стасе даже сказать было бы нечего.
  Впрочем, немного всё-таки зная Олега, Стася на самом деле ни на мгновение не усомнилась в том, что, даже если он и подвозил вчера Катю, то им при этом могли руководить какие угодно чувства, но только не проснувшаяся вдруг похоть к молоденькой девочке, которая была даже младше его собственного сына!.. В подобный бред Стася попросту никогда не поверила бы.
  Ну, не такой это был человек!..
  Правда, сейчас, перехватив взгляд Олега, брошенный на магазин одежды и на маячившую на его крыльце Ленку, Стася не удержалась, чтобы не съязвить:
  - Катю высматриваете? А у нее сегодня выходной!
  - Какую Катю?.. - вроде бы, совершенно искренне удивился Олег.
  - Так ту самую, которую вы вчера до дома подвозили, наверное! - охотно пояснила Стася.
  Олег уставился на нее, как баран на новые ворота. Казалось, он вообще не понимает, о чём она сейчас говорит.
  - Какую Катю?.. - снова переспросил он, недоумённо хмуря брови. А потом в какой-то момент его лицо вдруг просветлело, и он заулыбался. - А, Катюшка!.. Хорошая девчонка!.. А куда я её подвозил?
  - Домой, как я поняла! - сказала Стася.
  Олег снова недоумённо уставился на неё, потом покачал головой и ошарашено переспросил:
  - Да?.. Не может быть!..
  - Ещё как может!.. - усмехнулась Стася. Хотя она тоже ничего уже не понимала.
  Олег выглядел совершенно изумлённым. И при этом, - как это ни странно, - абсолютно искренним.
  - Да?.. - снова удивлённо переспросил он. - Ну, может быть, не знаю... Я вообще ничего не помню!..
  - Что, память отшибло?.. - высоко приподнимая брови в комическом изумлении, с нарочитой заботой в голосе, поинтересовалась Стася.
  - Да я просто пил здесь вчера весь день! - со смущённой улыбкой признался вдруг Олег. - Я вообще не помню, как до дома добрался! Может, и подвозил кого действительно...
  - Ты хочешь сказать, что вчера был настолько пьяный, что даже ничего не помнишь? - ахнула Стася, непроизвольно переходя на "ты".
  - Похоже на то! - снова смутился Олег. И даже слегка покраснел при этом.
  - Так ты же был на машине!.. - изумленно воскликнула Стася. Выросшая в семье водителя, к некоторым вещам она относилась, как к непреложным истинам. И одной из них было то, что нельзя садиться за руль пьяным.
  - Я и сегодня на машине! - совершенно равнодушно пожал плечами он.
  Стася на мгновение потеряла дар речи, а потом всё-таки уточнила, - просто, чтобы убедиться, что она на самом деле поняла его правильно:
  - Так ты хочешь сказать, что ты и сейчас пьяный?
  Вместо ответа Олег сделал неопределённый жест куда-то в сторону заднего сиденья. Стася обернулась и увидела там почти опустошённую бутылку водки.
  - Так ты же за рулём!.. - опять невольно охнула она.
  - Ну, и что?.. - равнодушно пожал плечами Олег. - А трезвый я никогда не приехал бы!..
  - Так как же ты ездишь по городу в таком-то состоянии? - снова не удержалась Стася.
  - Да в нормальном я состоянии!.. - отмахнулся от неё Олег. Как от назойливой мухи... - Надо, кстати, Мартыныча угостить!..
  Стася, честно говоря, слегка опешила от этого его признания. Да даже и не слегка... Мысль о том, что он ездит пьяный за рулём... Ей от неё даже не по себе стало... Конечно, невозможно было отрицать, что держался Олег при этом неплохо, и по нему было практически незаметно, что он выпил, но всё-таки...
  Всё-таки, что ни говори, но он был Стасе все еще не совсем безразличен, и потому ей вовсе не хотелось бы, чтобы с ним что-нибудь случилось...
  Олег тем временем приоткрыл дверцу машины и высунулся наружу.
  - Мартыныч!.. - Он помахал зажатой в руке полупустой бутылкой. - Будешь?..
  Глеб Мартыныч с завистью покосился на водку, но гордо подбоченился и ответил отрицательно:
  - Нет! Я на работе!
  - Да ладно тебе!.. Иди сюда!.. - позвал его Олег.
  - Я на работе! - повторил Мартыныч не дрогнувшим голосом. - Я не буду!
  - Иди сюда, я тебе сказал!.. - зачем-то продолжал настаивать Олег.
  Объяснение этому было только одно: если мне плохо, пусть и всем вокруг будет плохо!..
  Мартыныч приблизился к ним важной размеренной поступью, продолжая с тоской поглядывать на бутылку, но ответил по-прежнему решительно и категорично:
  - Олег, я уже сказал тебе, что не буду пить! Я на работе!
  - Ну, как хочешь!.. - равнодушно отозвался его напарник и, не долго думая, отхлебнул водку прямо из горлышка.
  - Фу, гадость!.. - проговорил он секунду спустя, поморщившись.
  - Зачем же тогда пьёшь?.. - недоумённо поинтересовалась Стася.
  - Не знаю, - отозвался Олег и, сделав ещё пару больших глотков, - словно прохладительный напиток пил, - отбросил почти пустую бутылку на заднее сиденье.
  - Как же ты домой-то теперь поедешь? - тихо спросила Стася, наблюдая за всем этим безобразием квадратными глазами.
  - А так и поеду!.. - снова пожал плечами Олег. - Не впервой!..
  Да ладно!.. - мысленно содрогнулась Стася. К такому её жизнь ещё не готовила...
  - А здесь-то ты вообще какими судьбами оказался?.. - поинтересовалась она, пытаясь его хоть немного разговорить.
  - Проезжал мимо и решил заехать, - пояснил Олег, как ни в чём не бывало.
  - Надо же, как ты угадал, что я именно сегодня буду здесь! - подколола его Стася.
  - Угадал, - спокойно подтвердил он.
  В машине снова на какое-то время воцарилось молчание. И Стасе уже надоело находить поводы, чтобы в очередной раз его нарушить.
  - Слушай, Олег, я, пожалуй, пойду! - осторожно проговорила она. - Я уже почти полтора часа у тебя здесь сижу!
  - Ну, так и сиди пока!.. - махнул рукой Олег. - Всё равно у тебя людей пока нет!..
  - Но мне всё-таки нельзя наглеть особенно, - покачала головой Стася. - Вдруг начальство пожалует...
  - Не пожалует, - уверенно покачал головой Олег. - Сегодня воскресенье.
  Они снова оба замолчали.
  - А у меня отец совсем плохой, - тихо сказал вдруг Олег, глядя в окно. - Врачи говорят, не сегодня - завтра... И всё...
  Про то, что у него отец тяжело болен, Олег рассказывал Стасе и раньше. Но, правда, тогда он говорил, что есть еще надежда, что они пытаются лечить его и верят, что всё получится... А сейчас вдруг - так вот категорично...
  - Ты же говорил, что вы достали какие-то новые лекарства, - осторожно напомнила Стася. - Они не помогают?
  - Да там уже никакие лекарства не помогут! - по-прежнему не оборачиваясь, проговорил Олег. - Сказали, уже просто вопрос времени... Так что со дня на день ждём...
  И тут, к своему ужасу, в отражении на стекле Стася увидела у него в глазах слёзы... Это было достаточно жутко, - непроницаемое, словно высеченное из камня лицо, спокойный тихий голос, лишённый какого бы то ни было выражения, - и слёзы в глазах... При этом он ещё сильнее отвернулся в сторону окна, чтобы Стася, очевидно, ничего не заметила, но было уже поздно...
  Да, Стася, признаться, никак не ожидала от этого совершенно бесчувственного, непробиваемого, равнодушного до дрожи человека, что он окажется способным хоть на какие-то эмоции... Оказался, как это ни странно... И для самой Стаси это стало и шоком, и откровением одновременно. Потому что в тот же самый миг она поняла, - как ей представлялось, - что всё это его внешнее почти тупое безразличие - на самом деле всего лишь маска, которая ему удивительно подходит. И к которой он, похоже, даже и сам уже настолько привык за все эти годы, что просто разучился без нее обходиться, - или даже действительно и сам уже уверовал в то, что это он и есть... А под этой дурацкой маской были скрыты самые обычные и вполне естественные человеческие чувства и эмоции, которые он на самом деле был способен испытывать так же, как и любой другой нормальный человек. И, вполне возможно, даже гораздо более глубокие, чем у многих...
  И у Стаси тогда ещё промелькнула мысль о том, что смерть отца станет для Олега самым настоящим ударом, оправиться от которого ему будет непросто. Очевидно, он был очень сильно привязан к своим родителям... А возможно, вообще был способен любить только их, потому что лишь они, с его точки зрения, были достойны подобных чувств. А все остальные - так, мусор...
  Стася сидела рядом с ним, смотрела на него и не знала, что сказать. Нет, словарный запас у неё всегда был достаточно обширный. И, если бы на месте Олега был любой другой человек, Стася без труда сумела бы найти нужные слова и обязательно постаралась бы и поддержать его, и утешить, и, по возможности, подбодрить. Но сейчас она попросту не могла решиться даже рот открыть. Потому что просто боялась спугнуть его какой бы то ни было реакцией на его слова.
  Олег впервые, казалось, готов был открыться перед ней, слегка обнажив душу, и Стася, наконец-то, увидела, что она у него всё-таки есть, - эта самая душа. Но при этом она прекрасно осознавала, что одно только вырвавшееся у нее неосторожное слово, одно невинное движение, которое почему-то, по непонятной причине, покажется ему таящим опасность, - и он снова спрячется, закроется в своей дурацкой раковине, и его будет оттуда не вытащить...
  Поэтому Стася просто смотрела на него и молчала. А он, тем временем, тихим голосом продолжал:
  - Я не знаю, что с матерью будет... Она этого не переживет... Они же всю жизнь вместе... Она никогда не была одна...
  - Ты подожди, - осторожно попыталась остановить его Стася, всё-таки не удержавшись в какой-то миг. - Рано пока ещё говорить об этом!
  - Нет, не рано!.. - обречённо покачал головой Олег. - Мы все это прекрасно понимаем... И мать понимает... Но я не представляю, как она одна останется... Она не переживёт...
  Стася слушала его, затаив дыхание. Но удивительнее было другое, - как она поняла уже потом. Самым странным во всей этой ситуации было то, что Олег зачем-то приехал к ней именно в этот день, - не раньше и не позже. И почему-то именно тогда он заговорил о своём отце, - а не в какой-то другой, - да ещё и так, словно знал, что произойдёт... Что это было?.. Предчувствие?.. Интуиция?..
  Или же это просто судьба?..
  - Я никогда не боялся остаться один, - снова заговорил Олег. - Я привык к этому... Но мать... Она же никогда не была одна!.. Они всегда были вместе!.. Она просто не переживёт этого!..
  Переживёт, - отстранённо подумала Стася про себя. Женщины - они сильные... Они с любым горем смогут справиться. Так что она-то как раз переживёт, - в этом можно было даже и не сомневаться. Ей будет тяжело, но она сможет... А вот сможешь ли ты?..
  Олег взял бутылку и прямо из горлышка допил её до конца. Стасю аж передёрнуло при виде этого.
  - Ты бы хоть закусывал!.. - не удержавшись, прокомментировала она. - А то хлебаешь прямо из горлышка и без закуски!.. 
  - Я сейчас съезжу ещё куплю и вернусь! - сказал Олег.
  Стася ничего на это не ответила, только весьма выразительно приподняла брови.
  Пару минут она молча наблюдала за тем, как Олег пытается завести машину. Но почему-то ему это никак не удавалось.
  - Аккумулятор сдох!.. - раздражённо  пробормотал он, наконец. - Мне теперь и не уехать отсюда будет!.. Ладно, мы сейчас Мартыныча отправим!..
  - Олег, ты мне охранника не порти!.. - заявила ему Стася. - Он и так уже сегодня с расстройства принял на грудь!..
  - А, значит, ему-то ты разрешаешь пить на работе!.. - не по-доброму усмехнулся Олег. - А мне - нет!.. На меня ты тогда всех собак спустила!..
  - Ну, во-первых, с Мартынычем это бывает очень редко, а сегодня, к сожалению, был повод, - пояснила Стася. - А во-вторых, он, в отличие от тебя, умеет держать себя в руках и знает меру! И не устраивает здесь таких представлений, как ты!..
  Стася не сомневалась, что Олегу будет неприятно всё это услышать. Но ей больше не хотелось устраивать танцы с бубнами вокруг его болезненного самомнения и комплекса неполноценности.
  - Я тоже никаких представлений здесь не устраивал! - обиженно отмахнулся от ее слов Олег. - Ты просто наорала на меня тогда!..
  - Я на тебя не орала!.. А по-хорошему, надо было тебя тогда просто выгнать! - возразила Стася, не испытывая по этому поводу ни малейшего раскаяния.
  - Да я и сам хотел уйти после того, как ты на меня наорала!.. - заявил Олег.
  Стася посмотрела на него в некотором замешательстве. Ей несколько трудно было представить себя орущей... Она прекрасно помнила, что разговаривала с ним в тот день очень резко, - так он это вполне заслужил! Но вот "орать" она попросту не умела... Никогда не умела...
  Но Олег упорно снова и снова повторял это... Возможно, он говорил правду, - ведь она же не видела себя со стороны, зато прекрасно помнила охватившие ее тогда злость и ярость... Ну, что ж, - всё может быть... Она не святая, в конце концов... Но вот когда взрослый мужик изображает из себя обиженку и упорно, вновь и вновь, давит на чувство вины... Это странно, по меньшей мере... Противоестественно как-то...
  - Ну, так и уходил бы!.. - спокойно пожала плечами Стася. - Я тебя не удерживала!
  Олег снова приоткрыл дверцу машины и позвал:
  - Мартыныч!.. Сбегай до ларька, купи бутылку! Я то у меня аккумулятор разрядился!..
  Стася снова уставилась на него в немом изумлении. Ему действительно так сильно нужно было выпить?.. Да его проблемы, похоже, гораздо серьёзнее, чем она подозревала...
  - Олег, я на работе! - чопорно ответил Глеб Мартыныч, отводя взгляд.
  Стася прекрасно видела, что он с радостью выполнил бы его просьбу, но боится. В обычный нормальный день, - если бы она не написала заявление на увольнение, - Стася, разумеется, сразу же и однозначно сказала бы, что Мартыныч никуда не побежит... Но сегодня ей, в принципе, вообще было всё равно.
  Отныне эти двое могли делать здесь всё, что им было угодно. Этот ломбард больше не был её зоной ответственности. Хоть на двоих пусть соображают.. Стася просто умывала руки. А разбираться с ними будет потом хороший сотрудник, которого предпочли ей...
  Но, тем не менее, она всё-таки посчитала своим долгом поддержать морально Мартыныча, который изо всех сил пытался поступить правильно.
  - Олег, я уже сказала тебе, не порти мне охранника!..
  - Да ладно тебе, Мартыныч, сбегай!.. - не успокаивался Олег, как всегда, полностью игнорируя и саму Стасю, и её слова. - Мне машину не оставить!..
  - Я не имею права покидать своё рабочее место! - как примерный школьник, отрапортовал Мартыныч, косясь на Стасю. Возможно, он ожидал разрешения от нее... Ну, хоть какого-нибудь намёка на то, что она не против... Но Стася вовсе не собиралась облегчать им обоим жизнь.
  Она просто открыла дверцу со своей стороны и вылезла из машины.
  - Ну, вы тут сами между собой разбирайтесь, а я пошла работать! - сказала она им. - Я и так уже два часа здесь торчу!..
  Стася вернулась в ломбард. До конца её смены оставалось ещё чуть больше часа. Втайне она, вопреки всем доводам рассудка, очень надеялась на то, что Олег не уедет, а дождётся её. Потому что, в противном случае, непонятно было вообще, зачем он тогда приезжал?.. Хотел поговорить?.. Но ведь они с ним так толком ни о чём и не поговорили и ничего не прояснили между собой...
  Мартыныч, пользуясь отсутствием посетителей, продолжал тусоваться на улице. Периодически он заглядывал в ломбард и рассказывал Стасе о том, что Олег по-прежнему никак не может завести свою машину. Вскоре к нему на помощь приехал какой-то его друг, но и у того почему-то не получилось подсобить ему. Похоже, аккумулятор у Олега действительно помер окончательно и бесповоротно, и Стася втайне слегка злорадствовала над этим, поскольку искренне полагала, что Олег вполне заслужил своим поведением это частичное, но справедливое возмездие. И, по мере того, как стрелки приближались к пяти часам, - а по воскресеньям этот ломбард работал именно до пяти часов, - Стася вообще уже начала сомневаться в том, что Олег хоть как-то сможет сегодня уехать отсюда.
  Никаких дурных предчувствий у неё в тот день не было. Голову туманило лишь лёгкое сожаление по поводу того, что им с Олегом так и не удалось толком нормально поговорить. Но Стася тогда искренне надеялась на то, что всё это у них ещё впереди. Ведь не просто же так он сегодня приехал!.. Сам приехал. Без каких-либо намёков или просьб со стороны Стаси, которых просто больше не могло быть ни при каких условиях...
  На фоне всего этого, - на фоне появления Олега, пусть и в немного некондиционном виде, - даже все Стасины наметившиеся проблемы с работой отступили на второй план. Теперь она вообще твёрдо была уверена в том, что легко сумеет справиться с ними. Ведь Олег был здесь. И это казалось ей на тот момент самым важным.
  И Стася искренне решила, что это - радостное предзнаменование, заранее сигнализирующее о том, что всё будет хорошо.
  Но она обрадовалась слишком рано.
 

Глава 6. Последствия шока.


 
  Без пяти минут пять, пересчитав кассу, убрав планшеты с витрины и закрыв в компьютере все документы, Стася выглянула на улицу. Посмотреть, как там идут дела у этих бедолаг, не способных даже машину завести.
  Молодой парень на "девятке", - очевидно, тот самый приехавший на подмогу друг, - убирал в багажник какие-то неведомые Стасе инструменты и приспособления. По его лицу Стася как-то сразу же поняла, что у него ничего не получилось, и он собирается уезжать. Олега пока не было видно. Очевидно, он сидел в своей машине.
  - Не знаете, как у них дела?.. - на всякий случай спросила Стася у Мартыныча, кивая на машины. - Завелись?..
  - Нет, - усмехнулся тот и, надо заметить, довольно злорадно. - Никак не получается у них! Даже этот, который приехал, ничего не смог сделать!
  - Это я их сглазила! - подмигнула Стася ему в ответ. - Будет знать в следующий раз, как меня обижать!..
  Они с Мартынычем понимающе переглянулись и рассмеялись.
  "Девятка" тем временем уехала. Стасе тоже уже пора было уходить. Но она всё ещё медлила. Ей было интересно узнать, как выпутается Олег из сложившейся непростой ситуации. К тому же, она всё ещё наивно ожидала от него хоть какого-то путного предложения, намёка, знака, жеста, разумно объяснившего бы ей происходящее и позволившего бы задержаться рядом с ним.
  В этот самый момент Олег вышел из машины и какой-то странной деревянной походкой двинулся к ним. Со стороны казалось, что он реально едва держится на ногах и сейчас просто рухнет замертво прямо посреди улицы. Нет, Стася, конечно, знала, что он выпил, и немало, но всё-таки его движения были слишком необычными даже для пьяного в дрезину человека. Стася повнимательнее присмотрелась к нему, и смешок, уже готовый вырваться наружу, застрял у нее в горле.
  Стася много раз до этого слышала выражение, что, мол, на человеке лица нет. Но только в тот день впервые до конца поняла его смысл. До этого она никогда и не задумывалась над тем, что оно означает, и, честно говоря, всегда полагала, что оно изобретено просто "ради красного словца".
  Но у приближающегося к ним Олега действительно лица не было. И это было страшно, особенно, в контрасте с его обычной непроницаемостью и бесчувственностью.
  Шальные остатки бурного веселья как-то разом выветрились у Стаси из головы, уступив место тревоге.
  - Что случилось? - спросила она, и её голос невольно дрогнул.
  - У меня отец отъехал!.. - как-то странно прохрипел Олег. Стася вообще даже не сразу поняла смысл его слов. А когда он, наконец, дошёл до неё, Стася в немом ужасе уставилась на Олега, надеясь на то, что она просто неправильно поняла смысл его слов...
  Он слепо ткнул куда-то в сторону Стаси свой сотовый телефон и отрывисто бросил:
  - Поставь зарядиться!
  Стася послушно взяла телефон, вернулась в ломбард и воткнула зарядное устройство в розетку.
  - Только мне долго нельзя здесь задерживаться! - осторожно напомнила Олегу Стася. - Нужно будет на сигнализацию сдавать!
  По правилам ломбарда, после окончания рабочей смены, они имели право задержаться здесь по каким-то своим делам не более, чем на полчаса, - иначе, якобы, по данному адресу немедленно автоматически высылалась группа быстрого реагирования, поскольку это уже считалось незаконным проникновением в ломбард. Стася не знала наверняка, правда это или же просто слухи. Но проверять это на своей шкуре ей не хотелось бы. Тем более, что введено это правило было после того, как пару сотрудниц поймали на воровстве: они как раз приходили в ломбард после работы и выносили товар.
  - Пусть немного зарядится! - проговорил Олег всё ещё отрывистым, но уже более похожим на естественный тоном, очевидно, немного взяв себя в руки. - Мне нужно брату позвонить, чтобы он приехал и завёл меня!
  Ничего не понимающий Мартыныч, не слышавший, похоже, ни слова из этого их диалога, всё ещё стоял в дверях ломбарда и с недоумённым видом хмурил брови.
  - Стася, а мы разве еще не уходим? - удивлённо поинтересовался он. - Нам же уже домой пора! Уже больше пяти!..
  Стася, мгновение поколебавшись, подошла к нему и тихо проговорила:
  - Глеб Мартыныч, вы идите!.. Мы ещё немного здесь задержимся!
  - Но я же не могу уйти и оставить тебя! - заартачился он, разумеется, ничего не понимая. - Надо же на сигнализацию сдавать!..
  - Мы ненадолго задержимся, минуток на пять-десять, чтобы у Олега немного телефон подзарядился! - успокоила его Стася. - У него кое-какие проблемы, а позвонить никак! Вы идите пока домой, а мы сами здесь разберёмся!
  - Да, Мартыныч, шёл бы ты домой! - глухо обронил Олег, глядя на него стеклянными глазами. - Мы недолго!
  - А что случилось-то?.. - нахмурился охранник. - Что-то серьёзное?..
  Стася бросила быстрый взгляд на окаменевшего Олега, и слова застряли у неё в горле. Она так и не решилась вслух объяснить Мартынычу, что конкретно произошло, потому что всё ещё где-то в глубине души подспудно надеялась на то, что всё это - какая-то нелепая ошибка. Недоразумение, которое сейчас прояснится...
  - Я потом вам всё объясню! - тихо сказала Мартынычу Стася. - Вы идите домой!.. Не волнуйтесь, мы тоже сейчас уйдём! Вы же знаете, что я не имею права тут надолго задерживаться! 
  - Ну, ладно тогда!.. - кивнул Мартыныч. В его глазах всё ещё читалось сомнение. - Только, смотрите, чтобы всё было нормально!.. Слышишь, Олег?..
  - Да не волнуйся ты, всё нормально будет, - вяло отмахнулся тот. - Мы недолго! Иди домой!
  - Ну, тогда до свидания! - сказал Мартыныч, с опаской поглядывая на Стасю.
  Она прикрыла за ним дверь и повернулась к Олегу. Он, похоже, в полной прострации, стоял, не двигаясь, посреди помещения и, не мигая, смотрел куда-то вдаль, - сквозь стену... Стася подошла к нему и, по простоте душевной, попыталась выдавить из себя что-то, на её взгляд, соответствующее случаю:
  - Держись!..
  Олег встрепенулся, словно она его ударила, и посмотрел на неё так, что она чуть не подавилась воздухом. Если бы Стася сдуру и намеревалась ещё что-нибудь произнести, то эти слова точно застряли бы у неё в горле.
  - Что?! - рявкнул он.
  - Ничего, - покачала Стася головой и села на свой стул.
  Его телефон, поставленный на подзарядку, как всегда, начал надрываться.
  - Дай его мне!.. - бросил Олег.
  - Разговаривай прямо так! - предложила ему Стася, не отключая телефон от устройства. - Иначе он в жизни не зарядится, а нам нельзя долго здесь задерживаться!
  При этом она не была уверена, что он вообще слышал хоть слово из произнесённых ею...
  Олег взял трубку. Больше всего Стасю в тот момент шокировало то, что звонила ему, как выяснилось, его бывшая жена. Хотя, нет! Ещё более сильно её поразило то, что сам Олег вообще стал с ней разговаривать. Очень грубо, односложно, где-то даже не совсем членораздельно, - но, тем не менее, он стал с ней разговаривать!.. Причём, несмотря на то, что Стася, конечно же, не слышала каждого слова из их разговора, она при этом прекрасно улавливала его смысл. Его бывшая жена очень громко вопила, отчитывая своего бывшего мужа за то, что он всё ещё шляется где-то там, - в то время, как они все давно уже собрались дома у его матери и всеми способами пытаются поддержать её. И только Олег, вместо того, чтобы тоже быть сейчас рядом, находится неизвестно, где, - да ещё и пьяный, судя по голосу...
  Несмотря на очевидный трагизм ситуации, Стася просто не могла удержаться от того, чтобы, отвернувшись в сторону, не закатить глаза... Каждый раз, когда она случайно оказывалась невольным свидетелем его разговоров с бывшей супругой, она не в силах была уразуметь только одно: почему он вообще позволяет ей так разговаривать с собой?.. Зачем он вообще продолжает общаться с женщиной, некогда, якобы, бросившей его?.. Почему просто давно уже не пошлёт её на три буквы, не бросит трубку, не запретит ей звонить ему, не занесёт её в "чёрный список" и не прекратит, как прилежный школьник, отвечать на её звонки?.. Кто она вообще такая, чтобы постоянно и назойливо лезть в его жизнь, - в жизнь бывшего мужа, с которым её уже много лет, вроде бы, ничего не связывало?.. Какое она имеет моральное право орать на него, отчитывать его, предъявлять к нему какие-то требования, постоянно учить его жизни, - взрослого и, вроде бы, вполне разумного и дееспособного, на первый взгляд, мужика?..
  Она вела себя так, словно была не бывшей, а вовсю ещё действующей. Словно он по-прежнему принадлежал ей и был обязан отчитываться перед ней за своё плохое поведение...
  И это было, по меньшей мере, странно. Если не сказать больше.
  У самой Стаси тоже где-то имелся в наличие бывший муж. Но она представления не имела даже, жив ли он ещё до сих пор?.. Ей это было совершенно безразлично и никогда её не интересовало. После того, как они с ним однажды расстались, они просто разом перестали существовать друг для друга. Они никогда не общались, ни разу не созванивались и, упаси Боже, не встречались. И не планировали этого делать впредь.
  Более того, бывший супруг резво перебегал на другую сторону улицы, завидев ещё издалека, что Стася идет ему навстречу. Хотя, расстались они в своё время достаточно мирно; никто никому не изменил и никто никого не предал; просто их брак полностью исчерпал себя... И, тем не менее... Поэтому Стася даже и представить себе не могла, чтобы он, после расставания, стал бы звонить ей, отчитывать её или же учить жить... Это было просто невозможно.
  Даже в том, что касалось их общего ребёнка, Стася всегда принимала все решения сама и не ждала от бывшего мужа ни помощи, ни поддержки. Причём, даже в самом начале их совместной жизни,  когда они были ещё женаты, Стасе было абсолютно безразлично, согласен он с этими её решениями или же нет. Она всегда делала только то, что считала нужным сама, без оглядки на кого бы то ни было. А уж после развода она вообще стёрла бы своего бывшего мужа в порошок, если бы он только осмелился открыть свой рот и попытаться хоть на что-то указать ей.
  С другой стороны, Стасе всегда, - все эти годы, - было совершенно до фени, как, где и с кем живёт её бывший супруг, - да и живёт ли он ещё вообще?.. Ей было абсолютно безразлично, что он делает, чем занимается и куда, возможно, катится... С того самого дня, как они расстались, Стасе даже и в голову не пришло бы поинтересоваться его дальнейшей судьбой. Он ушёл из её жизни навсегда, - а потому для неё он попросту давно умер. Даже если пока ещё и был жив.
  Поэтому ей и были всегда совершенно непонятны такие вот на редкость тесные отношения Олега с его бывшей женой. Они попросту были, на её взгляд, противоестественными. Стася не представляла, что реально может связывать его с женщиной, с которой он не живёт уже много-много лет?.. Они расстались уже далеко не вчера и отнюдь не друзьями, - если верить рассказам самого Олега. За время их разлуки давно уже успел вырасти их общий сын, получить образование, найти работу и стать, вроде бы, полностью самостоятельным. А бывшая жена по-прежнему принимает слишком активное участие в жизни Олега...
  Невозможно было не задумываться о том, что же ещё тогда до сих пор держало вместе этих двух людей? Почему они никак не могли просто отпустить друг друга и зажить каждый своей жизнью?.. Разумеется, у Стаси были определённые подозрения на этот счёт, связанные с их ещё не остывшими чувствами друг к другу. Потому что это было единственное на тот момент разумное объяснение, которое напрашивалось, к тому же, само собой... И Стася всерьёз опасалась, что ей едва ли понравится правда, если она её, в конце концов, когда-нибудь узнает...
  Да, к сожалению, смысл подобных "высоких отношений" упорно ускользал от чересчур приземлённой материалистки Стаси. А зря, следует отметить. Может быть, если бы она сумела понять его ещё тогда, ей удалось бы избежать потом многих проблем и разочарований...
  Закончив, наконец, разговаривать с бывшей женой, Олег позвонил старшему брату и, объяснив, что у него проблемы с аккумулятором, попросил приехать и помочь ему завести машину, чтобы потом вместе ехать к матери.
  - Он приедет? - спросила Стася, когда он отключился.
  - Да, сейчас подъедет, - буркнул Олег, вырвал чуть ли не силой зарядное устройство из розетки, и, не оглядываясь, пошёл на улицу.
  - Подзаряди побольше!.. - крикнула Стася ему в след. - Мы же можем здесь ещё немного посидеть!
  - Достаточно! Закрывайся! - бросил Олег. - Сейчас брат приедет!
  Стася привычно заперла ломбард, поставила его на сигнализацию и вышла на улицу. Олег, похоже, уже сидел в своей машине. За тонированными стёклами не наблюдалось никаких признаков жизни. Стася несколько секунд нерешительно потопталась на месте, не зная, то ли ей подойти к нему, то ли, помахав на прощание ручкой, просто спокойно отправиться домой?.. Олег ушёл по-английски, не прощаясь и ни словом не намекнув, каких конкретно действий он ожидает от неё. И Стася на мгновение растерялась, не совсем понимая, как будет правильно поступить в такой ситуации?..
  Как уже неоднократно упоминалось, если бы на месте Олега был любой другой человек, Стася прекрасно знала бы, как следует себя вести. Другие люди, - нормальные, очевидно, - на всё реагировали совсем по-другому. Но в том-то всё и дело, что это опять же был не какой-то там абстрактный другой человек. Это был всё тот же Олег. С теми же самыми не совсем адекватными тараканами в голове. И потому Стася, как всегда, по обыкновению, ставшему в последние месяцы уже нормой, находилась сейчас в очередном полнейшем замешательстве по поводу того, как ей следует поступить. Потому что реакцию Олега на любое её действие предугадать было невозможно.
  К тому же, нельзя было отрицать, что Стася, к сожалению, в какой-то степени испытывала определённую робость перед ним, а это чувство доселе было ей совершенно не знакомо, а потому смущало просто до крайности и даже напрочь выбивало из колеи. И сейчас ей больше всего хотелось бы просто уйти... Так же по-английски. Сбежать. Исчезнуть. Испариться. Не сочтите это за трусость, - но её просто передёргивало при мысли о его неподвижном каменном лице и пустых мёртвых глазах, устремлённых куда-то вдаль... Сквозь время... Сквозь пространство...
  Никогда больше не видеть всего этого... Не слышать глухих отрывистых фраз, в которых, - даже по отношению к ней, даже в лучшие моменты их общения, - не было ни капли тепла или хотя бы дружелюбия... Его ледяное равнодушие не просто замораживало все мысли и чувства и лишало всех возможных желаний и стремлений, парализуя и силы, и разум, и волю... Оно убивало. Медленно, но верно. Гораздо надёжнее, чем любая свинцовая пуля...
  Наконец, тщательно взвесив все "за" и "против", Стася решилась-таки подойти к машине Олега. Стекло с его стороны было опущено. И он сидел, по обыкновению, с каменным непроницаемым лицом, глядя прямо перед собой.
  Он прямо-таки олицетворял собой символ затаённого молчаливого мужественного страдания и глубокой душевной скорби, переходящей в трагедию... И Стася, конечно же, не могла не клюнуть на это...
  - Мне остаться с тобой, пока твой брат не приедет? - тихо спросила Стася.
  - Как хочешь, - совершенно равнодушно бросил Олег, даже и не потрудившись хотя бы взглянуть на неё.
  Единственное - и вполне нормальное и естественное - желание, которое можно было испытать после этих его слов, да ещё и произнесённых подобным замораживающе - парализующим тоном, - было броситься прочь, сломя ноги и роняя тапки.
  Раздражение моментально зашкалило, превышая во много раз все допустимые природой показатели. Но Стася постаралась сдержаться и не вспылить. В конце концов, она прекрасно видела, в каком он был состоянии, и готова была сейчас сделать небольшую скидку на это.
  - Так мне остаться или идти домой?.. - ещё раз терпеливо спросила Стася, удивляясь сама себе.
  - Как хочешь, - тупо повторил он, словно истукан.
  Блин, - да он вообще может хоть иногда вести себя по-человечески?.. Его несуразные выходки свели бы с ума даже святую и кроткую Марию-Магдалину!..
  - Олег, если ты хочешь, я останусь с тобой и подожду твоего брата, - терпеливо проговорила Стася, делая настойчивый акцент на слове "ты".
  - Решай сама, - сорвалось с его равнодушных губ. - Если хочешь, иди домой!
  Инстинкты буквально вопили о том, что ей так и стоит сделать. Но это было просто как-то совсем не по-человечески... У Стаси всё-таки были определённые понятия по поводу того, что такое - хорошо, и что такое - плохо. В её поступках не было никакого любовного подтекста, - она реально просто не считала возможным бросить человека - друга?.. коллегу?.. - в таком состоянии наедине с его бедой. Но она при этом ни на миг не забывала, с кем имеет дело, и прекрасно осознавала, что он, в своём извращённом сознании, может любое её самое благое намерение обратить против её же самой.
  - Олег, ты хочешь, чтобы я осталась? - ещё раз спросила Стася, с неимоверным трудом сдерживаясь, чтобы не плюнуть на всё это и не уйти прочь.
  - Мне всё равно, - с ещё большим равнодушием в голосе отозвался Олег.
  Вот на этом месте любому разумному человеку следовало бы отбросить всё своё человеколюбие, забыть собственное благородство и положить болт на милосердие. Этому человеку было уже не помочь. Он находился в такой глубокой яме, выбраться из которой было уже попросту невозможно. И всё, на что он был способен, - это затащить глупого сочувствующего в ту же самую яму рядом с собой...
  Стася всё это понимала. Наверное, понимала. Но эмоции порой идут вразрез с доводами разума...
  Она колебалась ещё мгновение. Уязвлённая гордость в её душе боролась с состраданием и определённым чувством долга по отношению к этому всё-таки не совсем чужому и постороннему для неё человеку, который сам раз за разом так методично и безжалостно её отталкивал. И, наконец, повинуясь какому-то безрассудному импульсу, Стася всё-таки приняла решение, показавшееся ей на тот момент правильным.
  - Тогда я остаюсь! - сказала она и села в машину. - Когда твой брат приедет, я уйду!
  И она действительно искренне в тот миг так думала.
  - Как считаешь нужным, - потусторонним голосом отозвался Олег.
  Стасю охватило просто непреодолимое желание реально схватить его за грудки и встряхнуть, как следует, чтобы выбить из него всю эту дебильную спесь и привести в чувство. Но она опять постаралась взять себя в руки и успокоиться. В конце концов, с её стороны это был просто определённый жест милосердия. Сейчас подъедет его брат, и она попросту сдаст ему этого бедолагу... А пока нужно просто проследить за тем, чтобы он тут руки на себя не наложил...
  Олег снова позвонил брату и ещё раз попросил его побыстрее подъехать. При этом он ещё раз объяснил ему, что не может без его помощи завести машину. Тот, вроде бы, пообещал...
  Стася, кстати, слышала их разговор. Олег говорил по телефону вполне разумно, внятно и членораздельно. Его брат, вроде бы, тоже... На каком этапе они не сумели тогда понять друг друга, - так и осталось для неё загадкой...
  Времени на часах было полшестого. Стася искренне полагала тогда, что ждать им придётся совсем недолго. Ведь что непонятного может быть в просьбе подъехать и помочь завести аккумулятор, - в просьбе, на которую был получен такой же вполне внятный ответ: "Да, сейчас подъеду!"
  Как Стася поняла, сам Олег тоже не сомневался в том, что это произойдёт быстро.
  В какой момент что-то пошло не так?..
  У Олега в машине, кстати, оказалась новая бутылка водки, - видимо, хороший друг, который так и не смог его завести, о выпивке, тем не менее, позаботился... И, пока они сидели в машине, Олег, время от времени, отхлёбывал прямо из горлышка, по-прежнему не закусывая. Очевидно, закусывать просто нечем было, - об этом заботливый друг не побеспокоился... И, то ли спиртное, наконец-то, подействовало на него так расслабляюще, то ли просто сама обстановка к этому стала располагать, но, мало помалу, Олег разговорился...
  Он рассказывал Стасе о себе, о своих родителях, о своём детстве, о брате... Какие-то воспоминания, забавные случаи, детские трагедии, которые во взрослом возрасте воспринимаются уже совсем иначе... Ну, или же мы просто внушаем себе, что воспринимаем их теперь по-другому... В тот вечер Стася узнала о нём гораздо больше, чем за три предшествующих месяца...
  Заговорил Олег и об армии... Он и раньше пару раз упоминал о ней, но раньше он всегда рассказывал об армии очень осторожно, и из его слов следовало, что он служил где-то на границе с Афганистаном. Сейчас же, очевидно, слегка забывшись под влиянием спиртного, он пару раз упомянул такие подробности, что Стася с некоторым ужасом осознала, что он был вовсе даже и не на границе, а в самом Афганистане. Раньше Олег никогда не говорил об этом. Да и сейчас он тоже не сказал об этом прямо, - просто Стася сама догадалась.
  Но не по себе ей стало вовсе не из-за того, что этот человек был на войне. Этим её испугать было бы невозможно. Просто она поняла, что он, в каком-то смысле, так толком и не вернулся оттуда. Несмотря на два с лишним десятка лет, прошедшие с той поры, воспоминания о том, что он там видел, до сих пор мучают его и не дают ему жить нормальной жизнью...
  Может быть, именно в этом таилась причина его странного, непонятного и временами не совсем адекватного поведения?..
  Стася не хотела жалеть его. Но в тот день она поняла, что в душе у этого человека - настоящий ад, которым он не может ни с кем поделиться. И ей стало по-настоящему страшно за него. Потому что, несмотря на прошедшие двадцать с лишним лет, он так и не пережил ещё всего этого до конца, и ему по-прежнему было тяжело и больно... И эта вот непроходящая глубинная боль в человеке, напрочь отрицающем, якобы, любые чувства, эмоции, привязанности и слабости, пугала просто до замирания сердца... Вместе с чётким осознанием, что облегчить её невозможно...
  В какой-то момент, под влиянием всех этих разговоров, Стася ощутила просто жуткую потребность дотронуться до него. Может быть, она и не могла ничем помочь ему, но просто показать, что она здесь, рядом... Стася прекрасно осознавала, что сам он никогда не сделает этот шаг ей навстречу. А ей было в тот миг просто жизненно необходимо ощутить его прикосновение... И Стася молча положила руку на его ладонь. Давно уже не надеясь ни на что.
  То, что произошло потом, ошеломило её просто до глубины души. Этот холодный и бесчувственный с виду человек вдруг ухватился за её руку, как утопающий за соломинку, и прижал её к своей щеке, а потом начал целовать её пальцы...
  Несколько мгновений Стася сидела, застыв от изумления, и боялась даже дышать, чтобы ненароком не спугнуть его. Потом она положила голову Олегу на плечо и обняла его, аккуратно поглаживая другой рукой его волосы. Он крепко прижал Стасю к себе и уткнулся в неё лицом.
  - Ты только не уходи! - отчаянно прошептал он, словно в беспамятстве. - Я не могу без тебя! Не оставляй меня!..
  Стасю просто захлестнула волна нежности к этому странному сильному человеку, зачем-то столько времени сражавшемуся со своими чувствами и, наконец, проигравшему эту глупую битву... Она с облегчением и радостью прижалась к нему всем телом, - насколько это было, конечно, возможно в машине, - и поняла, что пропала...
  Ей казалось, что за этот драгоценный миг, проведённый рядом с ним, она готова жизнь отдать...
  - Просто будь со мной! - шептал Олег. - Я понимаю, что это трудно!.. Будь со мной!.. Я не могу без тебя!.. Я не хочу никаких отношений!.. Я вообще уже ничего не хочу!.. Но я люблю тебя! Просто будь со мной, пожалуйста!..
  - Я с тобой! - прошептала Стася в ответ, обнимая его.
  - Ты мне нужна... Я не могу без тебя!.. - не останавливался Олег.
  Наверное, в тот миг Стася просто совсем потеряла голову от внезапно нахлынувшего счастья. Но у неё реально билась в голове мысль о том, что, наверное, действительно стоило пережить всё то, что выпало на её долю, чтобы в награду от жизни услышать однажды такие слова от этого человека... При этом Стася уже тогда прекрасно осознавала, что он всего лишь на мгновение потерял контроль над собой, - возможно, под влиянием большого количества водки, - и воспринимать его слова за чистую монету, явно, не стоит. К сожалению. Кроме того, даже если он действительно говорит сейчас то, что думает, к этому тоже не следует относиться слишком серьёзно. Он просто слегка расслабился. Но сейчас он справится с собой, возьмёт себя в руки и снова станет чужим и далёким...
  Стася прекрасно понимала всё это. Но она пыталась утешать себя тем, что, по крайней мере, знает теперь, что он чувствует по отношению к ней на самом деле...
  Ей так хотелось верить в это... Как в хорошую добрую сказку со счастливым концом...
  За окном потихоньку начало смеркаться. Поздней осенью дни коротки... Что-то вдруг нарушило очарование момента, и, как Стася это и предсказывала в душе, Олег вдруг неожиданно словно пришёл в себя и отстранился от неё. Более того, он посмотрел на неё при этом с неописуемым удивлением, словно только что впервые увидел и теперь вообще никак не мог понять, что она здесь делает?.. А затем, в мгновение ока, он вдруг снова стал прежним, холодным и непроницаемым в своём ледяном равнодушии...
  Он опять набрал номер брата и, снова переговорив с ним и заручившись его обещанием приехать в самое ближайшее время, стал ждать...
  А время близилось к вечеру... Они сидели в его машине уже более двух часов... Олег заметно нервничал и всё чаще прикладывался к бутылке, которая стремительно пустела...
  - Если бы я знал, что он не приедет так долго, я уже бросил бы эту машину к чертям собачьим и пешком пошёл! - раздражённо обронил Олег. - Давно уже там был бы!..
  В душе Стася была с ним полностью согласна. За это время он уже десять раз сумел бы своим ходом добраться до матери и даже вернуться потом обратно за машиной. Но сам Олег изначально, как понимала Стася, просто не ожидал, что брата не будет так долго. Он наивно полагал почему-то, что брат подъедет к нему, максимум, в районе получаса, - плюс-минус... Но тот как-то не спешил...
  Стася изо всех сил старалась не прислушиваться особенно к их разговорам, но, разумеется, в салоне машины это было не совсем реально. По интонациям голоса, доносившегося из трубки, - причём, не сердитого, не возмущённого и даже не раздражённого, а какого-то просто отвратительно нудно-монотонного, - она понимала, что старший брат крайне недоволен недостойным поведением Олега. Но Стася тогда ещё не понимала, почему он так себя ведёт, - да честно говоря, у неё так и не будет шанса понять это. Она пока видела лишь те факты, которые были у неё перед глазами.
  Неоспоримым было то, что у Олега не завелась машина. Он сразу же позвонил брату, рассчитывая на его помощь, - тем более, что, по словам самого Олега, для того, чтобы попасть к дому родителей, брат всё равно должен был проехать мимо... И, если бы он сразу же приехал к нему, - а жил он в том же самом районе, всего лишь в нескольких остановках от ломбарда, - они оба давно уже были бы у матери...
  Что-то Стасе было совершенно не понятно во всей этой на редкость странной ситуации... Что-то в ней было не то...
  - Вы, похоже, не слишком с ним ладите? - осторожно спросила Стася, когда Олег повесил трубку.
  - Мы не близки, - коротко ответил он.
  - Я так и поняла, - кивнула Стася.
  - Я же просил его приехать ко мне сразу!.. - нервничал Олег. - Я же сказал, что у меня машина не заводится! А он, оказывается, уже у матери!..
  - То есть, он сразу же поехал к ней? - не сумела сдержать своего изумления Стася. Вся эта ситуация с каждой минутой казалась ей всё более и более странной.
  - Ну да!.. - кипятился Олег. - Ему же всё равно по пути было за мной заехать!.. Это же ровно на пять минут!.. А он почему-то проехал мимо и сейчас уже у неё... Да ещё и орёт на меня из-за того, что я пьяный!.. Я же не виноват, что у меня машина не заводится!.. Я же ему сразу всё объяснил! Если бы я знал, что он за мной не заедет, я бы просто бросил её и ушёл!.. Но он же мне обещал!.. Я же из-за него столько времени потерял!..
  Стасе почему-то было очень жалко его, - просто до слёз. Теоретически, она могла понять недовольство старшего брата, - но ведь при этом она своими глазами видела, что Олег действительно переживал и рассчитывал на его помощь! И ей реально тогда казалось, что со стороны его старшего брата было просто подло так с ним поступать! Ну, не захотел он заезжать сюда по каким-то своим причинам, - это его право!.. Но ему стоило бы так прямо и сказать об этом, - чтобы Олег на него не рассчитывал!.. Так ведь нет же, - он действительно обещал, и Стася слышала это своими собственными ушами!.. А теперь, действительно, мало того, что они напрасно прождали его здесь уже целых три часа, - так он ещё разборки полётов решил устроить по телефону и высказать своё недовольство по поводу спиртного!..
  Да, вся эта нелепая ситуация казалась Стасе совершенно непонятной. Но она уже тогда начала догадываться, что за ней кроется нечто большее, чем просто недопонимание между братьями...
  Стася снова обняла Олега, пытаясь его успокоить единственным доступным ей на тот момент способом. И понемногу он действительно расслабился. Стася просто физически ощущала, как чудовищное напряжение потихоньку уходит из его тела, и в глубине души радовалась уже и этому... Ей хотелось хоть немного помочь ему... Вот только она пока не знала, как...
  Мимо машины прошла молодая пара с девочкой лет пяти - шести. Олег очень долго провожал их взглядом. На его лице при этом появилась какая-то странная мягкая и добрая улыбка.
  - Хочу такую вот дочурку!.. - тихо проговорил он и как-то по-особенному, как померещилось Стасе, посмотрел на неё.
  И от этих его многозначительных слов, да ещё и сопровождаемых таким выразительным взглядом, её сердце просто окончательно растаяло...
  Как сама Стася потом уже осознала, именно эта его фраза оказалась в тот миг решающей. Но поняла она это, только спустя уже некоторое время, когда снова обрела способность смотреть на вещи здраво, мыслить разумно и анализировать происходящее. А тогда, в тот момент, когда Олег произнёс эту фразу, Стася просто окончательно и безоговорочно поверила и в его искренние чувства по отношению к ней, и в серьёзность его намерений. Ведь если мужчина задумывается о детях и даже говорит об этом женщине, находящейся рядом с ним, это значит... Это значит...
  Да ничего это не значит, на самом деле. А в данном конкретном случае это означало лишь то, что мужчина в дрезину пьян, а потому выдаёт желаемое за действительное. У каждого человека имеются, в конце концов, свои тайные мечты и надежды. Но далеко не всегда мы на самом деле хотим в реальности получить то, что, может быть, и живёт в розовых мечтах где-то в глубине нашей души...
  Иллюзии и действительность - это вовсе не одно и то же. Но некоторые наивные девушки на тот момент пока ещё не знали об этом, а потому опять же приняли его слова за чистую монету...
  Нет, Стася давно уже не стремилась выйти замуж... Этим её было бы не пронять. Но она действительно всегда мечтала ещё об одном ребёнке... О такой вот девочке, как та, которая только что прошла мимо них...
  И в тот миг ей показалось, что эти мечты у них с Олегом общие...
  Стася так никогда и не поняла, зачем он тогда заговорил об этом? Зачем он вообще в тот вечер сказал ей так много лишнего?.. Для неё, всё ещё достаточно наивной, а потому, в глубине души, очень романтичной девушки, эти его слова были, словно бесценный дар, который он вдруг выложил перед ней, будто намереваясь ей его преподнести. А потом, передумав, вдруг, без раздумий и сожалений, просто выкинул его в мусор...
  И так же, похоже, походя выкинул из своей больной души ту, которая каким-то образом спровоцировала его на эти опрометчивые слова, своим упорством и настойчивостью заставила на какое-то мгновение раскрыться, обнажить на очень краткий миг своё истерзанное сердце, в которое давно уже никому не было доступа... И за эту свою мимолётную слабость, за этот неконтролируемый порыв, он потом очень жестоко накажет человека, толкнувшего его на это. Но всё это будет потом. Гораздо позже.
  Стася не была, к сожалению, ясновидящей. А потому она пока была просто счастлива.
  Счастлива, несмотря на сложившиеся самым что ни наесть печальным образом обстоятельства. Наверное, это было просто ужасно, - то, что в тот день они с Олегом оказались вместе, лишь благодаря смерти его отца. И, если бы не это, не было бы ничего. Совсем ничего.
  Только сильнейший эмоциональный шок мог настолько выбить этого странного мужчину из колеи, заставить его лишь на мгновение расслабиться и скинуть свою маску... Если бы не эта ужасная случайность, он так и продолжал бы вечно носить всё это в себе и держаться на расстоянии от любых возможных соблазнов... И Стася никогда не узнала бы о том, какой он на самом деле...
  А может быть, это было бы для неё самой гораздо лучше, - ничего не знать... И жить себе дальше совершенно спокойно, без потрясений и разочарований...
  Олег, как оказалось, тоже думал в те минуты о смерти своего отца.
  - Надо же, как получилось!.. - тихо проговорил он вдруг. - Если бы я не заехал сегодня к тебе... А я ведь и не собирался заезжать!.. Просто так само собой получилось... Я и не понял, как здесь оказался... Если бы не ты, я бы просто не вынес всего этого!.. Как хорошо, что ты осталась со мной!..
  Стася нервно дёрнулась в его объятиях, прекрасно осознавая, что только случай заставил её на самом деле остаться с ним. Для этого ей пришлось наступить на горло собственной гордости и заглушить голос разума, буквально вопящий о том, что ей надо бежать, прочь, подальше отсюда... Если бы она послушалась пренебрежительных ледяных слов этого человека, если бы поверила его замораживающе - равнодушному голосу, заставлявшему её сердце буквально цепенеть от разочарования и обиды... Она бы просто сразу же ушла и никогда не узнала бы всего этого!..
  - Господи, Олег, но, если ты хотел, чтобы я осталась, нужно было всего лишь просто сказать мне об этом! - воскликнула Стася, не сумев сдержать своих эмоций.
  - Я не мог, - тихо признался он.
  - Но ведь я же не ясновидящая!.. - с отчаяньем в голосе продолжала Стася. - Я же спрашивала тебя, остаться мне или нет!.. Ты так со мной разговаривал, что я хотела уйти!..
  - Но ведь не ушла же!.. - возразил Олег.
  - Господи, ну, почему ты такой?! - возмущённо закатила глаза Стася. - Почему нельзя было просто сказать мне по-человечески?!
  - Но ведь ты же и сама всё поняла!.. - удивлённо покачал головой Олег.
  - Я не ушла просто потому, что побоялась оставлять тебя одного в таком состоянии, да ещё и с разрядившимся телефоном! - честно призналась Стася. - Я думала, тебе не слишком приятно моё присутствие, но просто не могла оставить тебя одного и хотела убедиться в том, что твой брат тебя нашёл!.. Ну, почему ты просто по-человечески не мог сказать мне, чтобы я не уходила?!
  - Я не мог, - упрямо повторил Олег.
  Он, значит, гордый!.. - с отчаяньем подумалось Стасе. - А я, значит, нет... Для меня ведь унижаться так естественно, блин, что и говорить об этом не стоит!.. Вот просто всю жизнь об этом мечтала!..
  Но вслух она лишь с отчаяньем в голосе повторила:
  - Ведь я же могла просто уйти!..
  - Мне кажется, что иногда люди сами должны чувствовать, что нужно сделать! - глубокомысленно проговорил Олег.
  Стася на мгновение аж дара речи лишилась от подобного заявления. Как это понимать, чёрт возьми?.. Раз почувствовала, - значит, молодец, возьми с полки пирожок!.. А раз не почувствовала, - значит, ты не достойна даже находиться рядом со мной, таким-растаким?.. Так, что ли?..
  Но вслух она лишь снова возразила:
  - Но ведь я же не ясновидящая!.. И, когда ты постоянно меня отталкиваешь, я не могу угадать, что на самом деле ты хочешь совсем другого!..
  - Придётся угадывать!.. - обнадёжил её Олег. - Больше я никогда тебе этого не скажу!
  Вот уж обрадовал, так обрадовал!.. И он сам, похоже, очень гордился этой своей странной особенностью!.. Ну, да, подобное поведение резко выделяло его из числа всех остальных! И делало ну просто на редкость оригинальным!..
  Только вот как находиться рядом с таким необычным человеком?.. Стася не могла не задумываться об этом. Она также не была уверена, что ей вообще этого хочется. Олег нравился ей... Сильно нравился, что греха таить... Но, при одном воспоминании о предшествующих этой их знаковой встрече трёх месяцах сплошного кошмара, она не чувствовала себя готовой и дальше продолжать бороться с чокнутыми тараканами в его голове...
  Но, может быть, после их сегодняшнего разговора что-то изменится?.. Стася по-своему уважала Олега за его сдержанность... Но сдержанность и уничижительное равнодушие, с которым она сталкивалась в последние недели, - это разные вещи. Слишком разные...
  Тем не менее, сейчас Стася ничего не стала об этом говорить, а лишь обречённо кивнула:
  - Я знаю.
  За окном тем временем уже совсем стемнело. Часы на панели показывали почти девять. Они сидели в машине уже около четырёх часов...
  Стася понимала, что ей необходимо возвращаться домой. Ещё немного, и маршрутки перестанут ходить, - а ей ещё предстояло больше часа ехать через весь город...
  - Олег, мне уже, наверное, пора идти! - осторожно намекнула Стася. - Иначе мне будет потом не уехать!
  Он снова набрал брата, опять перекинулся с ним несколькими фразами и повесил трубку.
  - Сказал, что уже выходит, - обронил Олег.
  - Мне надо идти... - снова повторила Стася с невольным обречённым вздохом. Она по-прежнему совершенно не представляла, как сможет оставить его сейчас одного в таком состоянии. Но времени действительно было в обрез. Ещё минут десять - пятнадцать, - и она просто не сможет выбраться отсюда. А поехать домой на такси Стася себе позволить, к сожалению, не могла. Даже ради Олега.
  У неё просто не было на это денег.
  - А ты не можешь остаться? - ровным невыразительным голосом спросил вдруг Олег, устремив неподвижный взгляд в темноту за лобовым стеклом.
  Стася быстро взвесила в голове все "за" и "против". В принципе, да, - она могла бы остаться при необходимости. Димка был уже достаточно взрослым, чтобы без проблем провести одну ночь без неё. Стася могла просто позвонить ему сейчас и объяснить ситуацию, и она была уверена, что он всё поймёт правильно и поддержит её.
  - Теоретически, могу, - осторожно проговорила Стася, не спеша на эмоциях бросаться к нему на шею с радостными объятиями. - Ты хочешь, чтобы я осталась?
  - Если хочешь, оставайся! - донеслась до неё уже знакомая равнодушная фраза, от которой Стасю просто передёрнуло. Или это была реакция на вновь вернувшиеся ледяные интонации в его голосе?.. Или на его каменное застывшее снова лицо?..
  Похоже, всё опять вернулось на круги своя?.. Да, времени для этого потребовалось совсем немного!..
  Стася решительно повернулась к своему собеседнику.
  - Нет, Олег, так не пойдёт! - с неизвестно, откуда взявшейся твёрдостью в голосе сказала она. - Я могу остаться, но только в том случае, если ты сам этого хочешь!
  - Мне всё равно, - безо всяких эмоций, совершенно равнодушно отозвался он, не глядя на неё. - Решай сама!
  - Не пойдёт! - повторила Стася, качая головой. - Это должен решить сейчас ты сам! И, если ты хочешь, чтобы я осталась, то просто скажи мне об этом!
  Олег некоторое время молчал. При этом его губы пару раз начинали шевелиться, словно он действительно пытался что-то сказать, но реально не мог. Наконец, он через силу выговорил:
  - Я хочу, чтобы ты осталась.
  Было реально видно, каких усилий ему стоило произнести эти слова.
  - Хорошо, - просто кивнула в ответ Стася. Это была хоть и маленькая, но победа. Начало было положено. Может быть, вот так, маленькими шажками, он постепенно научится хотя бы не отталкивать её. - Тогда я сейчас позвоню Димке и предупрежу!
  Стася потянулась за телефоном.
  Димка, как она и ожидала изначально, воспринял всё совершенно нормально и сказал, что она, конечно же, должна остаться и поддержать человека в беде. А с ним всё будет в порядке, - она может не волноваться!.. Он просто спокойно ляжет спать через некоторое время...
  Стася вздохнула с облегчением. Она всегда знала, что у неё вообще на редкость разумный и понятливый ребёнок, на которого она всегда может положиться!
  Стася убрала телефон в сумочку и протянула руку к Олегу. А он вдруг снова обнял её и крепко прижал к себе, а потом, опять словно в каком-то полузабытье, стал покрывать поцелуями её лицо, лихорадочно повторяя при этом:
  - Не уходи!.. Я так люблю тебя!.. Останься со мной!.. Я хочу, чтобы ты была со мной! Скажи, ты будешь со мной?.. Ты будешь со мной?..
  - Я с тобой, - прошептала Стася, не будучи до конца уверена в том, что конкретно он имеет в виду.
  А потом, эта резкая смена настроений... От ледяного равнодушия до чуть ли не пылкой страсти... Она уже пугала. Не сама по себе, нет, просто... Стася и раньше догадывалась, что небезразлична Олегу. Точнее, она очень надеялась на это. Но сейчас, сквозь его неестественную сдержанность, прорывались слишком уж сильные чувства. И Стася как-то не была уверена в том, что он реально может их испытывать по отношению к ней, - едва знакомой, в принципе, девушке, в которую он просто не мог быть так страстно влюблён...
  Наверное, именно тогда у Стаси впервые мелькнула мысль о том, а не путает ли он что-то?.. Осознаёт ли он до конца, кто находится сейчас рядом с ним?.. Он пьян... Сильно пьян... Кто знает, какие демоны терзают его в таком состоянии?..
  И тут Олег поцеловал её в губы, и Стася забыла обо всём на свете...
  Этот его поцелуй был жадным, властным и требовательным, словно Олег заявлял таким образом свои права на сидящую рядом с ним девушку. Это было что-то совершенно новенькое; вовсе не в его стиле и не соответствующее его образу... Да Стася до той минуты даже и представить себе не могла, что этот человек может так целовать!..
  - Я хочу тебя!.. - словно в прежнем беспамятстве, прошептал вдруг он. - Я так тебя хочу!..
  Но этот порыв страстей закончился точно так же, как и предыдущий. В какой-то момент Олег опять вдруг резко отстранился от Стаси и равнодушно отодвинул её в сторону.
  Отодвинул в прямом и переносном смысле.
  Но сама Стася, к сожалению, уже, похоже, начала привыкать к его перепадам настроения. Она понимала, - как ей казалось, по крайней мере, - что он пока просто не может дать ей большего. Или не хочет, - но об этом она старалась в тот момент не думать.
  Она, как всегда, готова была найти ему приемлемое оправдание. Возможно, он боится... Боится ошибиться ещё раз... Или же не доверяет ей до конца, потому что уже обжигался и больше не хочет... Но Стася честно старалась думать, что это - временное явление. Скоро он узнает её получше и поймёт, что ей можно верить. Стася знала это. Она чувствовала это...
  Она, как всегда, ошибалась.
  Поблизости заметались фары машины. Она подъехала к ним поближе и остановилась рядом. И Стася поняла, что это, наконец-то, подъехал их долгожданный старший брат.
  Олег сразу же вышел из машины навстречу ему. О чём они разговаривали, Стасе было не очень хорошо слышно. До неё долетали только отдельные слова. Но вот сам голос старшего братца Олега в гулкой вечерней тишине раздавался довольно чётко. И он Стасю как-то неприятно поразил.
  На то, чтобы завести машину, у него ушло ровно две минуты. А потом он очень долго и монотонно что-то выговаривал Олегу, который стоял рядом с ним, как нашкодивший пацан, то потупившись и уж чуть ли не ковыряя носком ботинка землю, то вдруг отчаянно вскидывая голову в каком-то дерзком подростковом протесте... Но юношеский запал быстро проходил, и он снова съёживался под жестокими, очевидно, словами старшего брата...
  Было во всей этой ситуации что-то жутко неприятное... Даже отталкивающее... Этот спокойный, монотонный, лишённый всяческих эмоций, - это у них семейное, похоже, - невыразительный голос, отчитывающий сорокачетырёхлетнего мужика и, вероятнее всего, объясняющий ему, как можно и как нельзя жить... Всё это было бы понятно, если бы не причина, которая сегодня свела этих двоих вместе... Вместо всех этих нудных выговоров, как казалось Стасе, они должны были бы обняться по-братски, утешить друг друга и вместе отправиться к матери... А они всё продолжали и продолжали выяснять отношения...
  Конечно, не Стасе, в данном конкретном случае, было судить, что правильно, а что - нет. У неё самой родственники были - далеко не подарок, и отношения с ними трудно было хоть когда-нибудь назвать тёплыми и семейными... Но здесь она вообще увидела и услышала краем уха нечто такое, от чего ей хотелось бы держаться подальше...
  В какой-то момент Александр, - так звали старшего брата Олега, - подошёл поближе к машине, заглянул вовнутрь и молча окинул Стасю каким-то странным взглядом... Стася даже не могла бы назвать его неприязненным, нет... Это было нечто другое и гораздо более серьёзное... И по одному этому холодному мрачному взгляду Стася почему-то сразу же поняла, что очень сильно не понравилась этому невысокому коренастому мужчине, который и внешностью, и манерами, кстати, чем-то напоминал её собственного отца...
  Стасе стало как-то совсем не по себе... Куда она умудрилась вляпаться в очередной раз?.. Олег, который сам по себе человек довольно странный, непонятный и непредсказуемый... Настойчивая и чересчур навязчивая бывшая жена, никак не желающая успокоиться, жить своей жизнью и оставить давно уже бывшего мужа в прошлом и в покое... А теперь вот ещё и старший брат, который почему-то проникся отвращением к Стасе с первого же взгляда и даже не считал нужным это хоть немного скрывать... Это уже само по себе было довольно-таки странно, потому что обычно Стася производила на людей приятное впечатление и вызывала у них положительные эмоции... Отец, умерший так некстати, - именно сегодня, прямо словно по заказу, что уже само по себе давало основания подозревать и его тоже в каком-то дурном умысле... Безумная от горя мать, которая, по словам самого Олега, этого просто не переживёт...
  Стася не могла не задумываться о том, какие ещё подводные камни и течения ожидают её в этой на редкость странной и, похоже, не слишком дружелюбной семейке?..
  Вообще, если признаться честно, то общение с родственниками потенциальных - и реальных - женихов всегда было для Стаси не просто больным местом, а настоящим триггером. Ещё во время своего недолгого "счастливого" брака, хлебнув с лихвой и по полной программе от многочисленной родни своего дорогого муженька, Стася всегда и во всеуслышание заявляла, что в следующий раз выйдет замуж только за круглого сироту... Но, видно, не судьба, потому что сирот на её пути как-то пока не попадалось... Зато родственники её последующих потенциальных кавалеров словно нарочно стремились перещеголять друг друга и возненавидеть её ещё сильнее, чем предыдущие...
  И вот что было в этом самое удивительное!.. Как уже упоминалось, хорошенькая на вид, скромная и вежливая в общении Стася производила на окружающих людей довольно-таки благоприятное впечатление. Все её знакомые - и даже незнакомые - постоянно пытались ненавязчиво сватать её, рассуждая о том, как было бы хорошо, если бы такая чудесная девушка досталась их сыну, брату, свату, племяннику, - и так далее... Её частенько стремились с кем-то познакомить... Тогда как родственники её кавалеров реально сходу всегда встречали её в штыки и всеми способами давали ей понять, что не для неё мама ягодку растила, и она - не пара для их драгоценного сокровища...
  И не важно, сколько лет было ягодке, - четырнадцать или вот, как сейчас, сорок четыре... Стася всё равно была недостойна её внимания в глазах любящих и заботливых родственников...
  Вот и сейчас, от пренебрежительно скользнувшего по ней взгляда брата Олега, Стася почувствовала себя, по меньшей мере, грязной шлюхой, подцепленной им где-то на трассе, которая впилась своими мерзкими лапками в их хорошего чистого мальчика и теперь обязательно его плохому научит... 
  Если уж говорить начистоту, то всё это было очень печально... И, даже не смотря на то, что на самом деле Стасе было плевать на неприятного ей даже внешне братца Олега с высокой колокольни, ей всё-таки стало очень сильно не по себе при осознании того, что она как-то умудрилась с первого же взгляда вызвать у него такую сильную неприязнь. И чем хоть это она вообще сумела так уж сильно ему не угодить?.. Разве что уже тем самым, что оказалась в неподходящее время в неудачном месте...
  И, наверное, споила Олега... Ведь кто ещё мог подействовать на него так плохо?.. Сам-то он пай-мальчик, - значит, вся вина лежит на ней... Ведь никого другого поблизости не было...
  Теперь оба брата стояли рядом с машиной. И, сквозь открытое окно, до Стаси долетало каждое слово Александра.
  - Ну, давай-давай!.. - монотонным невыразительным голосом повторял он, но даже совершенно не знающая его Стася явно улавливала в его голосе плохо скрытую язвительную интонацию. Реально казалось, что он просто нарочно издевается над своим неудачным младшим братом, который стоит перед ним сейчас с поникшими плечами и ни слова не произносит в ответ, пытаясь задеть и унизить его ещё сильнее. - Там как раз на перекрёстке гибэдэдэшники стоят и тебя ждут!.. Примут тебя тёпленького!.. Так тебе и надо будет!..
  А потом он просто сел в свою машину и умчался прочь...
  Стася была сейчас далека от того, чтобы оправдывать Олега. Он действительно немало выпил, так что слова старшего брата, разумеется, были вполне справедливыми. Но то, каким образом всё это было им высказано, и какое у него при этом было выражение лица... И выражение лица Олега... Оно до сих пор стояло у Стаси перед глазами... Это было лицо совершенно потерянного, опустошённого, убитого горем человека, которому, вдобавок ко всему, хорошенько дали под дых ногой...
  После того, как Александр уехал с чувством выполненного долга, Олег молча сел в машину, положил руки на руль и уткнулся в них лицом. Он выглядел в тот момент просто полностью морально уничтоженным. И Стасе опять стало очень жаль его, - вот просто до слёз...
  В своей жизни на собственной шкуре она уяснила одну простую банальную истину: лежачего не бьют!.. Это не просто подло и гнусно, - это хуже... Этому невозможно подобрать название... Нельзя добивать того, кто и так уже сломлен, уничтожен и растоптан... А Олег сейчас выглядел именно таким. Стася не знала, что конкретно говорил ему брат, когда они стояли на улице. Но, очевидно, он сумел найти подходящие слова... Потому что они в мгновение ока превратили только что ещё сильного и несгибаемого мужчину в забитого и затравленного мальчишку со сломленной психикой... И Стася уже почти возненавидела Александра за это.
  Да, Олег пил. Стася поняла это уже давно, - хоть и не хотела поначалу верить, - и сейчас лишь обнаруживала новые доказательства этого. Он пил, и это было серьёзной проблемой, - в том числе, как Стася понимала, и для его родственников, которые, вполне возможно, уже просто измучились от его алкоголизма. Но сегодня у него умер отец. У них умер отец. И, на Стасин взгляд, это был достойный повод всё-таки поддержать друг друга.
  А не добивать окончательно...
  Стася молча обняла Олега и прижалась к его напряжённой спине. Она не собиралась задавать ему никаких вопросов. Захочет, - сам расскажет... А впрочем, это вряд ли, - и Стася прекрасно это понимала... Но ей и не надо было ничего сейчас рассказывать. Она прекрасно видела, насколько ему плохо. И слова тут были уже не нужны.
  Олег перехватил Стасину руку и прижал её к своим губам.
  - А пошли они все!.. - глухо забормотал он, словно очнувшись. - Поедем сейчас домой! Пошли они!.. Пусть сами со всем разбираются!.. Я им не нужен!.. Без меня обойдутся!..
  Признаться честно, соблазн поступить так, как он предлагал, был действительно очень велик. Но Стася не могла этого допустить. Это было бы неправильно. Поэтому она просто погладила его по волосам, как ребёнка.
  - Ты же сам сказал, что нужно съездить к матери! - осторожно проговорила она. - Ты должен её поддержать!
  - Да... мать... - почти нечленораздельно пробормотал Олег. - К матери нужно заехать! Да!.. Поехали! Мне нужно повидать мать!..
  - Твой брат к ней сейчас поехал? - уточнила Стася на всякий случай, - чтобы знать, к чему готовиться.
  - Да, - отрывисто бросил Олег. - Да. Они все сейчас, похоже, там. Да. Поехали!
  Стася почувствовала, что его всего трясет. Просто колотит так, что он содрогается всем телом. Лицо Олега было настолько напряжённым, что, казалось, вот-вот может треснуть чересчур натянутая кожа. Глаза подозрительно блестели, хоть и были сухими.
  Что это было?.. Стася не знала. Но это было реально страшно...
  И тяжелее всего для неё было осознавать, что она никак не может сейчас успокоить его, утешить, облегчить его боль, которая, очевидно, была настолько сильной, что не выдерживала психика...
  Через некоторое время Стася почувствовала, что его перестало трясти. Он сумел-таки как-то взять себя в руки. И Стася ощутила невыразимую словами гордость за него, потому что он смог с этим справиться.
  - Да. Поедем, - повторил Олег, и его голос прозвучал уже почти спокойно. - Ты пойдешь со мной?
  Разумом Стася прекрасно понимала, что это будет, по меньшей мере, нелепо в глазах его родственников, - и, в первую очередь, его дражайшего братца, который сделал всё, чтобы добить его. Она осознавала, что будет для них совершенно чужой, лишней и ненужной. При этом Стася заранее могла предположить, что будет чувствовать себя в их обществе настолько дерьмово, насколько это вообще было возможно. Но для неё гораздо важнее было то, что Олег попросил её пойти с ним. Она была нужна ему. И это было для неё актуальнее всего остального.
  И, если это кому-то придётся не по нраву, - то пусть он просто пойдёт и удавится!..
  Стася прекрасно осознавала, что, если бы её сейчас не было рядом, Олег попросту не поехал бы туда. Он отправился бы домой, к друзьям, к чёрту на кулички, - куда угодно, лишь бы забыться. Но к матери он попросту не поехал бы. И только её присутствие рядом давало ему силы всё-таки сделать это.
  Стася нисколько не переоценивала себя. Тогда, в тот миг, она действительно была ему нужна. И поэтому она сказала:
  - Да. Я пойду с тобой.
  - Хотя, тебе-то это зачем?.. - усомнился вдруг в своих же собственных словах сам Олег. - Тебе-то зачем их всех видеть и слышать то, что они будут обо мне говорить?.. Лучше просто подождешь меня в машине... Я быстро... Только мать повидаю и вернусь...
  Олег говорил сейчас, словно сам с собой. Стасино сердце снова наполнилось жалостью и сочувствием. До этого самого дня она видела Олега, похоже, совершенно с другой стороны. Он казался ей волевым, сильным, уверенным в себе. Не поддающимся никаким слабостям. Но сегодня, сейчас Стася видела перед собой совершенно потерянного мечущегося в разные стороны человека, похоже, просто смертельно боящегося встречи со своими собственными родственниками...
  Почему?.. Интересный вопрос. Стася пока не знала точного ответа на него, но, после встречи со старшим братцем, кажется, начала догадываться.
  Стася обняла Олега и осторожно за подбородок повернула его лицо к себе.
  - Ты хочешь, чтобы я пошла с тобой? - тихо спросила она.
  - Да, - жутко скрипнув зубами, глухо отозвался он.
  - Значит, пойдём вместе! - спокойно отрезюмировала Стася. - Поехали! Ты сможешь вести машину?
  - Смогу, - кивнул Олег.
  - Тогда давай, поехали потихоньку!..
  В тот миг Стася, как никогда, пожалела о том, что у нее нет прав. Конечно, если бы она только могла, она села бы в тот день за руль сама. Но это было невозможно. Поэтому сейчас у неё не было другого выхода, кроме как положиться на его профессионализм. В конце концов, как говорится, мастерство не пропьёшь!..
  Хотя проверять это утверждение на своей шкуре было не слишком увлекательно...
  Правда, - тут уж ничего нельзя было сказать, - машину Олег вёл вполне уверенно. Только не доехав до нужного дома всего метров триста, он вдруг неожиданно свернул к обочине, остановился и снова уронил голову на руль.
  - Я не поеду туда! - в отчаянии прошептал он. - Я не могу туда поехать! Я просто не могу!.. 
  Вот чего Стася никак не ожидала, так это того, что ей придётся утешать его и уговаривать, как маленького ребёнка!.. Подобное поведение было совершенно не в стиле Олега... Смерть отца полностью выбила его из колеи, а общение со старшим братцем вообще доломало окончательно. Стася весьма смутно представляла, что нужно делать в таких случаях... К этому её жизнь как-то не готовила...
  Она снова обняла Олега, ощущая, что его опять капитально трясет. Стася видела, что он сейчас с трудом сдерживает слёзы, и в этой его почти детской потерянности и беспомощности было нечто жуткое... От чего мороз просто пробирал по коже...
  Стасе было очень жаль Олега в тот миг. Но, как это ни странно, при этом он совершенно не выглядел жалким, - как можно было бы подумать. Ей реально было просто страшно наблюдать, как этот, вне всякого сомнения, сильный человек, всегда до этого способный безукоризненно держать себя в руках в любой ситуации, сейчас настолько расклеился, что абсолютно потерял контроль над собой...
  - Олег. Ты должен. Ты должен это сделать, - тихо, но очень твёрдо проговорила Стася.
  - Я не могу... Я не поеду... Я просто не могу!.. - повторял он.
  - Ты сможешь. Ты сильный, - уверенно произнесла Стася. - Олег, ты должен увидеть мать. Ты же сам это понимаешь!
  Ещё несколько секунд, - и он снова взял себя в руки. По крайней мере, Стасе так показалось. Его перестало трясти; его слишком напряжённое лицо расслабилось, а на губах даже вдруг появилась улыбка.
  - Слушай, а может, действительно, ну их всех к чёрту!.. - как-то нарочито очень оживлённо и даже весело заговорил он. - Поедем сейчас ко мне!.. Их там и так много; сами всё решат!.. А к матери я завтра заеду!
  - Нет. Ты заедешь к ней сейчас. А потом мы поедем к тебе, - сказала Стася.
  Она изо всех сил старалась говорить спокойно, ровно и членораздельно. Давить на него сейчас, когда он был в таком вот разобранном состоянии, буквально на грани, было просто нельзя. Стася чувствовала, что он реально уже на пределе, - и, дай ему только повод, он сорвётся с места и попросту умчится прочь, - от своих страданий и переживаний, - и только его и видели!.. И удержать его будет уже невозможно.
  Но от себя-то не убежишь!.. Стася это очень хорошо понимала.
  - Олежка, так нельзя, - как можно более мягко проговорила она. - Ты должен заехать к матери сейчас!
  - Да. Должен, - пробормотал Олег, словно опять в полузабытье, не совсем отдавая отчёт своим словам и поступкам.
  Но, тем не менее, машина тронулась с места и поехала дальше.
  Через минуту они были уже на охраняемой стоянке около дома его родителей. У Олега снова зазвонил сотовый телефон. И, - кто бы только в этом сомневался!.. - разумеется, как сразу же поняла Стася, это опять звонила его бывшая жена.
  - Я уже здесь! - рявкнул Олег в трубку. - Сейчас поднимусь!
  Он повернулся к Стасе, и на его губах появилась несколько виноватая улыбка.
  - Оказывается, моя бывшая тоже там! - сказал Олег. - Но ты не бойся! Тебя это никоим образом не касается!
  Стася посмотрела на него несколько удивлённо. Хотя и подумала про себя, что вот только этого ей ещё и не хватало для полного счастья!.. Правда, признаться честно, с другой стороны, ей было очень интересно посмотреть, что представляет из себя эта дамочка. Но она предпочла бы увидеться с ней впервые при других обстоятельствах. Сегодня, в такой не шибко весёлый день, ей этого просто не хотелось бы. Но у неё не было выбора.
  Правда, если уж говорить начистоту, сами по себе слова Олега Стасю насмешили. Насколько же плохо этот человек знал её, если всерьёз предполагал, что её может напугать его бывшая супружница!.. В Стасиной довольно непростой жизни было уже столько интересных моментов, что чем-либо испугать её было ой как непросто!..
  - Олег, - с усмешкой обронила Стася, - неужели ты ещё не понял?.. Я ничего не боюсь!
  И это было правдой. Стася ни капли не лукавила. Жаль только, что сам Олег так никогда и не сможет осознать этого до конца!..
  Они вместе вылезли из машины, вошли в подъезд и поднялись на лифте на пятый этаж. Олег позвонил. Дверь открыла его мать. Стася никогда ещё не попадала в подобные ситуации, поэтому совершенно не представляла сейчас, как правильно вести себя, и собиралась просто действовать по обстоятельствам.
  Они вошли в квартиру.
  Кстати, больше всего Стасю в тот миг поразило то, насколько хорошо держалась мать Олега. После его долгих и пространных рассуждений о том, что она всего этого не переживёт, Стася ожидала увидеть бьющуюся в истерике полностью сломленную жизнью старушку, над которой беспомощно кудахчет куча родственников, вооружённых корвалолом и тщетно пытающихся оживить её... Но открывшая им дверь пожилая женщина держалась со всем возможным в подобной ситуации достоинством. Не было ни неистовых рыданий, ни жутких истерик, - хотя по её лицу ясно было видно всю степень глубины её переживаний. Но она лишь обняла младшего сына и тихо проговорила:
  - Вот и нет человека...
  Последовавшие за этим несколько минут как-то странно смешались в Стасином сознании. Появившиеся отовсюду многочисленные родственники, каждый из которых что-то говорил... Почему-то при виде них у Стаси возникла ассоциация с тараканами, вылезшими изо всех щелей... Возможно, потому, что у них у всех были очень злобные лица; не скорбные, не сочувствующие, а почему-то именно пышущие злобой... Олег, утешающий мать, демонстративно не обращающий внимания на всех остальных... В какой-то момент Стася даже обнаружила саму себя обнимающей эту женщину и что-то говорящую ей... Она потом, хоть убей, не могла вспомнить, что именно она ей говорила...
  Зато Стася прекрасно запомнила, как появившийся словно из ниоткуда Александр бесцеремонно оттеснил всех остальных и своим монотонным невыразительным голосом опять начал что-то сердито выговаривать младшему брату... Который просто вдруг как-то потерялся среди всего этого шума и многоголосия...
  Олег стоял, ссутулившись, даже сгорбившись, с поникшими под тяжким грузом плечами, и выглядел в тот миг просто сражённым наповал... Он даже не отвечал на вопросы, которыми тут же засыпали его родственники... Он вообще никак не реагировал на издевательские интонации в голосе старшего брата, который почему-то в тот момент был больше всего озабочен тем, чтобы даже в такой ситуации прочитать очередное нравоучение и сделать соответствующее внушение...
  Их - этих родственников - было очень много. И все они выглядели необычайно дружными, сплочёнными, нужными друг другу и оказывающими друг другу ту самую моральную поддержку, необходимую в подобной ситуации. На первый взгляд, - да и на второй, и на третий, - они выглядели как раз той самой крепкой спаянной семьёй, о которой можно было только мечтать. Но только вот сам Олег... Почему-то он вовсе даже не казался членом этой их дружной сплочённой семьи, нависшей над ним со всех сторон... Он был одинок... В толпе своих родственников он был одинок, как никогда... И выглядел полностью подавленным...
  Словно все они были вместе, а он - один... За пределами их тесного круга и вообще где-то за периферией их праведной жизни. И он даже выглядел здесь, среди них, как-то совершенно неуместно в этом своём жутком одиночестве... Он был словно противопоставлен им всем... И он был каким-то абсолютно чужим и чуждым для них всех...
  До самой Стаси никому, разумеется, не было никакого дела, поэтому она и могла спокойно наблюдать за всем этим со стороны. Она пыталась пока не делать никаких поспешных выводов, но отношения между членами этой семьи показались ей, мягко говоря, несколько странными. Создавалось - и вовсе не без оснований на то - жуткое впечатление, что нормально здесь к Олегу относится только его мама. Только она в тот день говорила ему что-то ласковое и доброе; только она обнимала его, утешала и сама ждала от него каких-то слов утешения... Все же остальные, похоже, вообще не испытывали к нему ровным счётом никаких чувств. Тёплых, - имеется в виду. Вместо того, чтобы хотя бы поговорить с ним по-человечески, они дружно напирали на него со всех сторон. Они все на разные голоса за что-то отчитывали его и все в чём-то упрекали... Ни в их тоне, ни в их словах не было ни капли любви, сочувствия или поддержки, - что было бы, вроде, вполне естественным в такой страшный день...
  Но со стороны реально казалось, что они все собрались здесь не столько по поводу смерти его отца и предстоящих связанных с этим мероприятий, сколько для того, чтобы на общем семейном совете выразить совместное порицание заблудшей овце, отбившейся от стада, - коей и являлся, похоже, в их глазах Олег. И теперь вот они, перекрикивая друг друга, пытались совместными усилиями постановить, что же им дальше с ним делать, - с этим отщепенцем и позором семьи...
  Стася смотрела на всё это с затаённым ужасом. Может быть, она что-то не понимала в подобных высоких отношениях, - но ей почему-то совершенно искренне представлялось, что сейчас не время и не место для таких вот грандиозных разборок. Хорошо, пусть даже Олег - действительно паршивая овца в их семье, и своим отвратительным поведением за долгие годы реально вполне заслужил такое вот к себе отношение. Стася без особого труда могла допустить нечто подобное, - тем более, что ей пока была совершенно неведома истинная подоплека всех этих их семейных тайн и дрязг. Возможно, в глазах любящих родственников Олег совсем плохой, пропащий и никудышный; может быть, на их справедливый взгляд, хуже него нет никого в этом мире, и он всячески заслуживает всеобщего порицания и поругания... Наверное, это действительно так, и они все уже просто устали от его выходок, от его пьянства, от его безответственности и, возможно, даже от чего-то ещё, гораздо более серьёзного... Но разве сейчас и здесь было подходящее место и время для таких вот внутрисемейных разборок?..
  Случилось несчастье. Беда. Трагедия. И эта трагедия, как наивно представлялось Стасе, должна была хотя бы на время объединить и сплотить их всех, чтобы легче было перенести её всем вместе. Ну, совсем не время сейчас было для выяснения отношений и измерения интимных органов друг друга!.. Но у Стаси, практически постороннего наблюдателя, реально сложилось, например, впечатление, что Александр просто воспользовался этим горем, как прекрасной представившейся ему возможностью лишний раз устроить головомойку непутному младшему братцу, попутно натравив на него всех остальных членов их довольно обширного клана...
  Как-то всё это было изначально совершенно неправильно и совсем не так, как можно было это себе представить...
  То, что Олег - человек очень сложный, Стася поняла уже давно и, к сожалению, прочувствовала это на собственной шкуре. То, что он пьёт, - и, похоже, сильно, - тоже давно уже перестало быть для неё секретом, хоть она и очень долго не могла до конца в это поверить. А вот то, что он при этом ведёт совершенно неправильный, с точки зрения своего образцово-показательного, похоже, старшего брата, образ жизни было для Стаси в новинку. В первую очередь, наверное, потому, что Олега, с его нелёгким характером, просто невозможно было подвести под какие-то общепринятые стандарты и заставить "жить правильно". Всё-таки, даже по возрасту он был далеко уже не мальчик, и, насколько Стася могла судить со стороны, едва ли, даже после такого "серьёзного разговора", он вдруг кинется вести себя как-то иначе... Ну, просто несколько поздно было уже воспитывать его и учить жизни, - даже если он действительно во всём кругом был неправ!.. И стыдить, и позорить в глазах родственников, и взывать к совести тоже было в данный момент бесполезно... Не произойдёт такого чуда, что он сейчас, вдруг проникшись, резко возьмётся за ум... Прямо вот сегодня и сию же минуту...
  А самое главное, - ну, не время было для этого!.. Стася по-прежнему так считала. Совсем не время и не место!..
  А Александр всё никак не успокаивался. Он говорил и говорил, а окружавшие их родственники кивали, поддакивали, соглашались и наперебой пытались вставить свои пять копеек... 
  Кстати, среди них Стася сразу же вычислила бывшую жену Олега. И вот она-то как раз, - в отличие от него самого, как это ни странно, - почему-то находилась здесь на правах законного члена семьи.
  Все называли её не иначе, как Ирочка. К ней постоянно обращались, её слушали, с ней соглашались, её мнением интересовались, - да и вообще, все вели себя с ней очень мило и приветливо... Она с умным видом - и очень громким голосом - не переставала что-то вещать; она отдавала какие-то распоряжения другим родственникам, и она больше всех, - за исключением, разве что, Александра, - объясняла своему бывшему мужу, какой он ужасный и никудышный...
  Остановите Землю, я сойду!.. Да что такое творилось здесь, в этой квартире, с этими людьми?.. Это просто не подчинялось никаким общечеловеческим нормам морали и этики...
  На Стасю все вообще смотрели, как на пустое место. Она не почувствовала со стороны родственников Олега ни раздражения, вызванного её присутствием, - что было бы, в принципе, вполне объяснимо, - ни какого бы то ни было интереса к ней. Все просто совершенно естественно вели себя так, словно её вообще здесь не было. Но самой Стасе, в принципе, было плевать на это. Она видела их всех в первый раз в жизни, - и, вполне возможно, что и в последний. Ей не было ни малейшего дела до их симпатий или антипатий. Они и сами-то как-то не произвели на неё особо приятного или хотя бы даже просто положительного впечатления.
  А вот Олега Стасе реально было в тот момент жалко. В этой разношёрстной толпе милых любящих родственников он просто совершенно поник и потерялся. А Стася в подобной ситуации даже не могла прийти к нему на помощь или поддержать, потому что она пока совершенно не понимала подоплеки всего происходящего. Похоже, Олег был здесь просто чужой. Даже ещё более чужой, чем она сама... Потому что на Стасю просто никто не обращал внимания, - тогда как на Олега они дружно накинулись всем скопом с упрёками и обвинениями со всех сторон и, казалось, того и гляди, попросту разорвут на части...
  В какой-то момент он не выдержал и просто выскочил из квартиры. Стася, мгновение поколебавшись, шагнула вслед за ним. Но дорогу ей вдруг перегородил Александр, словно только что её заметивший.
  - Пусть бежит!.. Набегается, - вернётся!.. - сухо сказал он, словно речь шла об отбившемся от рук ребёнке. - Никуда он не денется!..
  А вот в этом Стася как раз не была так уверена... Ей стоило немалых трудов привезти его сюда... И она вполне могла допустить, что он может сейчас сорваться и попросту уйти... Но, возможно, Александр знал своего брата лучше, чем она?.. По крайней мере, говорил он вполне уверенно и без малейшей тени сомнений...
  Стася замерла, не совсем понимая, как она должна поступить в такой ситуации. Она пришла сюда вместе с Олегом, а потому чувствовала, что должна сейчас пойти за ним. Возможно, ему была нужна её помощь и поддержка... Но, с другой стороны, уже достаточно хорошо зная этого человека, Стася очень сомневалась в том, что он воспримет её попытку поддержать его правильно... Вряд ли он вообще захочет, чтобы она его сейчас видела...
  Так что на самом деле её остановил вовсе даже и не Александр. А внутреннее предчувствие, что ей не стоит сейчас идти за Олегом.
  - Посиди! - Александр кивнул на стоящую в коридоре небольшую кушетку. - Что стоять-то?.. Сейчас вернётся; никуда он не денется!.. Тебя как зовут?
  - Анастасия, - ответила Стася, присаживаясь на краешек.
  - А меня - Саша. Пусть немного погуляет!.. Сам виноват!.. Ты же знаешь, что у него все проблемы из-за одного?..
  Вообще-то, нет, - Стася толком этого ещё не знала. Хотя и начала уже догадываться. Но, тем не менее, она слегка кивнула.
  Александр с умным видом начал объяснять Стасе, что все проблемы у Олега, разумеется, из-за спиртного, и, если он не возьмёт себя в руки и не начнёт жить нормально, то всё будет ещё хуже... Но он, мол, не желает ничего слушать, и говорить с ним бесполезно...
  Стася всё это прекрасно понимала и даже видела своими собственными глазами. Она не оправдывала Олега. Но и самого Александра в данной конкретной ситуации тоже оправдать была не в силах.
  Родственники переместились куда-то в сторону кухни. Через некоторое время к ним присоединилась и мама Олега. В коридоре остались только они вдвоём.
  Да, Стася действительно была согласна с тем, что говорил Александр. И всё-таки... Всё-таки она по-прежнему полагала, что сейчас не время и не место для подобных разборок.
  - Он даже и сегодня-то не мог приехать трезвым!.. - никак не успокаивался Александр, найдя, похоже, новые и свежие уши. - Отец умер, а ему и дела нет!..
  - На самом деле он просто в шоке! - невольно вырвалось у Стаси. - Он был очень расстроен...
  Её слова почему-то прозвучали в данной ситуации на редкость неуместно...
  - Расстроен?.. Он?.. - издевательски бросил Александр. - Да ему плевать на всех!..
  - И всё-таки, я пойду посмотрю, где он! - сказала Стася и вышла за дверь, прерывая таким образом этот не слишком приятный для неё разговор.
  Во-первых, она чувствовала, что просто не в праве обсуждать Олега за его спиной. А во-вторых, она по-прежнему что-то недопонимала, а потому не могла ни спорить с Александром, ни соглашаться с ним. 
  Олега Стася нашла около лифта. Но она успела только подойти к нему; на то, чтобы хоть что-то сделать или хотя бы сказать, времени у неё уже не хватило. Потому что Александр, как оказалось, решил выйти следом за ней.
  Он подошёл к младшему брату и снова начал что-то ему выговаривать. Стася минуту постояла рядом с ними, а потом отошла в сторону, явно ощущая себя здесь лишней. Но в квартиру она пока не вернулась, наблюдая за ними...
  Вся эта ситуация с каждой минутой казалась Стасе всё более неприятной... Тяжело было уже при одной только мысли о том, по какому поводу они все здесь собрались... А уж все эти их внутрисемейные разборки вообще создавали прямо-таки гнетущую атмосферу, из которой очень хотелось выбраться на свежий воздух...
  Да, вот теперь-то Стася прекрасно понимала, почему Олег так не хотел сюда ехать!..
  Ведь он-то сам заранее хорошо знал о том, что его ждёт, - и, возможно, не слишком желал, чтобы Стася увидела всё это собственными глазами...
  Через пять минут Олег и Александр направились к квартире. Стася зашла вместе с ними.
  И только теперь, после того, как родственники, похоже, выяснили отношения между собой, они, наконец-то, соизволили приступить к обсуждению того самого вопроса, ради которого они все здесь вообще-то и собрались...
  Олег во всех этих обсуждениях участия не принимал. Он по-прежнему держался чуть в стороне от своих родных. К нему никто из них не обращался, его мнения не спрашивали. Зато его бывшая жена была на высоте. Она не умолкала; она предлагала, рекомендовала, объясняла, что и как должно быть... Все остальные просто с немым благоговением слушали категоричные рассуждения "Ирочки" и, похоже, внимали её словам, как прописным истинам... А Стася, глядя на неё, по-прежнему никак не могла понять, что она вообще здесь делает?..
  Зато она получила возможность как следует её рассмотреть.
  Ирина была старше Стаси лет на пять-шесть. Выглядела она, в принципе, неплохо для своего возраста, - не красавица, но при этом довольно симпатичная, приятная на внешность, ухоженная и хорошо одетая женщина, знающая себе цену. Но держалась она очень вызывающе, - можно было прямо сказать - нагло. Стасе она показалась на редкость неприятной особой.
  И это ни в коем случае не было ревностью. Стася смотрела на всё происходящее словно со стороны, а поэтому оценивала её вполне объективно, как любого совершенно постороннего человека, каковым она для неё, в принципе, и являлась. Стасе вообще по жизни чуждо было такое чувство, как ревность. Она его просто не понимала. Бывало, конечно, иногда - что-то кольнёт в сердце, когда случайно узнаешь нечто такое, чего тебе знать не следует, - как, например, в тот день, когда Стася случайно обнаружила в телефоне Олега эсэмэски от неведомой ей Анны. Но и только.
  Если бы Стася реально узнала, что у её мужчины есть другая, - она просто спокойно уступила бы ей дорогу, не забыв пожелать счастья обоим на прощание. Ревновать, бороться за мужчину, доказывать, что она лучше соперницы, - Стася никогда и ни при каких обстоятельствах не унизилась бы до этого. Для этого она слишком уважала себя и была о себе слишком высокого мнения. И, если несчастный не сумел разглядеть, какое сокровище находится рядом, - то флаг ему в руки и Бог в помощь!.. Он просто не стоит того, чтобы ради него страдать.
  Так что, на Стасин совершенно объективный и беспристрастный взгляд, Ирина была женщиной очень даже привлекательной. Слегка полноватой, правда, - но её это практически не портило. Всё-таки, уже не девочка, а тогда считалось совершенно естественным, что женщина к сорока набирает лишний вес... Она выглядела... дорогой. Что, в принципе, было и неудивительно, если знать, что её второй муж - человек небедный...
  Но при этом она реально была просто омерзительно наглой. До беспардонности. Этакая крикливая пробивная бабища, которая, ради достижения своих целей, не колеблясь, пойдёт по трупам... И это не просто вызывало неприязнь к её персоне, - это отталкивало. Она напоминала лоснящуюся гадюку, которая не то, чтобы сильно пугает... Просто приближаться к ней противно...
  При этом она, совершенно не таясь, бросала на Олега такие откровенные собственнические взгляды, что Стася едва сдерживала усмешку. Этой чужой жене другого мужа, очевидно, забыли сказать, что не стоит пожирать "своего бывшего" таким откровенно похотливым взглядом...
  А ведь она, якобы, испытывала к нему такое же презрение, как и все остальные родственники, и с удовольствием вслух упрекала и отчитывала его... Но только вот язык её тела говорил совсем о другом... Похоже, многочисленные недостатки бывшего мужа не мешали ей смотреть на него с таким вожделением, что со стороны сразу же было понятно: помани её Олег прямо сейчас в соседнюю комнату, и она, имеющая другого законного мужа, кинется за ним, на ходу скидывая одежду... 
  И это было весьма интересно... Потому что вызывало много вопросов. Она тоже любила его до сих пор?.. Или же он так безумно хорош в постели?.. Н-да...
  Стасе стало немного грустно от всего этого...
  И вот эту женщину Олег не может забыть уже столько лет?.. Стася про себя могла лишь недоумённо покачать головой. Да нужно было просто реально совсем не уважать себя, чтобы разрушить свою жизнь из-за этой наглой беспардонной фифочки, сначала прыгнувшей в постель к чужому мужику, а теперь, возможно, желая всё вернуть, с видом собственницы цепляющейся за руку бывшего мужа, - даже несмотря на то, что он пришёл не один!.. Так это из-за неё вся его жизнь пошла под откос и не может наладиться до сих пор?..
  Если это действительно было так, - а у Стаси были все основания подозревать нечто подобное, - то ей оставалось лишь принести бедному Олегу свои соболезнования... Он реально любит её до сих пор?.. У него не слишком хороший вкус, к сожалению...
  Но больше всего Стасю удивлял сам факт того, что эта дамочка вертится здесь с видом члена семьи. Вот это действительно было как-то совершенно непонятно. Как непонятна была и та необычайная теплота, с которой родственники Олега относились к "Ирочке", и которая почему-то напрочь отсутствовала в их обращении к её бывшему мужу. Они их словно случайно так перепутали и поменяли местами... Потому что подлая изменница Ирочка, явно, почему-то была полноправным членом этой большой и дружной семьи. Тогда как сам Олег, похоже, был всего лишь её бывшим мужем. А не наоборот. И это, опять же, было более, чем просто странно...
  Нет, чем больше Стася наблюдала за всем этим театром абсурда, тем всё более упорно отказывалась хоть что-то в нём понимать. Данная ситуация была невозможной даже чисто теоретически!.. Если верить словам Олега, - а у Стаси до этого дня не было веских оснований им не верить, - то это именно Ирочка в своё время бросила его, - причём, якобы, с ребёнком, - и благополучно завела новую семью. И Стася видела своими собственными глазами, что он переживал это достаточно тяжело и до сих пор, похоже, не пришёл ещё в себя до конца. А его многоуважаемые родственники, вне всякого сомнения, должны были быть свидетелями развития и окончания их отношений. Следовательно, по Стасиным понятиям, они должны были просто гнать её отсюда поганой метлой, не раздумывая ни секунды. А они, вместо этого, сюсюкались и любезничали с ней, словно с самым желанным и долгожданным гостем...
  В то время, как самому Олегу, - который, типа, был в данной ситуации пострадавшей стороной, - никто из них не сказал ни одного доброго слова...
  Или же всё на самом деле было как-то совсем не так, как это преподнёс Стасе Олег?.. Только этим можно было бы тогда объяснить их трогательную дружбу с милой Ирочкой и столь явную неприязнь к её бывшему мужу...
  Может быть, Стася просто реально пока ещё чего-то не знала?.. А потому и не в силах была до конца понять то, что видела сейчас своими собственными глазами?..
  На самом деле Стасе действительно было бы очень интересно во всём этом разобраться. Соперницей бывшую жену Олега она не считала. Стася видела перед собой хищницу, - наглую, беспардонную и беспринципную хищницу, до мозга костей. В сравнении с ней, явно, прошедшей огонь, воду и медные трубы, несмотря на небольшую разницу в возрасте, Стася вообще ощущала себя ребёнком, - маленькой, чистой, невинной и искренней девочкой. Да, в её жизни тоже было немало испытаний, но Стася прекрасно знала, что она не озлобилась, не ожесточилась и даже нисколько не утратила этой своей несколько смешной детской наивности. Стася просто осознавала, что она лучше этой женщины. Достойнее. Порядочнее. Честнее, в конце концов.
  И она ни на мгновение не усомнилась в этом, с насмешкой наблюдая за тем, как Ирочка беззастенчиво виснет на своём давно уже бывшем муже, словно всё ещё имеет на него какие-то права. Стасе было просто смешно хоть на миг представить себя на её месте. Это кем же вообще нужно быть, чтобы упорно пытаться прижаться к мужику, который с видимым отвращением отшатывается от тебя в сторону?..
  Да, Стасе действительно очень хотелось бы до конца понять, что на самом деле происходит между этой парочкой, и какие чувства в реальности их связывают?.. Но лишь из тех соображений, что Стася была твёрдо уверена: именно в этом кроется разгадка странного и непонятного поведения Олега по отношению к ней самой. И, если бы она сумела, в конце концов, разобраться в том, что именно связывает этих двоих, - и насколько эти узы крепки, серьёзны и нерушимы, - она смогла бы понять, как ей самой следует вести себя с этим человеком, и есть ли у них с ним хоть какой-то шанс?.. Потому что то, что Стася видела сейчас, оптимизма ей вообще не внушало.
  Ирочка, несмотря на все прошедшие годы и сопутствующие им разводы и бракосочетания, всё ещё была достаточно серьёзной частью жизни Олега, - и это охотно подтверждали все его родственники. Так что же их тогда связывало настолько сильно?.. Чувства, неподвластные времени и разуму?.. Или же что-то, гораздо более серьёзное и значимое для них обоих?..
  Стася никогда не была ревнивой. Но при этом она всегда была собственницей. Одно другому вовсе не противоречило... И Стася всегда считала, что её мужчина должен принадлежать только ей одной, - других вариантов развития событий даже и не предусматривалось.
  Стася твёрдо была убеждена в том, что третьим-лишним она никогда не станет. Поэтому, если между ней и Олегом всё-таки возникнут какие-то отношения, Ирочка должна будет окончательно и бесповоротно удалиться из его жизни. Потому что сама Стася никогда не позволила бы даже в мыслях допустить такой вариант, при котором бывшая жена её нынешнего мужчины вмешивалась бы в их жизнь и диктовала бы какие-то свои условия.
  Только вот захочет ли сам Олег этого?.. Стася не стала бы заранее уверять, что да...
  А впрочем, выбор в данном случае был за ним. И лишь ему решать, какой будет его дальнейшая жизнь. Невозможно было даже предугадать сейчас, получится ли из них с Олегом пара... Но третьего-лишнего в их отношениях однозначно не будет. А вот готов ли он идти вперёд, - или же прекрасное прошлое цепко держит его в своих объятиях, - это покажет уже будущее.
  Жизнь сама всё расставит на свои места. И, если он выберет Ирочку... Ну, что ж, - значит, такова его судьба!.. Совет им да любовь!..
  Но, если Стася всего лишь с любопытством наблюдала за тем, как Ирочка ластится к своему бывшему мужу и со всех сторон трётся об него, как кошка, то сама Ирочка чётко и сразу же разглядела в ней потенциальную соперницу. И, хотя она взирала на Стасю, как на пустое место, исходящие от неё при этом волны презрения и пренебрежения можно было ощутить даже чисто физически. Она реально словно изо всех сил метила свою территорию, пытаясь отогнать от неё посторонних самок под угрозой расправы... Стасе было даже смешно смотреть на всё это. Смешно, - да и только. Потому что на самом деле сама Стася прекрасно понимала, что их с Олегом не связывает пока что вообще ничего, кроме последних нескольких часов, проведённых вместе. 
  Правда, за это время он даже успел объясниться Стасе в любви, - но она сама вовсе не была уверена, что ей стоит сейчас воспринимать эти его слова всерьёз. К тому же, она и сама пока не знала, какие конкретно чувства по отношению к нему она испытывает. Да и испытывает ли она их вообще?..
  Олег сказал, что хочет её, но только вот сама Стася, признаться честно, вовсе даже не испытывала пока безумного желания оказаться в его постели. Она даже вообще пока не была уверена в том, что хочет этого. И, несмотря на то, что сегодня она осталась с ним, Стася как-то очень сомневалась, что у них с Олегом дело может зайти так далеко. Стася испытывала по отношению к нему слишком уж противоречивые чувства и эмоции, а потому вообще ни в чём не была сейчас уверена.
  И меньше всего она как-то была уверена сейчас в том, что они с Олегом вообще нужны друг другу...
  Как-то слишком уж сильно держало его собственное прошлое и ни в какую не желало отпускать... А что касается самой Стаси... Так ведь и о ней можно было бы сказать то же самое!.. Олег не раз и не два заявлял ей, что не хочет больше никаких отношений... Так ведь и Стася тоже их вообще не хотела!.. И не была внутренне - морально, психологически - готова к ним. Но что-то просто притягивало их друг к другу, - несмотря на все доводы разума, протестующие против этого. И это что-то, похоже, было гораздо сильнее их обоих. Хотя, глядя правде в глаза, больше у них с ним вообще не было никаких точек соприкосновения. Так что Стася вовсе даже не была уверена в том, что у них с ним есть хоть какой-то завтрашний день.
  Особенно, на фоне того излишнего внимания, которое Ирочка упорно продолжала уделять своему бывшему мужу.
  В какой-то момент Ирина буквально силой утащила Олега на лестницу, - типа, покурить. Их не было достаточно долго, чтобы их отсутствие могло остаться незамеченным. Нельзя сказать, что Стасю это очень сильно обеспокоило, - просто у неё не было ни малейшего желания выглядеть смешно в глазах многочисленных родственников Олега, которые и так смотрели на неё, словно на пустое место. Правда, когда сладкая парочка вернулась, наконец, в квартиру, Олег слишком уж подчёркнуто держался от бывшей жены на некотором расстоянии. Но эта его демонстративность, как это ни странно, ни капли не приближала его к самой Стасе.
  Правда, весьма интересно было то, что, после их возвращения, Ирочка резко перестала виснуть на своём бывшем муже и тереться о него своей большой грудью. А в её словах, обращённых к нему, вдруг, вместо завлекающе-призывных ноток, зазвучало явное пренебрежение и раздражение. Но Стася была не уверена, что сам Олег хотя бы заметил её изменившееся отношение. Он по-прежнему был на своей волне, и Стасе казалось, что он вообще не видит ничего вокруг себя.
  Наконец, родные Олега, совместными усилиями, почти не отвлекаясь на ядовитые шпильки в его сторону, обсудили-таки план приготовления к похоронам и приняли решение расходиться.
  В принципе, следовало отметить, что расстались они все довольно мирно и доброжелательно. Лишь Ирочка напоследок метнула ещё парочку отравленных стрел в сторону бывшего мужа. Он сам никак не отреагировал на них, и никто, кроме Стаси, их, похоже, даже и не заметил. Родные Олега почему-то по-прежнему не видели ничего особенно предосудительного в поведении этой женщины, а от него самого все её язвительные реплики вообще отскакивали, как от стенки горох. Но только вот у Стаси осталось не совсем беспочвенное ощущение, будто она ненароком вляпалась в дерьмо. И это впечатление в тот момент было настолько сильным, что ей срочно захотелось принять душ...
  Они попрощались с родственниками Олега. Точнее, если уж говорить прямо, то они - эти самые родственники - дружно все попрощались с самим Олегом, - поскольку все они по-прежнему вели себя так, словно Стаси и не было рядом с ним. Впервые в своей жизни, кстати, она ощущала себя полной невидимкой, и она не стала бы уверять, что ей это понравилось.
  Стася словно находилась в каком-то дурацком сне, где она может наблюдать за окружающим миром, - в то время, как её никто не видит...
  Уже потом, гораздо позже, вспоминая каждый шаг в последовательности своих отношений с Олегом, Стася всегда удивлялась только одному: почему она с самого же начала не поняла, что они попросту обречены?.. Против них было всё, - и полная несовместимость темпераментов, и странные обстоятельства, и даже его собственные родственники, в том числе. А впрочем, нет, я сейчас не совсем правильно выразилась. На самом деле Стася всегда прекрасно осознавала, что они с Олегом - словно два разных полюса, и приблизить их друг к другу невозможно. Стася всегда это понимала. Но не могла поверить в то, что это - приговор...
  Ведь плюс и минус всегда притягиваются. Да ещё порой настолько сильно, что сразу разъединить их невозможно. Особенно, если подсознательно очень желать этого противоестественного притяжения...
 

Глава 7. Случайная собутыльница, или бойтесь своих желаний!..


 
  Сам Олег, как оказалось, жил буквально через дорогу, в старом пятиэтажном доме, на последнем, пятом, этаже.
  Стася сразу же отметила, что в квартире у него был просто идеальный порядок, - особенно, для мужчины, который уже много лет, якобы, живёт один. Это даже поразило её, - тем более, в сравнении с её собственной квартирой, в которой она имела обыкновение наводить чистоту разве что по большим праздникам. Да и то, чаще всего ей это совершенно не удавалось.
  А вероятнее всего, просто не слишком и хотелось...
  Но у Олега было просто стерильно чисто. Вся посуда, разумеется, была вымыта; газовая плита блестела, как зеркало, и нигде не было видно ни пылинки... Аккуратист, одним словом...
  Стасе невольно подумалось, и как это он, такой хозяйственный, вообще умудрился связаться с такой безалаберной неряхой, как она?.. А впрочем, он просто пока ещё не ведал об этом. Ведь он же никогда не был у неё в гостях и не знал, какой "живописный" беспорядок там царит...
  Да, невозможно было отрицать неоспоримый факт: Стася и Олег были совершенными противоположностями друг другу. И, насколько он был сдержанным, спокойным, флегматичным и аккуратным, настолько она была эмоциональной, импульсивной и взрывной. И, хоть большую часть времени Стасе и удавалось держать собственные эмоции в узде, это ни капли не приближало её по темпераменту к холодному и бесчувственному Олегу.
  Кстати, стоило им только попрощаться с любимыми родственниками и переступить порог родительской квартиры, как с Олегом случилась удивительная метаморфоза. Он вдруг резко снова стал прежним, - уверенным в себе и хладнокровным. И это было весьма примечательно. Поскольку это был уже совсем не тот человек, который буквально умолял Стасю остаться с ним. А тот, который смотрел на неё с немым удивлением в глазах, словно совершенно не понимая, что она вообще делает здесь, рядом с ним, в его квартире...
  Стася на всякий случай ещё раз позвонила Димке, чтобы убедиться, что у него всё в порядке, и прошла на кухню, где уже сидел её спутник.
  Олег достал очередную бутылку водки и разлил её в две стопки. Стася тут же отрицательно покачала головой и сказала:
  - Я не буду.
  Признаться честно, она вообще никогда ещё в своей жизни не пила водку. А потому совершенно не представляла, как это можно делать.
  Олег поднял на неё глаза и спокойным ровным голосом, - но с каким-то очень ощутимым чисто физически нажимом, - проговорил:
  - За отца могла бы и выпить.
  Как уже упоминалось, он произнёс это совершенно спокойно, невыразительно, но строго, - тем самым тоном, каким взрослые, умудрённые жизнью люди разговаривают с глупыми детьми, нарушающими все допустимые нормы приличия. При этом в его, вроде бы, тихом голосе прозвучало нечто такое, от чего Стася внутренне даже содрогнулась.
  Может быть, она что-то недопонимала, но с любимой девушкой обычно разговаривают несколько иначе...
  Но Стася не стала заострять на этом внимание. Она просто протянула руку и взяла стопку.
  - Да, извини. Я выпью, - кивнула она и добавила, словно в оправдание. - Просто я никогда не пила водку.
  Олег налил ещё.
  Сам он пил, не пьянея. Точнее, по нему это было практически незаметно. Только взгляд у него становился какой-то всё более и более странный... Словно пустой и потусторонний... Мёртвые выжженные глаза на неподвижно-каменном лице...
  В какой-то миг на Стасю нахлынуло ощущение дежавю... Ей показалось, что она где-то уже видела этот жуткий взгляд, от которого мурашки бегали по спине... Стася немного покопалась в памяти, - и её вдруг словно током ударило... Точно такие же мёртвые глаза она видела однажды у уголовника-рецидивиста, отсидевшего в общей сложности более двадцати лет за убийства...
  Так вот, - у Олега был сейчас точно такой же взгляд... Очень странный и какой-то потусторонний... Стасю давно уже непросто было хоть чем-то напугать в этой жизни, но в тот вечер, при одной только мысли о том, что может таиться там, в глубине этих мёртвых глаз, ей становилось очень сильно не по себе...
  После этого они почти всю ночь сидели на кухне и пили водку. Точнее, пил, разумеется, Олег, а Стася лишь честно делала вид, будто отхлёбывает от той, первой, стопки, которая у неё никак не заканчивалась... С неё было достаточно уже и этого; выпивать реально она была совершенно не готова, - даже ради Олега и в память о его отце...
  Сам Олег при этом, на протяжении нескольких часов, вёл себя так, словно рядом с ним сидела не та самая девушка, которой он не так давно объяснялся в любви и даже просил остаться с ним, а случайный собутыльник, прихваченный за компанию на выходе из магазина... Всю ночь они разговаривали... ни о чём... Вот вообще ни о чём... Олег, похоже, попросту не видел в ней женщину, даже чисто теоретически... Он не делал ни малейшей попытки хоть как-то приблизиться к ней; ни в его словах, ни в поведении не мелькало ни единого намёка на то, что произошло между ними в машине. Он просто хотел выпить. И ему было совершенно всё равно, похоже, кто сидит напротив...
  А Стася... Стася по-прежнему не понимала, как вести себя с ним...
  Время от времени она искренне пыталась хоть как-то продемонстрировать свои чувства... Дотронуться до него, поцеловать, присесть к нему на колени... Он практически вообще никак не реагировал на эти её робкие попытки, и Стася снова отстранялась, вновь в душе ощущая себя так, словно она пристаёт к нему... Это отвратительное чувство преследовало её все месяцы их знакомства, а сейчас стало вдруг вообще необычайно сильным... Стася казалась самой себе просто какой-то распущенной нимфоманкой из-за того, что пытается прикасаться к человеку, находящемуся в таком состоянии... А его мёртвые глаза смотрели при этом сквозь неё, и в них не было ничего: ни радости, ни недовольства...
  Хотя на самом деле, - и Стася прекрасно понимала это уже тогда, - ничего особенно ужасного в её поведении не было. Оно было как раз вполне естественным в подобной ситуации. Как известно, определённая близость между людьми - это лучшее лекарство, помогающее преодолеть любые стрессы. И я имею в виду вовсе не секс, - я имею в виду именно близость, духовную и физическую, выражающуюся, в первую очередь, именно в прикосновениях и объятиях, в удовольствии от простого нахождения рядом, в ощущении тепла и поддержки со стороны дорогого тебе человека, находящегося с тобой в трудную минуту. Но вот только Олегу всё это, похоже, было совершенно чуждо. Он вполне осознанно держал Стасю, как всегда, на расстоянии, не позволяя приблизиться к нему и снова перейти ту самую какую-то невидимую грань, после пересечения которой чужие друг другу люди становятся единым целым...
  А вот что касается самой Стаси... То она так нуждалась в этом сейчас!.. Опять же, не в сексе, так в таковом, - на фиг он был ей нужен, особенно, после такого тяжёлого и до предела наполненного потрясениями дня!.. Но, вместо того, чтобы сидеть на кухне и тупо глушить водку, Стася просто хотела бы посидеть вместе с ним. В обнимку. Можно вообще молча. Ей всё это было очень нужно сейчас... Просто жизненно необходимо...
  Но, вместо этого, Стася сидела вместе с Олегом на его кухне, пила водку, - или, точнее, делала вид, что пьёт её, - наблюдала за тем, как медленно напивается сам Олег, и уже привычно не понимала, какого чёрта она вообще здесь делает?..
  Это чувство всегда преследовало Стасю рядом с этим человеком. С самого начала их так называемых отношений. Стася всегда терялась в догадках, что конкретно этот мужчина вообще хочет от неё. И тогда, в ту ночь, оно было особенно сильным...
  В машине около ломбарда Олег сказал, что хочет её... И Стася даже на какое-то мгновение поверила в это... А вот теперь, глядя на своего собутыльника, она очень сильно в этом сомневалась. По крайней мере, все мужчины, с которыми Стасе когда-либо приходилось иметь дело, - даже если всё ограничивалось совершенно невинным флиртом, - всегда старались приблизиться к ней, дотронуться, приобнять, - порой, якобы, просто в шутку... Не говоря уж обо всём остальном. По крайней мере, общаясь с ними, Стася всегда ощущала, что находится рядом с мужчиной, которого она интересует... волнует... тревожит...
  А вот в Олеге она ничего этого не чувствовала. Он смотрел на нее совсем не так, как смотрят на девушку, которая для тебя привлекательна, и с которой ты хочешь провести время...
  В глазах Олега не было ни малейшего интереса к Стасе, как к женщине. Казалось, она была сейчас нужна ему лишь для того, чтобы не пить в гордом одиночестве. При этом для него реально было важно, чтобы она тоже пила, а не просто сидела рядом с ним. И это было... странно, мягко говоря...
  Говорить Олег сейчас мог, похоже, только на две темы. Об отце и о бывшей жене. И, если первая тема Стасю нисколько не напрягала, - она прекрасно понимала, что сейчас, после смерти близкого человека, ему, должно быть, очень трудно сосредоточиться на чём-то другом, - то разговоры об Ирочке её откровенно бесили.
  С какой стати ей посреди ночи должно быть интересно выслушивать байки о его бывшей супружнице, до сих пор держащей его на коротком поводке?.. По меньшей мере, Стасе это было противно.
  Но, похоже, мысли об Ирине постоянно вертелись в голове Олега и не покидали его ни на секунду. В основном, он стремился поведать Стасе о том, какая она наглая и подлая. Стася терпеливо выслушивала его пространные излияния, сочувственно кивая в соответствующих по смыслу местах, - хотя на самом деле ей давно уже хотелось просто завизжать от злости и ярости. В её голове по-прежнему крутился только один вопрос: почему же ты до сих пор не можешь забыть её, такую нехорошую, и по-прежнему позволяешь ей лезть в свою жизнь?..
  Если верить словам Олега, то все его многочисленные родственники Ирину терпеть не могли. А отец так вообще её откровенно ненавидел за то, что она сделала, и даже слышать о ней после этого не желал. Якобы, все родственники дружно поддерживали его после развода и постоянно говорили ему, чтобы он ни в коем случае не вздумал прощать её, - и уж, тем более, предупреждали, чтобы ему даже и в голову не пришло вновь связаться с этой отвратительной и гнусной женщиной, оказавшейся способной на подобное предательство...
  Так, а вот это было очень интересно... Стася слушала его и наматывала на ус новую информацию. Но только вот, в таком случае, ей вдвойне было не понятно всё то, что она сегодня увидела своими глазами...
  Как тогда вообще возможно было объяснить тот очевидный факт, что его милые родственники, которые, якобы, презирают эту мерзкую женщину, тем не менее, по-прежнему привечают её и, по крайней мере, внешне относятся к ней с такой трогательной теплотой и любовью?.. Если верить словам Олега, то его отец при жизни ненавидел Ирину лютой ненавистью и никогда не позволил бы ей переступить порог своей собственной квартиры... Тогда почему же после его смерти Ирочка разгуливает по его дому с таким видом, словно всё здесь принадлежит именно ей, да ещё и раздаёт другим родственникам распоряжения относительно его похорон?..
  Что-то здесь совершенно не состыковывалось... Возможно, в пьяном угаре Олег этого и сам не осознавал... Но Стася-то была совершенно трезвой...
  Если бы в их жизни всё действительно было так, как рассказывал ей Олег, то его родственники её и на порог-то не должны были бы пускать... Тогда как на самом деле, как Стася поняла, - и со слов Олега, и сопоставив некоторые фразы и события в квартире его родителей, - Ирочка всегда была довольно частым гостем и в их домах, и даже на дачах... Почему?.. И с какой вообще стати?..
  Вопрос, конечно, был очень интересный...
  Возможно, родственники Олега просто прекрасно понимали, что между ним и его бывшей женой ещё далеко не всё закончилось?.. Знали это?.. Чувствовали?.. Олег и сам раньше признавался, что Ирина неоднократно предпринимала попытки вернуться к нему, - да и Стася своими собственными глазами видела, что она чуть ли не из штанов выпрыгивала, чтобы привлечь его внимание. Пока сам Олег, якобы, отвергал все её попытки примирения и пытался заверить всех окружающих, что возврата к прошлому нет. Но, возможно, его родные, знающие его, несомненно, гораздо лучше, прекрасно видели, что он так до сих пор и не смог забыть её, а потому и не сомневались, - ну, или, хотя бы, подозревали, - что, рано или поздно, они опять будут вместе?..
  Может быть, поэтому они и терпели все её странные выходки, которые со стороны казались наглыми и вызывающими, - да ещё и злились попутно на самого Олега, что он столько лет изображает из себя обиженного и гордого, - вместо того, чтобы, к всеобщему удовлетворению, давно уже вернуть всё на круги своя?.. У них просто не было другого варианта, потому что они не сомневались в конечном результате?.. Похоже, Ирочка нравилась им всем сама по себе, - да и какой смысл портить отношения с человеком, который, рано или поздно, снова станет членом семьи?..
  Очевидно, для всех было лучше просто немного затаиться и пережить "размолвку", делая вид, будто ничего и не происходит... Ведь какой смысл открыто выражать порицание неверной подлой женщине и, возможно, даже портить отношения с самим Олегом, у которого к ней такие сложные чувства?.. Если все прекрасно понимали, что он жить без неё не может, а потому когда-нибудь он всё равно простит её и снова сойдётся с ней...
  По крайней мере, подобная версия вовсе даже не казалась Стасе неправдоподобной в свете происходящих событий. Напротив, она сейчас представлялась вполне естественной и единственно верной.
  - Ты, кстати, на неё очень похожа, - словно между прочим, обронил вдруг Олег.
  Стасю эта его фраза просто сразила наповал. Да, признаться, чисто внешне они с Ириной действительно были чем-то неуловимо похожи. Стася и сама обратила на это внимание сразу же, как только увидела её впервые. Просто они относились к одному типу... Но, тем не менее, слова Олега ей совсем не понравились и очень сильно задели. Да и прозвучали они в данной ситуации довольно странно и двусмысленно. А потому на редкость оскорбительно.
  К тому же, Стася попросту не поняла, что конкретно он имеет в виду?.. Их чисто внешнее сходство?.. Это было бы ещё полбеды, хотя и в этом случае его замечание вовсе не казалось Стасе лестным. Потому что она терпеть не могла, когда её с кем-то сравнивали, - и особенно, когда образцом для идеала служила растолстевшая мерзкая бабища почти на десять лет старше её... Так себе пример для подражания... Или же Олег вообще имел в виду, что она и внутренне такая же подлая и гнусная, как его бывшая жена?.. Вот тогда ему следует подумать ещё раз. Потому что подобное сравнение было для Стаси уже не просто неприятным, - оно было оскорбительным...
  - И чем же это я на неё похожа?.. - с нехорошей усмешкой процедила Стася, реально уязвлённая до глубины души.
  - Ты ведёшь себя так же, как она, - ответил Олег.
  Час от часу не легче!.. Держите меня семеро... Вот уж подобное замечание точно вряд ли было комплиментом, а потому вряд ли могло бы как-то ободрить Стасю или добавить ей оптимизма!..
  - Ты хочешь сказать, что я такая же наглая, как и она? - язвительно осведомилась Стася. Признаться честно, весь её романтический запал, если таковой ещё и был, мгновенно исчез, словно он выплеснул ей в лицо ушат ледяной воды...
  - Да нет, ты не наглая, - как-то совершенно равнодушно, словно речь вообще шла о ком-то другом, а не о любимой, типа, девушке, отозвался Олег. - Просто ты на неё очень похожа.
  Его слова как-то не добавили ясности по этому вопросу. Как говорится, тема не раскрыта...
  - Так ты изначально обратил на меня внимание потому, что я, типа, похожа на твою жену? - уточнила Стася, нарочно упустив из предложения слово "бывшую". Подобное сравнение, в конце концов, действительно было уже для неё попросту оскорбительным и даже омерзительным.
  - Нет. Не потому, - отозвался Олег.
  - Вот и хорошо! - изо всех сил стараясь пока ещё сдерживать своё раздражение, кивнула Стася. - Потому что ты ошибаешься! Между нами нет ничего общего!
  - Я просто сказал, что вы похожи, - тупо повторил Олег. Удовольствие он, что ли, получал, пытаясь унизить её подобным образом?.. - Кстати, она предложила мне отправить тебя домой и где-нибудь посидеть.
  Стася почувствовала, что от неожиданности её сердце, похоже, пропустило один удар... Дыхание на миг спёрло, словно она получила под дых... Но Стася медленно выдохнула и даже нашла в себе силы спросить совершенно спокойным голосом:
  - В самом деле?.. И что же ты растерялся?..
  - Это когда она меня покурить позвала, - пояснил Олег, очевидно, не осознавая, что своим поведением причиняет Стасе боль. Или же, наоборот, осознавая это слишком хорошо?.. Иногда Стасе реально казалось, что он делает это нарочно... - Похоже, ей просто бухнуть хотелось... - добавил Олег в продолжение темы. - Вот она мне и предложила: давай отправим твою девушку домой, а сами посидим, выпьем...
  - Так что же ты мне сразу-то не сказал? - не удержавшись, съязвила-таки Стася. - Я бы не стала вам мешать!
  - Нет, - равнодушно обронил Олег.
  А раз нет, - так какого чёрта ты вообще завёл об этом разговор?.. - захотелось спросить у него Стасе. Но вместо этого она лишь насмешливо приподняла брови и холодно осведомилась:
  - Я смотрю, она у тебя ещё и любительница выпить?..
  - Да, бухнуть она любит, - подтвердил Олег, будто это было вполне нормально и естественно.
  - Так я не поняла, что же ты растерялся-то?.. - снова не удержалась от сарказма Стася. - Из меня-то собутыльник хреновый получился!.. Может, надо было ловить удачу за хвост?..
  - Я сказал: нет! - В голосе Олега, наконец-то, послышались хоть какие-то эмоции, напоминающие раздражение.
  - Напрасно! - покачала головой Стася.
  - Нет!
  Стася по-прежнему ничего не могла понять. С одной стороны, в его голосе, когда речь заходила о его бывшей жене, явно, сквозило презрение и ненависть. Но, с другой стороны, он, похоже, просто не мог перестать говорить о ней. И уже в самом том, что он постоянно рассказывал Стасе о другой женщине, словно получая от этого удовольствие, уже было нечто донельзя унизительное... Ведь Олег действительно вёл себя сейчас так, словно Стася была для него не любимой, якобы, девушкой, а случайной собеседницей... Точнее, собутыльницей, - если уж говорить начистоту...
  Они сидели на кухне уже несколько часов. Но Олег никоим образом не пытался привлечь внимание Стаси в хорошем смысле этого слова, понравиться ей, сказать или сделать ей хоть что-то приятное... Он просто, как и все алкоголики, вёл с ней на кухне долгие разговоры "за жизнь"... И, похоже, совершенно искренне полагал, что это нормально и в порядке вещей...
  А Стасю уже реально тошнило от всех этих его разговоров...
  Да, что уж тут греха таить, - по-своему Олег был ей очень дорог. Только вот, в чём беда: в его обществе Стася совершенно переставала ощущать себя женщиной, что было для неё вообще противоестественным. Несмотря на произнесённые, - якобы, вырвавшиеся у Олега в машине, - слова, Стася вообще никогда в его обществе не чувствовала себя ни любимой, ни желанной, ни даже вообще хотя бы просто привлекательной для мужчины, который находился сейчас рядом с ней. Даже в своих собственных глазах она давно превратилась в некое бесполое существо, не способное вызвать у человека противоположного пола ни малейшего интереса, - не говоря уж о каком-то там влечении... И, что было даже гораздо хуже, - она чувствовала, что и вести себя начинает соответственно, подстраиваясь под сложившиеся обстоятельства...
  До знакомства с Олегом Стася всегда ощущала себя очень сексуальной в обществе мужчин. Кроме того, она знала, что это было её сильной стороной, и поэтому никогда не сомневалась в своей привлекательности для противоположного пола. Стася была очень красивой девушкой; ей, по обыкновению, нравилось флиртовать, заигрывать и строить глазки, - даже если у неё не было при этом никаких других далеко идущих намерений. А их обычно и не было. Но, тем не менее, в глубине души сама Стася всегда была на все сто процентов уверена в том, что может, при желании, заполучить любого понравившегося ей мужчину.
  Но теперь всё изменилось, - и, надо заметить, далеко не в лучшую сторону. В обществе Олега, за несколько месяцев знакомства с ним, она превратилась в какого-то бесполого гермафродита. То ли женщина, то ли мужчина, то ли подружка, то ли случайная собутыльница, прихваченная для компании из ближайшей канавы... Да Стася и сама теперь уже не понимала, кто она такая, и как ей самой к себе относиться... Она боялась проявлять перед Олегом хоть какую-то свою женскую сущность, потому что он реагировал на это, чаще всего, слишком неадекватно, не решалась больше заигрывать с ним, не смела прикоснуться к нему... Она вообще давно уже поймала себя на мысли о том, что в его обществе даже и дышать-то нормально боится, поскольку никогда невозможно было предугадать заранее, как это будет воспринято...
  Ещё ни разу в своей жизни Стася не чувствовала себя в обществе другого человека, - а тем более, мужчины!.. - насколько неуверенной в себе, стеснительной и закомплексованной...
  И это было не слишком приятно. Ведь стеснительной Стася не была никогда. Ещё давным-давно, в ранней юности, она вычитала где-то, что принадлежит к игровому типу. И, наверное, это было правдой. Стасе всегда нравилось играть, - с людьми и перед людьми. Даже в десять лет она уже вовсю кривлялась перед взрослыми мужчинами и крутила перед ними всем известной выпуклой частью тела, - и, надо заметить, даже тогда мало, кто из них оставался равнодушным к чарам малолетней нимфеточки с уже достаточно развитыми для своего возраста формами...
  Сексуальность всегда была главным Стасиным козырем, хоть она и не особенно любила пускать её в ход. Но сейчас, в обществе Олега, она ощущала себя так, словно какая бы то ни было женственность - это нечто постыдное, что нужно скрывать всеми силами и уж, тем более, ни в коем случае не выставлять напоказ... А ещё, - нравится ей это или нет, - но от неё требовалось тщательно маскироваться под "своего парня", с которым можно просто посидеть за столом и выпить...
  Стасе это не нравилось просто категорически. Но она тогда всё ещё надеялась на лучшее. А надежда, как это всем известно, умирает последней...
  При расставании Александр просил Олега, - а если уж говорить начистоту, он приказал ему, - больше не пить этим вечером, отправляться прямиком домой и сразу же лечь спать, чтобы назавтра быть в нормальном состоянии. Но он, к сожалению, не учёл при этом только одного: его младший брат, похоже, вообще не способен был воспринимать чьи бы то ни было советы и рекомендации и всегда делал только то, что сам считал нужным. Стася, например, давно уже это поняла. Сама она порядком устала за этот показавшийся ей бесконечным день и с удовольствием давно уже отправилась бы спать. Но только вот, на её беду, сам Олег такого желания никак пока не проявлял. И, поскольку Стася, типа, осталась сегодня вместе с ним, она чувствовала себя обязанной сидеть вместе с ним на кухне...
  Наконец, поздней ночью, - или, точнее, уже ранним утром, потому что на часах было уже около четырёх, - Олег предложил-таки пойти спать.
  Стася мысленно возблагодарила небеса за такую милость...
  Они прошли в комнату. Олег откинул одеяло на кровати и кивнул на неё. Стася молча застыла рядом, чувствуя себя при этом полной дурой, совершенно не представляющей, как ей вообще следует себя вести...
  - Ну, что стоишь?.. Раздевайся и ложись!.. - совершенно будничным тоном, - как нечто, само собой разумеющееся, - предложил ей Олег, залезая под одеяло.
  Стася, наверное, уставилась на него, как баран на новые ворота, выпучив глаза от изумления...
  - Или ты думаешь, я буду тебя раздевать?.. - с издевательской ноткой в голосе добавил Олег.
  Вот тут Стася окончательно лишилась дара речи... Нельзя сказать, что она всерьёз рассчитывала на подобный вариант развития событий, - но, по крайней мере, он был бы гораздо более естественным, чем тот, который был ей предложен... Хотя Олег сразу же чётко и недвусмысленно дал ей понять, что это она погорячилась...
  На самом деле, - если уж с романтикой на сегодня всё было так плохо, - Стася просто предпочла бы лечь на другом диване или в кресле, например... Но их поблизости не наблюдалось...
  Стася напряжённо соображала, пытаясь для самой себя понять, как ей лучше поступить?.. Раздеться и лечь в кровать?.. Или же, напротив, одеться, вызвать такси и уехать домой?.. Согласившись остаться с Олегом, она и не рассчитывала сегодня на чудесную романтическую ночь и кучу новых впечатлений... Она прекрасно понимала, в каком он состоянии, - да ей и самой было сейчас совершенно не до любовных приключений. Но, тем не менее, она никак не думала, что Олег, после всех его признаний, опять сделает два шага назад, и она окажется, благодаря ему, в такой немыслимо нелепой ситуации...
  А его презрительные слова - это был просто плевок в лицо... Она реально чем-то заслужила подобное обращение?..
  Разумеется, Стася не была стеснительной девственницей, боящейся обнажиться перед мужчиной. Дело было совершенно не в этом, - тем более, что во всей этой довольно омерзительной, надо заметить, сцене не было ни малейшего сексуального или хотя бы просто эротического подтекста. Тем же самым уничижительным тоном, каким он предложил ей занять место в его кровати, он мог бы скомандовать ей прикорнуть на коврике около двери... И слова, и интонации  голоса были вполне соответствующие. Не говоря уже о том, что в поведении этого человека опять отсутствовал хоть малейший намёк на какое-либо желание или хотя бы интерес, - но так вообще не разговаривают с девушкой, которая тебе дорога...
  - У тебя есть какая-нибудь старая футболка и полотенце? - нерешительно поинтересовалась Стася.
  Олег открыл шкаф, секунду покопался в нём и бросил перед ней то, о чём она просила.
  Стася молча взяла вещи и ушла в ванную.
  Быстро приняв душ и переодевшись, она вернулась в комнату. Олег лежал в кровати и яростно щёлкал пультом от музыкального центра, который орал на полную громкость. Если учитывать, что на часах было четыре утра, то Стася перепугалась не на шутку.
  - Ты бы убавил звук, - осторожно посоветовала она.
  - Зачем?.. - казалось бы, совершенно искренне удивился Олег. Сейчас он выглядел довольным и счастливым.
  - Соседи полицию вызовут, - сказала Стася.
  Честно говоря, она удивлялась тому, что они ещё до сих пор не ломятся в дверь с криками. Привыкли?.. Знают, что это бесполезно?.. Боятся?..
  Он часто по ночам такое устраивает?..
  - Я люблю "Бутырку"! - с каким-то странным нажимом в голосе проговорил Олег, - словно это всё объясняло.
  - Я тоже люблю, - спокойно кивнула Стася. - Просто убавь немного!..
  Вместо этого Олег врубил звук ещё сильнее.
  - Пусть играет!.. - с довольной улыбкой заявил он. - Давай спать!..
  Если до этого Стася чувствовала просто лёгкое замешательство, то теперь она откровенно впала в ступор. Она вдруг подумала, что он, похоже, вообще не отдаёт себе отчёт в том, что происходит вокруг. Музыка орала оглушительно, - так, что даже уши закладывало. Нормальный дееспособный человек даже днём не стал бы включать её так громко, - а на часах было четыре ночи!.. И Стася действительно всерьёз опасалась, что соседи могут позвонить в полицию.
  - Олег, убавь звук! - снова попросила она, чувствуя подступающую к горлу панику. - Люди же спят давно!
  - Ну, и пусть спят! - с необычайно довольным видом заявил Олег. - Мы тоже сейчас будем спать! Я люблю спать под музыку!
  - Но я так не смогу заснуть! - в отчаянии проговорила Стася.
  Олег бросил на неё какой-то странный и при этом донельзя раздражённый взгляд и пультом выключил музыкальный центр. Стася испытала при этом ни с чем не сравнимое просто чисто физическое облегчение.
  - Ладно. Давай спать, - неожиданно согласился Олег, словно решив пойти ей навстречу. - Ложись в постель!
  Стася аккуратно юркнула под одеяло, чувствуя себя при этом неимоверно глупо. На ней была футболка Олега, которая вполне надёжно прикрывала бёдра; кроме того, она, естественно, была в нижнем белье, - но при этом она почему-то ощущала себя сейчас гораздо более голой, чем если бы на ней ничего этого не было.
  Всё это было как-то очень унизительно. Стася даже толком и не понимала, почему, но поведение Олега заставляло её чувствовать себя какой-то низкопробной женщиной лёгкого поведения.
  Некоторое время они молча лежали по разные стороны кровати, не просто не касаясь друг друга, - а, казалось, специально отодвинувшись друг от друга на максимально возможное расстояние, чтобы ничего подобного не произошло даже чисто случайно. Потом Стася, всё-таки осмелившись, протянула руку к Олегу и попыталась прижаться к его спине. Он был страшно ледяной. Не холодный, не замёрзший, - а именно совершенно пугающе ледяной. Как покойник из холодильника...
  - Какой ты холодный!.. - невольно вырвалось у Стаси.
  - Да?.. Сейчас согреюсь, - отозвался Олег.
  И он даже тоже, вроде бы, слегка повернулся в сторону Стаси, даже, типа, немного приобнял её, - совершенно по-дружески, словно пытаясь при этом особенно и не дотрагиваться до неё, - а затем просто отпустил её и снова отвернулся.
  Стася не была нимфоманкой. Она не жаждала секса. Напротив, признаться честно, ей совершенно не хотелось сейчас ничего подобного, - а рядом с этим мужчиной трудно было вообще допустить даже чисто теоретически саму возможность такого времяпровождения. Но когда два человека, - мужчина и женщина, - оказываются вместе в одной постели, это всё-таки подразумевает наличие ну хоть какой-то близости между ними. Люди обнимаются, целуются, дотрагиваются друг до друга... И Стасе тоже хотелось именно этого, - а не чего-то большего. Она снова потянулась к Олегу и стала гладить его напряжённую ледяную спину, плечи... Просто пытаясь согреть, если честно, без каких бы то ни было далеко идущих намерений...
  Через пару секунд Олег лениво повернулся к ней и проговорил:
  - Слушай, Стась... Я сегодня не хочу! Мне совершенно не до этого!
  Стасю словно окатили ведром ледяной воды. Аж дыхание перехватило от шока... Она почему-то даже никак и не подумала, что он воспримет её почти совершенно невинные прикосновения подобным образом... Она вновь ощутила себя какой-то ненормальной, сексуально озабоченной идиоткой, пристающей к порядочным мужчинам и домогающейся их... У Олега был просто уникальный талант неадекватно реагировать на любые её действия, даже самые невинные, и комментировать это таким образом, что Стася реально снова и снова впадала в ступор... Хотя, ей было далеко не впервой испытывать в присутствии Олега подобные чувства и эмоции, так что, наверное, давно уже нужно было привыкнуть к этому...
  Если к чему-то подобному вообще можно было привыкнуть... Стася вовсе не была в этом уверена...
  Она привычно уже постаралась сдержать своё раздражение и попыталась сделать хорошую мину при плохой игре...
  - А я ни на что и не намекаю, - спокойно проговорила она. - Но хоть обнять-то меня ты можешь?..
  Олег как-то реально совершенно нехотя, - это прямо чувствовалось и было заметно, - слегка приобнял её и даже сделал вид, будто бы погладил по плечу. А потом он вновь отвернулся от Стаси к стене и оглушительно захрапел...
  Убедившись, что он крепко спит, Стася встала с кровати, прошла на кухню и схватилась за сигарету...
  Она курила, слегка приоткрыв створку окна, снова и снова прокручивая в голове всё то, что произошло в тот вечер, и думала о том, что больше совершенно ничего не понимает в этой жизни. Зачем он вообще попросил её остаться?.. Чтобы было, с кем выпить?.. Так его бывшая жена, если верить его же собственным словам, с удовольствием могла бы составить ему в этом деле компанию... А не верить им не было основания, потому что Стася своими собственными глазами видела, как эта дамочка, словно обезумевшая кошка, тёрлась о бывшего мужа всеми соблазнительными частями своего пышного тела... Да она, явно, с удовольствием составила бы ему компанию, и не только на кухне...
  В крайнем случае, раз уж он такой гордый, мог бы просто заехать к кому-нибудь из своих многочисленных друзей, любящих выпить... Но зачем было просить остаться именно её?.. Это был для него самый худший и неудачный вариант из всех возможных...
  Несмотря на вырвавшиеся у Олега признания, - хотя оставался по-прежнему актуальным вопрос, ей ли они предназначались на самом деле?.. - между ними ровным счётом ничего не изменилось. Она была не нужна ему. Ни под каким соусом. Ни в одежде, ни без неё. Ни сегодня, ни завтра...
  Никотин слегка успокоил расстроенные нервы. По крайней мере, Стасины руки перестали дрожать. Она попила воды, заглянула в ванную, умылась холодной водой и, нехотя, вернулась в комнату.
  Олег храпел. Ему не было ни малейшего дела до её терзаний и переживаний.
  Стася осторожно забралась под одеяло, стараясь держаться от него подальше, - ни дотрагиваться до него, ни обнимать его ей больше не хотелось, а при одной только мысли о прикосновении к его ледяному бесчувственному телу её даже передёргивало от отвращения, - примостилась на другой стороне кровати и попыталась уснуть.
  В ту ночь ей это так и не удалось...
  И дело тут было даже не в Стасиных полностью расстроенных нервах, не в возможных переживаниях по поводу потери работы и даже не в слишком дурных предчувствиях относительно завтрашнего, - или, точнее, уже сегодняшнего дня, - а ведь работать ей в этот день предстояло в центральном ломбарде, да ещё и вместе а Ариной. Но, нет, - причина была совершенно банальной, - вот просто до боли!.. Олег храпел. Он храпел оглушительно. Стася до того дня даже и не подозревала, что обычный среднестатический человек может быть источником такого вот жуткого, воистину, богатырского храпа... Но у неё, в буквальном смысле слова, создавалось впечатление, что где-то под самым её ухом кто-то пытается завести безнадёжно сломанный мотоцикл, - да ещё и со снятым глушителем...
  За последующие ужасные два часа Стася несколько раз успела сбегать на кухню покурить, поскольку давно уже поняла, что задремать ей сегодня не судьба, и даже, в немом отчаяние, почти смирилась с этим... Она тщетно много раз пыталась хотя бы перевернуть Олега на бок, но все её попытки успешно провалились, поскольку он ни на что не реагировал, не просыпался и был при этом настолько тяжёлым, что его нереально было даже просто немного пошевелить... Возможно, ей следовало бы вести себя более настойчиво, но Стася попросту не решалась на это, потому что не чувствовала, к сожалению, ни малейшей уверенности ни в себе, ни в своём праве на чём-то настаивать, ни, особенно, в своём довольно шатком положении здесь, рядом с ним. Что ни говори, - а он был хозяином этой квартиры. И этой кровати. А кем при этом была сама Стася?.. Да никем вообще!.. Её нельзя было назвать даже подружкой... Ей просто, судя по всему, позволили сегодня здесь переночевать...
  Признаться честно, в те предрассветные часы Стася прокляла всё на свете. Но выход у неё сейчас был только один: как-то умудриться дожить до утра. И не свихнуться при этом.
  Тем более, что уже через два часа Стася поняла, что все её предыдущие мучения - ничто в сравнении с тем, что ожидало её впереди. Это были ещё цветочки. Настоящий кошмар ожидал её позже...
  В шесть часов телефон Олега, поставленный на будильник, начал оглушительно орать. Поскольку сам хозяин вообще никак не отреагировал на это, Стася отключила звонок и предприняла усиленную попытку его разбудить.
  - Сколько времени?.. - невнятно поинтересовался Олег, не открывая глаз.
  - Шесть, - ответила Стася.
  - Ещё рано, - пробормотал Олег и снова погрузился в сон.
  Стася занервничала. Накануне она слышала краем уха, что они с братом договаривались встретиться пораньше. Но во сколько конкретно, - она не уточняла. И, поскольку Олег отключился, словно обо всём забыв, Стася начала опасаться, что он может проспать.
  Но волновалась она за него, похоже, совершенно напрасно. У Олега всё было схвачено и продумано заранее. Будильник был заведён на бесконечный повтор. Таким образом, он снова и снова принимался орать каждые десять минут. И каждый раз Олег, не открывая глаз, интересовался у Стаси, сколько сейчас времени, потом говорил, что ещё рано, и снова безмятежно засыпал...
  Последующие два часа превратились для и без того измученной и издёрганной Стаси в один сплошной кошмар. Даже если бы ей и удалось хоть немного задремать, - её тут же в очередной раз разбудил бы проклятый будильник. Но она пыталась... И снова пыталась... И опять пыталась...
  Признаться честно, Стася уже чуть ли не плакала. От жуткой, просто безумной усталости, от нервов, от осознания совершенно немыслимой тупости подобной ситуации, от непрерывно вопящего в пустоту будильника... И Стасе тоже хотелось уже просто завопить в голос вместе с ним и начать рвать на себе волосы...
  Олег же тем временем безмятежно спал. Его совершенно не тревожил будильник, и уж, тем более, ему не было ни малейшего дела до страданий человека, которого он обрёк на бессонную ночь...
  Стася так и не поняла, зачем он завёл будильник аж на два часа раньше, чем следовало. Она сама за эти два часа уже просто отупела от усталости и практически ничего не соображала от недосыпа. И ей реально уже просто хотелось выброситься из окна от ярости и полнейшей безысходности...
  Наконец, в восемь часов, Олег всё-таки пришёл к выводу, что ему уже пора вставать. Он бодрячком проскакал в ванную, а Стася из последних сил подползла к зеркалу и чуть было не заорала от ужаса. Растрёпанное, белое, как смерть, существо с всклокоченными волосами и чёрными кругами в пол-лица под безумными мутными глазами, смотревшее на неё оттуда, было ей незнакомо...
  О Господи!.. Это была не она... Это просто не могла быть она!..
  Стася с трудом перевела дыхание и попыталась уверить саму себя в том, что это дело поправимое... Слава Богу, у неё были вьющиеся от природы волосы, никогда не знавшие ни фена, ни бигуди... И поэтому всё, что ей сейчас требовалось, - это слегка намочить их водой и раскидать по плечам в живописном беспорядке... Ну, и душ, разумеется, принять, чтобы хоть немного прийти в себя...
  С опухшим лицом, конечно, было посложнее... Но, в конце концов, косметика у Стаси, к счастью, тоже была с собой, так что, минут через десять...
  У неё не оказалось даже этих десяти минут. Тут же, словно по заказу, позвонил Александр и потребовал, чтобы Олег немедленно приехал. А потому уже через минуту они выбежали из дома, даже не позавтракав...
  Да чёрт с ним, с завтраком!.. Стася была сейчас в таком состоянии, что ей всё равно кусок в горло не полез бы!.. Но вот от кофе она после бессонной ночи не отказалась бы...
  Но её желания здесь мало, кого, похоже, интересовали... Если ей было хреново, - то это были только её личные проблемы!.. С какой стати они должны были интересовать человека, который не дал ей вчера уехать домой, уговорив остаться с ним, обеспечил бессонную ночь и теперь вот заставил ни свет, ни заря выскочить из дома, натягивая на ходу одежду...
  Боже, стоит ли даже зацикливаться на таких пустяках!..
  Ладно... Стася пережила всё это молча... Она не возникала. Не качала права. Не пыталась объяснить, что так не делается, и что это, в конце концов, уж как-то совсем не по-человечески... Даже сейчас, после этой жуткой бессонной ночи, Стася всё ещё готова была с пониманием отнестись к тому, что у человека беда, и на фоне этого всё теперь измеряется несколько иными категориями... Возможно, Олег просто не до конца осознаёт, что происходит вокруг него, и уж, тем более, ему и в голову не приходится задуматься о её потребностях, - даже, блин, самых базовых...
  Она по-прежнему находила ему оправдания, - хоть уже и не без труда...
  Ну, да ладно!.. Стася с тоской утешила себя тем, что перекусить она сможет и на работе... Правда вот, основная проблема была ещё и в том, что на работу ей сегодня нужно было только к десяти... И, даже с учётом того, что добираться до неё ей предстояло с другого конца города, всё равно уже сейчас было очевидно, что она приедет на час раньше... И этот час ей ещё предстояло как-то пережить...
  Стася попыталась мысленно прикинуть разные варианты своих возможных действий, но ни один из них не отвечал требованиям... Если она отправится на работу прямо сейчас, то приедет, примерно, к девяти; ключа от центрального ломбарда у неё, естественно, не было, так что ей предстояло где-то гулять целый час... С другой стороны, заехать домой и хотя бы переодеться она уже никак не успевала, потому что это, опять же, нужно было ехать совсем в другой конец города... Олега, которому она всё-таки попыталась объяснить свои глупые проблемы, они не интересовали даже в принципе... Он даже и не пытался делать вид, что хотя бы слушает её... И его ни на мгновение не заинтересовал тот факт, что Стася оказалась в довольно затруднительном положении. По его вине, кстати... 
  Если бы она вчера, по глупости, не осталась с ним, она сегодня не оказалась бы в такой глубокой заднице... Но Олег её просто вообще принципиально не слышал. Да, похоже, и не видел тоже. А потому все её проблемы, по обыкновению, были только её проблемами!..
  В то утро всё с самого начала складывалось просто ужасно. Олег демонстративно вёл себя со Стасей так, словно они с ним были ну разве что едва знакомы. Между ними не было сейчас даже той невольной чисто дружеской близости, которая непроизвольно сама собой устанавливается между людьми, долгое время работающими вместе, - да ещё практически в замкнутом помещении, - какая существовала между ними в самом начале их знакомства. Но сейчас отсутствовало даже это.
  Напротив, Олег всем своим видом весьма недвусмысленно показывал оказавшейся рядом с ним по дурости и наивности девушке, что она здесь - человек совершенно случайный, лишний и ненужный, а потому просто по умолчанию не имеет никакого права голоса. Единственная эмоция, которую Стася видела в его глазах, когда они обращались в её сторону, было неимоверное удивление!..
  Он словно вообще никак не мог взять в толк, а какого чёрта она здесь делает?..
  Ну, ладно... Стася в очередной раз попыталась списать всё это на стресс и шок. И снова рискнула потешить себя надеждой на то, что потом, когда он придёт в себя, он поймёт, что происходит, и будет вести себя адекватно...
  Наивная!.. Ведь ей при этом даже и в голову не пришло, что всё это - просто цветочки... А ягодки будут ожидать её как раз потом, когда он полностью придёт в себя и избавится от последствий стресса и шока...
  Они вышли на улицу и сели в машину. Дорога, кстати, была проложена таким причудливым образом, что напрямую сразу же свернуть к дому родителей Олега было невозможно, хоть он и находился практически в зоне видимости. Но, чтобы подъехать к нему на машине, необходимо было сделать довольно большой круг и при этом проехать мимо остановки, где Стася преспокойно могла бы выйти и сесть на маршрутку.
  Разумеется, Стася сразу же попросила Олега высадить её именно там. Но он почему-то предпочёл полностью проигнорировать её слова и проехал мимо остановки, повернув в сторону нужного дома. Стася пожала плечами и не стала настаивать, хоть и не совсем понимала сложившуюся ситуацию. Очевидно, у Олега были какие-то свои планы на этот счёт... У Стаси даже промелькнула совершенно наивная надежда, что, может быть, Олег всё-таки услышал, что на работу ей пока ещё ехать рано, а потому захотел, чтобы она ещё немного побыла с ним...
  Так получилось, что к дому его родителей они подъехали одновременно с Александром. Оба брата вышли из машин и стали разговаривать между собой. Стася посидела в салоне несколько минут, по привычке уже совершенно не понимая, что ей делать, а потом открыла дверцу и тоже выбралась наружу. 
  Александр не сказал ей ни слова; он даже поздороваться с ней не посчитал нужным. Он лишь бросил на неё полный отвращения и презрения взгляд, в котором явно читалось: "А эта шалава какого чёрта здесь делает?!" - и, отвернувшись, продолжил свою беседу с братом.
  Его мысли прозвучали в Стасиной голове настолько ясно, что ей даже стало не по себе. Она снова почувствовала себя девушкой слишком лёгкого поведения, привязывающейся к порядочным мужчинам. И ещё ей почему-то стало безумно стыдно. Стыдно из-за того, что, увидев её утром сидящей в машине Олега, его старший брат, разумеется, пришёл к единственному возможному в такой ситуации выводу, что эту ночь они, естественно, провели вместе.
  Интересно, Олег специально создал такую ситуацию, - или же это вышло у него непреднамеренно?.. Вроде бы, видя его полную потустороннюю отстранённость от реального мира, заподозрить его в злонамерениях и подобных далеко идущих коварных планах было затруднительно... Но, как бы то ни было, а, благодаря ему, Стася в очередной раз почувствовала себя не взрослой тридцатилетней женщиной, способной самостоятельно решать, где и с кем ей проводить время, а глупой навязчивой малолеткой, вцепившейся мёртвой хваткой в мужика, который, бедолага, и не знает теперь, как от неё избавиться...
  Было бы даже не так обидно, если бы всё это действительно было правдой... Но правдой это не было. Они с Олегом не были ни любовниками, ни возлюбленными, ни даже парой... Они просто по-прежнему были коллегами по работе, - а она всего лишь из жалости и сочувствия не смогла бросить его вчера вечером одного...
  Поскольку сам Олег при появлении Стаси даже глазом не моргнул, продолжая разговаривать со старшим братом, она попыталась сделать хорошую мину при плохой игре и просто сказала:
  - Ну, я тогда пошла?..
  В глубине души она всерьёз ожидала, что Олег попросит её сейчас если уж не остаться, то хотя бы подождать... Но этого не произошло.
  - Ага, иди, - едва удосужился обронить Олег, даже глаза не скосив в её сторону, - не говоря уж о том, чтобы хотя бы кивнуть на прощание.
  Стася гордо расправила плечи и, стараясь ступать, по возможности, уверенно и твёрдо, бодро потопала к остановке, безумно злясь про себя на Олега за то, что он в очередной раз поставил её в неудобное и даже унизительное положение перед своим мерзким драгоценным братцем. И зачем, самое главное?.. Какой во всём этом был глубинный смысл, недоступный Стасиному воображению?.. Ведь, если бы Олег просто сразу же высадил бы её на дороге, а не повёз зачем-то к дому своих родителей, всех этих неприятных переживаний вполне можно было бы избежать...
  Но Олег, как всегда, сделал по-своему, ни на мгновение не задумываясь о чувствах самой Стаси. И она, как это уже ни смешно, опять осталась в дураках.
  Нет, Стася многое способна была понять. И найти оправдание каким-то совершенно немыслимым поступкам, и даже додумать что-то за другого человека... Но даже её пониманию всё-таки существовали определённые пределы. И то, что делал Олег, давно уже выходило за эти границы.
  И, в данном конкретном случае, ей показалось, что Олег просто хотел наглядно продемонстрировать своим родственникам, что он давно уже не страдает от предательства Ирины и даже пользуется большим успехом у местных дурочек... Вот они, на всё готовы ради него!..
  И осознавать это было по-настоящему мерзко...
  Вдобавок ко всем Стасиным несчастьям в то утро, ей едва удалось влезть в переполненную маршрутку... Ехать предстояло практически через весь город, - а она едва держалась на ногах от усталости... При этом заскочить домой и хотя бы переодеться она реально уже никак не успевала, а идти на работу, разумеется, было ещё рано. К тому же, Стася вообще не представляла, как сможет выдержать эту смену, - да ещё и после бессонной ночи...
  Самое главное, что работать Стасе в тот день предстояло не в ломбарде, а сразу на двух магазинах. Это было одновременно и хорошо, и плохо. Хорошо, конечно, что не в ломбарде, - но дело в том, что их магазины она не знала вообще. Ей было неведомо даже то, как выставлять на витрины планшеты с украшениями, - а там этих планшетов было не десяток, как у неё на точке, а штук пятьдесят, как минимум. Если не больше...
  На помощь Арины, которая сама в тот день должна была работать в ломбарде, Стася даже и не рассчитывала, - тем более, после их вчерашнего не слишком приятного разговора!.. Так что, её ожидал ещё тот денёк!..
  Но, к счастью, всё прошло гораздо проще, чем Стася предполагала. Арина сама, по собственной инициативе, помогла ей выставить планшеты и объяснила, как выписывать чеки. Сама Стася с самого начала старалась вести себя спокойно, сдержанно и корректно, словно накануне между ними ровным счётом ничего и не произошло.
  При этом она видела, что Арина с любопытством поглядывает на её опухшую физиономию, но не решается задавать вопросы на эту тему. Поэтому Стася сама спокойно пояснила ей, что у неё дома возникли кое-какие проблемы, и она в эту ночь вообще не спала, - поэтому и выглядит так жутко.
  Только после этого, очевидно, воспользовавшись случаем, Арина решила завести разговор на интересующую её тему.
  - Ты ещё не передумала насчёт увольнения? - осторожно поинтересовалась она.
  - А с чего мне вдруг передумывать? - пожала плечами в ответ Стася. - Вы мне просто не оставили выбора! Я прекрасно понимаю, что ваша Надежда желает работать только на моей точке! Ну, и флаг ей в руки!..
  Арина тут же начала объяснять Стасе, что вчера вечером, после разговора с ней, она звонила директору, объяснила ему ситуацию, и он просил передать ей, что Надежду ни при каких условиях не оставят на её точке дольше, чем ещё на две недели. Мол, директор уже тоже устал от её выкрутас, и, либо Надежда использует эти две недели, как последний шанс, и научится-таки работать нормально, либо её попросту уволят, потому что так продолжаться больше не может! Так что, мол, Стася может не сомневаться в том, что, по истечению этого срока, она вернётся на своё законное место!
  В общем, всё сводилось к тому, что, якобы, начальство очень просило Арину убедить Стасю не увольняться, а потерпеть ещё немного, пока всё не стабилизируется и не вернётся на круги своя...
  Следует заметить, что сегодня Арина говорила со Стасей уже совершенно иначе, чем накануне. Не было больше никакого приказного тона, - а лишь, якобы, личная просьба директора пойти им навстречу ещё на две недели. И Стася поняла, что её решение написать заявление было единственно верным. Если бы она вчера этого не сделала, она так и болталась бы, как дерьмо в проруби, ещё бог знает, сколько времени, пока её, наконец, не приткнули бы куда-нибудь. И при этом далеко не факт, что найденное ей новое место устроило бы Стасю по расположению или по графику работы...
  Но, поскольку Стася поставила вопрос ребром, заявив, что она будет увольняться, если её не вернут обратно на её точку, администрация ломбарда оперативно решила, что из двух зол следует всё-таки выбрать меньшее. И поручила Арине довести до неё информацию об этом. 
  Чуть позже в центральный ломбард заскочил один из коммерческих директоров. Он, разумеется, тоже уже всё знал о сложившейся не слишком благоприятной ситуации, а потому заехал сюда специально для того, чтобы поговорить со Стасей и лично заверить её в том, что через две недели она обязательно вернётся на свою точку.
  Ну, что ж... На таких условиях Стася, разумеется, согласилась остаться. Возможно, у неё сейчас и выбора-то особого не было... Она прекрасно отдавала себе отчёт в том, что быстро найти равноценную работу ей вряд ли удастся, - а значит, что ей оставалось?.. Идти обратно в магазин за кассу?.. Как-то подобная перспектива её тоже давно уже не прельщала...
  Так что Стася немного подумала и тоже решила выбрать из двух зол меньшее. И согласилась остаться.
  Вот так, по крайней мере, одной проблемой пока стало меньше...
  Весь этот день Стася провела, как на иголках. Несмотря на странное и не слишком приятное расставание с Олегом, Стася всё равно безумно переживала из-за него. Она прекрасно помнила, в каком полностью разобранном состоянии он был вчера, - да и сегодня утром тоже, - и по-прежнему не знала, как и чем ему помочь. Мария-Магдалина, само милосердие, блин... 
  Олег ей не звонил. А позвонить ему сама Стася просто не решалась.
  Вообще, признаться честно, это была совершенно дебильная ситуация, и Стасю она дико напрягала. Да, между ней и Олегом пока ещё, в принципе, ровным счётом ничего и не было. Но, тем не менее, совершенно чужими и посторонними людьми их тоже уже нельзя было назвать. Но Олег умудрился поставить себя так, что Стася просто не смела лишний раз к нему обратиться. И это было уже совершенно иррационально.
  Возможно, Стася и не могла сказать, что они с ним встречаются, - хотя, как вообще можно было назвать тогда их непонятные и странные отношения?.. Но Олег изначально сумел поставить себя так, что Стася даже не в силах была решиться взять телефон и набрать его номер, потому что могла быть уверена в том, что её звонок придётся совершенно некстати... Сложившаяся ситуация уже сейчас представлялась Стасе невероятной и лишённой всяческого смысла. Как она вообще планирует иметь дело с человеком, с которым нельзя даже поговорить без опасения, что он воспримет это в штыки?..
  Да, на какой-то миг, - пока Олег был в состоянии стресса, - они, типа, сблизились, и Стасе даже на мгновение показалось, что у них с ним что-то могло бы получиться. Но этот миг умчался безвозвратно, и теперь всё, похоже, снова вернулось на круги своя... И Стася больше ни в чём не могла быть уверена...
  Ближе к вечеру Стася всё-таки решилась и набрала номер Олега. Он, вкратце, холодно перечислил ей этапы подготовки к похоронам. Совершенно ничего личного, - просто, скупо подбирая слова, он в трех фразах сумел рассказать ей, чем именно занимался в этот день. Это было не совсем то, на что Стася рассчитывала. Но, похоже, это было единственное, что Олег готов был ей дать, и больше надеяться ей было не на что...
  Признаться честно, после этого разговора у Стаси осталось ещё более гнетущее и тягостное чувство, чем было до него...
  При этом Стася поняла, что вечер Олег собирается провести дома. Как это ни странно, - ведь он был такой занятой человек, которого друзья-приятели обычно буквально рвали на части, - но в тот день он ни к кому из них идти не собирался... Стася могла бы приехать... Она была достаточно безумной для этого... Да что греха таить, - она готова была кинуться к нему по первому же зову!.. Но вот только у него самого даже и в мыслях не было звать её...
  Стася была бы на вершине счастья, если бы он только намекнул на то, что хочет её видеть... Но только вот самому Олегу, похоже, подобная глупость даже и в голову-то не приходила. А навязываться Стася просто не решилась... На это у неё сегодня больше не было сил, - ни физических, ни моральных...
  Примерно так же прошёл и следующий день. С одним лишь небольшим отличием: на этот раз Олег всё-таки соизволил позвонить Стасе сам. Но диалог, который произошёл между ними, был таким же скупым и бесцветным, как и накануне. Тем не менее, у жалостливой Стаси сразу же сложилось впечатление, что Олегу сейчас очень плохо, и ему требуется поддержка близкого человека. Это было весьма наивно с её стороны. Но, тем не менее, подобная светлая мысль всё-таки дала ей силы осмелиться предложить:
  - Хочешь, я сейчас приеду?
  - Ну, приезжай, если хочешь, - последовал, разумеется, совершенно равнодушный ответ.
  Но великодушная - и донельзя наивная - Стася тогда уже старалась не зацикливаться на подобных несущественных мелочах. Ей просто померещилось, что она нужна сейчас этому человеку, что она сможет хоть как-то помочь ему, облегчить его боль... И потому после работы она помчалась к нему, забыв обо всём...
  Эту ночь они опять просидели на кухне, косясь одним глазом в телевизор, включенный для фона, а другим - на бутылку водки, опустошаемую с завидной быстротой. О закуске Олег не вспоминал, поскольку её весьма предсказуемо в его доме попросту не было... Стасе ещё повезло, что она, в принципе, была совершенно равнодушна к чревоугодию, иначе, с таким заботливым кавалером, она давно уже померла бы с голоду... А ведь поесть после целого рабочего дня, явно, не помешало бы...
  Но Олег никогда не заморачивался подобной ерундой. Позаботиться о своей гостье хоть немного ему даже и в голову не приходило. Он честно поставил перед ней бутылку водки, - то есть, поделился с ней самый дорогим, что у него было. А всё остальное его не интересовало.
  Вероятно, Стасе самой следовало подумать об этом заранее, прежде, чем мчаться к нему, за тридевять земель, сломя голову...
  Во всей этой ситуации был только один плюс, - хотя и весьма сомнительный: под воздействием алкоголя у Олега развязывался язык, и он начинал что-то рассказывать. Правда, разговор опять затрагивал практически только две темы: смерть его отца и предательство бывшей жены. А Стася просто сидела рядом и терпеливо слушала... слушала... слушала...
  Временами она ловила себя на мысли о том, что ей уже попросту хочется завопить от всего этого... Да, она очень сочувствовала Олегу в связи со смертью его отца, - и понимала, и соболезновала, и сопереживала... Но, в конце концов, человек очень долго болел; к тому же, он сильно страдал от боли в последние месяцы, и никакие лекарства ему уже не помогали... Даже сам Олег вынужден был признать, что смерть должна была стать для него облегчением... Отмучился, наконец-то... Ну, так сколько же можно было снова и снова перебирать из пустого в порожнее, словно с каким-то мазохистским удовольствием растревоживая ещё больше не затянувшуюся рану?..
  Но вот что касается его бывшей жены, то эта тема с каждым днём становилась для Стаси всё более отвратительной и раздражающей... Нет, она не ревновала. Ей было просто противно снова и снова обсуждать на протяжении многих часов эту женщину и то, что она сделала... Но Олег просто словно зациклился на ней и на печальных событиях многолетней давности. И это было выше Стасиного понимания и её способности к сопереживанию.
  Вся эта ситуация Стасю раздражала и бесила. И, если поначалу она ещё подумывала о том, что, рано или поздно, их странные отношения получат какое-то логическое продолжение, то теперь она очень сильно сомневалась в этом. Олег вызывал у неё очень противоречивые и непонятные чувства. С одной стороны, её притягивало к нему, как магнитом... А с другой стороны, он, да ещё в своём нынешнем состоянии, вообще не вызывал у неё каких-либо эротических мыслей и желаний. И было вполне очевидно, что ещё меньше подобных фантазий вызывала у него она сама...
  Разумеется, Стася подумывала о том, дойдут ли они когда-нибудь в своих отношениях до логического конца?.. Они оба давно уже были взрослыми и совершеннолетними; между ними существовало какое-то притяжение и, вполне возможно, какие-то чувства, - но этим всё, похоже, и ограничивалось. Олег сам по себе был просто совершенно асексуальный. Несмотря ни на что, Стася пока даже чисто теоретически не могла представить его в качестве своего любовника. Хотя, наверное, гипотетически подобное развитие сюжета было бы более естественным, чем распивание водки на кухне...
  Но Стася просто по натуре была девушкой очень ласковой и нуждалась в простом человеческом тепле. Поэтому, время от времени, она не могла удержаться, чтобы не начать тормошить Олега. Она пыталась сесть около него или даже к нему на колени, обнять его, погладить, поцеловать... Но он воспринимал все эти её практически невинные полуподростковые ласки с таким каменным и непроницаемым выражением лица, что у неё тут же пропадало всякое желание подходить к нему ближе, чем на два метра. И она, вздохнув в душе и пожав плечами, снова пересаживалась на соседнюю табуретку...
  В какой-то степени, возможно, это всё было даже и к лучшему, поскольку, как уже упоминалось, никаких особых сексуальных желаний Олег у Стаси почему-то не вызывал. В её голове по-прежнему крутилась мысль о том, что она вообще делает здесь, рядом с этим холодным чужим человеком?.. Кроме того, если судить по его необычайной сдержанности в отношениях с ней, вряд ли можно было предположить, что на самом деле Олег окажется особенно страстным и пылким любовником... Это тоже как-то вообще не вязалось со сложившимся в Стасином воображении образом... Скорее всего, если бы у них всё-таки каким-то чудом и дошло бы дело до постели, он просто милостиво позволил бы Стасе показать, на что она способна ради любви к нему, а сам при этом палец о палец не ударил бы ради того, чтобы хоть что-то для неё сделать... Хотя, возможно, думая так, Стася очень сильно ошибалась... По крайней мере, в душе она всё ещё очень надеялась на то, что действительно ошибается во всём, что касается Олега... И изо всех сил старалась верить, что под этой непроницаемой маской кипит вулкан страстей...
  Ведь она же видела его отблески тогда, в машине, когда он просто терял голову рядом с ней... А потому и не могла никак поверить в то, что это больше никогда не повторится...
  На самом деле во всей этой ситуации было удивительно только одно. То, что в своём уже довольно, надо заметить, зрелом возрасте Стася совершенно не разбиралась в мужчинах и всё ещё сохраняла эту свою детскую наивность!..
  Но, так или иначе, а под утро они всё-таки оказались в спальне. Как и в прошлый раз, они просто скромно легли в одну кровать, и Олег тут же захрапел... Он не обратил ни малейшего внимания ни на тщетные попытки Стаси хоть немного приблизиться к нему, ни на новый комплект кружевного белья, который она предусмотрительно на всякий случай на себя нацепила... Но Олег даже и не посмотрел в её сторону. Он просто быстро забрался под одеяло, отвернулся к стене и заснул...
  Стася опять некоторое время лежала на выделенной ей половине кровати, чувствуя себя полной дурой. А потом выскользнула из-под одеяла и отправилась на кухню курить. Похоже, это уже стало для неё привычкой...
  До роковой встречи с Олегом она не сильно увлекалась этим делом. Скорее, просто баловалась иногда за компанию... Пачки сигарет ей хватало на неделю, - а то и больше... А сейчас Стася поймала себя на том, что она улетает у неё за день... И не сказать, что это сильно её обрадовало...
  К счастью, очередная бессонная ночь Стасю на этот раз не особенно беспокоила, потому что на следующий день у неё был выходной. А у Олега как раз в этот день должны были состояться похороны. Накануне он даже мимолетно обмолвился, не хочет ли Стася поехать с ним?.. Но сам как-то очень быстро замял эту тему и больше к ней не возвращался. А Стася, опять же, не посчитала возможным навязываться.
  Если бы он реально попросил её об этом, она бы не отказалась. Конечно, нельзя было сказать, что она горела таким уж сильным желанием присутствовать на похоронах. Но, если бы он только намекнул на то, что она ему нужна, она пошла бы за ним на край света...
  Даже потом, по прошествии многих лет, Стася так и не смогла дать точного определения тому странному чувству, которое связывало её с Олегом. В нём реально не было ни малейшего сексуального влечения с её стороны, - да и с его стороны, похоже, тоже, как ни унизительно для Стаси было осознавать это и тогда, и после того, как всё закончилось... Но, тем не менее, между ними, - по крайней мере, со Стасиной стороны, - существовала какая-то очень странная, сильная и, можно даже сказать, нездоровая и болезненная эмоциональная привязанность. Отношения с этим человеком никогда не доставляли Стасе ни малейшей радости... По крайней мере, пока. Кроме того, они очень больно били по её самооценке. Но она что-то такое чувствовала в нём... На чисто подсознательном уровне... Что-то такое, чему Стася не могла найти ни названия, ни объяснения... Но это "что-то" привязывало её к этому человеку настолько сильно, что она никак не могла освободиться от этой ненормальной зависимости...
  Стася не любила Олега. Она прекрасно понимала это даже тогда. Но, тем не менее, если бы он только позвал её, она действительно пошла бы за ним хоть на край света... Если бы он только её позвал...
  К счастью, ей так и не суждено было этого дождаться.
  Утром он преспокойно попрощался с ней, словно никаких других вариантов даже и не существовало, и Стася поехала домой. А сам Олег пошёл к матери, поскольку они с родственниками договорились встретиться именно там перед похоронами...
  Вечером он Стасе позвонил. Сам, на этот раз. И по его голосу Стася поняла, что он просто в жутком состоянии. Она реально испугалась за него и сказала, что могла бы приехать. Он милостиво позволил ей это сделать.
  В тот вечер снова произошло кое-что необычное, не вписывающееся в уже имеющиеся стандарты и не поддающееся объяснению.
  Приехав к Олегу домой, Стася прямо с порога угодила в его объятия. Да так и провела в них... часа два, если не больше... Они стояли с ним прямо в маленьком коридоре, не делая ни шагу ни в сторону кухни, ни в сторону комнаты. Олег, опять словно в полузабытье, буквально стискивал Стасю в медвежьих объятиях, - крепко, до боли, - и говорил о том, что она нужна ему, что он не может жить без неё...
  Время от времени он начинал её целовать, - жадно, страстно, взахлёб, словно вообще забывая обо всём на свете, как в последний раз... И это, кстати, действительно было в последний раз, когда он так себя вёл... Но тогда Стася ещё не знала об этом. Она просто таяла в его объятиях и не сомневалась, что их сегодня ждёт сказочная ночь...
  Но Стасиным ожиданиям, - как это ни смешно, но при этом уже весьма предсказуемо, - в очередной раз не суждено было сбыться. Через пару часов Олег вдруг словно опять пришёл в себя и поспешно отстранился от неё. Его как будто выключили... После этого они привычно переместились на кухню, а из холодильника была извлечена очередная бутылка водки...
  Ещё через некоторое время они вновь поменяли место дислокации и оказались в комнате. И Стася, всё ещё помня о том, как он её встретил, невольно потянулась к нему в тщетной попытке, совершенно прогнозируемо не принесшей никаких результатов...
  - Знаешь, мне сегодня совсем не до этого, - с уже привычным для Стаси и естественным для него самого ледяным равнодушием пробормотал Олег, прежде чем повернуться к стене и захрапеть...
  А Стася, по протоптанной уже тропинке, отправилась на кухню и дрожащими руками схватилась за сигарету...
  Вот именно тогда, в ту ночь, Стася вдруг со всей очевидностью осознала, что ей следует немедленно, прямо сейчас, вызвать такси и уехать домой... Уехать - и забыть всю эту дикую и нелепую ситуацию, как страшный сон... Из всего этого никогда не выйдет ничего хорошего... И с каждым днём всё будет только ещё хуже. Это было уже очевидно...
  И Стася уже даже взяла в руки телефон, чтобы вызвать машину... Но почему-то так и не сделала этого...
  Стася никогда раньше не сомневалась в себе и в своей привлекательности. У неё даже и оснований-то таких не было. До роковой встречи с Олегом она совершенно искренне была уверена в том, что сможет соблазнить любого, - стоит только ей этого захотеть!.. Стасины бывшие... ну, скажем так, поклонники объявлялись, порой, спустя многие годы и уверяли, что не в силах её забыть, потому что таких, как она, просто больше нет... И раньше это даже было проблемой.
  Сейчас же Стася, в буквальном смысле слова, - как это ни смешно!.. - оказалась в постели с человеком, который её вообще не хотел. Вот просто банально не хотел никаких отношений с ней!.. При этом импотентом он, увы, не был, - так что Стася не могла бы успокоить себя даже этим... Но, напротив, - когда он обнимал её и прижимал к себе, она прекрасно чувствовала у него вполне естественную реакцию... Более того, как это ни нелепо, - но она прекрасно видела у него эту самую реакцию, когда он, в одних трусах, забирался в постель. Так что чисто физиологически у него всё прекрасно функционировало, - и даже довольно очевидно, насколько Стася могла видеть со стороны. Так что здесь никаких проблем, явно, не наблюдалось.
  Но, тем не менее, Олег её не хотел. Ни в каком виде и ни при каких условиях.
  Он был нормальным, здоровым и даже ещё не слишком старым мужчиной. Который банально просто не хотел заниматься любовью именно с ней. И вот это, если честно, было настолько болезненно для её самолюбия, что просто сил не было терпеть...
  Разумеется, Стася искала причины происходящего в себе. Вероятно, она некрасивая, непривлекательная, неинтересная... Она уже просто не могла остановиться в этом своём внутреннем самокопании, всё ещё не в силах пока признать, что причина на самом деле вовсе не в ней, а в её потенциальном мужчине. Том самом, благодаря которому у неё уже зародился самый настоящий комплекс неполноценности на этой почве... Пора было остановиться... Давно уже пора было остановиться и положить конец этому цирку с клоунами!.. Нарочно или бессознательно, - это даже не имело уже значения на самом деле, - но этот человек унижал её и выбивал почву у неё из-под ног своим странным и неадекватным поведением. От этого абьюзера нужно было просто бежать, роняя тапки...
  Но Стася тогда и слова-то такого, как абьюзер, ещё не знала. А потому совершенно не понимала смысла происходящего...
  Опыт предыдущей жизни приучил Стасю к тому, что мужчины всегда смотрели на неё, как на объект удовлетворения собственных желаний. Предложения переспать всегда сыпались на неё со всех сторон, как из рога изобилия. Причём, именно переспать, - и больше ничего... Мол, мы с тобой сначала попробуем, а если нам понравится, то будем встречаться... Стасю это всю жизнь бесило просто до дрожи. Она ощущала себя при этом не нормальным полноценным человеком, а реально каким-то куском мяса, от которого все стремились оттяпать свою долю... Все жаждали только её тела, и никого при этом никогда не интересовало, что творится у неё в душе...
  Разве это недостаточный повод для того, чтобы возненавидеть всех мужчин, без исключения?.. Но только вот Стася их не возненавидела. Она по-прежнему верила в судьбу и надеялась на счастье...
  На протяжении многих лет Стася в шутку говорила своим подружкам, что в следующий раз выйдет замуж только за импотента... Она реально мечтала найти человека, которого, в первую очередь, заинтересовала бы она сама, - а не только её тело... И лишь теперь Стася поняла, что ничего хорошего в этом нет. Ровным счётом ничего хорошего...
  Правда, возможно, это было потому, что Олега она вообще не интересовала. Ни с какой стороны. Но он зачем-то продолжал развлекаться тем, что, время от времени, морочил ей голову, не давая сорваться с крючка...
  И, тем не менее, как говорится, бойтесь своих желаний, ибо они могут сбыться!..
  Теперь Стася это очень хорошо понимала...
 

Глава 8. Всё возвращается на круги своя...


 
  На следующий день ближе к вечеру Олег снова позвонил Стасе сам. Она на тот момент давно уже вернулась с работы домой. Голос Олега по телефону был совершенно потерянный, грустный, тоскливый, срывающийся... Он говорил, что сидит сейчас дома, но ему, типа, совсем невмоготу находиться здесь в одиночестве... Идти к друзьям он тоже не хочет, потому что не желает никого из них сейчас видеть... Но ему так плохо, так грустно... Наверное, он сейчас просто пойдёт на улицу, погуляет где-нибудь, потому что сидеть здесь в четырёх стенах уже свыше его сил...
  У Стаси, признаться честно, тоже уже больше не было сил, бросив всё, мчаться к нему на помощь и проводить очередную бессонную ночь у него на кухне за бутылкой водки... Но, повинуясь какому-то внезапному порыву, она предложила:
  - А приезжай к нам!..
  Уже очень давно, - с тех пор, как её сын перестал быть младенцем, - Стася никогда даже и не задумывалась о том, чтобы приглашать своих поклонников к себе домой. Для неё это всегда было табу, потому что она стремилась создать для Димки нормальные условия жизни и даже мысли не допускала о том, чтобы превратить собственный дом в бордель. А кроме того, Стася никогда не была идеальной хозяйкой и просто стеснялась показать своим знакомым, в каких не слишком стерильных условиях она живёт...
  К тому же, нельзя было упускать из виду ещё один момент. Даже если бы Стася, наконец, собралась с силами и до блеска выдраила бы всю свою квартиру, это не слишком спасло бы ситуацию, поскольку она давно уже требовала капитального ремонта. Обои отваливались от стен, мебель была слишком старая, а сантехника давно уже попросту потрескалась и потихоньку приходила в полную негодность, так что принимать здесь дорогих гостей было уже попросту стыдно и неудобно...
  И Олега Стася до той минуты тоже не собиралась никогда к себе приглашать. Тем более, что у него имелась в наличие своя собственная квартира, которую можно было посчитать куда более приемлемым местом для возможных встреч, чем Стасину. И это её устраивало целиком и полностью.
  Но в тот день это был просто какой-то необъяснимый порыв, не подчиняющийся законам разума. По голосу Олега Стася поняла, что ему действительно очень плохо, и, не удержавшись, пригласила его к себе, - просто для того, чтобы спасти его в тот вечер от одиночества, потому что она давно уже осознавала, что быть один он просто совершенно не может чисто физически.
  Стася даже внутренне уже приготовилась уговаривать его, потому что у неё самой, - ну, вот хоть убей!.. - уже просто не было сил опять мчаться к нему сейчас, на ночь глядя, через весь город... Но Олег, как это было ни странно, почти сразу же согласился, и Стасе даже не пришлось его особенно уговаривать.
  Видать, в тот вечер ему действительно было хреново... И он действительно не мог оставаться один...
  За то время, пока они его ждали, Стася с Димкой даже умудрились привести в более или менее божеский вид всю их квартиру, чтобы их гость не рухнул в обморок от ужаса прямо в коридоре. Довольный результатом их совместных трудов, Димка даже сказал:
  - Надо нам почаще гостей к себе приглашать! И тогда квартира всегда будет в порядке!
  Олег приехал на такси примерно через час, но тут же, не раздеваясь, потащил Стасю в магазин. Очевидно, он не хотел ощущать себя нахлебником, хотя Стася ещё по телефону пообещала накормить его ужином. Но Олег в тот день сделал вид, что он обладает твёрдыми принципами, - которые, правда, потом, на поверку, оказались лишь пылью, пущенной в глаза...
  Из магазина они тогда вернулись с полными сумками. Довольный Димка тут же убежал в комнату с парой тарелок бутербродов. А Стася с Олегом остались на кухне. И всё, в принципе, пошло по прежнему сценарию...
  Про себя Стася с тревогой отметила, что за последние несколько дней Олег очень сильно похудел. Да это было, в принципе, и неудивительно, ведь он практически вообще ничего не ел, - только пил водку вёдрами, даже не закусывая. И сегодняшний день, несмотря на полные сумки продуктов, был не исключением. Олег, явно, был намерен сейчас продолжать в том же духе. И Стасю всё это, признаться честно, уже начинало серьёзно беспокоить...
  Нет, нельзя было не отметить, что Олег прекрасно держал себя в руках, - даже пьяный. Но Стася же видела своими собственными глазами, сколько он пил в эти дни, и это, разумеется, не могло оставить её равнодушной. Потому что это было ненормально.
  Да, Стася и раньше подозревала, что у Олега проблемы с алкоголем, - да и его старший брат говорил об этом же, - но до той поры она не понимала, насколько это серьёзно. А теперь она лишь окончательно уверилась в этом, потому что прекрасно видела, что он уже попросту не может остановиться. И Стася, наблюдая за всем этим, теперь уже даже всерьёз сомневалась, сможет ли Олег вообще выйти из этого состояния, - из запоя, если уж называть вещи своими именами, - и снова начать жить нормальной жизнью. Она вовсе не была теперь в этом так уверена...
  А кроме того, в тот день Стасю серьёзно напугали его руки. Они очень сильно распухли, - особенно, пальцы, которые стали по размерам и внешнему виду напоминать очень толстые негнущиеся сардельки, а перенатянутая кожа на них выглядела так, словно она вот-вот лопнет от напряжения... Но, когда Стася с ужасом указала ему на это, Олег только пожал плечами и спокойно объяснил, что у него такое часто бывает, когда он пьёт слишком много и долго. Очевидно, его организм, - печень или почки, - перестаёт справляться с таким количеством алкоголя, и руки начинают так вот опухать...
  При этом Олег даже сам отметил, что ему пора уже выходить из этого состояния, потому что это уже становится просто опасно для него. Но выходить из него он, тем не менее, в ближайшее время, похоже, точно не собирался. Или же попросту уже не мог... Но как-нибудь потом, попозже, обязательно...
  Необычайно интересным был ещё один момент. Оказавшись у Стаси дома, Олег вдруг стал таким, каким он был в самом начале их знакомства, когда он только устроился в ломбард. Тогда Стасю реально поражала какая-то непередаваемая словами доброта этого человека... За прошедшие недели и месяцы она давно уже успела забыть об этом... Ни разу, - с момента начала их так называемых отношений, - Олег больше не посмотрел на неё с той поразительной теплотой в глазах, не улыбнулся ей своей чуть смущённой, но от этого не менее искренней и лучезарной улыбкой, не покраснел... Блин, а ведь она реально к тому времени давно уже забыла, как он раньше забавно краснел...
  Именно эта его неподражаемая доброта когда-то и произвела на Стасю такое неизгладимое впечатление... Именно эта его светлая улыбка, от которой на душе сразу становилось легко и хорошо... А ведь она не видела всего этого уже так давно, что успела совершенно забыть о том, каким он был тогда... Сейчас, последние недели, она имела дело с совершенно другим человеком. И, глядя правде в глаза, - Стася только сейчас осознала, что тот, другой, ей вообще не нравился... Но она всё ещё тянулась к нему, потому что, где-то в глубине души, просто никак ещё не могла осознать, что он изменился, и настолько сильно...
  Но, говорят, люди не меняются. Возможно, в этом человеке спокойно уживались вместе и эта доброта, которая когда-то произвела на Стасю такое неизгладимое впечатление, и эта жестокость, которая отталкивала её теперь. И в этот вечер, наблюдая за Олегом, вспоминая всё, что было спрятано где-то в закутках памяти, Стася необычайно чётко поняла одну вещь.
  Ей нравился, - и очень сильно нравился, - совсем не тот человек, с которым она имела дело сейчас, а тот, кем он был ещё несколько месяцев назад. И именно в память о том, прежнем, - и, очевидно, в подспудной надежде на его возвращение, - она и продолжала общаться с Олегом до сих пор. Хотя этот, сегодняшний, Олег не просто не нравился ей, - он был ей глубоко отвратителен...
  Но в тот вечер, - на тот вечер, - Олег вдруг стал прежним. И, несмотря на всё то, что он пережил за последние дни, вокруг него вдруг снова возникла та же самая непередаваемая словами аура доброты, тепла и спокойствия, от которой на душе стало легко и светло, и все проблемы словно растаяли...
  И это почувствовала не только сама Стася. Это ощутил и её сын. И даже их кошка, - что вообще было самое удивительное.
  С Димкой Олег моментально нашёл общий язык, хотя они всего лишь перебросились несколькими фразами. Но сразу же после этого Стасин сын, который, в общем-то, всегда напрягался при появлении на горизонте потенциальных поклонников матери, улучив момент, шепнул ей, что Олег классный, и что он ему очень понравился.
  Это было настолько странно, что Стася чуть было рот не открыла от изумления. Димка у неё рос парнишкой весьма своеобразным и, признаться, не слишком общительным. Большинство людей он вообще просто-напросто встречал в штыки и не то, что не прилагал никаких усилий, чтобы им понравиться, а, напротив, изо всех сил осознанно пытался произвести на них неблагоприятное впечатление.
  Беда была в том, что Димка очень хорошо чувствовал ложь и лицемерие в других людях. И провести его было невозможно. Ни льстивыми улыбками, ни ласковыми словами.
  Но с Олегом у него всё изначально получилось как-то совершенно по-другому. Словно что-то почувствовав, - возможно, как раз искренность Олега и его доброту, - Стасин строптивый и порой не слишком приятный в общении ребёнок вдруг стал шёлковым, спрятал свои колючки и действительно искренне старался понравиться пришедшему к ним мужчине.
  Но ещё более удивительным было то, повела себя их кошка. Димка нашёл её в своё время на улице. И, несмотря на то, что она была тогда ещё совсем крохотным котёнком, уличные гены бог знает в каком поколении оказались на редкость стойкими, и она так и осталась слегка диковатой.
  И Стася, и Димка обожали своё независимое сокровище, потому что киска у них действительно была просто замечательная, преданная, - похлеще любой собаки, - очень чистоплотная, не мстительная и на редкость разумная. Она была для них полноценным членом их маленькой семьи. Но, очевидно, во многом благодаря диким предкам, она выросла на редкость независимой и совершенно неласковой. Своих людей она любила и всегда старалась находиться вместе с ними; стоило только кому-нибудь из них сесть на диван, как она тут же ложилась рядом. Но никогда не забиралась ни к кому из них на руки и не особенно позволяла себя гладить. Напротив, - стоило только протянуть к ней руку, - и она могла тут же попросту встать и гордо уйти.
  Чужих она вообще всегда безумно боялась и моментально пряталась, не вылезая из укрытия до тех пор, пока чужак, наконец, не уходил. Её невозможно было при этом выманить никакими уговорами, никакими вкусняшками. Но вот Олега она почему-то вообще не испугалась и даже прятаться не стала. Более того, - стоило ему только присесть на диван, как она тут же подбежала к нему и стала просить с ней поиграть. А когда, чуть попозже, он лёг, она аккуратно забралась к нему на грудь и заснула...
  Олег не возражал, глядя на неё с прежней мягкой улыбкой...
  А Стася с Димкой наблюдали за этим, просто открыв рты от изумления. Кошечка жила у них уже больше года, но она никогда ещё сама, по собственной воле, не приходила к ним и уж, тем более, никогда не забиралась ни к кому из них на грудь. Высшим проявлением её любви и преданности человеку всегда было то, что она укладывалась спать у них в ногах... Но при этом все попытки приручить её, затащить под одеяло или улечься с ней в обнимку изначально были обречены на неудачу. При этом она никогда не сопротивлялась, не царапалась, - она просто очень аккуратно, улучив момент, высвобождалась из чересчур любвеобильных, на её взгляд, рук и уходила на своё законное место в ногах.
  Поэтому, в глазах Стаси и Димки, кошка, безмятежно спящая на груди у Олега, доверчиво обхватив его лапками, была просто чем-то, из ряда вон выходящим...
  На следующее утро Стася вместе с Олегом поехали на работу. Вот только в разные места, разумеется... В маршрутке им пришлось стоять. Несмотря на то, что Стасина остановка была конечной, народу на ней всегда было очень много, - поскольку это вообще был единственный автобус, доезжавший в её весьма отдалённый район. Занять места было практически нереально, потому что стоящие в толпе люди, в буквальном смысле слова, сражались друг с другом за возможность уехать отсюда.
  Реально сражались. До ругани и до драк. Стася нигде в городе больше не видела таких озверевших толп, - только на своей остановке...
  Олег, судя по его ошарашенному лицу, был просто в шоке от всего этого. К такому его жизнь, похоже, не готовила...
  К сожалению, вёл он себя всю дорогу просто безобразно, - с точки зрения нормального дееспособного человека. Он, не переставая, ныл и жаловался; то ему было слишком жарко, то вдруг становилось очень холодно, то душно, то сквозняк... Да и вообще, - он не привык ездить в общественном транспорте, - и как же это неудобно, отвратительно, долго, некомфортно... И так далее, в том же духе...
  Как это ни странно, но, слушая его глупые жалобы, Стася испытывала не раздражение, что было бы, вроде бы, вполне естественно, особенно, с её взрывным вспыльчивым характером, а какое-то непонятное умиление, сжимающее сердце. Это его нудное ворчание, которое, наверное, в любой другой момент выбесило бы Стасю просто до истерики, сегодня лишь веселило её, словно доказывая, что даже самые лучшие мужчины не лишены определённых, - и далеко не безобидных, следует отметить, - недостатков, и могут временами ныть, как неразумные капризные дети...
  В то утро Стася чувствовала себя безгранично счастливой рядом с этим мужчиной. Он был дорог ей просто до боли. И она тогда искренне верила в то, что у них с ним всё будет просто замечательно. Потому, что она очень сильно хотела этого. И потому, что этот человек был ей очень сильно нужен.
  Стасю даже саму уже немного пугало осознание того, насколько сильно он был ей нужен!..
  И она была счастлива...
  Это был последний день, когда она была счастлива. Но тогда Стася ещё об этом даже и не подозревала.
  Они провели вместе много времени. Обсудили разные темы. Даже попытались построить кое-какие планы на будущее. Стасе казалось, что они сумели-таки понять друг друга, и теперь дальнейшее развитие их отношений - просто вопрос времени.
  И ей даже и в голову не могло прийти, что для Олега всё это ровным счётом ничего не значило.
  Последовавшая за этим неделя стала для Стаси просто одним сплошным кошмаром. Олег или не звонил вообще... Или звонил, но разговор происходил в стиле: "Привет, у меня всё в порядке, пока!.." И занимал, от силы, десять секунд. При этом его совершенно не интересовало, всё ли в порядке у самой Стаси. Он ни о чём не спрашивал и даже не делал попыток хоть немного - для вида - поговорить по-человечески. Он ни разу не предложил ей встретиться. Он просто словно отмечался... Иногда... Когда вспоминал... И это произошло за всю неделю всего пару - тройку раз...
  В общем, Стасе следовало с прискорбием признать, что всё окончательно вернулось на круги своя и стало так же, как было до смерти его отца... Олег, очевидно, пришёл в себя и попросту отодвинул Стасю в сторону, чтобы не мешалась и не путалась под ногами у серьёзного занятого человека. Как будто и не было той всё-таки почти установившейся между ними душевной близости, тех многочасовых разговоров, тех признаний... Олег снова стал чужим, далёким, недоступным и неприступным...
  А Стася... Стася была просто в шоке. Она даже и не думала, что такое возможно, - после всех переживаний, которые они вынесли вместе, после всех его откровений и признаний... Она вообще ничего больше не понимала. И она снова не знала, как ей себя вести...
  Первые дни Стася просто терпеливо ждала. Она не в силах была поверить, что всё может закончиться вот так, на такой ноте... В конце концов, - утешала она себя воспоминаниями, - разве в прошлый раз не он сам решил сделать первый шаг, осознав, наконец, что она ему нужна?.. Он сам тогда приехал к ней, потому что захотел её увидеть... И Стася ждала, когда же это случится снова... Ну, просто вот не в силах она была поверить в то, что он так легко и походя забудет об этих нескольких днях, практически проведенных вместе, и больше попросту не захочет даже видеться с ней... Стася не могла осознать, что такое возможно...
  В свои тридцать четыре года Стася просто не в силах была поверить в подобную подлость. Не со стороны Олега... Он не мог с ней так поступить... Такого просто быть не может... Он просто действительно занят... Решает какие-то вопросы, которые накопились за те дни, пока он был не в состоянии ими заняться... А потом, когда он со всем разберётся...
  И она терпеливо ждала... И ждала... И ждала...
  Пока не начала потихоньку осознавать, что ждать-то больше уже нечего. Всё прошло. Всё хорошее осталось в прошлом. И, даже если у их странной истории ещё и будет какое-то продолжение... А нужно ли ей такое продолжение?..
  Она всё ещё нежно лелеяла в сердце образ человека с неимоверно добрыми глазами и чуть смущённой улыбкой. Всё ещё не понимая, что тот человек, которого она себе представляла в своих девичьих розовых мечтах, не стал бы так походя и совершенно осознанно причинять ей боль... Просто того человека больше не было.
  Возможно, его вообще никогда не было. Может быть, она просто придумала его и влюбилась в сам образ... Не осознавая ещё, что это - просто мечта...
  А дни бежали... Вот только в Стасиной жизни всё было по-прежнему и ровным счётом ничего не менялось. Они с Олегом просто снова как будто вернулись на несколько недель назад, в те незапамятные времена, когда он вновь и вновь, по поводу и без повода, повторял Стасе, что ему сейчас совершенно не до чего, и он вообще просто не хочет никаких отношений и слишком занят для общения с ней...
  Ну, что ж... Стася поначалу всё ещё старалась относиться к этому по-философски. В конце концов, она тоже пока ещё не была уверена в том, что хочет от Олега чего-то более серьёзного. Её вполне устроило бы нормальное общение... Хотя бы иногда. И она готова была подождать.
  Вот только всё, происходящее сейчас, слишком очевидно повторяло всё ещё очень памятные для неё события до смерти отца Олега... И Стася прекрасно помнила, что она ещё тогда, - давным-давно, как казалось ей теперь, - поняла, что ждать так можно до бесконечности...
  Нет, Стася честно старалась не навязываться. В конце концов, у неё тоже была гордость... Но дни бежали, не принося ничего нового... И, по прошествии недели, Стася поняла, что не выдерживает подобного напряжения и неведения, а потому стала иногда пытаться сама звонить Олегу. Не часто. Раз в пару дней. Но даже так, как оказывалось по обыкновению, делала это всегда не вовремя и неизменно отрывала Олега от каких-то там очень важных дел...
  Он непременно был занят. Он всегда был занят для неё, и у него никогда не было времени даже на короткий пятиминутный разговор с ней раз в пару дней. Но, если раньше Стася, по наивности и по простоте душевной, хотя бы немного верила в эту басню и хотя бы чисто теоретически допускала саму вероятность того, что он действительно может быть занят чем-то очень серьёзным, то теперь эта её иллюзия давным-давно развеялась.
  Сейчас Стася всё-таки кое-что знала о нём и о его образе жизни, а потому прекрасно понимала, что он был занят только лишь для неё. Тем более, что он даже и не считал нужным скрывать от неё, что проводит всё своё свободное время с друзьями. А точнее, попросту говоря, пьёт с ними, потому что других развлечений они не признавали. И это, вне всякого сомнения, было для него, очевидно, гораздо более интересным, чем общение с ней...
  Поначалу Стася честно, изо всех сил, пыталась сдерживаться, не показывать обиды и не проявлять свой вспыльчивый характер, за который Олег очень любил упрекать её. Но она не укоряла его и не навязывалась; она никогда не допытывалась, чем уж он так сильно там занят, что даже не может найти минутку для разговора с ней... Она ни на чём не настаивала и пыталась быть с ним ласковой и понимающей. Просто иногда у Стаси всё-таки вырывались слова о том, что она соскучилась, потому что они уже очень давно не виделись. И ответом ей на это всегда было гробовое молчание...
  - Неужели ты ни капли не скучаешь без меня? - словно в шутку, весёлым и бодрым голосом, иногда спрашивала Стася.
  - Да ты знаешь... - равнодушно отвечал ей Олег. - Если честно, то нет! Мне как-то сейчас совершенно не до этого!
  Такой прямой, честный и совершенно искренний ответ был способен охладить Стасин пыл надёжнее, чем ушат ледяной воды... И, что греха таить, - но, если бы на месте Олега был любой другой человек, Стася уже давно просто послала бы его на три буквы и вообще больше никогда не стала бы с ним разговаривать. Но в том-то всё и дело, что это же был Олег!.. Стася уже просто привыкла находить оправдания его скотскому поведению с ней. Ей казалось, что она прекрасно понимает, в чём тут дело. Просто он однажды уже пережил предательство любимой женщины, а потому боится теперь доверять кому бы то ни было...
  Вот и сейчас он, едва придя в себя после похорон отца, когда он слегка расслабился и приоткрыл свою израненную душу, поспешил снова замкнуться в себе и забиться в свою чёртову раковину, чтобы никто и никогда не смог извлечь его оттуда и снова причинить боль...
  Ну, ну... Наивности в ней всё никак не убавлялось... Несмотря на все удары судьбы и ушаты ледяной воды в физиономию...
  Пару раз Стася осторожно попыталась намекнуть Олегу на то, что хотела бы встретиться с ним. Но он либо делал вид, что попросту не понимает её далеко не самых прозрачных намёков, или же прямо говорил, что ему некогда.
  Ему просто вообще сейчас не до неё...
  Как-то однажды Стасе стало на работе очень плохо. Никаких явных проблем со здоровьем у неё, - тьфу-тьфу-тьфу!.. - никогда не было, поэтому она так никогда и не поняла, в чём была причина этого приступа. Стася лишь искренне надеялась, что дело тут было просто в расстроенных нервах, а не в чём-то гораздо более серьёзном...
  В тот день она, как всегда, пришла утром на работу. Ничего в её состоянии и самочувствии не предвещало никаких проблем. Стася, по обыкновению, налила себе кофе, собираясь перекусить, и вдруг почувствовала такой сильный приступ тошноты, что бегом метнулась к туалету, понимая, что сейчас её вывернет наизнанку...
  Первой мыслью Стаси, разумеется, было предположение, что она накануне съела что-то не то и отравилась. С ней такое бывало пару раз в жизни, так что особенно она не напугалась, лишь удивилась, - потому что это было для неё странно. У неё, в принципе, был здоровый желудок, да и никакими излишествами она накануне не злоупотребляла, чтобы её организм мог вот так на них отреагировать...
  Добравшись до туалета, Стася, к ещё большему удивлению для себя, осознала, что её больше уже не тошнит. Вообще. Но при этом ей было сейчас так плохо, что вернуться обратно в ломбард, преодолев всего каких-то десяток метров, отделяющих его от туалета, она была просто не в силах...
  Только минут через десять, по стенке, чуть ли не ползком, отдыхая и пытаясь отдышаться после каждого шага, Стасе всё-таки как-то удалось добраться до ломбарда. Её больше не тошнило, просто было ощущение, что в её теле болит всё, что там только имеется в наличие... И о чём она никогда раньше даже и не подозревала... Стасю охватила безумная слабость; сил шевелиться просто не было вообще; холодный пот ручьями струился по всему телу, а она была не в состоянии даже взять салфетку и вытереть лицо, по которому от дикой боли текли слёзы... Перед глазами что-то вспыхивало, сверкало и рассыпалось на мелкие искры; Стася вообще ничего не видела перед собой и понимала, что сейчас попросту потеряет сознание...
  Очевидно, выглядела Стася в тот момент ничуть не лучше, чем чувствовала себя, потому что лицо Глеба Мартыныча, увидевшего её, тоже побелело и буквально перекосилось от ужаса... Стася на ощупь, с трудом, заползла в кресло... Только для того, чтобы сразу же осознать, что сидеть она не может, - от этого ей становится ещё тяжелее... Но стоять было вообще немыслимо... Безумно хотелось просто лечь... Но вот прилечь в ломбарде, к сожалению, было некуда, - разве что только на стол...
  Дышать было никак... Стася пыталась вдохнуть, потому что от недостатка кислорода кружилась голова и мутилось сознание, но сил на это просто не было... Она реально задыхалась... Ещё несколько минут подобного состояния, - и всё будет попросту закончено...
  - Стася, что с тобой? - испуганно бросился к ней Глеб Мартыныч. - Ты вся белая!.. Что случилось?
  - Мне плохо... - с трудом сумела выдавить из себя Стася. - Я не знаю, что со мной...
  - Может, тебе водички попить?.. - предложил взволнованный Мартыныч.
  При одной только мысли о глотке воды Стасин желудок рванулся куда-то к горлу и снова сжался от диких мучительных спазмов...
  - Нет... Я просто посижу... - прошептала Стася, буквально цепляясь за остатки ускользающего сознания. - Сейчас пройдёт... Я надеюсь...
  Признаться честно, в тот момент Стася здорово испугалась. Нельзя сказать, что у неё было прямо-таки богатырское здоровье, - но и проблем особых с ним никогда ранее не наблюдалось... И таких вот жутких и совершенно необъяснимых приступов у неё в жизни не было, и поэтому она просто не представляла, с чем это может быть связано?.. Желудок?.. Давление?.. Сердце?..
  Инсульт?.. Инфаркт?..
  Она надеялась, что нет... Но в тот момент Стасе реально было до такой степени плохо, что она просто перепугалась, как бы ей вообще не отбросить сейчас копыта...
  А что тогда с Димкой будет?..
  - Может, тебе скорую вызвать? - не отставал от неё Мартыныч, напуганный, похоже, не меньше её самой.
  - Не знаю... - уже вообще одними губами прошептала Стася, с трудом умудряясь сосредоточиться на его озабоченном лице. - Сейчас посмотрим... Если не станет лучше, может, и придётся...
  Потому что, - подумалось в тот момент Стасе, - если мне сейчас станет ещё хуже, то я просто не дотяну до её приезда...
  Мартыныч тихонько выскользнул за дверь. Стася сразу же подумала, что он побежал звать соседей на помощь, и, в принципе, не ошиблась. Она с трудом сумела дотянуться до рулона туалетной бумаги и, оторвав от него внушительный кусок, попыталась хотя бы вытереть лицо, с которого на стол ручьём стекал пот. Каждое движение давалось с трудом и усиливало боль... Дышать по-прежнему было тяжело. Стасе хотелось лечь сейчас прямо на пол, не задумываясь о том, что он грязный, в тщетной надежде, что от этого хоть немного полегчает...
  Снова появился Мартыныч, а вслед за ним в ломбард ворвались девчонки из соседнего магазина, которых он позвал, сказав, что Стасе плохо. Они тут же начали наперебой строить предположения, что с ней такое приключилось, подозревая всё, - от аппендицита до сердечного приступа... Они настаивали на том, чтобы немедленно вызвать скорую помощь. Но к тому моменту Стася уже почувствовала, что ей стало немного легче дышать. По крайней мере, горло уже не перехватывало спазмами; грудная клетка начала расширяться, и у Стаси уже получалось сделать полноценный глубокий вдох...
  Перестав задыхаться, она начала говорить более внятно... Внутри по-прежнему болело всё, и невозможно было даже определить, что именно: то ли действительно сердце, то ли желудок, то ли ещё что-то, - что там вообще есть в человеческом организме?.. Боль ощущалась даже в кончиках пальцев онемевших рук и ног... Но при этом Стася начала осознавать, что уже может нормально сидеть в кресле, не корчась от боли, не заваливаясь на бок и не сползая с него на пол, а из глаз перестали течь слёзы...
  Да, Стасе определённо полегчало... Ей всё ещё было очень плохо, но, по крайней мере, ей уже перестало казаться, что она умирает... Перед глазами просветлело, сознание перестало ускользать... Да и боль потихоньку отступала...
  Стася отказалась и от вызова врачей, и от предложенных лекарств. Она же даже не представляла, что с ней, и от чего конкретно нужно глотать таблетки... Она решила просто ещё немного подождать, стараясь дышать глубоко и ровно и прислушиваясь к своим ощущениям...
  Да, она не ошиблась; похоже, её отпускало... Приступ, - если это действительно был какой-то приступ, - проходил... Медленно, очень медленно, - но проходил... Девчонки, видя, что ей становится лучше, убежали обратно в свой магазин, строго-настрого наказав Мартынычу позвать их, если Стасе опять станет хуже... Но она уже чувствовала, что больше этого не будет. Слабость всё ещё оставалась, но тоже уже не такая сильная... Стася определённо приходила в себя. Но она по-прежнему ещё была настолько напугана этим странным и неожиданным приступом, что боялась не только шевелиться, но даже и дышать...
  Только где-то через полчаса Стася окончательно поняла, что будет жить. Хотя последствия этого резкого недомогания ещё не прошли до конца; у неё по-прежнему болело всё тело, и от слабости хотелось плакать, но Стася пришла к выводу, что на этот раз, похоже, обойдётся без скорой помощи...
  К счастью, работа у неё была сидячая, а посетителей в тот день было очень мало. Поэтому Стася кое-как, со скрипом, сумела дотянуть до вечера. Правда, она пока не представляла, как пойдёт домой, потому что просто боялась, что у неё не хватит сил доползти до остановки...
  Конечно, можно было вызвать такси... Только вот лишних денег у Стаси, увы, не было... Или же можно было попробовать позвонить Олегу и попросить его отвезти её на машине... Но Стасина гордость просто не позволяла ей просить его об этом. А кроме того, она попросту боялась, что, если она всё-таки решится попросить его о помощи, то он ей откажет...
  Да что греха таить, - Стася просто на все сто процентов была уверена в том, что он ей попросту откажет, даже не раздумывая. А этого она уже не простила бы ему никогда.
  Есть вещи, которые нельзя прощать никогда и ни при каких обстоятельствах. И это была одна из них...
  А ещё это был лишний повод задуматься о том, нужны ли ей такие отношения с подобным человеком, если она уже заранее была уверена в том, что не может рассчитывать на его помощь и поддержку даже в такую вот трудную минуту... Её любимый, типа, мужчина уже как-то изначально сумел поставить себя так, что обращаться к нему за помощью было бы себе дороже... Так зачем он тогда вообще нужен, - такой вот ненадёжный и бесчувственный?..
  Но в тот момент Стасе не хотелось серьёзно обдумывать этот вопрос. Она была слишком измучена свалившимся на неё недомоганием. И ей действительно, если что, легче было бы вызвать такси и отдать последние деньги, чем до конца именно сейчас осознать, что она абсолютно безразлична этому человеку, и он реально палец о палец не ударит, чтобы помочь ей, - даже в такой критической ситуации... И для самой Стаси было морально проще загнуться от боли и слабости под ближайшим кустом, чем обратиться за помощью к своему мужчине и позволить ему лишний раз себя унизить...
  Мда... Вот и всё, в принципе, что следовало знать о перспективах отношений с ним... Наглядно и просто...
  Олег, правда, сам позвонил ей ближе к вечеру. И на этот раз он неожиданно вдруг оказался таким весёлым, довольным жизнью и счастливым, что даже соизволил по собственной воле поболтать с ней целых несколько минут...
  Как Стася поняла из его слов, Олег, в компании "ребят", бежал припрыжку к ближайшему ларьку за бутылкой, - поскольку им "не хватило"... При одной только мысли об этом у Стаси внутри всё оборвалось... Конечно же, он был пьян... Мертвецки пьян... А на что она, в принципе, ещё надеялась?.. На какую помощь с его стороны она вообще могла рассчитывать по простоте душевной?.. Он пил... И, глядя правде в глаза, Стася давно уже поняла, что его больше ничего в этой жизни не интересует, кроме водки...
  Стася почувствовала жуткую обиду и всё-таки, не удержавшись, сказала Олегу о том, что очень плохо себя чувствует... Но он, похоже, даже и не расслышал этого... Он бежал к ларьку... За водкой... Наперегонки с друзьями... И пьяные в хлам "ребята" кричали со всех сторон, подгоняя его и призывая не отставать от них...
  Стася слышала их вопли в трубке. И понимала, что в ней что-то умирает... И это было никак не связано с сегодняшним приступом...
  Да, Стася давно уже поняла, что Олег пьёт. Об этом ей говорила в своё время ещё Наташа, продавец из соседнего магазина. Об этом чётко заявил его брат Александр... Но Стася всё ещё не осознавала до конца масштаб этой проблемы. До сих пор она как-то наивно продолжала надеяться на то, что всё это - временное явление и последствия стресса; рано или поздно, он сможет взять себя в руки, и... На что она рассчитывала?.. Что он бросит пить - ради неё - и снова станет нормальным человеком?..
  Как говорится, - ты уже такая большая, а всё в сказки веришь...
  Наверное, именно в этот день Стася до конца осознала, что рассчитывать ей не на что, и всё будет только ещё хуже...
  К счастью, до дома в тот вечер Стася добралась без происшествий, хотя езда на маршрутке по безобразным дорогам её родного города отзывалась болью во всём теле на каждом ухабе... Но, ладно, - жива осталась, - и то хорошо!.. Хотя определённые последствия этого странного недомогания Стася ощущала ещё, примерно, неделю. Потом, к счастью, боль окончательно сошла на нет, и всё прошло...
  Отделалась лёгким испугом, - в буквальном смысле этого слова...
  Последующие дни ничем особым не отличались от предыдущих. Олег практически не объявлялся. Он был очень занят, - и кто бы в этом сомневался!.. Стася всё ещё продолжала на что-то надеяться, - скорее, уже просто по инерции, - потому что на самом деле она все выводы уже сделала.
  Просто у неё по-прежнему никак не укладывалось в голове, что человек, объяснявшийся ей в любви, целовавший руки и умолявший быть с ним, может теперь запросто вот так легко сделать вид, будто ничего этого вообще и не было...
  Однажды, зная, что у Олега выходной, Стася позвонила ему сама и прямо сказала, что хотела бы сегодня встретиться с ним. На тот момент они не виделись уже больше двух недель. Вся эта ситуация по-прежнему была совершенно не понятна Стасе, и ей, честно говоря, просто захотелось её прояснить. Возможно, раз и навсегда.
  Если они вместе, - значит, они вместе. Ну, а на нет, как говорится, и суда нет.
  Олег, на момент Стасиного звонка, был в гостях у Паштета. Отдыхал себе спокойно, - и тут - нате вам!.. Но Стасина настойчивость и даже безапелляционность несколько ошарашила его сходу, и он, нехотя, после некоторых раздумий, согласился встретить её после работы. Благо, как раз в этот день она была на своей "законной" точке, а оттуда до дома Олега было минут пятнадцать ходьбы не очень быстрым шагом.
  В общем, они договорились, что Олег позвонит Стасе вечером, примерно перед концом её смены, и они договорятся обо всём уже конкретно. Но он ей так и не перезвонил. Тогда Стася всё-таки в очередной раз переступила через свою гордость и снова сама набрала его номер. Олег не взял трубку.
  И Стася, долго слушая монотонные длинные гудки, в очередной раз подумала о том, как же ей всё это уже осточертело!..
  Олег соизволил-таки позвонить Стасе на следующий день вечером, как раз тогда, когда она уже ехала домой в маршрутке. За столько часов мучительных раздумий Стася уже достаточно накрутила себя, чтобы не запрыгать от радости, увидев его высветившийся номер. Она не могла в тот момент говорить громко, чтобы остальные пассажиры маршрутки не получили возможность наслаждаться бесплатным спектаклем. А потому Стася очень тихо и вежливо объяснила своему незадачливому кавалеру, что больше ему звонить ей не следует.
  Что, правда, потом не помешало Олегу в очередной раз обвинить её в том, что она "на него наорала"!..
  Тогда, в тот день, Олег был, якобы, очень удивлён её словами. Более того, он, кажется, вообще был крайне возмущён тем, что Стася, из-за такой ерунды, собирается оборвать такие чудесные отношения, которые с каждым днём становятся всё лучше и целиком и полностью его устраивают. Ведь он сам в эти отношения, можно сказать, всю душу вложил, - так как же она может теперь так подло с ним поступить?..
  Стася была несколько обескуражена его словами. Вложенную в отношения душу она как-то так и не сумела разглядеть, - хотя, видит Бог, очень старалась... Со всех сторон смотрела, - но так ничего и не увидела. Кроме пустоты.
  Но, не вдаваясь в подобные дебри, Стася просто спокойно объяснила Олегу, что они не виделись уже две недели, и, как она давно уже поняла, шансов встретиться в ближайшее время у них нет никаких. Подобные отношения её не устраивают ни с какой стороны. Потому что ей нужна хоть какая-то определённость в жизни, а сейчас её нет вообще и в ближайшее время не предвидится...
  Это разозлило Стасиного потенциального возлюбленного ещё больше. Можно прямо сказать, - до истерики, - хотя до того дня представить себе бьющегося в истерике и орущего Олега она как-то была не в силах. Но он вдруг начал вопить в трубку, что он, мол, нормальный мужик, а не какая-то тряпка, и, если она рассчитывает таким образом привязать его к своей юбке, то может даже и не думать об этом!.. Потому что такому не бывать никогда!!!
  Стася реально опешила. Ну, не бывать, - так не бывать, - в чём проблема-то, на самом деле?.. Прощаемся, желаем друг другу удачи и даже остаёмся друзьями... С её стороны претензий никаких. А свои претензии он может просто оставить при себе и продолжать смаковать...
  Было ясно, что их разговор в очередной раз зашёл куда-то не туда. Да ещё и слушать при этом вопли не совсем трезвого, мягко говоря, человека, отстаивающего своё право на "мужскую жизнь", - хотя никто, ровным счётом, на эти его права и не покушался... Это, явно, было больше, чем Стася готова была понять и принять...
  Поэтому в ответ она просто тихо и спокойно поведала Олегу, что носит обычно исключительно брюки, так что шансов привязать кого-либо к своей юбке у неё нет никаких, - да ей это и не нужно. Так что он может и дальше беречь свою "мужскую" свободу, как зеницу ока, - никто на неё как-то и не покушался... 
  Но Олег продолжал настаивать на каких-то там объяснениях и выяснениях, не желая поверить в то, что она готова вот так запросто погубить их прекрасные, по его мнению, взаимоотношения...
  - Знаешь, меня совершенно не интересует, где ты вчера был и чем занимался... - начала было говорить Стася, но Олег возмущённо оборвал её:
  - Я был у Паштета, - но я не собираюсь перед тобой оправдываться или отчитываться!
  - Вот и не надо! - отрезала Стася. - Как я уже сказала, меня это совершенно не интересует! Я никогда не пыталась допрашивать тебя или ещё как-то ограничивать твою свободу! Просто вчера вечером мы договорились с тобой встретиться, и ты обещал мне позвонить! Но не посчитал нужным этого сделать!
  - Значит, я заснул! - сказал Олег. Как отрезал. Словно это должно было всё объяснить и оправдать человека, не способного держать своё слово, в её глазах. - Позвонила бы мне сама!
  Стася даже не посчитала нужным уточнять, что она действительно звонила ему, но он, по всей видимости, не пожелал "разбудиться" ради неё.
  - Зачем? - просто спросила она. - Если ты не посчитал нужным даже хотя бы поставить меня в известность о том, что твои планы изменились, то зачем же я буду навязываться и унижаться?
  К сожалению, они по-прежнему словно разговаривали на разных языках. Стася ему про Фому, а он ей - про Ерёму... Причём, в буквальном смысле, без преувеличений... Вот и сейчас, в результате, Олег, на повышенных тонах, - ну, прямо как при семейной ссоре, ей-богу!.. - снова начал запальчиво высказывать Стасе, что, если она желает просто захомутать мужика и силой привязать его к себе, то ничего у неё не получится!.. Он - птица вольная, и он всегда будет жить по-своему!..
  Выслушав его очередную пространную, но, увы, совершенно почему-то недоступную её пониманию лекцию о мужской свободе и независимости, Стася лишь устало возразила, что давно уже хочет от него только одного: чтобы он оставил её, наконец, в покое и больше никогда не объявлялся в её жизни!.. Ни привязывать его к себе цепями, ни лишать свободы она вовсе не намеревается. Она просто хочет тоже спокойно жить своей - свободной - жизнью. Так что просто давай всё забудем и даже расстанемся друзьями, а?..
  Но, как и всегда, как и много уже раз до этого, на протяжении этих нескольких месяцев, стоило только Стасе попытаться порвать с ним отношения и заявить о расставании, как тут же выяснялось, что сам Олег категорически против этого. Он словно искренне не понимал, а что не так?.. Его всё устраивало; он считал их отношения чудесными, - да и вообще, на его взгляд, у них всё было прекрасно!.. И, если бы только Стася постоянно не привязывалась к нему со всякой ерундой, со временем всё стало бы ещё лучше! А потом он вовсе даже не считал, что они должны расстаться!.. Он не собирался расставаться с ней!.. Пусть только она сама перестанет лезть к нему со своими глупостями, пытаясь его контролировать и держать на коротком поводке!.. Потому что это ей всё равно не удастся!..
  Стася тяжело вздохнула в душе и покачала головой. Шило-мочало, начинай сначала!.. Это была просто какая-то сказка-неотвязка, и конца-края ей было не видно...
  На самом деле это был уже диагноз... Но Стася всё ещё не хотела в это верить...
  Они с Олегом всё это уже проходили, - и даже не один раз... Почему-то он не в силах был признать, что она нужна ему, - но и отпускать её он тоже не желал. И Стася должна была, очевидно, по его задумке, вечно довольствоваться тем коротким поводком, на котором он намеревался держать её до скончания века, не позволяя особенно приблизиться к себе, но при этом и не давая уйти...
  Похоже, Олег действительно хотел, чтобы Стася была где-то рядом, на подхвате... И вполне искренне полагал, что это возможно. При этом она не должна чего бы то ни было требовать, на чём-то настаивать, иметь какие-то там права... Пусть просто дрягается где-нибудь поблизости, на всякий случай... Чтобы ей, как хорошо выдрессированной собачке, можно было просто свистнуть при желании... Если оно когда-нибудь всё-таки возникнет, - это самое желание...
  В общем, - так, на всякий случай.
  Его не интересовали её чувства. Про душу и тело даже и упоминать не стоило... Он не был готов вообще ничего дать ей. Просто... пусть будет...
  А вдруг пригодится?...
  В тот день они повесили трубки, очень недовольные друг другом. Олег потом зачем-то попытался было ещё перезвонить, но Стася, реально уставшая от его причуд, просто отключила телефон. Тогда он прислал ей СМС, в которой говорилось, что, когда Стася, мол, придёт в себя, она может ему позвонить, - он будет ждать...
  Стася прочитала эту СМС с чувством полнейшего недоумения. Когда она придёт в себя?.. Он опять пытался извратить ситуацию так, чтобы она была во всём виновата, а он при этом, типа, оставался белым и пушистым...
  Но только это, к сожалению, был не их случай. И Стася вовсе не была истеричной дамочкой, доводящей до белого каления бедного мужика, который, тем не менее, по-прежнему готов всё понять и простить... У них всё было совсем по-другому.
  И, что греха таить, с точностью до наоборот...
  Почему-то иногда у Стаси создавалось впечатление, что все месяцы их знакомства Олег обращается с ней, как с упрямым и непослушным ребёнком, которого время от времени следует наказывать за плохое поведение, чтобы он остановился, подумал и перестал так вести себя. И тогда мудрый взрослый всё поймёт и простит...
  Но только вот Стася давно уже не была глупым ребёнком. Как не была и дрессированной собачкой, которую можно было держать на коротком поводке. Несмотря на некоторую наивность и непосредственность, она всё-таки была вполне взрослым человеком, способным отвечать за свои слова и поступки. В отличие от самого Олега, кстати.
  И также, тоже в отличие от Олега, Стася прекрасно понимала, чего конкретно она хочет. Ей нужен был близкий человек, который был бы рядом. При этом у неё даже и в мыслях не было "привязывать его к своей юбке", - напротив, к таким тесным отношениям она и сама пока ещё не была готова. Но иметь возможность хотя бы спокойно позвонить, когда возникло такое желание, - без подспудного вечного страха нарваться на недовольный тон, - ей это было просто необходимо.
  Тем более, что, - в отличие, кстати, от большинства женщин, - Стася вообще не была любительницей "висеть на телефоне". Частые и долгие разговоры утомляли, в первую очередь, её саму, - не говоря уж ни о чём другом. Но иногда всё же созвониться... Немного поболтать... Рассказать о каких-то вот возникших проблемах или поделиться новостями... Для всего этого ей хватило бы десяти минут... Но - нормальных десяти минут, - а не когда тебе всеми способами дают понять, что ты, как всегда, некстати, и только отвлекаешь большого и важного человека от его насущных проблем...
  И, да, конечно, - иногда ей хотелось бы встретиться с мужчиной, с которым она, якобы, находится в каких-то там отношениях. Нечасто, - потому что у Стаси тоже была своя жизнь, семья, дом, ребёнок, кошка, в конце концов... Может быть, один, - ну, максимум, два раза в неделю... Ей этого было бы вполне достаточно. Просто встретиться. Пообщаться, поговорить, погулять, может быть, сходить куда-нибудь... Она даже и не претендовала ни на что большее, - просто хотелось получше познакомиться и узнать друг друга в нормальной, неформальной обстановке... И Стасе вовсе не казалось, что, озвучивая все эти свои вполне нормальные желания, она делает из независимого и гордого мужчины тряпку и лишает его самостоятельности. Бред какой-то!..
  Возможно, Стася была неправа во всём. Ей трудно было объективно судить об этом, - даже потом, спустя какое-то время... Может быть, она действительно хотела "от мужика" слишком многого... Но какое-то разумное зерно в её рассуждениях, несомненно, было. Можно было сказать лишь одно: при всём том, что она вовсе даже и не желала находиться рядом с Олегом ежедневно и ежечасно, - сама не желала!.. - ей всё-таки необходимо было хоть какое-то внимание с его стороны. Звонок... Нормальный дружелюбный разговор с парой тёплых слов... Встреча... Возможность, в конце концов, действительно рассчитывать на его помощь в какой-то чрезвычайной ситуации... Не так уж часто они у неё возникали, глядя правде в глаза, - но Стасе при этом было очень важно осознавать, что в её жизни есть человек, к которому можно смело обратиться за помощью без твёрдой уверенности в том, что нарвёшься на не слишком вежливый отказ...
  А если нет даже такого минимума, - то, действительно, какой смысл в подобных отношениях?.. Ни одной положительной эмоции, - зато море негатива и недовольства...
  Но, похоже, Стася, как и всегда, желала слишком многого...
  Кстати, именно сейчас, прокручивая в памяти все эти события, Стася вдруг обратила внимание на то, что раньше от неё как-то ускользало. Во время их самых первых встреч с Олегом его телефон практически не умолкал, не давая им ни минуты поговорить спокойно. Но после смерти его отца они провели вместе достаточно много времени. И ему никто не звонил. Вот совершенно никто...
  Никто почему-то не звал его ни в гости, ни на какие-то там разборки; никто не требовал от так необходимого всем Олега ни помощи, ни советов... Все словно вымерли. И друзья-приятели... И родственники друзей... И даже бывшая жена, названивавшая ему до этого практически непрерывно, не побеспокоила его больше при Стасе ни разу...
  И, осознав всё это, Стася даже сама удивилась тому, что ей раньше не приходило это в голову. А ведь тут было, над чем задуматься... Все дни после похорон Олег был один. Ничем не занят... Не разрываем на части друзьями и родственниками, которые вдруг почему-то резко оставили его в покое... Он реально был настолько одинок, что Стасе даже пришлось приглашать его к себе в гости...
  Вообще-то, всё это было вполне очевидным поводом остановиться и немного задуматься о происходящем. И у Стаси даже зародилось в душе не слишком приятное подозрение в том, а не специально ли и не по его ли просьбе тогда, раньше, его друзья звонили ему каждую минуту?.. Конечно, на первый взгляд, такая многоходовочка выглядела слишком уж сложной и наигранной, - но чего в нашей жизни только не бывает?..
  Может быть, таким вот весьма странным способом Олег пытался наглядно показать Стасе, насколько сильно он, якобы, занят?.. Потому что на самом деле это действительно было просто не совсем нормально, - то, что его родственники и многочисленные знакомые просто ни на минуту не оставляли его в покое в те редкие моменты их практически случайных встреч со Стасей и попросту принципиально не позволяли им завершиться чем-то иным, кроме поспешного скомканного прощания, поскольку Олегу вечно нужно было куда-то спешить...
  И, на Стасин взгляд, это было не совсем безосновательное подозрение, не лишённое определённого смысла...
  Олег боялся. Стасю ли конкретно, всех ли женщин вообще, отношений, привязанностей, чувств, - Стася не знала, чего именно, - но он боялся. Страшился любой близости, - даже чисто душевной, моральной, психологической, - не говоря уже о физической, которая, похоже, для него вообще была просто табу. Он боялся. И это было очень серьёзно.
  А Стася тем временем уже начала бояться угробить свою жизнь на тщетные попытки помочь тому, кто в её помощи совершенно и не нуждался.
 

Глава 9. Возвращение чувств, или просто "на мели"?..


 
  А на следующий день Стася совершила самую страшную ошибку, воспоминания о которой будут потом злить её, даже спустя годы...
  Она вдруг пожалела о разговоре с Олегом, произошедшем накануне, и решила, что была слишком резкой с ним. Слишком уж безапелляционной. Ведь с ним, таким чувствительным и нежным, нельзя было так грубо обращаться. Он ведь мог обидеться и расстроиться...
  То, что она сама давно уже была и обижена, и расстроена, показалось ей на тот момент несущественным...
  Раньше Стася никогда не считала себя сентиментальной. Но, видимо, нечто подобное всё-таки было в ней заложено природой. Потому что в её памяти снова и снова всплывало лицо Олега с его доброй и светлой улыбкой, - такое, каким она его запомнила изначально... Какие-то их разговоры... Его забавное смущение... Тот день, когда он к ней приехал, и его слова... О любви, о том, что она ему нужна, и о том, что он не может без неё... Слова, в которые так хотелось поверить...
  Олег, сидящий у неё дома на кухне... Счастливое лицо Димки, говорящего ей о том, какой он классный...
  И их дикая пугливая кошечка, доверчиво спящая у Олега на груди...
  Да, следует отметить, что подобные трогательные воспоминания способны были выдавить слезу и у более сильного морально и жёсткого человека, - так что же говорить о довольно наивной и романтически настроенной девушке, всё ещё мечтающей о настоящей любви и грезящей о крепком мужском плече?..
  М-м-мда...
  И, разумеется, Стася снова, - в который уже раз по счёту?.. - подумала о том, что слишком поспешила с выводами, а также с принятием неправильного решения, не дала бедному человеку шанса успокоиться, понять, подумать и осознать, что ему нужно в этой жизни?.. Не дала ему шанса показать себя с хорошей стороны, - ведь должна же она у него где-то быть, эта самая хорошая сторона?.. И совершенно опрометчиво обвинила его во всех смертных грехах...
  В принципе, нельзя было не согласиться с тем, что Олегу с ней несказанно повезло, хоть он и не сумел этого ни понять, ни оценить. Но где же ещё он смог бы найти такую вот наивную и доверчивую дурочку, которая, даже понимая разумом, что поступает совершенно правильно, тем не менее, снова способна была почувствовать себя неимоверно виноватой перед ним?..
  Стася начала заниматься самым настоящим самоедством. Она принялась корить себя в душе за то, что была слишком нетерпеливой с Олегом, чересчур вспыльчивой, не способной сдержать свои низменные порывы... Ну, почему она не сумела просто дождаться, когда он сам будет готов к каким бы то ни было переменам в своей устоявшейся и упорядоченной жизни, зачем опять попыталась поторопить его с принятием нужного решения?.. Она снова всё только испортила...
  Ведь Олег, - он такой... необычный... К нему нельзя подходить с теми же мерками, что и к другим людям... А она попыталась давить на него... И теперь потеряла его навеки...
  Да, тут следует признать, к сожалению, что накануне Стася вела себя более разумно. Очевидно, постоянный стресс на протяжении нескольких месяцев, задетое чувство собственного достоинства и зародившийся комплекс неполноценности способны  в совокупности сыграть со своей жертвой дурную шутку и вызвать полное размягчение мозгов... А если учитывать, что излишняя романтичность и сентиментальность способствуют усиленному слёзоотделению, - и вот, готово, - перед вами образ сошедшей с ума от безответной любви дурочки, готовой на всё ради своего прекрасного избранника...
  Стася мучилась так целый день. А вечером совершила ту самую глупость, в которой потом будет раскаиваться много лет. Но тут уж действительно ничего нельзя сказать в её оправдание. Стася всегда старалась вести себя с достоинством. Но в этот раз её достоинство, похоже, ушло погулять в самый нужный момент и уступило место обычной какой-то чисто бабьей терпимости, пониманию и всепрощению...
  Короче, вечером Стася вдруг не удержалась и отправила Олегу СМС, в которой так и написала: "Похоже, я опять совершила глупость. Мне кажется, я не могу без тебя".
  И это на тот момент было правдой. Ей действительно на какой-то миг так показалось. Она опрометчиво решила, что больше ни дня не сможет прожить без его улыбки... Той самой, про которую сам Олег уже давно и благополучно забыл.
  Со стороны Стаси это был донельзя глупый и нелепый поступок. Но, - что сделано, то сделано!.. И назад ничего не вернёшь...
  Через минуту ей пришёл ответ от Олега: "Это тебе только кажется". И больше ничего. Но, несмотря на такую довольно двусмысленную фразу, этот его ответ показался Стасе достаточно обнадёживающим, чтобы искренне решить, что они с ним помирились...
  Ну, что ж, - в какой-то степени, она не ошиблась... Олег тоже пришёл к выводу, что они снова вместе. И его такое положение вещей устраивало целиком и полностью...
  На следующий день Олег сам позвонил Стасе, - уже довольно поздно вечером, в девять часов, - и спросил, не хочет ли она к нему приехать?.. Глупость и нелепость сложившейся ситуации была в том, что как раз в этот день Стася работала в ломбарде, который находился недалеко от его дома. И, если бы он великодушно изъявил желание увидеться с ней в течение дня, она вполне могла бы добраться до него после работы за пятнадцать минут.
  Но в течение всего этого целого дня у Олега, разумеется, такой мысли не возникло даже в зародыше. И потому Стася преспокойно уехала домой, не задумываясь ни о чём подобном. 
  На дорогу от работы до дома у неё уходило, кстати, чуть больше часа. И вот теперь, на ночь глядя, ей предстояло потратить ещё столько же на то, чтобы вернуться обратно, - туда, откуда она только что приехала, едва успев раздеться... Глядя правде в глаза, нужно было вообще сойти с ума, чтобы согласиться на это.
  Но Стасю ничто не способно было устрашить. Она была буквально ослеплена своими чувствами, - или чем там ещё... Олег позвонил ей! Сам! И попросил, - точнее, предложил, но это уже не имело значения!.. - приехать! И она была счастлива просто до безумия и готова была завопить от восторга: "Да! Да! Да!!!"
  Отбросив все сомнения и обиды, которые ещё только могли возникнуть у неё в голове, Стася тут же кинулась собираться. Ей было только немножко стыдно перед Димкой. Она ведь прекрасно осознавала, что он уже вполне взрослый парнишка, и, наверняка, прекрасно понимает, зачем мама чуть ли не посреди ночи может помчаться к чужому мужику. И, в то же время, он был ещё слишком мал, чтобы посвящать его в сложные хитросплетения их практически совершенно невинных и даже асексуальных отношений с Олегом...
  Но Стася очень старалась тогда попросту не задумываться об этом. В конце концов, Димка, как почти уже взрослый человек, должен непременно понять, что его матери ещё всего только тридцать четыре года, и поэтому у неё вполне может быть своя жизнь, - в том числе, и личная... Мысли об этом не слишком успокаивали, если уж говорить начистоту, и поэтому Стасе всё равно было как-то очень сильно не по себе...
  Димка был для неё не просто сыном, - он всегда был её лучшим другом. И, - насколько это было возможно, конечно, в силу его возраста, - он был в курсе всех Стасиных проблем. Его мнение значило для Стаси очень много, и потому ей совершенно не хотелось бы упасть в его глазах.
  Кто знает, что конкретно творится в голове у двенадцатилетнего мальчишки?.. Ведь он, вполне возможно, тоже рассказывает ей далеко не обо всех своих чувствах и ощущениях. И Стася очень боялась, что он может подумать о ней плохо...
  Но даже страх перед Димкиным осуждением не помешал радостной и счастливой Стасе собраться буквально за пять минут и выскочить на улицу. Особое ускорение ей придавала ещё и мысль о том, что время позднее, и скоро транспорт попросту перестанет ходить. И тогда ей будет не на чем добраться до такой желанной цели...
  На этот раз Стася даже и не сомневалась: Олег всё обдумал, - у него было достаточно времени для этого, - и всё-таки пришёл к выводу, что хочет быть с ней... И потому, отбросив все свои принципы и твёрдые убеждения, Стася спешила сейчас к нему, забыв обо всём!..
  А ведь она ещё много лет назад решила для самой себя, что никогда вот так не отправится на свидание своим ходом... И у неё всегда имелся твёрдый принцип: хочешь увидеть меня, - так будь любезен привезти, а потом отвезти обратно!.. Но в случае с Олегом её правила никогда не работали. Да и кому они вообще нужны, - эти правила!..
  Телефон Стаси снова зазвонил, когда она уже выходила из подъезда.
  - Стася, - попросил её Олег виноватым голосом, - зайди, пожалуйста, в магазин по дороге! Я тебе деньги потом отдам!
  - Хорошо... - ответила она после некоторого колебания. И это колебание было вызвано, в первую очередь, не её жадностью, скупостью или ленью, а тем, что потратив сейчас драгоценное время на магазин, Стася реально рисковала остаться потом на остановке в гордом одиночестве, потому что маршрутки уже перестанут ходить. Она быстро прикинула свои шансы на благополучный исход и решила, что минут пять - десять у неё ещё есть в запасе. - А что купить-то?..
  - Ну, водки... - по-прежнему чуть смущённо проговорил Олег. - Ну, и закусить что-нибудь... Колбасы там, или сосисок... А то у меня нет ничего вообще...
  - Ладно, договорились, - вздохнув про себя, сказала Стася. А в её голове уже вовсю зазвучал тревожный звоночек. Но она постаралась пока его проигнорировать.
  - Денежки я тебе потом отдам, - снова пообещал Олег.
  - Хорошо, потом сочтёмся!.. - легкомысленно отмахнулась Стася. Ей было сейчас вообще не до пустяков. Её голова была занята тем, что старательно просчитывала вероятность успеха её прибытия на остановку к отходу последней маршрутки, а также различные варианты её последующих действий в том случае, если ей это всё-таки так и не удастся... И второй вариант развития событий с каждой секундой выглядел всё более вероятным... Поэтому Стася не удержалась, чтобы не поделиться с Олегом своими опасениями. - Я вот только боюсь, что автобусы уже перестанут ходить, и мне не на чем будет ехать!..
  - Возьми такси, я тебе деньги потом верну, - как-то очень легко и просто предложил ей Олег.
  К сожалению, чересчур совестливая, - но, похоже, не слишком умная, - Стася прекрасно отдавала себе отчёт в том, что он зарабатывает на самом деле не так уж и много, - а поэтому такси через весь город может весьма существенно подорвать его бюджет... Вместо того, чтобы пожалеть себя, она, опять же, сдуру пожалела Олега... И потому она всё-таки решила оставить вариант с такси на крайний случай и всё же попытаться обойтись своими силами.
  Бегая по ближайшему супермаркету в поисках водки, в которой она совершенно не разбиралась, Стася упорно пыталась отогнать от себя не слишком приятные размышления. Конечно, в душе она всё ещё была девушкой очень наивной и готовой верить в лучшее, но что-то ей очень сильно не понравилось в этой просьбе Олега зайти в магазин. В её голову вдруг закралось не слишком приятное подозрение, связанное с тем, а чего конкретно он хотел в тот момент, когда позвонил ей?.. Он действительно соскучился и пожелал её увидеть?.. Или же он просто мечтал получить вожделенную бутылку водки, за которой ему, очевидно, не хотелось идти самому?..
  И подобные не совсем безосновательные сомнения оптимизма как-то не прибавляли...
  Но Стася честно попыталась загнать их куда-нибудь поглубже и думать сейчас только о хорошем. Олег позвонил ей!.. Сам!.. Он действительно захотел её увидеть!.. Всё это крутилось и пело у неё в голове, и Стася готова была, если потребуется, пешком бежать к нему через весь город...
  Тем более, что Стася вполне реально осознавала: именно такая перспектива её, похоже, и ожидает. Время немилосердно утекало, как песок сквозь пальцы, и к тому моменту, как Стася выйдет из магазина, будет уже гораздо позже половины десятого. Транспорт в их городе вообще-то ходил до десяти, так что ей едва ли удастся хоть на чём-то выбраться из своего отдалённого спального района, потому что для всех маршрутчиков, прибывающих на конечную остановку, это уже просто окончание последнего рейса, и теперь они попросту отправятся домой...
  Ну, не вызывать же ей действительно такси, на самом деле!.. К этому Стася просто морально не была ещё готова.
  Олег позвонил Стасе ещё раз, пока она всё ещё находилась в магазине на кассе, и с неимоверным удивлением в голосе спросил, где она, и почему всё ещё не приехала?.. Стасю это, признаться честно, очень сильно насторожило. Олег ведь прекрасно знал изначально, что с одного конца города на другой добираться не меньше часа. Он был, в конце концов, у неё в гостях, а потому реально понимал, где она живёт. И эта его фраза... Она просто сразила Стасю наповал. Потому что любой более или менее разумный человек, здраво оценивающий сложившуюся ситуацию, должен был реально осознавать, что за десять минут она ещё не сумела бы долететь даже на вертолёте... А если он искренне этого не понимает... То в каком же он там вообще состоянии, чёрт его побери?!
  Как-то всё это тоже не добавляло поводов для радости...
  Через пять минут он снова перезвонил Стасе и обиженным, но очень возмущённым голосом заявил, что устал её ждать... "Да он издевается!.." - промелькнула в голове у Стаси обречённая мысль, а Олег тем временем продолжал говорить о том, что, раз она не хочет приехать к нему, то он тогда сейчас соберётся и уйдёт к кому-нибудь из друзей...
  Ошарашенная Стася честно попыталась объяснить ему, что она находится уже на остановке, но приехать сможет ещё не скоро, так как всё-таки живёт очень далеко от него, - совершенно на другом конце города. Тогда Олег снова преспокойно посоветовал ей поймать такси, чтобы добраться до него побыстрее, пообещав потом отдать деньги.
  Но, признаться честно, при всём Стасином довольно сильном, хоть и необъяснимом, влечении к Олегу она как-то ещё не дошла до того, чтобы, забыв про всё, - и про собственную безопасность, в том числе, поскольку тогда ещё не было нормальных раскрученных сервисов по вызову такси, так что нарваться можно было на что угодно, - ловить на ночных улицах машину, тратить на это последние деньги и мчаться к нему, сломя голову, - только потому, что он, очевидно, совсем упившись, не вполне осознаёт, в каком мире находится!.. Во-первых, потому, что Стася прекрасно понимала, что сильно ускорить события ей таким образом всё равно не удастся. Слишком уж велико было расстояние, а потому поездка на такси оказалась бы, разве что, минут на десять - пятнадцать быстрее, чем поездка на маршрутке по совершенно пустому городу. Если учитывать, в каком не слишком вменяемом состоянии находился сейчас Олег, откровенно не понимающий, почему она к нему ещё не приехала, это мало, чем помогло бы на самом деле.
  А кроме того, если уж говорить начистоту, у Стаси были сейчас довольно серьёзные сомнения в том, что её более, чем странный кавалер сумеет возместить ей все её затраты. И, забегая немного вперёд, - предчувствие её, к сожалению, не обмануло...
  Ну, а потом, - несмотря даже на то, что Стася бросила всё и практически посреди ночи помчалась к нему по первому зову, разума она окончательно, тем не менее, ещё не лишилась. И какие-то крупицы гордости и самоуважения, которые не сумел вытравить ещё этот неудачный роман, в её душе пока всё-таки остались. Да, Стася поехала к нему... Да, она даже прихватила ему водки, - будь она неладна!.. Но, в отличие от полностью, очевидно, помутившегося рассудка Олега, Стасино безумие пока ещё имело свои границы, переступать через которые она была не намерена...
  Ей удалось затормозить чудом оказавшуюся ещё на линии маршрутку... И в этот момент Олег снова позвонил... И он был не просто рассержен тем, что она всё ещё не приехала... Он был абсолютно невменяем!..
  К сожалению, Стася окончательно поняла это только уже в дороге. Когда она разговаривала с ним у себя дома, у неё ещё не было таких подозрений. А теперь, вроде бы, отступать и поворачивать домой было уже поздно...
  - Раз не хочешь, - ну, и не надо!.. - резко, ни с того, ни с сего, безо всяких предисловий, бросил Олег на этот раз. - Я-то думал, что мы посидим с тобой по-человечески!.. Так бы сразу и сказала, что не приедешь!..
  И он повесил трубку, не прощаясь...
  С момента его самого первого звонка, - после которого Стася успела одеться, забежать по его просьбе в магазин, закупиться продуктами, пробить их на кассе и даже сесть в автобус, - прошло, от силы, минут пятнадцать... Жили они, напомню, на разных концах довольно большого города, - и Олег прекрасно знал об этом... Собраться быстрее и переместиться в его направлении более оперативно можно было, разве что, с помощью телепортации...
  В этот момент Стася окончательно поняла, что дело - труба... Её незадачливый кавалер, по всей видимости, был пьян просто до невменяемости, потому что он вообще не отдавал себе отчёта в том, что происходит вокруг него, откуда она едет, и сколько ей потребуется на это времени... И её объяснений он тоже попросту не способен был услышать, как ни старайся... Самым разумным в подобной ситуации, опять же, было бы плюнуть на всё, послать этого алконавта на три буквы и повернуть обратно... Но только вот она была уже в пути, - и вернуться назад сейчас было совершенно нереально. Разве что только на такси, опять же... И, если сосиски они с Димкой попросту могли бы съесть и сами, - то вот деньги за бутылку водки, - отнюдь не дешёвую, кстати!.. - ей тогда никто не вернул бы...
  Глупость несусветная, конечно... Но жадность победила. А ещё - подспудная надежда на то, что он всё-таки придёт в себя...
  Ведь не был же он таким раньше...
  Подавив в себе неумолимое желание повернуть назад, Стася набрала номер Олега и терпеливо, разговаривая с ним, как с неразумным ребёнком, попыталась снова объяснить ему сложившуюся ситуацию. На этот раз он, вроде бы, всё понял правильно и даже извинился за свой предыдущий звонок.
  - Я просто не подумал, что тебе так долго добираться!.. - уже, кажется, вполне осмысленно произнёс он, - протрезвел, невзначай?.. - и добавил свою уже заезженную фразу. - Я же сказал тебе, чтобы ты взяла такси!..
  - Олег, но у меня нет денег на такси! - спокойно и терпеливо проговорила Стася.
  - А, ну извини!.. - согласился он. - Если у тебя нет денег, тогда понятно!.. Но я же сказал, что всё верну тебе потом!..
  "Да, но нет-то у меня их сейчас!.." - уже со злостью подумала Стася, а вслух повторила:
  - Я уже скоро приеду! Я купила всё, о чём ты просил! Подожди, пожалуйста, ещё немного! Только никуда не уходи!..
  Её последние слова были продиктованы не столько безумной заботой о нём, сколько тем, что Стасе вовсе не улыбалось оказаться ночью под окнами его пустой квартиры...
  - Да нет, я никуда не уйду! - пообещал ей Олег. - Я просто подумал, что ты уже не приедешь!
  - Я скоро буду! - ещё раз заверила его Стася.
  На этот раз он, похоже, оказался способен хотя бы услышать и понять её слова... Насколько Стася могла судить объективно, сейчас, в его замутнённом состоянии, это уже было определённым достижением...
  Признаться честно, к тому моменту Стасина эйфория по поводу того, что Олег позвонил ей и сам предложил встретиться, уже успела окончательно выветриться из её головы... Вероятно, благодаря прохладе ночи... Всё-таки на дворе был не май месяц, а поздняя осень... И теперь Стася уже явно испытывала определённое... напряжение, что ли... И, признаться, довольно сильное...
  Во-первых, по поводу того, что Олег позвонил ей так поздно вечером... Если бы он действительно захотел увидеть её, то вполне мог бы вспомнить об этом на пару часов пораньше, и тогда Стася смогла бы спокойно встретиться с ним сразу же после работы. Но два часа назад, очевидно, Олег даже и не помышлял об этом. А тут вдруг вспомнил...
  Почему?.. Водка закончилась?.. Это, в принципе, было самым правдоподобным объяснением и самого того факта, что Олег вдруг возжелал увидеть Стасю, и даже его неадекватного нетерпения. Ему так сильно надо было выпить?.. Вот прямо сейчас, незамедлительно?.. Просто сил больше не было терпеть, потому что трубы уже горели?..
  Причём, даже в таком полуневменяемом состоянии он поступил довольно умно. Он не заговорил про водку сразу же, - наверное, чтобы не отпугнуть её этим. Поначалу он просто предложил Стасе приехать. И только потом, убедившись, что она уже летит к нему на всех порах, попросил её купить ему выпить...
  Как-то всё это Стасе совсем уже не нравилось...
  Рванула бы она к нему, роняя тапки, если бы он сразу же заговорил о водке?.. Едва ли, - потому что даже сейчас она уже прекрасно осознавала, что он на самом деле не столько хотел видеть конкретно её, чтобы просто желал, чтобы хоть кто-нибудь принёс ему выпить... Осознавать, что тебя используют, всегда довольно мерзко... Возможно, до этого он уже успел обзвонить всех своих друзей - приятелей, и она, вероятнее всего, была просто последним вариантом, кого он набрал на всякий случай, - а вдруг согласится?..
  И она действительно согласилась. Сдуру. Правда, уже успела об этом пожалеть. Но легче от этого не становилось...
  Единственное, что в тот момент Стасю ещё немного радовало и вдохновляло, - это то, что на следующий день им, согласно графику, предстояло работать вместе. После долгого перерыва. В Стасином ломбарде, куда она, наконец-то, вернулась. И это внушало ей определённые радужные перспективы...
  Олег встретил Стасю очень хорошо. С неподдельным восторгом на лице... Он просто безумно был рад ей в тот момент... Или же бутылке водки, которую она принесла... При этом Олег тут же объяснил Стасе, что остался буквально без копейки денег, и спросил, не сможет ли она подождать с возвратом долга до его зарплаты?.. Он получит её уже через неделю, - на второй работе, - и, разумеется, сразу же расплатится с ней...
  Так, а вот мы и приехали... У Стаси внутри просто всё упало... Теперь, к сожалению, она окончательно и бесповоротно поняла, почему он не сбегал сам в ближайший магазин, а позвонил ей... Он попросту не мог сбегать в магазин сам. Потому что у него не было на это денег...
  Ей очень не хотелось сейчас думать об этом. Но и не думать об этом было попросту невозможно. И такое сильное желание Олега увидеться с ней, - которого не было почти три недели, - объяснялось, всего-навсего, тем, что он оказался на мели...
  Стася изо всех сил постаралась подавить закипавшую в ней злость и с милой улыбкой заверила своего почти возлюбленного, что она, конечно же, не имеет ничего против его обещания отдать ей долг через неделю... Она же, типа, на всё готова ради него!.. Даже покупать ему среди ночи выпивку на свои деньги, похоже...
  Это был сарказм, если что. Но Олег, разумеется, его не заметил. Он схватил вожделенную бутылку водки и умчался на кухню...
  Кстати, если Стася где-то в глубине души и возлагала какие-то там подспудные лучезарные надежды на эту ночь, то им, разумеется, опять не суждено было сбыться... Потому что эта ночь была почти полным повторением пары других, которые они, типа, провели вместе... Точнее, была бы, - если бы тогда не произошло ещё кое-что, реально напугавшее Стасю. И даже заставившее её всерьёз задуматься о перспективе дальнейшего развития отношений с человеком... Ну, скажем так, - не совсем вменяемым, что ли...
  Потому что тогда, в ту ночь, Стася поняла, что Олег, помимо всех прочих недостатков, попросту опасен. Для неё. Для общества. Для самого себя, в первую очередь.
  Заставило ли это её задуматься?.. Да. Но пока лишь на секунду...
  Сначала всё шло точно так же, как и всегда. Они пили водку и смотрели телевизор. Точнее, разумеется, водку пил Олег, а телевизор пыталась смотреть Стася... Потом вдруг Олег начал рассказывать ей о том, что все его друзья добавляют какие-то таблетки к водке, - для усиления эффекта, - но он это дело никогда не любил... У него несколько лет назад лучший друг так погиб, - "догнаться захотел", - и умер от передоза... А он сам вообще не выносит наркотики ни в каком виде, - ещё со времён Афганистана... Ему там всей этой гадости хватило... Поэтому теперь никогда ничего не принимает... А вот его друзья, - они никак не хотят этого понимать... Они сами постоянно этой дрянью балуются, - и ему всё время норовят что-нибудь подсунуть, пока он не видит... Сколько он уже ругался с ними, - они вообще ничего понимать не хотят!.. Он уже и встречаться с ними в последнее время не желает, потому что надоела ему эта их подлость...
  Стася слушала все эти его рассуждения вполуха, поддакивала, когда ей это казалось необходимым, поглядывала в телевизор одним глазом и мучительно размышляла про себя, чем же всё это у них в очередной раз может закончиться?.. Но того, что случилось потом, Стасе не могло бы привидеться ни в каком страшном сне...
  Олегу в очередной раз удалось удивить её. Он, похоже, вообще был просто кладезь сюрпризов...
  На фоне пространных рассуждений о друзьях и наркотиках, которые Стася благополучно почти полностью пропускала мимо ушей, Олег неожиданно на мгновение замолчал, словно задумавшись о чём-то своём, а потом вдруг поднял на неё глаза и очень спокойно, твёрдо и членораздельно проговорил:
  - Зачем ты это сделала?..
  У Стаси на мгновение аж дыхание перехватило от неожиданности. За считанные секунды весь этот вечер пронёсся у неё перед глазами... Каждое событие, каждый шаг, каждый поступок, каждое слово... Каждая мысль даже, кажется... Имея дело с Олегом, никогда нельзя было ни в чём быть уверенной наверняка... Он мог неадекватно отреагировать на самую что ни наесть невинную мелочь, на которую сама Стася могла вообще попросту не обратить внимания...
  Но в её памяти не отложилось ровным счётом ничего подозрительного или предосудительного. И потому Стася, - ну, хоть убей!.. - попросту не врубалась, что опять она сделала не так?.. Она представления не имела, о чём он сейчас говорил.
  - Что именно? - осторожно спросила Стася.
  Да, уже достаточно хорошо зная к тому времени Олега, она могла бы, кажется, предположить, что угодно... Но только вот не то, что он, как выяснилось в конечном итоге, имел в виду на этот раз...
  - Зачем ты это сделала?! - повторял и повторял он, как заведённый, - разве что не раскачиваясь из стороны в сторону, - очень строго глядя при этом на Стасю мутными глазами. - Я ведь тебе доверял!.. Я никак не думал, что ты окажешься способна на это!.. Как ты могла?!
  Против воли и доводов разума, Стася в этот момент ощутила какую-то странную, подступающую к горлу панику... Вроде бы, бояться было пока нечего... Да и вообще, несмотря ни на что, Олег никогда не давал ей поводов себя опасаться... Но в тот миг Стасе стало как-то очень сильно не по себе...
  Олег был... странным. Ещё более странным, чем всегда. И Стася вдруг поняла, что он вообще едва ли отдаёт себе отчёт в том, что происходит вокруг него...
  Кстати, его дальнейшие слова это подтвердили. Он словно находился вообще не в этом мире...
  - Олег, что я опять сделала не так? - терпеливо, медленно, как с душевнобольным, заговорила Стася. Ей всё-таки важно было разобраться с этим до конца, чтобы понять, что происходит. - Объясни мне, пожалуйста! Я вообще не понимаю, о чём ты говоришь!
  - Всё ты понимаешь!.. - с обречённым видом кивнул Олег, глядя на Стасю исподлобья, как на врага народа. - Как ты могла так со мной поступить?!
  Стася почувствовала неимоверную усталость и какое-то странное отупение... Похоже, её психика просто уже растратила свой ресурс переживаний, и теперь ей было попросту всё равно... Его поведение переходило все границы разумного... И Стася просто разрывалась сейчас между желанием встать и уйти, - и потребностью всё-таки выяснить, о чём конкретно он говорит?..
  - Олег, я ничего не понимаю! - тихо проговорила Стася. - Но мне как-то всё это уже надоело!.. В чём ты меня опять обвиняешь?
  У неё до сих пор так и не появилось ни одного предположения.
  - Зачем ты мне их подсунула?! - с ненавистью в голосе процедил Олег. - Ты же знаешь, что я их терпеть не могу!..
  Всё ещё пребывая в абсолютном и полном недоумении, Стася бросила быстрый взгляд на стол... Почти приконченная бутылка водки... Хлеб... Свежий, кстати!.. Пара сосисок... Тоже, кстати, вполне съедобных, не испорченных, с нормальным сроком годности, - она это ещё в магазине проверила по привычке; она же порадовать любимого хотела, а не отравить некачественными продуктами... Вроде бы, ей не удалось разглядеть ничего подозрительного...
  Может быть, он вообще упрекает её за то, что она купила сосиски и хлеб?.. Ведь обычно он пил, не закусывая... Но он, опять же, сам об этом попросил... И, кстати, Стася только сейчас поняла, что не видела, чтобы он хоть что-то из этого съел... Он только пил, как всегда...
  Нет, Стася просто категорически не могла врубиться, о чём он сейчас говорил...
  - Олег, что я тебе подсунула?.. - чётко и членораздельно, словно общаясь с идиотом, - хотя, почему "словно"?.. - произнесла Стася. Это был какой-то театр абсурда, и ей, похоже, достались места в первом ряду...
  - У меня все друзья ими балуются, но я же говорил тебе, что я их не выношу! - продолжал строгим тоном отчитывать Стасю Олег. Несмотря на то, что он пребывал сейчас в почти невменяемом состоянии, его голос оставался твёрдым, чётким и даже каким-то учительским, что ли... И сейчас он ругал Стасю, как директор школы нашкодившую девчонку в своём кабинете...
  Стася уже просто молча хлопала глазами, с недоумением глядя на него. Она не знала вообще, что ему ответить. Сказать, что она по-прежнему ничего не понимала, - это было не сказать ничего...
  А Олег тем временем продолжал. Всё так же сурово, строго и монотонно. Он в чём-то обвинял её... В чём-то нехорошем... Только вот в чём конкретно?..
  - Я так тебе доверял!.. - с осуждением качая головой, выговаривал он. - Вот знал ведь, что никому в этой жизни нельзя доверять!.. Но я думал, что ты не такая!.. Я думал, что тебе можно верить!.. Я же просил тебя просто купить мне водки!.. Я же говорил, что ничего другого мне не нужно!.. А ты всё равно мне их как-то подсунула!.. Зачем?.. Вот как ты могла так со мной поступить?! Я же говорил, что мне с них плохо!..
  Взгляд Стаси снова упал на сосиски... Ничего другого ей просто даже и в голову не приходило... Он просил только водки... А она подсунула ему ещё и сосиски... И теперь ему с них плохо...
  Бред какой-то, - ей-богу!.. Она же, в конце концов, не заставляла его есть их силой!... Не ел бы просто, - тем более, если знает, что ему от них плохо бывает!.. Она же его не заставляла!.. Да и не видела она, чтобы он вообще к ним притрагивался... К тому же, он сам просил их купить!..
  У Стаси в тот момент просто руки опустились от бессилия. Она совершенно не представляла, что ей делать, и как вообще реагировать на слова Олега... Поэтому она просто смотрела на него... Стараясь сохранить хотя бы видимость спокойствия, которого, разумеется, не испытывала...
  - Олег, я вообще не понимаю, о чём ты сейчас говоришь! - устало покачала головой Стася. - Что я тебе подсунула? Чем ты опять недоволен?
  На этот раз он, наконец-то, ответил. Но только вот его ответ, который Стася выбивала из него чуть ли не полчаса, прозвучал для неё, как гром средь ясного неба.
  - А то ты сама не знаешь!.. - прищурив свои мёртвые глаза, проговорил Олег.
  - Прикинь, не знаю! - с раздражением отозвалась Стася. Подобная ситуация была уже не для слабонервных. После всего того, что она сделала для этого человека, - теперь ещё и выслушивать какие-то непонятные претензии, - это было уже слишком!..
  - Таблетки!.. - с ненавистью в голосе бросил ей в лицо Олег. - Зачем ты подбросила мне в водку таблетки?!
  Стася смотрела на него в полнейшем замешательстве, хлопая, наверное, глазами, как полная дура, словно он говорил сейчас не на русском языке.
  - Какие таблетки?.. - ошарашено переспросила она, всё ещё не в силах врубиться. Он пьёт какие-то таблетки? От головы?.. От давления?.. От сердца?.. Или ещё что-то?.. Он болен?.. Он лечится?.. В Стасиной голове за считанные мгновения пронеслось множество вариантов, - вот только верного среди них, кстати, не оказалось. Потому что нечто подобное было просто недоступно её слабому и примитивному воображению...
  - Ты же знаешь, что я их терпеть не могу! - тем временем монотонно продолжал работать на какой-то своей волне Олег. - Мне всей этой наркоты ещё в Афгане вот так хватило!.. - Он выразительно провёл ребром ладони по горлу и с нескрываемой ненавистью в голосе добавил. - Зачем ты это сделала?!
  Хотите - верьте, хотите - нет, - но именно тогда, в тот день, - или, вернее, в ту ночь, - Стася, впервые в своей жизни, поняла, что выражение "волосы зашевелились на голове" было придумано людьми не просто так. Вовсе не ради красного словца... Потому что Стася в тот миг реально ощутила, как у неё от ужаса шевелятся волосы...
  - Ты, что, реально думаешь, что я тебе какие-то наркотики подсунула? - с трудом смогла выговорить Стася. Все её силы в тот момент уходили на то, чтобы сохранять спокойное выражение лица, несмотря на заоблачный абсурд ситуации, и не показывать своему не совсем здоровому собеседнику, что на самом деле она находится в состоянии полнейшей паники.
  - Я не думаю! - отрезал Олег. Как отрубил, в буквальном смысле слова. - Я знаю, что ты мне их подсунула! Я же знаю, как они действуют! С одной водки такого не бывает! Я вот только не понимаю, когда ты успела мне их подсунуть?..
  Стася смотрела на него, не мигая. Её мозг просто отказывался верить в то, что он говорит всё это серьёзно. Может быть, это у него такое чувство юмора проснулось под воздействием алкоголя, и он решил пошутить над ней таким вот странным способом, который показался ему в пьяном бреду ну просто охренительно забавным?.. А сейчас, глядя на её ошарашенный и изумлённый вид, он просто рассмеётся и признается, что это была шутка?..
  - Олег, ты вообще в своём уме? - тихо поинтересовалась Стася, прекрасно осознавая, впрочем, что этот чисто риторический вопрос не имеет смысла. Разумеется, он был не в своём уме. Иначе он вообще не заговорил бы обо всём об этом...
  - Нет, ты просто скажи мне, зачем ты это сделала? - снова и снова повторял Олег, осуждающе качая головой. - Как ты могла?.. Я же доверял тебе!..
  С одной стороны, Стасе захотелось просто схватить его за плечи, встряхнуть изо всех сил, нахлестать по щекам, - да хоть табуреткой треснуть по голове!.. - чтобы он пришёл в себя и перестал говорить ерунду. С другой стороны, она почувствовала, как её охватывает самая настоящая паника. Этот человек, вне всякого сомнения, был попросту безумен. Стася сейчас находилась в одной квартире с довольно сильным мужиком, допившимся до белой горячки и, похоже, уже лицезреющим белочек... И она вовсе не была уверена в том, что это было безопасно для неё...
  Те более, что он искренне полагал, будто она подсунула ему наркотики... И, кто его знает, как может отреагировать на это его воспалённый мозг...
  - Олег, я ничего тебе не подсовывала! - как можно более твёрдо и чётко проговорила Стася. - Да я наркотиков в жизни в руках не держала! Я даже не представляю, что конкретно ты имеешь в виду!
  - Ну, я же знаю, что это ты! - упёрто повторял Олег. - Никого другого ведь здесь нет!.. Я же чувствую, что мне с них плохо! Я вот только не понимаю, зачем тебе это было нужно?!
  Он не шутил. Увы, не шутил!.. Он реально считал, что наивная домашняя девочка, которая о наркотических средствах только в книгах читала, - да и то не слишком внимательно, поскольку эта тема её вообще никогда не интересовала, - увлекается подобными препаратами настолько серьёзно, что реально могла накормить ими доверившегося ей бедного алкоголика, упившегося до глюков... Очевидно, в его глазах она реально была похожа на человека, злоупотребляющего подобными вещами, - да ещё и других на них подсаживающего... Наркобаронша, блин, - ни дать, ни взять!..
  - Олег. Я. Ничего. Тебе. Не. Подсовывала! - раздельно, по словам, - да практически, по слогам, - проговорила Стася.
  Но он ей не верил. Или же вообще не слышал её. У Стаси шумело в голове от осознания полной иррациональности происходящего...
  - А ведь я тебе доверял!.. - никак не унимался Олег, с очевидным отвращением покачивая головой. - Надо же было так расслабиться!.. Знал ведь, что никому в этой жизни нельзя доверять!.. Но я думал, что ты не такая!.. Ну, ничего!.. Сам виноват, дурак наивный!.. Будет мне наука на будущее!..
  - Олег, ты хоть сам понимаешь, какой бред ты сейчас несёшь?! - не выдержав, вспылила, наконец, Стася, а потом просто встала и ушла в комнату.
  На дворе была глубокая ночь... Или, точнее, уже раннее утро... Стасино состояние можно было сейчас охарактеризовать только одной фразой: она была в шоке. Стася не знала, что так бывает. И она вообще не представляла, что ей теперь делать?.. Вызвать такси и уехать домой?.. Наверное, это было бы на тот момент самым правильным решением. И самым разумным, - уж это точно!.. Потому что оставаться здесь, рядом с этим человеком, было просто небезопасно... Но Стася всё ещё не могла до конца поверить в реальность происходящего и всё ещё пыталась на что-то надеяться... На что-то лучшее... Или хотя бы просто хорошее...
  Стася легла на заправленную кровать и закрыла глаза. Ей реально казалось, что она сейчас словно наблюдает за всем этим безумием откуда-то со стороны. Это просто не могло происходить с ней наяву... Потому что такого попросту не бывает в реальной жизни...
  В дурацких глупых любовных романах - да... С лишившимися разума от любви дурочками... Но она ведь была серьёзной, умной, рассудительной и осторожной девушкой... Так как же она умудрилась вляпаться в подобную кучу дерьма?..
  Стася даже не понимала, чего ей сейчас хочется больше: заплакать навзрыд от обиды и разочарования или же громко расхохотаться, как сумасшедшей?.. Поэтому она пока и старалась воздерживаться и от того, и от другого...
  Но, если уж говорить по существу, - то всё это просто и не могло уложиться в голове у нормального здорового человека!.. Подумать только, - она примчалась к нему посреди ночи, бросив дома ребёнка, - которого, кстати, никогда раньше не оставляла по ночам одного и даже мысли об этом до знакомства с Олегом не допускала, - она накупила ему водки и целую сумку закуски, она много часов без устали просидела с ним рядом на кухне, слушая его пьяный базар и искренне стараясь делать вид, что ей это интересно, - и всё это ради чего?.. Ради того, чтобы он в пьяном бреду, в конце концов, обвинил её в том, что она подсовывает ему наркотики?..
  Это было просто какое-то форменное безумие... Где - Стася, а где - наркотики, о которых она слышала разве что краем уха... Для неё было шоком осознать, что сам Олег крутится в том дерьме, где подобные средства в порядке вещей... Но то, что он причислил её к увлекающимся какими-то таблетками и решил, что она вполне может нарочно подсунуть ему их в водку против его воли... Это не просто не укладывалось в голове. Такое даже в фантастическом романе с её участием выдумать было бы невозможно...
  Ещё раз повторюсь, - где - Стася,  а где - наркотики... Они вообще не были частью её Вселенной. Они были где-то там... И ей даже в голову не могло прийти, что она рано или поздно может с ними столкнуться...
  И вот сейчас она пыталась осмыслить всю эту непостижимую ситуацию и понять, как она вообще могла оказаться непосредственным участником всего этого нелепого фарса?.. Нет, ей-богу, это происходило не с ней... И не наяву...
  Увы, - но всё это случилось как раз с ней!.. У Стаси и раньше всегда было подозрение, - что уж тут греха таить!.. - что она по жизни обладает просто феноменальной способностью притягивать к себе всё самое худшее, что только есть в людях... Но как-то так уж получалось, что каждый раз, знакомясь с очередным мужчиной, - вполне, кстати, приличным с виду, - Стася даже и представить себе не могла, что её ждёт. И уже впоследствии обнаруживалось, что все её поклонники оказывались "людьми с прошлым", - алкоголь, тюрьма, - а вот теперь, похоже, дело дошло уже и до наркотиков... Только этого ей для полного счастья как раз и не хватало!..
  Причём, - так же, как и Олег, - на момент знакомства все эти её "поклонники", без исключения, всегда производили впечатление вполне благополучных и достойных людей, находились в "завязке", планировали впредь вести нормальный благопристойный образ жизни, были полны каких-то грандиозных планов... Но после встречи со Стасей все они почему-то как с цепи срывались и начинали по новой... И - кто-то опять спивался, кто-то - снова отправлялся в места не столь отдалённые...
  Стася давно уже заподозрила, что оказывает прямо-таки какое-то губительное влияние на души всех своих знакомых. Она вовсе не хотела этого... Наоборот, со своей стороны, - вот как сейчас, с Олегом, - она готова была приложить все усилия для того, чтобы помочь и поддержать... Но почему-то всегда это оказывалось излишним...
  Человек сам выбирает свою судьбу. И, если он желает катиться по наклонной, спасти его, как правило, было уже невозможно...
  В комнату вошёл Олег, разом прерывая её мрачные раздумья. 
  - Куда ты убежала? - как-то по-детски обиженно спросил он.
  А Стася вдруг поняла, что ей нечего ему сказать. Ну, вот просто совсем нечего!.. Всё было уже сказано раньше, - и не раз... Она просто лежала на кровати с закрытыми глазами и внешне никак не отреагировала на появление Олега. Голова очень сильно кружилась, словно Стася была пьяной, хотя она сегодня не пила вообще... Мысли путались и скакали с одного на другое...
  А самое главное, - ей было очень страшно. И это был просто какой-то необъяснимый дикий ужас где-то на подсознательном уровне, и у Стаси просто сердце сжималось от осознания этого. Она даже не смогла бы объяснить словами, чего конкретно она так сильно вдруг испугалась?.. Олега?.. Да нет, вроде... Несмотря ни на что, Стася не боялась его. По крайней мере, в плане физической расправы. Стася по-прежнему была на все сто процентов уверена в том, что он никогда даже и пальцем её не тронет, - каким бы невменяемым и неадекватным он при этом ни был. Так что нападения или ещё чего-то подобного с его стороны она не опасалась.
  То, что она испытывала сейчас, - это был какой-то более глубокий страх. Глубинный, - можно было даже так сказать. Несмотря на то, что сам по себе этот человек не казался ей опасным, - тем не менее, ей просто хотелось бы в тот миг оказаться где-нибудь подальше от разбуженных и готовых разбушеваться демонов подсознания её такого странного и непонятного возлюбленного...
  - Ты спать, что ли, хочешь? - спросил Олег, присаживаясь на кровать рядом с ней.
  Стася с неимоверным трудом подавила в себе желание продолжить их спор о наркотиках, потому что для неё, разумеется, было очень важно доказать Олегу, что она не совершала того, в чём он её заподозрил. Да ладно заподозрил, - обвинил!.. Но при этом она прекрасно понимала, что сам Олег сейчас вряд ли окажется способным прислушаться к голосу разума и понять, что его предположение - это просто бред. Стася знала, что ей будет до него попросту не достучаться. Поэтому ей пришлось смириться и оставить пока всё, как есть.
  В конце концов, - утешила она себя, - они смогут поговорить с ним обо всём об этом потом, когда он протрезвеет и придёт в себя. Она же ещё не знала тогда, что этого так никогда и не случится!..
  Поэтому Стася заставила себя просто сесть рядом с Олегом и проговорила:
  - Да. Я устала.
  За окном, разумеется, уже давным-давно наступило утро, так что это было, в принципе, и неудивительно. А потому Олег как-то очень быстро согласился с ней и сказал:
  - Тогда давай спать!
  Он быстро разделся, откинул одеяло, забрался в кровать и тут же моментально захрапел...
  А Стася привычно пошла на кухню и схватилась за сигарету...
  Наблюдая за тем, как на улице становится всё светлее, Стася тщетно пыталась разобраться в своих чувствах и ощущениях... Так-то, вроде бы, ничего особенно страшного и не произошло... Ну, случился у человека небольшой заскок на почве беспробудного пьянства... Глюк, - иначе и не назовёшь... Ведь он же не чёртиков, в конце концов, увидел на её плечах... С другой стороны, Стася прекрасно осознавала сейчас, что этот заскок как раз равноценен тем самым чёртикам... Если ему привиделось одно, и он отстаивает эти свои заблуждения с таким пылом, - то что ему ещё может померещиться с тем же успехом в пьяном-то угаре?.. Этот человек был попросту невменяем...
  К сожалению, Стася имела уже некоторое представление о том, что такое белая горячка, - приходилось уже сталкиваться по жизни с подобным явлением... Так что в данном случае, судя по поведению Олега, диагноз можно было уже ставить безошибочно... И сомнениям он, к несчастью, не подлежал... Хорошо, если подобный заскок случился у Олега в первый и в последний раз, - но вот как раз в этом Стася как-то очень сильно сомневалась... Ещё лучше будет для всех, если Олег всё-таки сумеет взять себя в руки и прекратит пить, - но такая вероятность вообще, наверное, была из области фантастики, а потому близилась к нулю... Так что, в свете всего этого, Стася прекрасно понимала, что ей ещё очень повезёт, если в следующий раз к ним за столом не присоединятся зелёные человечки... А она почему-то на тот момент на все сто процентов была уверена в том, что, если Олег будет продолжать в том же духе, то, рано или поздно, они действительно явятся, чтобы составить им компанию...
  Очередная пачка сигарет незаметно опустела. Стася в отчаянии смяла её и выбросила в мусорное ведро. В конце концов, как говорится, утро вечера мудренее...
  Поживём - увидим... Посмотрим, что ждёт нас завтра...
  Только вот почему-то Стася уже тогда была уверена в том, что их с Олегом не ждет впереди ровным счётом ничего хорошего. Её природное жизнелюбие и безоговорочная вера в счастливое будущее, наконец-то, отказали напрочь...
 

*  * *


 
  На следующее утро Олег проснулся с виду совершенно нормальным. В этот день им, кстати, - после очень долгого перерыва, - предстояло работать вместе в Стасином ломбарде, в который она вернулась ещё некоторое время назад, изгнав, наконец-то, Надежду Николаевну. Поэтому они спокойно позавтракали и вместе, пешочком, отправились на работу.
  Олег в то утро был необычайно разговорчив. Например, по дороге на работу он снова завёл свою бесконечную шарманку на тему того, почему он никогда больше и ни при каких условиях не женится, - да и вообще, не желает впредь иметь никаких серьёзных отношений с женщинами... Стася молча слушала его и наматывала полученную информацию на ус. Почему-то все эти его пространные женоненавистнические рассуждения, с которыми она раньше, отчасти, даже готова была согласиться, теперь не вызывали у неё ничего, кроме холодного раздражения. И омерзения.
  Да, сама Стася тоже никогда больше не собиралась выходить замуж официально, поскольку искренне полагала, что любовь умирает на пороге ЗАГСа. И у неё в жизни было немало возможностей неоднократно убедиться в справедливости этого утверждения, - в том числе, и на собственном горьком опыте. Да, она тоже вообще не хотела больше никаких отношений, - потому что все мужчины только имели обыкновение создавать лишние проблемы в её и без того достаточно сложной и невесёлой жизни... И Олег, к сожалению, вовсе не стал исключением из этого чудесного правила... Странные отношения с ним, скорее, тяготили, напрягали, раздражали и выматывали, нежели приносили хоть какую-то радость, - как это, вообще-то, подразумевалось изначально по умолчанию... Но, тем не менее, несмотря на все предыдущие разочарования, которые Стася без труда сумела оставить в прошлом, она полагала, что жизнь не стоит на месте. Она продолжается. В ней периодически появляются какие-то новые люди, - иногда даже интересные, - происходят какие-то новые события, возникают новые ситуации... И, несмотря ни на что, Стася была открыта всему этому новому и с надеждой смотрела в завтрашний день.
  И ей уже реально осточертела эта нелепая зацикленность Олега на событиях, - дай Бог памяти, - семилетней давности. Ну, предала его жена. Изменила, бросила, обманула... Растоптала все его светлые и искренние чувства... Ну, так и Бог с ней!.. Давно пора просто перечеркнуть всё это и двигаться дальше! Впереди ещё целая жизнь, и она сулит в себе немало хорошего...
  Но Олег словно навсегда застрял в том времени и упивался своими обидами. И этот его мазохистский подход реально уже начинал сводить с ума. Стася слушала все эти его омерзительные рассуждения о том, что он никогда больше не свяжется ни с одной женщиной, потому что уже по горло сыт всем этим... И снова и снова задавала себе уже навязший на зубах вопрос о том, какого чёрта она вообще делает рядом с этим неудачником?..
  И не находила на него ответа.
  Наверное, ей тоже был свойственен некоторый мазохизм. Иначе объяснить её странное поведение в те недели и месяцы было просто невозможно.
  Да, она совершенно не хотела замуж. Да, она никогда не ставила перед собой такой конкретной цели, - в отличие, кстати, от очень многих женщин, для которых штамп в ЗАГСе являлся смыслом всего их существования. Но ведь это ещё не означало, что её изо дня в день, из раза в раз, нужно макать мордой в дерьмо, напоминая неустанно о том, чтобы она не раскатывала губу и ни на что не надеялась... Этот человек унижал её походя, просто так, на всякий случай, в профилактических целях, - чтобы она случайно не забылась вдруг как-нибудь на досуге и не возомнила о себе слишком много...
  Стася изначально, очевидно, - по задумке Олега, - должна была крепко-накрепко усвоить, что ради таких, как она, добропорядочные разочарованные в женщинах мужчины не меняют свои взгляды и свой привычный образ жизни... Разумеется, она не стоит того, чтобы ради неё ломали копья, в тщетной попытке добиться её расположения... И уж, само собой, на таких, как она, никогда не женятся... Об этом даже и упоминать, право, смешно!.. Ведь она же не прекрасная незабвенная умопомрачительная Ирина, которую забыть невозможно; это её Олег любил так, как не полюбит больше никого и никогда... Но, если уж даже она оказалась способной на предательство, - то что же еще можно ожидать от всех остальных, которые и мизинца её не стоят?..
  Так что, - нет, нет и ещё раз нет!.. Никого и никогда больше Олег не осчастливит своей любовью и преданностью; никто и никогда не займёт в его сердце такого же места...
  Самым обидным во всей этой ситуации было именно то, что, благодаря такому вот славному потенциальному возлюбленному, Олесина самооценка стремительно падала... Олег, всеми этими своими маразматическими рассуждениями, просто опускал её ниже плинтуса... При этом реально его даже упрекнуть было не в чем, потому что он даже и не говорил, вроде бы, ничего страшного или обидного... Он просто рассуждал о своей дальнейшей жизни и о планах на неё...
  Но при этом Стасю почему-то не покидала мысль о том, что в её лице он теперь попросту мстит предавшей его когда-то женщине, поскольку с ней самой он поквитаться сейчас не в силах... После всех его слов и рассуждений, - вроде бы, вполне абстрактных, не имевших конкретно к ней никакого отношения, - Стася ощущала себя полнейшим ничтожеством, недостойным ни любви, ни заботы, ни даже доброго слова... Потому что всё это было давно растрачено на "стоящих" женщин... Но это было только её личное, так сказать, субъективное ощущение. Потому что на самом деле Олег ни разу не сказал ничего конкретно обидного о самой Стасе, ни разу никак не оскорбил её и, вроде бы, ничем не унизил... Просто он, - осознанно или невзначай, - сумел сделать всё, чтобы красивая и вполне уверенная в себе до знакомства с ним молодая женщина практически полностью поверила в то, что она недостойна ничего большего, чем те жалкие крохи внимания с барского стола, которые он готов был иногда ей пожертвовать...
  А в остальном Стасе совершенно не в чем было упрекнуть своего иногда не в меру многословного спутника. Разве что, в отсутствии тактичности... Ну, так ведь кто она такая, чтобы особенно церемониться с ней или просто хотя бы соблюдать общепринятые правила вежливости и приличия?.. Не нравится, - не слушай!.. Он же и пытается изо всех сил объяснить ей, что она ему на фиг не сдалась, - так что непонятно, что она вообще делает здесь, рядом с ним?..
  На самом деле, кстати, ситуация оказалась ещё более печальной, чем даже Стася на тот момент предполагала. Эту дикую, просто катастрофическую неуверенность в себе, появившуюся у неё, благодаря общению с Олегом, Стася будет ощущать в себе ещё много месяцев спустя после расставания с ним, пока ей, наконец, не удастся взять себя в руки и окончательно одним махом избавиться от всех болезненных воспоминаний. Так что на самом деле дурное влияние Олега оказалось для Стаси ещё более пагубным, - в том числе, и для её психики, - чем это представлялось на первый взгляд.
  Но тогда, к счастью для себя самой, Стася всего этого ещё не осознавала. И ей было просто обидно и больно слушать все эти мерзопакостные рассуждения Олега о несправедливой жизни вообще и о неверных подлых женщинах в частности...
  Кстати, Стася уже потом поняла, что совершенно напрасно молчала и пыталась скрыть от Олега свою обиду. Надо было, наоборот, просто сразу же честно объяснить ему, что ей неприятны эти его рассуждения. Его обида на подлых изменщиц, портящих жизнь достойным мужчинам, не имела к ней никакого, даже самого косвенного, отношения. И ему стоило либо научиться фильтровать свой базар и отделять зерна от плевел, либо толкать эти свои проникновенные речи кому-нибудь другому, - своей бывшей жене, например, - потому что лично сама Стася слушать этого не желала.
  Это, кстати, сразу же чётко обозначило бы все допустимые границы, а следовательно, расставило бы всё на свои места. И, скорее всего, разом положило бы конец их чудесным отношениям. Но на тот момент Стася почему-то ещё просто не готова была окончательно расставить все точки над "i". По крайней мере, ей действительно ещё казалось тогда, что у неё нет другого выхода, кроме как покорно выслушивать все эти его бредни с непроницаемым лицом и согласно кивать в нужных местах...
  А потом, уже в ломбарде, после долгой и пафосной речи о подлости женщин и свободе мужчин, этот независимый и сильный представитель последних, виновато пряча глаза, смущённо попросил женщину, - по умолчанию недостойную его любви и внимания, - об одолжении...
  - Стася, а ты не могла бы дать мне в долг ещё двести рублей?.. Я вообще сейчас на мели, а мне без денег никак, сама понимаешь!.. На следующей неделе мне на той работе дадут зарплату, и я тебе всё верну! И за вчерашнее тоже!..
  Сказать, что Стася обалдела от подобной наглости своего такого гордого и свободного мужчины, презирающего любые проявления слабостей, чувств и эмоций, - это не сказать вообще ничего... К тому же, у неё в душе невольно шевельнулся какой-то нехороший червячок сомнений... Который начал стремительно увеличиваться в размерах, приобретая всё более чёткие очертания и наглядно демонстрируя весь масштаб проблемы, неожиданно заставившей вдруг вчера Олега пожелать её увидеть...
  Беда заключалась ещё и в том, что Стася просто патологически никогда не любила давать деньги в долг. И это даже не потому, что она была вся такая жадная, скупая и недоверчивая, - просто жизнь научила... Ещё много лет назад она твёрдо усвоила одну простую истину, гласящую: хочешь потерять друга, дай ему денег в долг! Как это ни печально, но все без исключения люди, которые когда-либо занимали у неё деньги, имели довольно неприятную привычку потом после этого навсегда исчезать из её жизни...
  Хуже того, - весь Стасин опыт неоднократно доказывал ей, что та же самая народная мудрость, переиначенная в обратную сторону, тоже имела весьма глубокий смысл. То есть, если хочешь потерять друга, возьми у него денег в долг... Те, у кого Стася когда-либо имела глупость сама одалживать деньги, тоже благополучно исчезали потом с её горизонта, - только уже совсем по другой причине, как это ни странно звучало на первый взгляд. Свои долги Стася как раз всегда отдавала вовремя, - в этом смысле её совесть, слава Богу, была безупречно чиста, - и упрекнуть её незадачливым друзьям-приятелям, вроде бы, было не в чем. Но тут имела уже место другая крайность.
  Все люди, когда-либо одалживавшие ей деньги, почему-то сразу же решали, что после этого она переходит в их полную собственность, - причём, даже независимо от суммы долга, даже если речь шла всего лишь о билете на автобус, например. Но только вот щедрый человек, давший взаймы, почему-то сразу же автоматически приходил к выводу, что отныне, терзаемая чувством вины и бесконечной благодарности, должница будет принадлежать ему целиком и полностью, со всеми потрохами. И он сможет бесцеремонно управлять и ей самой, и её жизнью... Навязчиво и безапелляционно...
  Поэтому, как правило, после поспешного возврата долга, Стася попросту сама переставала общаться с такими людьми...
  Ещё много лет назад Стася зареклась от каких-либо денежных отношений с друзьями, коллегами, родственниками, - чтобы осознанно не провоцировать возникновение подобных проблем. Лучше уж пусть её считают жадной, - она могла это пережить, - чем обманут или, что ещё хуже, будут потом упрекать купленным на их деньги мороженым... И ей почти всегда удавалось следовать своим принципам... Почти всегда. Но бывали и обломы...
  И один из них произошёл в своё время как раз с Олегом.
  Как-то летом, ещё в самом начале их совместной работы в ломбарде, Олег занял у Стаси пятьдесят рублей. Да почему-то как-то так и забыл отдать. То ли он вообще по жизни был такой забывчивый и необязательный, то ли это просто было для него в порядке вещей, - но Стася поняла ещё тогда, сразу же, спустя всего несколько дней, что данный злосчастный эпизод уже давным-давно выветрился из его памяти. Но только вот сама-то Стася прекрасно помнила об этом. И при этом вполне отдавала себе отчёт, что подобная "забывчивость" характеризует Олега далеко не с самой лучшей стороны...
  А потом всё как-то разом вдруг закрутилось... И намекать на возврат долга Стасе было уже, вроде как, неудобно, - как, кстати, нередко и бывает в подобных случаях... Естественно, разумом-то она прекрасно понимала, что ни о каком неудобстве здесь даже и речи быть не должно... Стася всё-таки была не настолько богата, чтобы безвозмездно спонсировать своих многочисленных охранников, вечно стремящихся стрельнуть у неё "до завтра". Но, по крайней мере, и Глеб Мартыныч, и даже Сан Саныч свои долги всегда отдавали сразу. А вот Олег почему-то так и не посчитал нужным сделать это...
  Но вышло так, что поначалу растерявшаяся Стася попросту постеснялась напомнить Олегу о долге. А потом у них завязались эти их довольно-таки странные и неоднозначные отношения, и акцентировать внимание на тех злосчастных пятидесяти рублях показалось Стасе уже совершенно немыслимо и даже как-то мелочно...
  И вот теперь вышло так, что Олег попросил у Стаси сумму, во много раз превышающую ту, первоначальную, которую он почему-то так и не смог вернуть... К тому же, следовало учитывать, что водка и продукты, купленные для него накануне, уже обошлись Стасе в триста рублей, которые Олег тоже щедро пообещал компенсировать ей после зарплаты... Нет, Стася не была жадной... А потерявшие голову от любви девушки вообще бывают очень щедрыми, когда речь идёт о дорогих их сердцу мужчинах... Но, при всей своей наивной доброте, до конца Стася голову всё-таки ещё не потеряла, а потому ни на миг не забывала о том, что она не одна, - у неё в запасе имеется ещё и двенадцатилетний мальчишка, которого ей необходимо было хотя бы изредка подкармливать. А вот ни мужей, ни спонсоров, ни даже хотя бы добрых родственников на горизонте не наблюдалось, и реально рассчитывать ей в этой жизни вообще-то было не на кого...
  И, при всех своих сложных и неоднозначных чувствах к Олегу, Стася, к сожалению, как-то очень сомневалась сейчас в том, что он, в свою очередь, посчитает нужным хоть чем-нибудь помочь ей, если дело дойдёт до этого...
  А точнее, - что уж тут греха таить, - но Стася, напротив, уже заранее на все сто процентов была уверена в том, что Олег ради неё палец о палец не ударит... Но об этом ей думать совсем сейчас не хотелось...
  Да, иногда ради любви девушки готовы пойти на всё... Поэтому Стася, подавив негодование в душе и продолжая внешне мило улыбаться, чтобы, не дай Бог, не задеть чувствительные струнки нежной души своего милого друга, - скрепя сердце где-то глубоко внутри, послушно отсчитала ему эти деньги. Олег, - довольный донельзя и счастливый до безобразия, - тут же умчался к ближайшему ларьку с целью поправки здоровья... А Стася, в некотором замешательстве, переполненная всяческими дурными предчувствиями, осталась загорать на своём рабочем месте. Прекрасно осознавая при этом в душе, что совершает большую глупость...
  Но об этом Стася старалась сейчас просто не задумываться. Изо всех сил. Напротив, она тешила себя наивной надеждой на то, что сегодня она помогла Олегу, а завтра он сделает для неё то же самое... Ведь это же и означает - отношения...
  Вот только у неё никак не выходило из головы, что Олег уже тысячи раз говорил ей о том, что не хочет никаких отношений... И не рассматривает её в качестве женщины, с которой он был бы готов связать своё будущее... Но только как же тогда можно было назвать всё то, что происходило между ними?.. Хороший вопрос...
  Следовало отметить, к сожалению, что ни разу, за все эти несколько месяцев, Олег не проявил стремления хоть как-то облегчить Стасину очень непростую, если уж говорить начистоту, жизнь. Скорее, наоборот, - он почему-то усложнял её своими неадекватными поступками всё больше и больше... И на деле получалось так, что Стасе действительно было бы гораздо лучше - и проще - без него...
  Но ведь надежда, как это всем известно, умирает последней. А у Стаси уже как-то не оставалось за душой ничего, кроме неё...
  Весь день Олег был как-то необычайно оживлён, что было для него в последнее время совершенно нетипично. Он реально выглядел счастливым и довольным жизнью. Видимо, регулярные визиты к ларьку, на которые Стася изо всех сил старалась закрывать глаза, существенно согревали его уставшую душу... При этом со стороны, глядя правде в глаза, даже нельзя было сказать, что он был пьян... Он вообще всегда неплохо контролировал себя, и по нему это было практически незаметно.
  Просто он не был трезв... И это стало для него уже в порядке вещей...
  А Стася вдруг осознала, что уже очень давно не видела его трезвым... Несколько недель... Две, три?.. Ага, - если уж говорить точнее, то с момента смерти его отца. С того самого дня Олег пил, не просыхая, и останавливаться, похоже, не собирался...
  Это был уже не просто запой, из которого он никак не мог выйти... Это просто был, похоже, совершенно естественный для него образ жизни. И Олег просто перестал, наконец, скрывать это...
  Стася давно уже подозревала, что всё это очень серьёзно. Но именно в тот день она, наверное, впервые до конца осознала, что он давно уже перешёл все допустимые границы. Мужчина, который не стесняется просить у любимой, типа, женщины денег на водку, - это отдельная статья... Это просто означает, что для человека уже ничего не имеет значения, - только желание выпить. Оно перекрывает все другие мысли, чувства и потребности.
  Перед нравящейся ему женщиной, на которую хочется произвести благоприятное впечатление, мужчина ведёт себя несколько иначе. Вероятно, именно это Стася и наблюдала в первые недели знакомства. А сейчас у него просто окончательно отказали тормоза. А если мужчина уже перестаёт контролировать себя до такой степени, что уже не видит ничего особенного в том, что любимая, типа, женщина кормит его, поит и даже отстёгивает денег на водку, - это о многом говорит...
  Но в душе Стася, даже понимая всё это, никак не могла ещё решиться назвать вещи своими именами... Она всё ещё продолжала наивно на что-то надеяться, во что-то верить... Но истина тем временем вылезала наружу уже слишком явно, чтобы можно было продолжать её так упрямо и тупо игнорировать...
  Олег был закоренелым алкоголиком, давно уже пропившим и честь, и совесть. И в этом мире его сейчас интересовало только одно: бутылка водки. Это был его компас и жизненный ориентир, и он чётко следовал заданной траектории. Все остальные аспекты и стороны жизни давно уже стали для него несущественны. Он не мог выйти из этого затянувшегося запоя... Просто потому, что не видел смысла из него выходить.
  Незаметно подкрался вечер, не сулящий уже ничего хорошего. Ближе к окончанию смены Олег пустился в пространные рассуждения о том, что ни домой, ни даже к друзьям он идти сейчас не хочет, и ему остаётся только одно, - пойти бродить по тёмным улицам, несчастному и неприкаянному, одинокому и никому не нужному... Стасе было не совсем понятно, пытался ли он, таким образом, намекнуть ей на счастливый шанс побродить по этим самым тёмным улицам вместе с ним, но она честно постаралась воспринять это именно так...
  В конце концов, Стася давно уже поняла, что Олег не умеет нормально выражать свои мысли. Для него совершенно немыслимо было переступить через себя и по-человечески просто попросить её остаться. Поэтому Стася и пыталась изо всех сил угадывать его намёки...
  Если подобные рассуждения вообще были каким-то там намёком...
  В конечном итоге, так и осталось неизвестным, оказалась ли Стася права в своих предположениях или же ошиблась, но Олег действительно милостиво позволил ей побродить по улицам вместе с ним...
  Но, разумеется, для начала им пришлось забежать в ближайший супермаркет, - купить еды, а также очередную бутылку водки и сигареты. Гордый Олег был полностью на мели. Но при этом, легко переступив через свою гордость, он выбирал далеко не самые дешёвые продукты... И Стася, оплачивающая их, с некоторым ужасом наблюдала за тем, как тают её собственные финансы...
  Правда, каждый раз, когда Олег просил её что-нибудь купить для него, он неизменно многократно извинялся и говорил о том, как ему неудобно стрелять у неё деньги даже на сигареты... А потом снова клялся и божился, что через несколько дней, получив аванс на той, другой, работе, он непременно всё ей возместит... Стася старалась обратить всё это в шутку, чтобы не унижать этого гордого и независимого мужчину, попавшего в трудную ситуацию, ещё больше... Она старалась утешить себя в душе тем, что они с Олегом вместе, а значит, деньги у них, в какой-то степени, должны быть общими... Сегодня она ему помогает, а завтра он поможет ей... Но это, признаться честно, было довольно слабое утешение...
  Стася сейчас неплохо зарабатывала, а потому могла самостоятельно, не надеясь ни на чью помощь, прокормить себя и своего ребёнка. Но все эти непредвиденные расходы на Олега пробивали в её скромных финансах довольно ощутимую брешь. И она могла лишь надеяться на то, что её "возлюбленный" действительно со временем всё ей возместит... Что было, если уж посмотреть правде в глаза, весьма наивно с её стороны...
  Потом, спустя какое-то время после всех этих описываемых событий, Стася нередко задумывалась о том, какие же всё-таки женщины дуры... Ну, не все, наверное, - но вот она-то точно!.. В её довольно шатком положении, при её не слишком больших доходах, ей следовало бы усиленно искать мужчину, который хоть чем-то смог бы помочь ей и облегчить её жизнь. Да просто, в конце концов, банально дать бы ей денег, чтобы она могла не экономить, порой, на самом необходимом... Ей нужно было быть более хитрой, изворотливой, коварной и меркантильной... Умные красивые женщины изо всех сил ищут спонсора, готового превратить их жизнь в сказку... А дуры ищут любовь. И Стася как раз была одной из них...
  Иногда она даже находила её, - только вот каждый раз в лице именно таких не слишком благополучных особей, которые не только ничем не могли ей помочь, - а, напротив, сами нуждались в помощи и опеке. Разумом Стася прекрасно понимала это, - даже тогда, в том своём почти уже влюблённом состоянии. Она вообще всегда вполне реально отдавала себе отчёт в происходящем вокруг неё, и чувства, какими бы сильными они на тот момент ни были, никогда не затуманивали её рассудок до конца. И, тем не менее...
  Когда Стася, так сказать, находилась в состоянии влюблённости, то, даже прекрасно понимая некоторую несостоятельность своего мужчины, - в том числе, и в материальных вопросах, - она была готова ради него очень на многое... В том числе, похоже, и на то, чтобы оплачивать его счета...
  Мда... И всё-таки, что греха таить, назвать её умной действительно в данной ситуации было нельзя... Просто язык не поворачивался...
  Вооружившись драгоценной бутылкой водки, в которую Олег вцепился, как ребёнок в любимую игрушку, они до самой ночи гуляли в ближайшем парке. Вообще-то, погода в тот вечер была далеко не прогулочная, - на дворе стояла уже, слава Богу, поздняя осень; дул пронизывающий холодный ветер, от которого куртка не защищала уже совершенно, - хорошо, хоть дождя ещё не было!.. Но Олег хотел гулять. Идти домой он не желал просто категорически...
  Сама Стася, признаться честно, к подобному времяпровождению относилась крайне отрицательно. Во-первых, она всегда была зябликом, а потому, как бы тепло она в данный момент ни была одета, она неизменно мёрзла. Во-вторых, в свои тридцать четыре года Стася, - как ей до сих пор казалось, - давно уже научилась уважать себя и полагала, что мужчина должен предложить нравящейся ему женщине нечто большее, чем прогулки под луной на промозглом ноябрьском ветру... И обычно, - в прошлой, нормальной, не замутнённой чужими проблемами жизни, - стоило только Стасиным периодически возникающим на горизонте поклонникам предложить ей "пойти погулять", как они тут же автоматически переходили в разряд бывших поклонников...
  Но ведь это же был не просто какой-то там случайный кавалер!.. Это же был Олег, - загадочный, непонятный, таинственный Олег, сумевший своей неприступностью пробудить в Стасе нечто большее, чем все остальные мужчины, вместе взятые!.. Он вызывал у неё слишком много противоречивых чувств, в которых она никак пока не в силах была разобраться. А потому Стася, даже осознавая в душе всю абсурдность происходящего, тем не менее, посчитала за особую честь предоставленную ей драгоценную возможность бродить в его компании по ночному городу...
  Они разговаривали... Вроде бы, очень много, но как-то совершенно ни о чём... Олег непрерывно что-то рассказывал Стасе, но, признаться честно, этот его пьяный базар, регулярно подогреваемый дополнительными градусами из зажатой в руке бутылки, был практически бессвязным, и почерпнуть из него можно было совсем немного... А точнее, вообще ничего.
  Единственное, пожалуй, что Стасе удалось тогда из него извлечь, - так это осознание того, что у Олега имеются какие-то серьёзные проблемы с полицией, и ему ни в коем случае нельзя туда попадать...
  Стасю это невольно заинтересовало. К сожалению, не насторожило, нет, - что, вообще-то, было довольно удивительно для вполне законопослушной до того дня гражданки, - а именно заинтересовало. Стася давно уже непроизвольно задумывалась о том, на что именно живёт её такой странный возлюбленный, и никак не могла пока прийти к каким-то определённым выводам. Кроме одного: Стася давно уже подозревала, что он живёт не на одну только официальную зарплату. Потому что то, что он получал на обеих своих работах, было значительно меньше того, что он, по его собственным словам, якобы, тратил. Причём, во много раз...
  Стася знала, что четыре года назад Олег попал в очень серьёзную аварию, после которой его собирали, практически, по частям. Он тогда много месяцев провёл на больничном. А после, встав, наконец, на ноги, он первым делом купил себе новую машину, поскольку предыдущая, - не самая, кстати, дешёвая; такие на улицах их города встречались нечасто, - была разбита вдребезги.
  Сейчас в разговорах он постоянно упоминал о том, что собирается брать новую машину, а свою нынешнюю отдаст сыну, - пусть, мол, катается, самому ему ещё долго такую не купить будет...
  Сын Олега, кстати, несмотря на то, что ему было уже далековато за двадцать, до сих пор нигде толком не работал и жил в своё удовольствие. Когда в разговоре заходила о нём речь, Олег всегда говорил, что ему необходимо отдохнуть после окончания техникума. Учился в котором он, в своё время, кстати, платно, и его обучение, якобы, полностью оплачивал тоже Олег. Вдобавок к этому, он же отмазал его и от армии, - что, как известно, тоже весьма дорогостоящее удовольствие...
  Был ещё один интересный момент, который Стасе сразу же показался более, чем просто странным. Несмотря на то, что бывшая жена, якобы, бросила его, и он сам воспитывал сына, Олег, тем не менее, почему-то платил ей алименты. Причём, вполне официально, - как это ни странно. И, судя по их тесной, не прекращающейся все эти годы связи, у Стаси лично создалось не совсем безосновательное впечатление, подкреплённое кое-какими случайно услышанными обрывками фраз, что он зачем-то платит ей их до сих пор. Хотя их сын давно уже закончил учёбу, ему было уже гораздо больше двадцати одного, и он по-прежнему был полностью на содержании Олега... И это было не просто странно. Если действительно ситуация была такова, как её описывал сам Олег, то это было ненормально.
  В идеале, в жизни всё должно было происходить с точностью до наоборот. Мало того, что это именно Ирина, по словам Олега, фактически бросила ребёнка на него, - а следовательно, это именно она должна была платить алименты за его содержание. К тому же, её новый муж был довольно богатым человеком, - якобы, именно поэтому она и ушла к нему в своё время от не слишком перспективного, на её взгляд, Олега. Так что, в принципе, в её случае мелочиться и брать деньги с бывшего мужа было просто смешно и нелепо. И, тем не менее, факт оставался фактом...
  Всё это было достаточно странно и загадочно. И даже более, чем... И у Стаси давно уже возникал в голове вопрос о том, за что конкретно Олег ей платит?.. Видимо, было, за что, - и в эту теорию как раз прекрасно вписывалась и их продолжающаяся тесная связь все эти годы, и её поведение, и её выходки...
  Возможно, она знала слишком много?.. И он платил ей за молчание?.. 
  С другой стороны, - несмотря на обилие друзей - уголовников и наркоманов и намёки на проблемы с законом, - Стася почти на все сто процентов была уверена в том, что сам Олег в тюрьме никогда не сидел. Хотя, в чём по нашей жизни можно быть уверенным на все сто процентов?.. Если он не говорил об этом, не афишировал и не хвастался наколками с крестами и куполами, - то это вовсе еще не означало, что подобный факт не имел места в его судьбе. Но Стася знала, что раньше, до аварии, Олег был лицензированным охранником с правом ношения оружия. А в нашем государстве, - как полагала Стася, - для того, чтобы получить подобную лицензию, нужно было пройти достаточно всяких проверок...
  Хотя, возможно, она, - как человек, весьма далёкий от этой сферы, - просто ошибалась на этот счёт. К тому же, даже о наличие у Олега подобной лицензии Стася знала только с его слов. А говорил он, как выяснилось, очень много и не всегда по существу...
  Кроме того, Стасю и раньше всегда немного тревожило то, что причина увольнения Олега с той, - очень хорошей, по его собственным словам, и высокооплачиваемой работы, - была страшной тайной за семью печатями. Когда Стася пыталась его об этом расспрашивать, он тут же поспешно переводил разговор на другую тему. И ей так ни разу и не удалось добиться от него никакого внятного ответа. Олег старательно всеми силами обходил этот вопрос и не признавался даже, в какой конкретно организации он работал...
  Стасю всё это весьма интриговало, заставляло задуматься и создавало весьма противоречивые предположения. Но это же был Олег!.. Поэтому все его поступки всегда следовало рассматривать под несколько иным углом...
  Всегда удивляло Стасю, признаться, и то, что у него было немало друзей - уголовников. Правда, в этом она тоже не могла быть уверена полностью, потому что о чём-то подобном Олег, по обыкновению, заговаривал только в пьяном виде, - когда он бывал трезвый, из него слова было не вытянуть. Те субъекты, которых Стася видела своими собственными глазами, - имеются в виду друзья - приятели Олега, частенько, особенно, поначалу, заглядывавшие в ломбард, - тянули только лишь на алкашей, причём, полностью опустившихся, но никак не на матёрых бандюганов. Подобные отбросы общества могли, разве что, бутылку украсть из супермаркета да избить сожительницу в приступе невменяемости. Так что, возможно, к подобным рассказам Олега тоже не стоило относиться слишком серьёзно. Существовала вероятность, что это тоже был просто пьяный базар и попытка придать себе значимости...
  Очевидным, на Стасин взгляд, оставалось лишь одно: его зарплата на двух его нынешних работах не превышала в совокупности десяти тысяч, - напоминаю, описываемые события происходили приблизительно в десятых годах нынешнего столетия, - то есть, была значительно меньше, чем даже у неё самой. Стасю это всегда удивляло. Не говоря уже о том, что для мужика это вообще были не деньги, - но даже со стороны невооружённым взглядом было видно, что его расходы значительно превышают эти его весьма скромные доходы.
  Точнее, так было до похорон его отца. С тех пор, насколько Стася могла судить, Олег находился в постоянном непрекращающемся запое и вряд ли занимался ещё чем-то, окромя постоянной работы. Напротив, он и здесь-то, в ломбарде, частенько отдавал свои смены Мартынычу, потому что выйти был просто не в состоянии. И там, на основной работе, делал, по его словам, то же самое. Отсюда, видимо, и вытекало его нынешнее бедственное положение, когда у него не было денег даже на выпивку...
  Впрочем, даже если Олег действительно занимался чем-то не совсем законным, Стася не слишком переживала из-за этого на самом деле. Она всегда полагала, что, для того, чтобы выжить в этом мире, мужик должен крутиться, а потому её не особенно тревожил тот факт, что, возможно, это идёт вразрез с общепринятыми нормами поведения. Стася вовсе даже не собиралась изображать из себя добропорядочную ханжу, бить себя пяткой в грудь и гордо заявлять, что она сама против любых махинаций... Будь у неё возможность как-то обойти закон, чтобы добиться, таким образом, большего благосостояния, она, вероятнее всего, тоже не удержалась бы... Но у неё просто не было таких возможностей. А ещё, вероятнее всего, не было для этого ни ума, ни умений, ни соответствующих связей...
  Ближе к полуночи, нагулявшись вдоволь, - и промёрзнув до костей, - они направились, наконец, к дому Олега. Правда, их путь, разумеется, опять пролагался через круглосуточный магазин, поскольку их запасы так необходимого Олегу успокоительного подошли к концу... Стасина заначка тоже, кстати, таяла буквально на глазах, но она старалась уже не думать об этом...
  Дома у них всё произошло по привычному уже старому сценарию. Да Стася к тому времени, наверное, уже и не надеялась на что-то другое... Единственным разнообразием оказалось только одно: если обычно они с Олегом практически всю ночь смотрели телевизор, то в тот день они заменили его на фотографии. Олег как-то случайно обмолвился о том, что ему уже давно пора было бы разобраться в них и хоть как-то их рассортировать, а Стася, мигом заинтересовавшись, ухватилась за это и попросила его показать их ей. Олег с радостью согласился на это.
  При просмотре его фотографий, - особенно, старых, двадцатилетней давности, - Стасю до глубины души поразил один очевидный факт. Тогда, два десятка лет назад, Олег внешне ничем не отличался от своих многочисленных друзей. Такой же с виду, вроде бы, совершенно обычный парень, не красавец даже, в самой простой повседневной одежде, - но при этом почему-то создавалось впечатление, что камера, даже на групповых снимках, даже когда он стоял где-то совсем сзади, направлена была только на него.
  В Олеге тех лет было нечто такое, что очень сильно выделяло его из толпы сверстников. Все ребята были, как ребята, - а в этом ощущалась какая-то непонятная дерзость, какой-то безмолвный вызов всему этому окружающему миру, какая-то просто совершенно бесшабашная смелость и отчаянность. И это было именно то, что угадывала Стася в нём сейчас под налётом беспробудного пьянства, то, что до сих пор ещё как-то смутно чувствовалось в нём, - несмотря даже на всю его нынешнюю полную подавленность жизнью и совершенно беспросветную обречённость. Даже сейчас, в этом уже законченном, пропившем всё на свете, похоже, алкоголике, ощущалась всё та же яркая индивидуальность, которая так выделяла его из числа других парней ещё в молодости. Потому что и сегодня, в этом полностью опустившемся под влиянием жизненных обстоятельств, которыми он оправдывался, человеке, еще улавливалась какая-то тень былого характера, которая с годами, под грузом навалившихся проблем, стала практически неразличима...
  На этих старых чёрно-белых ещё фотографиях Олег тянул на себя одеяло уже самих фактом своего присутствия на них. И, глядя на него, теперешнего, отупевшего и практически потерявшего разум от алкоголя, Стасе было неимоверно грустно осознавать, во что превратился этот дерзкий и независимый мальчик, запечатлённый на снимках...
  Боже мой, что делает с нами жизнь!.. - набатом билось у Стаси в голове. И осознавать это реально было даже страшно... Сейчас она испытывала к Олегу очень сложные противоречивые чувства, потому что он сам вёл себя очень сложно и противоречиво. Но, глядя на его фотографии в молодости, Стася осознавала, что, если бы она повстречала Олега два десятка лет тому назад, то просто влюбилась бы в него без памяти, с первого взгляда, без малейших сомнений и раздумий. Потому что этот вызывающе гордый мальчишка со смелыми искрящимися - даже на затертом чёрно-белом снимке - глазами прямо-таки олицетворял для неё мужское начало. Он, реально и безусловно, был просто символом настоящего мужчины, рядом с которым любая женщина будет, как за каменной стеной...
  А сейчас... Стася тайком вздохнула в душе. Сейчас она тоже была влюблена по-своему, - но не в этого реального человека, который, сидя рядом с ней, с упоением предавался сладким воспоминаниям о прошлом, не забывая при этом опрокидывать стопку за стопкой... Она действительно готова была, искренне и беззаветно, полюбить в нём того мужчину, которым он был когда-то раньше, того, который сейчас едва угадывался в нём под внешностью придавленного жизнью пропойцы... И Стасе было очень грустно и даже больно всё это осознавать. Потому что она прекрасно понимала: даже если этот мужчина и жив ещё в нём, где-то очень глубоко в его душе, то едва ли у него когда-нибудь хватит сил на то, чтобы снова вызывающе вскинуть голову и осмотреться вокруг с тем же дерзко - независимым - и, в то же время, каким-то бесшабашным видом...
  А тот, другой, пришибленный судьбой и людьми, в которого он превратился с годами, был Стасе не нужен... Да он и никому не был нужен. Даже самому себе.
  Кстати, как только они начали рассматривать эти фотографии, Олег вдруг преобразился просто на глазах. Очевидно, вид себя самого на этих старых снимках, ещё не потрёпанного жизнью и временем и не погрызенного молью, заставил его на какой-то миг взять себя в руки и вспомнить, что значит быть человеком, а не опустившимся алкоголиком, презираемым даже членами собственной семьи. Лицо Олега, обычно непроницаемое и каменное, вдруг оживилось, и он даже стал похож на себя, того, прежнего... Но только лишь похож...
  Теперь Стася очень чётко видела, что это уже совсем другой человек. Увы, другой, - и сделать с этим ничего было нельзя. Воспоминания о молодости, о службе в армии, о друзьях, которых давно уже не было в живых, наполняли его радостью. Но в этом одновременно было нечто жуткое. Потому что Стася поняла, что он просто застрял там, в тех годах, в том времени, когда ему было хорошо, когда он был счастлив, и когда его жизнь ещё была полна надежд...
  А теперь он жил воспоминаниями. Уже много-много лет, похоже, он жил одними только воспоминаниями, и ничего другого в его жизни давно уже попросту не было. Да он почему-то и сам не хотел ничего другого. Олег, похоже, совершенно искренне был сейчас уверен в том, что всё хорошее, что только могло с ним случиться, навсегда осталось там, в юности, а потому даже и не пытался продолжать жить дальше. То, что происходило с ним сейчас, не было жизнью в буквальном смысле слова, - это было пустое никчёмное существование, наполненное призраками былых образов и давно прошедших радостей...
  Находясь практически постоянно в пьяном забвении, спасающем его от боли и разочарований настоящего, Олег вновь и вновь, с восторгом и радостью, переживал какие-то былые счастливые моменты своей жизни с твёрдой уверенностью в том, что всё это прошло, навсегда и безвозвратно, и больше ничего не повторится. И никогда больше в его нынешней реальности не будет ничего настолько прекрасного, как эти трогательные воспоминания о том счастливом времени, до сих пор живущие в его душе...
  После этой ночи, проведённой за просмотром фотографий, Стася частично поняла, почему Олег относится к ней так странно и неоднозначно. Наверное, она действительно нравилась ему. И он, возможно, даже смог бы полюбить её... Если бы не одно "но"...
  Олег слишком твёрдо был уверен в том, что всё хорошее в его жизни осталось далеко позади, а впереди могут быть только лишь воспоминания о тех счастливых беззаботных днях. И Стася, с её природной живостью и оптимизмом, с её неискоренимой верой в будущее и в счастливое завтра, попросту не вписывалась в эту его чёткую и уже укоренившуюся схему, потому что она существовала в реальной - нынешней - жизни, где ничего хорошего, по его твёрдому убеждению, уже быть не могло даже чисто теоретически. Если бы они с ним встретились когда-то раньше, до того, как у него возникла подобная и весьма странная, надо заметить, уверенность, у них с ним всё могло бы сложиться совершенно иначе. Но сейчас... Сейчас жизнерадостной, полной надежд девушке просто не было подходящего места в той мрачной, печальной, наполненной страданиями и переживаниями жизни, которую он, похоже, с удовольствием создал в своём подсознании. В его тяжёлом суровом будущем не должно было быть ничего хорошего. Отныне, - с некоторых пор, по каким-то там неведомым, но, возможно, даже вполне заслуженным причинам, - он был обречён лишь на вечные страдания и переживания. А значит, и Стаси, со всеми её благими намерениями, чувствами, эмоциями и планами на будущее, в его дальнейшей жизни быть просто не могло...
  Нет, был, конечно, как раз тот вариант, который Олег пытался предлагать ей сейчас. И в нём Стасе отводилось место где-то на задворках. Она не должна была быть счастлива рядом с обречённым на вечные страдания мужчиной, а потому её уделом должны были стать те же самые страдания и терзания. Вот только саму Стасю такой удел как-то не вдохновлял.
  Под утро они переместились, наконец, в спальню. И там всё тоже, разумеется, произошло по давно уже известному и неоднократно отрепетированному и отработанному сценарию. Олег моментально захрапел, - похоже, даже быстрее, чем его голова успела коснуться подушки. А Стася молча вернулась на кухню. За сигаретой...
  Она давно уже перестала задавать себе вопрос о том, что она здесь делает?.. Ответа на него она всё равно не могла найти, как ни старалась. И, если в самые первые дни после смерти отца Олега Стасю почему-то ещё поддерживало это весьма ошибочное, как она теперь ясно понимала, ощущение, будто она всё-таки нужна ему, то теперь-то она твёрдо знала, что это не так. Ему нужны были те люди, которые когда-то - давным-давно - были в его жизни. Его друзья, погибшие много лет назад... Его жена, с которой он, по всей видимости, был в своё время очень счастлив... Даже его отец, с чьей смертью он так и не смог смириться до сих пор, несмотря на то, что с того момента прошло уже больше месяца... Он давно уже жил в прошлом. Ему там было легче и комфортнее, а потому время для него словно остановилось. Здесь, в настоящем, функционировало только его бренное тело, - да и то чисто автоматически, по инерции... А его душа... Её не было... Она навсегда осталась где-то там...
  И Стася уже прекрасно поняла, что достучаться до неё ей вряд ли когда-нибудь удастся...
 
 
 
 
 
  Продолжение следует...
 
 
 
 
 
 
 
 
 
  238
 
 
 
 
 Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"