Ночь. В полицейском участке идёт допрос.
- Ваше имя?
- Оливия.
- Возраст?
Задержанная молчит, смотрит затравленно на следователя.
-Шестнадцать ей, - с плачем говорит Кэти, мать Оливии- неделю назад исполнилось шестнадцать.
- Мама! Молчи! Не говори ничего! - кричит девушка.
- Что ты собиралась сделать? - спрашивает следователь.
Молчание.
- Кто тебе дал взрывчатку?
- Я не знаю, о чём вы говорите, - отвечает Оливия.
- Твоя мама позвонила и всё рассказала, так что хватит . Лучше расскажи нам всё.
- Оливия, это правда. Я сама позвонила в полицию, - говорит Кэти.
- Зачем, мама?! Как ты могла? Как ты могла меня предать? Я хотела умереть за свободу своего народа! Мне говорили, что ты будешь гордиться мной! Что я попаду в рай!
- Ты дурочка! Кто сказал тебе такую глупость?
- Мама, ты не понимаешь, наш народ ...
- Да мне плевать на народ! Я не знаю где ад, а где рай! И мне всё равно! Мне нужно, чтоб ты была жива, понимаешь? Мне не нужна дочка-героиня в глазах арабского народа!
"Господи! А моей дочке пятнадцать!" - в ужасе думает следователь.
Они гуляют по вечернему Гило.
- Смотри, падающая звезда! Загадывай желание! - говорит девушка.
- Загадал. А ты что загадала?
- Не скажу, а то не сбудется. И ты не говори.
- Скоро ты будешь большая девочка, - он с нежностью смотрит на неё.
- Ага! Через неделю шестнадцать!
Они уже подошли к дому. Пора прощаться - завтра в школу.
- Что-то мне не хочется тебя отпускать. С чего бы это, а? - он смеётся, пытаясь скрыть неясную тревогу. Целует её.
- У нас ещё вся жизнь впереди, - смеётся Лиат и бежит домой.
Мама утром насыпает корнфлекс с молоком.
- Лиат, что тебе приготовить в школу?
- Питу с хумусом! И апельсин положи, пожалуйста.
- Опять ты надела эту рванную футболку! Как так можно ходить в школу?!
- Мама, ты ничего не понимаешь! Всё ! Мне пора, спасибо за завтрак!- она целует мать и выбегает на автобус.
- Лиат, не задерживайся после школы! И будь осторожна!
" Лиат, доченька, что же мне так тревожно?"
Орталь смотрит в окно, пытаясь разглядеть в толпе на остановке свою дочь...
Кладбище. Рав читает кадиш. *
- Не хочу! Слышите, не хочу! Всё это ложь! Замолчите!
- Орталь, успокойся, не надо, не надо...
- Ложь! Всё ложь! Где ваш Бог?! Где ..Лиат, девочка моя...
Рав читает кадиш: " Барух ата адонай ... "
Вечер. Палестинская деревня. Старые, одноэтажные домики. Машин почти нет. Мальчишка спускает с горы стадо овец. Возле одного из домов старый верблюд жуёт какие-то колючки. В деревне праздник - празднуют смерть двадцати евреев. Вся деревня поздравляет родителей террориста-самоубийцы.
- Я горжусь тем, что сделал мой сын, - говорит мать. - У меня ещё есть дочь и сын. Они тоже готовы умереть за свободу своего народа.
Деревня гордится ... Худенькие дети ловят каждое слово. Их глаза горят энтузиазмом, слава героя будоражит воображение. Они тоже готовятся стать героями - смуглые, кучерявые, кареглазые, так похожие на еврейских детей....
Фатима больна. Она лежит дома, а мать сидит рядом. Фатиме пятнадцать. Старшая дочь.
- Мама, а я тоже должна буду умереть?
- Да, доченька. Через год ты сможешь умереть за свой народ.
- А это не страшно, мама?
- Нет, Фатима, это не страшно - это счастье. Ты попадёшь в рай!
- Я обязательно сделаю всё, чтоб ты мной гордилась, мама...
Ночь. Тёмное небо. Нет ни звёзд, ни луны. Только иногда в окнах зажигаются огоньки- это маленькие девочки плачут и зовут маму.
- Мамочка, а Бог есть?
- Конечно есть, и он видит, какая ты хорошая девочка.
- Мамочка, а я попаду в рай?
- Глупенькая, откуда у тебя такие мысли? Не надо думать о рае! Я хочу, чтобы ты жила долго-долго ...