Догадаев Алексей Викторович
Monaco

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Links
Создай обложку книги бесплатно
Кожевенное мастерство: сумки, ремни своими руками
 Ваша оценка:



  Monaco
 
  "ni... nikolae-vka... Что за Nikolaеvka такая? Название, вроде, от Николы... А-а! Понял. Понятно! - Николаевка! Просто он ставит ударение на предпоследнем слоге"
 
  Giorgio говорит своим прыгающим среднеземноморским языком, пытаясь вдвинуть в мои мозги название русской деревушки, где во время нашей Великой отечественной, а у них - Seconda Guerra Mondiale, (*1) пропал его отец. Или - погиб. Он не знает.
 
  Я уже начинаю слегка говорить по-итальянски, уже могу понять generale, то есть, основное. Но вот ответить... Пара сотен слов да нескольких устойчивых выражений - вот и всё, что я знаю. Ответить - сложно.
  Но я уже понял, что он хочет до меня донести.
 
  В ту войну и итальянцы тоже воевали против нас. Конечно, это для меня не новость - ну, воевали, ну замерзали, ну - погибали, в конце концов, как и их верные собратья по оружию из Вермахта. Ну, дальше-то что..? Вас никто не звал к нам, ребята. Конечно, мне жаль вашего отца, signor Giorjio. Мне жаль, что вы не знаете, что же, в конце концов, с ним случилось - остался ли он лежать в заснеженных полях России или, попав в плен, сгинул безымянно в сталинских лагерях.
 
  А про итальянцев в ГУЛАГЕ я не знал. Мой новый знакомый Andrea, владелец фотоателье здесь же в Fumane, рассказал мне, что разыскал своего деда, которого смолола колымская мясорубка. Итальянец в советском лагере? Да-да, именно так. Итальянский солдат, отморозивший ноги в снежной России, попал в плен и был отправлен в лагерь, где и умер... От холода ли, от голода, от нечеловеческих условий, в которых находились несчастные заключенные... Никто не знает. Лишь в архивах КГБ, до которых, каким-то непонятным образом, добрался мio nuovo amico italiano (*2), побывав в Петербурге, есть запись - фамилия, имя... где... когда... И всё. Вот такие дела.
 
  Уже почти год, как я в Fumane di Valpolicella. Маленький городок на севере Италии. Живу и работаю в "Costa degli Olivi" - в гостинице в предгорьях седых Альп. С одной стороны открывается дивная панорама окрестностей Вероны, с другой - террасами уходящие вверх виноградники и вечно зеленые оливы.
  "Costa degli Olivi" я перевожу, как "Берег олив". Или "Оливковое побережье". А, может, "Край оливковых деревьев"?
 
  Моя жена тоже здесь.
  Моя любимая женщина, которой я обещал, что в Италии она не будет работать, а будет смотреть эту страну, ездить по Италии...
  Любоваться виноградными закатами и оливковыми рассветами итальянской действительности.
  Венеция... Рим... Флоренция... Теплое море и белые пляжи.
 
  Espresso... cappuccino...
 
  Я её обманул. Я не сознательно это сделал. Я - промахнулся. Бывает такое в жизни.
 
  Днем она убирает гостиничные номера, а по вечерам на кухне ресторана помогает повару. А я...
  Я - faretutto... То есть - делаю всё... Всё, что умею. И всё - что, даже, не умею. Такие здесь правила - делать всё...
 
  * * *
 
  Наш хозяин, signor Giorgio, в общем-то, неплохой мужик. По-своему интеллигентен, если это понятие можно применить к итальянцам. Архитектор. Не знаю, насколько он архитектор, но, что касается стройки - руки у него растут откуда надо.
  Повар Gimmi тоже архитектор. Так он говорит. Он из Египта, там жил в Каире. В Италии он уже почти десять лет. И ни разу не был в Венеции! Для меня это странно - архитектор, художник, в конце концов, и не видел этого сказочного города.
  Когда в феврале мы с Людой рванули в Венецию на карнавал, наши collegi, а их здесь трое - румынская девочка, молдаванин и албанец Paitin, с недоумением смотрели на наши сборы.
  Как так?! Здесь деньги надо складывать в чулок, а не по карнавалам ездить!
  А мы... А мы - поехали!
 
  На самом деле Gimmi зовут Hamal. Здесь все иностранцы меняют свои имена. Так проще для итальянцев.
  Я стал Alessio, а моя Людмила теперь Lucia.
 
  А араб Hamal назвался Gimmi.
  Hamal он в честь Гамаля Абдель-Насера. Был такой коммунистический деятель у них, я помню. Плотину Ассуанскую возводил, вроде...
 
  Gimmi зарабатывает деньги. Видимо, ему не до Венеции.
 
  Мы тоже хотим заработать, но как-то разлетаются наши заработанные soldi. В единственный свой выходной на неделе мы выбираемся из Фумановки, как мы окрестили Fumane, и отправляемся куда-нибудь в новые места. Мы ездим по северной Италии.
  Padova, Mantova, Vicenza... Всё это рядом. И, конечно же, Верона. Наша "Costa..." всего лишь в десятке километров от этого славного города.
 
 
  * * *
 
  На Natale (*3) мы напахались так, что к вечеру были мертвые. В этот праздничный день ресторан был полон. Я мыл тарелки и бокалы, сковородки и кастрюли, метался к холодильникам, когда Gimmi что-то требовал суровым поварским голосом, бегал в caldaie (*4) контролировать обогрев в отеле, делая пару сигаретных затяжек на ходу. Моя Лючия строгала-резала салаты, шинковала фрукты для macedonia(*5), готовила tiramisu(*6)... варила кофе...
  Порой, в редкие минуты затишья, я видел, как она уходит в комнату для переодевания. Через пару минут возвращается с красными глазами. Я знаю - она там плачет. Преподаватель русского языка и литературы, недавний питерский гид плачет в солнечной Италии, разрезая на ровные дольки, незнакомые нам карчёфи.
 
 
  Что ж делать, любовь моя..! Мы - в вожделенной Европе.
 
  Где-то к полуночи появился Giorgio.
  "Grazie tutti! Tutti siete bravi! Domani - giorno libero, anche - dopodomani. Potete riposare!"(*7)
 
  Вот это да! Два дня выходных!
 
  Моя Lucia тут же встрепенулась: "Всё! Едем..!"
  - Куда, радость моя..?
  - Да, какая разница - куда! Куда-нибудь! Ведь, целых два дня! Не здесь же чахнуть эти два дня после Рождества? Только не говори мне, что не хочешь увидеть что-нибудь новое..! В конце концов, рядом Австрия.., Германия... А, может, во Францию..?
 
  Всё! Я - готов. Я беру поводья в свои руки.
 
  Paitin живет в Вероне, он на машине.
 
  "Дружище, подкинешь нас на вокзал?"
  - Senza problemi, Alessio! Certo! Siete pronti? Andiamo..!(*8)
 
  Мы катим по бесснежной трассе. Paitin рулит и улыбается чему-то своему. Дома в Вероне у него жена и две дочки. Он сбежал из Албании, где местные бандиты похитили одну из девочек, потребовав выкуп. Он крепкий мужик, мужчина. Уважаю. Разобравшись с похитителями сам, без помощи продажной полиции, он был вынужден скрыться из страны. Такие, вот, дела...
 
  Мы на вокзале.
 
  - Paitin, grazie mille! Ci vediamo tra due giorni! (*9)
  - Ok, ragazzi, a presto..! (*10)
 
  - Ну, что, куда..?
 
  Мы смотрим расписание. Та-ак.., Ницца, Канны, Марсель...
  - Люд, ну, давай оставим эти лазурные берега до лета? Поехали на север... Там, хоть снег есть. Всё-таки наша природа. С ёлочками и соснами, да и шнапс там, вроде... надо же попробовать, а?
  - Кто о чем, а ты... ты опять за своё... А это что?
 
  Monaco - написано на табло. В 00.43 поезд отбывает. Через несколько минут. Кассы уже закрыты.
 
  - Поехали..! Давай прямо к поезду!
  - Ну, зачем нам в Монако? Ты, что, в Казино пойдешь, что ли?
  Она смотрит на меня удивленно.
  - Леш, ты, что же не знаешь этого?! Monaco - это Мюнхен! По-итальянски Мюнхен - Монако, с ударением на первом слоге! Ну, ты даешь - больше меня здесь живешь, а таких вещей не знаешь!
 
  "Да-да, действительно, ведь, эти переводы географических названий совершенно, порой, дурацкие. Москва по-итальянски - Mosca. А "mosca" - это муха. Эти макаронники столицу нашей родины называют "мухой". А про Monaco я не знал. Неисповедимы пути твои, Господи..."
 
  Мы бежим на платформу, вот и поезд. Очкастый tedesco (*11) что-то лопочет по-немецки.
 
  "Эй, amico, блин, дай-ка нам пару билетов в Мюнхен! Туда и обратно! То есть - andata e ritorno! Lei parla italiano? (*12)"
 
  Но он уже понял.
  Мы заходим в его служебное купе, он выписывает синие бумажки.
 
  - Quanto? (*13)
 
  "Ну, вот, оказывается, не так уж и дорого!"
 
  Я расплачиваюсь, и немчура проводит нас в купе.
  А, ничего. Чисто. Более - никого, мы одни. Постель, белье - всё на месте.
 
  "Всё! Чао, дружище, надеюсь ты нас разбудишь..?"
 
  Он смотрит непонимающе, но кивает. Зачем, кстати, будить? - Мюнхен - это конечная.
 
 
  * * *
 
 
 
  26 декабря 2002-го. Восемь тридцать - почти Феллини. Мы прибыли в Мюнхен.
 
  "Ну-ну, посмотрим, что у вас тут, в Неметчине, делается"
 
  В вокзальной кафешке мы пьем ужасный немецкий кофе и заедаем его очень даже вкусными булочками.
 
  Тишина. Конечно, в первый день после Рождества, в этой сытой и сонной Европе, все сидят по домам. Спят, наверное. Или, готовятся к послерождественскому выходу из дома.
 
  Мы выходим на главную улицу.
  Прямо навстречу нам бредет какой-то персонаж в старинных одеждах - камзол, ботфорты, бордовый замшевый берет с золоченой пряжкой лихо задвинут набекрень. Увидев нас, он счастливо улыбается - пьяный в хлам, это я вижу. Это там, в Италии, пьяного не встретишь. Здесь, однако... Ну, мы же ближе к России.
 
  Он что-то мурлыкает по-немецки, ласково смотрит на Людмилу.
 
  - Эй, баварец, - говорю я, - дай-ка я тебя сфоткаю, вот с этой интересной женщиной!
 
  Каким-то образом он понимает всё и встает, подбоченившись, около чугунного фонаря. За него он держится.
 
  Я нажимаю на спуск, чудак пытается приобнять мою зеленоглазую и говорит на чистом русском: "А я-аа... тут вот...А, вы, откуда.., милейшие..?"
 
  Так, всё понятно. Но беседы с нашими бывшими соотечественниками не входят в наши планы.
  "Пока, дружище! Нам надо идти!"
 
  Мы идем по улице, расцвеченной рождественскими огоньками. У дверей закрытых магазинов молчаливо застыли елки, побеленные искусственным снегом. Деды Морозы в красных тулупах лезут по водосточным трубам домов, выглядывают с балконов, свешивают свои остроконечные шапки с карнизов...
 
  Тишина. Всё пустынно и недвижно...
 
  "Неплохо бы уже и съесть что-нибудь! Да, не что-нибудь, а совершенно определенно - картошки жареной! Да не той patata fri(*14), что подают в макаронной стране, а такой, нашенской, почти русской! Да и капусты кислой с сосисками! С большой кружкой темного пива! Germania, всё-таки!"
 
  * * *
 
  Потом было всё - и картошка, и сосиски, и пиво...
 
  К вечеру мы наблуждались так, что еле волочили ноги.
 
  Красивый город этот Мюнхен. Летящие в небо тонкие шпили соборов. Готика, однако... В Италии как-то всё приземисто, несмотря на Пизанскую башню и прочие подобные устремления вверх. Миланский собор, конечно же, летит в поднебесье, но и он достаточно объемист и грузен своей нижней частью.
 
  До поезда еще несколько часов.
 
  - Теперь нам надо спокойно присесть где-нибудь недалеко от вокзала. С пивом, разумеется и... Ну, и, что-нибудь эдакое!
  - Разговорчивый ты мой! Давай-ка, поищи это местечко, я на тебя надеюсь! Мы, почему-то, еще штруделя не попробовали.
 
  Достаточно широкая улица, какое-то заведение. Слышны звуки музыки. Точно, живая музыка! И не плаксивые стоны европейской попсы, а что-то... что-то знакомое и - не знакомое.
  Мы остановились, прислушиваясь. Скрипка, флейта, аккордеон...
 
  Так это же музыка тех далеких годов, когда бравые немецкие ребята пошли завоевывать мир! Откуда я это знаю! Не знаю - откуда. Знаю - и всё. И пластинки, помню, слушал, которые отец мой привез из побежденной Германии. Да и фильмов насмотрелся в свое время.
 
  - Пойдем-пойдем, дорогая, здесь, я думаю, мы и отдохнем до отхода нашего экспресса.
 
  Мы заходим под сводчатые расписные потолки и попадаем в огромный зал, уставленный деревянными столами с сидящими за ними, многочисленными посетителями. Высокие окна на уровне второго этажа кое-где открыты, несмотря на начинающийся январь. Народу много, но свободных мест полно. В центре зала играет небольшой оркестрик. Все музыканты в национальных одеждах - расшитые безрукавки, светлые рубашки, рукава засучены до локтя. На некоторых короткие штанишки и белые гольфы.
 
  "Ну, что, ребята, это вы, значит, потомки тех самых истинных арийцев?"
 
  Мы садимся за пустой длинный стол в самом углу. К нам тут же подлетает официантка - крепко сбитая немецкая тетка в цветастом переднике и с раскрасневшимся лицом. Она устала, это видно. Капли пота блестят на лбу, она промакает их полотенцем с плеча, но улыбается, улыбается, улыбается...
 
  "Свинина?... да... картошки, естественно.., ну, салатик какой-нибудь, ваш, местный. Пиво? Да - темное"
 
  Она говорит по-русски. С акцентом, конечно, но - понимает всё. Чего тут удивляться - пол-Германии, наверное, сейчас говорит по-русски. По-итальянски она тоже шпрехает.
 
  Мы мешаем русско-итальянскую речь, она смеется, смахивает своим германским рушником со стола невидимые крошки и уплывает, кося профессиональным взглядом по сторонам.
 
  - Пойду-ка я, посмотрю, куда это мы попали. Интересное место. Вон, видишь, на стенах фотографии... плакаты какие-то. Что-то тут... необычное.
 
  Я осматриваюсь. Совсем в углу, недалеко от нас, сидит одноногий инвалид. Старик, под восемьдесят, наверное, может быть даже старше. Костыль приставлен к столику, на нем висит эта кепка. Как её назвать - я не знаю. Правильнее, наверное, кепи. Если, кто смотрел фильмы о той войне, то поймет, что это за шапочка такая. Серая. Суконная, с козырьком и "ушами", застегнутыми надо лбом пуговицей, которые можно опустить и застегнуть под подбородком. Если холодно.
 
  Он замечает мой взгляд и поднимает кружку пива в знак приветствия. Слезящиеся глаза. Щербатый рот улыбается. В пепельнице дымится серая самокрутка.
  Я киваю ему добродушно и отправляюсь смотреть "окрестности".
 
  "Так. Понятно. Еще один герой войны. С этой стороны"
 
  Музыканты играют веселенький марш, по залу летают пышногрудые немецкие девушки с литровыми пивными кружками в руках.
 
  На стене плакаты. Адольф на трибуне брызжет слюной, черные рубашки... пиво... факелы.... Свастика.
 
  "Вот, значит, куда мы забрели! Это та самая пивная, известная на весь мир. Здесь Гитлер начинал...
  А я даже название не посмотрел, когда мы заходили"
 
  Вокруг легкий многоголосый шум и негромкий гомон посетителей. Я возвращаюсь к столу.
  Ничего себе! - этот одноногий фриц уже стоит рядом с моей женой, что-то ей говорит, улыбаясь беззубым ртом.
 
  - Шпрехен зи дойч? - неожиданно для себя выпаливаю я первое, что приходит в голову.
  - Ja, ja..! - радостно кивает он. Потом начинает говорить что-то.
  - Хальт! Хенде хох! Аллес! - шучу я. На этом мои познания в немецком заканчиваются. Вдруг, вспомнив "ахтунг" и "Гитлер капут", я думаю, не добавить ли еще и это, но вижу, что немчура перестает улыбаться и испуганно замолкает.
 
  - Да, не ссы ты, старик! Я же...
  - Алексей, прекрати ругаться!
  - Да он же не понимает ничего...
  - А я, что? Меня, что? - здесь нет..?! Перестань, прошу тебя!
 
  Я замолкаю, смотрю на деда. Тот собирается ковылять к своему столику.
 
  - Постой... как там тебя..? Мы из России. Как тебя зовут? Я - Alessio. Тьфу ты, черт! Алексей меня зовут. А это моя жена - Людмила.
 
  Я тыкаю пальцем ему в грудь. "А ты? Имя? Nome? What is your name?"
 
  - Hanse, - отвечает он. Слава богу, понял, наконец. Конечно, Ганс. Как же еще-то. Все вы здесь Гансы. Или Фрицы...
 
  - Садись с нами, - я жестом приглашаю его садиться, - посидим, поговорим. Ты, ведь, воевал, да? Ну, война, понимаешь... Guerra mondiale (*15)...
 
  Он садится на деревянную скамейку, молчит настороженно.
 
  Я машу рукой нашей официантке, та подбегает, карандашик с блокнотом наготове.
 
  - Пожалуйста, еще пива! Мне и вот этому Гансу.
 
  Мы пьем пиво, и дед уже повеселел, готов к общению.
 
  * * *
 
  - Россия?
  - ja-a...
  - Кавказ..?
  - Nein...
  - Сталинград?
  - Nein...
  - Ленинград..?
  - ja, ja! - опять якает он.
 
  "Ах, ты, твою мать! Ленинград, значит?! Моя мама там на заводе горбатилась, а по ночам зажигалки тушила на крышах. Тогда она, конечно, еще не была моей матерью. Семнадцатилетняя девчонка, только что закончившая школу. А ты, значит, наш город обстреливал! Ну-у, дела..!"
 
  - Леша, не заводись, пожалуйста! Прошу тебя. Ты, ведь, всё понимаешь. Я выйду, где тут у них..?
 
  Я опять зову официантку: "Марта, принеси-ка нам пару водки! Только поскорей, ладно?"
  - Я Хельга. Ем-му не над-да многа, verstehen?
  - Извини, Хельга, я понял.
 
  - Ну, что, чокнемся, служивый? Давай, Ганс, за нашу Победу! За мир и дружбу! И... и - так далее...
 
  Мы стукаемся рифлеными стаканчиками. Ганс медленно тянет свою порцию. Я быстро проглатываю это немецкое пойло и отставляю стопку на соседний пустой столик. Могла бы и нормальной водки пронести, между прочим..!
 
  Мы пьем пиво, продолжаем наши исторические разговоры. Дед уже захмелел. Слюнявит свою самокрутку, пыхтит дымом. Лопочет что-то, размахивает руками, качает печально головой.
 
  - Ну, ладно, Ганс. Ты, эт-то... не волнуйся. У меня, знаешь, отец тоже воевал. С вами, между прочим. С вашей, твою мать, Германией. Ну, отец мой, понимаешь..? Ну, как это по-немецки..?! Mio padre, фазер, ферштейн, или как?!
  - О-оо! Vater! Ja, ja...!
  - Ну, чего "я-яа"? Заякал опять! Он в первом же бою ранен был. Под Ельней. Ельня - слышал такое? Смоленск, а рядом Ельня. Там бои были очень суровые...
 
  Он вдруг замирает, комкает в руке свою кепку.
 
  - El-na... Тда-аа, й-я помню. Ел-на. Плохо...
 
  "Ах, ты, блин! И там ты был, значит?! И по-русски кумекаешь, однако! Вот так встреча..! А, вдруг, ты-то и подстрелил батьку моего там, а..?"
 
  - А ногу где потерял? Тоже в России?
 
  Я стучу по его костылю, смотрю вопросительно.
 
  - Nein. Нет-тт... Deutschland die Fabrik, der Ford... работ-тай... Да-аафай, рабб-ботай...
  - Так, и что..? По-русски-то где так навострился? Тоже у Форда..?
  - Пле-енн... ла-агер. Русски лаг-гер. Йая-а там бил...
 
  * * *
 
  Ночной поезд мчит нас в послерождественскую Италию.
  Прощай, Monaco! С ударением на первом слоге.
  Моя Лючия уже спит - намаялась, бедная. Столько впечатлений.
  Я выхожу в тамбур, закуриваю и прикладываюсь к плоской бутылочке, купленной тайно на вокзале Мюнхена. За окном черно, только фонари мелькают тусклыми огнями.
 
  "Да-аа... Вот так вот. Воевали наши отцы с фашизмом - и победили. И Германию с Гитлером, и Италию с Муссолини, и кого-то там еще. А теперь их сыновья, пашут на детей побежденных, делают черную работу, глядя с изумлением на спокойную сытую европейскйю жизнь, сравнивая её с тусклой и бедной своей страной..."
 
  * * *
 
  Мы сидим в баре у поворота с главной дороги на Fumane, к нашей "Costa degli olivi". Paitin должен проезжать здесь на работу. Я звоню ему.
 
  - Мы в баре, напротив отеля "Valpolicella", знаешь где, да? Забери нас, дружище, ок?
 
  Paitin вваливается в бар, улыбается добродушно.
 
  - Ciao, ragazzi! Dove siete stati?
  - Siamo stati a Monaco.
  - O-oo! Monaco! E come? Casino? E alora? Avete vinto?
  - Certo! Abiamo vinto qualce cosa. Ma poco... pocissimo. Per prendere una tazza di cafИ... (*16)
 
  Мы катим по бесснежной трассе. Paitin улыбается чему-то своему. Дома у него в Вероне жена и две дочки. И, слава Богу, у них всё в порядке.
 
  "Спасибо тебе, дружище! Только, знаешь... ни хрена мы там не выиграли. Проиграли мы... уже давно проиграли..."
 
  * * *
 
 

     -- Seconda Guerra Mondiale - Вторая Мировая война
     -- мio nuovo amico italiano - Мой новый итальянский друг
     -- Natale - Рождество
     -- Caldaie - (здесь) кочегарка
     -- Macedonia - фруктовый салат
     -- Tiramisu - традиционный итальянский десерт
     -- "Grazie a tutti! Tutti siete bravi! Domani e giorno libero, anche - dopodomani. Potete riposare!" - "Всем спасибо! Молодцы! Завтра - выходной, также и послезавтра. Отдыхайте!"
     -- Sensa problemi, Alessio! Certo! Siete pronti? Andiamo... - Без проблем, Alessio, конечно! Вы готовы? Поехали...

 
  9 )- Paitin, grazie mille! Ci vediamo tra due giorni! - Спасибо, Paitin, увидимся черекз пару дней!
  10) - Ok, ragazzi, a presto..! - Пока, ребята, до скорого!
  11) Tedesco - немец
  12)... andata e ritorno! Lei parla italiano? - Туда и обратно. Вы говорите по-итальянски?
  13) Quanto? - Сколько?
  14) patata fri - жареная картошка
  15 Guerra mondiale - Мировая война
  16) - Ciao, ragazzi! Dove siete stati?
  - Siamo stati a Monaco.
  - O-oo! Monaco! Сome? Casino? E alora? Avete vinto?
  - Certo! Abiamo vinto qualce cosa. Ma poco... pocissimo. Per prendere una tazza di cafИ...
 
  - Привет, ребята! Где побывали?
  - Мы были в Monacо.
  - О, Монако! И как? Казино? Что-нибудь выиграли?
  - Ну, разумеется! Но совсем немного, чуть-чуть. На одну чашку кофе...
 
 
  Fumane di Valpolbcella, Italia, 2002 -
  Cанкт-Петербург, Россия, май 2009
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"