Шагал по дороге, в кромешной тьме...
Чернел над рекою мост.
В карете нечисть катила ко мне,
Сквозь полусонный погост.
Она владычицею здесь была.
Ей все подчинялось окрест.
И облака, глухи, как смола,
Клубились у этих мест.
- Тебе не уйти отсюда, ты наш! -
Кричали мне слуги тьмы. -
Ты сердце и душу свою отдашь,
И станешь таким же, как мы.
А я все шел, я все шел к мосту.
Тонули во мгле леса...
И я возопил к Иисусу Христу
В клубящиеся небеса:
"Спаси и помилуй, господь, меня!
Раба твоего прости!
Пролей в эту ночь белый свет огня.
Исправь мне мои пути!"
2
Путь мой сокрыт туманами.
К Тебе по Земле иду.
Покрытый гнойными ранами,
Глухими, безликими странами,
К Тебе, Солнцеликий, иду.
По скользким этим кручам
Сквозь годы шагаю и сны.
И слышу, как в топи дремучие
Манят меня колдуны.
Поют:
"Что бредешь ты напрасно
За светозарной мечтой?
Ты сгинешь в дороге опасной
Сорвешься с вершины крутой.
И белые твои кости
Обгложет червь гробовой.
У Вечности - все мы гости,
Не будет дороги иной.
Спустись в наши долы мглистые,
Испей забвенья вино.
Утешься с девою милой,
Пока не станешь ты глиной,
Как стали другие давно.
Спустись на травы душистые..."
Как дружно они завывают
На гибельные пути.
Чаруют. И все соблазняют
С тернистых кручин сойти.
Легки дорожки уклонные
И сладко забвенья вино.
Уводят колодцы зловонные
На мерзкое жуткое дно.
Там ропоты слышны безумные,
Проклятья и горестный плач.
Живут там скитальцы чугунные
И каждый - себе сам палач.
Туманом стезя повита.
Как долог путь!
И ноги о камни разбиты.
Тоскует грудь
О том, что лежит за далью
В глубокой твоей синеве.
Что сердце томит печалью,
Дарованной мне.