Когда остаешься один с отраженьем в стекле —
это, как с бывшей женой — и не вымолвить слова.
Это, как первая птичка по ранней весне
ищет убежище в ветках, но снова и снова
находит развалины старых заброшенных гнезд,
в которых от всех перелетных лишь пух и объедки,
как точки на небе от многих свалившихся звезд,
как имя из памяти — некогда милой соседки...
И ветки в стекло — не надрывно, а тихо — Тук-тук,
стараясь меня не будить припозднившимся стуком,
вползают в пространство квартиры под собственный стук —
мерцающей тенью и тихим и бережным звуком.
И жизнь продолжается с памятью и со стеклом,
где отраженье, как вымысел, но с отраженьем
справиться легче, чем с памятью, даже при том,
что все это вымысел и не имеет значенья.