Ink Visitor Закон шагов     День первый     В дверь постучали. Потом - второй раз, настойчивее.   - Эй, я знаю, вы внутри. Можно войти?   - Нет!   Хоно сердито покосился на сестру: зря откликнулась.   - Предпочитаете разговаривать через порог? Хорошо.   Натужно скрипнули петли. Хоно крепче стиснул подсвечник, но мужчина снаружи всего лишь оперся на дверь плечом.   - Расскажите мне, что случилось.   Двое в комнате переглянулись: непохоже было, чтобы незнакомец явился за ними.   - Кто ты? Назовись! - Хоно досадливо поморщился: требовательный тон дрогнувшего голоса вряд ли мог кого-то обмануть.   - Лин Валб, магистр ордена. Ваш бывший земляк.   -...     Магистр Лин только присвистнул, увидев, как парень неловко пытается спрятать что-то за спиной. И ведь не дети уже... Сам Лин вступил в орден, когда был не многим старше их. Еще и дюжины лет с тех пор не прошло.   - Входи, - парень неохотно посторонился. Высокий, но щуплый и нескладный, как боец он не стоил и трех серебряных. - Я Хоно, это Ная.   Девушка, как две капли воды походившая на него, забилась в самый угол кровати и сидела там, как нахохлившаяся птица.   - Рад знакомству, Хоно, Ная, - магистр Лин прикрыл за собой дверь. - С чего такие предосторожности?   Молчание. Лин присел на край кровати.   - Вам кто-то угрожал?   - Главный старик сказал, нас заберет Белый жрец, - Ная резко вскинула голову, уставившись прямо на него. В круглых карих глазах плескался страх.   Магистр с трудом сдержал удивленный возглас.   - Впервые слышу. С чего бы вдруг...- Рассказывайте по порядку.     У господина Фара Орто из Валкана никогда не было детей, но после гибели брата с женой от сухой лихорадки он решился взять опеку над его семьей: троих малышей болезнь обошла стороной. Долгих семь лет все складывалось благополучно, но... Первое несчастье случилось прошлой весной - старший брат Хоно и Наи, Лу неожиданно умер на приемных испытаниях в орден. А десять дней назад самого господина Орто нашли убитым на пороге собственного дома. По заявлению молодой госпожи Орто, подкрепленному кошелем монет и показавшемуся городской страже достаточно убедительным - убитым приемными детьми.     - Вот дрянь. Как наши люди подобрали вас у дороги, я знаю. Но Валкан далеко. И как вам удалось сбежать из тюремной ямы?   Ная потупила взгляд.   - Мы... мы не знали, куда идти и что делать. - Хоно все-таки поставил подсвечник обратно на стол. - Мир... оказалось, он такой большой. А...   - Понимаю. Ладно, неважно.   - Был там один... нормальный. Сказал, что знал нашу родную мать. Он сжег дом, чтобы мы могли уйти из города, а этой... этой... госпоже Орто ничего не досталось. Так что наши старые астши погибли.   - Лин-гьо, ты можешь их видеть? Новые, с ними все в порядке? Дома у меня неплохо получалось, но больше я не могу использовать искусство духа, - Ная пробормотала слова силы и щелкнула пальцами: между ними пробежала едва заметная искра, - О, хоть что-то. По дороге вообще ничего не выходило.   Лин удовлетворенно отметил сменившийся тон девушки: умение располагать к себе людей он ценил едва ли не больше всех прочих. Да и двое беглецов ему понравились.   - Нет, конечно. "Каждому с рождения дан астши, однако никому, кроме жрецов, не дано видеть его". Ты что же, забыла Книгу шагов? Бродяги почти не владеют атми... ну, или искусством духа, как его называют горожане. Для этого, связь бродяг с астши слишком слаба.   - Я не умею читать. Просила Фара-гьо научить, но...   - Великое пламя. А ты, Хоно?   Парень помотал головой.   - У дяди Фара... у отца последние годы плохо шли дела. Не было денег на школу.   - Лин-гьо, что такое Белый жрец? Старики в Валкане говорили - он астши из руин, обретший плоть. Днем он вынужден прислуживать ордену, а ночами ездит по дорогам на белом волке и поедает бродяг.   - А неспящих детей он из кроватей, случаем, не ворует?   Ная зарделась.   - Меньше слушай плешивых брехунов. Белые жрецы - люди, пережившие рассвет в руинах и объединившиеся со своими астши. Едят хлеб и мясо, так же, как мы. Белых полторы дюжины здесь, и столько же - за большой водой. Они сотрудничают с орденом, но кто кому служит, еще вопрос. Не знаю, зачем вы ему потребовались, - Лин нахмурился, но тут же ободряюще улыбнулся. - Но, во всяком случае, точно не за тем, чтобы поджарить на вертеле. Я попробую узнать у смотрителя, - он встал, окинул взглядом комнату-келью, где кроме кровати с парой одеял был только грубо сколоченный стол да шаткий табурет. - Вам что-нибудь нужно? Могу попросить принести. Ужин у нас подают на закате, вы услышите колокол.   - Нет. Спасибо за заботу, Лин-гьо.   - Сейчас вы гости ордена, а, значит, и мои. Поэтому, - магистр обернулся на пороге, - не надо больше играть со служителями в прятки. Это невежливо. Кроме того, если они захотят, то все равно войдут.   - Извините, - Хоно отвел глаза.   - Да я не в обиде, пустое. Бывайте. Еще загляну.     - Ну, что думаешь? - как только шаги стихли, Ная повернулась к брату. - Можно ему доверять?   - Доверять нам никому нельзя, - буркнул Хоно. - Но этот, вроде, ничего.   ***   - И как они тебе?   - Что - как? - Лин исподлобья взглянул на приятеля. - Мачеха обвинила их в убийстве отчима, чтобы не держать дома лишние рты. Такие свинью не заколют, куда уж там - человека. Невежественные и напуганные до дрожи в коленках.   - Оседлые, что с них взять. Я, если б не смог вступить в орден, ушел бы в бродяги. Атми не стоит того, чтобы всю жизнь провести в одних стенах.   - Такое только на словах легко.   - Не суди по себе, если сам только болтать и горазд.   - Еще у них был брат, Лу, кажется. Который умер на наших испытаниях, - Лин предпочел пропустить колкость мимо ушей: к сожалению, в ней была некоторая доля истины. - Слышал что-нибудь об этом?   - Чего тут слушать? Наверняка силы не рассчитал и слишком истончил связь с астши, а лекарь запоздал. Получается, раз старший не прошел до конца, они могут попробовать?   - Получается. Только ничего из этого не получится, - Лин мрачно уткнулся в тарелку с похлебкой.     День второй     Орден Пламени не любил выставлять свое богатство и могущество напоказ. Впрочем, холодный утренний сквозняк, бродивший по коридорам резиденции, относился скорее к недоработкам смотрителя.   Где-то рядом сыто бурчала свинья. Во дворе по-осеннему сыростью, под раскидистым деревом с пушистыми сизыми иголками мирно щипал траву огромный белоснежный конь.   - Ну, смелее, - служитель беззлобно подтолкнул замешкавшегося Хоно. - Я привел их, господин! Господин?   - Я слышу, - басовитый голос донесся откуда-то сверху. Ная подняла голову - и время завязло в белом тумане.   - Смотритель просил еще что-нибудь сделать? - жрец несколько неловко начал спускаться с дерева. Ростом он был под стать своему скакуну. Плащ, цеплявшийся за ветки, скрывал просторные даже для такого великана одежды. Длинные волосы, заплетенные в косу, аккуратная борода, кожа на лице, там, где ее не пересекали черно-багровые полосы - все имело неестественный молочно-белый оттенок. И глаза.   - Нет.   - Тогда, я их забираю. Вы умеете ездить верхом? - Белый жрец, спрыгнув на землю, повернулся к брату с сестрой. Взгляд жутких, лишенных зрачка и радужки, белков пронизывал насквозь, отдаваясь мертвенным холодом в затылке.   - Мы... мы не хотим! - Хоно с вызовом шагнул вперед.   Жрец улыбнулся.   - Я спрашивал не об этом.   - Что, силой повезешь?   - Могу и так, - тот отвечал все с той же приторно-вежливой улыбкой. - Но лучше будет, если вы поедете сами   - Эй, постойте!   Магистр Лин Валб сбежал по ступенькам.   - Ты же видишь, они в самом деле не хотят. Зачем это тебе?   - Не твое дело.   - Ошибаешься, Белый. Эти двое под защитой ордена.   - Объясни это смотрителю, - жрец усмехнулся. - Хочешь знать - можешь поехать со мной.   - Но...   - Но?   - Лин-гьо... - Ная, наконец, сумела сбросить с себя оцепенение.   - Да. Я... да. Великое пламя, - Лин растеряно оглянулся по сторонам. Брат с сестрой смотрели на него с наивной, бестолковой надеждой. Жрец невозмутимо ждал ответа.   - Забудь. Если дашь время отпроситься и выдернуть корни, я с вами.   - Выдернуть...? - Ная непонимающе вытаращилась на магистра.   - Провести ритуал отрыва. Я давно не выезжал, так что должен сначала открепить своего астши от резиденции, - Лин тяжело вздохнул. - Так что, Белый?   - Идет. Я пока прогуляюсь. Хак!   Из зарослей кустового карьяна вынырнул худощавый серый пес.   - Тогда, встретимся здесь через час.   - Через полтора, - жрец, уже отошедший на несколько шагов, обернулся. - Достань им снаряжение.     Громыхнуло пустое ведро у крыльца. С дерева упала и покатилась по земле шишка.   - Сп... спасибо, господин магистр, - Хоно смущенно посмотрел на Лина.   Тот пожал плечами.   - Было бы пока за что. Ты умеешь ездить верхом?   - Немного.   - Хорошо. Эй, ты! Раздобудь им лошадь, хотя бы одну на двоих. Здоровую, спокойную лошадь! - Лин наградил тяжелым взглядом застывшего, как истукан, служителя, и побрел к резиденции.   ***   Кобыла, на которой ехали Ная и Хоно, то и дело поскальзывалась.   - Эй, Белый, нельзя помедленнее?   - И так ползем, как улитки.   Накрапывал мелкий дождь. Они выехали с территории ордена уже несколько часов назад, но на дороге по-прежнему было пусто. Поздней осенью бродяги в основном укрывались от холодов во временных поселениях: жители острова Шин верили, что зимой сила господина Солнца Абхи, связавшего людей с астши, слабеет, потому путешествия становятся еще более рискованными. Книга шагов гласила, что астши, незримый спутник, с рождения готов следовать за человеком, но привязывается к любому стоящему на земле укрытию, где тот задерживается дольше половины луны. Такая двойная связь была более прочной и усиливала атми, но лишала свободы: человек умирал через несколько дней после потери контакта со своим астши, а потому не мог надолго оставить дом. Обычно дети, родившиеся в городах и селах, не покидали их до самой смерти. Чтобы вновь отправиться в путь, хозяин должен был вознести Абхи молитву о новом спутнике и сжечь свое жилище вместе с астши: начало торгового сезона знаменовалось дымом от тысяч пожаров. Не только на Шине, но и на других островах жители делились на оседлых и бродяг, или на нитятов и вартов, как именовал их Закон шагов. Оседлые растили хлеб и овладевали ремеслами, бродяги помышляли охотой и вели торговлю. Люди с сильным атми, способные подчинить своих астши и заставить их покинуть обжитое место, много веков назад основали орден пламени, помогавший поддерживать мирную жизнь.   - Лин-гьо, ты в порядке?   - Ну как тебе сказать, - магистр Лин болезненно поморщился. - После отрыва всегда тяжко. К вечеру оклемаюсь.     - ТАМ!!   Хоно едва удержал шарахнувшуюся лошадь.   - Не бойтесь. Слышите, моя собака молчит.   Действительно, пёс жреца по-прежнему невозмутимо бежал перед колонной всадников.   - Что это? - брат с сестрой во все глаза разглядывали увенчанную короткими рожками массивную морду животного, выглядывавшего из леса.   - Спросите у магистра,   Лин выругался.   - Тебе что, сложно самому ответить?! Ная, Хоно, это обычный ланар. Они безопасны и бесполезны - слишком жесткие, потому на них не охотятся. Видите, шкура сплошь серая? У полосатых ланаров мясо еще кое-как можно разжевать, но оно сильно горчит из-за кореньев, которыми они питаются.   - Почему он нас не испугался?   - Глупый потому что.   - Страх - не всегда признак ума, - жрец улыбнулся на свой обычный манер. - Хак, взять!   Пес с лаем бросился к лесу. Ланар тотчас рванулся в чащу, ломая на своем пути кусты и молодые деревья.   - Назад! Достаточно, молодец.   Пес неохотно вернулся к хозяину.   - Это к слову про "безопасны". Попадете напуганному ланару под копыта - костей не соберете.   ***   Деревья стояли вдоль дороги ровными рядами, в четырех-пяти шагах друг от друга. Резные листья напоминали орденские плащи: такие же желто-багровые, плотные, с блестящими у швов-прожилок каплями воды. Возможно, неизвестный садовник когда-то разбил здесь рощу, или же на то была воля Абхи.   - Через переправу по темноте не поедем. Остановимся здесь, одну ночь лошади потерпят, - жрец спешился и медленно повел коня между могучих, потемневших от дождя коричневых стволов..     - Еще нужно? - Хоно свалил на землю третью охапку веток.   - Хватит пока, - магистр Лин, уже вполне пришедший в себя, ловко выпрыгнул из ямы под корнями упавшего дерева, где наполнял котелок. - Белый, разведешь огонь?   - Он ушел куда-то. - Ная развела руками. - У нас вроде был розжиг, Лин-гьо?   - Может, мы без него и дальше поедем? - Лин криво усмехнулся. - Не надо розжига. Это изобретение наших ученых чудаков - вам двоим на крайний случай, если так не справитесь. Напомните потом, покажу, как пользоваться.   Магистр разгреб сапогом листья и сложил из палок поменьше конструкцию наподобие шалаша. Затем, присев на корточки, подсунул под нее руку и прошептал что-то на незнакомом Нае языке. Вскоре из-под палок показались тонкие стебли оранжевого пламени. Стебли ветвились, набухали, образуя что-то вроде листьев. Когда те темнели, огонь с них перекидывался на дрова.     - Ф-фух, - Лин отдернул руку. - чуть не поджарился.   - Это... здорово у тебя получилось, - Хоно подошел вплотную к уже порядком разгоревшемуся костру. От сырой одежды повалил пар.   - Так себе у меня получилось, - Лин утер вспотевший лоб. - Обычно быстрее и проще. Атми ослабла из-за отрыва.   - Все равно - здорово, - Ная тоже пересела к огню. - Я никогда так не умела.   - Тебя никто и не учил. Не доводилось раньше видеть орден за работой?   - Один раз, - ответил за сестру Хоно. - На соседней улице умер старик. Одинокий... в общем, соседи не сразу заметили, что он не выходит. То, что случилось с его домом... Приехали люди из ордена и сожгли это. Но было не так, вспышка - и все.   - Когда вместе работаешь, атми мощнее, но ведет себя иначе, - Лин улыбнулся. - Вас же двое, наверняка пробовали.   - Пробовали. Втроем, - Хоно резко отвернулся к заготовленным веткам. - Надо бы все-таки еще наломать...   ***   Зашуршала опавшая листва.   - Где ты был столько времени?   - Гулял, - жрец подошел к огню. - Вы со всем управились?   - Даже полог натянули. Так что добро пожаловать, Ваше святейшество.   - Не понял, где пуховая перина и серебряный сервиз? Подвинься, магистр.   Лин, хмыкнув, освободил место..     - Лин-гьо, как называются эти деревья? Они... необычные.   - "Рад-та", кровавое дерево. Заметила - здесь, кроме них, ничего не растет? Они как будто обескровливают почву, выжимая из нее все соки.   - Спасибо, девушка. Это ведь ты готовила?   Тихий голос жреца заставил Наю вздрогнуть. Пёс вылизывал опустевший котелок.   - Д-да. Не за что, господин.   - Раз говорю, значит, есть за что.   - Она думает, ты собираешься в одну прекрасную ночь съесть их с братом.   - Да? Но я не ем детей. Только взрослых. Так что если твой любимый магистр тотчас не отдаст мне фляжку с вином...   - Осторожней, а то еще поверят, - Лин передал ему флягу.   - Ты думаешь, я шучу?   - Мы не дети, - обиженно пробормотал Хоно.   - Оно и видно, - жрец приложился к фляжке. - Давным-давно, когда тела умерших еще не придавали огню, рад-та считалось священным деревом силы. Его семена разбрасывали рядом с могилами погибших воинов-бродяг.   - Значит, рядом могут быть застывшие души? - в голосе Лина звучала явная опаска.   - Верованию, что огонь дает перерождение, столько же лет, сколько и ордену, - жрец только пожал плечами. - Человечеству же - гораздо больше.   - А я бы хотела однажды стать чем-то таким, - Ная запрокинула голову. Верхушки деревьев почти сливались с темным, беззвездным из-за туч небом. Иногда ветер срывал с веток еще не опавшие листья, и черные точки уносились вдаль, ведомые им в свой первый и последний полет. - Они действительно сильные. Большие, спокойные, красивые   - Разве это сила? - Хоно резко перебил сестру. - Кто угодно может срубить, сломать, и ты ничего с эти не поделаешь. Скажи, господин, - он с неожиданной уверенностью вперил взгляд в лицо Белого жреца, - куда ты нас везешь?   - Никуда. Просто... - жрец потеребил свою короткую бороду, - просто мне нужно немного понаблюдать за вами и вашими новыми астши. Старые были не совсем обычны. Они еще день после пожара летали над городом птицами из дыма.   - Почему же ты сразу ничего нам не сказал?   - В ордене опасаются таких вещей и могли вас со мной не отпустить. Просидели бы до там старости, как служители, под пристальным присмотром. Верно ведь говорю, магистр Лин?   Тот, нахмурившись, уставился на жреца.   - Лин-гьо?   - Угу, - неохотно произнес Лин. - Вроде того. Белый, верни-ка флягу.   - Благодарю. Держи. Ну что, - жрец повернулся к брату с сестрой, - вопрос закрыт?   - Да. Тогда... Спасибо, что забрали нас, господин. Всю жизнь в служках проходить - не по мне.   - И правильно, - жрец кивнул Хоно. - Ложитесь спать, выезжаем с рассветом. Из-за особенностей рад-тар в таких лесах нет опасных животных, но и нашим лошадям здесь пищи не найти.     - Лин-гьо, ты это специально сделал? У тебя полосы, почти как у господина жреца.   - Что?! А, великое пламя.   Руки магистра после возни с костром были испачканы в золе, и часть ее закономерным образом оказалась на лбу и щеках.   - Нет, разумеется, что за глупости, - Лин спешно оттер лицо полой еще сырого плаща. - Только шрамов на морде для счастья не хватало. Белый правильно говорит, ложитесь-ка вы, двое, спать.   - Вообще-то, нас с тобой это тоже касается, - жрец улыбнулся. - Времени до рассвета не так уж много, поэтому спокойной ночи, - он устроился на лежанке под пологом. - Хак, охранять!     День третий     Солнце блестело в лужах, сползало по редким гладким листьям, играло на пряжках плащей.   - Как будто там люди, много людей. Смеются, говорят, только слов не разобрать, - Ная уже несколько минут как молча прислушивалась к ручью. - Но это всего лишь вода шумит, да? - она нерешительно обратилась к жрецу.   - Да, - жрец растянулся прямо на траве, подставив лицо солнечным лучам. Лошади паслись где-то неподалеку под присмотром Лина и Хоно. - Нравится?   ***   Протяжный вопль раздался где-то совсем рядом   Хоно, вскочив, опрокинул чашку с ягодным отваром себе на колени.   - Не обжегся?   - Что это?!   - Птица халь, - Лин невозмутимо вытянул ноги к костру. - Она всегда так кричит, когда бросается на жертву. Крик на несколько секунд парализует животное - обычно это мышь или мелкий кинип - и оно теряет последний шанс укрыться в норе.   - А на людей... - Ная с опаской прислушивалась к ночным звукам.   - Халь - нет. Но в здешних лесах водится и хищники покрупнее, так что нам лучше держать ухо в остро.   - Там, кажется, что-то... - она указала в лес чуть правее магистра.   - Ничего не слышу. Ветер, должно быть.   Шорох повторился.   Лин встал, положив ладонь на рукоять кинжала.   - Тихо...   - Это я, - шелестящий кустарник отозвался голосом жреца. Вскоре к огню выскочил пес, а за ним вышел и его хозяин.   - Тьфу. Хотя еще вопрос, что хуже - ты или стая волков, - Лин со вздохом сел обратно.   Жрец покачал головой.   - Сейчас осень, дичи навалом, так что волки к костру не подойдут.     День четвертый     - Я уже видел такой вчера около стоянки, когда утром отходил до ветру.   Лин рассматривал ровный круг выцветшей, скукожившийся травы в десяток шагов диаметром.   - Понятия не имею, Хоно. Эй, Белый, ты, случаем, не знаешь, что это за штука?   - Такие встречаются иногда. Не отставайте.   ***   - Лин-гьо, а для чего нужны эти кучи? - Ная указала на горстку камней, сложенных у дороги.   - Это пирамиды Абхи. Бродяги молятся здесь за успешное продолжение пути.   - А почему мы у них не останавливаемся?   Магистр и жрец переглянулись.     День пятый.     - Простите, а те двое... - начальник стражи нерешительно покосился в сторону Хоно и Наи, старавшихся не высовываться из-за спины магистра. .   - Они - с нами, - отрезал жрец.   - Тогда, не смеем больше задерживать. Хорошей дороги, господа, - стражник почтительно поклонился и похромал в сторону домиков, где жили служащие пограничной заставы удела Вир.     - Неужели нас так легко пропустили?   Застава давно уже скрылась за лесом, но Хоно все продолжал с опаской оглядываться назад.   - Неужели у этих бездельников был выбор? - магистр Лин снисходительно улыбнулся.   Остров Шин издавна был раздроблен на множество уделов и княжеств со своими законами, но для ордена с его возможностями это не имело почти никакого значения. Заставы между территориями были, во многом, данью традиции, выгодной, прежде всего, самим пограничникам, неплохо наживавшимся на торговцах. Правителям замышлять что-то против соседей было невыгодно: последняя такая стычка состоялась почти столетие назад. Даже бродячие банды разбойников сейчас были редкостью, и разбирался с ними, в основном, орден - за отдельную плату от местных властей, не слишком, впрочем, большую: источников дохода хватало и без того, а руководство умело не перегибать палку.   - Я-то еще ладно, но вот с этим типом, - Лин махнул рукой в сторону едущего далеко впереди жреца, - им точно не к спеху связываться. Вы не единственные, кто верит, что он по ночам закусывает человечиной. Даже меня последнее время сомнения терзают... Да шучу я, шучу, - спешно закончил он, встретив испуганный взгляд Наи.     День шестой     Весь луг был усеян фиолетово-синими пятнами. Горьковатый запах щекотал ноздри.   - Южнее это время года даже называют "порой цветения тапа", - пояснил Лин, не дожидаясь вопроса. - Они расцветают в последние солнечные дни.   Ная нагнулась с седла, чтобы рассмотреть цветы поближе.   - Осторожней, свалишься!   - Привал, - жрец остановился.     Высокие чаши плотных лепестков держались на коротких, мясистых стеблях.   - Подумать только, можно всю жизнь прожить - и такого не видеть... Ай! - Ная отдернула руку: стебель был покрыт чем-то липким и жгучим.   - Не нужно трогать в лесу все подряд. На, промой, а то будет волдырь, - Лин протянул девушке бурдюк с водой.     - Скоро уже поедем? А то спасу от этих нет, - Хоно отмахивался платком от назойливой кусачей мошкары, в изобилии вившейся над лугом.   - Ты большой, а они маленькие. Стыдно бояться, братец! - Ная рассмеялась в ответ.   - Раз миты здесь, значит, тепло еще продержится... - задумчиво пробормотал жрец.     День седьмой     - Завтра мы никуда не едем.   - Почему? - Лин недоуменно посмотрел на жреца.   - Нужно дать им отдохнуть. Ты забыл, как от долгой езды с непривычки тело ломит? Заодно пополним запасы, - тот улыбнулся.   - Не забыл. Нужно, так нужно. И хватит скалиться без повода.   - Уж извини, по-другому не умею, - хмыкнул жрец.     Искры от костра диковинными бабочками кружились в дыму.     День восьмой     - А ты хорошо стреляешь, Лин-гьо, - Ная, развязав мешок, с уважением пересчитала утиные тушки.   - Ну хоть на что-то гожусь. Чем эти двое там занимаются?   На дальнем краю поляны Хоно, неуклюже размахивая длинной палкой, наворачивал круги вокруг жреца.   - Брат попросил господина научить его обращаться с мечом. Лин-гьо, а...   - Оставь уже это "гьо", хватит тут одного господина.     День девятый     - Стоять!!   Хак глухо рычал, вытянув шею и широко расставив лапы.   Впереди, на опушке леса, теснилась гостевая хижина.   - Астши?   - Да, - жрец спешился. - Возвращайтесь за поворот дороги и ждите меня там.   - Не дождешься, - неожиданно весело возразил Лин. - Не хочу упустить возможность посмотреть, как Белые работают.   - Для чего?   - А почему бы и нет?   - Твое дело. Только не приближайтесь, - Жрец снял плащ, аккуратно перекинул его через седло, отстегнул и пристроил сверху перевязь с мечом. - Ни в коем случае, - он принялся стягивать сапоги.     - Лин, зачем он...?   - Я знаю не больше вашего, - магистр пристально вглядывался в спину жреца, медленным шагом приближавшегося к хижине. Отпечатки босых ног в грязи немедля заполнялись водой, мешковатые нижние одежды нелепо раздувались на ветру. - Орден действует иначе.     Человек не мог выжить без астши, но астши мог обойтись без человека. Дома, где оставались одинокие астши, постепенно изменялись. На первой стадии - "пара", по Книге шагов - в здание больше не могли войти люди. На следующей, "ша", у стен на дневном свету появлялись вторые тени. На третей стадии, "амдо", они начинали движение. Коснувшись тела человека, вторые тени разъедали его, словно кислота. Про четвертую, "вара", было мало что известно: для ее достижения требовались десятки лет, потому она встречалась только в руинах древних замков, каменным стенам которых был не страшен огонь. Ночью люди могли войти внутрь, но почти все они исчезали с рассветом, лишь единицы возвращались обратно и становились Белыми жрецами.   Обычно орден появлялся на второй стадии. Магистры, окружив дом в безопасное ночное время, сжигал его при помощи атми: лунные тени иногда обретали облик покойных хозяев астши, но не могли ранить.     - Берегите себя, господин жрец! - запоздало выкрикнула Ная   Тот на мгновение остановился, затем двинулся дальше.   - Лин, он же так войдет в тени!   - Т-сс, смотри внимательней.   С пространство вокруг жреца что-то происходило. Дорога высыхала, тапа на обочине роняли головки синих лепестков. Сам жрец как будто становился выше, шире. Одежда уже не болталась на нем, а плотно облегала проступившие бугры мышц. Тень от хижины колыхнулась, вытянулась, змеей поползла к дороге.   - Ха-аагх-рр!!   Изо рта - вернее, уже пасти, - жреца вырвался сияющий, ослепительно белый пар. Облако собралось в сферу, поднялось вверх. Лин прищурился, прикрыв ладонью глаза. Сам жрец больше не менялся, но его тень, теперь отчетливо различимая в ярком свете, разделилась надвое. И продолжала расти.   - Великое пламя!   Тень хижины съежилась, рванулась обратно куда-то под срубом. Жрец поднял руки. Четыре теневые лапы скользнули за ней. Хижина задрожала. Вместе с косяком, вылетела дверь. В небо взвился иссиня-черный смерч. Сияющая сфера чуть приблизилась к нему, развернулась лентой, обвила, сжала в точку - и молнией обрушилась на крышу.   Воздух сотряс чудовищный грохот. На дорогу с треском повалилось иссушенное дерево.   - Тп-пру, спокойно!   Хижина пылала.     - Удовлетвор-р-ен, магистр-р-р? - жрец со звериной грацией развернулся к своим спутникам. Сейчас он и был скорее зверем - вытянувшееся, обросшее шерстью лицо мало отличалось от волчьей морды, пальцы оканчивались длинными изогнутыми когтями.   - В-великое п-пламя...   Жрец неспешной походкой двинулся обратно. Тело, принимая нормальный облик, исходило бесцветным студнем, целыми кусками опадавшим на землю и растекавшимся по ней лужами воды.   - Не понял, так где восторженная встреча?, - жрец перешагнул поваленное дерево. Теперь он выглядел как обычно, если не считать промокшей насквозь одежды.   Лин несколько раз хлопнул в ладоши.   - Заслужил. Не думал, что ты в самом деле...э...   - Чудовище? - насмешливо поинтересовался жрец.   - Владеешь такой необычной атми.   - Любая атми необычна. Чтоб их, успели задеть даже через ткань, - жрец скривился. Через предплечье тянулась черная полоса, вроде тех, что были у него на лице. - Молодые люди, закройте рты, пока птицы там гнездо не свили.     Горелые бревна угрюмо дымили в синее небо.   Жрец, переодевшись, вернулся.   - Человек внутри умер от болезни. Придется завернуть к местным, узнать, не нужна ли помощь.   - Это тебе астши сказали?   - Вроде того.   ***   В деревню въехали еще до сумерек. Жители, завидев всадников, спешили скрыться в своих дворах.   - Эй, уважаемый! - магистр Лин ухватил одного не слишком резвого за отворот куртки. - Да будет милосерден к тебе Абхи. Где найти вашего голову?   - Да не потускнеет над вами светлый лик. Через три дома направо, там увидите красный дом с халь на коньке.     Голова, почуявший переполох, встретил их у калитки.   - Доброго вечера, несущие свет Абхи. Да не потускнеет над вами его лик, - грузный пожилой мужчина с одутловатым лицом неловко поклонился. - Чем могу служить?   ***   По веранде плыл неприятный запах горелой каши.   - Мы вернемся к ночи или к следующему утру. Радуйтесь случаю выспаться по-человечески, - жрец с сочувствием посмотрел на клюющую носом Наю.   - Вот именно. Нечего вам там делать.   Деревня Ваки располагалась на отшибе: торговый путь на ней оканчивалась, дальше были только остатки древнего тракта, ведущего к руинам. Бродяги сюда почти не заглядывали, потому эпидемия лисьей болезни, прокатившаяся по краю, обошла ее стороной. Соседям повезло меньше. В деревнях с умершими и их жилищами разобрались своими силами, но еще оставалась пара гостевых стоянок у дороги, вроде той, что жрец сжег утром, и уже поллуны как не было вестей с временного хутора при лесозаготовке. До него было с полдня пути, но местные равно боялись заразы и астши, потому не решались туда соваться. Приезд жрецы оказался весьма кстати.   - Думаю, ты прав, господин, - Хоно кивнул Лину со столь серьезным видом, что тот с трудом сдержал смех.   ***   - Во сколько подъем, Ваше святейшество?   Жрец промолчал.   - Эй, Белый!   - Не хочешь объяснить, с чего ты цепляешься ко мне всю дорогу, магистр Лин Валб? Ты, вроде как, известен своей учтивостью, - жрец устроился на единственном стуле, закинув ногу на ногу и сцепив руки в замок.   - А ты мне ничего объяснить не хочешь?!   - Тише, детей разбудишь, - жрец поморщился.   Лин с опаской покосился на стену, за которой спали Хоно и Ная. Он и сам подивился ярости в своем голосе: должно быть, кружка карьянного самогона не прошла бесследно.   - Что еще за бред с дымными птицами?! Куда мы едем на самом деле?   - Ну а что мне им было нужно сказать - что это я убил их отчима? - жрец подался вперед. - Что их родной папаша - бывший магистр, порядком насоливший вашему смотрителю? Что, а, Лин?   Магистр опешил.   - Про последнее я знал, старик проболтался. Но зачем тебе...?!   - Невежественные дураки в красных плащах прочитали в одной книжке, что атми первого ребенка всегда сильнее, поэтому отказывают младшим детям одних родителей в проведении испытаний. А господину Фара Орто, чтобы выправить дела, позарез требовалась хоть какая поддержка в ордене. Он был уверен, что дети унаследовали часть таланта отца и для вступления этого хватит, но старший сын, Лу Орто, слишком беспокоился о результатах, и по невнимательности завалил часть заданий. Выродок решил подстраховаться, сделав ставку на будущее, и вынудил того израсходовать всю атми под видом "тренировки". Расследования он не боялся - такой умысел ведь не докажешь.   - Ты узнал от астши?   - Подслушал, как паршивец хвастался собутыльникам своей сообразительностью. Жаль, женушку следом за ним отправить не догадался. Я тогда уехал сразу, когда вернулся - услышал об аресте и побеге. Еле разыскал, таких кругов навертели. Надо же было попасть в когти именно к вашему старому индюку. Позже, попытаюсь пристроить ребят к знакомым торговцам. А пока, пусть хоть свободными людьми себя почувствуют. Теперь ты доволен?   - Мог бы и раньше рассказать, между прочим, - несколько смущенный услышанным, Лин прошелся по комнате. - Так когда выезжаем?   - Через час после рассвета, лошадям нужно дать отдых.     Хоно осторожно отодвинулся от стены. Оглянулся на сестру - та мирно посапывала в подушку. Оно и к лучшему...     День десятый     - Что-то орден здесь не в почете. А жаль, - Лин проводил взглядом девушек, упорхнувших в ближайшую калитку. - По мне, та рыженькая очень ничего.   - Рыженькая - это какая, правая или левая? - с любопытством осведомился жрец.   - В каком смысле?!   - Которая стояла ближе к забору или ближе к дереву?   - К забору. Так ты не различаешь цвета?   Жрец расхохотался.   - Бери выше.   - Хочешь сказать, что...?!   - Иначе, чем слепы люди, - жрец улыбнулся своей всегдашней, теперь уже понятной магистру, неестественной улыбкой. - Я, как бы объяснить... вижу кожей. Немногим хуже, чем вы - глазами. Чувствую стороны света, форму, движение, текстуру на полсотни шагов вперед, так что без труда могу управлять лошадью и ходить по лесу, не натыкаясь на ветки. В сложных случаях мне иногда помогает Хак,   - Но ты ведь ведешь себя как зрячий! Поворачиваешься на голос и тому подобное. Я могу почувствовать на себе твой взгляд.   - Мой "взгляд" - направленное внимание, ничего более. Я родился зрячим, ослеп после руин. Человеческие взгляды, кстати, очень разные. Твой, например, как молодые еловые иголки. У той красотки - как стебель тапа. У Хоно - как каменная крошка.   -Ну-ну... - Лин замолчал, обдумывая услышанное.   ***   - Вставай! Они уехали. Ты со мной?   Ная без слов поняла, о чем речь. Раздумья не заняли много времени.   ***   - Здесь пусто. Давай к хутору, - жрец, не доехав до гостевой стоянки, развернул коня.     - Как тебя вообще занесло в руины? Ты знал, во что превратишься?   - Я тогда даже не знал, что они из себя представляют. Папашины должники... В общем, мой дом спалили вместе с родителями. Мы остались вдвоем, я и глупый слепой щенок по имени Хак. Мотались по дорогам, побирались, воровали. Мне было меньше лет, чем Хоно сейчас. Так и забрели одной холодной ночью в руины. Случайно, в поисках укрытия. А утром очнулись в том виде, в каком ты нас знаешь. За животными не следуют астши, но почему-то вышло так, как есть.   - Сколько же лет тебе сейчас?   - Немногим больше, чем тебе. Просто я потратил их с большей пользой, - хмыкнул жрец. - А Хак по собачьим меркам должен быть совсем дряхлым стариком. Но по нему это не заметно.   ***   - Насколько же эти крестьяне боятся ордена, что даже не спросили, куда мы едем.   - Не ордена. Белого жреца. Поэтому я должен стать таким, как он. Сильным и свободным, - Хоно закусил губу. - Тогда больше никто не посмеет нас тронуть. Ни тебя, ни меня.   - Может, зря мы с ним не посоветовались?   - Он бы ни за что нас не отпустил, поверь. Мне он даже не рассказал ничего толком, пришлось расспросить магистра Лина, что написано в этой его книжке. Нашел!   В пожухлой траве едва просматривались древние, глубоко ушедшие в землю булыжники. Дорога вела к руинам.   ***   - А ты, случаем, не знаешь, чем вы, Белые, отличаетесь от тех, кто исчез в руинах?   - Что, надумал попробовать? - жрец усмехнулся. - Кое-что знаю, но новости для тебя не утешительные. По меньшей мере, нужно не убить ни одного астши. Скольких ты сжег за свою орденскую карьеру?   - Не считал. Но многих.   - И я о том же. Так, чувствую хутор. Там и астши, и живые люди.   ***   - Вот они!   Руины темнели у подножья холма.   - Осталось всего ничего.   ***   - Жрец сказал, в такой стадии болезнь уже не заразна. Он разбирается в этом получше многих. Так что завтра мы пришлем помощь, - Лин ободряюще улыбнулся сгрудившимся вокруг него людям. - Беспокоиться больше не о чем.   За окном раздался грохот.   - И насчет этого тоже не беспокойтесь.   ***   В сумерках руины походили на гигантского зверя, сонного, но грозного. Шерстью поднимались из обломков стен тонкие деревья.   - Подождем, пока полностью стемнеет, и спустимся, - Хоно привязал лошадь к дереву.   ***   - Что?! И ты их отпустил!?   - Вы... не сказали... - голова неловко переминался с ноги на ногу.   Жрец выдал в воздух десяток отборных ругательств.   - В какую сторону они направились?   - Вроде... на восток...   - Поехали, Лин!   - Куда?   - Угадай с одного раза. Если повезет, успеем... Забери меня тени, и как я сразу об этом не подумал?!     - Белый, ты говорил, для превращения в жреца нельзя убивать астши. Может, у них есть шанс?   - Еще нужно, чтоб в руинах был астши кого-то из знакомых, что будет служить посредником. Мне удалось встретить астши бродяги, который замерз в той канаве, где я встретил его накануне. У наших беглецов знакомых бродяг нет.   ***   В руинах не было ветра, и даже шорох листвы не нарушал тишину. Но эта тишина не была давящей. Скорее, от нее веяло какой-то чудной торжественностью.   - И зачем люди строили такие громадины? - Ная провела рукой по стене. Камень, поросший мхом, приятно холодил кожу.   - Наверное, даже Белый не знает. Хотя, я не спрашивал, - Хоно сбросил с плеча мешок с остатками провизии и другого скарба. - Перекусить не хочешь?   - Давай.     - Интересно, что случилось с тем, кто устроил эту лежанку? Просто исчез, и все?   - На рассвете мы это выясним, - Ная, растянувшись на куче сухой соломы, смотрела в темное небо. Облака расходились, и на черном бархате проступали яркие капли звезд. - Так или иначе.     - Как думаешь, полнолуние - это добрый знак?   - Думаю, да, - серьезно ответил Хоно, но вдруг заулыбался.   - Что такое?   - Представил кое-что. Господин жрец же превращается в волка, значит, он должен выть на луну?   - Должен. Может, у него и хвост есть? - Ная тихо прыснула в ладонь.   - Не шути так, а то еще у тебя вырастет. Уже недолго.     - Тень... она движется! Хоно!! - Ная вскочила с лежанки и попятилась к дальней стене.   Клок темноты оторвался от земли, стал плотным, вытянулся, приобретая очертания человеческой фигуры.   - Прочь, не подходи!! - Хоно встал перед сестрой.   Тень послушно замерла. Очертания становились все четче.   - Брат, это...!   - Я вижу. Вижу.   - Но как? Ведь дом сгорел, а значит, и астши тоже!   Тень с лицом господина Фара Орто качнулась из стороны в сторону.   - Не знаю. Жаль, сестренка, но нам придется отыскать другие руины.   - О чем ты...   - Потом объясню, - Хоно отступил вбок, пальцем поманив тень за собой. - Да, правильно, да... - он присел на корточки и запустил руку в мешок с поклажей. На ткани проступило темное пятно.   - Давай, еще чуть-чуть, -Хоно, не распрямляясь, сделал пару неловких шажков назад, сжимая что-то в кулаке. Тень непонимающе качнулась, но последовала за ним.- Вот так, отлично. Знаешь, дядя, раз уж я не могу рассчитаться с тобой, то хотя бы рассчитаюсь с твоим астши!   Кремниевая зажигалка - подарок магистра Лина - исправно выбила искру. Пламя взметнулось по пропитанной розжигом ткани мешка.   - Выкуси, урод!   Тень исчезла в пляшущих языках. Огонь перекинулся на солому.   - Жаль, другим астши это может не понравиться. Ная, пойдем! - Хоно схватил сестру за руку и поволок за собой.   - Из руин нельзя выйти!   - Сказки для маленьких, чтоб не лазили, куда не надо. Входов без выходов не бывает.   Но сколько бы они не бежали, лес не приближался.   ***   - Великое пламя, это еще что!? - Лин, выехав на вершину холма, уставился на дым, отчетливо видный на фоне предрассветного неба.     - Оставайся здесь! Ты тоже, Хак! Я их выведу, - жрец спрыгнул на землю и бросился к руинам. Со звоном лопнула застежка плаща, разорванная изменившимися мышцами.   - Как... - Лин замер с открытым ртом: жрец, ступив на поляну, исчез из виду.   ***   - Господин! Мы... - брат с сестрой кинулись ему навстречу.   - Нет вр-р-ремени! Сначала ты, - жрец грубо схватил Наю за плечо. - Ха-аарр!! - сияющий пар из его пасти растекся вокруг, высветив радужную пленку, пульсировавшую между людьми и лесом.   Теневая лапа рассекла воздух. Жрец толкнул Наю в разрыв.   ***   - Ты цела? - Лин помог девушке подняться. Под разорванной одеждой виднелись глубокие царапины от когтей жреца.   - Да.     - Почему они не идут? Уже почти рассвело, - Ная встала рядом с магистром, напряженно вглядывавшимся в руины.   - ...   - Великое пламя!   - Ты что-то понял? Лин, не молчи!   - Жрец весь день жег времянки. У него могло не остаться достаточно атми, - Лин с ужасом и растерянностью посмотрел на нее.   За спиной надрывно заскулил Хак.   - Тогда... они...   - А, чтоб их Абхи поджарил! Никаких "тогда"! Была - не была, - Лин сделал шаг к поляне. Обернулся. - Если я тоже исчезну, немедленно беги обратно в деревню, поняла? - он подошел к месту, где появилась Ная, и упер тыльную сторону ладони в землю чуть впереди. - Я видел здесь вспышку, должно быть, это граница.     Из ладони магистра показались уже знакомые Нае оранжевые стебли, но в этот раз что-то шло иначе. Часть из них бледнела, теряла цвет, застывала. Ветви огненного древа тянулись вверх и снова гнулись к земле, пытаясь образовать подобие вроде арки. Листья появлялись и опадали.   Магистр выругался сквозь стиснутые зубы.   - Ак-ра!   Почки на одной из уцелевших ветвей заалели, набухли.   - Еще! - он до предела усилил атми. - Ак-к...   Багровый цветок ударил лепестками сгустившийся воздух. Блеснула, лопнув, радужная пленка.   - Белый, Хоно, сюда! - Лин сунул свободную руку в проем. - Быстрее!   Пальцы хрустнули от судорожной хватки.     - Брат!   Хоно, волочивший на плечах Белого жреца, повалился на траву.   - Вставай, уходим отсюда, сейчас же! Я помогу... Великое пламя!   Лин дернулся, но не смог сдвинуться с места: застывшие огненные корни пригвоздили ладонь к земле.   - Господин магистр!   Он еще раз безуспешно попробовал освободиться. Первые лучи солнца коснулись верхушек деревьев.   - Кто-нибудь. Возьмите меч у жреца.     - Лин!!   - Времени нет, быстрее!   Ная нерешительно ухватилась за широкую, скользкую от воды рукоять.   - Ну же, давай!!     День двенадцатый     Снаружи шумел дождь.   - Хватит уже извинений. Так, получается, это был ваш родной отец, которого вы приняли за Фара Орто?   От приторного запаха лекарств слегка мутило. Лин приподнялся на кровати, пытаясь уловить струи холодного воздуха из окна.   - Рик-гьо так сказал. Отец раньше был в ордене, и перед смертью провел ритуал отрыва. По дорогам от сюда до Валкана далеко. Но, по прямой, эти руины - ближайшие.   - Ну, не удивительно, что вы обознались - они же все-таки братья. А кто такой Рик?   - Еще один, - в дверном проеме выросла высокая фигура жреца. - Ты думал, мне даже имени не положено, герой?   - Самому представиться при знакомстве гордость не позволяла, так понимаю? - Лин усмехнулся. - Где мы, кстати?   - У старшего по лесозаготовкам. Он твердит, что по гроб жизни нам благодарен и охотно сожжет дом по весне, если мы решим у него зимовать. Но я бы предпочел обойтись без таких жертв, раз уж ты быстро пришел в чувство. И, - жрец посторонился, пропуская в комнату пса, - скажи спасибо Хаку. Это он тогда привел помощь.     День семнадцатый     - Послушай, Рик. Пока я валялся в постели, сопоставил кое-что. То, как я слабею после отрыва, способности Наи, которые то совсем пропадают, то опять дают проблески. Атми людей действительно существует из-за нашей связи с астши?   - Умнеешь, раз стал задумываться о таком. Астши... Сложно по-простому объяснить. Наш мир и их существуют рядом. Астши верят, что в природе и у них, и у людей - стремление к покою и к общности. Поселения людей усиливают людскую атми, поселения астши - увеличивают их силу. Солнечные вторые тени - лишь ее побочный эффект. Верхушка ордена, конечно, знает об этом, но, сам понимаешь - нынешние верования лучше служат их интересам.   Лин кивнул: всевозможные обряды "для укрепления связи с астши" приносили очень неплохой доход.   - Астши, со своей стороны, не стремятся навредить людям, но не могут перестать заселять дома - одинокий астши должен быстро объединиться с другими, иначе погибнет. Таков их Закон шагов. А правды в верованиях астши, может статься, столько же, сколько в наших, - жрец надолго замолчал, вперив невидящий взгляд в стылый полумрак. - Мне не так уж много известно, Лин, но не знаю, есть ли те, кому известно больше....     День двадцать первый     - И все-таки твоя сестра молодец, - Лин со смешанными чувствами рассматривал обрубок. - Аккуратно, как лекарь. Я-то боялся, по плечо с непривычки оттяпает...   В подернутых льдом лужах отражались редкие облака. Полог даже не натягивали - не было нужды.   - Ная умеет правильно действовать, когда нужно. Не то что я, - Хоно виновато взглянул на изувеченную руку магистра.   - Выше голову. Может, оно и к лучшему.   - Какое уж тут к лучшему.   - Я еще не уверен, но...- Лин улыбнулся. - Надо не забыть поговорить с Риком, когда они вернутся. Каменная крошка, да? - пробормотал он себе под нос.   ***   -Куда ты хочешь отвезти меня, Рик-гьо?   - Скоро узнаешь. А пока скажи мне, зачем ты пошла в руины? Ты могла хотя бы попытаться отговорить брата, но предпочла сразу отправиться с ним.   - Мне казалось... Потому что... - Ная запнулась. - Я подумала, может, где-то в руинах скрыт способ освободить людей от астши. Это ведь все неправильно, Рик-гьо! Что те, кто живет под кровом, не могут путешествовать, а бродяги не могут иметь дома!   - Неправильно. Однако... - жрец подозвал коня. - Отпечаток связи людей и астши лежит везде, где ты бывала. Астши верят, что руины построили в ту пору, когда связь была слабее, чем сейчас. Представь, для чего могли служить те огромные каменные стены? Исчезни связь совсем, весь мир был бы другим. Но никто не может решать за весь мир, каким ему быть. Понимаешь меня?   - Может быть. Не знаю.   - Ничего, всему свое время. А теперь, залазь.     Деревья проносились мимо, рощи рад-тар сменялись елями, древовидным карьяном.   - Удивительно. Почти не трясет.   - Лон иначе переставляет ноги, чем ваши лошади. Это значительно удобней для всадника, жаль, такие животные редки.     Тропа вела вверх, петляя между скалами.   - Чувствуешь его? Ветер настоящей дороги?   - Что это за запах, Рик-гьо?   Морозный воздух отдавал сыростью и еще чем-то неуловимым. Непривычный запах усиливался по мере того, как они приближались к вершине. Откуда-то доносился тихий гул.   - Терпение. Сейчас все увидишь.     Конь замер на краю обрыва.   - Не бойся, не упадем.   - Великое пламя!!   - Если у Лина и стоит чему-то учиться, то точно не ругательствам.   Ная не могла видеть его лица, но почувствовала, как жрец улыбнулся.   - Я постараюсь, Рик-гьо.   - То, что перед тобой. Как оно выглядит, для тебя?     - Как небо на земле. Это...   - Океан.   (с) Ink Visitor aka Инструктор Кэт, июнь 2013