Брикк Анна
Северные Грозы

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Links
Кожевенное мастерство: сумки, ремни своими руками
Оценка: 4.00*4  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Это только часть романа, а не весь он. Не выложен полностью по коммерческим причинам.

СЕВЕРНЫЕ ГРОЗЫ

1.


  Вечер. Вечер перед ночью ожидания. Ожидания войны. Этот мир давно уже живет ожиданием жестокой войны между двумя цивилизациями. Мир по истине прекрасный. По крайней мере, раньше он был таким, пока его чистые поля не были залиты кровью умерших в бою, пока его непорочные леса не проросли костями невиновных, пока его быстрые реки не были затоптаны лошадьми. В этих краях нет больше единорогов, они убежали за поля, леса, реки, горы. А раз нет больше единорогов значит - мир пропал. Ну ... почти пропал.
 
  В этой деревушке не осталось почти ничего. Её разрушило войско орков, предводителем которого был сам лорд Шейт. В живых осталась только одна девушка. Она грустно брела по дороге с кинжалом в руках.
  Девушка была невероятно красивой - длинные почти по колено волосы огненно-красного цвета, которые на свету отливали малиновым, и огромные голубые глаза. Тонкие чёрные брови и пухлые красные губы. Тонкая талия, длинные ноги. Она не человек, она - полу человек полу эльф.
  Внезапно она остановилась и громко сказала:
 -- Моё имя Мэя. Моя деревня была разрушена войском орков, которое двигалось на север в поисках священного города Мун, столицы Лунариуса. Мои родители и друзья тоже были убиты. Эта война слишком далеко зашла! Пора кому-то остановить её! И эта кто-то - я!
  Мэя шла целый день и к вечеру поняла, что не знает в какую сторону идти. Она даже не знает, куда ей надо прийти.
 -- Да! С начала я найду все шесть сфер, потом найду Лунный жезл. Принесу всё это великой Феникс, а она найдёт тех двух принцесс, и они разбудят королеву Лунариуса - Ио. Мир возродится и война закончится! - в тот момент она не понимала, что поставила перед собой почти невыполнимую задачу.
  В лесу уже темнело. Мэя начала бояться, ведь ночью по лесам шныряют гоблины и орки. По этому молодой, пусть даже умеющей немного колдовать, девушке ходить там достаточно опасно. И она ускорила шаг. Вдруг Мэя впереди услышала шум. Она присела и взяла свой кинжал по крепче. Шорох в кустах и резкое движение рукой - кинжал уже воткнут в дерево рядом с головой юноши. Он был очень хорош собой - зелёные глаза, волосы серо-голубого цвета по плечи длинной. Мэе он сразу понравился. А вот юноша влюбился в неё с первого взгляда.
 -- Стой! Кто идёт? - жёстким голосом спросила Мэя.
 -- Ты с начало бы спросила, а уже потом ножи кидала.
 -- А не надо было меня пугать!
 -- Я совсем не хотел тебя пугать.
 -- Ты случайно не эльф тьмы?
 -- Нет, конечно! Я человек. А что. Не видно? Или ты слепая?
 -- Ну ладно, а то я хотела тебя убить.
 -- Это заметно, - огрызнулся юноша. Мэя подошла к дереву и выдернула кинжал.
 -- Кстати, меня зовут Мэя.
 -- Я - Теомий. Ты куда путь держишь? - насмешливо спросил он.
 -- В столицу Лунариуса - Мун.
 -- Никто же не знает где она. Ты что знаешь что ли?
 -- Нет.
 -- А как ты туда попадёшь?
 -- Ну вообще-то с начала мне надо найти шесть сфер, - обижено сказала она.
 -- Ха-ха-ха, - рассмеялся Теомий, - это ещё глупее чем- то, что ты идёшь в Мун!
 -- Но,... но орки убили моих родителей и разрушили мою деревню и...
 -- Не хотел обидеть. Орки много кого убили! Они вообще, знаешь ли, частенько кого-нибудь да и убивают. У нас тут как бы война! Но всё же то, что ты идёшь в Мун - глупо!
 -- Нет, не глупо!
 -- Ещё как глупо. И безрассудно.
 -- Ах. Что с тобой спорить...
 

2.


  Костёр уже догорал. Мэя лежала слева, Теомий - справа. Не один из них ни спал. Каждый думал о своём.
  Мэя:
  "Он же прав. Какая я глупая. Я ведь даже и не знаю где находится Мун. Я не знаю что за сферы мне надо найти. Одна, без армии, я бессильна. Единственное что я знаю - это старую легенду о спасении мира. И всё. Феникс не возьмёт меня в свою армию, если я не сделаю ничего выдающегося. А я так хочу попасть в её армию. Надо всё хорошенько обдумать. Так. Первое - выяснить, хоть приблизительно, где находится Мун. Второе - выяснить, что за шесть сфер мне надо найти и вообще, для чего они нужны! Третье - отвоевать у гоблинов лунный жезл. Остальное потом. Хотя сначала мне нужны последователи. И кого же мне просить? Теомия что ли!? Придётся попробовать"
  Теомий:
  "Неужели я влюбился? Она такая странная, но такая красивая. И, похоже, горит желанием попасть в столицу Лунариуса. Но у неё ничего не выйдет. Ведь Мун затерян. Нет, я точно влюбился. А то, какое мне было бы дело до неё. И зачем только я согласился остаться с ней. Я же просто теряю время. Мне надо найти лунный жезл первым, и вообще золото на дороге не валяется! И известность тоже. Но если она сама попросит о помощи, то я не откажусь!"
  Костёр задуло. Стало совсем холодно. По макушкам деревьев пробежал северный ветер. Ветер пришёл с той стороны, где расположен старый город Мун, столица великой империи - Лунариуса. Он находится на севере. Точнее то, что осталось от города - руины. Всё началось с этого места. Королева эльфов - Ио, обладательница шести составляющих частей мира, которые были воплощены в сферах жизни, смерти, огня, воды, земли и воздуха, владела лунным жезлом. Однажды во дворец Ио - Храм Дождя тайной пробрался лорд гоблинов - Дерос и похитил магический жезл ради собственной власти над лунной магией. Королеве Ио не удалось найти жезл. Она больше не могла удерживать сферы без его энергии. И мир эльфов начал затухнуть. Король эльфов тьмы - Салай давно хотел завладеть королевством Ио. Собрав огромное войско, Салай напал на Лунариус, но королева смогла разбить его армию. Тогда король Теруса (Салай) вступил в сговор с молодой и красивой королевой орков - Норой, владычицей Хилберда. Они заключили договор, по условиям которого Нора обязана направить свои войска против Лунариуса, а Салай должен отдать одну четверть завоеванных земель во владения орков, также он обещал Норе лунный жезл. И уже через месяц зазвенели мечи. Воины Ио сражались до самого конца, но армия орков и эльфов тьмы была слишком многочисленна. Погибли все кроме мирных жителей. Великая цивилизация пала. Ио спрятала свою пятнадцатилетнюю дочь - принцессу Нелли, а сама погрузила свешенный город Мун в неведение, чтобы войска врагов его не разрушили. Но королеву покинули силы, и она погрузилась в сон в своём полуразрушенном замке. Магические сферы, лишившись своей законной хозяйки, попали в разные руки. Все, благодаря колдовству Ио, забыли, где находится Мун, но Салай и Нора продолжали искать этот город. И безуспешно. Мун ищут многие, но не находит никто. Известно только то, что город всегда будет на севере, если идти из любой столицы прямо. Армия орков и эльфов тьмы теперь прочёсывает весь Лунариус, уничтожая всё на своём пути. Говорят, что там, на севере, сейчас проходят могучие грозы - предвестники гибели.
  Мэя и Теомий лежали безмолвно. Ей хотелось попросить о помощи, но Мэя думала, что юноша спит. Она повернулась лицом к Теомию, но тот лежал спиной к ней. Мэя вздохнула, теперь ей просто не хватит смелости его разбудить. Она подняла голову и посмотрела в небо. Чёрный цвет и звёзды. И тени драконов " Опять воюют. Может на одном из этих драконов моя Феникс летит в бой с мечом и с дикими криками рубит головы проклятым оркам. Вот бы сейчас быть рядом с ней! Никогда не буду, если его не попрошу" - думала Мэя. Она собралась с силами и тихо позвала:
 -- Теомий! Ты спишь?
 -- Нет. Я думал что ты спишь.
 -- Знаешь, эта война, она сильно изменила нашу страну. Пора её остановить. Я сделаю это, но мне нужен помощник. И не смейся!
 -- Предположим, что ты действительно можешь остановить войну. Тогда что ты с начало сделаешь? - Теомий спросил это вовсе не потому, что хоть на каплю верил девушке. Просто ему было интересно послушать бредни. И, к тому же, эта чокнутая его веселила.
 -- Мне надо найти сферы.
 -- Ты хоть знаешь о каких сферах речь идёт?
 -- Нет, но...
 -- Но что? Мэя ты представления не имеешь за что берешься! Война очень опасное дело - тебя могут убить. Владеть мечом ты не умеешь и одета в белое платье!
 -- Ты мне поможешь?
 -- У меня свои цели, - пафосно произнёс он.
 -- ТЫ МНЕ ПОМОЖЕШЬ?
 -- Помогу, но помни, что я должен достичь и своих целей.
 -- Отлично! Что ты знаешь о сферах?
 -- Да что ты зациклилась на этих сферах!? С начало надо выработать план действий, - Теомия поражало узколобие и упрямство этой девицы. Ведь даже не знает, о чём говорит!
 -- Я уже выработала. Слушай. Найдём сферы и лунный жезл. Потом тех принцесс.
 -- Каких принцесс?
 -- Ты что легенду не знаешь?
 -- Нет. - юноша чувствовал себя так, словно оказался у гадалки или рядом с тронутым. Что, собственно, одно и то же...
 -- "В тот день, когда все шесть сфер соединятся с лунным жезлом, две принцессы поднимут рассвет, и солнце взойдёт над Лунариусом и его столицей Мун. В Храме Дождя проснётся королева Ио. Лунный жезл возродит потерянный мир, и королева Ио возгласит жизнь и союз эльфов, эльфов тьмы и людей. Жезл ночи будет уничтожен. В этот мир вернутся реки с хрустальной водой, мраморные волки, единороги и драконы"
 -- Ты думаешь, это так просто?
  Мэя только недоуменно посмотрела на него.
 -- Сферы не так просто достать. Они находятся у самых влиятельных людей мира.
 -- Сложно, но можно. Что ты ещё знаешь о сферах?
 -- То, что их шесть.
 -- Это я и сама знаю. У кого первая?
 -- Кто знает, кто знает, - с насмешливой улыбкой ответил Теомий. Ему уже порядком надоел этот полночный бред.
 -- И что нам теперь делать?
 -- Я не знаю.
 -- Я тоже.
  После недолгого молчания Теомий сообразил, что сказать:
 -- Тебя надо переодеть и ты должна научиться владеть мечом, хоть немного. К тому же нам нужна провизия и последователи. Ты знаешь по близости какую-нибудь деревню?
 -- В два дня езды верхом есть деревня карликов.
 -- На рассвете отправляемся.
 -- А после деревни куда?
 -- Потом. Спи
 -- Но Теомий...
 -- Спи, - он отвернулся.
  Теперь Мэя прекрасно понимала, на что отважилась. По крайней мере, она так думала. Она знала, что может и не дойти даже до деревни карликов. Как только орки и эльфы тьмы узнают о её намерениях, то сразу попытаются убрать. Пока Мэя и Теомий не представляют королеве Норе никакой опасности, но в предосторожности и здравом смысле королева орков не уступает никому. Поэтому стоит вести себя довольно скромно. Хотя главная забота Норы и Салая - Феникс. Эта девушка ведёт армию Лунариуса за освобождение. Под её командованием находится около десяти тысяч эльфов и людей. Мэя мечтает попасть в армию Феникс. Как она хотела завтрашнего дня. Ей надо было, чтобы всё по скорей началось, ведь войну продолжать больше нельзя. Убито больше половины жителей страны.
  Теомий тоже хотел остановить войну. Его родители погибли в бою с орками. Мир начал разрушаться. Его надо было спасать от зла. Великого зла.
  На рассвете Мэя и Теомий отправились в путь. Дорога была не лёгкой. Над их головами сгущались тучи. И вот ударила молния, послышались раскаты грома. Пошёл дождь. Сильный такой, дано подобного не было. Платье Мэи промокло и облепило тело. Её волосы развивались на ветру. Мэе показалось, что дождь это плохой знак. Мельком она поглядывала на Теомия. Он был безмолвен всю дорогу. Наконец с неба лить перестало, дождь заморосил. Впереди был лес. Мэе показалось, что от куда-то слышится пение. Теомий затормозил своего коня.
 -- Дальше придётся идти пешком. Лошадям не пробраться через дебри.
 -- Теомий, что это за лес?
 -- Лес отчаяния.
 -- Но там же потерянные души! Это же опасно!
 -- А ты как хотела? На войне ещё больше опасности, - усмехнулся он.
 -- Я боюсь, - стыдливо проговорила девушка.
 -- Не бойся, я буду держать тебя за руку, - с ухмылкой сказал юноша.
  Они слезли с лошадей и направились к лесу, окутанному белой пеленой. Мэе опять показалось женское пение, и она схватила Теомия за руку. Он посмотрел на неё удивлённо, но быстро отвернул голову.
  В лесу пахло чем-то гнилым. Мэя вздрогнула, когда увидела череп, насажанный на шест. Скорей всего это был череп орка. Она сжала руку Теомия ещё крепче. Под ногами хрустели ветки, и изредка попадались старые кости. Деревья, поросшие паутиной, не пропускали свет, поэтому в лесу было холодно и темно. Непонятные тени скользили по высокой траве. Платье и волосы Мэи то и дело за что-то цеплялись. Теомий буквально волочил её за собой. На горизонте показалось белое облако. Через секунду прозрачный дым приобрёл форму девушки. Она стояла, склонив голову на бок, и держалась за дерево. Лицо её было расплывчато, но видны только глаза - стеклянные и молящие о помощи. Мэя остолбенела от страха.
 -- Пошли, она не причинит нам вреда, - шепнул Теомий ей на ухо.
  Мэя закрыла глаза и пошла на поводу Теомия. Она слышала разные звуки, и с каждым шагом ей становилось всё страшней и страшней. Вдруг раздался пронзительный крик, и пришлось открыть глаза. Теомий закрывал её своим телом от трёх визжащих зелёных созданий. Это были орки. Его меч поднялся и одним движением руки Теомий снёс голову главарю. Брызги крови попали на платье Мэи. Та жалобно вскрикнула. Теомий схватил её за руку и дёрнул вперёд со словами:
 -- Бежим.
  Они бежали так быстро, как могли. Мэя слышала тяжёлое дыхание орков, но всё тише и тише. От страха девушка вспотела, и её рука выскользнула из руки Теомия. Она пыталась его догнать, но не смогла. Силы покидали её. Мэя споткнулась об пень и упала на колени. Она видела только тень Теомия. Крикнула:
 -- Теомий! Теомий подожди! - но он её не слышал.
  Мэя почувствовала невероятную усталость. Веки сами опустились на глаза. Её голову посетило ещё пара мыслей и всё... Девушка лежала без сознания посреди леса отчаяния совсем одна.
 
  Мэя открыла глаза и села на колени. Теомия не было, орков тоже. Вдруг опять послышалось женское пение. Она испугалась и судорожно попыталась подняться. У Мэи кружилась голова по этому ничего не выходило. Пение становилось всё громче. Девушка обхватила руками дерево и встала на ноги. Были слышны чьи-то шаги. Она побежала, время от времени опираясь на какое либо дерево. Мимо мелькали тени и белые облака. Пение прекратилось. Мэя остановилась и села на траву.
 -- Почему Теомий за мной не вернулся? - спросила она сама себя, - Может, он тоже заблудился или его убили орки. Лучше бы он заблудился. Интересно, сколько я была без сознания. Я так хочу есть... и спать.
  Мэя побрела вперёд, поняв, что лучше не останавливаться. На горизонте был безграничный, густой лес. Было не разобрать какое время суток, ведь деревья не пропускали солнечный свет. Такое ощущение, что здесь всегда вечер - ни светло, ни темно. Полумрак какой-то. На весь лес раздавался крик птиц. Этот крик пугал Мэю. Она села на колени и прошептала:
 -- Ну вот и провалились все мои надежды. Похоже, мне суждено умереть в этом лесу от голода и жажды, не дойдя даже до деревни карликов. Наверно я не та, которая должна освободить этот мир.
  Мэя так увлеклась беседой с собой, что не заметила подходящую к ней девушку, одетую в длинное зелёное платье. Кожа девушки тоже была зелёной, а волосы чёрные. Большими карими глазами она посмотрела на Мэю с удивлением, присев рядом с ней на корточки. Наконец Мэя заметила пришедшую, и от испуга у неё дыхание перехватило. Дрожащим голосом она спросила:
 -- Кто вы?
 -- Это я должна спрашивать кто ты. Ведь ты сидишь на моём огороде.
 -- Простите, я ведь не знала что это Ваш огород.
 -- Меня зовут Анабэль. Я лесная нимфа, а также предсказательница.
 -- Я - воин. Моё имя Мэя.
 -- Что-то ты не очень похожа на воина. Ты больше похожа на очередную жертву этой войны. У тебя слишком длинные волосы для воина, да и одета ты в платье.
 -- Это правда. Из меня никудышный воин. Да и вообще, я просто хотела им стать. Скажите, а почему у Вас на огороде ничего не растёт?
 -- Если ты не выглядишь как воин, это ещё не значит что ты не воин.
 -- Что? - недоумённо спросила Мэя, - но вы же сами сказали что я не похожа...
 -- Это как мой огород. Если на нём ничего не растёт, это не значит что он не огород. Это значит, что просто ещё ничего не выросло!
 -- Я Вас плохо понимаю, - смущенно пролепетала девушка.
 -- Со временем поймёшь. Ты наверно голодна, пойдём, я тебя накормлю.
  Мэя собралась с силами и пошла за загадочной девушкой. Они направлялись в самую глубь леса, казалось, отливающую синим цветом.
  И вот перед глазами Мэи открылся маленький шатёр из синего и красного бархата, покрытого золотой вышивкой. На его вершине красовался позолоченный месяц. Вместо двери была прозрачная сиреневая занавеска. Анабэль отодвинула в сторону ткань, и сиреневый цвет перелился золотом, как бы приглашая Мэю внутрь. Она осторожно шагнула на расписной ковер.
  В помещение был полумрак. По середине стоял стол, покрытый голубым шёлком, а на нём хрустальный шар. В шаре танцевали женские тени, а вокруг них кружились пузырьки воздуха. Над столом весели звёзды из какого-то блестящего материала, мило позванивая. По бокам шатра стояли шкафы, набитые свечами, картами, маслами, благовониями, камнями, амулетами и прочим хламом. На одной из полочек лежал человеческий череп. В углу была тумба. На тумбе - ручное зеркало в медной оправе, статуэтка кобры, сделанная из зелёного нефрита, свеча и миска, наполненная серебристым порошком. С улицы послышался ласковый голос Анабэль:
 -- Ничего не трогай! - как назло она куда-то пошла, оставив Мэю одну.
  "И не буду!" подумала Мэя, подходя к тумбе. Она взяла в руку статуэтку, повертела её и поставила на место. Потом медленно опустила пальцы в порошок. Рука стала серебряного цвета. "Вот если бы она не сказала, то я бы и не трогала". Следующим было зеркало. Мэя поднесла его к лицу. Но отражение было не её. С глади зеркала смотрела безжалостным взглядом девушка с мечом на плече, в доспехах. В руке она держала только что срубленную голову орка, а в ногах лежала голова человека. Эта девушка походила на Мэю. То есть, это она и была. Девушка злобно оскалилась, и от страха Мэя отпустила зеркало в свободное падение. Через долю секунды оно в дребезге разбилось. Осколки запрыгали по полу и остановились у её ног. И тут сиреневый цвет шторки опять превратился в золотой, в комнате появилась Анабэль. Она мигом оглядела помещение и сказала:
 -- Ты уже разбила?
 -- Да, простите меня, пожалуйста, - застонала девушка.
 -- Ничего страшного. Ты должна была его разбить.
 -- Но Вы же сказали, чтобы я ничего не трогала.
 -- Если бы я не сказала, то ты и трогать не стала. Что ты увидела в этом зеркале?
 -- То, что я увидела, меня сильно напугало.
 -- Тебя пугает твоя судьба?
 -- Это была моя судьба?! - испуганно спросила Мэя, - разве она существует?
 -- Потом поговорим на эту тему. А сейчас ешь, - Анабэль протянула Мэе плошку с рисом и жареным мясом, а сама села за стол и стала водить руками рядом с шаром.
  Мэя села на пол, опёршись на один из шкафов. Она начала есть. Не сказать, что еда была вкусной, но девушка была рада тому, что дали.
  Вдруг Мэя вспомнила о Теомие. Она его не видела всего около дня, но уже скучала. Странное чувство эта скука. Она была не такая как раньше. Такое ощущение, что он рядом. Будто достаточно всего лишь открыть глаза, но этого сделать невозможно, ведь они склеены. Да и вообще, всё что она видит мало похоже на сон. Что-то внутри Мэи вздрогнуло. Она вспомнила увиденное в зеркале "судьбы". Мэе совсем не хотелось превращаться в безжалостного головореза. Да, ей хотелось быть воином, но не убийцей. И если её судьба убивать, то она готова пойти против судьбы.
  Анабэль сидела, склонившись над шаром с женскими тенями. Она не производила ни одного звука. Губы её были неподвижны. Даже кольца на длинных пальцах не касались гладкой поверхности шара. Но чувствовалось, что по комнате распространялось что-то инородное. От рук Анабэль расходились волны тепла. Этого тепла не было ни видно, ни слышно. Просто Мэя знала о его существовании. В полу мрачном помещении к ней плыла волна положительной энергии. Мэя замерла в ожидании нового состояния. Через пару секунд волна достигла своей цели. Как змея, она обвила её ноги, поползла к талии, потом к груди и шее. Мэя чувствовала лёгкий холод и страх. Змея стала жидкой и впиталась в её кожу. Холод сразу сменился теплом. В душе появилось чувство полного успокоения, и даже довольства. Мэя смотрела на руки Анабэль как зачарованная. Она перестала скучать по Теомию, забыла про свою цель, про страх и усталость. Почему-то она полностью доверяла Анабэль. Мэя отложила в сторону пустую миску и решила прервать странное ощущение вопросом:
 -- Анабэль, разве судьба существует?
 -- А как ты думаешь? - спросила она, сложив руки на колени.
 -- Не знаю. Мне кажется, что всё зависит от случая.
 -- А что такое случай?
  Девушка промолчала.
 -- Понимаешь, вещь это не простая. В сущности всё действительно зависит от случая. Но только в сущности.
 -- То есть...
 -- То есть у каждого своё предназначение, и он его выполнит хоть как.
 -- А случай?
 -- Случай тоже часть судьбы.
 -- Я Вас не понимаю.
 -- Судьба есть у каждого существа. И каждое существо будет её творить само.
 -- Это просто абсурд какой-то...
 -- Мы сами творим свою судьбу нашими поступками.
 -- Значит, судьбы нет, - загадочно прошептала Мэя.
 -- Но кто знает, почему мы поступили так, а не иначе?
 -- Вы говорите, что всё зависит от случая, а потом что ничего от него не зависит. Так?
 -- Именно так. Мэя можно тебя попросить?
 -- Конечно.
 -- Пожалуйста, собери плодов с дерева около дома.
 -- Хорошо Анабэль, - сказала Мэя, вставая с пола.
  Мэя повернулась к выходу. Дойдя до занавески, она отодвинула её. Сиреневая ткань блеснула золотом, опять поддакивая ей. Хотя как ткань может поддакивать? Мэя уже стояла снаружи и смотрела на то самое дерево. Ствол был ровный, гладкий, белого цвета. Листья были синие, а плоды - красные с оттенком малинового, как волосы Мэи. Из шатра послышался как всегда ласковый голос Анабэль: "Только спелые!" Ну конечно спелые, какие ещё? Мэя подняла руку и потянула её к красному плоду. Вопреки её ожиданиям он поддался легко, без боя. Мэя начала собирать то ли фрукты, то ли большие ягоды.
  "И почему она назвала этот шатёр домом? Ничего общего с домом он не имеет. Правда как ни как это её дом, но... Что за глупое "но"? В последнее время я придирчива. Эти фрукты странные. И Анабэль тоже, как эти фрукты. И почему Теомий меня не ищет? А почему меня это волнует? Надо собирать фрукты и не думать. А эта девушка? То есть я, такая злобная. В зеркале. Его уже нет, и не будет. Как и Теомия. Что за грустные мысли? Больше не буду. Честно" - пообещала она себе.
  В лесу кричала птица. Этот крик раздражал Мэю. Раздражал и пугал. Фрукты уже переполняли подол её платья. Мэя сильно устала от всего пережитого за этот непонятный день, она не могла определить его границы. Может этот день кончился, а может до сих пор продолжается, тянет за собой время. Драгоценное время. Драгоценное...
  Вдруг в голове Мэи мелькнула мысль о том, что время, в этом случае, действительно драгоценное. Прошёл целый день, а то и два, но Мэя совсем не приблизилась к деревне. Но сейчас она сильно устала и была изнеможенна происшествиями. Волосы её лежали на плечах грузом, они спутались и на концах висели листья, но продолжали блестеть, как и прежде. Белое платье плотно обтягивало потрясающую фигуру, и к низу расширялось. Оно было похоже на перевёрнутый бутон не раскрывшегося цветка. В меру испачканный бутон. Хотя вряд ли в меру. Платье уже не было белым. Оно перепачкано грязью, кровью орка и порвано внизу. Только обувь сохраняла прежний вид. Да и чему там было испортиться? Просто плоская подошва и шнуровка до колена.
  Из подола выпал непонятный фрукт, и Мэя уже хотела крикнуть Анабэль. Но тут она сама появилась, держа в руках корзину. Без слов Анабэль переложила фрукты в эту корзину и понесла её в дом, позвав Мэю за собой. Анабэль обогнула шатёр. За ним стоял ещё один. Он был поменьше в высоту, но длиннее, и больше походил на палатку. Покрытая сверху плотной, зелёной и опять же бархатной тканью, палатка была наверно спальней. Вместо двери опять сиреневая ткань, но уже не прозрачная. Анабэль мягко отодвинула её и пропустила внутрь Мэю.
  В комнате было свежо и просторно. Пахло жасмином. По середине, на полу покоился большой и довольно толстый кусок овчины, покрытый снежно-белой шелковой простынёй. На ней лежали две пухлые подушки, тоже белые, но с золотой вышивкой. Простыню покрывало плотное бежевое одеяло, загнутое с краю, обнажавшее тем самым золотой узор, в виде гроздей винограда. А поверх одеяла - тонкая, нежно-розовая тюль с серебряными россыпями звёзд. Над этой ложей нависала полупрозрачная ткань лазурного цвета, по её краям волнами спускалась жёлтая бахрома. Ложа выглядела по-королевски, наверно тут спала Анабэль. В углу комнаты стояла маленькая неуклюжая кровать, покрытая светло-жёлтой простынёй, с серым одеялом и подушкой цвета хаки.
  Между "кроватями" был стол с большим зеркалом в серебряной оправе. Поверхность стола блестела в лучах тусклого солнца. Скорей всего она была сделана из мрамора. На столе красовалось множество баночек диковинной формы с жидкостями всех оттенков жёлтого цвета. Ещё на столе была шкатулка, из которой выглядывало жемчужное ожерелье. В комнате было много корзин, наполненных разными фруктами и овощами, засушенными растениями. Анабэль поставила корзину с фруктами красного цвета и сказала Мэе:
 -- Твои волосы сильно спутались и если их не расчесать, то придется обрезать, - Анабэль посадила Мэю на скрюченную кровать и взяла со стола щётку для волос. Затем начала расчёсывать их, - Если будет больно, скажи. Хорошо?
 -- Да
 -- Если ты хочешь быть воином тебе нужно заплетать свои волосы.
 -- Анабэль? - Мэя сказала это с вопросительной интонацией, хотя и не хотела этого.
 -- Да?
 -- Я должна быть убийцей?
 -- С чего ты это взяла?!
 -- Я это увидела в зеркале и подумала что...
 -- Ты же хотела быть воином.
 -- Да, но не убийцей!
 -- Девочка, воин и есть убийца! Если ты хочешь быть воином, то ты должна смириться с мыслью что тебе придётся убивать.
 -- Я знаю, но не всех же подряд!
 -- Всех. Всех своих врагов.
 -- А кто мои враги? Орков я готова убивать за правое дело и за жизнь. Ну и эльфов тьмы. Но не людей! И не карликов и не...
 -- Кто твои враги? Решать только тебе, - прервала её Анабэль. Волосы Мэи уже были полностью расчёсаны, и Анабэль положила щётку на место, - К тому же ты должна знать сама твоя ли это судьба - быть воином. Мэя ты хочешь спать? - она резко перескочила на другую тему.
 -- Да, я сильно устала.
  Анабэль достала прозрачную персикового цвета ночную рубашку без рукавов и протянула её Мэи. Вещь эта показалась Мэи невесомой. Анабэль сказала:
 -- Твоя кровать вон та, - она показала пальцем на королевскую ложу.
 -- Но Анабэль, - возразила Мэя, - Вы что будите спать на этой кровати?
 -- Буду.
 -- Но...
 -- Ни каких "но"! Спи. Переодевайся и спи.
 -- Спасибо.
  В ответ на это Анабэль только улыбнулась и вышла из комнаты. Занавеска нервно передёрнулась. Мэя, держа рубашку в руках, прошла вдоль помещения к "кровати". Ей очень нравилась эта ложа. Шёлк, лён и тюль. Раньше ей приходилось спать только на ситце и в редких случаях на хлопке.
  Мэя восторженно вздохнула, бросив ночную рубашку на одеяло. Она села на пол и подняла подол платья. Шнурки сандалий еле держались на ногах. Мэя стала их развязывать. С начала первый, а за ним и второй, сандалии полетели в угол. Платье не поддавалось - локти застряли. Но Мэя с силой дёрнула и швырнула его к обуви. Платье её сильно огорчало своим видом.
  "Мне надо было быть предусмотрительней. Я же не взяла с собой ничего. Надо было поискать в руинах своего дома и... Зря я об этом вспомнила. Ну ничего, я за вас отомщу! Но... но ведь моя цель не мстить. Ладно. Буду спать. Я раньше не спала на таких дорогих тканях. Может хоть сегодня мне не будут сниться кошмары".
  Мэя взяла в руки ночную рубашку. Её лёгкость просто поражала. Персиковый цвет слегка поблёскивал. Этого и стоило ожидать. Здесь всё блестит. Рубашка показалась ей невероятно красивой. Мэя бережно натянула её. Сидело очень хорошо. Глубокое декольте, украшенное рюшами, чуть открывало грудь девушки. Но это было не важно - ночная рубашка всё равно сильно просвечивала. Хотя и это тоже казалось Мэи неважным. Ведь по близости нет... Теомия. Она постоянно думала о нём. И это слегка раздражало.
  Мэя полезла по постели к подушкам, но, не успев даже коснуться их, она встала на ноги и пошла на свежий воздух. Отодвинув шторку и уже было выйдя на улицу, она подумала, что будет не прилично появляться в таком виде (но там ведь лес, один лес!). Посмотрев, что надеть и не найдя ничего более подходящего, Мэя взяла со своей кровати покрывало - розовую тюль со звёздами. Затем укуталась в неё. Толку было мало, но хоть что-то. И сразу, как не странно, стало теплей.
  Девушка вышла. Там было темно. Очень темно. Только звёзды на небе светили ярко. В их свете Мэя увидела Анабэль. Та сидела на земле и что-то делала. Свет звёзд отражался от её волос. Раньше чёрные как сажа, теперь они блестели каплями серебра. Анабэль склонила голову над своей работой, и её ожерелье из монет свисало мощным грузом. Мэя подошла и села рядом. Она поняла, что делает загадочная девушка - чистит от кожуры эти странные фрукты. Так они и сидели, пока Мэя не спросила:
 -- Вы конечно, не знаете, но почему Теомий меня не ищет? Вы всё равно не знаете, - разочарованно сказала она.
 -- Он ищет, - спокойно ответила Анабэль, не поднимая глаз.
 -- А откуда Вы знаете?
 -- Просто знаю.
 -- И зачем ему меня искать, - это Мэя сказала сама себе, но Анабэль всё равно ответила.
 -- Затем. Он тоже часть твоей судьбы.
 -- Как? - Мэя скорей была обрадована, чем удивлена.
 -- Слушай, девочка, просто так. Я не могу пока сказать тебе, откуда я знаю. Всему своё время.
 -- Но потом-то Вам придётся сказать мне. Ведь время тоже придёт.
  Мэя удивилась тому, что за этот день первый раз не сказала глупость. Может это именно Анабэль на неё так влияет. В ответ она только улыбнулась, как бы говоря: "Ну, вот теперь, Девочка, ты говоришь как я. Прям как я". Анабэль потянулась к своей шее и расстегнула ожерелье, затем протянув его Мэе. Та, с удивлением для себя, без колебаний приняла подарок. Наверно потому, что считала Анабэль больше чем просто спасительницей от голодной смерти.
  Ожерелье было очень красивое, из мелких медных монет. Начинаясь под подбородком, оно заканчивалось в виде треугольника ниже ключиц. Мэя взяла его в руки и потрепала, в ответ оно только тихо позвякивало.
 -- Иди спать, ты ведь сильно устала, - сказала Анабэль
 -- Хорошо. Спокойной ночи. Спасибо за ожерелье.
 -- Оно тебе пойдёт.
  Мэя отправилась в палатку. Увидев кровать, она невольно улыбнулась. Сбросив тюль с плеч, девушка расправила её на одеяле. Постояв, любуясь, Мэя присела на постель. Добравшись до подушек, она отбросила одеяло и улеглась, натянув его на себя. Сон пришёл быстро.
 
  Перед Мэей стояла женщина. Высокая, красивая. Её светлое лицо украшали большие серо-стеклянные глаза. Золотые волосы спускались волнами чуть ниже плеч. Длинное приталенное белое платье без рукавов, было отделано серебром и позолотой. Голову её венчала корона из жемчуга. Женщина стояла и что-то говорила Мэе. Что именно она разобрать не смогла. Но потом женщина исчезла, и появилось нечто другое.
  Мэя стояла на холме. Небо было чёрного цвета, его сменял коричневый, и почти на горизонте сияло красное зарево. С холма был виден город Мун. Белые высокие башни стремились вверх, многочисленные дворцы были украшены зелёными парками, длинные лестницы вели на просторные веранды, узкие дорожки из белых камней обвивали городские фонтаны, через тонкие речки с голубой водой перекинуты изящные мостики. И вдруг в небе появилось большое пыльное облако. Это облако спускалось к городу. Всё ближе и ближе. И вот уже оно упеленало белый город. Яркая вспышка и облако исчезло, оставив после себя непоправимое. Все башни были сломаны, сады и парки увяли, фонтаны перестали работать, воды в реках больше не было, дворцы разрушены. Панорама города стала серой.
 
  "Кошмар, это опять кошмар!" - мелькнула мысль в голове Мэи.
 
  И это ужасное облако пыли обрушилась на неё. Мэя побежала, но запуталась в полах своей юбки и упала. Она пыталась ползти дальше, но облако её настигло. Девушка почувствовала зловонный запах, казалось он пробирается в неё. Она задыхалась. Воздуха уже не было. Судорожно вздыхая, Мэя хотела глотнуть хоть каплю. Но нет. Воздуха нет.
 
  " НЕТ!!! Я не хочу! Это просто кошмар. ЭТО ПРОСТО КОШМАР! Н-Е-Е-Е-Т!!!"
 
  И вот в пыли она видит... Она видит Теомия. Он подходит к Мэе, берёт её на руки и уносит из кошмара. А дальше волшебный лес. Звёзды и луна. Они смотрят друг на друга. Тишина. Нет больше ни облака, ни города, ни страха...
 
  "НАКОНЕЦ-ТО" - это была последняя мысль Мэи. Дальше она просто спала. И видела хорошие сны.
 
  Мэя проснулась от крика. Это опять была птица. Просто дикий крик, будто птицу эту живьём жарят.
  Мэя ещё не открыла глаза, но сон совсем ушёл. Её волосы были раскинуты по подушкам и одеялу. Одна лямка сползла с плеча. Мэя открыла глаза. Занавеска была поднята. В лесу опять сумерки. Здесь всегда сумерки. Ну, кроме ночи, конечно. Из открытой "двери" веяло свежестью и холодком. Мэя села и потянулась. Первую ночь, после начала войны, ей не снились кошмары. Она встала на ноги и укуталась в тюль. Вокруг палатки Анабэль не было видно. Мэя пошла к шатру, по дороге то и дело наступая на шишки. Она отодвинула занавеску, хотя и без этого было видно, что Анабэль там. В шатре всё таились те невиданные силы, что поразили девушку. Анабэль сидела за столом, около хрустального шара, и раскладывала карты. Заметив пришествие Мэи, она сказала:
 -- Ну как спалось?
 -- Отлично, первый раз за год.
 -- Ты наверно хочешь искупаться?
 -- Да, - Мэя ещё хотела добавить, что та читает её мысли, но не добавила. Ведь так оно и было.
  Анабэль взяла платье и сандалии Мэи. А она понесла большой кусок ткани. Девушки шли через заросли жутких деревьев. Хотя эти растения было тяжело назвать деревьями - скрюченные, трухлявые коряги без листьев, опутанные густой пеленой паутин. Наконец лес кончился, и Анабэль встала на камень, зовя за собой Мэю. Девушка забралась на глыбу. Мэя ободрала себе все ступни об сучки и ветки. Она посмотрела вперёд, и глаза сами собой пристыли к виду.
  Перед ней было не большое озеро с водой тёмно синего цвета с переливами. Его гладкая поверхность излучала голубой свет. Озеро окружали дымчатые камни, усеянные каплями воды. За камнями росла зелёная, густая трава, тоже покрытая водой. Всё вокруг сияло голубым. А перед самым большим камнем, уже в воде, росло старое изогнутое дерево. Его ветви были покрыты тиной, а кора поросла лишаем, предав дереву страдальческий вид.
  Анабэль протянула руку, приглашая Мэю в воду. Девушка бросила на камень ткань и сняла ночную рубашку. Вода показалась ледяной. Мэя набрала воздуха и нырнула. Перед её глазами мелькнули пузырьки. Она плыла под водой, погружаясь всё глубже и глубже. Озеро было достаточно глубоким. Волосы Мэи флагом развивались сзади. Она ловко обогнула пару коряг и большой камень. Вода всё ещё сияла голубым. Мэя почувствовала, что воздуха в лёгких осталось мало, и поплыла наверх. Мимо мелькали тёмные водоросли, пузырьки. Потоки воды сменяли друг друга: с начало холодный, потом тёплый. Поверхность была уже совсем близко. И вот Мэя судорожно хлебнула глоток свежего воздуха. Она, резким движением головы, закинула волосы назад. Когда они намокали, Мэе казалось, что волосы весят тонну.
  Она покружила немного по озеру и подплыла к Анабэль. Та кинула Мэе белую ткань, мигом ставшую полотенцем. Когда она вытерлась и натянула платье, то обнаружила кровоподтеки на ступнях. Мэя обхватила их руками, потерла и жалобно всхлипнула. Из кожи до сих пор торчали маленькие веточки. Мэя подумала и, наконец решилась спросить, давно назревший вопрос:
 -- Анабэль, я думаю, что моя судьба действительно быть воином. Смогу ли я победить это Великое Зло? Как Вы думаете?
 -- Ты думаешь? Девочка, ты должна знать! - сказала Анабэль, проигнорировав вопрос. Этот вопрос хоть и звучал довольно глупо и легкомысленно, но по настоящему волновал Мэю. Она уже давно поняла, что Анабэль пророк, а может просто обладает особым талантом, и от неё стоит попытаться узнать всё возможное и даже невозможное. Но Мэя считала это постыдным. Хотя Анабэль была её спасительницей и даже чем-то большим.
 -- Вы не ответили на мой вопрос.
 -- Всё что я говорю - важно. А вопрос твой опять таки не рассудительный.
 -- Но всё же, Анабэль.
 -- Но всё же - слушай. Я думаю, что с начала тебе точно надо знать будешь ли ты воином. А потом всё зло победить просто невозможно, понимаешь?
 -- Смутно... - Мэя считала, что уже понимает, но решила проверить.
 -- Девочка, если не будит зла, то и добра не будет тоже! Ведь одно без другого не существует. Будет ли белое белым без чёрного?
 -- Нет, наверное...
 -- Нет, оно не будет. И есть ещё один вопрос, один пункт. Подумай, знаешь ли ты что такое Великое Зло. Сможешь ли ты найти его, точно найти. Ведь иногда всё может быть.
 -- Объясните...
 -- Вопрос во лжи и правде. Что такое ложь? - Анабэль ответила сама, не дав раскрыть рта Мэе, - Ложь это то, во что не удобно или не уместно верить. А правда? Правда, это то, во что удобно или уместно верить. Но некоторые верят в ложь, так? Но ложь тоже может быть правдой, точно также, как правда - ложью. Таким образом создаётся проблема правдивой лжи и лживой правды. По этому, если ты думаешь, что точно знаешь, где Великое Зло, это совсем не значит что это - правда.
 -- Судя по вашим рассуждениям, в данном случае, правда имеет слишком обширное и неточное значение. По этому я могу думать, что ваше последнее слово "правда" может иметь значения "я знаю" и "я не знаю", - Мэя осознавала, что говорит что-то очень сложное и не понятное для неё самой.
  Ей опять показалось, что Анабэль ухмыльнулась и подумала: "Да, да Девочка, ты уже говоришь как точно я. Более того, ты думаешь как я". Мэя даже увидела шевелящиеся губы Анабэль, но та молчала. Она знала, что Мэя обладает телепатией. Она даже хотела, чтобы эти мысли были прочитаны. В редких случаях Анабэль давала ей читать свои мысли. Но в основном она блокировала доступ за счёт своей энергии. Тем более Мэя не подозревала о своих способностях и не могла ими злоупотреблять. Хотя может и подозревала...
 -- Тогда пусть будет - "не значит что это истина". Так пойдёт?
 -- Пойдёт, - грустно ответила Мэя.
 -- Пошли, Девочка, ты есть наверно хочешь.
 -- Хочу.
  Мэя быстро надела сандалии, она не хотела больше ходить по иглам. Анабэль провела её обратно к шатру.
  После купания Мэя чувствовала невероятную свежесть и лёгкость. По коже пробежали мурашки. Анабэль отдёрнула занавеску и принесла из шатра блюдо с теми самыми фруктами. Мэя недоверчиво посмотрела на них, но голод взял своё. Она протянула руку и взяла фрукт. Откусив, она почувствовала, как прохладный красный сок протекает по горлу. На удивление Мэи, фрукт оказался очень вкусным. После первого последовал второй, потом третий. На секунду Мэя подумала, что просто пользуется добротой Анабэль, но мысль быстро отступила опять же в пользу голода. После того, как были уничтожены шесть или семь фруктов, Мэя ощутила чувство полного удовлетворения. Анабэль попросила её:
 -- Пожалуйста, Девочка, приберись в левом шкафу в шатре.
 -- Хорошо, Анабэль.
  Мэя отправилась в шатёр. Отодвинула занавеску и подошла к левому шкафу. Он был завален старыми книгами и свечами, изредка попадались травы и мелкие камни. Мэя начала аккуратно всё выкладывать. Пыль летела клубами. Мэя чихнула. В голову сами собой лезли мысли. Она старалась не думать, но не выходило:
  "Анабэль такая добрая. Она меня спасла. Теперь кормит, поит. А я этим пользуюсь. Хотя нет, не пользуюсь. Я ей фрукты собираю, шкафы прибираю. Но и бью зеркала, получаю в подарок ожерелья. И как я, я Мэя, так спокойно соглашаюсь выполнять эту работу? Ведь даже дома, даже дома, я не всегда на неё соглашаюсь. Точнее, соглашалась. Как я могу так спокойно соглашаться? Я ей обязана, но (а вот так Девочка, вот так. Ведь ты действительно считаешь себя обязанной. Но когда-нибудь ты отдашь этот "долг" сполна. А это "когда-нибудь" прейдёт очень скоро.) Но! Стой! Я приказываю тебе! Это ни мои мысли! Это вообще ни чьи мысли! Я об этом НЕ думала! Это НЕ МОЙ голос! НЕ МОЙ ГОЛОС!!!
  Стоп. Раз голос не мой. И я об этом не думала, то...Что "то"? А вот то, что мысли эти скорей всего принадлежат Анабэль. Точно ей. И голос-то её. Но её здесь нет! Эти мысли, эти слова... они...они просто у меня в голове звучали. Значит, значит, это только одно - то, что у меня есть дар. Дар телепатии. Но может мне показалось. Хотя вряд ли".
  Вещи в шкафу уже были сложены аккуратно. Мэе вдруг стало грустно: она опять вспомнила о Теомие. Ей было непонятно, почему же это так её интересовало. Может потому, что Теомий просто нравился Мэе. В голове опять заиграла мысль о её предыдущих словах или, опять таки мыслях.
  "Считаю её больше чем спасительницей. Что же это больше? Спасительница - это уже много. Я считаю её матерью? Нет. Я на самом деле и не знала, что такое мать. А кем тогда? Не знаю. Нет. Всё же знаю. Я считаю её частью себя. Но она не является этой частью. Скорей часть - я, чем она. Всё. Закрыто. Надо за ожерельем зайти".
  Она вышла из шатра. Птица опять дико крикнула. Этот крик был перемешан со свистом. От внезапности Мэя вздрогнула. В палатке было темновато. И только звёзды на покрывале блестели как всегда. Но ведь Мэя не знала, блестели ли они раньше так, как кровать эту видела второй раз в жизни. Просто ей было приятно думать, будто это "как всегда".
  На полу, рядом с подушкой покоилось ожерелье. Оно нравилось Мэе, потому что было подарено "частью её самой". Взяв его в руки, девушка надела его на шею. Монеты, стукнувшись друг об друга, зазвенели. Этот звук успокаивал. Он не был похож на обычный звук звенящих монет; более тихий и ласковый. В зеркале Мэя увидела, что ожерелье действительно ей идёт. "Как всегда, Анабэль, Вы были правы. Как всегда. Оно мне идёт". В комнату зашла Анабэль. С укором она сказала:
 -- Раз ты решила быть воином, то время тратить нельзя! Ты решила им стать?
 -- Да. Я решила, - твёрдо сказала Мэя. "И Вы знаете об этом. Прекрасно знаете".
 -- Девочка, тебе нельзя тратить время. Совсем нельзя.
 -- Ну почему? Война идёт уже год. Два дня может и подождать.
 -- Эти два дня могут стать решающими. И станут. Тебе надо вернуться.
 -- Куда вернуться? Я не уходила. Ведь.
 -- Девочка, тебе надо вернуться. Поверь мне.
  Мэя поверила. Она всегда верила. А Анабэль никогда не ошибалась. По крайней мере, эти два дня. Девушки пошли прочь от шатра и палатки, от волшебного озера и дерева со странными плодами.
  Почему-то Мэя подумала, что никогда не забудет этого места. И Анабэль тоже не забудет.
  Они шли всё дальше и дальше. С каждым шагом Мэе становилось всё грустнее. Ей не хотелось расставаться с Анабэль. Ну скажите, как можно расстаться со своей частью? На Мэю нахлынули воспоминания.
  "Если ты не выглядишь как воин, это ещё не значит что ты не воин". Это её слова. В голову приходили только её слова. "Если бы я не сказала, то ты и трогать не стала".
  "Тебя пугает твоя судьба?"
  "Судьба есть у каждого существа. И каждое существо будет творить её само".
  "Но кто знает, почему мы поступили так, а не иначе?".
  "Кто твои враги? Решать только тебе".
  "Затем. Он тоже часть твоей судьбы".
  "Ты думаешь? Девочка, ты должна знать!"
  "Будет ли белое белым без чёрного".
  (Не думай! То есть не жалей. Все, что было сказано, то сказано для того чтобы ты знала, а не жалела. Тем более я буду с тобой, всегда.) "Нет. Н-е-е-т. Это опять не мои мысли! Я опять читаю её мысли. Это же не честно. Мне не нравится читать мысли! Но её слова адресовались мне. (ЕСЛИ ТЫ НЕ ВЫГЛЯДИШЬ КАК ВОИН, ЭТО ЕЩЁ НЕ ЗНАЧИТ ЧТО ТЫ НЕ ВОИН). Опять не мои мысли. Не мои".
  Они дошли до того места, где Мэя встретила Анабэль. До того самого "огорода". Мэя почувствовала, что слёзы наворачиваются на глаза. Анабэль поцеловала её в лоб и сказала:
 -- Ну вот, Девочка, пришло время расстаться.
 -- Навсегда?
 -- Нет. Конечно нет.
 -- А на сколько?
 -- На долго. Но не навсегда.
 -- Анабэль, я Вас люблю.
 -- Я тоже тебя люблю, - Она крепко обняла Мэю и ухмыльнулась. Эта её ухмылка, она говорила: "Ты ничего не знаешь Девочка. Ничего". Анабэль отпустила Мэю и отошла подальше.
 -- Не уходите, пожалуйста. Пожалуйста!
 -- Мэя, не будь ребёнком! Я вернусь. Тебя Теомий ждёт, - Мэя удивилась, Анабэль редко, очень редко, называла её по имени.
 -- До свидания?
 -- До свидания!
  Анабэль ушла. Мэя очень огорчилась. В голове опять заиграла мысль: "В жизни много горечи. То, что ты испытываешь сейчас - это не горечь".
  Мэя долго смотрела в след Анабэль, даже тогда, когда та скрылась из вида. Из глаз Мэи медленно потекли горячие струйки слёз. По щекам, они попали на губы. Солёный вкус создал в воображении образ моря. Мэя резко перестала плакать, когда поняла одну вещь: вот она в густом лесу, одна, без еды, без воды, не знает куда идти. Вокруг только деревья и трава. Ещё потерянные души, скоро она к ним присоединится. И орки.
  "Как Анабэль могла так со мной поступить?!" Голова опять закружилась. Мэя упала на колени, ожерелье звякнуло. " Я ей верила! Как она могла так..." - мысли пропадали. Перед глазами появилась спираль, которая уносила Мэю в мир небытия. "Как она могла? Ответьте. Как?" Ещё пару секунд и Мэя упала совсем. Перед глазами уже была темнота. В ушах звон ожерелья и вопрос. Хоть девушка была полностью в другом, невиданном ей раньше мире, где всегда ночь, частичка сознания оставалась лежать на холодной земле в лесу, задаваясь вопросом:
  "Как она могла так поступить. Так поступить! КАК ОНА МОГЛА? КАК?"
 
 
  В сознание Мэи вторгся какой-то человек. Точнее она вторглась в его сознание. Но большая часть её всё ещё была в другом мире, где давно зашло солнце, но не собирается выходить. Никогда. Мэя была погребена под тоннами тьмы и страха. Но этот человек, он звал её. Просил, чтобы она вернулась. Вдруг Мэя поняла, что ей холодно. Голос человека становился отчётливей и громче. Она почувствовала резкую боль. С великим трудом открыла глаза. Перед ней на коленях стоял Теомий. Он бил её по щекам и что-то кричал. Что точно Мэе разобрать не удалось. Темнота в глазах постепенно проходила. Мэя поняла, что говорит ей Теомий:
 -- Ты в порядке? Скажи что-нибудь! Не пугай меня! Мэя!
 -- Ты где был? - произнесла она с невероятной твёрдостью в голосе, для её состояния.
 -- Здесь. Всё время здесь!
 -- Но как? Этого не может быть! Я тебя два дня не видела! ДВА ДНЯ!
 -- Пять минут ты называешь двумя днями?
 -- Но...
 -- Мэя, мы убегали от орков, помнишь? А потом ты отстала от меня, это помнишь?
 -- Помню.
 -- Я побежал обратно, за тобой. Вернулся и нашёл тебя лежащей на земле.
 -- Но Теомий, это не так! Ты врёшь! Да, я отстала от тебя. Споткнулась и упала. Потом очнулась, и тебя там не было. Там была другая. Девушка с зелёной кожей и чёрными волосами - нимфа. Она спасла меня. Два дня я жила у неё.
 -- Мэя, ты была без сознания всего...
 -- Не перебивай меня! Я спала на шикарной кровати с шёлковой простынёй, одеялом из лёна и тюлевым покрывалом.
 -- Послушай меня! Ты стукнулась головой! Тебе это всё просто привиделось! Может ты считаешь эту девушку и всё остальное вполне реальным, ничего страшного - такое бывает.
 -- Теомий прекрати! Я собирала непонятные фрукты, была в шатре с всякими штучками. Там. Там. Хрустальный шар с женскими тенями. Был, - Мэя начала по страшному злиться.
 -- Ты просто устала. Вот мы доберёмся до деревни и...
 -- Замолчи! Ты ничего не знаешь! Я купалась в волшебном озере. Она мне столько мудрого сказала. Она. Она, - слова закончились. Мэя почувствовала, что вся симпатия к Теомию прошла. Она ненавидела, когда ей не верят. Теомий ни капельки не злился. У него вид был, будто с сумасшедшей говорит. Мэя до сих пор сидела на земле, а Теомий держал её за плечи. Вдруг её осенило: вспомнила чем может доказать свою правоту, - Она подарила мне ожерелье! Да, да подарила мне ожерелье! Смотри, - Мэя оттянула на шее ожерелье. Оно там действительно было. Было! Ожерелье звякнуло, в доказательство своего присутствия.
 -- Нет. Так не бывает! Не может! Просто не может! - Она заметила, как у Теомия открылся рот. Обрадовалась сильно. "Вот так тебе, гад! Я выиграла этот бой! Я говорила, я убеждала, а ты не верил. Вот так тебе. Вот так!". Её губы расплылись в насмешливой ухмылке.
 -- Нет бывает!
 -- Ты его из кармана вытащила...
 -- У меня нет карманов.
 -- ...или ещё от куда.
 -- Бесполезно.
 -- Мэя, ты просто головой стукнулась! Ну как по-твоему, ты могла прожить два дня, а я всего пять минут. Даже если ты там была, то почему сейчас ты здесь лежишь?
  Девушка недоуменно посмотрела на него. Да... сейчас Теомий говорит действительно что-то толковое.
 -- Слушай, надо смотреть правде в глаза. Ты просто спала и видела сон. Хороший яркий сон. Вот он и кажется тебе былью, - почему-то к Мэе вернулась симпатия к этому молодому человеку, с ещё более выраженным характером.
 -- Ты прав. Это был сон, - согласилась Мэя. "Но правда может стать ложью", - всего лишь сон. Красивый яркий сон.
  (Но откуда ожерелье?)
  Проси, что накричала на тебя. Проси меня, пожалуйста! - она разревелась. Теомий крепко прижал её к своей груди. "Нет, я не верю! Всё было на самом деле!".
 -- Ничего страшного. Нам часто хочется, чтобы сны были правдой. Ладно. Пошли. Нам надо идти. Ты ещё хочешь быть воином?
 -- Хочу, - сквозь слёзы ответила она. "Он мне не верит", - Анабэль.
 -- Что?
 -- Её звали Анабэль, во сне.
 -- Вставай. Нам надо идти, - Теомий больше не будет разговаривать на эту тему. У Мэи появилось чувство, что тема закрыта. Надо сделать как всегда: поставить на ней клеймо "не смотреть" и убрать подальше, на самую пыльную полку подсознания.
  И она встала. И пошла.
  Продвигались они по лесу медленно, но Мэя была рада этому. Теомий всю дорогу что-то говорил, но она его не слушала. Она искала глазами шатёр или палатку Анабэль. Но ничего подобного не было. Просто деревья и кусты. Ожерелье тихо позвякивало на шее. Удивительно было то, что Мэя сама перестала верить в существование нимфы. А ожерелье звенело с каждым шагом.
  "Правда стукнулась головой? Правда может быть ложью. Он говорит правду? Правда может стать ложью. Я же сама не знаю, верю ли я? Не знаю надо ли верить. А ожерелье, как же оно? Наверно надо. Но в некотором Теомий прав. Как он может прожить пять минут, а я, в то время, два дня? Но я отчётливо помню Анабэль. И все события происходящие со мной. И ожерелье, его раньше не было. Правда может сделаться ложью. Но в остальном он ошибается. Но и Ложь может быть правдой. Всё. Это тупик, я загнала себя в тупик".
 -- Ну, что? - спросил её Теомий.
 -- Что "что"?
 -- Ты меня не слушала?
 -- Я просто сильно устала, по этому теряюсь
  (Знаю, что вру. Но так будет лучше).
  в собственных мыслях.
 -- Я говорю, что когда мы выйдем из леса, а это будет очень скоро, нам будут нужны лошади. Ты знаешь, где их достать?
 -- Откуда я могу знать?
 -- Ну может быть знаешь.
 -- Нет, не знаю.
  Лес постепенно редел. Деревья становились ниже и прямее. Кусты исчезли совсем. Запах гнили постепенно улетучивался. Свет пробивался через негустую растительность. Птица опять закричала. Сейчас, казалось она совсем близко.
  Мэя оглянулась, но её не было видно. Девушка была рада тому, что больше никогда не услышит этого крика. И ещё одно - Теомий был снова с ней. Вот он идёт впереди. Полчаса назад она ревела на взрыв в его объятиях. А он ей не верил, считал всю правду ложью. Мэя терпеть не может тех, кто ей не верит.
  Лес уже не был похож на лес, скорей на сад в старом замке. Солнце светило всё ярче. Мэи глаза слепило. Она почти ничего не видела и врезалась в спину Теомия. Он ей что-то шепнул на ухо, что точно девушка не разобрала. Успела уловить только слово "гоблины" и интонацию вопроса. Кивнула головой в ответ на не услышанный вопрос. Теомий дернул её вниз за руку. Мэя начала понимать что происходит.
  Они вышли в обыкновенный лес. На поляне расположилась маленькая стоянка гоблинов. Перед ней и Теомием стояли три привязанные лошади. Мэя догадывалась, что он хотел сделать. Теомий, тоща за собой Мэю, подобрался к лошадям. Отвязав две - чёрную и песочного цвета, он посадил Мэю в седло, быстро запрыгнул сам. Погнав лошадей громким возгласом, Теомий привлёк внимание гоблинов. Те ошарашено глядели в след своим кобылам и двум похитителям. Один из гоблинов подошёл к серому коню и потрепал его за гриву. Он продолжал смотреть на девушку с красными развевающимися волосами и юношу хорошо держащегося в седле. Заходящие солнце поглощало их силуэты. Оставалось только облако пыли, выбитое копытами, минуту на зад его, лошадьми. Гоблин ещё раз потрепал гриву коня и сказал, то ли ему, то ли сам себе:
 -- Хоть ты у нас остался, - в голосе были тоны печали и тоски, уже стареющего существа.
 
  Темнело. Мэи стало холодно, и она съёжилась в седле. За всю дорогу Теомий не сказал ни слова. "Может потому, что до сих пор думает о моём бреде. По крайней мере, о том, что он считает бредом. Но я особо и не злюсь, ведь если на его месте была бы я, то тоже не поверила бы. И зачем из-за этого дуться? Может мне надо просто прекратить..." - её размышление прервал мягкий голос Теомия:
 -- Нам надо где-то переночевать.
  Ну, это уже хоть что-то.
 -- Нет. Если мы поедем ночью, то к утру доберёмся.
 -- Но зачем? Мы можем отправиться на рассвете.
 -- Ты думаешь, что эти несчастные гоблины не будут искать своих кобыл? К тому же время драгоценно.
 -- Как хочешь, - Теомий и сам удивился тому, что согласился с ней.
  "Ну нельзя же всегда пенять на её бред. Сейчас Мэя говорит довольно разумные вещи. А может это я хочу слышать от неё разумные вещи?...", подумал юноша.
  Ночь оказалась прохладной. Мэя пару раз засыпала в седле и просыпалась от дождя, когда Теомий ни разу глаз не закрыл. В очередной раз Мэя проснулась, но уже не от дождя. А от солнца. "Наконец-то мы доехали!". Солнечные лучи осветили маленькую, но симпатичную деревушку за холмом, около быстрой речушки.
 -- Это та самая деревня?
 -- Да. Первый шаг уже сделан.
 -- Давай побыстрей спустимся. Я так устал.
 
 

3.


 
  Они подъезжали к деревне. Были слышны звуки музыки. Весёлой музыки. В то время это было очень редким. Мэя и Теомий сильно удивились. Войдя в ворота, они увидели множество танцующих карликов. Один старичок, заметив всадников, громко крикнул:
 -- Мэя! Это ты? - в его голосе звучала неподдельная радость, хотя тут все радовались.
 -- Да, дедушка Уорчин, - ответила Мэя, шепнув на ухо Теомию, - Это друг моего отца.
 -- Тогда почему ты его дедушкой называешь? - недоумённо спросил Теомий.
 -- Так повелось.
 -- Как "так"? - к лошадям, маленькими, но быстрыми шагами подошёл карлик.
 -- Мэя, какими судьбами?
 -- Нам нужна помощь дедушка Уорчин.
 -- А это твой жених? Наконец-то, Мэя, ты поумнела, - она немного покраснела и посмотрела на своего спутника, предоставляя право объяснить всё ему.
 -- Нет, я не её жених, к сожалению, - сказал Теомий с ухмылкой на лице. Мэя злобно взглянула на него, решив воспользоваться, и вообще проверить есть ли у неё новый талант, и "послала" Теомию свою мысль: "не смей так говорить при моём дедушке! Понятно?". Теомий испуганно посмотрел на Мэю, - Понятно, - испуганно ответил он девушке.
 -- Ну, мне то всё вполне понятно, - обиженно ответил дедушка, принимая сказанное на себя.
 -- Простите, это я не вам сказал, это я Мэе.
 -- М-м-мг, Мэя, где твои родители, почему их нет с тобой? - Уорчин заметил, что от этого вопроса она скривилась.
 -- Дедушка Уорчин, их больше нет. Мою деревню разрушили орки. Убили всех. Я выжила только потому, что в это время была в лесу и собирала ягоды. А когда вернулась, всё было разрушено.
 -- Какой ужас, - тихо поцедил карлик, - бедная девочка понятно, почему ты пришла ко мне.
 -- Мы не поэтому здесь, ну поэтому конечно тоже. Но и потому...
 -- Жаль, очень жаль, что этот человек не твой жених. А то было бы на кого тебя оставить, - прервал Мэю дедушка.
 -- Дедушка, мне уже восемнадцать. Я сама в состояние о себе позаботится, - но он настаивал на своём.
 -- А чей он жених?
 -- Да ничей! Уорчин, послушай меня!
 -- Так не теряй времени зря Мэя! Этот юноша очень хорош собой, прекрасно держится в седле, и я вижу, у него есть меч, - Теомий неловко улыбнулся.
 -- Дедушка, это мой провожатый! Он просто мне помогает, понятно?
 -- Жаль, что просто, - Мэя начала сильно злиться, и Теомий решил, что если не вмешается в разговор, то она убьёт своего дедушку.
 -- А почему вы веселитесь? - громко и настойчиво спросил он, пытаясь заглушить уже визгливый голос Мэи.
 -- А разве вы не знаете? Мы празднуем освобождение Сонтаны.
 -- Дедушка, а под руководством какого полководца? - забыв обо всём, спросила Мэя.
 -- Как какого? Под руководством Феникс.
 -- Ах! Какая молодец! - Мэя была в полном восторге.
 -- Простите, Уорчин, мы устали. Вы не могли бы нам помочь?
 -- Конечно, конечно. Но жаль, что ты не её жених, - Теомий опять невольно улыбнулся.
  Мэя злобно фыркнула. Теомий похлопал её по плечу. Он опять уловил её мысль: "Предатель!".
  Уорчин провёл их мимо стола с множеством жареного мяса. После стола стоял небольшой двухэтажный домик. На первом этаже хлев. Мэе очень нравился запах сена. Вот чего-чего, а сена там было хоть отбавляй. Весь хлев был им завален. По углам стояли мешки с крупой. Уорчин закрыл дверь, перед этим сказав: "Приятных снов вам". Мэя прошла к стогу побольше и плюхнулась на него. Теомий стоял в дверях, высокомерно и испуганно оглядывая помещение. Мэя, не смотря на него, сказала:
 -- Прости Уорчина, Теомий, он просто хочет, чтобы обо мне заботились. Вот и решил, что ты мой жених.
 -- Ничего.
 -- Что с тобой? - настороженно спросила девушка, увидев исказившееся лицо новоиспечённого друга.
 -- Мы должны тут спать?!
 -- Ну, если хочешь, можешь пойти на улицу, - язвительно заявила Мэя.
  Теомий лёг на тот же стог, что и Мэя, но подальше. Выждав немного, он повернулся к ней. У Мэи уже были закрыты глаза. Но он всё равно сказал:
 -- Так тебе восемнадцать?
 -- А что, у тебя есть возражения?
 -- Просто мне тоже восемнадцать, понятно? Ты стала слишком агрессивной! - огрызнулся он.
 -- Неправда, это тебе кажется.
  (Хотя это правда, но причину, дорогой, тебе лучше не знать! Да я и сама её не знаю).
 -- Мэя?
 -- Что.
 -- Ты можешь читать мои мысли?
 -- С чего ты взял?
 -- С того, что сегодня ты в мою голову пару раз впихивала свои мысли!
 -- Ну может быть и могу.
 -- Пожалуйста, не читай мои мысли.
 -- Спи, Теомий.
  Ругаться он не стал. Через пару минут оба спали, прижавшись, друг к другу (в хлеву было холодно). Сны в тот день были у обоих.
 
  Теомий проснулся в холодном хлеву. Мэя лежала на животе и давно смотрела на него. Смотрела непонятным взглядом. Каким-то диким и неистовым. Теомий даже испугался. Он подумал, что надо бы что-то сказать. Но что, в голову просто не приходило. Мэя отвернулась и посмотрела в бок. Она перевернулась на спину и согнула ногу в колене. Её платье слегка задралось. У Теомия аж ком в горле встал. Он решил что, в этот раз, тишина губительна, и произнёс:
 -- Мэя, ты не замёрзла? - он отдавал себе отчёт, что вопрос идиотский, но ничего лучшего придумать не мог.
 -- А ты что, хочешь меня согреть?
 -- Я просто спросил.
 -- Значит, не хочешь, - она поползла к Теомию на коленях, - а чего ты хочешь?
  Теомий сглотнул. Самое удивительное было то, что Мэя, похоже, говорила абсолютно серьезно. Она остановилась на расстояние от него в пару сантиметров. Теомий положил руку на её щёку. Мэя немного дёрнулась, но решила оставить его руку там, где она оказалась. Теомий преодолел те сантиметры и поцеловал девушку. Это продолжалось недолго. Мэя со всей силы ударила его по руке, лежавшей на щеке. Теомий закатил глаза от боли. Она резко соскочила со стога сена и направилась к двери. Теомий смог только процедить сквозь зубы:
 -- Но Мэя ... - она его прервала.
 -- Замолчи, - обернувшись, она продолжила, - и забудь.
  Теомий обхватил свою повреждённую руку, обиженно смотря в след Мэе.
 
  Перед Мэей стоял огромный полуразрушенный замок из лунного камня. Замок почернел от времени. Время убило и всё живое вокруг. Сады заросли сорняками.
  Мэя была одета в длинную зелёную юбку и кофту без рукавов. Плечи и голова покрыты длинным чёрным плащом. Вдруг замок начал удаляться от девушки. Через секунду она стояла посреди старого сада. Корявые деревья тянули свои руки к её одежде. Мэя услышала, как женский голос тихо её зовёт. Этот Голос пролетал мимо искорёженных деревьев, стремясь к девушке. Он был чуть заметным, и Мэя подумала, что ей кажется. Но Голос продолжал звать. Звать долго, тихо и упорно. Мэя закричала во всё горло:
 -- Прекрати! Прекрати-и-и!!!
 -- Помоги мне Мэя! Быстрее, Помоги мне!
 -- Прекрати. Я не буду!
 -- Ты должна мне помочь, от меня зависит мир. Ты должна!
 -- Кто ты? Что тебе от меня надо?
 -- Иди во дворец, иди в Храм Дождя!
  Мэя поняла, что она находится в столице Лунариуса, ведь Храм Дождя есть только там. Тем более она только что видела дворец из лунного камня.
  Мэя заметила позади себя тень от лап чудовища. Лапы были большие, просто огромные, покрытые язвами. И длинные, уже скрюченные когти. Они тянулись к девушке. Та судорожно вскрикнула и побежала, что было сил.
  Дорожка между заросшими сорняками клумбами была вымощена из неровных каменных плит, по этому Мэя боялась споткнуться. На дорожке валялись засохшие ветки и комки земли. На секунду ей показалось, что один из комков был перемешан с алой кровью. Мэя вздрогнула, но не остановилась - создание шло прямо за ней. Жуткий злобный дух чувствовала она. Оно её преследует и если догонит, то убьёт. Небо было затянуто грозовыми тучами, слишком чёрными для настоящих. Деревья в саду своими ветвями скрывали небо. Эти зловещие растения, казалось, сейчас разрастутся и уничтожат всё вокруг. Вдалеке виднелись высокие белокаменные ворота. Хотя сейчас они серые и сплошь покрыты тёмно-зелёным плющом. По дороге встречались разрушенные фонтаны. Воды в них не было, но камни всё равно покрылись зелёным налётом.
  Мэя споткнулась и упала, но существа уже не было. Она облегчённо вздохнула, вот только страх не пропал. Девушка заползла в тёмную впадину в огромном камне. Темнота её совсем не радовала, но тут-то уж оно до неё не доберётся! Опять послышался женский голос, призывающий на помощь. Мэя оглянулась и увидела позади неё, в кромешной тьме, горели узкие красные глаза. Она ужасающе закричала и поползла к расщелине. Чудовище даже не двинулось с места. У Мэи появилось ощущение, будто оно ухмыляется. Загнало её в угол и коварно ухмыляется.
  Она суматошно выбралась из тьмы, встала на ноги и побежала. Чудовища она не видела, только тень его рук. Его лап. Мэя бежала на голос женщины. И упёрлась взглядом в ворота. Серые, почти до неба, они не внушали надежды. Через плющ можно было с трудом разглядеть рисунок - два огромных единорога скрестили свои рога на створах ворот. Мэя услышала женский крик.
  На вершине ворот стояла молодая женщина. Её белое шёлковое платье развивалось на ветру, переливаясь серебром. Большие серо-стеклянные глаза были заплаканы. По щеке до сих пор катилась хрустальная слеза. Она медленно капнула на руку (на лапу) этого чудовища. Его скрывала тень. Были видны только огромные зелёные лапы. Оно держало женщину, обхватив за талию, и закрывало ей рот. Её золотые волосы закрывали лицо существа. На голове женщины - жемчужная корона. Теперь Мэя вспомнила, что она ей уже снилась. Чудовище злобно смеялось.
  Эта женщина, она была эльфом. Мэе опять почудилось, что злобное существо ухмыляется. Эти двое печально смотрелись на фоне грозовых туч. Чудище подпихнуло женщину к краю ворот. Её перламутровая туфелька слетела вниз, сильно стукнув каблуком об каменную дорожку. У Мэи от страха сердце сжалось. Злобное существо убрало лапу со рта женщины, та только собралась то ли прогнать Мэю, то ли позвать её на помощь, как оно вонзило ей в живот свой безобразный коготь. Женщина закинула от боли голову назад и вывернула руки. Чудовище толкнуло её вниз. Из уст женщины вырвался слабый стон. Она полетела. Мэя почувствовала её слабую, уже угасающую мысль: "Это всё бесполезно! Всё было бесполезно!".
  Мэя успела поймать женщину, но та оказалась не такой уж и лёгкой. Она собралась с силами и подхватила её на руки. Белое платье женщины передёрнулось, спала вторая туфля. Волосы её были такими золотыми, словно солнце. Даже в жуткую погоду они умудрялись сиять. Но все труды Мэи были полностью бесполезны - женщина была мертва. Из рваной раны на животе багряной струйкой стекала кровь. С головы её слетела жемчужная корона. Проскользив по волосам, корона упала на камни.
  Дзинь, дзинь, дзинь. Мэя держала мёртвую красавицу. Её голова и руки безжизненно свисали. По юбки Мэи стекала кровь, капая на землю. А корона катилась всё дальше, сверкая. Дзинь, дзинь, дзинь. Слёзы красавицы замёрзли на щеках, глаза были закрыты. Мэя держала её, не желая отпускать. Корона остановилась. Дзинь.
 
  Когда Теомий проснулся, в хлеву уже было тепло. Мэя мирно спала, прижавшись к нему. Теомий встал, всё ещё потирая свою руку (ту, по которой получил во сне от спящей рядом). Направился к выходу, по пути бросив свой меч на один из стогов сена. Дверь он не закрыл.
  Солнце было высоко в небе, примерно два часа дня. Стол с едой уже убрали. Музыка тоже затихла. По деревне шныряли добродушные, толстенькие карлики. Женщины стирали, развешивали уже чистое бельё, собирали фрукты с деревьев. Вокруг них бегали дети. Около стойла Теомий заметил Уорчина. Тот кормил сивую кобылу. Теомий медленно направился к нему. Среди карликов он выглядел самым красивым человеком в мире. Подойдя к дедушке Уорчину, Теомий прислонился к балке из тёмно-коричневого дерева.
 -- Так Сонтану освободили? - громко спросил он.
 -- Парень, я не глухой, я просто старый. Орать не зачем.
 -- Простите.
 -- Да, Сонтану освободила Феникс со своей армией. Я просто поверить не могу, что эта деваха смогла объединить людей и эльфов! Это не возможно.
 -- Раньше было невозможно. Эта, как вы говорите "деваха", дар Всевышних. Ей и не такое под силу.
 -- Да. Без неё не за что бы ни началось освобождение. А тут уже второй по величине город в Лунариусе освобождён. Феникс названа в честь великой плицы. Ты наверно знаешь? - Уорчин не дал и слова вставить Теомию, - Феникс это такая плица, которая возрождается из пепла.
 -- Мы с Мэей сюда не так просто приехали.
 -- Да? А за чем? - с удивлением спросил карлик. Он сильно увлекся рассказом.
 -- Мы, то есть Мэя, решила каким-то образом остановить эту войну. Особого плана у нас пока нет. А здесь мы потому, что нам нужна еда, вода и, по возможности, последователи. Ну - армия. Я понимаю, идея эта бредовая. Но всё же стоит попробовать, - после этих слов юноша замолчал, но потом всё же добавил, - Хотя это может обернуться смертью...
 -- Этого и следовало ожидать от Мэи. Ведь ей так нравится Феникс. Зря ты, парень, с ней пошёл в надежде заполучить известность или богатство. Она скоро передумает. Мэя просто хочет быть похожей на Феникс.
 -- Я так не думаю. Сегодня мы ехали верхом целую ночь только потому, что она хотела приехать побыстрей, ведь "время драгоценно". Хотя я и сам не знаю, как я согласился!
 -- А я знаю, парень, она тебе просто нравится, - Теомий неловко улыбнулся, это была правда, - Она всем нравится. Отрастила себе косы. Я бы их поотрезал ей.
 -- Так вы поможете мне с провизией?
 -- Конечно! Я ваших лошадей накормил. Точнее мой помощник.
  В углу стоял карлик помоложе. Он усердно расчёсывал гриву вороному жеребцу. Уорчин куда-то ушёл. Его помощник немного попятился, но всё же потом подошёл к Теомию. Карлик постоял рядом, что-то бурча себе под нос, а затем поднял голову и тихо, чуть слышно, сказал:
 -- Они с вами не пойдут!
 -- Кто "они"?
 -- Пожалуйста, говорите тише. Ну Они, все, карлики с вами не пойдут. Особенно под предводительством девушки! Существа мы запуганные, живём и радуемся, что война нас не трогает. А тут ещё одна желающая побыстрей умереть выпала. Так пусть помирает, только нас не трогает! Война - ну и ладно, нас особо не касается. Так думают все, кроме Уорчина. Он ведь с пелёнок знал эту. Едой поможем, но и всё.
 -- Но ведь очень много деревень карликов разрушила война!
 -- Нас не касается. Мы живём, нас не трогают.
 -- Но ведь так нельзя! До вас тоже очередь дойдёт! - но карлик ничего больше не слышал. Он вернулся к своей работе.
  Теомий сам к нему подошёл, в надежде на ответ. Но карлик только злобно сказал, наверно это были последние слова к Теомию.
 -- Раз такое дело, вам наверно, понадобятся сферы, - У Теомия открылся рот, и глаза стали как две зелёные тарелки. Он поверить не мог своим ушам. "Сферы" - это слово завораживало, - так вот. На северо-западе, в самом конце леса есть поселение. Как вы к нему подойдёте, то сразу увидите высокую, сделанную из гладкого чёрного камня, башню. В этой башне заточена принцесса Лунариуса Нелли. У неё находится одна из шести сфер - сфера жизни.
 -- Спасибо. Спасибо вам большое!
 -- Не за что.
  Карлик отвернулся и продолжил чесать гриву коня. В небе ярко светило солнце. Перед Теомием вырос из неоткуда Уорчин. По его лицу было видно, что он чем-то озадачен. Он спросил:
 -- Мой помощник тебе что-нибудь говорил, - Теомий подумал, что надо бы соврать. И соврал.
 -- Нет. Совершенно ничего.
 -- Тогда ладно. Пойдём. Я тебя хоть накормлю.
  Они пересекли деревню и вернулись в хлев. Мэя ещё спала. Позади большой кучи сена виднелась хрупкая деревянная лестница. Уорчин провёл Теомия до лестницы. На вид она была сырой и трухлявой.
  В воздухе витал запах гнили. Теомию стало страшно даже вставать на эту лестницу. Но Уорчин с лёгкостью поднялся по ступенькам. Юноша последовал за ним. Лестница жалобно скрипнула под его ногами. Он осторожно поднялся по ступенькам и попал, по всей видимости, в жилое помещение.
  На деревянном полу стоял большой стол, без какой либо кухонной утвари. В углу, около окна располагались две небольшие кроватки. Карликам большие и небыли нужны. За углом стоял шкаф, прикрывающей входную дверь в другую комнату. По дому расхаживала маленькая пухлая женщина с длинными рыжими волосами, заплетёнными в две косы. Она переставляла тарелки с места на место и ворчала себе под нос. Уорчин, стоявшей впереди Теомия, громко сказал женщине:
 -- Олин, приготовь-ка этому человеку и Мэе что-нибудь съестное.
 -- Так Мэя здесь? А почему она не зашла ко мне?
 -- Потому что у неё и без тебя забот хватает, - злобно ответил Уорчин.
 -- А что приготовить?
 -- Не спрашивай. И быстрей Олин, быстрей!
  Женщина убежала в другую комнату. Её косы стукнулись об шкаф, издав звук, похожий на тот, когда ударяешься головой.
  Теомий стоял неподвижно, разглядывая пейзаж за окном. Вид был просто замечательный. Невысокие, но многочисленные зелёные холмы были изрезаны мелкими речушками. Макушки деревьев бросали тёмные тени. На небе красовался большой оранжевый диск солнца. Он был уже совсем низко и красил небо в персиковый цвет. Холмы отливали позолотой. От заходящего солнца исходили розовые лучи, одарившие облака пурпурной дымкой. Теомий удивился тому, что солнце так быстро садилось. Совсем недавно оно было высоко в небе. Он вспомнил, что сейчас начало осени, но так быстро оно не могло уходить.
  Олин за стенкой загремела посудой. Уорчин фыркнул себе под нос. Теомий задумался о времени. Сюда с Мэей они приехали около шести утра, проснулся он часа в два дня. Спал, по крайней мере, восемь часов. А сейчас уже больше пяти, если ни шесть вечера. Время драгоценно... А Мэя, получается, спит почти двенадцать! Наконец Олин вернулась с двумя плошками, наполненными чем-то и кувшином в руках. Безмолвно она вручила их Теомию. Тот мило улыбнулся пожилой женщине, но, по всей видимости, улыбка не произвела на неё впечатления. Теомий сильно удивился, ведь когда он так улыбался своей маме, то та просто млела. Олин ушла обратно так, не сказав и слова. Уорчин медленно промолвил:
 -- Так что вам с Мэей нужно?
 -- Еда, вода и ...
 -- Да, да. И последователи, - обречёно сказал Уорчин, - провизию я вам обещаю. А вот на счёт последователей, это уже ваши проблемы.
 -- И ещё. Мэе нужна другая одежда. Платье для войны не подходит. И мне нужен меч. Любой.
 -- Одежду ей сошьёт моя Олин, а меч, у меня есть один. Жди здесь.
  Теомий сел за большой стол, провожая взглядом Уорчина. Тот отправился в комнату к Олин. Теомий начал осторожно поглощать содержимое миски.
  Ждать пришлось не долго. Уорчин положил на стол не тяжёлый меч. Лезвие было хорошо наточено и отполировано, скорей всего сделано из серебра. Рукоять, украшенная нефритом, слегка поблёскивала. Меч этот был не плохой, но с мечом Теомия не сравним. Тот достался ему от деда, который выкрал его у горных гномов. Теомий взял полную миску, кувшин и меч. Он направился к лестнице, говоря Уорчину:
 -- Спасибо вам, - в этот день приходилось много раз говорить спасибо.
 -- Эй, парень, - окликнул его Уорчин, - береги, пожалуйста, мою Мэю! - Теомий кивнул ему в ответ и спустился вниз.
  Мэя проснулась от ужасного сна. Она до сих пор судорожно дышала. Со лба текли капельки холодного пота. В хлеву уже было очень тепло. Лучи заходящего солнца перекрасили сено в пурпурно-оранжевый цвет. Мэя оглянулась - Теомия нигде не было. В голове всё ещё стоял самый кошмарный звук, который она когда-либо слышала. Этот звук падающей короны. Дзинь. Мэя ещё чувствовала тяжесть в руках от мёртвой красавицы. Это был один из худших снов в её жизни. По спине пробежали мурашки.
  На одном из стогов сена что-то блеснуло. Мэя подошла к нему. В сене покоился меч. Меч этот был не такой, какие раньше приходилось видеть девушке. Гладкое лезвие цветом походило на серебро. Но это точно было не серебро, а то бы оно потемнело. "Белая сталь" - опознала металл Мэя. "Но ведь только гномы его добывают". А вот рукоять была из серебра, с вставкой из лунного камня. "Это меч Теомия!" - вспомнила Мэя. Она легла на стог сена. От лезвия меча отражались теперь красные лучи солнца. Мэя осторожно провела пальцем по лезвию. В ответ оно тихо скрипнуло.
  Корона и красавица. И всё звук гудит один - звонкий "дзинь". Она определённо не хотела больше видеть этот сон!
  Мэя услышала шаги. Перед ней выросла фигура Теомия с чем-то в руках. Этим "чем-то" оказались плошка с едой и кувшин. Она выпустила из руки его меч и испуганным взглядом посмотрела ему в глаза. Теомий улыбнулся. Он протянул Мэе кувшин с миской и сказал:
 -- Я договорился с твоим дедушкой на счёт еды и одежды. Ты действительно решила сделать это? - она встала с сена, взяла еду и уселась на деревянный пол.
 -- А ты действительно решил мне помочь?
 -- Решил.
 -- Так я тоже решила, - Теомий подсел к ней.
 -- И у меня есть ещё кое-что для тебя, - с улыбкой на лице произнёс он. Мэя оторвала свои огромные голубые глаза от плошки и с удивлением посмотрела на него.
 -- Что же это?
 -- Это твой меч, - Теомий достал тот самый меч, который дал ему Уорчин.
  Он заметил, как у Мэи загорелись глаза. Она осторожно, еле дыша, взяла его на руки. И смотрела на обыкновенный меч как зачарованная. Хотя когда Теомию подарили его меч, он вёл себя примерно также.
 -- Его дал мне Уорчин. Лезвие сделано из серебра, я так думою, рукоять - из меди. А этот камень - нефрит. Камень жизни. Он твой, - после этих слов Мэя бросилась к нему на шею, - Не меня благодари, а Уорчина.
 -- А твой меч, Теомий, он ведь из белой стали? - отодвинувшись, спросила она.
 -- Да. Он мне от деда достался. Но, Мэя, тебе нужно научится владеть мечом. А пока хорошо то, что ты спокойно можешь его поднять.
 -- И кто будет меня этому учить?
 -- Я. Кто ещё?
 
  Мэя и Теомий уже неделю жили в этой деревушке. Он учил её владеть мечом. В общем-то, у неё не плохо получалось. Конечно, с армией орков ей не сразится, но парочку убить она сможет.
  За эту неделю Мэя сильно изменилась, пока только внешне. Её белое платье сменили коричневые кожаные штаны в обтяжку, токая же куртка на шнуровке, доходящая до бёдер с мехом по кромке. Сандалии к наряду мало подходили, по этому Мэя теперь ходила в бордовых сапогах по лодыжку. Остались только её длинные красно-малиновые волосы. Теомий предлагал их отрезать, но Мэя бы на это никогда не пошла. Поэтому волосы, по всей длине, были спирально перевязаны кожаным шнурком. Эта прическа позволяла свободней двигаться, и волосы больше не цеплялись за ветки. И расчёсывать их было легче. Олин посоветовала Мэе заплести косы, но она терпеть не могла косы. В детстве девушка без конца ходила с ними. И видеть их больше не могла. На её шее красовалась ожерелье из монет, подаренное Анабэль. Мэя теперь не знала, верит ли она сама в существование этой нимфы. Но, как бы то ни было, ожерелье при шаге позвякивает, давая понять, что оно есть.
  Внешность была уже не эльфийской девушки (хотя она была эльфиниткой), а скорей воина. Но в душе Мэя оставалась собой. Ей ещё ни разу не приходилось убивать. Этого она боялась больше всего - убивать.
  Вечерело. Солнце, днём дарившее миру живительный свет, проделало свой длинный путь по небу, и теперь спряталось за горизонтом. А там идут кровопролитные войны, приводящие только к разрушению мира.
  Мэя сидела рядом с костром и своим мечом ковыряла раскиданные рядом угольки. С её длинных волос спал шнурок до плеч, и они волнами спускались, закрывая лицо. Сзади к ней подошёл Теомий. Он долго думал, стоит ли ей рассказывать тот бред пожилого существа, который он услышал в стойле. Теомий знал, что Мэя сильно рассердится на него за долгое молчание, но она рассердится и из-за неправды. Больше расстроится. По этому юноша пытался проверить достоверная ли это информация. С начала он спросил у Уорчина, тот ничего не знал. Потом пытался найти того самого помощника, но оказалось, что он ни с кем не разговаривает дважды. Теомий набрал в лёгкие воздуха и тихо сказал:
 -- Мэя, мне надо тебе что-то сказать, - голос был глуховат, но она не отреагировала на его реплику. Девушка подняла глаза и грустно посмотрела на него. Её зрачки блеснули в свете пламени и тут же их прикрыли веки, пряча голубизну в паутине чёрных ресниц.
 -- Заешь, может я теперь, и умею владеть мечом, пусть немного, но я боюсь убивать. Я просто не смогу убить кого-нибудь. Это выше моих сил, - она опять отрыла глаза и опустила голову, смотря на огонь. Пламя быстро подкидывало ввысь свои языки и также быстро опускало их обратно. Теомий сел рядом с ней, - Понимаешь? Я не смогу.
 -- Мэя, ты сама выбрала этот путь. Быть воином значит убивать. Или тебя убьют.
 -- Но за что?
 -- За жизнь. Ты мёртв или враг мёртв. Третьего быть не может.
 -- Нет, Теомий, может. Третье - ты жив, враг жив. Неужели так нельзя? Неужели для того чтобы доказать свою правоту надо убивать. Можно быть воином, не убивая.
 -- Нельзя! Никто тебя слушать не будет. Неужели ты понять не можешь, что быть воином значит убивать! Убивать не просто так, а за правое дело. Давай закроем эту тему. Я пришёл не за этим.
 -- А за чем?
 -- Чтобы кое-что сказать тебе, - голос Теомия стих. Он опустил голову и упёрся взглядом в сапог Мэи, - Чтобы сказать тебе то, что я знаю, где достать первую сферу, - глаза Мэи увеличились до размеров тарелок. Она открыла рот и выпустила из рук свой меч. Он со звоном упал на угли, - точнее, я думаю что знаю. Эта сфера - жизни и она у принцессы Нелли. Мне сказали, что она заточена в башне, в конце леса на северо-западе. Так мы туда поедем?
 -- И ты ещё спрашиваешь?! Конечно поедем. Я уже одета удобно и у меня есть меч. В чём дело-то? Только армии пока нет...
 -- Я знал, что ты так скажешь. Я договорился с Уорчином, он завтра устроит собрание, на котором ты выступишь. А через сутки, на рассвете мы отправимся за сферой.
 -- А как же провизия?
 -- Тут я тоже всё уладил.
 -- Теомий, я тебя обожаю, - Мэя подняла свой, уже нагретый меч, и побежала спать в дом. Теомий поседел ещё около костра и ушёл.
 
  После обеда стулья были вытащены на улицу. Намечалось собрание, но пошёл дождь. Очень сильный. Капли барабанили по деревянным, громоздким стульям и столу.
  Мэя стояла в хлеву около открытой двери. Капельки изредка попадали на её лицо и руки, сложенные на груди. Мэя грустила. Дождь она всегда считала плохим предзнаменованием. А сегодня из-за него отменили собрание, на котором она должна была выступить. Но Уорчин обещал, что собрание будет, когда кончится дождь.
  Под крышей Мэя могла разглядеть навьюченных лошадей. Её и Теомия. Ещё можно было видеть неясные очертания домов и деревьев. Сзади послышались шаги. Мужественная рука обняла её за талию. Мэя повернулась. Это был Теомий. Он тепло улыбнулся. Мэя опустила глаза и вздохнула. Теомий нежно произнёс:
 -- Не волнуйся, всё будет хорошо.
 -- Откуда ты узнал про сферу?
 -- Мне сказали.
 -- Ты уверен, что сказали правду?
 -- Нет, но выхода у нас нет. Надо проверить. Мы проверим?
 -- Да. Теомий, можно спросить?
 -- Конечно.
 -- Почему ты пошёл со мной? - Теомий отвернул голову. Он не мог честно ответить на этот вопрос. "Надо срочно что-то придумать. Она не должна знать то, что она мне нравится. Ещё как нравится".
  (Теперь я знаю. Ты забыл, что я могу читать твои мысли. Не только твои)
 -- Потому, что я хочу стать известной личностью. А если у нас всё получится, то слава будет и у меня.
 -- Ну, неужели ради славы стоит рисковать собственной жизнью? Только ради славы?
 -- А ты, Мэя, ради чего ты рискуешь?
 -- Ради тех, кто живёт на захваченных землях, ради тех, кто живёт в рабстве, ради тех, кто сложил свои головы в бою. Я рискую ради других, а не ради себя! - Теомий с удивлением посмотрел на Мэю. С удивлением и иронией. Он поднял брови и ухмыльнулся.
 -- Да? Разве это так? Неужели ты действительно веришь в то, что этот риск не ради тебя, а ради других?
 -- И ещё одно. Я рискую ради Феникс. Я её люблю и не хочу, чтобы она погибла, - тихо и смущённо произнесла Мэя, - и я действительно в это верю.
 -- Так вот оно что. Ты готова идти в бой с орками ради той, которую ты не знаешь! Может тебе стоит передумать? Это был бы правильный выход.
 -- Но я люблю её!
 -- Как ты можешь любить того, о ком только слышала? Ради выдуманной любви ты хочешь умереть? Да? Так лучше сразу сложить голову под топор!
 -- Почему ты так говоришь? - уже криком спросила Мэя, - я же не читала тебе лекции насчёт того, что рисковать головой ради славы не то что глупо, но и не оправданно. А как я вижу, ты любишь оправдания.
 -- Я рискую не только ради славы, но и...
 -- Но и что? - выкрикнула она.
 -- Но и ради тебя! - отрезал Теомий. Он не хотел говорить правду, но так вышло. Мэя от удивления замолчала. Она опустила глаза в пол и стала изучать собственный сапог. Теомий сильно испугался своих слов и, отойдя от Мэи, отвернул голову, - И вообще, я пришёл сказать тебе то, что собрание будет на верху! - он постепенно увеличивал тембр голоса, - Карлики собрались и ждут тебя, - последняя фраза звучала как оскорбление.
  Теомий пулей вылетел из помещения. Мэя ещё долго стояла, смотря на пол. Ей пришла в голову ужасающая мысль: "Он обиделся навсегда". Это его признание показалось Мэе лишним. Она и так знала из-за чего, точнее из-за кого он рискует. Но говорить об этом было не обязательно. Ведь им ещё столько времени быть вместе.
  Мэя села на стог сена, мокрый от дождя. Ей стало невыносимо грустно и страшно. Он обиделся на неё, хотя это ей надо было обижаться. Девушка закинула голову. Потолок был выполнен из деревянных, плохо отёсанных балок. По некоторым катились прохладные капельки воды. Одна из них упала на лезвие меча. Мэя вспомнила про собрание. Там решится, будет ли у неё армия. Хотя и без армии девушка пошла бы в бой. В придуманный ею бой. Её представления о войне не соответствовали реальности. Пока не соответствовали.
 
  В затемнённом зале, казалось, собралась вся деревня. Правда, женщин было мало, в основном мужчины. Мэя испуганно остановилась в дверях. Карлики разговаривали о чём-то беспрерывно. Мэе хотелось развернуться и уйти. Вдали красовался большой стол, как на улице. Около него Мэя заметила Теомия. Он смотрел куда-то в глубь зала, ища, наверно, её. Мэя вспомнила о своей обиде. Уорчин стоял рядом с Теомием, что-то говоря ему. Один молодой карлик оглянулся и, недолго подумав, показал на неё рукой. Весь зал мигом оглянулся. У Мэи что-то сжалось внутри. Теомий наконец, её заметил. Он в припрыжку подбежал к ней, осторожно взял за руку и с силой потянул за собой. Мэя и не заметила, как оказалась около стола и дедушки Уорчина. Теомий наклонился к ней и шепнул на ухо:
 -- Они устали ждать. Начинай говорить. Придумай что-нибудь. Если честно, они на самом деле не знают, зачем тут собрались. Удачи.
  Теомий пихнул её. Мэя хотела спросить про обиду, но было поздно. Вот она стояла за столом перед недовольной публикой с открытым ртом. И не знала что сказать. В толпе она разглядела расстроенную Олин. Её волосы, заплетённые в косы, спускались с плеч. В самом тёмном углу стоял загадочный и молчаливый карлик. В этой деревне Мэя его раньше не видела. Он нервно теребил в руках плетеную верёвку.
  Девушка до сих пор не знала что сказать. Толпа с нетерпением ждала. Мэя повернула голову. Слева от неё стоял Уорчин. Его поведение было странным. Он без конца оборачивался. Теомий был рядом. Его лицо скрывала тень, руки сложены на груди. Он тихо сказал Мэе:
 -- Скажи что-нибудь. Хоть что-нибудь!
  У Мэи в горле был ком. Сколько раз она не пыталась сглотнуть, ком не исчезал. У неё похолодели руки, над бровями выступил пот. И самое плохое - у Мэи напрочь пропала память. Девушка просто не понимала, чего от неё хотят. Все смотрят на неё и своим взглядом сверлят дырки в теле. На секунду Мэе даже показалось, что это очередной кошмар. Но потом это ощущение прошло. Она поняла то, что от неё ждут речь. Но слов не было, сказать было нечего. Опять послышался голос Теомия:
 -- Не молчи! Только не молчи!
  Мэя набрала полные лёгкие воздуха и положила ладони на стол. Толпа ждала. Не терпеливо они смотрели ей в глаза. Сразу все. Но деваться было некуда. Надо что-то сказать. Хоть что-то. И она сказала:
 -- Привет, - Мэя процедила это сквозь зубы. И посмотрела на реакцию толпы. Взгляд изменился, он стал более оживлённым и заинтересованным, - Мне, мне надо вам кое-что сказать, - дыхание Мэи участилось, сердце билось с невероятной силой. Она не могла собрать все свои мысли в единое целое и донести их до окружающих. Жаль, что они не могут читать её мысли. Мэя вновь попыталась собраться с силами, и продолжила, - Точнее мне понадобится ваша помощь. В опасном, но благородном деле. Я решила остановить эту войну и подумала...
 -- Ну вы только послушайте! Она решила остановить войну! Мало ли таких было? - послышался язвительный голос из толпы. По залу пробежал лёгкий смешок. Мэя испуганно всмотрелась в толпу.
 -- И подумала, что вы сможете мне помочь! Я ведь не прошу вас достать звезду с неба, я прошу помочь ради других! Ведь многие живут в плену и рабстве! В рабстве на собственной земле. Это же не правильно!
 -- Ты просишь нас идти на войну? Ты просишь не звезду, ты просишь наши жизни! - послышался злобный женский голос. Его сразу подхватил кто-то ещё.
 -- Вот именно! Ты просишь наши жизни. Взамен на что?
 -- На свободу! Неужели вы не хотите жить как свободный народ? Жить без войны? Спокойно путешествовать по своей стране, не боясь быть убитым орками? Знать где находится ваша столица, знать кто ваш правитель? Неужели вы не любите свободу?
 -- Девочка, нас никто не трогает, мы никого не трогаем, - сказал старый карлик.
 -- Это пока вас не трогают, а потом всё равно нападут. И тогда вы по-другому заговорите!
 -- Много было таких как ты. Все они либо уже умерли, либо очень скоро умрут.
 -- Но со мной этого не случится! Я прошу вас о помощи. Если хотите, можете жить дальше в плену.
 -- Меньше всего нам нужна война!
  Это была последняя фраза, которую довелось услышать Мэе от этих людей. Зал постепенно опустел. Мэя села на стол. В помещение остался ещё Теомий.
  Она закинула голову. И испустила то ли стон, то ли злобный крик. В глазах потемнело. Мэя почувствовала во рту привкус горечи. Это горечь поражения. Первого в её жизни. Теперь Теомий не знал что сказать. Он просто смотрел на неё.
  По крыше перестали стучать капельки - дождь кончился. Зато поднялся ветер. Он бил по крыше, как по барабану. Потухла пара свечек, и зал наполнился пугающим мраком. Большая комната приобрела тёмно-багровый оттенок, углы - чёрный. Правда, на небольших полках горели ещё свечи, но света от них было мало.
  Теомий подумал: "Каждое поражение порождает новый стимул, который, со временем, приведёт к победе". Мэя услышала эту мысль. Она громким эхом полетела по её сознанию, добравшись до самых глубин. Она повторила про себя эту фразу: "Каждое поражение порождает новый стимул, который..."
 -- Со временем приведёт к победе! - конец фразы сам по себе отскочил от языка. Теомий с удивлением посмотрел на неё.
 -- Не надо отчаиваться. Не надо всё бросать после первой же возникшей на пути трудности.
 -- Я и не собираюсь этого делать. Завтра на рассвете мы отправляемся. Ты ещё со мной?
 -- Конечно, - Теомий отправился к выходу, но Мэя его окликнула.
 -- Ты не обиделся?
 -- На что?
 -- На мои слова.
 -- Что могут сделать слова? Они, конечно, могут обидеть, но это просто слова.
 -- Словом можно убить. Это в законах так сказано. В законах магии.
 -- Ты что, чернокнижница?
 -- Я учусь.
  Теомий повернулся к ней лицом. Он посмотрел ей в глаза. Там загорелась искорка, которую он раньше не видывал нигде. Голубизна её глаз отливала огнём.
 -- Какой магии?
 -- Огненной.
 -- Твои волосы цвета огня.
 -- Они ещё отливают малиновым.
 -- Я таких волос раньше не видел.
 -- Я тоже, - Мэя улыбнулась. Эта улыбка говорила только одно - иди, куда шёл. Теомий вздохнул.
 -- Спокойной ночи.
  Мэя не ответила. Он развернулся и пошёл дальше, вскоре скрывшись за поворотом. Она тоже вздохнула. Перед глазами была пустая большая комната. Мэе показалось, что эта комната опять наполнена карликами, и они безжалостно смотрят ей в глаза. А у неё нет слов, чтобы ответить.
  Девушка со всей силы тряхнула головой, отбрасывая в сторону мысли. Её красные волосы сегодня, наверно последний раз, были распущены. Они метнулись в сторону. Но перед глазами появился другой образ - той самой красавицы с золотыми волосами. С её головы падала корона, издавая страшный и мерзкий звук. Дзинь. Мэя встала со стола и направилась к выходу. Надо было спать. В её сознании опять загорелась фраза:
  "Каждое поражение порождает новый стимул, который, со временем, приведёт к победе".

4.


  Ветер к утру успокоился. Мэе ужасно не хотелось вставать. Но пора было отправляться. Теомий уже бродил вокруг лошадей, ожидая её. Мэя выпрямила спину и зевнула. Она умылась холодной водой и замотала волосы шнурком. Теомий громко позвал её. Мэя побежала к двери, размахивая своим мечом.
  Небо было пасмурным, и моросил дождик. Рядом с Теомием стоял чем-то недовольный Уорчин. Мэя забралась на кобылу. Попрощавшись с Уорчином и Олин, они с Теомием направились к воротам. Не один из жителей не обратил на них особого внимания. Мэи было жаль, что даже её дедушка не поехал. Он никогда не сомневался в поступках девушки, и всегда помогал. В этот раз он ей тоже помог, но не до конца. Мэя надеялась, что хоть он поедет с ней. Остался (хотя и был) только Теомий. Но и его цели были не бескорыстны. Мэя поняла то, что, и сама не знает, правильно ли поступает.
  Лошади поскакали быстрей. Ожерелье на её шее зазвенело, напомнив о ещё одном сомнении. Мрачные деревья закрывали небо, поэтому было не видно, проясняется ли оно. Из-под копыт лошадей вылетала грязь, размоченная вчерашним дождём. Больше она не волновала Мэю, ведь платье уже не пачкалось. Платья больше не было.
  Теомий вообще предлагал его сжечь, но Мэя не согласилась. Она спрятала его в шкафу у Олин. Теомий ехал впереди девушки. Ведь только он точно знал куда надо им приехать. Мимо мелькали деревья. Не такие высокие и сухие как в лесу отчаяния. Это были самые обычные деревья.
  "Быть воином значит убивать. Здорово. Почему же нет третьего выхода. Глупости! Есть он. Просто об этом мало кто знает. Или они и знать не хотят. Почему свою правоту надо доказывать насилием? Я сама не могу разобраться в том, чего хочу. Вроде бы я хочу быть воином, но не хочу убивать. И как он мог так сказать? Зачем он сказал то, что я не могу любить Феникс только потому, что её не знаю. На самом деле не обязательно знать человека лично, чтобы любить. Тем более эта девушка последняя надежда мира на спасение. А вдруг это правда. Правда, то, что на самом деле она не такая. И если я познакомлюсь с ней, то полностью разочаруюсь. А я не смогу пережить это разочарование. И стану похожей на ту красавицу из сна. Нет. Это глупо... наверное. Интересно, долго ли ещё нам ехать?"
 -- Теомий, долго ещё ехать? Мы опять будем ночевать в лесу?
 -- Да, Мэя, придётся. Но часа в два будем на месте.
 -- Ты точно знаешь, где находится это поселение?
 -- Нет. Только приблизительно.
 -- Но ты имеешь представление, куда мы едем?
 -- Конечно! Что за глупый вопрос.
  Опасение Мэи не оправдалось. Маленький дождик кончился. И опять подул ветер. Погода была скверной уже дня три. Все тропинки были грязными, и торговцев на дорогах было почти не возможно встретить. На пути выросло неглубокое озеро. Теомий притормозил лошадей и Мэя тоже.
  Озеро было не больших размеров и, приблизительно, круглое. Таких ровных озёр Мэя ещё не видела. Мэя погнала свою кобылу прямо на воду. Теомий всё же опередил её. Во всё стороны летели брызги холодной воды. Мэя не промокла только потому, что одежда была кожаной. Но кончики её волос вымокли. А вот Теомий промок на сквозь. Его волосы, длинной по плечи, были мокрыми и больше не развевались не ветру. Преодолев озеро, Мэя спросила:
 -- Теомий, почему свою правоту надо доказывать насилием?
 -- Ты всё про это. Но я думал, что ты готова убивать за правду.
 -- Но не всех. Конечно, мне просто придётся убивать, но...
 -- Тебе не кажется что ты ...
 -- Что я запуталась? Кажется. Сначала я думаю, что могу убивать, потом - что не могу. Правды я не знаю.
 -- Мне ответить на твой первый вопрос?
 -- Да.
 -- Потому, что сотни тысяч просто не могут быть не правы. Потом ты сама это поймёшь, так же, как поймёшь то, что ты можешь и чего - нет.
  Дальше дорога была не ровной. Деревьев становилось меньше. На земле уже не было травы. Просто светло-коричневая и мокрая почва. По не большим холмам лошадям было тяжело бежать, но они справлялись.
  Мэя и Теомий не торопились, они не хотели загнать своих кобыл. Ведь завтра ехать ещё пол дня. Мэе уже порядком надоели эти переезды. Но впереди их было ещё так много. Сюрприз для неё. Неприятный сюрприз. А чего ещё можно было ожидать от войны? Ещё только крови. Кровь и переезды - вечная ненависть Мэи. Но она выбрала путь воина. По крайней мере, раньше она так думала. Тогда, когда была у Анабэль. Хотя была ли вообще? Мэю пугало, очень сильно пугало то, что она запуталась в своих мыслях. Там, у Анабэль, она была полностью готова убивать и знала, что быть воином - это её судьба. А сейчас девушка не уверена, она просто не понимает, может ли убить кого-то. Она не знала, правильно ли поступает, её ли это судьба. А если впереди смерть. Если сейчас или через несколько миль её убьёт какой-нибудь гоблин, или ещё хуже - тролль. Мэя даже не знала, была ли на самом деле Анабэль. Может, воображение сыграло с ней жестокую шутку.
  В ответ на это ожерелье, подаренное нимфой, звякнуло. Сделанное из маленьких медных монет соединённых серебряной нитью, оно производило впечатление реликвии. На монетах были выгравированы изображения скачущих единорогов, парящих в воздухе драконов, злобных гарпий, быстрых пегасов, прекрасных сирен, огненных фениксов, уродливых гидр, огромных грифонов и многих других существ, которых Мэя не видела, и многих из них видеть не хотела. Разве что единорога, его она с детства мечтала встретить, но не вышло.
  Голова Мэи была забита только мыслями о судьбе. И о времени, которое, в данном случае, драгоценно...
 
  "Мы сами творим судьбу нашими поступками".
 
  Да. Только так. И не как иначе. Волосы Теомия высохли. Они развивались и по-прежнему отливали серо-голубым цветом. Теомий даже не задумывался о том, его ли это судьба - быть воином. Он это отлично знал, также как то, что он человек, а людей мало кто любит.
  Он родился в династии воинов - прадед был воином, дед был воином, отец был воином. Выбора ему не было предложено. А поехал он с Мэей по одной причине. Конечно, причин, может, было больше, но основная - одна. Тем более одна бы она ни за что не справилась. Её бы уже в лесу отчаяния без него убили. И мечом её Теомий учил владеть. И информацию, возможно, о не существующей сфере, он добыл.
  В общем, он всё делает за Мэю. Только зачем? Из-за одной маленькой причины. Теомий даже остался с ней в лесу, после первых пяти минут знакомства. И пошёл за ней, то есть с ней, без малейшего шанса на победу. Из-за маленькой, но сильной причины... Теомий готов рисковать своей жизнью ради её целей. И всё только потому, что она ему нравится.
  Его меч ловил слабые лучи выходящего из-за туч солнца. Белая сталь была чудесным и легендарным металлом. Серебреная рукоять поблёскивала. А большой лунный камень, вытащенный из Храма Дождя, переливался голубым, а внутри - золотистым. По нему скользили тени деревьев, совсем низких и тонких.
  Лес переставал быть лесом. Мэя чувствовала - ещё чуть-чуть и на горизонте, над вершинами зелёных деревьев, покажется та самая башня, в которой заточена принцесса Нелли и первая сфера. Первая надежда Мэи. Но это "чуть-чуть" было не возможно преодолеть сегодня. Смеркалось. Величественное солнце спряталось в роще деревьев и бросило на небо пелену сиреневой дымки. Звёзды начали зажигаться, и вдалеке сиял тонкий серп месяца. По лесу промчался пронзительный холодный ветер. Теомий остановил свою кобылу и ловко спрыгнул вниз. Мэя последовала за ним.
  Костёр медленно угасал. Уставшая, Мэя сидела напротив Теомия. Она смотрела ему в ноги. Пламя костра выбрасывало из своего очага небольшие хлопья чёрно-серого пепла. Его подхватывали новые порывы ветра и уносили в тёмно-синее небо. Покружив на верху недолго, пепел, наверно, оседал неподалеку от того самого костра. Некоторые, конечно, улетали дальше и падали на траву, покрасневшую от пролитой войнами крови.
  Солнце - источник жизни, ушло, оставив мир во власти волшебницы луны и злой ночи. Именно под покровом ночи совершались самые жестокие и кровопролитные бои. Тьма - пора жутких чудовищ, созданных разумом смерти. Теперь они прячутся за каждым кустом, за каждым камнем, за каждым деревом. Но с рассветом они исчезнут, а пока остаётся ждать и надеется на то, что они тебя не заберут в пропасть безрассудства. Ведь ночью все цвета перекрашиваются в чёрный и серый. Даже кровь больше не красная.
  Мэя зевнула. Теомий ещё доедал фрукты. Одна из лошадей жалобно фыркнула. Девушка подняла глаза. Она решила наконец-то расспросить Теомия о поселение:
 -- Скажи, Теомий, как выглядит то место, куда мы едем, и кто там живёт.
 -- Я только знаю, как выглядит башня, в которой заточена Нелли. Она высокая и сделана из гладкого чёрного камня. А кто там живёт - понятия не имею.
 -- Как ты думаешь, это сильно опасно?
 -- Вполне может быть. Раз там заточена сама принцесса Лунариуса, то, я думаю, её хорошо охраняют.
 -- Теомий это будет как на войне? - он испугался этого вопроса, упёршись руками в плечи Мэи, по слогам ответил.
 -- ЭТО И ЕСТЬ ВОЙНА.
 
  Как ни странно, но утро выдалось ясное. Солнце одело землю в золотой цвет. Ветра совсем не было. Тихо. Ни шороха, ни малейшего движения. Затишье перед бурей. Но бури не последовало.
  Мэя и Теомий пол дня провели в седле. На пути больше не было холмов, озёр и чего-либо вообще. Наконец лес оборвался спуском. Они подъехали к краю. Деревьев больше не было. Спуск вёл к ещё одному подъёму, над которым, казалось, сгущались облака.
  Маленькое поселение не вызывало бы никаких чувств, если бы ни высокая чёрная башня, устремившаяся вверх. Башня была абсолютно гладкой, Мэя заметила это даже издалека. Она ловила на себе отблески света и отражала их. Высокая чёрная тюрьма для самых опасных преступников была окружена серыми домиками. Теомий был прав. На счёт поселения. Оно действительно находилось на северо-западе в самом конце леса. Перед ними была даже башня из чёрного камня. Значит, вполне может быть, в ней заточена принцесса. А вместе с ней и первая сфера. Мечты начинают осуществляться. Мэя торжественным голосом сказала:
 -- Представляешь, Теомий? Первая сфера. Наша с тобой первая сфера!
 -- Смутно, - голос Теомия звучал так, будто он увидел приведение.
 -- Давай же скорей спустимся.
  Мэя стукнула поводьями. Лошадь нервно заржала, встав на дыбы. И с грохотом помчалась вниз по склону. Теомий быстро догнал Мэю. До поселения оставалось совсем не много. И вот они достигли невысоких каменных ворот. Мэя испугалась того, что ворота могут быть закрыты. Но это было не так.
  Теомий и Мэя без малейших усилий попали в город. Вокруг чёрной башни стояли маленькие серые домики. Многие из них уже заросли плющом. Создавалось впечатление, будто этот город давно был покинут его жителями. На улицах не было ни души. Как ни старательно искали Мэя и Теомий, всё равно никого не нашли. Не заметив как, они подошли к входу в чёрную башню. Вход этот был всего лишь узкой лестницей и его никто не охранял. Девушка засомневалась, может ли тут вообще быть заточена принцесса. Но делать было нечего - надо проверить.
  Мэя спрыгнула с лошади и медленно вынула из ножен свой меч. Теомий сделал то же самое. Они оба примкнули к стене башни. Она была ещё ровнее, чем выглядела. Вход был заперт. Теомий протянул руку и со всей силы дёрнул за ручку двери. Она с пронзительным и мерзким скрипом отворилась. Мэя почувствовала запах вечности, шедший из открытой двери. Внутри было слишком темно. Сердце Мэи заколотилось с бешеной силой. Казалось ещё секунда, и оно выпрыгнет из груди. Постояв немного перед дверью, Теомий нырнул в укутанный пылью зал. Мэя оглянулась назад. Там стояли их усталые лошади с провизией, маленькие серые домики убегали к каменным воротам. За воротами виднелся холм, а дальше лес с невысокими деревьями. По всему этому разгуливал лёгкий ветерок. А ясное небо опять покрылось тучками. И не одной живой души! Может только мышь в своей норе да ворона. И всё! Мэя закричала в своих мыслях: "НЕТ! Почему же здесь никого НЕТ?". Она снова взглянула на дверь. Темнота, глухая и недоброжелательная, как лес Отчаяния. Она услышала голос Теомия:
 -- Мэя, ты где?
 -- Я уже иду!
  Она глубоко вдохнула. И быстро выпустила воздух обратно на свободу. В темноте что-то хрустнуло. Мэя с силой сжала рукоять своего меча и вошла в открытую дверь.
  Сначала перед глазами стояла только тьма. Но потом Мэя привыкла и поняла, что она находится на кухне. Теомий стоял не далеко от большой железной печи. Посреди просторного помещения стоял грубый неотёсанный стол с двумя лавками по бокам. Над столом весели поварёшки - от самых маленьких до огромных. На печи красовался натёртый до блеска котёл. А над ним - связки чеснока. Всё как в обычной кухне.
  Мэя заметила клубы пыли, летающие по всему помещению. "Наверно, здесь никого нет" - подумала она. В углу что-то шевельнулось. Мэя и Теомий быстро оглянулись. Но там ничего не было. За столом что-то опрокинулось. Мэя повернулась. По полу медленно котилось деревянное ведро. Стукнувшись о лавку, оно остановилось. Теомий посмотрел Мэе в глаза. Его правая бровь поднялась, а глаза блестели как звёзды, на ясном небе. Мэя сглотнула. Вдруг с крючка слетела маленькая поварёшка. Она прокатилась по полу и остановилась у ног Теомия. Он тихо, шёпотам сказал Мэе:
 -- Что-то тут не ладно.
  За их спинами зашуршало и зачавкало. Потом звуки прекратились. Теомий облегчённо вздохнул, но с крюка слетела, теперь уже, сковорода. В углу, около печи, загорелись две маленькие красные точки. Звуки возобновились - опять что-то начало чавкать. На столе загорелись ещё одни красненькие глазки. С потолка упала связка чеснока.
  Мэя подошла ближе к Теомию. На пол с треском полетела кастрюля. Упав, она издала до ужаса громкий звук. Теомий оглянулся. Вся комната была заполнена светящимися красными глазами и чавканьем. Мэя обняла руку Теомия и оскалилась темноте. Он с ужасом промолвил придавленным голосом:
 -- Их тут больше ста!
  Мэя уткнулась носом в его руку. Эти глаза её жутко пугали.
  Точечки носились по кухни, причмокивая и роняя утварь. На пол полетели ножи, вилки, кастрюли, кувшины, даже один большой чан с водой. Она разлилась по каменным плитам и потекла узенькими ручейками под стол.
  Мэя посмотрела себе под ноги и обнаружила там невысокое сморщенное существо с красными глазами. Она пронзительно взвизгнула, пытаясь размахнуться мечом. Но меча не было в её руках. Видимо Мэя его выронила. Теомий отодвинул девушку и размахнулся мечом. Лезвие сверкнуло. Существо всё сжалось от этого блеска, и зажмурило глазки.
  По всей комнате промчался звук отрывающейся двери. В начале кухни распахнулись высокие, тяжёлые створы из тёмного дерева. Двери были хорошо отполированы и украшены золотым орнаментом в виде лилий. Из открытых дверей лился ярко-жёлтый свет. Теомий замер. Мэя вышла из-за его спины. Они оба были удивлены тем, что увидели.
  Вся кухня была заполнена маленькими, наверно чуть выше колена Мэи, существами. Они отдалённо напоминали гномов. Их сморщенные серые мордочки венчал крючковатый нос. Красные глазки уже не горели. В коротких ручонках существа держали кто сыр, кто овощи. Они все были облачены в чёрные мантии. На полу валялись кастрюли, половники и другая кухонная утварь.
  Но больше всего поражало то, что они увидели в дверях. В их створах стояла молодая, красивая девушка. Она с укором смотрела на происходящее своими серыми глазами. Эта девушка была эльфом. В её ушах светились небольшие серьги из белого жемчуга, а на лбу блистала золотая диадема посередине с большим прозрачно-голубым камнем. Тонкие чёрные брови были нахмурены. На фарфоровую кожу лица волнами спускались локоны белоснежных волос. Их длина поразила даже Мэю. Волосы этой девушки были до щиколотки. На ней было одето ярко-розовое платье с глубоким декольте. Обтягивающие рукава доходили до локтя, потом ткань становилась воздушной, слегка прозрачной и расклешённой. Платье стягивал корсет того же цвета. Из-под него выходила двухслойная юбка до пола. Нижний слой был из атласа, а верхний прозрачный с блёстками. Девушка прикусила бледную губу и обвинительным тоном спросила:
 -- Что это вы тут делаете? - девушка заметила Теомия, замахнувшегося мечом на серое, сморщенное существо. То до сих пор несмело открыть глаза, - Ах, что вы делаете? Не смейте трогать его. Он же совсем безвредный! - она быстро подбежала к Теомию и подхватила на руки существо, - ах бедный, бедный Арди. Как они тебя напугали. Как же они тебя напугали! - девушка убаюкивала на руках это создание. Теомий опустил свой меч. А девушка продолжала причитать над существом, - Ах бедный мой малыш! Они тебя очень сильно напугали. Да?
 -- Простите, но это он нас напугал! - возмущённо заявила Мэя. Теомий кивнул в знак согласия с ней.
 -- Он вас напугал? Он вас напугал! Ну, как вы можете так говорить?! Вы врываетесь в чужой дом, размахиваете тут мечами, а потом говорите, что Арди вас напугал. Да и вообще, что вам тут надо?
 -- Мы пришли освободить из заточения принцессу Лунариуса! - высокомерно сказал Теомий.
 -- Не смешите меня! - всё так же обвинительно сказала девушка, - Из какого ещё заточения? Я никогда не слышала такой глупости!
 -- Вы что-то об этом знаете? - смущённо спросила Мэя.
 -- Знаю? Вы что издеваетесь надо мной? Я принцесса Лунариуса. Понятно вам? Я. И в заточение я никогда не была! - Мэя и Теомий пристально смотрели на девушку. Существо просто растеклось в её руках, обнимая принцессу за шею.
 -- Это правда? - спросила Мэя, - Это, в самом деле, правда?
 -- Конечно это правда. Неужели вы так часто встречаете девушек, прикидывающихся принцессами Лунариуса?
 -- Нет... Но... - попыталась продолжить Мэя.
 -- Что "но"? Я действительно принцесса Нелли. Моя мама королева этой проклятой страны. Что вам ещё надо?
  На минуту воцарилась тишина. Мэя и Теомий пару раз переглянулись. Никто не знал, что же сказать дальше. Теомий только сейчас заметил, что они окружены существами такими же, как Арди. Они обиженно смотрели на происходящие и продолжали чавкать. Теомий взял на себя смелость продолжить разговор:
 -- Значит, ты и есть принцесса Нелли? - как-то недоверчиво и протяжно сказал он.
 -- А почему это Вы сразу перешли на "ты"? - ехидно сказала принцесса.
 -- Потому что я тебя старше, понятно?
 -- Да надо же! А я как ни как принцесса этой страны. И ты должен обращаться ко мне на "вы"! Понятно?
 -- Ха, принцесса! Принцесса разрушенной страны! Да ни какая ты не принцесса, - продолжал Теомий, - как ты докажешь что это правда?
 -- Вот так! - выкрикнула Нелли. Её брови сморщились, а в серых глазах была ярость. Откуда ни возьмись, в её руках появился размером с ладонь ярко желтый, казалось сделанный из камня, шар с изображением солнца. Он парил над её ладонью в нескольких сантиметрах, - Вот. Знаете что это? Знаете?! - Мэя и Теомий долго не могли оторвать взгляд от каменного шара. От каменной сферы.
 -- Это...о, Всевышние. Это же сфера! Это же первая сфера. Сфера жизни и она находится у принцессы Нелли. Помнишь Теомий? Помнишь, за чем мы сюда на самом деле приехали? А?
 -- Конечно помню, что за вопросы. Мы приехали сюда за этой самой сферой.
 -- Вы её не получите! - закричала Нелли, - вы её просто так не получите!
 -- Но она нам нужна. Я и Теомий, ну... ну мы собираемся остановить эту войну, и нам сильно нужна эта сфера, - на последнем слове голос Мэи стал совсем тихим.
 -- Это самое глупое из того, что я когда-либо слышала за всю свою жизнь! - усмехнулась Нелли.
 -- Ты считаешь нас глупыми? - завопил Теомий.
 -- Обращайся ко мне на "вы"!
 -- Я тебя старше!
 -- И на много ли? Мне шестнадцать, - гордо заметила принцесса.
 -- Да? А мне восемнадцать.
 -- Ох, большая же разница - в два года.
 -- Когда мне было два года, я уже бегал с мечом в руках.
 -- Это не правда.
 -- Нет, правда! - Теомий и Нелли уже хотели убить друг друга, но Мэя вмешалась в разговор.
 -- А почему ты в этой башне?
 

5.


  Небольшая плохо освещённая комната. Две свечки - вот и всё. За окном опять дует сильный ветер. Под его порывами дребезжит витраж с незамысловатым орнаментом. Зато какая кровать! Широкая, длинная с пушистым покрывалом. Конечно не такая, как в палатке у Анабэль, но всё же то, что надо. И тихо. Наконец-то не слышно ни стука лошадиных копыт, ни дикого крика птиц. И только слабый свист ветра за окном. Сегодня не придётся спать под открытым небом. Сегодня ночью будит тепло.
  На стенах комнаты не было даже картин - голые и ничем не прикрытые камни. Над столом висело большое зеркало в серебряной оправе. Оно было как маленькое озеро, растекшееся по стене. Очень чистое и прозрачное озеро с каменистым дном. Поверхность стола гладкая, ровная, как стены башни, серого цвета. На столе, по середине, стоял один единственный сосуд квадратной формы с жидкостью светло-розового цвета. На полу рядом с кроватью лежали бордовые кожаные сапоги. Пол тоже не был покрыт ковром. Просто большие серо-жёлтые камни.
  На кровати, растянувшись во весь рост, лежала Мэя. Её волосы были распущены и закрывали половину лица. Рядом сидела принцесса. Её грустные глаза смотрели на то, как отблески пламени свечи играют на огненных волосах Мэи. Ярко-розовое платье Нелли сменилось на чёрный шёлковый халат с золотым шитьём. Она сидела, обхватив руками свои колени. Длинные белые волосы спадали с плеч на ноги, и рекой растекались по коричневому покрывалу. Некоторые пряди лежали на полу. Диадемы на лбу у Нелли не было.
  Мэя пошутила, и её красные губы вместе с бледно-розовыми губами принцессы растянулись в улыбке. По комнате расплылся звонкий женский смех. Из дверей он вырвался в узкий тёмный коридор, вниз по винтовой лестнице спустился в огромный жёлто-оранжевый зал с натёртым полом и множеством картин. Оттуда, через двери с золотым орнаментом, смех проплыл на кухню, одарив её лёгким дребезжанием. Арди и его друзья слегка испугались, продолжая жевать что-то. Смех стремительно взмыл вверх. Преодолев несколько этажей, уже тихим эхом, он отозвался в комнате Теомия. Перевернув страницу в книге, он коварно улыбнулся. Не очень хорошая мысль мелькнула в его голове. А женский смех, прозвучав во всей башне, вернулся к его хозяйкам. Они просто разговаривали.
 -- Как получилось то, что ты здесь? - смотря прямо в глаза Нелли, спросила Мэя.
 -- Когда началась война, моя мама спрятала меня в одной деревушке. А её разрушили. Я бродила по дорогам и вот забрела сюда. Мне нужна была еда и вода. А здешним обитателям - помощь и зашита. Эти существа не понимают человеческого языка. Но я сразу догадалась, в чём дело. Арди был сильно болен. А поскольку у меня есть первая сфера - подарок от моей мамы, то я исцелила его. И осталась тут. Эти существа милые, - голос принцессы был мягким и нежным.
 -- Ты уж прости Теомия. Он просто обожает спорить.
 -- Ничего страшного, на дураков не обижаются, - усмехнулась Нелли.
 -- Но он не дурак. Только Теомий не посчитал меня сумасшедшей и даже составил мне компанию. Ну теперь ещё и ты. Кстати, Нелли, ты уверена, что хочешь поехать с нами?
 -- Конечно же, я уверена. Я думаю что смогу помочь, и за сферой буду приглядывать. Тем более я знаю, где ещё две.
 -- Неужели?
 -- Да. Они у Эйла.
 -- У принца эльфов тьмы, что ли?
 -- Да.
 -- Тогда нам их достать не удастся.
 -- Почему? Я даже знаю что это за сферы - огня и воды. Достать их будет просто. Ведь Эйл мой жених, - радостно заявила Нелли.
 -- Правда? Принц эльфов тьмы твой жених?! Ведь если вы поженитесь, то война закончится! Чего же вы ждёте?
 -- Его отец, Салай. Вот наша проблема. Он ни за что не позволит нам этого сделать. Если Эйл станет моим мужем, то я взойду на престол своей станы как законная королева эльфов. А Эйл будет законным королём эльфов тьмы. И наши страны объединятся. Салай этого никогда не допустит, - голос Нелли стих, - Я бы убила его.
 -- Ты любишь Эйла?
 -- Больше всего на свете. Так вы берёте меня в своё путешествие?
 -- Конечно берём! - улыбнулась Мэя. Нелли улыбнулась ей в ответ. Она открыла массивный шкаф и бросила на кровать белую ночную рубашку.
 -- Одень, - Нелли вышла из комнаты и помахала рукой на прощание Мэи, - Спокойной ночи.
 -- Пока.
 
  Мэя была в парке. Старом, заброшенном и тёмном. Его она видела раньше. Совсем не давно. Тихий лёгкий ветерок промчался по её ногам. Мэя стояла посреди каменного круга, от которого отходили шесть тропинок.
  На небе сгущались чёрные тучи. Мэя услышала голос женщины, молящий о помощи. В голове сразу мелькнула мысль: "Красавица, это же мёртвая красавица". В этот раз на Мэе был надет её кожаный костюм. В кустах раздался тихий шорох. Она вздрогнула, и по жилам растёкся сильный испуг. Где-то за её спиной опять пряталось ужасное, злобное существо с огромными зелёными лапами и красными глазами. Оно тихо сидело и ждало своего часа.
  Мэя оглянулась назад. Действительно в кустах горели два небольших, но очень коварных огонька. Мэя судорожно вздохнула, дёрнула головой. Её волосы, обмотанные шнурком, дёрнулись и сильно, как топором, ударили по спине. Мэя вспомнила про молодую женщину и побежала со всех ног по одной из тропинок. Она слышала тяжёлые и ленивые шаги чудовища сзади. Но бежала не оглядываясь. Наконец перед её глазами выросли каменные стены с единорогами на створах. И на верху стояла та самая красавица. Её золотые волосы на этот раз были собраны в пучок и закреплены заколкой в виде ракушки. На щеках опять слёзы. А голова увенчана короной из жемчуга. Той самой короной, которая, падая на камни, издавала страшный звук. Дзинь. Платье блестело серебром. Мэя подбежала к высокой стене и крикнула ей:
 -- Сзади!
  Сзади красавицы стояло то самое чудовище. Она, неспешно повернув голову, попыталась убежать, но тут же попала в объятия существа. У Мэи опять появилось ощущение, что оно ухмыляется. Чудище задело своей безобразной лапой волосы красавицы. Заколка соскользнула и свалилась в низ, разбившись о камни. Мэя всхлипнула. Она просто знала, что красавица погибнет. В голове женщины уже не было страха перед смертью. Только одна мысль, да и то не понятная, билась в её сознании:

"Когда - тогда

Страшно конец,

Луна украла

Чёрный венец

И кровь покроется землёю

Я теперь буду не с тобою.

Вот она - последний час.

Жизнь моя - буду плакать я".


  Чертовщина какая-то! А в мысли чудовища она проникнуть не сумела. Они были запрятаны под тоннами злобы и ненависти. Чудовище толкнуло женщину, и та упала на колени.
  На небе сверкнула молния. Женщина подняла голову и посмотрела на существо. Оно прищурилось, воткнуло в спину красавицы кинжал. Тот поблёскивал своим серебряным наконечником. Женщина потеряла сознание и упала с ворот. Мэя опять успела подхватить её, но напрасно - красавица была мертва. По волосам соскользнула корона. Мэя села на колени, держа на руках красавицу. Её маленькие губки были слегка открыты. Корона стукнулась о камни. Дзинь. Мэя почувствовала боль в сердце. Ей не удалось спасти женщину. Да она и не сильно пыталась. Жемчужная корона столкнулась на своём пути с осколками заколки. Дзинь. Теперь она повертелась на своём месте. Дзинь, дзинь, дзинь. И остановилась. Дзинь. Чудище с красными глазами стояло позади Мэи и тянуло к ней свои лапы.
 
  Мэя проснулась в холодном поту в своей комнате. Из окон лился тусклый свет луны. В сознание Мэи всплыли слова: "Луна украла чёрный венец". Ей сразу стало тошно. Свет луны падал на изголовье кровати. Дверь была плотно закрыта, поэтому боятся, было нечего. Совсем нечего.
  В комнате было темно. Две свечи сгорели, и воск растёкся по столу. Мэю трясло от страха. Но здесь никого не было кроме неё и тех маленьких красных глазок. Мэя всмотрелась в самый дальний (и поэтому чёрный) угол. Там были два горящих огонька. Может это глаза, а может это всё ей кажется. Мэя зажмурилась и натянула на лицо одеяло. Через пару минут она открыла глаза, но огоньки были там. Хуже того, к ним добавилась огромная лапа. Мэя со всех сил дёрнула головой, пытаясь вытряхнуть обман зрения. Но это был не обман: и глаза, и лапа были на месте. Что-то сидело в этой комнате и наблюдало за происходящим.
  Мэя вскочила с кровати и вылетела из спальни. Она оказалась в неосвещённом коридоре. Раздался скрип двери. Мэя, не оглядываясь, бросилась бежать вперёд. Её белая на бретелях ночная рубашка была длинной, и девушка запуталась в полах. Она с грохотом упала на зелёный ковёр. Сзади послышалось лёгкое шорканье. В голове заиграли слова: "Когда - тогда. Страшно? Конец!". Мэя поднялась на ноги и побежала быстрей. А шорканье продолжалось. Кто-то или что-то следовало за ней и ухмылялось.
  На левой стороне коридора была дверь. Мэя жадно вцепилась в ручку и дёрнула. Дверь чуть с петель не слетела. Напротив двери стояла большая двуспальная кровать. Спал в ней один человек - Теомий. Точнее раньше спал. От ужасного скрипа, который издала дверь, он подскочил и сел. Мэя залетела в комнату и заперла за собой дверь. Она налегла на неё спиной и, тяжело дыша, сказала:
 -- Там...там, они. Нет. Там оно!
 -- Кто? Что? Ты? Ты тут что делаешь? - протирая глаза, невнятно спросил Теомий.
 -- Теомий, Там оно! Оно меня убьёт, если поймает!
 -- Что "оно"? Здесь никого нет!
 -- Здесь нет, а там есть!
 -- Мэя, ты что, с ума сошла что ли?
 -- Теомий. Мне приснился сон. Страшный, кошмарный. А когда я проснулась, мне показалось, что в комнате кто-то есть. Я туда не вернусь! Можно с тобой посидеть?
 -- Конечно можно, но... Ну, вообще-то ладно, сиди, - Теомий подвинулся, освобождая место для Мэи, - Расскажи мне. Что это был за сон?
  Мэя не спеша села рядом с Теомием. Она рассказала ему всё. Про красавицу, про сад, про голос, про чудовище, и даже про "дзинь". Теомий сидел напротив неё, подогнув ноги под себя, и внимательно слушал.
 -- ...а когда она падала, то в моей голове появился стих. Такой бессмысленный, а может и наоборот. Слушай.

Когда - тогда

Страшно конец,

Луна украла

Чёрный венец

И кровь покроется землёю

Я теперь буду не с тобою.

Вот она - последний час.

Жизнь моя - буду плакать я.


 -- Да. Странно.
 -- Странно?! Не то слово! С начала всё так складно, а потом...Эти две строчки прямо как не отсюда!
 -- Мэя, ты слишком большое значение придаёшь снам.
 -- Ты прав. Это просто сон. Больше ничего.
 -- Разве? Ты в это веришь?
 -- Я тебя перестала понимать!
 -- Ты думаешь что сон, это просто сон. А что такое сон? Ты знаешь, что такое сон на самом деле? Нет. Может сон это наше воображение, а может...
 -- А может?
 -- ...а может быль, - Теомий поднял брови, приняв убеждающий вид.
 -- Ты заговорил как Анабэль.
 -- Что? - не ловко спросил Теомий, сделав вид, что прослушал реплику Мэи.
 -- Ничего особенного.
  Кровать Теомия стояла рядом с окном. Мэя сложила локти на подоконник и соблазнительно зевнула. Теомий, скользнув по ней взглядом, понял, что большее внимание привлекают её волосы. Огненные. Огненная магия. Он вспомнил о том, что недавно сказала ему Мэя. Она занимается огненной магий, и Теомию хотелось узнать поподробнее об этом. Он опустил глаза и тихо спросил:
 -- Ты говорила, что занимаешься огненной магией. Это правда?
 -- Да.
 -- И многое ли ты умеешь?
 -- Нет, - Мэя поняла, что ему действительно интересно, и решила рассказать подробней, - Я только учусь, и умею немногое. Хочешь, покажу?
 -- Конечно!
  Мэя встала с кровати. Раздалось лёгкое поскрипывание свежей простыни. Она плавно подошла к тумбе, на которой покоилась свеча. Мэя поднесла к фитилю палец. Мышцы её лица слегка напряглись. И свеча вспыхнула ярким пламенем. Мэя обернулась, чтобы увидеть выражение лица её друга.
  Теомий был удивлён, но не больше. Мэя нервно фыркнула, но потом улыбнулась. Она подняла свою левую руку, выставив её на показ, сжала пальцы в кулак, а потом резко открыла ладонь, поднося её ближе к Теомию. Это было удивительно. Ладонь полыхала огнём, как июльский пожар в лесу. Мэя встряхнула рукой, и пламя исчезло. На ладони ожогов не было. Она положила эту руку на плечо Теомию. Рука была невероятно горячей, и он отпрянул в сторону. Смотря огромными глазами на Мэю, он быстро спросил:
 -- И тебе совсем не больно?
 -- Совсем. Ну что, потрясает?
 -- Ещё как.
 -- И это только начало.
 

6.


  На утро Теомий, Мэя и их новая спутница Нелли отправились в путь. Принцесса взяла с собой две лошади. На одной она ехала, а другая везла все её наряды. Мэя держала в руках сферу жизни и без толку ей вертела.
  Погода стояла достаточно тёплая, поэтому они быстро двигались по дороге, ведущей к Сонтане. Мэя с начала решила добраться до этого города, ведь именно там находится Феникс. Она, вероятно, сможет им помочь, если поверит в серьёзность их намерений. Но Мэя свято надеялась на успех и удачу. Которая, пока, от них не отворачивалась.
  Путники ехали по негустому лесу. И всё было бы хорошо, если не считать маленького зелёного орка, прячущегося в кустах. Он долго провожал взглядом Мэю и остальных. Когда те скрылись за деревьями, он коварно ухмыльнулся и стукнул поводьями. Кобыла хрипло заржала и устремилась в путь.
  Он ехал очень быстро по направлению к Красной земле - к тому месту, где жила королева орков. Это была сплошная пустыня с красной, от крови, землёй. На ней ничего не росло кроме засохших деревьев.
  Солнце уже садилось, и стоящей вдалеке замок тоже был покрашен им в красно-оранжевый цвет. Перед воротами замка стояли на своём посту двое стражей. Они взяли поводья коня, и путник проник во двор.
 
  В глубине плохо освещённого зала стоял большой, украшенный золотом, трон. На нем разлеглась женщина двадцати четырёх лет. Она обмахивалась веером, хотя в помещении скорей было холодно, чем жарко. Её белая кожа светилась в полумраке. Губы и волосы были примерно одного цвета - тёмно-синего, почти чёрного. Маленькая хрупкая фигурка была облачена в дорогое платье из синего бархата с чёрным плащом. Её невероятно узкие, как ниточка, брови выделяли чёрно-фиолетовые глаза, которые смотрелись двумя пятнами тёмной краски на белой коже. Эта, демонической красоты, женщина, казалось, должна быть украшением трона. Но она таковым не являлась.
  Королеву орков безукоризненно слушались все её слуги и подданные. И никто не хотел иметь дело лично с ней. Её бесчестие и коварство поражало всех великих правителей мира. Подлость и злость венчалась серебряной короной и была Норой, единоличной правительницей Хилберда, а также сообщницей и партнёром Салая.
  В огромную дверь неуверенно постучали. Нора властно зевнула. Тяжёлая дверь отворилась, и в помещение проник слуга. Нора бросила взгляд на незваного гостя и томно проговорила:
 -- Ну что ещё?
 -- Ничего, Ваше величество...
 -- Тогда по какой причине ты врываешься?
 -- Просто я хотел Вам доложить...
 -- О чём?! Ты же прекрасно знаешь, что я не занимаюсь мелкими военными делами. Этим руководит лорд Шейт. Не беспокой меня по пустякам!
 -- Но, Ваше величество, я лишь хотел вам сообщить о том, что в Сонтану направляются две девушки и один юноша. Похоже, они решили остановить войну...
  Но Нора не дала закончить своему слуге, а залилась истерическим смехом. Потом встала со своего трона и направилась к подсвечнику. Это был довольно большой, примерно в высоту с саму королеву, шест с четырьмя ответвлениями, на которых покоились толстые свечи. Нора поднесла к одной из них лучину, и наблюдала за тем, как та горела. Королева высокомерным тоном продолжила:
 -- Да ты хоть понимаешь, из-за какой мелочи меня побеспокоил? Сколько же было таких, как они? Ну какое мне дело до какой-то троицы сумасшедших? Сома-то я пока в здравом уме! Если они сами не передумают, то их убьют гоблины или эльфы намного раньше, чем те успеют добраться до Сонтаны!
 -- Но ведь с ними принцесса Нелли. И у главной есть одна из сфер!
  Королева Нора на мгновение замерла и закрыла глаза. А потом, не открывая глаз, со всего размаху стукнула по сечам. Жидкий воск брызгами разлетелся. Свечи упали на каменный пол и прокатились до дорогого ковра, замазав его воском.
 -- Что ты раньше молчал?! Я прикажу тебя повесить! - завопила Нора, - С ними принцесса и сфера! Не может быть! - На подсвечнике осталась ещё одна свеча. Нора опять закрыла глаза и смахнула её. А потом абсолютно спокойно проговорила, - Убить их. Убить всех.
  Слуга вышел из комнаты, а за ним, немного подождав, и Нора.
  Она шла по тёмным залам и коридорам своего злого замка. Ступая бесшумно, как призрак, она прошла в самую чёрную и глазную часть правого крыла. Открыв железную дверь, она впустила в коридор синий свет.
  Комната была пуста. Если, конечно, не считать большой сгусток энергии по середине и странную девушку. Волосы её были белые, а кожа синяя. В ушах висели серёжки в виде длинных ракушек, а на шее красовался жемчуг. Платье серого цвета срывало ступни ног. Девушка резко обернулась. Глаза её казались абсолютно прозрачными, как чистая вода. От русалки её отличало только отсутствие рыбьего хвоста, и, пожалуй, синий цвет кожи. Сладким певучим голоском она спросила:
 -- Чего изволите, королева?
 -- Ты знаешь, Силина, что к Сонтане направляются принцесса Нелли и ещё двоё?
 -- Нет, Ваше благородие.
 -- А они направляются. С принцессой! И к тому же у них есть сфера! Они мне все планы расстроят! Покажи мне.
 -- Да, королева Нора... - девушка провела руками над сгустком энергии. И в шаре появилось изображение Мэи, Теомия и Нелли, - они Вам не создают ни какой опасности. Но это пока...
 -- Да, Силина, да...Ты права. Но я приказала их убить. Всех.
 

7.


 
  На второй день пути перед Мэей и её друзьями открылся небольшой, но свободный городок. Путники решили там остановиться. С начала они подыскали себе место для ночлега, а потом, все вместе отправились на рынок. Нелли успела переодеть платье. Теперь на ней было нечто из небесно голубого шифона. На улицах было грязно, по этому подол платья быстро стал серым. В лотках продавали пищу, ткань, украшения из драгоценных металлов, благовония, в общем, всё, что душа не пожелает.
  Но Мэю заинтересовал только один товар на всём рынке, когда принцесса останавливалась, чуть ли не у каждого прилавка. Теомий успел приобрести необходимую еду. А Мэя считала, что ей нужен хороший конь. Девушка остановилась у загона с двумя жеребцами. Один, совершенно белый смирно стоял около забора. А вот второй, он бешено носился по всему загону, вставал на дыбы, дико ржал, в целом давал понять то, что тут он не по своей воле. К Мэе подошёл старый карлик и шёпотом спросил:
 -- Юная леди, Вы хотите купить коня? Так берите белого. Он надёжный.
 -- Что надёжный, это я и сама вижу. А сколько он проскакать сможет?
 -- Ну до Сонтаны точно добежит.
 -- Моя старая кобыла тоже. Мне надо такого коня, который может без остановок бежать очень долго.
 -- Ну тогда возьмите вон ту, - карлик показал на беспокойное животное, - Она и вокруг земли десять раз оббежит, коль дай ей волю.
 -- Но она какая-то дикая, - с сомнением произнесла Мэя. К тому времени к забору подошли Теомий и Нелли,
 -- Верно подмечено, и есть дикая, недавно поймали. Я её вам бесплатно отдам, если сможете оседлать.
  Мэя покосилась на Теомия. Тот, навалившись на деревянную балку, кивнул ей. Мэя обречёно вздохнула, посмотрев ещё раз на кобылу.
 -- Да. Наверно я возьму её, - всё ещё не уверенно произнесла она.
 -- Отлично! - как-то слишком весело воскликнул карлик, - Забирайтесь через забор и она ваша!
  Теомий ухмыльнулся. А принцесса от испуга и удивления открыла рот, но сказать что-либо так и не осмелилась.
  Мэя перелезла через невысокий забор и оказалась посреди загона с грязью на земле. Она даже хлюпала под ногами. Слева от неё спокойно стоял белый конь. Мир как будто замер в ожидании чего-то: было слишком тихо. И вот Мэя услышала дикое ржание кобылы. Похожая на настоящую бурю, она мчалась прямо на девушку. Мэя успела только раскрыть рот. Но кобыла остановилась метрах в пяти от неё. Глаза Мэи и животного на секунду встретились. Девушка испугалась ещё больше. Это были глаза полные злобы и ненависти. Прошло несколько секунд, и кобыла встала на дыбы, а потом опять побежала на Мэю. Но девушка во время отошла в сторону. Кобыла оббежала её кругом и остановилась. Мэя проговорила себе под нос:
 -- Ну-ну. Стой спокойно...
  Она медленным шагом приблизилась к животному. Дыхание, казалось, замерло. Кобыла тряхнула гривой. От этого жеста Мэя вздрогнула. Теомий смотрел на всё это с иронической улыбкой. Мэя, решив, что пора действовать, запрыгнула на спину кобылы и уцепилась в её серую гриву. Лошадь же не сделала ни шагу. Мэя почувствовала какую-то неопределённую легкость. Она сказала достаточно громко:
 -- Это было просто!
 -- Ещё не всё... - тихо, почти у себя в мыслях бурчал Теомий.
  Кобыла навострила уши, как бы услышав это, и стукнула копытом об землю. Грязь брызнула по сторонам. Мэя тяжело задышала. Сейчас она слышала только своё дыхание. И кобыла дёрнулась. Это было слабое безвольное движение. Но за первым последовало второе. Лошадь встала на дыбы и торжественно заржала, подняв с собой и Мэю. Та завизжала. Кобыла тряхнула спиной в бок и Мэя слетела, ударившись головой об забор. Её одежда и лицо были забрызганы грязью.
  Нелли с удивлением покосилась на Теомия, требуя от него своим взглядом каких-либо действий. Но он только насмешливо сказал:
 -- Они друг друга стоят.
  Нелли нахмурила брови. И продолжила наблюдение за диким животным, и теперь ещё более дикой Мэей. Девушка встала на ноги и смахнула с лица грязь. Она была зла. Ужасно зла. И просто горела огнём. Решительным шагом она подошла к кобыле и резко схватила её за гриву. Смотря ей в глаза, Мэя сказала твёрдым тоном:
 -- Успокойся!
 
  И кобыла успокоилась. Мэя дала ей имя Роустори. На следующее утро они отравились в путь. Дальше к Сонтане. Теомий ехал впереди, за ним Мэя и Нелли. А потом ещё одна лошадь с одеждой принцессы.
  Это утро было безмолвным. Ну, почти...Мэя и Теомий перебрасывались редкими фразами. А Нелли сидела, уткнувшись в какой-то свиток. Мэя грустно вздохнула. Её своим ржанием поддержала серая, как дым, Роустори. Теомий мягко сказал:
 -- Скоро на нашем пути будет Великая Пустыня и ... - но его прервала читающая что-то принцесса.
 -- Да ты что?
 -- Слушай! - злобно крикнул юноша, разворачивая своего коня к Нелли, - Я вовсе не с тобой разговариваю! Молчала бы лучше, раз ума нет!
 -- Это у меня-то ума нет?! Кто бы говорил!
 -- Пустыня говоришь? - сказала Мэя, - у нас есть необходимые запасы?
 -- Да. Конечно есть. Я всё предусмотрел.
 -- Ох, какой ты предусмотрительный, - ехидно прошёптала Нелли. Но Теомий прекрасно слышал её шёпот.
 -- Прекрати меня подковыривать! - прокричал он.
 -- А я вообще люблю всех подковыривать.
 -- Успокойтесь оба! - грозно рявкнула Мэя.
  Следующие несколько минут путешествия были вполне спокойными и тихими. Теомий, насупившись, что-то бурчал себе под нос. Нелли продолжила изучение своего свитка с гордым и самодовольным видом. А Мэя, она украдкой следила за ними. В большей степени за Теомием.
  Он за ней тоже наблюдал. И наблюдал всегда, с момента их встречи, пытаясь уловить лёгкие порывы ветра-настроения Мэи. Но ему это удавалось с трудом. Порой Теомию казалось, что он замечательно знает и понимает Мэю. Но со временем осознавал, что это не так. А вот она его действительно знала. Ведь умела читать мысли. Например, сейчас Теомий думает о том, как его раздражает Нелли, и что ему с ней делать.
  А с мыслями принцессы было сложней. С начала Мэя просто не могла пролезть в голову Нелли, но через два часа тренировки получилось. Это было всего лишь пол беды. Остальное заключалось в том, что мысли принцессы, представлялись не в виде голосов, а в виде образов. Точнее в виде цветов. Но потом Мэя поняла, что это своеобразная кодировка и за три дня научилась распознавать её настроение по цветам. Когда у Нелли плохое настроение, то в голове у неё синий или темно-фиолетовый цвет. Когда настроение приподнятое - то золотистый, оранжевый или красный. Когда меланхоличное - то голубой или цвет морской волны.
  Но настроение Нелли и без умения читать мысли можно определить. По цвету её платья. Платьев у принцессы было как в воды море и меняла она их по насколько раз на дню.
  И только совсем не давно Мэя научилась слышать её мысли. Среди этих цветов звучал тихий, высокий голос, который можно было запросто перепутать с шумом падающей капли или с жужжанием мухи. На самом деле этот голос был всегда, только надо было научится его слышать.
  Мэя склонила голову на бок, она здорово устала за это утро.
 -- Расскажи мне о своём прошлом, - робко попросил её Теомий. Мэя нехотя подняла свою голову и пробормотала.
 -- Ты первый.
 -- Мне особо-то и нечего рассказывать. Жил я на самом юге Лунариуса, около океана. Но однажды началась война, и мои родители погибли, сражаясь с орками. Осталась только старая тётка Лилия, которая ждёт меня. Вот и всё.
 -- Ну, у меня ещё меньше. Своё детство я не помню. В пять лет я оказалась у карликов. Они меня в лесу нашли. Теомий, помнишь, ты говорил, что у тебя свои цели, и ты должен их достичь?
 -- Помню.
 -- Так что это за цели, если не секрет?
 -- Не секрет. Я хочу разбогатеть и стать известным, ещё мне нужен лунный жезл.
 -- Ха, - ухмыльнулась Мэя, - богатство и слава - это ещё понятно: все люди хотят этого. Но зачем тебе лунный жезл и зачем ты пошёл со мной?
  (хотя я это прекрасно знаю, но хотелось бы услышать от тебя).
 -- Если я найду лунный жезл то, как не крути, окажусь в истории, а ты сможешь мне в этом помочь. Ведь я тебе помогаю!?
 -- Да...
  Они опять замолчали. До пустыни оставалось совсем не долго, к вечеру они уже должны быть там. В душе Мэи поселилась непонятная тревога, которой раньше не было никогда. Она чувствовала, что что-то должно случиться, но не знала что именно. И это "что-то" не очень хорошее.
 

8.


  В глубинах мрачного тронного зала беспокойно бродила Нора, королева орков. У неё был задумчивый вид. Изредка она останавливалась и прислонялась к колоннам. Но потом продолжала блуждать.
  Скрипнула дверь и в комнату прошла Силина. Нора поспешно села на трон. Силина встала за ней, и что-то шепнула на ухо своей королеве. Нора нахмурилась. В дверь постучали, и королева громко произнесла:
 -- Входите.
  Ответа не последовало, и через пару секунд в комнату проникли две тёмные фигуры. Одна из них была низкого роста, сгорбленная и от неё разило давно не мытым телом. Вторая же напротив была стройна, довольно высокая. Первым был лорд Шейт, вторым Кир, полководец в армии Салая. Но поскольку сам Салай почти не участвовал в разработке стратегий, да и в тактике тоже, он отправил своего лучшего полководца - эльфа тьмы к Норе. Киру было двадцать три года, карие глаза и волосы такого же цвета. Правда, кожа у него, в отличие от остальных эльфов тьмы, не была зелёной. Даже не имела зелёного отблеска.
  Нора презрительно посмотрела на вошедших и скучным тоном заметила:
 -- Вы, уважаемые господа, наверно уже знаете о том, что в Сонтану направляются две девушки и юноша. Одна из девушек принцесса Лунариуса. И у этой троицы есть сфера жизни! - постепенно её голос набирал силу и агрессивную окраску. Последние же предложение Нора просто выкрикнула, скаля зубы. От этого крика даже Силине где-то в глубине души стало не по себе.
 -- Но они не представляют вам никакой опасности! - пробурчал съеженный лорд Шейт.
 -- Да, но это пока! Тем более мне нужна эта сфера! Шейт отправь самый свой маленький отряд. Пусть они всех их убьют. И принцессу тоже. А сферу мне принеси. И не трогай её! Ясно?
 -- Да, госпожа.
 -- Может не стоит убивать принцессу, - Кир был один из немногих, кто осмеливался возразить королеве орков.
 -- Молчи. Как я сказала, так и будет. А то я знаю перспективу этой ситуации - принцесса позовёт себе на помощь принца эльфов тьмы, и пропало наше дело. А ты, полководец Кир, поедешь со мной к Салаю.
 -- И зачем это, моя королева? - с ехидной улыбкой спросил Кир.
 -- А будишь мне перечить, твоя голова долго будет украшать стены моего замка.
  Кир замолчал и тихо вышел вместе с лордом Шейтом. Он знал, что она не шутит. Её бы ничто не остановило, кроме покорности. Поэтому он и покорился. Ведь Кир ещё жил надежной встретится с Феникс. С той девушкой, которая вот уже год мужественно держит оборону Лунариуса. Ей даже удалось освободить Сонтану. А она ревнует к Феникс. Пусть это было давно, но было. И по этой причине уже целый год таскает везде за собой Кира. И вот теперь опять. Ехать с ней к какому-то там Салаю (ну ни какому-то, а к его королю). Но он всё равно надеялся. И не зря.
  Когда Кир и Шейт ушли, Силина наклонилась к трону и тихо спросила:
 -- Зачем нам ехать к этому старому дураку?
 -- Надо посадить под замок его старшего сынка. А то ещё Эйла мне не хватало!
  Через пару часов вещи были упакованы в массивные сумки, а Нора, Силина и Кир сидели в роскошной повозке, запряженной шестью чёрными лошадьми. Орк ударил кнутом по спинам дорогих жеребцов. Бешено заржав, те бросились в путь.
 

9.


  Вечерело. Солнце, выписав на небе очередную дугу, заходило за почти голые холмы. За этими холмами лежала Великая Пустыня - кладбище многих путников.
  Лошади щипали жухлую траву где-то не далеко от костра. Около небольшого камня на шубе из белого писца дремала Нелли. Её диадема лежала радом. По другую сторону от костра сидели Мэя и Теомий, шумно беседуя. Вдруг Теомий поднёс палец к губам, давая знак того, что надо помолчать. Мэя закрыла рот. От этой тишины принцесса подняла голову и сонно пробурчала:
 -- В чём дело? Что-то не ладно?
 -- Тсс-с-с! - зашипел Теомий.
  В лесу что-то зашуршало. Теомий вскочил на ноги и быстро вынул свой меч из ножен. Мэя последовала его примеру. Принцесса тоже поднялась и надела свою диадему. Последующие три минуты они смотрели в чащу леса, не отрывая глаз. Из глубин зелени с пронзительным криком вырвалась птица. Мэя вскрикнула от неожиданности. В лесу, уже намного ближе, чем раньше, что-то заелозило. Теомий и Мэя задержали дыхание. Из леса с жуткими криками выбежало им на встречу орков пять. Теомий с одного размаха снёс голову первому. Нелли прыгнула за камень. А Мэя остолбенела. Меч выскользнул у неё из рук. Орки уже подбежали к ней вплотную, а девушка даже пальцам не шевельнула. Перед ней вырос Теомий, воткнув свой меч в грудь первого и отрубив голову второму. У Мэи потемнело в глазах, заложило уши, и она упала без чувств на землю.
  Очнулась она, когда на небе горели яркие звёзды. Над Мэей наклонившись, сидела Нелли. Она позвала Теомия и радостно воскликнула:
 -- Наконец-то ты очнулась! А ведь мы за тебя волновались!
 -- Что произошло? Я ничего не помню...
 -- Оно и ясно. Ты потеряла сознание в самый ответственный момент! - с улыбкой заметил Теомий, садясь рядом. Мэя только ухмыльнулась в ответ.
 -- Если бы ни я, тебя могли убить, - с тщеславием продолжил он. Нелли бросила на юношу грозный взгляд, и тот сразу умолк.
 -- Да. Да я знаю, Теомий. Спасибо.
  Он только усмехнулся. Мэя поднялась на ноги и осмотрела всё вокруг.
  На жёлтоватой траве лежали пять окровавленных трупов. У двоих из них были отрублены головы. В воздухе витал солёный аромат. И тишина. Мэя почувствовала, как ком встаёт в горле. Голова опять закружилась, и её стошнило. Нелли грустно вглядывалась в спину девушки. Её размышления прервал голос Теомия:
 -- Да, хорош из неё воин.
 -- Я её понимаю...
 -- Даже тебя не стошнило. А ты ведь принцесса.
 -- И что из этого? - Нелли повернулась и посмотрела Теомию прямо в глаза. От этого взгляда внутри у него что-то вздрогнуло: взгляд был недоброжелателен, а слова звучали слишком звонко и нервно. Теомий отвернул голову.
 -- Ничего.
 
  Всю ночь Мэя спала как убитая. И даже кошмары её не мучили. На утро друзья продолжили своё путешествие, и меньше чем через час на их пути выросла огромная пустыня. В небе ветер кружил мелкий, горячий песок. На горизонте были видны только бескрайние барханы. Может примерно месяц назад здесь проходил отряд Норы или скитались кочевники. Может даже неделю назад в этих местах прокладывал свой путь караван торговцев. Но сейчас их следы занесены песком и разровнены ветром. Перед глазами лежала бескрайняя пустыня, полная смертельной опасности, и сравнимая только с океаном на юге Лунариуса.
  Мэя спрыгнула с Роустори, которая, похоже, нервничала. Теомий сделал то же самое. Нелли оставалась сидеть верхом. Сегодня на ней было надето золотое платье, также выглядело всё вокруг них на многие километры. Теомий мрачно сказал:
 -- Вот мы и приехали, - голос его был низким.
  Теомий взял своего коня за поводья и силком стащил с бархана. Мэя попыталась сделать то же, но Роустори упрямилась. Принцесса в это время успела свести вниз обеих своих лошадей. Мэя прикрикнула на серую кобылу: "Ну, давай же, упрямая". После этого она всё же слезла.
  Теомий точно знал дорогу, по которой им надо идти. После двух часов пути все были вымотаны. Стояла невыносимая жара, всё время хотелось пить, пришлось идти пешком, так как лошади бы не выдержали. И ещё этот песок! Он был повсюду. Забивался в глаза, в рот, под одежду. Ещё через два часа путники скорей ползли, чем шли. Принцесса скатилась с бархана и больше не встала. Теомий положил её на своего коня. Мэя шла, потупив взгляд. Волосы облепили её лицо. С носа и подбородка капал пот. Больше она не могла. Эта жара! Она просто выбивала из колеи. И вот Мэя споткнулась об камень. Наверное, это был единственный камень во всей пустыни, но она как-то умудрилась споткнуться об него. Девушка без сил упала на колени. Волосы невыносимым грузом тащили её голову на раскалённый песок. Она подняла взгляд. На безупречно голубом небе стоял огромный светящийся диск солнца. Мэе даже показалось, что за четыре часа он ничуть не сдвинулся - всё так же высоко. Она застонала:
 -- Теомий, я больше не могу. Я больше не могу идти.
 -- Ничего. Вставай. Всё ты можешь, - он подошёл к ней и ласково потянул за руку.
 -- Нет. Ты ошибаешься. Я больше не могу. Мне жарко. Страшно жарко...
 -- Сними своё ожерелье.
 -- Да...- Мэя резко сдернула ожерелье из накалившихся монет. Но особого облегчения она не почувствовала, - Это была ошибка. Моя огромная ошибка. Я затеяла какую-то глупость. Какой из меня воин? Никакой! И из-за моей ошибки умру и я, и ещё ты с принцессой Лунариуса!
 -- Да что ты такое говоришь? Мы не умрём. Я просто понесу тебя.
  На этих словах с грохотом свалилась на землю лошадь Нелли, будто выжидала этого момента. Теомий обречёно посмотрел на кобылу. Она не подавала никаких признаков жизни. Собственно, как и Нелли. Та свисала со спины коня Теомия, тоже собиравшегося упасть. Юноша перевёл взгляд на Мэю, которая уже лежала у него на коленях. Теомий тяжело вздохнул, обнял её и сказал, наверно самому себе:
 -- Ничего страшного. Мы выберемся.
 

10.


  Недёлю спустя Нора со своими подручными уже была в Лире - столице Теруса. Белоглавые купола возвышались над городом, это были башни замка Салая. У позолоченных ворот её встретили достаточно радушно, хотя совсем не были рады прибытию злобной королевы орков.
  В пурпурных коридорных лабиринтах, освещённых тысячами свечей, Нора прекрасно ориентировалась. Она шла как всегда властной походкой, казалось, что под её ногами треснет пол - с такой жестокостью она стучала каблуками. За шлейфом её бордового платья нехотя плелись Силина и Кир. У затворённых дверей тронного зала их встретил дворецкий. Но Нора, не заметив его присутствия, просто прошла внутрь. Дворецкий громко крикнул:
 -- Моя королева! Но вам нельзя туда...
  Нора не позволила дерзкому дворецкому договорить, она метнула на него такой взгляд, что у того волосы дыбом встали. У бедняги пропало желания договорить то, что он начал.
  Двери стукнулись о стены. На троне испуганно подпрыгнул низкорослый старик. На его затуманенные годами глаза сползла тяжёлая корона из золота и драгоценных камней.
  В зале было четыре огромных окна, но Салай был на столько стар, что ему всё равно казалось, будто здесь темно. Немощный король не успел и рта открыть, как перед ним выросла тёмная фигура с белым лицом. Рядом с фигурой Норы появилась Силина. Салаю всегда не нравилась эта девушка - уж слишком странная она была, эти белые волосы и синяя кожа и её глаза, кажется, что она всё про тебя знает. И как только Нора, по своей сути достаточно разумная женщина, может держать её при себе?
  Нора быстро окинула взглядом светлую комнату и закричала:
 -- Ты, ваше величество, никак не можешь научиться закрывать окна в моём присутствии.
 -- Не знал, что ты приедешь.
 -- Конечно не знал! Ты вообще ничего не знаешь, что твориться вокруг тебя!
 -- Ты мне расскажешь, я в этом уверен, раз уж приехала, - голос короля был хриплым и слабым, как человека перед смертью, тем более ему не очень-то хотелось слушать о том, что его по истине не волнует.
 -- Разумеется, расскажу...Силина, Кир выйдите, - они поспешно удалились, не желая разгневать свою королеву, - Открой глаза, Салай, и оглядись вокруг! - Нора приблизилась к нему и сняла корону, закрывающую глаза.
 -- А что происходит?
 -- Ты не знаешь?! В Сонтану направляются две девушки и юноша, одна из них принцесса Лунариуса. Ещё у них есть сфера жизни!
 -- И что же нам делать?
 -- Сперва посади своего старшего сына под замок!
 -- Но я не могу! - Салай был ужасно озадачен, а Нора напугана.
 -- Как?
 -- Он уехал неделю назад!
 

11.


  В пустыне солнце наконец-то заходило. Всё вокруг налилось красным цветом. Раньше Мэе очень нравился этот цвет, но не сейчас. Здесь он напоминал о смерти. В воздухе уже не чувствовалось той невероятной духоты, которая была днём. Но их положение от этого не поправилось - по-прежнему ужасно хотелось пить, песок, казалось, облепил лёгкие, и жара ещё не спала. За три часа они прошли всего километра три четыре. Вот и сейчас вместо того чтобы идти дальше, Мэя лежала без сил на плаще Теомия, сам он точил свой меч, а Нелли так и не открывала глаз. Роустори стояла радом с конём Теомия, печально склонив голову. Мэя что-то бормотала своему другу, но он её не слушал. Монолог был на одну тему: какая она плохая, и все они умрут. Теомий только изредка кивал головой:
 -- ...ну и теперь вместо того чтобы идти вперёд, мы сидим тут и чего-то ждём.
 -- Мэя. Скоро ночь. А ночью солнца нет. Я же ориентируюсь по нему.
 -- А по звёздам ты не умеешь?
 -- Нет. Тем более все устали и хотят спать, - Теомий заметил, что взгляд Мэи прикован к тени, виднеющейся на горизонте.
 -- Что это?
  Тень постепенно начала вырастать, и со временем, приобрела явные размеры. С огромной скоростью она мчалась по песчаным барханам, грозно размахивая крыльями. Под ней образовывались небольшие завихрения, которые раздували по сторонам мерзкий песок. Мэя и Теомий не могли оторвать взгляд от тени. У обоих открылись рты.
  Тень издала громкий рёв. Теомий, наконец, позволил себе поднять глаза. Но хозяин тени пугал больше, чем она сама. По алому небу летел, подобно стреле, красный дракон. Даже с такого расстояния можно было разглядеть его жёлтые кошачьи глаза с чёрной нитью вместо зрачка. Пасть ящера открылась снова, обнажив белые и острые, как миллионы кинжалов, зубы. Из зияющей пасти опять вырвался рёв. Это наконец-то разбудило принцессу. Она сонно посмотрела в небо, а затем радостно улыбнулась. Красный дракон летел прямо к ним. Достигнув своей цели, он приземлился радом с ошеломленными Теомием и Мэей. Он быстро захлопал своими крыльями, раздувая песок. Дракон сложил их и опустился на лапы.
  Только теперь на его спине можно было разглядеть молодого человека, держащегося за поводья. Вдруг Нелли вскочила с места и побежала с распростёртыми руками к дракону. Молодой человек спрыгнул с животного и тоже побежал на встречу к принцессе. Через пару секунд она уже висела у него на шее. После минутных объятий и поцелуев, Нелли и юноша двинулись в сторону к удивлённой парочке. Вывод, что этот молодой человек вовсе не человек, можно было сделать только теперь. Он, скорей всего, был эльфом тьмы. Его зелёная кожа прям светилась на фоне кровавого неба и белой кожи принцессы. У юноши были волосы ниже плеч серого цвета с зелёным отливом. Он был примерно на две головы выше Нелли, что, похоже, их совсем не смущало.
  Дракон уже успел уютно устроиться на писке - лёг и спрятал голову под перепончатые крылья. Теомий обрадовался тому, что больше не видит его ужасающих глаз. Хотя ему до сих пор казалось, что дракон каким-то непонятным образом умудряется его видеть. Просто Теомий с детства не любил подобных существ. Опомнившись от своих страхов, он посмотрел на Нелли и юношу, уже стоявших около него и Мэи. Вообще-то его поражала живость принцессы в данный момент, ведь она почти весть день пробыла то ли в бессознательном состоянии, то ли в сонном. Эльф тьмы протянул руку Мэе. Девушка взглянула в его глаза - такой зелени Мэя ещё не встречала. Нелли радостно улыбнулась и тихо сказала:
 -- Это мой жених, Эйл, - Мэя тоже улыбнулась ей в ответ.
 -- Да...ну, а это что такое?! - Теомий был очень озадачен, и разозлён появлением дракона. Он скорчил такую гримасу, что можно было подумать, будто в его замке поселилась целая масса троллей.
 -- Это мой дракон Рейнбоу.
  Первый раз за всё их знакомство принцесса не стала отвечать грубостью на грубость. Она просто закрыла глаза и мило улыбнулась. После ещё одного поцелуя с Эйлом, она отправилась обнимать дракона. Ящер поднял голову и поднёс её к Нелли. Принцесса положила руку на его чешуйчатую кожу.
  Теомий и Мэя так и не встали с песка, а солнце совсем уже зашло. Сегодня у Мэи появилась вторая сфера - воды. Сделанная из синего камня, на котором было изображена волна. Эйл сразу её отдал после того, как убедился в серьёзности их намерений. Удивительно было то, как он подоспел в нужное время. Оказалось, что придворный колдун увидел страшную картину в своём хрустальном шаре - три человеческих скелета и четыре лошадиных лежат в пустыне. Эйл почувствовал то, что с Нелли не всё в порядке. После ещё одного сеанса у колдуна, он понял, что один из этих скелетов и есть Нелли. По этому он взял её дракона, необходимую провизию и отправился в Великую Пустыню.
  Сейчас они все сидели около костра и рассказывали принцу Теруса, что с ними произошло. Но говорил в основном Теомий. Они вообще с Эйлом сошлись отлично, ну а Мэя была немного огорчена - ждала сферу огня, а не воды. Но она осталась в Лире, и по этому добыть её было бы очень трудно.
  Для начала юноши приняли решение выбраться из пустыни. К соглашениям они приходили моментально. Разницы в их возрасте практически не было - принцу было двадцать лет. Нелли и Мэя сидели чуть подальше от остальных. Собственно они даже и не разговаривали. Просто принцесса опять спала на своей белой шубе, а Мэя разглядывала её драгоценности. Особенно ей понравилась диадема Нелли, со вставленным в неё камнем. Камень отливал всеми цветами радуги, хотя в большинстве голубым.
  Когда луна встала на место солнца, все легли спать, затушив огонь.
 
  Под её ногами была дорога, вымощенная камнями. И вокруг старые деревья. Мэя подняла голову - опять тучи. Опустила взгляд. Между плитами потекли тоненькие струйки густоватой жидкости, стремясь к её ногам. Через несколько секунд она поняла, что это было. Кровь. Именно кровь. А в крови что-то белое и круглое, скорей всего жемчужины.
  Девушка отпрыгнула в сторону. Но над ней нависла огромная лапа того чудища. Делать было нечего - в мыслях всплыл образ красавицы, пока ещё не мёртвой. Но надо было спешить. Не обращая внимания на чудище, Мэя побежала к стене, совершенно не зная дороги при этом.
  Наконец, она наткнулась на ту самую стену с единорогами. А на верху уже стояла красавица с золотыми волосами. Рядом с ней было и чудовище. Точнее перед ней. Мэя вытащила из ножен свой меч и с размаху запустила его в тварь. Ей и самой было непонятно, как он мог так высоко взлететь, может потому, что это был сон. Но меч попал не по назначению, а прямо в живот женщины. У Мэи появилось такое чувство, будто этот меч пронзил ей сердце. Ведь сейчас именно она убила красавицу.
  Женщина в серебряном платье, испачканном кровью, посмотрела на свои красные руки, и без сознания соскользнула вниз. Мэя схватилась за голову. Но потом опомнилась и подхватила летящую принцессу. Хотя было поздно. Корона из жемчуга упала вниз. Руки Мэи тоже испачкались в крови. А корона, стукнувшись об плиты, издала звук - дзинь. Девушка задрожала, всматриваясь в открытые глаза красавицы. В серебряные глаза, словно её платье.
  Опять кошмар! Проснувшись посреди пустыни около потухшего костра в холодном поту, она начала судорожно глотать воздух. После нескольких минут такой процедуры, девушка немного успокоилась, ощутив на себе некий груз. Этим грузом являлась рука Теомия, расположившаяся на её животе. Неаккуратно скинув руку, Мэя стала прислушиваться.
  Гул стоял невыносимый! Храпели, пошмыгивали, посвистывали, ворочались абсолютно все! Даже огромный дракон. Неудивительно, что в такой атмосфере снятся кошмары!
  Воздух был слегка прохладный, но песок остыть не успел. Мэя осмотрела окрестности. На горизонте виднелись сине-серые барханы. И совсем не было ветра. Ещё раз посмотрев в даль, она легла спать. Точнее притворяться, что спит.
  После двух часов притворства, Мэе надоело лежать и слушать храп Теомия. Она встала и побрела к своей кобыле. Та стояла, грустно опустив голову. Мэя потрепала её за гриву. Роустори подняла свои чёрные глаза. Закинув голову в небо, девушка проговорила:
 -- Как я хочу спать! - слова адресовались не менее печальной лошади.
 -- Но я не могу спать! Всякая гадость в голову лезет! - на последнем слове Мэя взвизгнула как поросёнок, - А я так устала. Чего же ты не спишь? Тоже кошмары? Не повезло тебе.
 -- Прекрати разговаривать с лошадью и иди спать! - послышался голос Теомия. Эта фраза как будто молотком стукнула Мэю по ушам.
  Совершенно не знав, что всё-таки на это ответить, и чувствуя себя полной дурой, девушка побрела к виновнику её смущения. Сев рядом с ним, Мэя уставилась на свои колени. Там ничего нового она не нашла. Теомий посмотрел на неё исподлобья и тихо произнёс:
 -- Ты чего-то боишься?
 -- Ну, разве что жемчужной короны... - у Теомия лицо превратилось в удивлённую гримасу.
 -- Короны?!?
 -- Не бери в голову - это просто сон!
 -- А, понятно. Кошмар? Ну не смеши меня! Вроде бы мы с тобой уже говорили о снах!
 -- Да. И тогда ты сказал, что сны часто бывают похожими на реальность!
 -- Если твой сон похож на реальность, это совсем не значит, что он - реальность!
 -- Но...
 -- Давай закроем эту тему, и ляжем спать. Тем более я ни разу не слышал, чтобы кошмары снились по два раза за ночь!
  Действительно, кошмаров ей в эту ночь больше не снилось.
  На утро, собравшись, они перешли через пустыню за пять часов. Но принцессе больше не становилось плохо - она летела на своём драконе вместе с Эйлом. Воды у них было много, и вторую часть путешествия через Великую Пустыню можно было считать удачным.
  Добравшись до леса, они разбили лагерь на самой большой поляне, которую только смогли найти - для дракона. На охоту никто не пошёл так, как еды было предостаточно. Этот день путники решили посветить восстановлению сил. Ведь они добились не малых успехов.
 

12.


  Как же злилась Нора в своих апартаментах! Свечи, подушки, простыни, расчёски летали из стороны в сторону! Она часто злилась, ни дня без этого не обходилось, но сегодня королева была просто разъярена. Принц уехал, сфера воды пропала, сфера огня спрятана в замке и не один колдун не может её найти! И ещё то поражение! Этих путников не убили, а наоборот, юноша всех перерезал! Норе не оставалось ничего, кроме того, как злиться!
  Дверь распахнулась и в комнату просочилась Силина. Она странно улыбалась. Хотя картина действительно была смешная: на тёмно-синие волосы королевы оков спускались белые перья от растерзанных подушек, а вокруг полный беспорядок. Силина подошла к своей королеве и ласково произнесла:
 -- Вам нельзя так нервничать, Нора. Это вредно. Нет безвыходных ситуаций. Пошлите новый отряд на них, только чуть больше.
 -- Да... Я так и сделаю. Распорядись, чтобы ко мне позвали Кира.
 -- Нет необходимости, ваше величество. Я уже всё устроила!
 -- Такое ощущение, будто ты знаешь, что я хочу!
  Ну, разумеется, Силина не знала, чего хочет Нора. Зато это прекрасно знал её кристалл. И также он знал, что и в этот раз отряд потерпит поражение. Но ведь кристаллы тоже ошибаются! По этому надо было попытаться.
  В дверь постучали. Нора приказала войти. В комнату прошёл эльф тьмы и торжественно объявил о том, что её превосходительство королеву Нору хочет видеть его величество король Салай. Хоть Норе и не очень хотелось общаться со старым маразматиком, но всё же он король этой страны!
  Нехотя двинувшись с места, она прогнала слугу и попросила Силину подождать её здесь. Медленно плывя по коридорам, королева почуяла неприятности. У Норы было идеальное чутьё на них. В ярко освещенном зале, но не тронном, в мягком кресле, расположился старик. Его корона опять спадала на глаза. Но Нору он отчётливо разглядел. Старик устало заметил:
 -- А ты, как я вижу, сегодня без короны?
 -- Ну хоть это ты видишь!
 -- А зря не носишь! Носила бы пока молодая, а то в старости она тебе глаза-то и закроет. Скатится на лоб! - Салай продолжал, не услышав реплики Норы, - Я тебя чего позвал-то. Так вот. Сегодня вечером я устраиваю сбор лордов и полководцев наших стран! Так что мы тебя ждём! И надень, пожалуйста, корону...
 -- Из-за этого ты меня позвал?!
 -- Нет... - у старика вырвался из гортани нечеловеческий смешок, - У меня для тебя нехорошая новость. И Грифин тоже уехал куда-то...
  У Норы случился шок от услышанного. Но она поспешила в свою комнату - надо было готовиться к приёму. Хотя новость всё ещё звучала в её голове дряблым голосом старика. И второй сын короля Теруса сбежал. Дело начинало нехорошо пахнуть.
  Но мысли прервались после того, как Нора очутилась в своей комнате. Там было так чисто! Так прибрано! Что аж всё сияло. Силина восседала на мягкой тумбе около стола с зеркалом. Нора радостно улыбнулась. Теперь она думала только о приёме и своей короне.
  Вечером, одевшись в длинное тёмно-синее платье и всё-таки надев свою серебряную корону, Нора спустилась по лестнице в гостиную. В конце бардового зала, освещённого всего несколькими свечами, собрались все мыслимые и не мыслимые лорды и полководцы Хилберда и Теруса. Нора медленно пошла к ним, но остановилась около огромной картины, расположенной в самой тёмной части зала. Будто о ней хотели забыть. Нора поняла, что они действительно этого хотели, после того, как увидела, что на ней изображено.
  С середины картины серебряными глазами на неё смотрела королева Ио в своей жемчужной короне. А по бокам её стояли Нора в серебряной короне и Салай в золотой. Эта картина символ тех давних времён, когда все государства северной части мира жили в содружестве. Нора подумала, почему бы ни выкинуть эту гадость? Ведь такому больше никогда не быть.
  Отбросив свои мысли на задний план, королева орков продолжила свой путь. Дойдя до трибуны, она опустилась на стул радом с троном Салая. Старик сдвинул корону на бок, что бы она ни загораживала обозрение, и поднялся к столу. На него не особо обратили внимание. Рта бедняга не успел открыть, как какой-то разодетый лорд спросил:
 -- Зачем нас тут собрали? Нам ведь надо дальше делать свою работу, - сказано это было достаточно миловидным голосом, поэтому за оскорбление не сходило.
 -- Так собрание посвящено именно вашей работе. Точнее ее отсутствию. У нас из-под носа увели сферу жизни и принцессу Лунариуса. Почему вы за этим не уследили? - в это время к трибуне подошла Нора и отодвинула старика.
 -- Мы здесь, я полагаю, собрались не для того чтобы кого-то обвинять. А для того, чтобы разработать правильную тактику действий. По этому я предлагаю перейти к делу. По всей видимости, эти "герои" хотят что-то изменить в нынешнем положении дел. Нам это совсем не выгодно. И если мы им не помешаем, всё может кончится довольно плачевно для нас. Но надо помнить то, что их очень мало. С нашей армией им не справиться. Но вот если они присоединяться к Феникс, это будет совсем плохо. Если в её армии будет сама принцесса, неведомое нам число эльфов и людей пойдут за ней. Хотя сейчас, это просто кучка полных идиотов...у кого-нибудь есть предложения?
 

13.


  Что-то посреди дня, на редкость спокойного, Мэе захотелось прогуляться. Она взяла с собой меч для осторожности и начала медленно углубляться в лесные чащи. Ничего нового для себя среди них девушка не обнаружила. Но прогулку не прерывала. В голову всякие мысли шли. Обо всём.
  Вскоре она поняла то, что думать ей надоело. Как раз в это время в кустах что-то нехорошо шелохнулось. Мэя попыталась вглядеться в зелень, но ничего не заметила. Пришлось сунуть голову в эти кусты. Вскоре она стояла на маленькой полянке, огороженной растительным забором. Причём стояла не одна. Радом, вытянувшись во весь рост, красовался молодой эльф тьмы с длинными пепельными волосами, забранными в хвост. Мэя не стала думать над тем, кто он и что тут делает, а просто выхватила меч из ножен и кинулась на юношу. Ровная фигура того даже не вздрогнула. Эльф только вытянул левую руку, ладонью вверх. Меч Мэи ничего не касался, но резко остановился на полпути. По рукам девушки растеклась волна сильнейшего удара. Такого, что меч выпал из её рук, а сама Мэя отлетела в сторону.
  Она большими глазами посмотрела на человека в синем костюме. Он громко засмеялся. Мэя испугано повторила попытку, но силу всё же сбавила. Меч опять стукнулся об невидимое поле. Юноша гордо ухмыльнулся, а девушка опять лежала на траве. Он нагнулся и протянул руку. Мэя, достаточно испугавшись, закричала с такой силой, с какой могла. Вскоре на столь тесной полянке оказался и третей человек. Это был Теомий.
  Он двумя руками держал свой меч. Человек, стоящий на коленях перед Мэей, поднял свои голубые глаза на блестящую сталь клинка. Картина была просто чудная, но долго думать не пришлось:
 -- Я ничего плохого не хотел! - сказал юноша, дёрнув головой в сторону.
 -- Смотря, что ты имеешь в виду под словом "плохое"! - скалясь, отрезал Теомий. Он подал руку Мэе, преждевременно освободив её от меча, - Вставай! - слова адресовались девушке, но подчинились им оба.
 -- Нет, я, в правду, не хотел никого пугать! Просто она сразу на меня с мечом набросилась. И чего, ты думаешь, оставалось мне делать?! Я даже силы-то не применил! - у этого эльфа был достаточно убедительный голос, но, в то же время и напуганный.
 -- Это правда. Просто я сама испугалась, - Мэя обхватила руку Теомия. - Опусти меч.
 -- Кто ты такой? - всё также злобно продолжил юноша.
 -- Я брат Эйла. Его младший брат, принц Теруса. Меня зовут Грифин. Слышали, наверно.
 -- Слышали, конечно! Ты уж прости, что я так сразу... Меня зовут Мэя, - протянула руку девушка, - А это Теомий. Пойдём, мы тебя отведём к Эйлу.
  Наконец, все втроём покинули эту тесную полянку. Впереди пошли Теомий и Мэя. Сзади них медленно брёл Грифин. Неожиданно Мэя поняла то, что Теомий слишком вовремя оказался рядом с ней. Может, не просто оказался? Шёл следом за ней? Следил?! Именно так. Иначе быть не может, ведь лес слишком большой и если даже предположить, что это случайность - слишком удачно. А удачи, как таковой не существует. Этот вопрос сильно заинтриговал Мэю, по этому она тихо сказала юноше на ухо:
 -- Ты следил за мной?
 -- С чего ты взяла эту чушь? - удивлённо пробормотал Теомий.
 -- С того, что это правда. Ведь так? Ты не мог оказаться на этой поляне именно в тот момент, в который нужно было.
 -- Я услышал твой крик и...
 -- И если это было бы так, тебе понадобилось бы ещё время на то, чтобы добежать до меня. Хватит врать. Просто скажи, зачем ты следил за мной? - Мэя уже знала ответ на этот вопрос, но хотела услышать это от Теомия.
 -- А если бы с тобой что-нибудь случилось?!
 -- Я же не ребёнок! Ты думаешь, что я сама не справлюсь?
 -- Вспомни свою первую битву с орками! Думаешь, после этого мне не страшно тебя куда-то одну отпускать?
  После этих слов Мэя быстро успокоилась. И действительно, она же просто окаменела на той битве. Справа от неё незаметно вырос Грифин. Теперь они шли ровным радом. Теомий воротил нос от принца, Мэя погрузилась в свои и чужые мысли. А Грифин, он просто шёл.
  Вскоре, перед ними открылась огромная поляна. И почти всё её пространство занимал красный дракон. Он мирно спал, а принцесса наглаживала его огромную голову. Эйл внимательно изучал свой лук и стрелы. Грифин, заметив своего брата, побежал к нему. Принц сильно обрадовался его прибытию.
 
  Вечером, после сытного обеда все лежали вокруг костра. Нелли радом с Эйлом на своей белой шубе, Теомий сидел, опёршись спиной на ствол дерева, на его ноге дремала Мэя, с права от неё Грифин, и дракон.
  Грифин уехал из замка только потому, что ему там было скучновато. Да и королева орков должна была нагрянуть, принц никогда её не видел ранее, да и желанием увидеть не горел. Юноша безоговорочно слушался своего старшего брата, и сразу согласился остаться с ними.
  После того как стемнело, дракон принцессы расправил свои крылья и ужасно громко зарычал - изъявил желание полетать. Нелли запрыгнула на его спину. Пару раз взмахнув крыльями, дракон вместе с Нелли поднялся в воздух и через несколько секунд со свистом улетел. Теомий подметил, что если так шуметь их точно обнаружит целая орда орков. Его опасения насторожили и Эйла, поэтому они оба, вооружившись, отправились на обход территории. Грифин и Мэя остались наедине.
  После пятиминутного молчания юноша произнёс:
 -- Ты действительно решила воевать?
 -- Да. И уже давно. А что? Тебя пугает то, что я женщина?
 -- Нет. Просто у тебя очень красивые волосы, а их придётся обрезать. А то шлем не оденется, - Мэя улыбнулась ему. В голове у принца вертелось ещё множество комплиментов, но за один раз их не выразить.
 -- Я их не обрежу. Никогда. И без шлема обойдусь.
 -- Без шлема опасно.
 -- С ним тоже, - опять оба затихли. Но вскоре Мэя вспомнила о происшествии в кустах, - Когда я кинулась на тебя с мечом, что произошло?
 -- Ничего особенного. Это было самое обыкновенное силовое поле.
 -- Его никак нельзя разрушить?
 -- Почему же? Можно. С помощью другой магии, более сильной, чем моя.
 -- А какой магией ты владеешь?
 -- Что-то среднее между воздушной и водной.
 -- Здорово! А я изучаю магию огня. Тебя, наверно, известный маг обучал?
 -- Да. В долине Лазурных Вод. Но реки там не такие голубые, как рассказывают. Твои глаза намного лазурней.
  Мэе вообще редко делали комплименты, но от этого радость пропала быстро. Девушка собиралась ответить тоже чем-то милым, как услышала за спиной злостное сопение. Подняв глаза, в темноте она рассмотрела фигуру Теомия. По виду его было понятно, что юноша не просто разозлён. Сзади к нему подошёл Эйл. Не успел никто и слова сказать, как Теомий утащил Мэю подальше от костра.
  Причину столь быстрого удаления он придумать ещё не успел, но явное беспокойство девушки чувствовал. Когда они оказались на достаточном расстоянии, чтобы никто ничего не слышал, Мэя вырвалась из смертельной хватки. Она взбесилась, как и Теомий:
 -- Ты что себе позволяешь?
 -- А что себе позволяет он?
 -- Ничего особенного! А вот тебе не стоило тащить меня в лесные чащи! Ты что ли ревнуешь?
 -- Ты думаешь, мне надо? Есть повод?
 -- В том то и дело, что нет!
 -- Ну и всё, тогда!
 -- Теомий, прекрати вести себя как ребёнок!
  Они так громко спорили, что не услышали, как прилетела Нелли с Рейнбоу. Остаток вечера был спокойным, если не считать того, что Теомий искоса поглядывал на Грифина и Мэю к нему не подпускал.
  Перед тем, как все легли спать, Теомий снова бросил взгляд в сторону Грифина - тот сидел с закрытыми глазами, теребя в руках цепочку на шее. Её еле было видно - серебро терялось в темноте. Но всё же Теомию удалось разглядеть и кулон на этой цепочке. Он не спеша покачивался как маятник из стороны в сторону. Кулон был выполнен из чернёного серебра и изображал он череп. Разные ассоциации возникли у юноши в этот момент, но самая сильная и самая нехорошая плотно засела в его сознании. Долго изучать Грифина он не стал, Теомию казалось, что тот, как дракон, умеет смотреть через веки.
  Внезапно Теомия осенило и он, как полный идиот, стоя посреди поляны, радостно заорал во всё горло:
 -- А у нас ведь не хватает спальных мешков! Так что Грифину негде спать! - Теомий ловко подпрыгнул к Мэе и потащил её в свою сторону, - Но я могу поделиться своим мешком. Только тогда мне негде будет спать.
  Через несколько минут он теснился в одном мешке с Эйлом. Конечно, ждал он совсем не этого, но делать было нечего. Хорошо хоть Мэя не легла с Грифинам.
  Но спать им спокойно не дали. Где-то ближе к полуночи в лесу начали раздаваться динамичные и достаточно громкие звуки. А потом что-то смачно шлёпнуло. Когда Теомий открыл глаза, Эйл уже стоял наготове с натянутой тетивой лука. Теомий, стараясь не шуметь, вытащил из ножен свой меч. Он осторожно подошёл к принцу и шёпотом спросил:
 -- Что такое?
 -- Там кто-то есть. И их много.
 -- Плохо. Очень плохо.
  После этих слов на поляне появился вождь орков с топором в руках. За ним ещё десять солдат. Эйл натянул тетиву до придела. Теомий обхватил меч как можно крепче. Но, похоже, орки их не видели. В самый неподходящий момент проснулась Нелли и что-то громко прокричала. Все одиннадцать орков сразу повернули головы в правильном направлении. Теомий злобно посмотрел на принцессу. Та встала на ноги и подбежала к юношам.
 -- Вы что, с ума посходили? - её голос раздался на всю окружность. Теомию показалось, что он увидел коварную ухмылку вождя.
 -- Ты глупая девчонка! Чего кричишь?!
  Теомий в эту секунду хотел убить Нелли. Разумеется, от криков проснулись Мэя и Грифин. Девушка, заметив настороженную позицию, вытащила и свой меч. Но было поздно. Орки тоже дико крича, ринулись на компанию. Эйл отпустил тетиву, и стрела пронзила череп одного из них. Вторая стрела убила ещё одного. Теомий пихнул Нелли, и она свалилась в кусты. Там всё же безопасней было.
  Один из врагов достиг цели, и меч Теомия с размаху снёс ему голову. Эйл застрелил ещё одного. Мэя так ничего и не сделала. Остальные орки уже добежали до лагеря. Из кустов поднялась принцесса. Она вскинула вверх одну руку, а вторую просто вытянула. На её пальцах моментально заиграли электрические разряды, постепенно превращающиеся в молнию. Этой молнией она убила сразу двоих.
  К Мэе подбежал вождь, а она опять и руки поднять не могла. Но всё же через пару секунд очнулась и размахнулась мечом. Хотя было поздно - его топор через мгновение пропорол бы девушке живот. Но он врезался во что-то невидимое и очень твёрдое. Сзади девушки стоял Грифин. К тому времени, когда она опомнилась, оставшиеся в живых орки убегали обратно в лес. Запыхавшийся Теомий громко произнёс:
 -- Это ещё не всё. Их там много. Если мы не спрячемся, то наши головы долго будут украшать шесты орков.
 -- Где мой дракон?! - чуть ли не плача простонала Нелли.
 -- Не до него сейчас! Собираем вещи и бежим!
 -- Нет. Собирать некогда - пробурчал Эйл, взяв под руку свою подругу.
 -- Мой дракон!!! Как же он?! - никак не могла угомониться принцесса.
 -- Пошли... он вернётся. Сам нас найдёт. - Эйл повёл её в лес. Теомий тоже собирался последовать за ними, но заметил то, что Мэя обнимает Грифина. Юноша быстро вырвал её из объятий своего надуманного врага и повёл в лес.
 -- Надо спешить! - прибавил юноша.
  Грифин замыкал цепочку.
  Пробирались они по дебрям около тридцати минут. Но потом Эйл всех остановил на очень тесной опушке. Его чуткие уши что-то услышали.
  Трава под ногами отливала синевой. Стволы деревьев казались чёрными. А их листва была покрыта паутиной. Они встали кругом спиной к спине. Без слов была понятна страшная вещь - Эйл догадался, что их окружили. Мысли Мэи начали буквально кипеть в голове. Было ужасно тихо. Девушка думала, что больше она не выдержит. Всех сильней испугался Грифин, он не привык к таким встряскам посреди ночи.
  Мэя подняла взгляд на дерево, как раз в тот момент в кустах со стороны Теомия что-то захрустело. Девушка повернула голову, а потом развернулась полностью. Из кустов проявился орк с мечом в руках совсем с другой стороны - за спиной Мэи. Он размахнулся, но девушка успела упасть на землю. Получилось так, что орк стукнул Мэю рукоятью по голове со всей силы. В глазах у неё появились круги. Со злости она размахнулась мечом из последних сил. Девушке очень повезло, ведь она срубила голову главарю. А потом сама свалилась в центр круга.
  Когда открыла глаза битва ещё шла. Она встала на ноги и подняла свой меч. Всё лицо Теомия было в крови, собственно как и у остальных. Под ногами валялись трупы орков и их отрубленные головы. Мэя поняла, что эту битву им никак не выиграть - надо бежать. Она присмотрела "туннель" в деревьях. Выбран он был по принципу, где меньше орков, там лучше. Неожиданно для себя, она прорубилась сквозь живую преграду и жестом позвала за собой остальных. Теперь главное было бежать.
  Мэя вела всех за собой. Ну, почти всех. Грифин побежал в другую сторону. Он думал, что так его точно не убьют. Юноша проклинал тот день, когда решил присоединиться к своему брату. Меньше всего принцу хотелось по ночам бегать измазанным в крови по холодному лесу. Но, к его несчастью, на пути выросли пять орков. Он судорожно развернулся, но назад дороги не было, только толпа вонючих уродов. Грифин устало опустился на колени. Он поднял голову и взмолился:
 -- Не убивайте меня! Я не с ними. Я тут по ошибке оказался! Только не убивайте меня... - он опустил голову на колени.
  Из толпы вышел лорд Шейт. Сдавленным голосом он прокряхтел:
 -- Конечно, не с ними, принц Грифин. Теперь не сними. Теперь только с нами!
  В лесу раздался коварный смех нечеловеческого существа.
  Они бежали сколько могли. Но силы закончились.
  Во тьме звучали запыхавшиеся голоса четырёх человек. Мэя от усталости свалилась на землю. Нелли медленно спустилась на колени. Теомий и Эйл находились в положении полу приседа. Оглянувшись Мэя спросила:
 -- А где Грифин?
 
  Всю оставшуюся ночь они пробирались через лесные дебри.
  Щёки Теомия покрывал тонкий слой запёкшейся крови и смешанных с ней листьев. Он резво рубил ветки, мешавшие пройти не стукнувшись при этом головой Мэи, уже не соображавшей, куда она идёт. Её волосы насобирали кучу всякой растительности и грязи. Позади неё грустно брёл Эйл с Нелли.
  Никто и не думал о том, что всё-таки иногда надо спать. Никто кроме Мэи. Она только делала вид, что идёт по лесу, на самом деле девушка шла по морскому берегу. Её ноги не были сдавлены узкими сапогами. На грудь не давила кожаная куртка. На поясе не болтался тяжёлый меч. Собственно теперь она не шла, а просто летела. Так и продолжала лететь, пока всё-таки не умудрилась налететь на дерево, несмотря на тщательный присмотр Теомия. Удар был достаточно сильным, и Мэя бы умерла со стыда, если бы поняла, что произошло.
  После этого происшествия было принято решение остановиться. Но костёр решили не разводить - орки, возможно, ищут их. Мэя от усталости опустила голову на плечо Теомия. Долго вокруг царило молчание, пока Мэя шёпотом не сказала:
 -- Интересно, где Грифин? Он мне жизнь спас...
 -- Не беспокойся - он о себе позаботится. Я уверен, - на вопрос Мэи ответил Эйл.
 -- Он же твой брат. - это должно было прозвучать упрекающе. Но на упрёки сил у неё не было. Поэтому вышло как-то жалостливо.
 -- А...а...а где сферы??? Где сферы? - от испуга заикающимся голосом спросила Нелли.
 -- Тут. Они у меня тут, - ответила ей Мэя, похлопывая руками по сумке, которую успела таки с собой захватить.
  На несколько минут возобновилась тишина.
  В глубине души Теомий был чертовски рад тому, что Грифина рядом больше нет. Он надеялся, что и не будет. Надеялся, что через минуту он не выскользнет из кустов.
  Хоть все и молчали, но орки обязательно нашли бы их, если бы искали - стоял такой шум. Все посапывали и елозили на месте. Конечно, ведь не приятно сидеть на ветках и иголках. Наконец в голове у Мэи начало что-то просветляться. Осознав, что всё же случилось, она страшным загробным голосом произнесла:
 -- И что теперь?
 -- Может быть, мы вернёмся и соберём вещи? Я не могу никуда идти без своих вещей! - простонала принцесса, - мне же надо переодеться! Я порвала это платье, оно всё грязное. А где я могу найти другую одежду? Только в замке!
 -- Нет, идти обратно нельзя, они нас будут там ждать. - процедил Теомий.
 -- А это идея! Ну конечно! Как же я раньше не подумал - радостно закричал Эйл.
 -- Что за идея? Вырыть тут себе могилы? Чур, моя будет вон за тем деревом! - продолжала Мэя.
 -- Нет. Это совсем не могилы. Это замок. Ведь не далеко от этого леса находится Сонтана. В Сонтане есть старый королевский замок. Наверно, он разрушен, но не до конца.
 -- Сонтана! А я ведь и забыла, куда мы идём. В Сонтане сейчас войска Феникс! - ожившим голосом сказала Мэя.
 -- Вот туда мы и пойдём. - Эйл закончил весь разговор этой фразой.
 
 
  Местность вокруг была очень странная. На пурпурном небе зиял неровный диск луны, смахивавшей на сломанную монету. Размером он был со здоровый мужской кулак. На залитом алым светом холме виднелись тёмные башенки замка.
  По растрескавшейся земле медленно тащилась деревянная повозка, запряжённая чёрным конём. Повозкой управлял старый, со сморщенным лицом, орк. Вёз он своего лорда, пару его подчинённых и пленника в столицу Хилберда. За то и дело налетающей на кочки повозкой тянулась длинная колея из орков - воинов. Казалось, эта верёвка тянулась из Лиры - такая уж длинная она была. Перед глазами изредка мелькали ссохшиеся деревья.
  Столицей и был тот замок на холме. А пленником был сам принц Грифин. Он уже вполне осознал, что убивать его никто не собирается. С их стороны это было бы совсем не разумно - убить члена королевской семьи. Тем более с Терусом они не воюют. Юноша перестал молить о пощаде. Наоборот, всю дорогу он убеждал лорда Шейта в том, что теперь пора молиться ему. Гордо закинув голову вверх, Грифин продолжил свой монолог:
 -- У орков есть боги? - язвительно спросил он у полководца, сидящего рядом, - Если есть, то неплохо было бы принести жертву им. Дабы были они благосклонны к тебе. Ой, придётся расплачиваться за ту ошибку, совершённую в лесу.
  Шейт только нервно передёрнулся от голоса принца.
 -- А по пути в столицу есть храм этих богов? Я думаю, если заставить часа три молиться всю армию, может будет хоть малейший толк. А сколько тебе, друг мой, придётся молиться моему отцу...
 -- Ты не в том положении, принц, что бы рассуждать о наших молитвах. Не ты ли полчаса лил слёзы о том, что бы мы тебя не убивали? А когда протрезвели мысли, и его величество вспомнило кто он такой... да. Сразу начались крики да вопли.
 -- Тебя посадят в самую страшную, самую грязную тюрьму. Будут пытать, пока ты не помрёшь от боли или от голода. Ну а в лучшем случае просто бросят связанным на съедение драконам. Они ведь большие. Много едят.
 -- А не у тебя ли сейчас руки-то связаны? А принц Грифин, Твоё Величество?! - только ухмыльнулся Шейт.
  Осознав, что Шейт в какой-то мере прав, Грифин прекратил все разговоры и пресекал любую попытку их возрождения. Особенно после того, как лорд буркнул себе под нос: "Вот выкину тебя здесь связанным по рукам и ногам, а никто и не узнает. Никто, кроме голодных тварей и не найдёт!". Может, развязаться ему и удалось бы, но вот пройти такое расстояние пешком, не попавшись в пасть тем самым тварям, было бы очень сложно. Что касается магии, на неё нужно много сил. Именно их отсутствие сейчас очень беспокоило Грифина.
  Хоть на небе и стояла луна, похоже, что темнеть не собиралось. Юноша хотел задать вопрос, всегда ли тут такое небо, но тогда пришло бы время знакомства с желудками тварей. Лорд Шейт сладко дремал, и будить его было чрезвычайно опасно. Грифин огляделся по сторонам. Около повозки с правого боку резво шёл молодой орк. Он был достаточно храбр, раз решился сравняться с командиром. За такое непонятно как его голова ещё держалась на плечах. Грифин по возможности наклонился к краю повозки. Орк его даже не заметил. Принц шёпотом спросил:
 -- Долго ещё до города? - орк напугано поднял свои глаза и просто обомлел. С чего же вдруг с простым рядовым заговорит принц? Грифин ждал, сколько мог, но потом в более грубой форме повторил вопрос. - Я спрашиваю, сколько мне ещё придётся трястись в этой дрянной телеге? Или тебя дракон оглушил?!
 -- Нет, господин. Простите господин. То есть Ваше Величество.... Ещё часа четыре.
 -- Четыре часа? - злобно переспросил Грифин, - мда... Ну, ты, рядовой. Скажи, что тут с небом твориться?
 -- В Красной земле оно всегда такое...
  Всегда такое. Четыре часа пялиться либо на толпу смердящих орков, либо на "всегда такое" небо.
  Замок на холме был прекрасно виден, наверно потому, что больше ничего вокруг за сотни миль и не было. Интересно, эта земля такой и была? Грифин никогда не был в Хилберде. Он на дух не переносил орков. Особенно в этот момент. Ужасно ныли все мышцы, и в воздухе стояла полуденная духота. А время близилось к утру.
  Спустя два часа Грифину удалось задремать, но повозка налетела на огромную кочку. Всё содержимое в ней подпрыгнуло. При этом юноша стукнулся челюстью о ящики, стоящие впереди него. Первым делом после того, как последние следы сна простыли, Грифин хорошенько отругал повозку, кучера, ящики, кочку, небо, всех орков и вообще весь белый свет.
  Это маленькое сотрясение не причинило и тени беспокойства Шейту. Он громко храпел, навалившись на бок. Грифин позавидовал безмятежности лорда орков. Время стало тянуться очень медленно. Сон никак не находил дороги назад. Юноша думал, что ему суждено умереть в этой повозке с этим соседом.
  Сквозь вуаль дремоты виднелись огромные железные ворота. Стражи пропустили повозку и тянувшуюся за ней колею орков. Грифин ужасно устал, по этому не совсем осознавал, что же происходит. В итоге долгих путешествий по лабиринтам и винтовым лестницам его остановили около резных дверей. Через пару минут двери отворила пара орков.
  Зал был очень длинным и тёмным - не одного окна, только свечи. В конце багрового ковра стоял трон. На троне темнела чья-то стройная и вытянутая фигура. Грифин точно также восседал на отцовском троне. Он удивился поразительному сходству и с последних сил ухмыльнулся. Лорд Шейт, ведший юношу по залу, заметил эту ухмылку и тихо, но злорадно произнёс:
 -- Что это, Твоё Величество, ухмыляешься? Сейчас познакомишься со своим новым союзником.
  Они уже в плотную подошли к трону, и, закончив эти слова, лорд толкнул Грифина вперёд. Тот не выдержал напора и свалился на колени. Для самоутверждения Шейт поставил свою ногу на спину принца.
  Грифин опустился от удара к кожаным туфлям тёмной фигуры. На глаза этой фигуры попал луч света от свечи, который отразился в них, как в воде, сиреневым цветом. Грифин, как мог, задрал голову. В лучах света он разглядел и губы, растянутые в улыбке. Положение явно у него королевским не было, и слова испарились из головы. Лорд открыл свой рот и прокряхтел:
 -- Во! Ваше Величество, королева Нора. Принц Грифин, прям из сердца сражения, прибыл к вам! - Из тьмы вынырнула фигура. Это была молодая девушка с тёмно-синими волосами.
 -- Я первый раз тобой довольна. Все остальные тоже здесь? - Шейт замешкался.
 -- Пока нет. Но мы загнали их в угол. Скоро получите головы на блюдечке.
 -- Неужели ты не запомнил, принцессу и Эйла убивать не надо!
 -- Но ведь сначала вы приказали убить их всех. Всех!
 -- Положение переменилось. В прошлый раз Силина тебе ясно и отчётливо сказала, кого надо убить, тупица! И слезь с несчастного принца - он и без тебя устал!
  Беспрекословно повинуясь, Шейт не только убрал ногу со спины принца, но и вышел из зала.
  Нора величественно встала со своего места и обошла Грифина кругом. К этому времени он с трудом поднялся на ноги. Нора остановилась у него перед лицом и вопросительно посмотрела.
  Юноше сказать этой женщине было нечего.
 -- Так, так, так. Что у нас здесь? - после этих слов из королевы вырвался смешок, - И чего же Вы, принц, ночью по лесам один разгуливаете?
 -- Я, Ваше Величество, не разгуливал по лесам. Я спокойно спал. Пока Ваши головорезы не заставили меня спасаться бегством. И позвольте заметить - я был далеко не один. В этом бегстве участвовали ещё два члена королевской семьи. Я думаю, что Вам стоит послать письмо моему отцу, в котором будет сказано, что на его сыновей было совершено нападение, и ему приносят глубочайшие извинения.
 -- Я пошлю письмо Вашему отцу, в котором будет сказано, что его младшего сына спас лорд Шейт от неминуемой гибели. А вот его неблагоразумный старший сын находится под действием чар принцессы Лунариуса. И надеюсь, Вы захотите остаться у меня в качестве гостя. Чтобы показать нынешнее месторасположение мятежников. К которым, позвольте заметить, Вы примкнули. Не так ли?
 -- Совсем не так. Я скорее нырну вниз головой в пересохшую реку, чем примкну к мятежникам. Я просто ошибся.
 -- Все мы совершаем ошибки. Некоторые совсем не заметны, а вот остальные...за эту ошибку Вы, принц Теруса, долго будите расплачиваться.
  Нора развернулась и уже собиралась удалиться из зала. Но не смогла ни бросить последнего взгляда на красавца. В тающих лучах света она заметила мерцание серебряной цепочки и слабый блеск кулона в виде черепа.
  Королева резко захлопнула дверь, у которой находилась. От громкого звука Грифин сжался, но вздрогнуть не посмел. Взгляд Норы преобразился - из жёсткого в очень игривый. Уже томным голосом, подходя со спины к юноши, она промолвила:
 -- Неужто, Вы изучали одно из сложнейших искусств? Магию?
 -- Да. - Грифин был удивлён перемене Норы, но не более того. Сейчас она представлялась ему тонкой нитью к спасению от сырого и грязного подземелья.
 -- И это была магия смерти? Чёрная магия? Та, о которой в слух не говорят? - последнее слово она прошептала в ухо принцу, положив свои руки на его плечи.
 -- Именно та. - Грифин оставался холоднокровным.
 -- И обучались вы этому чудному искусству, разумеется, в долине Лазурных Вод? Которую вернее было бы назвать долиной Смертельных Рек?
 -- Да, ваше величество. В этой долине.
 -- И ты тоже прикрываешь своё умение названием "магия воды"?
 -- Да, Ваше Величество.
 -- Да какое там "Ваше Величество"? У нас намного больше общего, чем я раньше предполагала, - Нора обняла принца, и тихо прошептала, - и я думаю, мы с тобой прекрасно поладим. Просто замечательно. Ты как думаешь?
 -- Я думаю, что действительно поладим, - согласился Грифин. Делать было нечего.
 -- Ты предаёшь их. Ты это понимаешь? Ты предаёшь своих друзей. Своего родного брата! Я не могу тебе доверять. Я не смогу после этого тебе поверить! А вдруг ты меня тоже предашь? - принц развернулся лицом к Норе.
 -- Нет. Я их не предаю. Я их спасаю. Тем более они мне и не друзья... А мне, ты всегда сможешь верить.
  Чувствуя явную симпатию королевы и своё положение, для скрепления соглашения он поцеловал Нору.
  Этот разговор закончился следующим утром. Проснувшись в королевской постели, Грифин понял ужасную вещь. Он влюбился до потери сознания. В Мэю.
Оценка: 4.00*4  Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"