Аннотация: Он жаждет абсолютной истины, он устал от совершенства. Сможет ли он помочь другому, сам находясь в поиске? (И почему фэнтази должно быть основано практически только на кельтике и древней европейской/славянской культуре? Вовсе не должно.)
- Смотри, Арьян, это мой любимец. Некто Бьен. Хорошо идет.
Я неторопливо откладываю рукопись и перевожу взгляд на радужный монитор. Легким движением руки Сурбу кидает в него кристалл, и передо мной разворачивается панорама Земли - столь любимой большинством Хранителей арены для взращивания молодых талантов. Где-то на периферии сознания возникает мысль, что я сам когда-то был на месте этого... героя? Реализовавшего себя человека? Победителя?
В очередной раз понимаю, как смешны ярлыки, которые навешивает мудрость - так же смешны, как и ярлыки невежества. Кто я сейчас? Где мой былой героизм? И можно ли назвать победой переход в иную сферу бытия? Иногда мне кажется, что я был лучше и откровенно светлее во времена своей юности, когда пребывал в теле человека на планете, где обитатели воспринимают реальность всего лишь трехмерно. Сейчас же голография стерла четкость линий.
- Идет путем Силы без сучков и задоринок?
- Бьен - идеален! Пожалуй, после тебя никто не показывал таких результатов. - Сурбу усаживается на энергооблако. Одной парой рук он повторяет движения пластичного тела на мониторе, а другой методично генерирует образно-звуковой код медитации землянина. - У него есть всего одно несоответствие программному эталону, но это мы исправим. Он считает, что бог - существует. Представь себе.
Я внимательно смотрю на рослого мужчину - развитая мускулатура, тонкие черты лица, темные волосы, собранные на затылке в пучок. Задерживаюсь на ясных, светло-зеленых глазах, по таинственному стечению обстоятельств - или по воле провидения? - так похожих на мои собственные. И тем же ровным голосом интересуюсь:
- Сурбу, а тебе не бывает страшно?
Хранитель взирает на меня, вскинув бровь.
- Ты же не знаешь, что там, на уровнях выше. Вдруг окажется, что Бьен прав.
По всей видимости, я изрядно позабавил Сурбу - пространство вокруг загорается веселыми искрами.
- Арьян, и как тебя только в Хранителях терпят? С твоим-то сарказмом. Видели мы таких героев! Одни попадают к нам и осознают реальность, другие исчезают в толпе, как будто их и не было на кругах мудрости. Ничего удивительного - последние совершенно бесполезны для развития мироздания. Ты сам посуди, какой творческий толк от тех, кто не считает абсолютом самого себя?
Я опускаю голову, делая вид, что вновь рассматриваю неведомые знаки в книге, которая считается ключом к следующему уровню бытия. Каждый Хранитель носит ее на шее в кулоне, а некоторые даже регулярно медитируют над символами странного языка.
Наконец небрежно спрашиваю:
- Когда финальная медитация Бьена?
- Хочешь присутствовать? И ты прав. - Сурбу щелкает пальцами, и я впитываю всеми четырьмя ладонями сгусток с ощущением времени. - Я уверен, код этой медитации будет красив и сложен, как самые лучшие песни наших дев!
В этом они все - мои коллеги-Хранители, так называемые со-творцы, вечно танцующие в гармонии ритмов и наслаждений столь высокого порядка, что человеку и не снилось. Они верят, что уровни мироздания - взмывающий вверх лабиринт, не имеющий ни конца, ни края.
С сожалением кошусь на землянина - и его заставят в это поверить, а я не смогу помешать.
Нет, я не упаду в ад осознания своего ничтожества. Во мне уже давно рай и ад - две психические концепции - уживаются вместе, иначе я бы не попал в этот мир.
Сурбу отворачивается к монитору, и я поднимаюсь с цветочного ложа. Достаю из ножен кинжал, древний и острый, как слово истины, лишь чудом попавший на круги мудрецов, - это подарок Чальяны. Подхожу ближе и приставляю лезвие к трепетному горлу Хранителя столь легко и спокойно, как будто вовсе не покушаюсь на его жизнь. Тот не сразу замечает смертельный металл, а когда замечает - теряет речь.
- Как думаешь, Сурбу, если я тебя убью, то отправлюсь на нижние уровни бытия?
Он начинает бояться, едва проходит начальный шок, - и я с жадностью ловлю сырой, животный страх Хранителя, пытаясь сразу же воплотить его в медиа-код. Выходит интересно, даже с какой-то точки зрения - красиво.
- Зачем ты это делаешь, Арьян? Ты... ты же не хочешь меня убить?
- А почему нет? Кто вытащил меня с Земли? Это будет месть победителя.
Сурбу неловко смеется, надеясь, видимо, что я шучу.
- Наверное, ты прав: Хранитель из меня паршивый, - все-таки шучу я, - даром что за самый короткий срок постиг больше звуковых раскладов и схем бытия, чем ты за все время пребывания на посту. Но вот никак не выходило у меня сгенерировать код - не то что смерти, но даже примитивных страданий. Какой я после этого творец, не правда ли?
В этот момент образный код становится откровенно гротескным, фантасмагорией застилая пространство, мерцая отрывисто и приглушенно. Я искренне наслаждаюсь зрелищем и звуковыми вибрациями - и жду.
- Ты спятил, Арьян! - заключает Сурбу, отмахиваясь от бесформенных порождений его собственного внутреннего мира. - Неужели все еще пытаешься найти абсолют в ином месте, кроме как внутри себя?
- Как легко безумием обозначить то, чего не понимаешь. И вправду, к чему вся эта сложность? - тонко улыбаюсь я. - Гениальное всегда просто, это знают даже в трехмерности, Сурбу. И потому абсолют - не сложное абстрактное построение чудом объединившихся почти разумных со-творящих частей, коими мы все якобы являемся. За схемами и концепциями стоит нечто большее, абсолют не может быть определен так уничижительно поверхностно. Вот Бьен твой это понял. А ты - нет.
Многоцветная вспышка пронзает пространство. Ну наконец-то! Хранители - абсолютно все! Какая честь.
По всем правилам этикета приветствую коллег и уже не обращаю внимания на то, как у меня отбирают оружие, сковывают руки энергетическими скобами, что-то кричат, пересиливая звуковой код сознания Сурбу. Моя цель достигнута - скоро я буду свободен!
Я знаю, что Сурбу продолжает смотреть мне в спину, когда серебристый покров растворяется, открывая сияющую дорожку энергопотока вниз, прочь из обители. И только потом Хранитель следует за всеми на центральную площадь, под высокие деревья с огненной листвой, достающей до сияния небес. Поднимаю голову, мне легко и спокойно - впервые за долгое время.
Отказываюсь отвечать на вопросы Совета.
- К Дхиру его! К Дхиру! - кричит толпа.
С удивлением вспоминаю про странную обитель, из которой никто не возвращался никогда. И вот меня уже несет нисходящий энергопоток... но вдруг замирает - и я вижу, кто стоит на пути.
- Арьян! Не уходи!
Чальяна подходит быстро и плавно, с достоинством и грацией - так ходить может только она. На ослепительном в своей красоте лице играет болезненная улыбка, и я на миг почти что хочу вновь потерять себя в гармонии невыразимого наслаждения.
Я позволяю Чальяне обнять меня, но потом отстраняюсь.
Она завороженно смотрит, как я создаю великолепный код, настолько ошеломительный и чудесный, что кажется, будто весь мир вокруг сияет предвечным светом.
Я первый освобождаюсь от магии собственного творения и тихо поясняю:
- Код нашего экстаза. Я не смогу дать тебе больше.
Чальяна вздрагивает и ищет мой взгляд.
- Мне и не надо больше. До того, как ты появился здесь, Арьян, я и не знала, что жизнь может быть такой.
Перехватываю нежную ладонь на своей щеке.
- Зато надо мне.
Отворачиваюсь, продолжая сжимать тонкие пальцы той, благодаря которой так долго мирился с этим миром.
- Это не значит, что я не люблю тебя, Чальяна. Но то безумное наслаждение, которое мы разделили, прояснило мое сознание. Я понял, что возможно переступить пределы, и существует любовь, не запечатленная в схемы и коды!
Поток несет меня прочь и уже не останавливается.
Чальяна понимает. Должна понять.
Запредельные чертоги Дхиру встречают меня ослепительными вспышками, такими яркими, что свет режет даже мои глаза. Но я не чувствую ни страха, ни волнения и спокойно стою в центре, когда в искрящемся темном зале пробегает волна огня.
- Приветствую тебя, великий Дхиру.
Я не жду ответа и в то же время нисколько не удивляюсь ему.
- Арьян, - шепчет глубокий голос и проникает в самое сердце.
- Кто ты? - Озираюсь по сторонам.
- Я могу предстать перед тобой в таком обличие. - Из тягучей плазмы стен возникают образы Хранителей. - Или в таком. - Я вижу перед собой свою точную копию. - Но суть в том, что я не "кто", так же, как и книга у тебя на шее - не "что".
И мне вдруг кажется, что голос идет из кулона. Неужели Дхиру - олицетворение великой книги? Чувствую, как замирает дыхание.
- Ты устал не от совершенства, а от того, что в этом мире у света нет теней, сладкий вкус не оттеняется горечью. И жаждал ты не света, а абсолюта, не так ли?
- Более того, - киваю я, - концепция о бесконечности уровней мироздания означает, что все относительно, и для духа отсутствует точка мировой опоры - а значит, бытие в конце концов растворяется в пустоте!
Я не хочу быть пустотой. Новый победитель, которого так тщательно пасет Сурбу, очевидно, - тоже.
- Но почему к тебе не идут Хранители?
- На этот вопрос ты можешь ответить сам.
Я усмехаюсь, слегка сжимая кулон в руке, - тот начинает красиво мерцать.
- Потому что считают богом самих себя. И они правы, но их правда не достигает абсолюта.
Дхиру молчит, в его молчании мне слышатся оттенки легкого смеха, и я замечаю:
- Я сам могу ответить на любой вопрос. Кроме одного: почему до сих пор не перешел в следующее измерение? Как это сделать?
- Просто. Но этого ли ты жаждешь, Арьян?
Теперь молчу я, мне вновь вспоминается землянин, который скоро должен оказаться среди нас.
- Скажи, куда попадают те, кто реализовал себя на Земле, но не дошел до ступени победителя?
Почему никогда раньше мне не приходил в голову этот вопрос?
- У таких всегда есть какая-то слабость, с точки зрения Хранителей, и как раз она дает возможность выйти за пределы формальностей, - ровно сообщает Дхиру. - Эти люди минуют уровни и ступени, возвращаясь в изначальный мир.
Пространство кружится вокруг меня, я чувствую одновременно неописуемый восторг и самые страшные муки ада.
Выходит, Хранители своим со-творчеством всего-навсего избавляются от формализма собственного пути - те, кто могут? Для того чтобы суметь пойти дальше, не увязнуть в однородной красоте?
- Кому-то это удается.
- Но как же мне попасть в этот изначальный мир? Возможно ли это? - выдыхаю я и вдруг ощущаю, как жаром обдает ладони.
Бьен! Скоро наступит миг его финальной медитации, и это значит...
- Отпусти меня, великий Дхиру. Обещаю, что вернусь!
- Я никого не держу здесь, о Хранитель.
Бросаюсь вон, подхватывая самый мощный энергопоток.
- Ты вернешься... - улавливаю на пределе звукового восприятия.
Всю свою силу я направляю в скорость, моя кожа горит, и, кажется, еще немного - и я сам превращусь в вихрь силы, огня и воли.
- Арьян?!
Сурбу изумлен, как будто сам неожиданно провалился на Землю.
- Мир тебе, друг мой. Забыл вот передать привет.
Выражение моего лица и резкий голос вводят Хранителя в ступор, он почти забывает о своем победителе и болезненно шепчет:
- Кому?
- Ему.
Я бросаю свой кристалл в монитор на миг раньше Сурбу - и Бьен теперь недоступен Хранителям.
Они уже спешат сюда. Я понимаю, что вернуться к Дхиру не смогу, по крайней мере, сейчас. Но я смотрю на знакомые лица с улыбкой, которую только что видел на лице землянина, - с улыбкой победителя.
Ткань реальности неожиданно рвется, полыхая ослепительным светом, не сравнимым ни с огненным пламенем, ни с облаком взрыва. Меня наполняет любовь и сила, в пронзительной ясности сознания я готов познать тебя, абсолют.