Duchess Alise
Потерянная в декабре

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Links
Кожевенное мастерство: сумки, ремни своими руками
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Еще один рассказ о "счастье, которое было так возможно": утро первого января, рассвет - и она...
     "А может быть, тепло и солнечно совсем не из-за сентября, а из-за того, кто ее там ждет?.. Она не знала. Сейчас она наглухо застряла в самом сердце декабря − того самого, что был в спешке засунут в карманы, что спрятан внутри сумочки, а еще застрял острым осколком льда в ее душе. Декабрь был очень холодным. Темным. Ее не выпускала вечная ночь. Ясная, но безлунная, похожая на скользкий черно-синий атлас с вышивкой неоновой рекламы. Ждет ли ее кто-нибудь в декабре?"

 Посвящаю.
 
 Говорят, настоящее одиночество человек испытывает перед безумием или самоубийством.
 Но она чувствовала настоящее одиночество именно сейчас, шагая по темным улицам мертвого города. На самом деле, этот город жил и дышал; просто сейчас он погрузился в кому, похожую на глубокий, тяжелый сон его жителей. Не спали лишь единицы за желтыми квадратиками окон на черных блоках домов − таких ненастоящих, таких похожих на детское художество маркером на страницах книги сказок. А она...
 Она убегала.
 От себя − в первую очередь. От спокойной, размеренной, продуманной жизни − во вторую. От мыслей − в третью и последнюю. Но мысли не желали покидать свою испуганную, запыхавшуюся обладательницу и неслись за ней бесформенными серыми сгустками.
 Ей нужно было... нужно было куда-то далеко-далеко. Поймать такси, сесть на автобус, дождаться торопливо громыхающий трамвай... Любым возможным средством ей нужно было добраться в мифическое "куда-то далеко-далеко", где мысли не смогли бы ее преследовать.
 Каблуки ее сапог противно скрипели по льду. От этого звука ныли зубы − хотя, возможно, во всем виноват адский холод. Она натянула шарф до самых глаз, надела на голову капюшон. Руки − в карманы. И все равно было холодно. Настолько холодно бывает лишь в настоящем одиночестве.
 Тепло и солнечно только "где-то далеко-далеко". Там всегда сентябрь. Она любила сентябрь, потому что ненавидела шарфы и капюшоны, скрип смерзшегося снега, пар, вырывающийся изо рта, обжигающие слезы, непроизвольно вытекающие из уголков глаз... А еще потому, что сентябрь был похож на нее. В сентябре всегда что-то случалось, и всегда − несомненно хорошее. В сентябре все золотое и оранжевое, а не темно-синее и серебряное.
 В сентябре ее совершенно точно кто-то ждал. У него были темные волосы и добрые глаза. Она всегда боялась опоздать на встречу с ним, спешила, и тут в игру вступало время и смешивало все карты. Он не дожидался ее. Она не успевала к нему. Им нужно было время, но ни у него, ни у нее его не было...
 Он был чем-то очень занят. У нее в карманах лежал декабрь. Много-много декабря, от которого немели фаланги пальцев и кожа теряла чувствительность.
 "Тепло и солнечно", − со злостью думала она, спускаясь по припорошенным легким снежком ступенькам к остановке.
 А может быть, тепло и солнечно совсем не из-за сентября, а из-за того, кто ее там ждет?..
 Она не знала. Сейчас она наглухо застряла в самом сердце декабря − того самого, что был в спешке засунут в карманы, что спрятан внутри сумочки, а еще застрял острым осколком льда в ее душе. Декабрь был очень холодным. Темным. Ее не выпускала вечная ночь. Ясная, но безлунная, похожая на скользкий черно-синий атлас с вышивкой неоновой рекламы.
 Ждет ли ее кто-нибудь в декабре?
 Она почувствовала, как очередная слезинка скользнула по щеке и нашла последнее пристанище в мягких складках фиолетового шарфа. Щеку обожгло холодом. Она закопалась носом поглубже в вязаное полотно и только сейчас заметила, что рядом шагает какой-то темный силуэт. Сердце метнулось к горлу, она почувствовала тошноту и замешательство.
 −Дээвушка? Можно с вами познакомиться? − проблеял откуда-то сбоку пропитый голос. Темный силуэт, в котором угадывался невысокий мужчина средних лет, немного качало, поэтому она поторопилась отойти подальше и теперь опасливо косилась на него из капюшона.
 − Нет, − ее горло сжимала ледяным ошейником паника, по спине проползла змейка мурашек. Вдобавок, руки, пусть и обтянутые перчатками, почти не чувствовались, а вокруг не горели фонари, и единственным источником света был сияющий оранжевыми огнями проспект вдалеке.
 − Ну ка-ак же... − силуэт поскользнулся и немного отстал. − Дээвушка, ну ка-ак вас зовут?..
 − Никак, − рявкнула она, прибавляя шагу. Она злилась на этого приставучего типа с алкогольным опьянением, на себя, на того, кто никак не мог вырваться из своего бесконечного сентября и открыть, что она − существует и никак не может выбраться из декабря без его помощи.
 − А...а куд-да вы так спешите?
 − Никуда! − ее терпению пришел конец. Ей было холодно и страшно. Ей было по-настоящему одиноко. Ей хотелось умереть, предварительно разбив мир на осколки, словно... словно лед. − Исчезните, или я вас убью. А ну живо!..
 Она понимала, что говорит бред. Он сквозь пары алкоголя понимал, что она вполне серьезна. И исчез − бесшумно и тихо, так же, как появился. Просто растворился в обжигающе-холодном ночном воздухе.
 К остановке, покачиваясь, принесся обледеневший трамвай. Она опустилась на сиденье в центре салона и наблюдала за размазанными огнями убегающих вдаль фонарей.
 Ему... ему не найти ее. Не оставить свое теплое заточение. Не оставить солнечный свет и ощущение свободы ради кого-то настолько... замерзшего и потерянного. Возможно, и ему холодно и одиноко там, в недосягаемом "где-то далеко-далеко", но он об этом не знает. А она − не может сказать, потому что в последней черно-синей атласной ночи декабря глухо, тихо и безлюдно, и никто не услышит ее, сколько бы она не кричала и не ломала руками хрусткий лед.
 Они в разных мирах. Противоположных.
 И с этим можно лишь смириться.
 Она потерла замершие щеки руками, чувствуя неприятное жжение. Ссутулила плечи. Вся словно собралась, сделавшись еще более маленькой и хрупкой.
 "Я замерзну. Замерзну тут до утра, в этом чертовом трамвае, в этом чертовом декабре, в этом чертовом мире, в этом чертовом времени. А ты... пусть тебе будет тепло", − измученно думала она. Изрубленный свет фонарей скользил по запотевшим окнам. Где-то за форточкой рассыпался золотой пылью последний фейерверк.
 Спустя четыре остановки она была вынуждена сделать пересадку. Полусонная и в конец замерзшая, она шагала между сухими невысокими кустами и цепью бетонных столбов. На горизонте проступила желтоватая зелень − близился рассвет. Она улыбалась своим болезненным мыслям печально и с вызовом.
 Зелень сменялась бледно-оранжевым. Желтовато-розовым. С неба стягивали синий атлас.
 Совсем скоро она снова мчалась в трамвае − "куда-то далеко-далеко", − прикрыв глаза и видя не то сон, не то галлюцинацию − первый рассвет нового года.
 
  январь 2008
 Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"